Название книги:

Дом на двоих

Автор:
Александра Черчень
Дом на двоих

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 1

Люди бывают разные. Как и нелюди, впрочем.

Есть хищники: они в каждой ситуации находят какие-то плюсы и знают, как повернуть себе на пользу любое событие.

Есть защитники. Такие больше действуют, огрызаясь на внешнюю угрозу, но если прижмет – работают как не в себе. Классический пример – это дедлайн, когда они умудряются за три ночи сделать работу трех месяцев.

А я человек-мох! Могу худо-бедно развиваться в спокойной обстановке, без яркого солнечного света, без жары и не на холоде. Не трогайте меня, и мне будет хорошо! Но временами обстоятельства прижимают к стенке так, что в глубине души просыпаются все: от хищников и защитников до очень зубастых чудовищ.

Сейчас я стояла, придерживая рюкзак, и мрачно смотрела на очень старый дом со следами былой красоты на фасаде.

Чем-то мне это напоминало отчаянно молодящихся пожилых красоток, чьи морщины и общее увядание не мог скрыть приличный слой тональника, пудры и прочих женских приблуд.

Вот и дом вызывал не менее противоречивые ощущения: за покосившейся калиткой вилась дорожка, и на ее плитах, проглядывающих сквозь траву, виднелись полустертые линии, напоминающие руны. Красная черепица наполовину облетела, обнажая ободранную крышу, дай бог, не гнилую. Доски внешней облицовки дома тоже покосились и рассохлись от времени.

– Отвратительно, – честно выдала я, наблюдая за тем, как от высокой трубы отваливается кирпич и с грохотом падает на крышу.

– Ну вот, мисс О’Рейли, ваше наследство, – преувеличенно бодрым тоном проговорил мистер Коннелли, с опаской глядя на развалюшку в десятке метров от нас. – Принимаете?

А варианты? Какие у меня еще есть варианты, позвольте поинтересоваться? Выбора не оставили, к сожалению!

– Да, принимаю, – со вздохом ответила я и повернулась к нотариусу: – Где нужно подписать?

Он указал несколько мест в документе, отмеченных галочками, дождался, пока я поставлю там кривые закорючки, и торопливо упаковал бумаги в кожаный портфель, оставив мне на руках один экземпляр. Покопавшись в закрытом отделении, он достал связку старых, покрытых ржавчиной ключей. При этом держал их за дужку носовым платком, стараясь не касаться потемневшего от времени металла. Мне в руки ключи впихнули все так же в тряпице.

Чудно…

– Еще хочу сказать, что кроме дома вам завещали содержимое банковской ячейки. Когда вам удобно его забрать?

– Завтра днем? – предложила я, прикинув, что этого времени мне как раз хватит на обустройство.

– Буду ждать, – кивнул мистер Коннелли и ровным голосом закончил. – Удачи, Беа. Она вам пригодится.

И ушел! Практически сбежал.

Я посмотрела сначала вслед торопливо удаляющемуся вниз по улице нотариусу, а после на стоящий на возвышенности дом.

– Главное – не унывать! – подбодрила себя. Отперла калитку и, закинув ключи в платочке в карман куртки, смело толкнула ее. – Сначала надо зайти и осмотреться, понять, можно ли тут вообще жить или меня подставили даже больше, чем можно представлять?

Согретое солнцем шершавое дерево мягко кольнуло кожу ладоней, и калитка со скрипом отворилась. Поудобнее перехватив свои вещи, я решительно ступила на потрескавшийся мрамор плит, старательно игнорируя внутреннее состояние.

Сейчас не до психологических завихрений!

На первый взгляд местечко показалось приятным.

Тенистый сад, густой запах разнотравья и поздних цветов, рдеющих среди высоких стеблей запущенной растительности.

Ступени мерно скрипели под моими ногами, а я внимательно смотрела на тяжелую дубовую дверь с замысловатым руническим узором. Любопытно… судя по всему, это охранные знаки.

Вставив в замок показавшийся подходящим ключ, я с усилием повернула его три раза и налегла плечом на тяжелую дверь. Она, вопреки ожиданиям, распахнулась настолько легко и беззвучно, словно петли ежемесячно смазывали маслом. От падения на пыльный пол спасло только то, что я успела ухватиться за массивную медную ручку.

– Вот же… здравствуйте, – пробормотала недовольно, выравниваясь и открывая дверь во всю ширь.

Словно в ответ, над головой что-то протяжно заскрипело, и прямо перед моим носом шлепнулась на пол отвалившаяся доска с длинными, хищно загнутыми, ржавыми гвоздями.

Если дом так отвечал на приветствие, то он явно желал, чтобы незваная гостья свалила туда, откуда пришла. Но у меня был весомый довод, чтобы остаться, причем надолго, если не навсегда. Я не гостья, я – хозяйка.

Хозяйка этого дома.

Больше неприятных неожиданностей не было.

Я прошлась по первому этажу, распахивая окна и стягивая с мебели пыльные чехлы, небрежными кучками оставляя их на старинном паркете.

Дом настороженно присматривался ко мне, а я к нему.

Я на цыпочках ступала по его ступеням, а он скрипел под моими ногами половицами. Я с усилием отворяла тяжелые створки окон, а он упирался всеми силами рассохшейся древесины. Я трогала старинные рамы зеркал, а он искажал мое отражение до неузнаваемости…

Стоя возле очередного зеркала, я вглядывалась в силуэт по ту сторону завесы из пыли и только дивилась тому, как полумрак может превратить рыжие локоны в темные, а мою субтильную фигурку в весьма внушительную.

Тряхнув головой, отправилась на поиски хозяйственных помещений. Включила пробки, проверила водопровод и осталась довольна увиденным.

Дом, конечно, старый, коммуникации тоже древние, но все работает исправно и нуждается в совсем небольшом ремонте.

– Ну что… – сказала сама себе, прислонившись бедром к массивному кухонному столу. – Все не так плохо. Да полно, просто отлично! Нужно только как следует отмыть, и домик засверкает!

Дальнейшие полчаса прошли в поисках такого необходимого инвентаря как ведра, швабры и тряпки. И, как ни странно, я не нашла ничего из вышеперечисленного.

Приняв решение сходить в магазин и закупиться всем необходимым, двинулась к выходу. С грохотом закрыла тяжелую дверь, вприпрыжку пробежала по извилистой дорожке через сад и только в тот момент, когда поворачивала ключ в калитке, поймала за хвост ускользающую мысль.

На пороге не было той деревяшки, которая едва не проломила мне череп при входе.

Я обернулась к дому, затерянному в густых кронах деревьев, и повела плечами.

Может, сама же ногой отшвырнула и забыла?

Пока я шагала к магазину и мысленно составляла список покупок, периодически в уме возвращалась к оставленным в доме вещам. Не украли бы…

Нет, шмоток не жалко. Во всем моем рюкзаке единственную ценность представлял графический планшет. Зато он стоил как четверть этого дома и, на данный момент, был единственным моим рабочим инструментом.

Я художник-иллюстратор. В основном рисую на заказ, и недавно мне поступило предложение создать эскизы персонажей для новой игры на основе легенд о фейри: Благой Двор и Неблагой, высшие и низшие мифические твари и все, что с ними связано.

Потому моя ссылка в эту ирландскую глушь в какой-то степени была даже выгодна. Местных порасспрашиваю, вдохновение нагуляю, а то на основе одних статей в интернете особо много не нарисуешь. А главное – оригинально не нарисуешь.

Да что говорить, даже мой дом словно сошел со страниц старых сказок!

Что еще нужно творческой личности?

В этот момент на моем пути появилась высокая сутулая фигура, и я сбилась с шага, а после и вовсе вынуждена была остановиться, уставившись на живое препятствие во все глаза.

Высоченный, тощий до невозможности тип с желтоватой кожей и неприятным лицом пристально на меня смотрел и, судя по белому воротничку, являлся пастором.

– Это вы теперь владеете домом на холме?

Голос у него оказался под стать внешности. Скрипучий и противный.

– Допустим, я, – осторожно ответила, ловя себя на желании ни за что не признаваться.

– Тогда это просто отлично, что я вас тут встретил! Дом высоко, а колени у меня уже не те… Держите! – возрадовался странный пастор и сунул мне в руки пакет. – Тут все самое необходимое!

Мне очень хотелось сыронизировать на счет чистящих средств и половых тряпок, но внутренний голос подсказывал, что местный священник не оценит моего чувства юмора, потому аккуратно уточнила:

– Что именно?

– Святая вода, настоянная на серебре, сушеные ягоды рябины, заговоренные амулеты. Боюсь, что простым железом его уже и не пронять будет.

Э?! Что?!

Кажется, мимика была достаточно выразительна, потому пастор сказал:

– Мисс О’Рейли, неужели вы ничего не выяснили про дом, в права наследства которым вступили?

– Выяснила, конечно. Нотариально чист, никаких альтернативных наследников нет, так что проблем быть не должно.

– Ехать в ирландскую глубинку и поинтересоваться исключительно документальной частью вопроса? – изогнул бровь священнослужитель. – В Дублине окончательно забыли обо всем, что не связано с выгодой и деньгами? Забыли о мире по ту сторону холмов?!

– Смею заметить, что мой домик, во-первых, НА холме, а во вторых – да, я не верю в старые сказки. И мне вдвойне странно, что в них верите вы, адепт совсем другой религии.

Я смело встретила возмущенный взгляд старика, который поджал губы в ответ на мой выпад и, видимо смирив внутреннюю бурю, спокойно ответил:

– Потому что я здесь живу уже долгие годы. И если вы хотите провести время хорошо, после чего уехать в своём уме, то стоит принять правила той земли, на которую прибыли.

Глядя в прозрачно-голубые глаза уверенного в своей правоте пастора, я подумала о том, что спорить с сумасшедшими – дохлый номер. А потому…

– Спасибо за советы, мистер…

– Джилиус Коннелли, – наконец-то соизволил представиться он. – О вас я уже наслышан, мисс Беата О’Рейли. Всего хорошего…

И ушёл. А я так и осталась стоять посреди тротуара с бумажным пакетом в руках и полной растерянностью в мозгах.

Вот тебе и первое знакомство с местными жителями.

 

Я покрутила в руках подарок пастора и, пожав плечами, закинула его в сумку. Дома гляну, что там за средства защиты… И самое главное – он так и не сказал, от чего я должна защищаться!

– Бред, – решила я и твердым шагом направилась в магазин.

Оттуда выползла спустя полчасика, сгибаясь под тяжестью сумок. Изначально анонсированный набор «минимум» превратился в набор «максимум». Меня мотыляло как осинку под порывами ветра… м-да, все же мысль о том, что нужно приобрести ВЕСЬ набор чистящих средств, была так себе. Пять бутылок по литру каждая, плюс много мелочевки…

Я с тоской посмотрела на дорогу вверх, окруженную зелеными приусадебными участками.

– Ладно, глаза боятся, а ноги делают! – оптимистично переиначила я чью-то народную мудрость и двинула вперед. Энтузиазма хватило метров на двести, а после в пакеты словно по гире добавили, а на несчастные ножки утяжелители повесили. Солнце с каждой минутой палило все сильнее, а мои силы таяли с каждым шагом.

Я поставила свою тяжкую ношу на тротуар и выпрямилась, потирая ноющую поясницу. Именно в этот момент позади раздался шелест шин, а после со мной поравнялся черно-оранжевый кабриолет. За рулем сидел мужчина среднего роста, среднего сложения и вообще весь какой-то очень… средний.

Я художник, и чужой внешний облик, ощущение от него – моя специализация. Люди, особенно новые, всегда воспринимались мной очень остро и… целиком, что ли. От них всегда шел неповторимый флер.

Есть мужчины, при виде которых тебя напрочь сбивает волной обаяния, а уж если они при этом в дорогих костюмах и на тачке, стоящей как крыло самолета, то к их харизме неведомым образом добавляется еще пара плюсиков. Этого не спасал даже кабриолет.

Никакой. Совершенно, абсолютно никакой. Настолько, что это даже кажется странным и подозрительным.

– Здравствуйте, мисс О’Рейли, – мягким приятным голосом поздоровался мужчина и неторопливо вышел из машины.

Не снимая солнечных очков, обошел капот авто и остановился в нескольких шагах, боком ко мне. Повернув голову, чуть изогнул губы в улыбке. Я задумчиво осматривала его узкое лицо, густые длинные волосы, заплетенные в косу сложного плетения и спускающуюся до середины спины.

– Здравствуйте, – наконец-то выползла я из созерцательного омута. – Не имею чести знать вас.

– Элрой Стоун к вашим услугам, – неглубоко поклонился новый знакомец, подходя ближе. – Я ваш сосед.

– У меня есть соседи? – Я удивленно вскинула бровь, так как унаследованный домик стоял на отшибе.

– Ваш дом на холме, – еще одна улыбка, и изящные пальцы стягивают очки прямо на кончик идеально прямого носа, открывая прозрачно-зеленоватые глаза. – С одной стороны холм огибает широкий ручей, что чуть дальше образует заводь. Мой дом стоит там на сваях.

– А-а-а…

– Именно, – еще одна ослепительная улыбка идеально-белых и совершенно ровных зубов. У него даже выступающих клыков не было…

Элрой Стоун представлял собой восхитительное сочетание банальности и совершенства.

Пауза повисла между нами, как капля меда на ложке. Она тянулась, тянулась и все никак не пропадала.

– Приятно познакомиться, – в пиковый момент неловкости все же выдала я.

– Это взаимно, – еще одна слишком яркая улыбка. Он начинал меня нервировать. – Позвольте подвезти вас до дома? Юные девушки не должны носить тяжести.

Если честно, то садиться к нему в машину не хотелось. Но жара, оказывается, имеет немало общего с голодом, она не оставила выбора и простора для капризов.

– Спасибо.

Он поднял мои пакеты с такой легкостью, словно они ничего не весили, положил на заднее сиденье и открыл дверь кабриолета, приглашая сесть.

В машинах премиум-класса мне ездить еще не доводилось, потому я с интересом крутила головой, подмечая детали, и украдкой трогала кожу сидения, запоминая ощущения. Мало ли когда мне понадобится что-то такое рисовать?

Кстати, а зачем ему роскошная тачка в этой глуши? Тут асфальт заканчивается каждые двадцать метров, обнажая старую каменную кладку, которая утопает в земле, и остается только пылить шинами. Хотя слишком много ты о ерунде думаешь, Беа. Может, мистер Стоун, как и ты, сюда на время приехал?

Добрались до дома мы быстро. Я опасалась, что новый знакомец решит продолжить общение, но он молча помог выйти из машины, опустил мои сумки возле покосившейся калитки.

– Всего доброго, Беа, – протянул он, задумчиво глядя на дом сквозь затемненные стекла. – И будьте осторожнее.

– Да в чем осторожнее-то?! – не выдержала я бесконечных намеков со всех сторон. – То пастор, то вы!

То нотариус, который пламенно желал удачи, что непременно мне пригодится.

– А пастор что-то говорил? – губы Элроя скривились в усмешке. – Какой… самоотверженный местный сумасшедший.

– Так уж и сумасшедший?

– В целом безобиден, потому местные и не жалуются. У него есть странные идеи о злом фейри, заключенном в вашем доме. А я просто пожелал осторожности. Особняк старый, мало ли… мне кажется, в нем нужны мужские руки. – Он с таким намеком поднял свою ладонь и перебрал пальцами в воздухе, что я едва не рассмеялась. – Если вы меня пригласите, то по-соседски мог бы помочь.

– Нет, спасибо.

Нажим в слове «пригласите» мне очень не понравился.

– Как скажете, – казалось, ни капли не расстроился Элрой. – Если что – мой дом дальше по дороге, через мост. Ну, или можно спуститься к ручью и просто пройти вдоль него до заводи.

– Если что, – эхом откликнулась я. Быстренько подхватив сумки, сбежала за калитку и, не оглядываясь, двинулась к дому, ощущая лопатками чужой взгляд.

Даже когда кабриолет давно уехал.

– Вот тебе и местные жители… – пробормотала я, налегая плечом на дубовую дверь. – Пастор-псих и среднестатистический мужик на кабриолете. С приездом, Беа!

Глава 2

В жизни каждой женщины наступает момент, когда уборка неизбежна. Кто-то относится к наведению порядка хорошо, другим этот процесс ненавистен, а я представляла собой нечто среднее арифметическое. Меня это успокаивало. Ну и сегодня я не просто так геройствовала на фронте половых тряпок и чистящих средств, а приводила в порядок свой дом. Милое подполье, в котором, как образцовой человек-мох, проведу некоторое время, нужное для того, чтобы разобраться в себе и как следует поработать.

Но особняк был… Странным.

Пока я вычищала первый этаж, на меня успели упасть две гардины с пыльными шторами и провалилась одна половая доска, звонко хрупнув под коленом и вонзившись древесными иглами в кожу.

Потому сейчас я сидела на отмытой кухне и с шипением обрабатывала пораненную ногу. Кровь смешивалась с антисептиком и стекала вниз розовыми ручейками, впитываясь в некогда белый, а сейчас уже пыльный носок.

– Плохой ты! – со злости крикнула я в пустоту, когда задела ваткой открытую ранку и боль в очередной раз хлестнула по нервам. – Нехороший дом! Я тебя убираю, отмываю, в порядок привожу, а ты!?..

Где-то в другой комнате, словно в ответ, что-то с грохотом упало.

Я расшифровала это как ответ в стиле «А я просил?»

Благодаря творческому складу характера и общей мечтательности к дому я относилась как к чему-то полуживому. Да и вообще, думаю, у всего есть своя энергетика. А это место настолько древнее и, несомненно, с такой богатой историей, что у него ее не может не быть.

– Все равно не уеду отсюда, – дуя на царапину, уже гораздо более спокойно сказала я.

Внезапно со стороны окна раздался низкий смешок и вопрос:

– Ты всегда разговариваешь сама с собой?

Я вскинулась, оборачиваясь в сторону звука, и едва не свалилась с шаткого табурета. С трудом удержав равновесие, с неудовольствием встретилась взглядом со своим «никаким» соседом. Он стоял по ту сторону окна, прислонившись к росшей почти вплотную к дому яблоне, и улыбался настолько лучезарно, что это бесило.

– Здравствуйте еще раз, Элрой, – спустя несколько секунд ответила я, складывая лекарство в аптечку и, чуть поморщившись от боли, вставая на ноги. – Что касается вашего вопроса – я часто бываю в одиночестве, потому да, появилась такая привычка.

Новый знакомый окинул меня долгим взглядом и с таким жадным интересом уставился на мое окровавленное колено, что стало жутковато…

– Ясно. Но вроде как ты приехала из Дублина. Мне казалось, что в столице очень сложно побыть одной.

– Одной сложно. А вот одинокой – никаких проблем, – переступив с ноги на ногу, промямлила я, ощущая как кожа покрывается мурашками. Все это время господин Элрой и не думал взглянуть мне в лицо – коленка его занимала гораздо больше. Маньяк?! Но явно не сексуальный… красота моих длинных ног его очевидно ни капли не интересует в отличие от вида крови.

Наконец-то соседушка все же скользнул взглядом выше и даже попытался радушно улыбнуться:

– Я же предлагал вам помощь, Беа. Зря отказались, вот что бывает, когда хорошенькие человечки пытаются решить свои проблемы самостоятельно.

– Человечки?!

– Оу, прошу прощения, – бледные скулы ирландского маньяка даже чуть порозовели в смущении, делая его чуть более симпатичным. Ровно настолько, чтобы я с содроганием вспомнила, что все граждане с садистскими наклонностями обычно на первый взгляд очень милые люди. – Дело в том, Беа, что я иностранец, потому иногда путаю слова. Я хотел сказать – девушка.

Угу… женщина тоже человек.

А еще в светлых до прозрачности глазах соседа я отчетливо видела, что все он правильно сказал в первый раз.

– И откуда же вы приехали, Элрой?

Сосед на секунду замешкался, чем лишь подтвердил мою догадку, а после повел плечами и сообщил:

– Тут недалеко. Но диалекты там иные…

На этом наш диалог схлопнулся так же стремительно, как и начался. Элрой снова опустился взглядом на мое колено, но с усилием вернулся обратно к лицу и проговорил:

– Вообще, я по соседски… – Он наклонился и поднял с земли плетеную корзинку, из которой выглядывало горлышко бутылки, какая-то банка и нечто замотанное в тряпицу. Это все Элрой торжественно поставил на подоконник. – Но это еще не все!

Если честно, стало страшно!

– Спасибо, конечно, но… – попыталась было я отказаться от подарков этого странного человека.

– Розмарин! – и он поставил рядом с корзиной горшок со взъерошенным зеленым растением.

– Зачем? – ошеломленно хлопнула я ресницами. – Спасибо конечно, но я не фанат кулинарии, чтобы он мне пригодился…

– Оу, мисс О’Рейли, да вы выдумщица! Не вздумайте покрошить мой подарок в жаркое, он вам еще понадобится, – рассмеялся мужчина, и у меня по коже прокатилась сладкая дрожь от этого звука. Он… он просто потрясающе смеялся. Это превращало его из бледной моли в нечто яркое и чарующее. Притягательное.

– В любом случае – не стоило.

– Это мне решать, – Элрой заправил за ухо прядь волос, выбившуюся из косы, и уже серьезно сказал: – По поводу помощи – предложение в силе. Беа, вы уверены, что справитесь тут одна? Дом старый, в нем нужно проделать много работы, и стоит вам лишь пригласить меня и…

– Нет, – гораздо более резко, чем хотела, ответила я и уже более мягко продолжила: – Спасибо, но я справлюсь сама. Если хотите, то это мои принципы.

– Я всегда знал, что принципиальные люди – товарищи крайне неудобные, но не думал, что настолько. – хмыкнул в ответ мужчина, и наконец-то отлепившись от яблони, развернулся и, ни слова не говоря, удалился в сторону калитки.

– Хамло… – тихо фыркнула я, когда отошла от удивления.

– Нет, – в ответ вновь раздался звонкий смех. – Я просто не прощаюсь, Беа.

Точно ненормальный.

Всегда догадывалась, что слишком богатые люди – со сдвигом, но лично никогда не сталкивалась, а тут такое роскошное подтверждение домыслов… в данный момент с размаху стукнувшее калиткой.

Но как он на колено смотрел! Ужас!

Мигом вспомнились все страшные фильмы и книжки с сюжетом о переезде в домик на отшибе. В части из них тоже присутствовали странные соседи.

А как он в дом просился?! Ну реально как кровопийца из сериалов! Пусти меня, красна девица, я тебе гвозди заколочу, полочки повешу…

Я потерла висок и посмотрела на корзинку. Любопытство чёрной кошкой потягивалось где-то на дне женской души, щурило глазки и выпускало когти, провоцируя меня посмотреть, что же такое принес странный сосед.

Решив не сопротивляться внутреннему зверю, я схватила презент за плетеную ручку и переставила на огромный стол посреди кухни. Сначала достала бутылку. Старое, мутное стекло, за гранью которого плескалась темная жидкость, заставляло задуматься о ценности подарка.

Но никакой этикетки не было…

С баночкой все было более понятно. Мед. Янтарно-оранжевый, с ярким цветочным ароматом. Я, не удержавшись, мазнула подушечкой пальца по поверхности и отправила в рот сладко-пряную каплю. А в тряпице оказался ароматный, ещё тёплый пшеничный хлеб, который пах так, что это кружило голову, а живот тотчас заурчал, намекая, что наша организма с утра не евшая. И в магазине я ничего не купила из продуктов.

 

Отщипнув корочку от ковриги и отправив её в рот, я зажмурилась. А может, не такой уж он и плохой, этот Элрой?

Ну а на самом дне обнаружилась записка.

«Надеюсь, вам понравится маленький подарок. Выражение доброй воли и хорошего отношения, милая Беа.

Бузинное вино скрасит вечер, а мед подсластит грядущие неприятности. Заверяю, такого вы еще никогда не пробовали.

P. S. Розмарин советую поставить в спальне».

Я покосилась на пушисто-ершистого зелёного друга. В спальню, говоришь? Может сразу с собой в кровать положить?

Бред какой-то.

Я сложила вчетверо записку, но вдруг обратила внимание на структуру бумаги.

Плотная, матово-белая с едва заметными розовыми прожилками, настолько гладкая, что она выскальзывала из пальцев. Я хорошо разбираюсь в бумаге, так как люблю рисовать не только в цифровом виде, но такой ещё никогда не встречала. Я даже попробовала её надорвать с краю, но не получилось, она… растянулась.

Чудо!

Но голод не позволил мне и дальше изучать странную записку.

Порыскав по шкафчикам, я нашла кружку и большую столовую ложку. Перетащив на стол ещё и розмарин, устроила своеобразный ужин.

Покончив с трапезой, я со вкусом облизала ложку напоследок и, закинув ноги на стол, обратилась к горшку с растением:

– Слушай, а чем ты настолько хорош? Нет, серьезно, я еще понимаю, почему Элрой притащил вино, хлеб и мед, это хоть как-то вписывается в понятие о соседской доброжелательности.

Спорный презент, разумеется, мне не ответил.

Со вздохом потянулась к кружке и, зажмурившись от удовольствия, сделала большой глоток.

Вино прокатилось по языку терпкой сладостью, а вкусовые рецепторы буквально сходили с ума от удовольствия. Я еще никогда не испытывала такого наслаждения от каких бы то ни было напитков, потому была дико удивлена.

Обхватив кружку двумя руками, я подошла к окну и залезла на подоконник, наблюдая за тем, как садится солнце, играя на листве оранжево-красными закатными лучами.

Наверное, если отбросить некоторые странности, то мне было хорошо в этом месте. Беззаветно хорошо и спокойно.

Слушать птиц и ветер, что шумит травяным морем под деревьями, жадно ловить необычные для меня запахи цветов и такой близкой воды. А самое главное… смотреть. И впитывать-впитывать-впитывать в себя необыкновенно яркие краски. Зеленые холмы на горизонте, яркие маки в луговой траве, аккуратные домики где-то внизу.

Мне будет тут хорошо.

Я смогу склеить заново то, что вдребезги разбил большой город и злые люди в нем, казавшиеся дорогими и близкими.

Наверное, все было просто и банально. Я влюбилась, а меня не просто отвергли, а…

В глазах вновь вскипели слезы, и я встряхнула головой, стараясь избавиться от воспоминаний, что явились непрошеными гостями и планировали разместиться с комфортом и надолго. Нет, хватит, я такое уже проходила. Они приходят и остаются. Иссушают тебя, выпивают досуха.

Так, Беа, хватит раскисать.

День был долгий и сложный, потому надо думать о том, что пора ложиться спать. Завтра нужно забрать наследство из ячейки, про которую говорил нотариус, и ближе к вечеру наконец-то сесть за работу.

Заказчик не будет ждать до бесконечности, и нужно предоставить ему первые эскизы как можно скорее.

Интересно, с кого начать? Благой Двор или Неблагой? Высшие фейри или выбрать какую-то занимательную мелочь из низших?

Отставив кружку с недопитым бузинным вином, я потянулась вперед и закрыла окно. Вопреки ожиданиям, с таким трудом открывающиеся створки встали обратно легко и просто и даже не скрипнули петлями. Словно их кто-то успел смазать.

Я хмыкнула и, потерев висок, решила, что раз я приехала в деревню и буду рисовать фейри, то неплохо бы устроить себе полное погружение.

Кто обычно у нас живет в домах и присматривает за ними? Брауни?

Вроде как им принято оставлять подношение за печкой.

Спустя несколько минут я поставила на пол у каминной решетки два блюдечка: в одном за неимением молока плескалось вино, а на другом лежала горбушка хлеба, политая цветочным медом.

Чувствовала себя при этом – дура дурой!

Допилась ты, Беа, совсем допилась. Спать пора!

К тому времени, как я зашла в единственную отмытую комнату на втором этаже, за окнами уже было темно. На землю стремительно опускалась ночь. Она огромной кистью стирала с неба все краски, покрывая его густо-синим мраком, и играючи разбрасывала по этому полотну искры-звезды.

Они тут такие близкие и яркие, что кажется – лишь руку протяни, и в ладонь свалится одна.

Достав постельное белье, я застелила кровать, мысленно порадовавшись, что всю пыль собрало покрывало, которое я вытащила еще днем, и на матрасе вполне можно было спать.

Легла, свернулась калачиком и, улыбнувшись, подумала…

Была у меня подружка из далекой России, и когда она впервые приехала в гости, то рассказывала о необычных верованиях своей родины.

Как там в старых легендах?

– Сплю на новом месте – приснись жених невесте.

Уснула я довольно быстро.

Проснулась ночью как от толчка. Распахнула глаза, некоторое время не в силах понять где я.

А потом… потом я увидела, что в лучах луны рядом с кроватью стоит маленький человечек.

Мама…

– Проснулась? – весьма невежливо спросил он. – Тогда быстро вставай и беги из дома!

– Что?..

– Говорю, бежать надо! Сегодня особая ночь, тебе нельзя тут находиться. Никому нельзя.

Я села и с нажимом потерла виски, неверяще смотря на… на… я даже про себя боялась произнести это!

– Кто вы?

– Люди зовут меня Айкен Драм. А сейчас нам надо бежать, маленькая хозяйка. Пока большой хозяин не перешел на эту сторону дома. Луна уже высоко!

Я посмотрела на свои руки. На окно. И вновь на маленького человечка.

М-да, не так я себе женихов воображала.

Но приснился!

Какое у меня занятное подсознание! Очень интересный образ смоделировало!

– Айкен Драм… – Я ещё раз улыбнулась, вспомнив старый детский стишок с таким персонажем.

Кажется, там рассказывалось о брауни с таким именем, который долго помогал на одной ферме, пока ее владельцы в благодарность не подарили фейри новую одежду. Как и любой брауни, он оскорбился и ушел.

Вот и вся история.

– М-да… хозяйка мало того, что смертная, так ещё и не особо умная, – вздохнул малорослик и, стремительно запрыгнув на кровать, сунулся так близко к моему лицу, что я вздрогнула. – Эй, девочка! Уходить надо!

Я кивнула, улыбнулась и подавила желание протянуть руки и пощупать решительно все! Начиная с казавшихся очень жесткими волос, заканчивая грубой кожей маленьких рук, на которых было семь пальцев, и затейливой одеждой.

Потрясающая детализация! Лишь бы утром это все не выветрилось из головы!

– Кто такой большой хозяин? – осведомилась я, неторопливо спуская ноги с кровати. Зябко поджала пальцы, нащупав холодный пол и подивившись остроте ощущений во сне.

– Хозяин, – пожал плечами брауни, спрыгивая с кровати и с топотом удаляясь ко входу.

Хм, и он считает, что это объясняет решительно все?

Но я решила пойти за маленьким фейри. В конце концов, самое глупое, что я могу сделать в увлекательном сновидении – лечь обратно в койку.

В коридоре было темно и мрачно.

Брауни искрился бледно-серебряным светом и постукивал глубо сделанным башмачком, явно уже начиная терять терпение из-за нерасторопной маленькой хозяйки.

Завидев меня, он развернулся и стремительно бросился к лестнице.

Я хотела уже было последовать за ним, но застыла возле огромного старинного зеркала. Смотрела и не верила своим глазам…

По ту сторону вовсе не было моего бледного отражения, едва видного в полумраке.

Там был… коридор. Длинный коридор, освещенный яркими оранжевыми огнями, но даже они не могли высечь блики из каменных стен. Настолько черных, что казалось – они поглощают свет.

Зачарованная невероятным зрелищем, я, поддавшись порыву, потянулась пальцами к грани между моим коридором и той стороной.

Она трепетала как марево в воздухе в одуряюще жаркий день.

– Не трогай! – вдруг оглушающе громко и очень противно завопил брауни. – Нельзя, не смей!

Но было поздно.

Марево само метнулись вперёд, обволакивая сначала мою ладонь, а после и все тело. Затягивая в себя.

Я и мявкнуть не успела, как оказалась стоящей в черном коридоре с оранжевыми огнями.

Поддавшись порыву, я двинулась вперёд, лаская кончиками пальцев гладкие стены.


Издательство:
Александра Черчень
Поделится: