Litres Baner
Название книги:

Terra Mirus. Тебе не кажется

Автор:
Наталья Борисовна Русинова
Terra Mirus. Тебе не кажется

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 4

Падать было страшно. В непроглядной тьме вокруг отсутствовали любые звуки. Последнее, что услышала Илона – упавшую крышку люка над головой. Она судорожно крутила головой, пытаясь разглядеть девчонок. Бесполезно. Пустота, беззвучие и тьма.

А дальше она будто вылетела из разноцветной трубы в аквапарке из недавно просмотренного старого кино. Только вместо воды внизу был пол. Илона с визгом упала лицом в пушистый ковер с очень густым ворсом. Он смягчил удар, который оказался скорее неприятным, чем болезненным.

На расстоянии вытянутой руки раздались стоны и непечатные выражения, за которые полагались целых три дня поста и медитаций на умягчение сердца и злого языка. У Илоны отлегло от сердца. Обе здесь. И, как минимум, живы.

– Что за ерунда? – Ксана с кряхтением приподнялась на руках, аккуратно повернулась и села. – Куда мы провалились?

Июлия лежала на спине, шевеля по очереди конечностями.

– Ничего вроде не сломано… Ксана, ты чего не сказала, что у тебя тут целая квартира? Да еще с таким ковром. Ты думала, мы тебя за тягу к роскоши сдадим, что ли?

– Да вы сдурели обе, что ли? – зашипела в ответ Ксана, хотя вторая ее подруга до сих пор не произнесла ни слова. – Мне на один такой ковер за десять лет работы не накопить. Да и знать я не знаю, что тут творится…

И осеклась, оглядываясь вокруг.

Странная комната, в которой они находились, была размером с Илонину «двушку». Стены из темно-коричневого дерева, высокий потолок с балками, винтовая лестница в углу, ведущая наверх, в темноту. Напротив нее светился затухающими угольками камин – с ума сойти, настоящий, с дровами! И кресло-качалка рядом. И стол, за который можно было усадить если не армию, то футбольную команду. Чуть поодаль в темноте угадывались силуэты резных спинок трех стульев. У дальней стены огромные стеллажи, также уходящие под потолок, а на них… У троицы перехватило дыхание.

Книги. Огромные, с обложками богатых темно-красных, зеленых, коричневых оттенков, с тиснением золотом. Их было так много, что не верилось глазам.

– Тут уже не тяга к роскоши, тут на две пожизненные отработки хватит, с конфискацией имущества, – еле слышно прошептала Илона. – Древесина редких пород, книги, сохранившиеся с времен до эпохи Великих, ковер этот… Явно натуральный. Тут целый завод по производству футболок обнеси, и то хлопка не хватит. И камин – кто сейчас имеет право держать в доме открытый огонь?

– Может быть, тот, кто плевал на чужие правила, навязанные наглыми захватчиками? – вдруг раздался вкрадчивый, словно шипящий голос.

И на фоне кресла-качалки, стоящего в тени, вдруг вспыхнули два узких желтых глаза.

Девушки хором завизжали, вскакивая на ноги.

– Ну-ну, тихо, дамы, тихо, я не собираюсь причинять вам вред, – из кресла поднялась фигура, и стало понятно, что это человек. Он щелкнул пальцами и под потолком вспыхнули светильники.

У незнакомца были черные волосы, красивое узкое лицо, обрамленное тоненькими усами и бородкой, и странные зелено-желтые глаза. Он смотрел на почти вжавшихся в стену девушек, ухмыляясь во весь рот.

– Смешно, да?! – не выдержав, взвилась Ксана. – Кто ты такой? Что это за чертовщина? Зачем нас пугать? Это ловушка Великих? Очередные Испытания? Мы проходили их уже в этом году!

– Тихо-тихо, сестренка, – он перестал скалиться и примирительно поднял ладони вверх, показывая, что в них нет ничего опасного. – Я не имею отношения к этим наглецам, которые захватили у вас власть. Я просто хочу поговорить.

– Какая я тебе сестренка, тоже мне, братец нашелся, – буркнула Ксана и тут же замерла. – Как ты сказал? Великие – наглецы и захватчики? Ты говоришь это вот так просто?

– Нужно быть или равным им по силе, чтобы не бояться даже просто говорить подобное вслух, или же совершенно безумным человеком, который не боится нести всякую чушь. Но Полиция нравов таких давно уже проредила за годы власти Великих. Так кто же ты? – спросила Илона.

Мужчина окинул ее долгим, оценивающим взглядом.

– Бери пример с подруги, она не верещит, а задает хорошие вопросы и делает правильные выводы, – снова обратился он к Ксане. – Что удивительно, между прочим, ведь по сравнению с вами она совершенно обычный, ничем не примечательный человек.

– Вот уж спасибо, а то я не знала, – Илоне вдруг стало очень горько. – Сначала одни до Высшего круга не допускают, потому что недостаточно хороша, потом на работе говорят, что надо меньше есть, и тогда я похудею и сразу стану необыкновенной, а теперь еще и всякие подозрительные типы говорят гадости в лицо. Нет, я в курсе, что про меня думают, но вслух-то зачем? Нравится самоутверждаться за счет других?

Она сделала шаг в сторону и села на мягкий ковер. В глазах предательски защипало.

– Ну, извини, – вдруг сказал черноволосый. Голос его смягчился. – На мой взгляд, меньше есть тебе не надо, ты в самом соку. Я тебя саму тысячу лет назад с удовольствием съел, если бы встретил. Сейчас мы так не делаем, но ты все равно прими это как комплимент. Просто так судьба сложилась. Ты единственный в этой комнате человек.

– Ты… что? – Илона подняла голову. – Ты бы меня съел?! Серьезно? Ненормальный, что ли? Каннибализма на Земле не было уже за тридцать лет до пришествия Великих, даже в самых отсталых племенах!

– Как это – она единственный в комнате человек? – изумилась молчавшая до этого Июлия. – А мы кто?

– Давайте по порядку, – собеседник тоже сел на ковер и похлопал ладонью по его поверхности. – Падайте, такие вещи лучше слушать не на ногах.

Девушки приземлились на мягкий пушистый ворс, на всякий случай стараясь держаться рядом друг с другом и подальше от странного мужика.

– Сначала разграничим понятия, ибо правильная терминология – основа любого нормального разговора, – назидательно поднял он палец вверх. – Я действительно был людоедом тысячу лет назад, но сейчас у нас за такое наказывают, да и приличное общество плевать вслед станет до конца жизни. Каннибалом же я не могу быть по той простой причине, что я не человек, а себе подобных я не ем тем более. Так понятно?

Илона кивнула, хотя, зачем она врала? Ничего понятного не было.

– Что же касается тебя, милая, – обратился незнакомец к Июлии, – то ты феечка. Предполагаю, что не фейри, не пикси и вообще не относишься к жителям Пустых холмов. Скорее всего, из луговых. Конечно же, не чистокровная, сама понимаешь. Вероятно, прадед или прабабка из них. Но кровь нелюдей сильна, и постоянно пробивается наружу. Вот и сейчас ты сидишь и молча потеешь от страха, вся комната запахом наполнилась. Но чем пахнет, чувствуешь?

Июлия от волнения даже не отреагировала на оскорбительную реплику, а просто повела носом.

– Фиалками какими-то пахнет, розой вроде и колокольчиками, – подумав, ответила она. – Я думала, это местный запах, мало ли, букет на полке где-то стоит.

– Нет, это ты. Я уверен, от тебя никогда не пахло так, как иногда несет от людей, которые плохо помылись или не воспользовались этими вашими штуками, которыми мажут подмышки и другие места, чтобы перебить естественный запах, – он с неодобрением покачал головой, – И я не думаю, что никто этого больше не замечал.

– Начальник твой! – ахнула Ксана. – То-то он к тебе пристает!

– Совершенно верно, – кивнул черноволосый. – Люди противоположного пола сходят с ума от запахов остроухого народца. Вы знаете легенду о Гаммельнском Крысолове? Есть версия, что он увел детей из города не только музыкой, но и собственным запахом, ведь он тоже не был человеком.

– Стой, погоди с легендами и версиями, – Ксана выставила ладонь вперед. – Если Илона – человек, а Июлия – феечка, кто же тогда я?

Мужчина поднял голову и взглянул на нее в упор. Его глаза снова сверкнули желтым. И девушки с содроганием увидели, как круглый человеческий зрачок сужается, превращаясь в вертикальную щель.

– Ты сестренка моя, – тихо сказал он. – Конечно, тоже по прабабке или прадеду, но кровь – не водица, а уж своих я всегда чую. Потому тебя и нашел даже в чужом и теперь враждебном для нас мире. Ты – дракон, Ксана.

Ксана вытаращила глаза. Потом моргнула раз, другой… и захохотала.

– Мужик, я не знаю, кто ты такой, и что здесь устроил. Может, напустил газов каких, а мы надышались и галлюцинируем, потому и мерещатся запахи всякие и глаза сияющие. Но это уже ни в какие ворота не лезет. Какой дракон? Еще и имя мое заранее узнал, не поленился. Мои родители – строитель и школьный педагог, в наше время наставник, а бабушки и дедушки жили в маленьких поселках и работали на земле, когда это еще не было модным. Чешуей и длинным хвостом из них никто не выделялся. Делаем вывод – несешь ты хрень полную, и непонятно, зачем. Если это очередные Испытания, то надеюсь, я их прошла. А теперь покажи нам отсюда выход, пора заканчивать этот балаган.

Черноволосый вздохнул. Потом оперся руками об пол, оттолкнулся и встал на ноги одним прыжком.

– Ну, если что, громко не верещите, – предупредил он и трижды звучно хлопнул в ладоши.

Стена напротив вспыхнула, пошла светящейся рябью, и в ней появилась дверь. Толчок изнутри – и она отворилась.

И в проем сунулась драконья голова величиной с Алискин стол для уроков. Красно-рыжая чешуя оттенков кленового листа, желтые глаза с вертикальным узким зрачком, острые, темнеющие к кончикам уши, похожие на собачьи, только направленные не вверх, а в стороны. Макушку венчал алый гребень с острыми краями, уходящий по длинной шее куда-то за дверь. Довершали картину тонкие, будто позолоченные рожки.

Голова выдохнула паром из широченных ноздрей и показала зубы в улыбке, больше похожей на оскал.

– Иииииииииииииииии! – девушки, наперебой визжа, снова кинулись к противоположной стене. У Илоны, прижавшейся спиной к брусу, от ужаса застучали зубы.

Голова обижено сморгнула и спросила грудным женским голосом.

– Айрел, ты что, не предупредил их?

– Предупредил, конечно! Но они у нас самые умные, не верят даже глазам, как своим, так и моим, и плевать, что они желтые и светятся, – буркнул мужчина. – Галлюцинацией обзываются.

 

Драконица захохотала, из ноздрей повалил дым. Сияние в глазах Айрела угасло, он совсем по-детски оттопырил нижнюю губу и обиженно отвернулся.

И тогда Июлия, тоненькая, с длинными светлыми волосами, и вправду очень похожая на феечку, вдруг сделала на дрожащих ногах шаг вперед.

– П-п-п-п-простите нас, – заикаясь от волнения, сказала она. – М-м-м-мы не думали, что такое может быть и вправду… Даже подумать не могли, что вы реально существуете!

– Я много про вас читала, как в детстве, так и в юности, изучая сказки в университете, но никогда не верила! – Илона, осмелев, шагнула следом. – Считалось, что никто из людей не видел живого дракона, а сказки сочинялись древними, что находили окаменелые останки динозавров. Они и верили в чудовищ, похищавших красавиц и копивших золото. Но ведь всем адекватным читателям должно быть понятно, что на самом деле древние наделяли вас своими интересами, только теми, которые котировались у злодеев, чтобы те узнали себя и устыдились! Серьезно, зачем драконам красавицы и золото?

– Ну, как вам сказать, – драконица положила голову на мягкий ворс и прищурила глаза. – Я, знаете ли, очень люблю золото и драгоценные камушки. На них можно купить кучу разных интересных вещей, например, вот такой ковер. Стоит целое состояние, но как хорош! У меня вся пещера ими устелена.

– Хорошо, но про красавиц-то сказки? Зачем они дракону? Получается, это ушлые рыцари все выдумывали, чтобы был легальный повод обнести драконью пещеру с сокровищами и убить их владельца!

Теперь смутился Айрел.

– Ну, как вам сказать…

– Только не говори, что ты их съедал! – ахнула Июлия.

– Ни одной красавицы за всю свою долгую жизнь не съел, что я, душегуб какой? – возмутился мужчина. – Воровать – да, но есть…

– А зачем тогда крал? – не отставала Июлия.

Айрел вдруг залился багрянцем, прямо в тон своей чешуйчатой родственницы, и ничего не ответил.

– Ты посмотри-ка, феечке удалось смутить братца, – фыркнула драконица тоненькой струйкой пара. – Стоит тут, сам как принцесса, вся такая воздушная и готовая к похищению.

– Эльза, помолчи ты хоть минутку! – рассердился Айрел в ответ. – Устроили тут женский совет по обсуждению свежих сплетен! Увольте, моя личная жизнь устарела на целую эпоху, я лет пятьсот никого не воровал, тем более, не ел.

Дракон в человечьем обличии махнул рукой и обиженно плюхнулся назад на ковер.

– И вообще, они сами потом приходили. Надоели, сил нет, одна другой назойливее. «Я спасу тебя, ты перестанешь быть огромным ящером и окончательно превратишься в человека, а потом мы с тобой поженимся!» – пискляво произнес он, манерно махая пальцами. – Да к лешему жениться, я слишком молод для этого. И красавиц всех туда же, одни проблемы от них.

Напряжение в комнате сошло на нет. Илона с любопытством разглядывала лежащую на ковре драконью голову, а потом, ужасаясь собственной смелости и наглости, протянула руку.

– Можно?..

Драконица открыла один глаз:

– Валяй. Только ноздри не щекочи, чихну – руку паром обварит.

Илона коснулась чешуйчатого лба, пробежалась пальцами по парным бугоркам наростов, ведущих к затылку. Почесала основание левого рога. Эльза снова зажмурила глаза, уже от удовольствия.

– Ты теплая, – удивилась Илона. – Я думала, вы все хладнокровные.

– Да, но мы же дышим огнем, потому и кровь у нас горячая. Хотя, холода не любим, конечно. Живем в теплых краях нашего мира.

– А большой он, этот мир? – пальцы, почесывая, переместились к основанию шеи.

– Большой, – будто сквозь дремоту пробормотала драконица. – Места всем хватает. И крылатым, и чешуйчатым, и плавучим, и ползучим, и прямоходящим. Не всегда мирно уживаемся, ну так это везде бывает, во всех мирах…

– Да что за ерунду вы тут творите! – вдруг раздался сзади гневный окрик.

Ксана продолжала стоять у стены, сложив руки, и взгляд ее не предвещал ничего хорошего.

– Вы еще поцелуйтесь, дружочки новоявленные! Вам эти змеи небылиц напели, вы и уши развесили. А ну говори, зачем мы вам понадобились! – главное уставилась она на Айрела.

– Вот за это я и не люблю полукровок, – хмыкнула Эльза. – Считают себя самыми умными, хотя, мы им еще одолжение делаем…

– Так, стоп! – Июлия шагнула между Ксаной и остальными. – Давайте мы все помолчим, пока не наговорили глупостей, о которых потом пожалеем. А Айрел нам все расскажет, только с самого начала. А главное – почему Ксана дракон и для чего мы вам понадобились? Как вы оказались в ее сарае? И зачем звали ее во сне? Это ведь были вы?

– Мы, – зажмурилась Эльза – Илона продолжала почесывать ее за ушами. – Мы же питаемся вашими мыслями, вашими эмоциями. Ребенок читает сказку и думает о нас. Нам хорошо. А с приходом белобрысых не читают и не думают. И жить стало тяжело, магии практически нет, вот-вот грянет голод. Мы взываем к тем, в ком есть хоть капля нашей крови, но белобрысые вычисляют их очень быстро и уничтожают. Ксане повезло, драконьей крови в ней слишком мало, этими проверками, которые вам устраивают, ее обнаружить сложно. Хорошо, что нас она услышать смогла…

– Вы говорите о Великих с пренебрежением, достойным храбреца или глупца, – сказала Илона. – Мы тоже их ненавидим, но нельзя не признать, они сильны. Весь мир их слушает. Творятся невиданные вещи, которых раньше ни за что бы не допустили даже самые отъявленные подонки у власти. А теперь это новая норма.

– Конечно, они сильны, – со злостью сказал Айрел. – От них даже атланты в прошлое пришествие сбежали в океан…

– Серьезно? – изумилась Илона. – Эта история включена в «Главную книгу», где рассказывается о происхождении мира. Там есть легенда об атлантах, которые были третьей расой на планете Земля, но не выдержали всемирной катастрофы, когда раскололся материк Гондвана, и ушли на дно океана.

– Так и есть, – кивнула драконица. – Белобрысые были здесь сотни тысяч лет назад. И я не знаю доподлинно, что тут происходило, но в итоге атланты ушли в океан. Подозреваю, что материк раскололся не просто так. Вероятно, им угрожали, а так как воины из синемордых, мягко говоря, не очень, они предпочли сбежать. Не подчиняться же, в самом деле.

– Мы подчинились, – с горечью сказала Июлия и опустила голову. – Все, о чем вы говорите, напоминает страшную сказку, но я вам верю. Потому что происходящее вокруг до сих пор кажется бредом сумасшедшего, в котором мы почему-то живем. К нам десять лет назад спустились боги с небес, почтили своей поддержкой и помощью, но от этой помощи страшно становится. А теперь слушаю вас и понимаю – нет, не благодетели, а захватчики. И не думаю, что они на самом деле хотят нас дотянуть до своего могущественного уровня.

– Не хотят, конечно. Вы не сможете до них дотянуться, они не люди. Даже если вы из кожи вылезете, чтобы стать похожими на них – не станете. Увы. Это как Ксана не сможет превратиться в дракона, даже если очень сильно захочет, – сказал Айрел.

– Вот уж чего точно не захочу, – буркнула стоящая у стенки девушка. Она так и не сдвинулась с места. – Я до сих пор вам не верю, если что. Вернее, я теперь верю, что существуют драконы, но что во мне течет ваша кровь… да так просто не бывает!

Айрел пристально посмотрел на нее, а потом вдруг спросил:

– Желудок болит, когда боишься, сердишься или подавляешь в себе злость, да? И сейчас тоже? Возьми на столе кувшин, там янтарный эль, сделай пару глотков, станет легче. Или можешь просто сплюнуть, тоже попустит.

– Братец, ты сдурел? – Эльза махом прекратила блаженно жмуриться и подняла голову. – Вы мне еще дыру в ковре проделайте! Он целое состояние стоит. А черным только дай повод – все красивые вещи перепортят. Глоток эля дешевле обойдется.

Ксана удивленно ахнула.

– Откуда вы зна… Болит, да. Целители говорят, это нервное. Но у кого в нашем мире нет проблем с нервами? Только у тех, у кого нет проблем и с совестью. Выписывали траву всякую, только не помогает.

– Неудивительно, какая трава может помочь потомку черных драконов? – фыркнул Айрел. – Разве что хмель, чтобы обожраться и заснуть. Желудок у тебя болит, потому что твой прадед или прабабка плевались кислотой вместо огня. А ты воспитанная, небось, и такого себе не позволяешь даже в гневе. Вот и бродит внутри. Хорошо еще, крови в тебе нашей немного, а то желудок бы уже разъело. Вообще, надо сказать, сумасшедшие создания твои родственнички, хаотичные даже по нашим меркам. Где драки и кровь – там и они. Поэтому на вашу Главную войну, которая сто лет назад была, с большой охотой вербовались…

– Драконы вербовались на войну?! – ахнула Июлия. – Но это уже явно выдумки, я много книг когда-то о ней прочитала, пока их не запретили. Нигде не было упоминания о подобной мистике.

– Так не в натуральном же виде вербовались, понимать надо! – Айрел постучал пальцем себе по лбу. – Ваши бы их просто перестреляли со страху, а те, с поломанными крестами… Не знаю, на опыты бы, наверное, отправили. Поэтому воевали исключительно в человеческом облике, вот как я сейчас. Но плюнуть в противника на поле боя могли, и как могли! От души, можно сказать, глаза махом выжигало. А черные и рады, им весело. Опять же, пристрелят кого насмерть – они тут же перерождаются в родном мире. Отдохнут пару дней – и снова за старое. Говорят, вкус жизни лучше чувствуется, когда рядом со смертью.

– А я тут при чем? – Ксана до сих пор не могла поверить.

– Мы думаем, твои дед или бабка появились на свет аккурат после войны. Или даже во время нее. Когда каждый день может оказаться последним в жизни, отношения на поле боя завязывались легко. Отцы в итоге пропадали без вести, а дети оставались. С виду обычные, но взгляд тяжелый. И желудок после каждой сильной нервотрепки болел. Плеваться-то в вашей культуре всегда было стыдно. Кто у тебя сейчас мучается животом, мать или отец?

– Мама, – вдруг с тихим вздохом ответила Ксана и опустила голову. – Постоянная изжога от любой еды, раньше хоть таблетки можно было пить, а теперь лечат бурьяном да медитациями. Не ест ничего, похудела сильно.

– Пусть плеваться тоже начнет, поможет обязательно. Еще я тебе рецепт эля дам, – Айрел налил из кувшина в стакан жидкость, по цвету действительно похожую на янтарь. – Глотни, не бойся.

Несколько секунд девушка с недоверием смотрела на подозрительный напиток, но все же взяла стакан в руки. Понюхала содержимое и сделала глоток.

– На компот похоже, только забродивший, – она сделала еще пару глотков, уже больших, и ойкнула. – Блин, изжога уменьшается, прямо в реальном времени!

– Дома вари сама, только лучше каждый день, чтобы свежий был. И не показывай никому рецепт, если белобрысые обнаружат – хана нам всем.

– Так получается, они про вас знают? – вернулась к реальности Илона. – Потому и запретили сказки, песни по их мотивам и фантастические фильмы?

– Да, конкуренты им ни к чему, народная любовь должна быть направлена только на них, благодетелей. Небось, завидки их взяли. Мы же прекрасно уживались с вами много тысячелетий, не считая периода с людоедством, конечно, – дракон в человеческом обличии снова смутился. – При том, что нас не интересовали ваши земли: на одних территориях слишком холодно, а на других тепло и хорошо, зато кровососущих тварей полно, покоя от них нет. А уничтожить их полностью нельзя, экобаланс нарушится. И соколам тоже ваши земли ни к чему, им люди, как биологический вид, интереснее.

– Это еще одна раса?

– Да, самая многочисленная в нашем мире. Тоже имеют человеческую ипостась, как мы, но превращаются в птиц. И вот сколько они у вас девок перетаскали, всему нашему драконьему племени не снилось. Правда, они честные, последние лет пятьсот все строго по обоюдному согласию. Бывает, даже женятся потом. У них мужиков от начала времен всегда больше рождается, чем баб. Вот и летают тысячелетиями на Землю, подруг себе ищут.

– Так, погодите, а сказку про Финиста Ясного Сокола не с этих историй писали? – спросила Июлия. – Мне мама читала ее в детстве…

– Небось, про девицу, которая три пары железных башмаков истоптала и суженого нашла? – хмыкнула чешуйчатая Эльза. – Не так все было, но у соколов лучше не спрашивайте, они эту историю не любят. Финист у них известный всенародный герой, только со знаком «минус». Хотя, можете и спросить, история презабавная. Отлично повествует о том, что бывает, когда боги щедро одаряют силой и красотой, но не дают хоть капельки разума.

– Ага, как будто мы этих соколов видим каждый день и разговариваем с ними, – Ксана наконец-то отлипла от стенки, поставила пустой стакан на стол и присела рядом с Айрелом. Видимо, примирилась с окружающей действительностью и с новостями последнего часа.

– Поговорите еще, появятся. Я думаю, они тоже ищут своих. А потомков у них намного больше, сами понимаете. Правда, бытует мнение, что белобрысые всех перебили. А как оно на самом деле, не знает никто… В общем, теперь о самом главном, – Айрел откашлялся, встал с ковра, поклонился почему-то в сторону Илоны и торжественно произнес. – Уважаемые представительницы рода человеческого! Помогите нам свергнуть белобрысых и вернуть мир в его нормальное состояние. Пока мы все того, не перемерли с голодухи… У нас земля не родит без ваших сказок. Да что там земля, яйца в драконьих кладках не вылупляются уже восемь лет. А у соколов магия истощается, одна боевая осталась, это их исконное. Но далеко ли на ней в обычной жизни уедешь?

 

Девушки ошарашенно молчали, переглядываясь.

– Как помочь? – спросила в итоге Июлия.

– Белобрысые сильны, на их стороне технологии, с этим у нас до сих пор не очень. Можем силой и магией задавить, особенно если соколов подтянуть. Но по факту мы сюда без шума и пыли проникнуть не можем, а если и можем, то нас быстро вычисляют и убивают…

– Откуда у них технологии? – удивилась Июлия. – Они же категорически против любого прогресса, любых машин. У нас самолеты не летают, налог на личные авто огромный, землю возделываем вручную. Якобы технологии вредят планете.

– А вы их слушайте больше. У них межзвездный корабль неподалеку от Солнца висит уже много лет. Конечно, они будут любую дичь вам в уши лить, только бы их не рассекретили. Небось, первое, что запретили – спутники на орбитах планет? А потом и устройства, в котором будто собеседник ваш сидит, вы по нему говорите, и он вас слышит, и можно везде носить их с собой?

– Сотовые телефоны, что ли? – догадалась Июлия. – Да, и вышки все снесли. Считается, что они рак вызывают, аутизм и другие страшные болезни, так как облучают людей. Только бред это, я инженер, и уверена в том, что они безвредны.

– Ну, теперь знайте, не в облучении дело. А в том, что именно они от вас скрывают и почему.

– Ушам своим не верю, – призналась Илона. – И что же нам теперь делать, как быть?

– Соглашаться на наше предложение, – и дракон улыбнулся. – Предлагаю встретиться денька через три и обсудить дела более подробно. Согласны?

– И как же мы встретимся? – фыркнула Ксана. – Еще раз провалимся в подпол моего сарая?

– Ни в коем случае, – Айрел покачал головой. – Конечно, сооружение отличное, полностью из осины, в нем нас никто не засечет. Но устраивать даже подобие военного совета в полуразвалюхе как-то не солидно. Соколы нас потом засмеют. Лучше сделаем по-другому. Сестренка, поможешь?

Драконица тяжко вздохнула и закрыла глаза.

– Золотом за каждую заплатишь, – пробурчала она и повернулась к брату длинной шеей. Тот подошел к ней, поскреб ногтями переливающуюся шкуру, а затем постучал пальцами по ладони и протянул подругам три чешуйки.

– Хранить строго с осиновой щепкой или корой, иначе белобрысые учуют, и нам всем больше не жить. Ровно через три дня положите их под подушку на ночь и увидите один и тот же сон. В нем встретимся и поговорим. Так безопаснее всего.

Чешуйка Илоны отливала багрянцем и была на ощупь теплая, как след солнечного зайчика на полу.

– Все, нам пора и вам пора. Вы же не передумаете? – с надеждой спросил Айрел. Благоразумно не дожидаясь ответа, он кивнул. – Ну, до встречи.

И хлопнул в ладоши.

Резкий поток ветра подхватил всю троицу и утянул в серо-синее марево.

– Приятно было познакомиться! – раздался будто из тумана голос драконицы Эльзы, а затем все пропало.

*

Очнулись подруги в сарае сидящими на полу возле люка. Он был закрыт и выглядел так, будто его никто не трогал уже лет сто. В открытую дверь тянуло прохладой. Противно зудела над ухом оголодавшая после дневной жары мошкара.

– Девки, это же нам все приснилось, правда? – жалобно просила Ксана.

– Не думаю, – тихо ответила Илона, протягивая вперед ладонь.

Драконья чешуйка переливалась всеми оттенками красного в закатном солнечном луче, проникшем сквозь щелеватую крышу.

– Ксана, слушай, ты это… – Июлия помолчала несколько секунд, а потом с почти детским восторгом шепнула. – Плюнь, а?

– Куда, в тебя? Могу прямо сейчас, за такие предложения, – Ксана тут же скривилась, как от зубной боли.

– В меня не надо. Вдруг ты и вправду ядовитая. Но надо же знать, врал нам этот Айрел или нет.

– Да что я, верблюд вам или клоун из цирка, на потеху публике сморкающийся и рыгающий? – у девушки задрожал от обиды голос.

– Мать, не кипятись, – примирительно сказала Илона. – Ты же слышала, я вообще бесполезное дуб-дерево, ни таланта, ни красоты, один лишний вес. А вы крутые, со способностями. Июлька вон пахнет фиалками даже со страху. А ты, может, врагов одним плевком сжечь можешь! Попробуй, в конце концов, мы сразу поймем, приснилось нам это или нет. Мало ли, что в том вине у тебя было, может, его производитель на грибах галлюциногенных настаивал.

Ксана ничего не ответила, только поморщилась с видом «как вы мне обе надоели», сделала шаг в сторону и плюнула на валяющееся ведро.

И замерла, раскрыв рот.

В месте, куда слюна попала на металл, он зашипел и порвался, как бумага. Подруги уставились на дырку, как двоечник – на взорвавшийся после неудачного химического опыта унитаз.

– Может, это напиток повлиял? – жалобно сказала Ксана. – Они меня опоили, вот и эффект такой?

– А смысл? – тихо ответила Июлия. – Мой-то запах никакими напитками не создать. Он у меня с самого детства. Значит, все, что они говорили, правда? Но разве так бывает?

– Мы когда-то не поверили бы и в то, что есть высокоразвитые внеземные расы, которые нас поработят, что людей будут сжигать на площадях среди бела дня, что ученых станут убивать за прививки и антибиотики, а еще – что глупость и безграмотность будут цениться как одно из лучших качеств женщины. Однако в каком мире мы сейчас живем? – горько усмехнулась Илона. – Не знаю, как вы, а я возьму эту чешуйку и через три дня положу под подушку. Посмотрю, что они скажут. Потому как, даже если проиграем и нас убьют, лучше так, чем этот бесконечный ужас. По крайней мере, будем знать – мы сделали все, что могли.

– И я тоже положу, – сказала Июлия.

– И я, – секунду подумав, вздохнула Ксана. – Но мне очень страшно.

– Всем страшно, – Илона протянула руки и обняла обеих.

Так они и стояли несколько минут, прижавшись друг к другу. И постепенно страх уходил, а на смену ему где-то в груди зарождалось теплое ощущение, которое бывает от осознания, что ты с кем-то делишь большую и важную тайну. И оно придавало сил и успокаивало.

– Я с Риком поговорю в любом случае, от близких людей не должно быть подобных тайн. Уверена, он тоже нас поддержит.

– Нееее, я пока буду молчать, – хмыкнула Ксана. – Так и вижу перед собой лицо Артура, когда он узнает, что его жена – гадина ядовитая не только под настроение, а вообще по жизни, просто скрывалась хорошо. Скажу потом, при случае. Черт, я не могу понять, как я замуж вышла с таким анамнезом? Никогда же при Арте желудок не болел.

– Может, оно действительно проявляется только при стрессе? Надо еще раз переговорить с драконами и подробнее расспросить про твоих предков.

– Надо, ага. А еще подробнее выяснить, что от нас нужно. Может, там жертвоприношение или еще какая дрянь. Я в таком не буду участвовать, каким бы змеем подколодным мой прадед не был.

– Мне и говорить некому, не родителям же. Еще решат, что у меня крыша поехала. Так что я тоже молчу, – Июлия отошла к стенке сарая и начала сдирать с нее кору. – Давайте добычу в осину упаковывать. А то и вправду белобры… ой, Великие учуют и казнят.

– Вот пусть белобрысыми и остаются, им это прозвище подходит намного больше, – Ксана торопливо завернула чешуйку в тоненький лубок и сунула в карман. – Ну что, до встречи через три дня? Интересно, в каком из миров мы проснемся и проснемся ли вообще?


Издательство:
Автор
Поделиться: