Вероника Черниенко
Мусорщик

Дождь барабанил по крышам, нагоняя и без того тоскливое настроение. Тонкие струи воды, текли по стеклу, уже давно не мытого окна в детском спортзале. Игровая комната была также пуста, у детей сейчас тихий час и все сладко спят под звуки плачущего неба. Арина не спала, впрочем, она уже давно не ребёнок и могла распоряжаться своим свободным временем как угодно, главное, не выходя за пределы общего графика. Завтра ей исполнится восемнадцать, от этого и тоска, хотя она так долго ждала этого дня мечтая вырваться из ненавистного интерната рисуя в воображении, как может сложится её дальнейшая судьба. Да, мечты были далеки от реальности, это и портило настроение.

– Чего смурная такая? Завтра у тебя днюха, а ты киснешь,– девчонка с курчавыми волосами и густыми бровями потянула Арину за рукав пайты, пытаясь оторвать её взгляд от окна. Они дружили с незапамятных времен, кажется их дружба началась, как и любая самая крепкая – с хорошей драки, после которой они просидели сутки в камере. Камера интерната – это что-то, вроде одиночной комнаты для заключенных в психушке. На скрипучей кровати даже нет матраца и противные звуки прогибающихся железок можно услышать за стенкой, что означает – «Ты здесь такой не один» для задерживающихся там надолго, в худшем случае несколько суток, этот скрип самое радостное событие, дающее возможность поговорить с соседом, через вентиляцию в верхнем левом углу под потолком комнаты.

– Всё нормально Вик,– пыталась отделаться Арина от неё удрученным голосом, но вскоре поняла, что это не так просто.

– Я ещё различаю, где нормально, а где нет. Ты ведь мечтала о дне, когда сможешь оставить интернат! Завтра наконец он наступит! Как раз и диплом недавно получила, можешь идти работать и жить самостоятельно без правил и графиков!– она приложила руки к сердцу, совершенно по-детски радуясь за подругу и от части за себя ведь ещё четыре месяца и она бабочкой упорхнёт отсюда далеко- далеко в совершенно красивые места. «Она всегда была такой яркой и необычной, наверно её ожидало достойное будущее» – думала Арина, следя за её активной жестикуляцией.

– До того как я устроюсь на работу ещё нужно где то жить, ведь это дело не быстрое, сейчас наверно у каждого есть диплом оператора.

– Есть, но не оператора космической роботехники!

– М…да, действительно хоть этим отличился наш интернат.

– Видишь, есть все же и хорошее.

– Мне придется уехать к бабушке…

– Значит, мы теперь нескоро увидимся,– со слезами на глазах промолвила Вика.

«Как быстро меняется её эмоциональное состояние, только что прыгала от радости, теперь плачет» – подумала Арина, невольно перенявшая у подруги роль утешителя.

– Ты ведь приедешь на моё день рождение правда?– продолжала Вика рыдая.

– Конечно, спрашиваешь ещё.

Шмыганье носом Вики оказалось нестерпимым и Арина поднялась, выводя её из игровой под руку во двор.

– По-моему нам действительно стоит отпраздновать это событие,– наконец согласилась Арина, улыбаясь и разглядывая тонущее в слезах лицо Вики, которое сейчас казалось ей ещё красивее. Серо – зеленыё глаза её подруги от слёз становились яркого и чисто зелёного цвета весенней травы. Последние четыре года они были неразлучны. А вот бабушку Арина видела редко, она была уже старой и жила далеко. Она держала в руке билет на поезд, который увезет её в новую, глухую деревенскую жизнь.

Время шло, работы всё не было, каждый звонок тревогой отзывался в сердце Арины.

И вот, когда она начала привыкать к деревенской обстановке, которую редко встретишь в современном мире 2048 года. В одно прекрасное утро раздался звонок, нажатие кнопки и на старом дисплее выплыло женское лицо с тщательно собранными на макушке волосами и благожелательной «маской».

– Добрый день, вас приветствует Росагенство космических полетов. Ваше резюме принято к рассмотрению, приглашаем на личное собеседование в 12 часов. До свидания.

Женщина пропала из эфира и на экране высветилась схема проезда и график работы агентства. Арина собиралась в спешке, ехать до города полтора часа, поэтому быстро чмокнув старушку и схватив спортивную сумку с документами, она вылетела из дома, широко шагая по грязи к ближайшей остановке. Радуясь, что на её ногах кроссовки на платформе, что у бабушки всё же есть в доме современные технологии в виде единственного видеофона и что все таки транспорт, проходящий через деревню ходит каждые десять минут.

Войдя в агентство и заняв очередь на контрольно пропускном пункте, Арина заметила своё несоответствие по внешнему виду с окружающими людьми. Её спортивный стиль был слегка вызывающим: красная короткая спортивная куртка, черная юбка и малиновые колготы пусть и на стройных ногах, но в слегка массивных кроссовках всё это несомненно привлекало внимание присутствующих, одетых достаточно стильно в деловые костюмы. Сумка, ещё эта спортивная сумка, фиолетовая с двумя белыми полосками по бокам из которой Арина так долго доставала застрявший в дыре подкладки пластиковый паспорт.

«Ничего, я из рабочего класса» – успокаивала себя Арина, делая невозмутимый вид.

– Добрый день!

– Добрый день, – послышалось в ответ от молодой девушки в черном костюме с такими же зачесанными волосами, как и у той в видеофоне. Кстати, они очень похожи, наверное влияние корпоративной этики сказалось на их наружности и поведении. Арина машинально пригладила свои светлые коротко стриженые волосы, убирая спадающую длинную прядь челки за ухо.

– Ознакомившись с вашим резюме…– инспектор Людмила, как было написано на её бейдже, пролистала бумаги лежащие на её столе, зачитывая: «вы выросли в интернате, получили диплом оператора по управлению и ремонту робототехнических механизмов, прошли практику на заводе по сборке роботов уборщиков, нигде официально не работали».

– Да, именно так.

– Какие именно машины вы собирали на заводе?

– Обычных роботов уборщиков улиц, и погрузчиков так же пропускников КПП и «дорожных патрулей».

– Вы программировали дорожных патрулей?

– Нет, этим занималась другая служба, я осуществляла ремонт и замену деталей или корпусов.

– У вас есть родственники?

– Да есть, одна бабушка,– вопросы казались Арине напрягающими и темп голоса инспектора неприятно ускорялся.

– За вами числиться какая либо недвижимость?

– Я указала это в декларации.

– Я повторяю вопрос: за вами числиться какая либо недвижимость?

– Часть дома, принадлежащего моей бабушке в деревне.

Людмила встала, глядя сквозь Арину, выдала какой-то талон и указала на дверь

– Пройдите в 406 кабинет на консультацию к психологу. До свидания.

– До свидания.

Кабинет 406 оказался таким же, как и предыдущий, правда полная женщина, сидящая в высоком кресле со спинкой, оказалась не такой официальной и более живой с виду. Тест длился примерно час, щёки Арины горели, то ли от излучения планшета, то ли от навалившейся на неё усталости, но она терпела, интернат всё-таки закалил её выдержку.

Изнурительные беседы были окончены и Арина наконец вышла на улицу, зашагав прямиком в курилку за углом. Две барышни в деловых костюмах шептались о чем то, затягиваясь электронными сигаретами. Увидев Арину, они замолчали и поспешили уйти.

Арина достала из кармана пачку сигарет и подкуривая чуть не опалила вылезшую из-за уха челку.

– С курением вам пора завязывать, особенно его традиционным видом- послышался позади мужской голос. Девушка обернулась. У стены, где только что шептались барышни, стоял мужчина средних лет в светлом плаще.

– Это ещё почему?

– В космосе курение запрещено, разве что за бортом корабля,– мужчина сам засмеялся над своей, как показалось Арине неудачной шуткой. Она продолжила курить отвернувшись от него. Тогда мужчина подошел и изучающе – странно уставился в её лицо, его выражение стало серьёзным и немного пугающим.

– Ты ведь Арина Дунаева,– и он доставши удостоверение из кармана плаща развернул его перед её носом – Через две недели после прохождения подготовки ты в составе команды из трех человек вылетишь на околоземную орбиту.

Начальник отдела СМО Левашов Петр Геннадьевич, как было напечатано в удостоверении, казалось уже не шутил, он отнял у Арины находящейся в лёгком шоке сигарету и затушив, выбросил в мусор.

Неужели так бывает! Она не верила собственному успеху. Собирая роботов на практике, она и не мечтала, что когда-нибудь попадет на борт космического корабля.

Лекция Левашова была очень впечатляющей благодаря его одержимости работой, она звучала как революционная агитация, мол: «Все в космос на субботник. Пора убирать за собой товарищи!». Может со стороны это казалось и смешно, но он заразил всех присутствующих на ней своим необыкновенным рвением.

– К 2060 году только за счет фрагментации уже имеющихся на орбите объектов искусственного происхождения число вновь образующихся обломков начнет превышать количество падающих на Землю. Орбитальная свалка уже начала «саморазмножаться», это ставит под сомнение возможность безопасных полетов в космос вообще. Проблема утилизации космического мусора в настоящее время является одной из приоритетных в освоении околоземного пространства. Вы находитесь в перспективной отрасли, которая будет развиваться и дальше. Думаю, карьерный рост будет у каждого из вас. Соответственно если не будете прекращать обучение. Под космическим мусором подразумеваются все искусственные объекты и их фрагменты в космосе, которые уже неисправны, не функционируют и никогда более не смогут служить никаким полезным целям, но являющиеся опасным фактором воздействия на функционирующие космические аппараты, особенно пилотируемые.

Вследствие огромного запаса кинетической энергии столкновение любого из этих объектов с действующим космическим летательным аппаратом может повредить его или даже вывести из строя. Так что вы не только расчищаете пространство, но и спасаете жизни людей находящихся в других кораблях и станциях ведь эффективных мер защиты от объектов космического мусора размером более 1 см в поперечнике практически нет.

МС2 – ваш маленький временный дом. Корабль был создан из отдельных герметичных отсеков. В основном из-за того, что это наиболее легкий метод доставить все компоненты станции на орбиту. Узлы расположенные на боковой стороне, служат индивидуальными убежищами, где космонавты могут переждать аварийную ситуацию, если какие-то высокоскоростные песчинки космического мусора пробьют корпус какого-либо другого узла, что вызовет его разгерметизацию. Но не пугайтесь, таких случаев в нашей практике достаточно редкие, надеемся на ваш высокий профессионализм, что и в дальнейшем такого не случиться. Для осуществления выходов в корабле предусмотрены шлюзовая камера и скафандры. Вы пройдёте небольшую практику на тренажерах в течении месяца и вперед покорять и расчищать космические просторы!

«Запуск каждого космического аппарата – зажигательная и великолепная вещь; конец же его недостойный и печальный». Арина убедилась лично в первой части этого выражения, испытывая на себе все «приятности» процедуры взлёта.

Осознание того, что она в космосе к Арине приходило постепенно. Даже глядя на Земной шар в иллюминатор, она не могла до конца осознать это. Работа давалась тяжело, усталость быстро наполняла тело. Вахты тянулись долго и скучно.

В отношениях с Ирой чувствовалось натяжение, оно поначалу ничем не проявлялось, но сейчас оно подтверждалось её тоном и странными фразами, которые она отпускала в сторону Арины, пытаясь всегда подчеркнуть своё превосходство, завуалировав это под шутку. Павел не обращал на это никакого внимания, общаясь с обеими сотрудницами одинаково хорошо, но Арине казалось, что его отношение к ней более нежное.

– Я просчитала траекторию, через час нужно запускать сеть,– сказала Ира, глядя в монитор

– Сеть ещё не готова, осталось небольшой кусок заполнить жидкостью.

– Ты так долго работаешь?

«Опять она взялась за своё» – Арина, пытаясь держать себя в руках, промолчала. «Ещё немного и её терпению придёт конец, это не что иное, как соперничество, а никакое не влияние космоса».

Металлическая обрезиненная сетка, сложенная в несколько сотен слоев ожидала своего выхода. Предварительно Ира начала свою работу по математическому моделированию облака мусора. С изменения его формы за счет мелких осколков во времени.

Для неметаллического мусора требовалось распылить на встречной орбите металлический порошок. При столкновении с пылевым облаком часть кинетической энергии мусора погасится. Некоторые частицы пыли могут вклеиться в неметаллические обломки и, по ходу дела включать большой магнит, чтобы облако сильно не разлеталось, и чтобы управлять металлизированным, оставалось свернуть сетку в рулоны.

За несколько часов, Арина вывела сотню таких сеток. Далее требовалось развернуть и скрепить их между собой. Получился гигантский летающий каркас.

– Ира выходи, нужно поставить на углы движки для коррекции орбиты и ориентации.

К тому же еще и сенсоры прикрепить.

– Типа – гироскопчики, чтоб при ударе можно было бы сигнал получать?

– Вот, именно их!

– Есть капитан!

– Интересная штука получилась вроде как сеть рыболовная.

– Да, Арин, такая вот сеть, хотя я назвал бы её губкой, размером 50х50х50 м будет летать на орбите и впитывать мелочь. Что не застрянет, то хотя бы потеряет скорость.

Ужин получился великолепный, Ира достала самые вкусные наборы и оформила торжественно стол. Хоть все и устали, но хотелось праздника. Лёгкая музыка и приглушенный свет создавали приятную обстановку, девушки сняли надоевшие за несколько дней комбинезоны, надев простенькие платья, и наслаждались компанией друг друга, а особенно Павла.

– Хорошо выглядишь, не представлял, что ты такая.

– Какая?– Поинтересовалась Арина удивленно.

– Ну…. привлекательная,

Арина засмущалась, действительно рабочий оранжевый комбинезон прятал фигуру и плечи под слоем прочной отражающей ткани, ровняя силуэт, как мужчины, так и женщины.

– Попробуйте фрукты, они совсем не потеряли вкус и выглядят точно их только что сорвали!– Ира крутила в руке яркое красное надкушенное яблоко.

Умела же Ира перевести внимание мужчины на себя и не только в общении. Рыжие до плеч волосы были аккуратно уложены, зеленые глаза красиво подведены. Арина скучала по Вике каждый раз, когда видела их схожесть темпераментов и чувствовала большую грусть о том, что их отношения с Ирой сложились именно так, как сложились и она не в силах их изменить, а может и слишком гордая для этого.

– Может, познакомимся поближе? Давайте каждый расскажет о себе то, что считает нужным, – продолжила она.

Паша начал первым:

– Я родился и вырос в Таганроге, после смерти матери, мой отец пытался воспитывать меня сам, но у него ничего не вышло. Работал он допоздна, а я был ещё слишком мал, чтобы оставаться дома одному столько времени, поэтому в один прекрасный день пришла социальная служба по делам детей и забрала меня в интернат. Было тяжело, но я привык со временем, нашел друзей. Они можно сказать стали моей семьёй. Отец навещал всё реже и реже, он женился и переехал, мне на тот момент было уже четырнадцать, я решил остаться в интернате, хотя была возможность переехать к нему. Однажды я приехал к нему в гости на Рождество, мы тогда здорово провели время, его жена оказалась хорошей женщиной, у них появился ребенок. Я был в их доме, но не чувствовал его своим несмотря на их доброе отношение ко мне и предложение переехать. У меня даже была бы своя комната! Но когда я представил себя живущим с ними вместе полной семьёй, я … я не смог. Я понял, что не смогу жить в семье, по их правилам и распорядку. Я подумал – как мне будет грустно в своей комнате самому, без своих друзей, я не привыкну к этому никогда.

– И ты ушёл?– глаза Арины блестели слезами.

– Да, я пошел домой. Интернат стал моим домом. Когда мне исполнилось восемнадцать, я поступил в летное училище, жил в общаге и вечерами работал, то загружая, то разгружая на автопогрузчике продукты на промбазе. Сейчас мне двадцать пять и это мой третий полёт.

– Ну, а со мной всё тоже просто, хотя отчасти грустно, – сказала Ира,– отца своего я не знаю. Дай Бог, если его знает моя мать, которая отдала меня в приют ещё в шесть месяцев. Говорят, она уехала за границу, предварительно отказавшись от меня, поэтому, когда выросла интерес найти её, у меня так и не пробудился. Своей мамой я всегда считала воспитательницу Оксану, я и сейчас общаюсь с ней как с единственным близким человеком, не знаю, но мне всегда казалось что человек просто не может быть одиночкой, вернее ему не может нравиться это состояние. Я всегда стремилась иметь семью, но к сожалению такая возможность не представилась, вообще иметь крепкую и дружную семью моё самое большое желание, я бы ни за что не отказалась от этого и ради любимого человека пошла бы на что угодно.

Она так посмотрела на Павла, что Арина поняла всю серьёзность чувств Иры к нему.

– Арина. Арина! Над чем ты задумалась? Теперь твоя очередь.

– Моя… – она оглядела присутствующих и сказала: Я ведь тоже выросла в интернате, мои родители погибли, когда мне было пять лет. Мне кажется подозрительным то, что у нас троих нет семей, то есть искать никто нас никто не будет и претензий к агентству не предъявит, если с нами что-то случится.

– Конечно, не будет! Мы же в космосе, а все что здесь происходит это форс-мажор,– недовольно произнесла Ира.

– Поэтому нас и взяли на эту работу, зачем агентству проблемы, я уже проделал три рейса и ситуация с подбором команды не меняется. Мы же мусорщики и этим всё сказано. Сколько же хлама болтается на орбите!– решил перевести тему в рабочее русло Павел после минутного молчания,– Скажу честно, думаю, что дальше ситуация будет только ухудшаться, ведь количество космического мусора на орбите не уменьшается и скорее всего однажды столкновения избежать не удастся, ведь такие случаи уже были, но не такие масштабные, а возможно от нас их просто скрывали.

– Я слышала выступление Виктора Шутова- начальника Управления космических систем навигации, связи и наземных комплексов управления Роскосмоса. Так вот он уверяет, что не нужно преувеличивать и нагнетать ситуацию, никакого увеличения массы космического мусора быть не может, поскольку постоянно происходит его естественная убыль за счет вхождения в плотные слои атмосферы, где он благополучно сгорает.

– Ира ты и сама своими глазами прекрасно видишь какова ситуация на самом деле, и что всё ещё будешь цитировать мнение человека который сам был в космосе пятнадцать лет назад?

Ира зыркнула на Арину недобрым взглядом. «Похоже, девочка решила вступить в бой, ну, ну, чем ещё блеснёт даже интересно» – подумала Ира, поглаживая вилку указательным пальцем.

– Беда в том, что не существует единого правила для всех стран, что отработавший свое корабль или спутник должен получить импульс, чтобы либо уйти за пределы Солнечной системы, либо сойти с орбиты. Поэтому гнилые спутники вращаются вокруг Земли, точно железяки на автосвалке.

– Лично мне кажется это разумным, чтобы старые спутники направлялись на безопасные орбиты или сгорали в атмосфере Земли. Этим- то мы и занимаемся пока.

– Безопасные орбиты, та же свалка, только подальше от этой 200 км выше геостационарной орбиты, ещё и дополнительные расходы на вывоз. Вот если бы придумали такую бомбу, чтоб она создавала воронку, затягивающую в себя и расщепляющую мусор и обломки, а потом сама удачно захлопывалась и ликвидировалась.

– Ты знаешь Арин в этом что-то есть, может запатентуешь свои мысли? Если сначала получится их оформить как следует, а то мысль очень уж фантастическая, а если и дойдет дело до реальности то и очень опасная, воронка это тебе не шутки. Завод, например, создали для целей не только сборки, но и переработки мусора,– ехидно заметила Ира.

– Не ссорьтесь! Работы у нас девчонки полно, учитывая поставленные перед нами сроки. При расчете надо учитывать, что объем космического пространства, нуждающегося в "зачистке" – огромен. С одной стороны, сама орбита "длинная"– все-таки огибает Землю на высоте 36000 км, а с другой очищать надо не столько саму орбиту, сколько ее окрестности. При взрывах космических аппаратов рождаются облака фрагментов, которые отклоняются от орбиты до 30 градусов, но при этом регулярно ее пересекают. Да и каждый запуск, в том числе и мусоросборщика, порождает новые объекты космического мусора, так что наши последователи ёщё будут убирать и за нами.

Как только кончилось рабочее тело, объекты начинают дрейфовать вдоль орбиты. При этом, в зависимости от начальных условий, они могут двигаться в противоположных направлениях – и с запада на восток, и с востока на запад. "Средняя" скорость окологеостационарных объектов друг относительно друга до 800 метров в секунду! Но некоторые геостационарные объекты взрываются и спутники, и моторы, и тогда порождаются облака фрагментов, двигающиеся со скоростью – до 3 км в секунду. За третью ходку в космос я не заметил, чтобы мусор убывал, как это не прискорбно, а ведь мы не единственные мусорщики. Одно хорошо, что безработными нам пока не стать.

Утро выдалось на редкость бодрым, маленький бокс ограничивал разыгравшуюся у Арины активность, ей хотелось движения и она направилась в тренажерный зал. Дверь в зал отъехала в сторону и взгляд Арины пал на тренирующегося Пашу, его сильные руки поднимали штангу в положении лёжа, вспотевшая в белой майке мужская грудь вздымалась от тяжелого дыхания, мышцы тела напрягались от усилия. Арина смотрела на него совершенно ни о чем не думая, просто застыв на месте и наблюдая.

– Давно ты здесь?– задыхаясь, спросил он

– Нет, только вошла.

– Я уже закончил, поэтому скоро ухожу, чтобы не смущать тебя.

– Я нисколько не стесняюсь тебя.

Паша самоуверенно улыбнулся и перекинув полотенце через плечо направился к выходу. Арина проводила его взглядом, надевая боксерские перчатки и оторвалась на груше.

Орбитальный завод ожидал поставки, предстояли напряженные десять часов работы.

– Вижу объекты. Большинство их находится на орбитах с высоким наклонением, плоскости которых пересекаются, поэтому средняя относительная скорость их взаимного пролета составляет около 8 км/с. Думаю здесь необходим робот-уборщик,– доложила Ира по связи.

– Уничтожающий космический мусор ценой собственной жизни?

– Именно Арина! Но не жизни, а своего предназначения.

– Но у нас их всего два. Ты уверена что он годится для этих объектов? Их используют, если встретится опасный кусок мусора, чтоб он захватил его и нырнул в плотные атмосферные слои и вместе со своей “добычей“ сгорел – что является вообще-то экстренным вариантом. Не забывай, что мы должны доставить части спутников на завод, а потом уже заниматься другим делом.

– Конечно уверена! Что за вопрос, ведь я программист, и я уже всё просчитала. Но в этом ты на удивление права, сначала выполним заказ,– недовольно согласилась Ира

– Надо запускать, готовь его Арин,– Паша скомандовал спокойно, и Арина подчинилась.

Робот отдалялся от корабля в заданном направлении, Арина провожала его глазами, всматриваясь в светящуюся точку, плывущую в черноте космоса.

– Для эффективной переработки собранного мусора, робот должен отсоединить части устаревших искусственных спутников, такие как антенны и солнечные батареи, ведь оставшиеся функциональными они могут использоваться повторно и отнести их на Завод. Далее полезные части планируется присоединять к нуждающимся в усовершенствовании или ремонте миниспутникам, находящимся на орбите, эту работу выполняют на Заводе сорок контрактников: конструкторов и инженеров у них очень хорошая зарплата и все кого я знаю, мечтают в перспективе устроиться туда на работу.

Недостатком в функциях робота было то, что после разборки спутника космонавт должен был выйти к нему и перепрограммировать на транспортировку деталей и стыковку с платформой завода. Это касалось специальности Ирины, она вела расчеты и работала с программами, но именно сейчас ей нездоровилось и она употребила лекарство под действием которого нежелательно выходить в космос.

– Ира я не выпущу тебя,– сдвинув брови, строго сказал Паша повернувшись в её сторону

– Потом будет очень сложно подобраться к роботу, тем более поставки деталей ожидают завтра, ты хочешь лишиться премии? Я вот нет!

Она резко натягивала защитный комбинезон, насупив лицо.

– Твой выход вообще ставит под угрозу весь план, как и твою жизнь!

– Нет, всё нормально я справлюсь.

– Садись за пульт и держи связь со мной, через десять минут я выйду вместо тебя, приказ не обсуждается.

Сердце Арины атаковала тревога, комок не пропускающий ни одного слова подкатился к горлу. Она понимала, что это нормально для экипажа, состоящего из трёх человек и что у капитана есть в этом деле опыт. Да и если бы она имела таковой, то и её отправили бы на перепрограммирование робота, но тревога не отступала и никакая сила убеждений не способна была её погасить.

Белый скафандр неуклюже махнул рукой, отдаляясь на длинном тросе в сторону робота. Долетев до него и присоединившись к корпусу стал пробираться маленькими прыжками в сторону его компьютерного блока. Беспокойство охватывало команду толи относительно немецкого спутника, в состав которого входят керамические элементы и тяжелое жароустойчивое стекло, входящее в конструкции его зеркала, стоившее очень дорого, толи из-за опасности, которую представлял спутник своими несгораемыми частями. Дёрнув рычаг два раза, космонавт открыл щит предохранявший блок от повреждений. Паша начал работу изредка переговариваясь с Ирой, потом они над чем-то смеялись, далее опять переходили на жуткие технические термины. Спустя какое-то время на мониторе появилось движение маленьких красных точек сопровождавшееся надоедливым пищанием.

– Паша, метеоритный дождь приближается!– встревожено сказала Ира.

– Сколько у меня времени?

– Примерно минут десять, лучше уходить сейчас его скорость слишком большая, здесь рядом много обломков.

– Понял. Сейчас ещё минутку.

– Паша я забираю тебя! Времени уже нет!

– Ира, я готов.

Времени уже не оставалось, хорошо что корабль находился далеко от предполагаемого эпицентра, но булыжники уже проносились, сбивая всё на своем пути. Один из них ударил в робота, потом следующий, осколки разбитой антенны устремились в сторону корабля. Паша завис в космосе болтаясь на тросе, как рыба на крючке.

– Ира приём, Ира!

Ответа не было. Корабль был поврежден атакой метеоров, связь отключена. Паша испуганно наблюдал за движением массивного обломка приближавшегося к кораблю, зависший между объектами капитан чувствовал свою беспомощность, что либо исправить в этой ситуации. Он пытался связаться с центром, но когда связь была установлена, стало слишком поздно уходить. Стук и скрежет об обшивку корабля обломком антенны вывел из строя все системы.

– В правом секторе пожар!– закричала Арина еле держась на ногах.

– Возгорание распространяется, блокирую двери.

– Мы же не сможем так забрать Пашу! Ты спятила!

– Это ты спятила! Несколько минут и может быть взрыв! Хочешь отправиться на тот свет?

– Он погибнет!– Арина бросилась к двери отсека, судорожно набирая код.

– Ты не сделаешь этого, стой!

Ира бросилась вслед за ней и ударила в плечо, повалив её на пол. Завязалась драка. Свет мигал, гудела сирена, компьютер спокойным женским голосом озвучивал угрожающую обстановку: «Пожарная тревога. Пожарная тревога до блокировки осталось две минуты. Системы жизнедеятельности в первом отсеке будут отключены»

Ира лежала на полу, схватившись за голову руками, Арины в отсеке не было. Компьютер давяще отсчитывал время до отключения систем. Ира быстрым шагом направилась к спасательной капсуле, одиночная капсула не работала, она бросила попытки её активировать. Звук сирены усиливался, огонь пробирался всё дальше, Арина надела скафандр, широкие двери в отсеках открылись огонь шарообразно вспыхнул и тут же потух в открытое пространство полетели какие то предметы.

«Разгерметизация отсека, Разгерметизация отсека»– монотонно повторял компьютер. Арина закрепленная на тросе к роботу погрузчику медленно выплывала в открытый космос, она видела вдали Пашу одиноко зависшего в бездне космоса. «У него ещё есть воздух, есть. Он жив»– думала Арина, периодически пытаясь наладить с ним связь, но попытки оказались тщетны. Она приближалась к нему, ощущая всю мощь космоса его величество и тайну, чувствуя себя маленькой песчинкой. Там внизу была её родная планета, она чувствовала к ней такую безраздельную любовь в эти минуты, словно птенчик выпавший из гнезда. Первый раз в жизни она плакала от ощущения огромной свободы и в тоже время осознавала, как всё же человеку важно чувствовать свою принадлежность к чему то, в её слезах было столько отчаяния и страха, что на какое-то время она забыла о Паше, погрузившись в свои чувства как в бездну. Дальше погрузчик уже не двигался, отлетев достаточно далеко от корабля всё же это транспортер, а не летательный аппарат. Оставалось надеяться только на себя, Арина всё ещё находясь прикрепленной к погрузчику тросом нырнула в бездну навстречу капитану . Она протягивала к нему свою руку с такой силой, что она казалось вышла из сустава и даже немного удлинилась. «Да! Космос -это что-то фантастическое!»– ликовала она внутри себя, ощущая свою победу над обстоятельствами. Рука Паши была в её руке, мертвой хваткой она подтащила к себе тело и пристегнула его к себе на карабин висевший на её поясе, набрав код на мини компьютере встроенном в локтевой части рукава скафандра она задала команду «возвращение». Робот как говорится «смотал удочки» притянув к себе пару за трос и отправился обратно.

– Жаль ты без сознания, мы так эффектно смотримся сейчас вместе. Я всё-таки спасла тебя,– Арина говорила и улыбалась, она могла бы сказать ему сейчас намного больше,– как же хорошо, что ты меня не слышишь любимый!

Шлюзы закрылись, но воздуха в отсеках не было, только в кабине управления автоматически включились запасные системы жизнеобеспечения, но сейчас была цель добраться до спасательной капсулы.

– Спасательная капсула 2 покинула корабль,– повторял компьютер

Две удаляющиеся красные точки турбин двигались в сторону Земли.

– Ну вот, наконец-то мы остались наедине,– пошутила Арина с находившемся ещё без сознания капитаном и затащила его в командный отсек, сняв скафандр с себя а затем с Пашу она сделала глубокий вдох и принялась приводить его в чувства.

– Привет..– прохрипел Паша пробуя улыбнуться.

– Привет,– шёпотом ответила Арина поглаживая ладонью его холодные щёки.

– Ты спасла меня, Арина..я..

– Тише, тише ещё не спасла, нам предстоит долгий путь возвращения домой.

– Во второй спасательной капсуле два места, вы полетите с Ирой?

– Конечно с Ирой

– Я надеюсь, она будет на управлении, она уже пришла в себя?

– Да всё нормально, я буду в капсуле спать, как и ты.

Паша приподнялся с ложа капсулы, но Арина вернула его в лежачее положение, набирая что-то на компьютере и шевеля проводки над его головой, она с серьёзным и невозмутимым видом щёлкала по кнопкам. Паша наблюдал за её уверенными движениями, теперь она уже не казалась ему той неопытной и неуверенной девочкой, что раньше.

– Может поужинаем вместе, когда прибудем на Землю?

– С удовольствием, – она улыбнулась ему так нежно, насколько было возможно, сдавливая внутри себя невыносимую тоску о том, что двухместная капсула уносила Иру на Землю. Арина старалась больше не смотреть в иллюминатор.

Капсула закрылась. Паша прикоснулся своими пальцами к разъединявшему их стеклу, Арина прикоснулась своими пальцами в ответ.

– До встречи!– произнесли его губы за глухим стеклом. Арина кивнула.

За ней закрылась дверь и компьютер озвучил старт спасательной капсулы.

Арина сидела в кресле капитана и смотрела в тьму небес усыпанную яркими искрами звезд. Спасательная капсула с Пашей на борту удалялась и на сердце становилось немного легче. Красная кепка, висящая перед глазами Арины нашла своё место на её голове. Пусть она была велика, но ведь это кепка капитана. Дышать становилось труднее, она послала SOS на агентство, не надеясь на ответ, да и ответа не последовало. Арина включила знакомую мелодию и закрыла глаза, облокотившись в обтекаемое спину кресло. Скоро она покинет бесконечное космическое пространство и встретит новое.