Название книги:

Дети динозавров

Автор:
Кир Булычев
Дети динозавров

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 8

После обеда все уселись в кают-компании Гай-до. Пашка с Алисой стали рассказывать о своих приключениях в мире ящеров, а Эмальчик, что было категорически запрещено, вытащил сигару и закурил, прежде чем Гай-до, не выносивший табачного дыма, успел его остановить.

Как только облако сизого дыма окутало маленькую кают-компанию, все начали кричать на Эмальчика, тот смутился и принялся гасить сигару.

Любой иной человек погасил бы сигару о что-нибудь негорючее. Но Эмальчику было мало природных катастроф. Конечно же, он погасил сигару о диванную подушку, и следующие полчаса всем пришлось тушить пожар.

Когда пожар погасили и обнаружилось, что погиб только диван, который и без того собирались выбрасывать, все повернулись к катастрофисту. Тот понял, что его сейчас убьют, и уселся в угол на четвереньки, выставив перед собой тонкие ручки.

И всем стало смешно.

В конце концов, мало кому приходится возить по Галактике настоящего катастрофиста и еще остаться живым.

Эмальчик тоже рассмеялся, но чай пить все вышли наружу.

На вершине холма было прохладно, с севера дул ветер, облака проносились низко над макушкой Гай-до.

Эмальчик попросил ребят досказать, что им удалось увидеть в пещере, и тут Алиса вспомнила о странных яйцах.

– В пещере, – сказала она, – я увидела динозаврих-наседок. Они высиживали яйца. Удивительно, но яйца были золотыми, как в сказке. Честное слово!

– Ничего удивительного, – ответил маленький катастрофист. – Если бы вы по-настоящему подготовились к путешествию, вы бы узнали, что Стеговию открыли уже много лет назад и здесь побывали разные экспедиции, а знаменитый покоритель дальних миров и великий путешественник Полугус Земфирский даже написал книгу об этой планете. Книга эта очень редкая, потому что ее изъяли из всех библиотек, но коллеги сделали мне копию в Галактическом центре, и я, если вы пожелаете, могу прочесть вам отрывок из второй главы.

– Конечно, мы вам будем благодарны, – сказала Алиса.

Пашка промолчал, потому что перед отлетом Алиса просила его заглянуть в Информационный центр и посмотреть, что там есть о Стеговии. Пашка, конечно же, не успел и сказал Алисе, что там ничего нет.

Эмальчик достал мини-кассету и включил звук.

Голос актера произнес:

 
О, как природа нам являет разум свой!
Все на Стеговии тому подчинено.
Когда вам, друг, удастся подглядеть,
Какие яйца там чудовища несут,
Вы, без сомнения, зажмурите глаза,
Не в силах выдержать их блеска, цвета их.
Ну где еще найдете место в мире,
Где даже ящеры, лягушки, червяки
И твари прочие из золота несут
И яйца, и яички, и икру…
 

Эмальчик перевел дух.

Алиса укоризненно взглянула на Пашку. Пашка смотрел на бегущие облака и ничего не слышал.

– И дальше все тоже в таких стихах? – спросила Алиса.

– Я могу пересказать своими словами, – догадался катастрофист.

– Пожалуйста, – попросила Алиса.

– Оказывается, на Стеговии много золотоносных ручьев и речек, – сказал он. – Можно сказать, почти все – золотоносные. И вот когда самкам ящеров, динозавров или жаб подходит время вынашивать в себе яйца, они удаляются к золотоносным ручьям и пьют их воду в больших количествах. Вы спросите зачем?

– Зачем? – спросил Пашка, не отрывая взгляда от облаков.

– Потому что тогда скорлупа яиц становится золотой.

– Но зачем? Ведь по всей Галактике все существа, которые несут яйца, обходятся без золотой скорлупы.

– Зато золотое яйцо не унести хищнику, золотое яйцо не разбить клювом птеродактилю. В золотом яйце будущий ящер чувствует себя в безопасности.

– А как же он вылезает наружу? – спросил Пашка.

– Об этом тоже позаботилась природа. Если хотите, я снова обращусь к поэме Полугуса Земфирского.

– Не надо! – остановил катастрофиста Пашка. – Расскажите своими словами!

Эмальчик улыбнулся.

– Хорошо, – сказал он. – Природа подарила каждому новорожденному ящеру и лягушонку вместо хвостика золотой штопор. Им он пробуравливает скорлупу, вылезает наружу, а затем через несколько дней штопор у него отваливается, и вырастает настоящий хвост.

– Удивительно! – воскликнул Гай-до. – Как все здесь гармонично!

– Вот из-за этой гармонии книгу Полугуса Земфирского изъяли из всех библиотек. Зачем вводить в соблазн начинающих бандитов и коллекционеров штопоров? Эту книгу можно получить только по требованию Академии наук или на черном рынке.

– Вот слышала, Алиса? – обрадовался Пашка. – Ты меня в библиотеку зазря посылала.

– А ты в ней был?

– Я все равно бы не нашел, – ответил Пашка.

Алиса не стала с ним спорить, а спросила у катастрофиста:

– Но все-таки некоторые грабители сюда пробрались?

– К сожалению, именно так. И динозавры их запомнили.

– А что же нам теперь делать, как им помочь? – спросила Алиса, ни к кому не обращаясь. Она размышляла вслух.

– Я думаю, – сказал Гай-до, – если мы не можем спасти самих динозавров, потому что мне их не вывезти отсюда, то давайте вывезем яйца самых разных животных. Мы привезем их на землю, в Космический зоопарк, и там выведем из них молодежь.

– А потом поищем для них какую-нибудь подходящую необитаемую планету, – поддержал его Пашка.

Маленький катастрофист поднялся и пошел с холма.

– Вы куда? – спросила Алиса.

– В трех километрах отсюда начинается лесной пожар, – сообщил Эмальчик. – Надо присутствовать.

– Сумасшедший какой-то! – заметил Гай-до.

– Не сумасшедший, – ответил Эмальчик, – а профессионал высокого класса.

С этими словами он скрылся в кустах.

– Может быть, и не сумасшедший, – задумчиво произнес Гай-до, – но крайне опасный человек.

Остальные с ним согласились.

Затем стали обсуждать, что делать дальше.

Надо было собрать как можно больше яиц самых различных обитателей планеты. Затем следовало подготовить на борту корабля инкубатор, чтобы яйца не погибли по дороге. В общем, работы было невпроворот, а сделать ее следовало за день-два, если вы не хотите превратить Гай-до из инкубатора в детский дом.

Общее решение было таким: все перелетают на Гай-до вниз, в лес, поближе к обрыву, потому что уже известно, где высиживают яйца пнутьихи. Затем Алиса и Пашка начнут собирать яйца – по нескольку от каждого вида, а Гай-до тем временем подготовит в своем трюме место для хранения яиц. К счастью, они здесь небьющиеся, так что необязательно подкладывать под них подушки и одеяла.

Гай-до решил было лететь сейчас же, чтобы вечером начать погрузку, но тут налетела буря с градом и со снегом. Ветер валил с ног, Алиса с Пашкой вынуждены были забраться внутрь корабля, чтобы переждать жестокую непогоду. Сразу стемнело, и стало ясно, что в такую темень в лесу и у обрыва делать нечего. Тем более что быстро надвигалась ночь.

Так что остаток вечера Пашка с Алисой провели в трюме Гай-до, освобождая его от лишних вещей, что накопились в нем, пока Гай-до мирно стоял в саду дома под Вроцлавом. Здесь были и садовые лопатки, и пустые горшки из-под рассады, и детские погремушки, и кусок шланга, и высохшие букеты – чего только не соберется в животе космического корабля, который давно не поднимался в космос!

Алиса безжалостно выбрасывала вещи в мусорный контейнер, чтобы уничтожить все перед отлетом с планеты. Гай-до устраивал скандалы, стараясь сохранить свое барахло. Пашка посмеивался и разбирал материалы съемок, выясняя, куда отправляться назавтра и в кого ему лучше превратиться, а Алиса была рада, что настала непогода, потому что без ее решительных действий кораблик никогда бы не расстался с любимой погремушкой Вандочки, с пустыми бутылочками из-под кефирчика, с мешком удобрений для незабудок и другими драгоценностями.

Когда наступила темнота, трюм был более-менее очищен, Алиса нажила себе смертельного врага в лице Гай-до, а Пашка умудрился куда-то исчезнуть, несмотря на ливень, который хлестал по холму, переполнив озеро так, что вершинка Гай-до и мостик-манипулятор были покрыты холодной водой.

– Гай-до, куда Пашка задевался? – спросила Алиса, когда мыла руки после уборки.

Гай-до не ответил. Он молчал, надувшись, потому что чувствовал себя ограбленным.

Алиса стала искать Пашку сама.

Никаких следов!

Она уже стала волноваться – этот безумец мог по какой-нибудь прихоти выбежать под дождь и заблудиться…

– Гай-до, – взмолилась Алиса после бесплодной попытки отыскать Пашку на корабле – да и где там можно было спрятаться? – Гай-до, ты бы заметил, если бы Пашка вышел через люк?

Гай-до молчал.

Алиса поняла: этот негодяй получает удовольствие от страданий Алисы.

– Вам, роботам, – сказала она сердито, – не разрешено доставлять неприятности человеку.

Вот тут Гай-до не выдержал и заговорил:

– Вы с Пашей сами доставляете себе неприятности, а я не робот, а разумный корабль.

– Но сделанный, кстати, людьми!

– Тебя тоже сделали родители – разве я тебя в этом упрекаю? – заявил корабль.

Алиса не смогла сдержать улыбку.

– И все же, – сказала она, – ты только скажи мне, на борту Пашка или нет?

Гай-до молчал.

– Тогда давай сделаем так, – сдалась Алиса. – Я спрошу, на борту ли Пашка. Если ты промолчишь, это будет знак согласия. Молчание всегда знак согласия.

– Ты меня не путай, – сказал Гай-до. – Я формальной логике не обучался. Ты меня все равно перехитришь, потому что я простой, добрый и честный, а вы, люди, все время хитрите, притворяетесь, обманываете друг друга и меня.

– Ну уж, не обобщай! – возразила Алиса. – Люди разные бывают.

– А кто ворует золотые яйца? – спросил Гай-до. – Разве хоть один корабль украл хоть одно золотое яйцо?

– Так где же Пашка?

– На корабле, – ответил Гай-до.

– А где?

– Я за тебя искать не буду, я тебе в слуги не нанимался! – Гай-до полностью отомстил за очистку трюма и, удовлетворенный, замолчал.

 

– Ну ладно, Пашка, я тебя найду! – заявила Алиса.

Ответом ей была гробовая тишина. Ни Гай-до, ни Пашка не откликнулись.

Алиса полезла под стол. Под столом было пусто.

Она заглянула под обгоревший и кое-как застеленный пластиком диван. Никого. Она пошла на пульт управления, но там негде спрятаться. Тогда Алиса направилась в камбуз.

Посмотрела под плитой, открыла духовку… и тут послышалось тихое угрожающее шипение.

Алиса от неожиданности отпрыгнула.

Из духовки выползла плоская клетчатая змея, пасть ее была распахнута, и по желтым зубам сочился яд или что-то очень похожее на яд.

– Гай-до! – закричала Алиса, выбегая из камбуза и задраивая дверь. – Гай-до, срочно дезинфицируй камбуз! Ты впустил туда ядовитую змею. Я могла погибнуть, а Пашка, наверное, уже погиб!

– Я не впускаю змей внутрь себя, – ответил Гай-до.

– Но она же попала на корабль!

– Нет, – отрезал Гай-до.

– Тогда что же это такое?

– Это твой друг Пашка Гераскин, – ответил Гай-до, – мне надоело покрывать ваши человеческие обманы.

– Это так, – прошелестело под дверью, – можешь открыть. И не бойся. Я провожу опыты.

Алиса поняла, что Пашка на самом деле принял вид змеи, и осторожно приоткрыла дверь.

Змея стояла на хвосте и раскачивалась.

– Зачем ты это сделал? – спросила Алиса, отступая на всякий случай от двери.

– Лучше дай мне пилюлю, я хочу вернуться в свой родной облик, – ответил Пашка. – Я готовлюсь к завтрашнему дню. Не ходить же мне весь день в образе пнута?! Тогда мне ни одна змея своих яиц не отдаст.

– Мог бы сказать, что превращаешься в ядовитую змею, – упрекнула друга Алиса.

– Зачем? Ты же была занята уборкой.

– А зачем в духовке прятался?

– Я хотел понять, действительно ли ты так любишь всех животных или только зайчиков.

– Превращайся обратно, – сказала Алиса. – Вот тебе пилюля.

Пашка проглотил пилюлю, но не вернулся в свой облик, а стал ящерицей и побежал по потолку. К счастью, запас пилюль на борту был достаточным. Так что до ночи Пашка испытывал новые образы, а Алисе надоело на это смотреть, и она пошла спать.

Глава 9

Утро было свежим, солнечным, но морозным. По краям озерца белела кромка льда, льдом покрылся и затылок Гай-до. Так что, когда он поднялся после завтрака и полетел к обрыву, взлет сопровождался хрустом льдинок.

Гай-до пролетел вдоль обрыва и медленно пошел дальше, к югу. По дороге его пассажиры снимали на видео всех животных, разыскивая места, в которых они могли прятать, закапывать или высиживать яйца.

Разведка заняла часа два, потом Пашка не выдержал и сказал:

– Мы можем так и до вечера летать. От этого больше яиц не станет.

– Но мы должны подсчитать, сколько видов водится на планете, где они таятся или пасутся, чем питаются, как размножаются. Неужели тебе не понятно? – удивилась Алиса.

– Мне понятно, – ответил Пашка, – что всем этим занимается компьютер на борту Гай-до. А мы с тобой должны действовать. От нас зависит, сколько спасется будущих динозавров.

Алиса и Гай-до согласились с Пашкой, и Гай-до пошел на посадку на берегу большого озера, где в то время неуклюжие, цветом и размером похожие на слонов черепахи откладывали золотые яйца и зарывали их в песок.

– Начинаем! – воскликнул Пашка.

Гай-до открыл люк. Пашка первым выскочил на песок и, как договаривались, сразу превратился в гигантскую жабу. У этой жабы на спине были круглые углубления, в которых она вынашивала свою икру, а потом жабят. Но так как Пашка был лишь подобием жабы, эти углубления у него были пустыми. Он превратился как бы в большую сумку для чужих яиц.

Привыкая к новому телу, небольшими прыжками, чуть приподнимая над песком белое пузо, Пашка попрыгал к воде.

За ним следовала Алиса, принявшая вид птицеящера, который на Стеговии ходит на задних лапах, а передние лапки у него свободны. Он не умеет летать, а назвали его Пашка с Алисой птицеящером, потому что он больше всего похож на ощипанного куренка трехметрового роста.

Пашка допрыгал до воды.

Алиса догнала его.

Отложив яйца, черепашки уже скрылись в воде. Они были такими глупыми, что не могли думать о будущем и не умели заботиться о своих будущих детях. Но ведь обидно, если из-за этого им придется вымирать?

Места, где были закопаны в песок яйца, оказалось нетрудно отыскать по следам, оставленным глупыми черепахами. Несколько яиц уже были откопаны клювастыми летающими ящерами, которые теперь долбили их клювами, пытаясь добраться до содержимого.

Пашка лег на песок рядом с Алисой, и она, выкапывая яйца, клала их в углубления на его спине.

– Хватит, – сказал Пашка. – Ты готова мне весь корабль черепашьими яйцами набить.

– Ты прав, – согласилась Алиса, – но ведь жалко…

– Ты лучше погляди в воде, – предложил Пашка. – По-моему, я вижу водяную змею, которая только что снесла яйца. Видишь, блестят?

Алиса видела, но ей было страшновато нырять в воду.

Пашка догадался и сказал укоризненно:

– По-моему, ты забыла, что покрыта бронированной чешуей!

Алиса зашла по горло в холодную воду и достала оттуда два змеиных яйца. Никто ее, конечно, не посмел тронуть…

Наполнив все ячейки на спине жабы разными яйцами, Пашка с Алисой вернулись к Гай-до, который скромно дожидался их у опушки леса.

Забираться в корабль не стали. Гибкими длинными манипуляторами Гай-до осторожно снимал яйца с Пашкиной спины и отправлял их себе в грузовой люк, как обжора, который руками кидает себе в рот пельмени.

Следующей остановкой на пути спасателей стала чаща леса.

Здесь тоже жили ящеры и земноводные, а также сухопутные крабы и раки. Весь этот лесной народец был невелик, потому что ему приходилось пробираться между могучими стволами деревьев, но это же не значит, что их нужно оставлять вымирать от холода. Для настоящих спасателей размер спасенного не играет роли. Они с одинаковым энтузиазмом будут спасать и кита, и селедку!

В лесу Пашка с Алисой провели больше двух часов. Тем более что они куда медленнее продвигались в чаще, чем на открытом месте. Конечно же, спасатели не были уверены, что нашли яйца всех лесных жителей, но они сделали все, что могли.

Пора было лететь к обрыву, где ждали настоящие крупные динозавры.

Гай-до молчал – он был занят вычислениями, а ведь каждое яйцо надо было описать, проанализировать, поместить в коробку или ящик, снабдить карточкой, чтобы не спутать, выведется ли из яйца змея или скорпион.

Когда Алиса заглянула в трюм, ее встретило золотое мерцание – большие, средние, маленькие яйца и даже золотая икра занимали полки трюма.

– Когда они выведутся, – спросил вдруг Гай-до, – куда золотую скорлупу денем?

– А она тебе нужна?

– Нужна.

– Он себе хочет золотые зубы вставить, – сказал Пашка, который подошел к Алисе и тоже смотрел в трюм.

– Чепуха! – обиделся Гай-до. – Зачем мне зубы! Но мне бы очень хотелось сделать дверные ручки и шпингалеты, как у лорда Палмерстона в его имении Кроухедж.

– Какой еще Палмерстон? – воскликнул Пашка. – Что ты говоришь, Гай-до! Неужели ты все-таки сошел с ума?

– У Тадеуша есть книга, очень старая, с картинками, – терпеливо сообщил Гай-до, – про английских чудаков. Так вот, лорд Палмерстон в своем замке Кроухедж приказал отлить дверные ручки из золота. Мне бы не хотелось ни в чем уступать этому благородному лорду. Когда Вандочка подрастет, ей будет приятно летать на роскошном корабле.

– Отлично, – сказала Алиса. – А у лорда конюшня была?

– У лорда Палмерстона была конюшня скаковых лошадей, – ответил Гай-до.

– Заведем для Гай-до конюшню? – спросила Алиса.

– Разумеется, – согласился Пашка, – при условии, что в ней тоже будут золотые ручки и золотой унитаз.

– Паша! – возмутился Гай-до, который был большим ревнителем хорошего тона. – Ты забыл, что выражаешься в обществе юной дамы?

– Ладно, пускай унитаз будет серебряным, – сдался Пашка.

– Все! – закричал оскорбленный Гай-до. – Улетаю без вас! Живите как хотите! Всему есть предел!

– Улетай, – согласилась Алиса. – Только выброси сначала яйца динозавров, черепах и змей. Ведь тебе все равно, погибнут они или выживут!

Гай-до замолчал.

Лишь через час, когда Алиса с Пашкой выбрались через люк и остановились рядом с ним, в лесу, подступавшем в том месте к обрыву, корабль сказал:

– Я разочарован путешествием с моими так называемыми друзьями. Очень тяжело пережить издевательства и насмешки!

Глава 10

Учтя опыт вчерашних походов, Пашка и Алиса отправились к обрыву, снова изменив свой внешний вид.

Пашка выглядел как самый настоящий пнут, а на шее у него болтался большой мешок из непрозрачного пластика.

Алиса же снова стала птицеящером, потому что у птицеящеров были сильные передние лапы с когтями. Ими удобно поднимать большие круглые яйца динозавров.

Оставив Гай-до в чаще, Алиса с Пашкой осторожно направились к знакомой пещере, где сидели наседки пнутов.

Вот и озеро, вокруг которого бродят травоядные гиганты… А вот и обрыв. Но пнутов, которые вчера охраняли вход в большую пещеру, не было видно.

Пашка первым заглянул в пещеру. Там было пусто.

– Я боюсь, – сказал он, – что вчера мы их спугнули и они перенесли яйца в другую пещеру.

– Далеко им не уйти, – сказала Алиса. – Но сначала я проверю, не забыли ли они чего-нибудь там, внутри.

Пашка остался у входа, а Алиса заглянула в пещеру.

В пещере она нашла только одну наседку.

Пнутиха была мертвой. Она лежала черным холмом на изрытом, истоптанном сене. Рядом с наседкой валялось раздавленное золотое яйцо – нужно было обладать немалой силой, чтобы его раздавить.

– Пашка! – закричала Алиса. – Несчастье!

Пашка сразу ринулся в пещеру. Но не разглядел мертвую наседку.

– Что случилось? – спросил он.

И тут увидел убитую пнутиху и раздавленное яйцо.

Он наклонил свою страшную голову, разглядывая наседку, и Алисе стало на секунду не по себе – ведь она видела, как гигантский ящер стоит над телом подобного ему чудовища и, покачивая головой, размышляет.

– Я думаю, что на них напали другие динозавры, – сказал Пашка.

– Зачем?

– У них идет борьба за существование, как во всей природе. Более сильные напали на пнутов. Вот даже след, смотри…

И в самом деле, по раздавленному яйцу можно было понять, что в пещере побывал какой-то исполин.

– Остальные разбежались, – сказал Пашка, – а одна самка не успела убежать.

– Если это так, то я только довольна, – сказала Алиса.

– Не понимаю, чем ты можешь быть довольна, если видишь погибших животных? – удивился Пашка.

– Если это обыкновенная вражда ящеров, то эта пещера – исключение, и в других пещерах все должно быть в порядке.

– А что же еще может быть? – спросил Пашка. – О чем ты подумала?

– Я сначала подумала, что сюда снова прилетели грабители. Тогда это – угроза всей планете.

– Почему? Даже если и грабители! Они же раньше прилетали, ничего, обходилось. Увезут свою добычу, а ящеры новые яйца снесут.

– Пашенька, пойми же! – взмолилась Алиса. – Раньше здесь был хороший климат, и динозаврихи могли снова снести яйца и вывести детенышей. А теперь жизнь на планете доживает последние месяцы. Потом здесь все замерзнет. И если украсть яйца динозавров, это значит – уничтожить их вообще. Ведь в холод динозаврихи не смогут снести новые яйца и высидеть их.

– Ты права, – согласился Пашка. – Давай не будем терять время попусту. Я думаю, что сейчас самое время заглянуть в другие пещеры и посмотреть, как там обстоят дела.

Перед выходом из пещеры они снова остановились. Здесь следы были виднее. Все было истоптано, и на мокрой земле были оттиснуты многочисленные следы пнутов и несколько отпечатков куда более крупных лап…

– Я знаю, кто это, – сказала Алиса. – Это крейсерозавр. Помнишь, ты с ним отважно сражался?

Пашка согласился с Алисой.

Они пошли вдоль обрыва в поисках следующей большой пещеры.

Со стороны они, наверное, выглядели странно: рядышком идут два ящера – гигантский пнут и втрое уступающий ему размером птицеящер. И разговаривают ящеры по-русски.

Впрочем, последнее было несущественно, потому что на планете Стеговия никто не знает не только русского, но и английского языка или космолингвы, на которой объясняется вся Галактика.

– Паша, – сказал птицеящер, – меня очень смущает одна деталь.

– Докладывай, – ответил пнут.

– А как крейсерозавры носят яйца?

– Наверное, в передних лапах, – сказал Пашка.

– А сколько было яиц в той пещере?

– Трудно сказать. Ты ведь тоже не считала.

– Я сказала бы, что там сидели четыре или пять наседок, каждая высиживала шесть, десять яиц… это неважно. Ты мне скажи, сколько было крейсерозавров?

 

– Судя по следам… наверное, два.

– Как два крейсерозавра могут унести пятьдесят золотых яиц в передних лапах, если эти лапы им нужны, чтобы отбиваться от разъяренных пнутов?

– Ой, спроси что-нибудь полегче, Алиска, – отмахнулся зеленой лапой Пашка. – Унесли, значит, унесли. Вот у меня, например, есть мешок на шее…

– Его я тебе сшила, – сказала Алиса, – когда у меня были человеческие руки. Чувствуешь разницу?

– Сейчас дойдем до пещеры и во всем разберемся.

Они дошли до следующей пещеры, в которой раньше жили пнуты, примерно через пять минут.

Пещера являла собой грустное зрелище.

Перед пещерой лежал мертвый пнут, его уже терзали летающие гиены.

Внутри все было пусто, если не считать следов нападения крейсерозавров. Там тоже побывало два чудовища.

На этот раз Пашка задумался всерьез.

– Если это были те же крейсерозавры, – сказал он, – то тогда они кому-то сдавали яйца.

– И я так думаю, – сказала Алиса. – Кто-то стоял рядом и ждал, пока они их принесут.

Мысль была нелепой, но соображений получше у них не нашлось.

У третьей пещеры Пашка с Алисой задержались подольше, там они отыскали живого пнута. Он был ранен и потому остался у пещеры. Пашка заставил его думать.

«Это были большие ящеры?» – спросил он мысленно.

«Большие, – подумал в ответ раненый пнут. – Злые. Яйца…»

«Зачем?»

«Не знаю. Наверное, кушать. Пища».

«А раньше большие нападали на вас?»

«Не знаю». – Вопрос показался пнуту слишком сложным, он не смог на него ответить, потому что для него не существовало времени – он не понимал, что одно событие бывает прежде другого.

«Куда они пошли?» – мысленно спросил Пашка.

Собрату по породе пнут был готов рассказать все, что знал:

«Туда пошли. К озеру пошли. А наши за ними… плохо брать чужие яйца».

Пашка согласился с пнутом, что это делать нехорошо.

Они оставили раненого пнута и поспешили дальше вдоль обрыва, в сторону озера.

И не прошло четверти часа, как они увидели впереди серые гребни спин и бугорчатые затылки нескольких пнутов, которые толпой спешили вдоль обрыва. Когда Алиса догнала их и забежала сбоку, она увидела, что стадо пнутов преследует двух гигантских крейсерозавров. Причем один из крейсерозавров, не оборачиваясь, медленно шагает впереди, а второй все время огрызается, сам нападает на разгневанных пнутов, отгоняет их, но потом торопится за своим товарищем.

Глупые пнуты никак не догадывались окружить крейсерозавров, чтобы можно было напасть на того, что топает первым.

А это следовало сделать.

Тогда их шансы вернуть своих будущих детей резко возрастали.

Могучий крейсерозавр буквально сгибался под тяжестью двух громадных корзин, висящих по его бокам, как торбы у вьючной лошади. Корзины были соединены канатами, а сами сплетены из металлических прутьев и размером не уступали кузову самосвала.

Корзины были доверху полны золотыми футбольными мячами – яйцами несчастных пнутов.

– Теперь мне все ясно, – сказала Алиса, но Пашка ее не услышал за ревом пнутов и топотом могучих ног. Алиса потеряла его из виду – он растворился в этом стаде пнутов, став одним из чудовищ.

Забыв, что Пашка ее не может услышать, Алиса продолжала говорить:

– Так как крейсерозавры на этой планете еще не додумались, как плести корзины, то мы с тобой, Пашка, можем предположить, что или кто-то очень умный напялил корзины на ящера и велел ему таскать золотые яйца, или…

– Или это не крейсерозавр, – сказал Пашка, который тоже догадался обогнуть процессию ревущих пнутов и присоединился к Алисе.

Второму крейсерозавру приходилось несладко – пнуты наконец-то догнали его, и несколько самок вцепились ему в хвост. Чудовищный ящер мотал хвостом, стараясь скинуть с себя шевелящийся груз. Первый же крейсерозавр не мог прийти ему на помощь, не скинув с себя корзин, уж очень тяжелыми были золотые яйца – даже у крейсерозавра есть предел сил.

– Их погубит жадность, – сказал Пашка.

– Давай поможем пнутам, – предложила Алиса.

Но Пашка отрицательно покачал тяжелой зубастой головой, и его маленькие неподвижные глазки яростно заблестели.

– Мы должны увидеть, – сказал он, – куда они держат путь.

– Ты совершенно прав, мой дорогой ящер, – согласилась Алиса.

– Я рад, что ты оценила мои умственные способности, ощипанная курица, – так же вежливо ответил Пашка.

Не оглядываясь, первый крейсерозавр свернул направо и вломился в густой кустарник. Он оставил своего друга на произвол судьбы. А пнуты, поймав второго ящера, забыли о яйцах. Кипя справедливым негодованием против похитителя молодежи, они всей толпой принялись рвать и терзать врага.

– Он нас уже не интересует, – сказал Пашка.

– Правильно, – согласилась Алиса. – Побежали за первым.

Бежать было нетрудно, потому что крейсерозавр, подобно танку, проломил в чаще широкую дорогу. Можно было даже не спешить – яростное прерывистое дыхание гиганта раздавалось по всему лесу – похитителя яиц невозможно было потерять.

Наконец путь привел Алису и Пашку на поляну.

Посреди поляны стоял старый, но еще крепкий космический корабль без опознавательных знаков.

– Так я и думала, – сказала Алиса. – Браконьеры.

– Не просто браконьеры, – поправил ее Пашка.

– Да, не просто браконьеры, а браконьеры с пилюлями. Наверное, они прилетели с планеты Синий Воздух.

– Ее обитатели не производят впечатления…

– Когда речь идет о тонне золота, впечатление может оказаться ложным, – возразил Пашка.

Тем временем крейсерозавр улегся на землю возле корабля.

– Устал он, что ли? – спросил Пашка.

– Наверное, сейчас выйдут сообщники. – Но сообщники не выходили.

Крейсерозавр убедился в том, что корзины встали на землю, и задом-задом начал выползать из-под своего груза. Не сразу, но это ему удалось.

Тогда он протянул гигантскую лапу к люку корабля, умело поддел его когтем, и люк открылся. Крейсерозавр вытащил изнутри пилюлю и проглотил ее.

И тут же, на глазах у изумленных Алисы и Пашки, превратился… в космического пирата Крыса!

– Этого быть не может! – прошептала Алиса. – Он же исправился! Он же сам мне говорил, что играет на барабане…

– Трудно исправить пирата, – ответил Пашка. – И я думаю, что ты сама в этом виновата. Кто просил его прислать пилюли?

– Я.

– Кто заронил в преступную пиратскую голову мысль, что сейчас самое время слетать на Стеговию и набрать там яиц, превратившись в какого-нибудь ящера? Ты же мне показывала письмо, которое ему наговорила. Оно – ценное руководство для пиратов!

– Все равно мне очень грустно сознавать, что меня так подвели! Неужели снова с ними придется враждовать?

– Всегда приходится враждовать с преступным миром, – ответил Пашка. – В этом наше призвание.

– Тогда иди и борись.

– А как же второй крейсерозавр?

– Господи, как я могла забыть о Весельчаке У! Конечно, Крыс без него не сунулся бы в такую авантюру. Весельчак У плохо влияет на Крыса.

– Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты, – ответил на это Пашка.

Алиса замолчала. Она смотрела, как пират разглядывает и гладит золотые яйца.

– Что, выйдем и арестуем их? – спросил Пашка.

– Я бы рада, но вдруг у них есть бластеры? Мы погибнем, а ящерам не поможем.

– А что ты предлагаешь? – спросил Пашка. – Ведь мы не можем сейчас бежать к Гай-до и оттуда вызывать галактический патруль.

– Конечно, не можем, они десять раз улетят и скроются в своем пиратском логове.

Но на этот раз трудную задачу за Алису решила сама судьба.

Судьба появилась на поляне с ревом и топотом – это пнуты, вырывая куски крейсерозавра, преследовали Весельчака У.

При виде этой жуткой картины Крыс, совсем забыв о своем соратнике, подхватил одно тяжелое яйцо и побежал к открытому люку.

– Стой! – закричал ему вслед Весельчак У. – Ты что делаешь?

– Не бойся! – отозвался Крыс изнутри корабля. – Тащи сюда корзины.

– Меня сожрут, пока я буду тащить эти чертовы корзины! – завопил Весельчак У. – Дай пилюлю!

Крыс, видно, понял, что и в самом деле придется сматывать удочки. Он кинул в морду Весельчаку пилюлю. Тот раскрыл пасть, хлопнул челюстями, в отчаянном прыжке оторвался на секунду от пнутов и хлопнулся о землю, превратившись в толстого, запыхавшегося пирата Весельчака У, совершенно голого и расцарапанного.

Пнуты от неожиданности осадили назад и начали тревожно перекликаться.

Но один из них, самый умный или самый сердитый, все же догадался, протянул вперед лапу и прижал ею Весельчака к земле.

– Спасите! – прохрипел Весельчак У.

– Ну как я тебе помогу? – отозвался из люка его друг. – Они меня тоже растерзают.

– Достань бластер! Где твой бластер?

– Я же не взял бластер, когда превратился в динозавра, – ответил Крыс. – К чему бы я его привязал?

– Ну придумай что-нибудь! Я погибаю!

– Сейчас сбегаю за оружием, потерпи!

– Не убегай!

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Эксмо
Книги этой серии:
Поделиться: