Название книги:

Страна сбывающихся надежд

Автор:
Дмитрий Борисович Соколов
Страна сбывающихся надежд

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

– А, это вы, мистер zyablikov… а я была уверена, что вы пошли на обед.

– Садитесь, Сокна, если хотите сделать мистера zyablikova счастливым…

– Вообще-то мой план был выпить кофе с Рачаной…

Обе девушки сели напротив. Рачана была худенькой, даже худосочной какой-то, особенно, по контрасту с подругой «в теле», что называется. Она была похожа на Ситару Джапуркар, которая училась с нами на «Б» потоке. Та на 6 курсе вышла замуж за трёхметрового здоровяка, сибиряка Ваню Фёдорова и уехала с ним в Сибирь, где, поди, и околела нафиг первой же зимой.

– Это Рачана… она юрист, а я решаю вопросы медицинского представительства.

– Очень приятно, zyablikov. Как поживаете?

Рачана эта выглядела довольно свойской и компанейской, какой-то деловой и вполне европейский вид был у неё- причёска “hair wings”, сережки в ушках, бусы, колечки-браслетики, большие круглые часы на птичьем запястье. Но она держалась отстранённо, всё время поглядывая в сторону конференц-зала, показывая нам, что целиком занята своими мыслями. Присутствие подруги почему-то очень располагало, точнее, даже способствовало нашему с Сокной общению.

– Так почему вы не на обеде вместе со всеми? – Сокна отхлебнула кофе и на щёчках появились ямочки. Тёмные глаза её были невероятно теплы сейчас, хотя густые брови она хмурила.

–Э -э… там слишком официальная обстановка, а мне хочется побыть в обстановке неофициальной.

– Я заметила, мистер zyablikov, что вы просто избегаете делать то же, что все остальные. Это у вас такой стиль?

– Глубокое замечание, Сокна. Вы не только красивы, но и умны.

Мой примитивный комплимент заставил её щечки мило потемнеть – индийский румянец, надо же.

– Ваш жених самый счастливый человек, я ему очень завидую!

– Там кто-то пришёл, – Рачана отставила чашку и разом вся поднялась с места, с какой-то спонтанной кошачьей грацией. Вроде, только что покойно сидела, а вот уже стоит. – Я пойду, а ты оставайся. Выпей моё «капучино», если меня задержат…

Я оценил то, что она сказала это по-английски, а не на санскрите, осознавая моё присутствие.

– Садхир так не считает. Вчера он написал, что я очень легкомысленная и что со мной трудно что-то планировать… Он хотел приехать на этой неделе, но я сказала ему, что буду занята на конференции. Садхир сразу посмотрел на сайте «Ортоуорлд» состав участников, увидел, что будут одни мужчины, в том числе, европейцы, и сильно расстроился. Он считает, что это нехорошо для девушки, быть в окружении мужчин.

– Не согласен с вашим Садхиром, вы – украшение этой конференции, Сокна…

Она, наконец, распустила брови и стала похожа на мою девушку – в смысле, как будто бы у нас с ней романтическое свидание в этом лобби баре.

«Вполне себе неофициальная обстановка, – подумал zyablikov. – Похоже, что наша поездка в Гоа в конце-концов состоится…»

Я спросил, часто ли она видится с женихом. Сокна ответила, что раз в месяц примерно Садхир приезжает на выходные. Проводит их с родителями и все вместе они приходят к ним в гости.

– А Вы к нему не ездите? Дели ведь столица, огромный город…

Сокна, снова нахмурившись, ещё раз объяснила смне, что нет, разумеется! Во-первых, девушка не может ехать одна, а во-вторых, до свадьбы они с Садхиром должны видеться только при родителях, а те могут оставить их одних, но только в пределах видимости и слышимости. И вообще, она еще нигде не была, кроме Чандигара.

– Таковы наши традиции. Девушка должна сидеть дома. А вы как познакомились со своей женой?

Я ответил, что познакомились мы с ней не очень далеко от этих мест – в Узбекистане, куда молодыми врачами приехали по распределению. Она должна была проходить интернатуру по акушерству и гинекологии, а я уже работал, как общий хирург.

– И вы за ней долго ухаживали?

Я объяснил, что недолго, точнее – совсем не ухаживал, если быть точным. У неё была подруга, с которой они приехали из Сибири. Жили девушки вместе, в одном номере в гостинице «Юность» (общага чистой воды, хоть и улучшенной планировки). А я делил комнату с интерном-анестезиологом. Тот взял, влюбился в эту, вторую девушку и им стала нужна наша комната, в которой они теперь проводили всё свободное время. Делать нечего, нам с моей будущей женой ничего не оставалось, как тоже…

Сокна на этом месте поперхнулась капучино и закашлялась – не знаю, притворно или нет, её лицо заметно запылало, что, впрочем, могло объясняться приступом кашля.

– Но вы же все были уже дипломированные врачи? И что, это всё вот так… так просто?

– А что же здесь сложного? – неподдельно искренне удивился я. – Мы все были молоды, и 25 ещё не исполнилось. Вполне нормальные отношения для поздних 80-х.

– Она забеременела? – с ужасом спросила девушка.

– Зачем «забеременела»… гинеколог всё-таки… просто нам с ней было так хорошо вместе, что, когда я сделал предложение, она его приняла, вот и всё. Забеременела она через три года только. Пейте ваш кофе, Сокна, остынет.

– И вы что, мистер zyablikov, считаете… считаете что это было правильно?

– Что «правильно»?

– Ну, это… вот так… жить с девушкой до свадьбы…

– Конечно, считаю! Я даже жил до неё со многими девушками, но к свадьбе это не приводило.

Сокна торопливо сделала большой глоток капучино. Бедняжка чувствовала, что задаёт очень сомнительные вопросы (Садхиру они бы очень не понравились), но остановиться не могла.

– Она что, была очень красивой? Ваша будущая жена?

– Да, безусловно.

– А те, другие девушки… с которыми вы… они тоже были красивыми? Такими же красивыми, как она? И у неё до вас тоже были мужчины?

На эти вопросы zyablikov, разумеется, не стал отвечать, да и не требовалось – Сокна была умной девушкой, и её лицо после каждого вопроса озарялось от новой догадки.

– Ну, а как же вы поняли, что она… ваша жена… и есть та самая… единственная?

Я ответил, что мне было с ней лучше, чем с другими девушками – как в интеллектуальном смысле, так и в постели.

– Причём, намного лучше… именно это обстоятельство сыграло решающую роль…

Сокна была готова засыпать меня новыми вопросами (чем же лучше в постели одна красивая девушка, чем другая красивая девушка… и неужели девушка, у которой не было мужчин, хуже в постели, чем девушка, у которой были мужчины…), но тут неожиданно вернулась Рачана.

Она возникла, казалось, из ничего, как оборотень-пантера в фильме «Люди-кошки».

– Ой, а я закончила твой капучино…

– Будь благословенна, подруга. «В еде и любви скромность неуместна», говорит индийская пословица… Мистер zyablikov, я очень ненавижу прерывать ваш интересный диалог, но там пришёл сэр Вирак Дара, патрон, с доктором Савитаром и мистером Гобиндой…

– Ой, надо идти, – вскочила Сокна. – Мне очень жаль, мистер zyablikov. Надеюсь, я не успела вам смертельно надоесть своими глупыми вопросами…

Там, похоже, намечался какой-то аврал – сам г-н Вирак Дара, «патрон», хотя почему «патрон» в кавычках… просто патрон Сети клиник «Морсби лтд»… быстрым шагом шёл в рекреацию возле конференц-зала, а за ним по пятам Савитар и мистер Гобинда.

Со спины эта пара напоминала мне дородного отца и сына-подростка.

Даже странно было, что Савитар и Гобинда представители одного народа, настолько они различались по цвету кожи, внешности и манерам.

В индийской деревне Бактванг живет самая большая на Земле семья – она состоит из главы семейства, 39 его жен, 94 детей и 39 внуков.

-17-

06.53 IST (UTC+5.30) 08/10/18

Утро 8 октября 2018 года! Вы помните, что вы делали в это утро? Наверняка вы ничего не помните. А вот zyablikov прекрасно помнит! Ну, и кого из нас лучше память?

Проснувшись, как от толчка, я очень долго соображал – где это я и что делаю совершенно один в этой роскошной постели. Не жарко, даже прохладно – я под одеялом. В трусах. А почему я один? Ах да, я же в командировке, в Индии… в Чандигаре, в отеле “JW Mariott“…

Слева от меня лежала раскрытая на середине книга, справа – другая. Одна была ”Mormon Bible”, другая- ”Holy Bible”. Обе они были взяты мной из верхнего ящика тумбочки, который так и стоял открытым. Скорее всего, я попробовал читать перед сном… полистал одну, потом другую… нашёл, что морально не готов воспринять содержание столь священной литературы, так как не дорос ещё до седин праотцов- лаванов, ламанов, лемиилов, авраамов и мафусаилов… в сущности, мальчишка ещё… впереди ещё куча времени… и я заснул сном библейского праведника!

Вот и отрицайте теперь пользу священных книг!

Но отчего же такой приятный, такой лёгкий «сушняк» и такая просветлённо-блаженная пустоголовость? Такая игривость во всём теле и в членах? Отчего я чувствую себя на 20, а то и на 30 лет моложе?

Мои симптомы объяснились тем, что на столе под «плазмой» виднелась пустая бутылка 0.7 “Red stag“. Точно, после лобби-бара я снова пошёл на лужайку! Что же я там делал? “Красный олень“ явно был трофеем оттуда – халява, сэр! Воспитанные индусы ничего не сказали, если даже заметили.

Если, конечно, не считать моего столкновения с Сокной – я входил в отель с лужайки, она выходила из здания, было узко и мы столкнулись.

Так сказать, stumbling in…

Выглядело это, кажется, так – я шёл с лужайки c початой бутылкой в руке и было очень поздно – отель к тому времени затих совершенно. Даже швейцара не было видно на крыльце. Из отеля навстречу мне выходила Сокна, видимо, засидевшись за решением какой-то внезапно возникшей проблемы – то-то они вчера тут все бегали. Как-то так получилось, что мы с ней столкнулись нос к носу. Девушка совсем не ожидала увидеть меня в этот час, поэтому очень сильно растерялась, внезапно обнаружив себя конфронтирующей со мной. Не знаю, успела ли Сокна заметить бутылку в моей руке, но вид и без бутылки, надо понимать, у меня действительно был всесокрушающий… я бы тогда и сквозь стену легко прошёл, не заметив. Если бы она не опешила столь явно, я бы просто поздоровался и галантно сделал шаг в сторону, как и подобает русо туристо облико морале.

 

Но столь внезапная растерянность (как пишут в романах – «вся кровь бросилась ей в лицо») вплоть до полной беспомощности… сыграла с мистером zyablikovым злую шутку. Вместо того, чтобы сделать шаг в сторону, я сделал шаг вперёд и как следует столкнулся с бедняжкой пузом и боком, мигом ощутив всколыхнувшееся мне навстечу её молодое, сочное, упругое тело под тонкой тканью…

Медицинский представитель «Морсби лимитед» так вся и затрепетала – как бабочка, которую прикололи иголкой к листу.

Я навис над своей жертвой стотонной глыбой! Наши глаза встретились. Не знаю, что было в моих, но в прекрасных кротких глазах Сокны застыла абсолютная восковая покорность моей воле – воле мужчины, явленной столь внезапно, грубо и нахально…

Неизвестно, чем бы сия сцена закончилась, если бы не подходившая сзади юрист Рачана с этим индоарапом, мистером Гобиндой. Я не то прорычал, не то пробормотал что-то нечленораздельное, стараясь «выхлопом»  не добить помертвевшую бедняжку окончательно… и прошёл мимо неё внутрь отеля, светски раскланявшись с Рачаной. Та, конечно, заметила бутылку в моей руке, принюхалась и поджала губы.

–O, these Russians…

–А, мистер zyablikov… «то твоё, что в руке», говорит индийская пословица…

Я гордо прошёл мимо ехидничающих представителей принимающей стороны, не удостоив ответом. Конечно, хорошо, что другие русские не приехали – поставили бы раком весь отель…

Наличие священных книг рядом убеждало, что я больше ничего такого не набедокурил в духе «русо туристо» и завершил вечер культурно-познавательно: допив в номере вискарь и погрузившись в чтение духовной литературы…

Время было только 6.53 местного. Конференция должна была начаться в 09.00.Сегодня я решил просидеть её добросовестно, всё, всё, хорош – мы рождены, чтоб сказку… пьянству бой… по крайней мере, до вечера…

Я вынул из мини-бара бутылку «Фанты», выпил её залпом, отрыгнул, включил джакузи и уселся. Эх, славно-то как, после такой попойки! Какой был хороший день! Моя вторая жена утверждала, что, куда бы ты ни приехал (она имела в виду заграницу) самым лучшим и самым запоминающимся станет именно первый день. Как же она была права – я в этом имел возможность много раз убедиться!

Вчерашний алкоголь ещё бродил в моих сосудах, создавая эмоциональный фон творческого подъёма и прилива энергии. В просторечии – «пёрло». Особенно, после выпитой залпом «Фанты». Я даже начал что-то напевать себе под нос, в ритме миллиардов пузырьков, лопающихся о моё большое тело.

Мой папаша пил, как бочка

И погиб он от вина…

There lived a certain man in Russia long ago.

He was big and strong, in his eyes a flaming glow.

Most people looked at him with terror and with fear…

Ra ra Rasputin!

Lover of the Russian queen!

There was a cat that really was gone…

Я почистил зубы хорошенько, тщательно побрился. Надо было сменить рубашку. Сменная рубашка, как и всё остальное бельё, у меня с собой были  с запасом, проблема была её погладить. К счастью, это пятизвёздочный отель, и во встроенном шкафу я нашёл и утюг, и гладильную доску.

Сервис, сука…

zyablikova неудержимо тянуло петь:

Можно часто увлекаться,

Но один лишь раз любить -

Ненадолго повстречаться,

Чтоб на веки не забыть…

Не давал тебе я клятвы ложной,

Счастье ожидает нас…

В жизни увлекаться часто можно,

Но любить…

Этого ещё не хватало! Что за евроминор, zyablikov! Вы же на Востоке!

Субботней ночью я увидел сладкий сон:

В моих руках тюльпан, в который я влюблён.

И я вскричал: «Рассвет, не приходи сегодня!»

Но всё ж тюльпан из рук ревниво вырвал он.

Ну вот, так уже лучше, zyablikov…

Каждый день в саду гуляла

Дочь прекрасная султана,

В час вечерний, в той аллее

Где фонтан, белея, плещет.

Каждый день невольник юный

Ждал принцессу в той аллее,

Где фонтан, белея, плещет, —

Ждал и с каждым днем бледнел он.

Опять фигня какая-то…

Разорвался у розы подол на ветру,

Соловей наслаждался в саду поутру!

Наслаждайся и ты, ибо роза – мгновенна,

Шепчет юная роза: «Любуйся! Умру…»

Короче,

Восточные сказки,

Зачем ты мне строишь глазки?

Манишь, дурманишь,

зовёшь пойти с собой…

Одевшись, я тщательно повязал галстук перед большим, во весь рост, зеркалом. На меня потерянно смотрел добродушный, искренний, беззащитный, застенчивый, предельно уязвимый увалень немного не от мира сего. Глаза совершенно невинные… длинными ресницами хлоп-хлоп… Не юный невольник, конечно… но что-то такое есть. Тэк-с, очки… в кармашек платочек… Такому рука не поднимется хоть в чём-то отказать!

Я спустился в холл, подошёл к лестнице – конференц зал открыт, что-то там на сцене делают, за регистрационными стойками никого нет. Прекрасно. Поднялся и свернул в “JW“. Отдал талон на завтрак и присоединился к трём десяткам завтракающих в этот час постояльцев разных национальностей.

Завтрак был отнюдь не пятизвёздочным, но вполне терпимым. Избежав всяких местных полужидких фалафелей (от них несло шафраном за версту), я взял себе нормальный европейский завтрак – яичница, немного бекона, фасоль бобы, лепёшку и  какие-то пирожные. Кофе и чай тут оставляли желать лучшего, поэтому, насытившись, я спустился в лобби бар, заказал «эспрессо» и «американо».

Сокна и Рачана уже были на месте, включали свои компьютеры. Сокна сегодня была не в строгом офисном костюме, а в длинном, ниже колен, тёмно – коричневом платье с отложным белым воротником и длинными рукавами – довольно глухом и гораздо более строгом, чем её вчерашний наряд. Густые чёрные волосы удерживал тёмный обруч, еле различимый на их фоне. Я попытался помахать или кивнуть, но в мою сторону она смотреть или упорно избегала, или действительно ей сейчас было не до этого. Да и вообще, кто я такой, чтобы смотреть в мою сторону.

Тем более, после наших сомнительных разговоров, за которые жених её точно не похвалил бы…

Но это восхитительное чувство мгновенного соприкосновения с неведомым и запретным, но чертовски желанным!

Однако, Dr. Zyablikov!!!

Забудьте, Mr. Zyablikov…

Забей, zyablikov!

Что тебе ещё надо, собака? И так достиг невозможного… если Сокна на тебя не пожалуется, то поездку можно считать успехом.

Вернёшься в весёлый город Пном Пень, поедешь в “Dream“, оттянешься…

Время подходило к 9.00. Я допил кофе и пошёл в зал.

Как лучше сделать – пройти мимо Сокны и поздороваться… или проскочить так, чтоб она меня не видела?

Поздороваться просто, приветливо, казуально, как ни вы чём не бывало, я не смогу. Вернее, уже не смогу. Вроде бы, ничего такого не было, а ведь это «что-то» было.

Проскочить мимо, не здороваясь, отвернув рыло – полное свинство, ни  в какие ворота не лезет.

Чем ближе я подходил, тем менее уверенно себя чувствовал.

Что интересно, совершенно не глядя в ту сторону, я очень чётко осознавал присутствие там этой девушки и даже мог сказать, что конкретно она делает в этот момент. Более того, я очень чётко осознавал, что и она, ни разу не взглянув в мою сторону, очень чётко осознаёт по отношению ко мне абсолютно то же самое и ждёт, когда я подойду к ней.

Поэтому ни один вариант не казался приемлемым.

Строго говоря, я был близок панике. Ноги как свинцом налились.

– zyablikov, ну, наконец-то я снова вижу тебя!

Это был мой друг Савитар Рананда.

– Сколько выпил вчера? Сегодня как себя чувствуешь?

– Нормально, Савитар. Прекрасная конференция, удивительная организация! Передай организаторам, в частности, господину Вираку Даре, мою сердечную благодарность за тёплый приём!

– Буду у вас в Пном Пене, жду не менее тёплого!

– Приезжай! Днём будем оперировать, я уже подобрал четверых клиентов, двое – члены Парламента и двое – из Минобороны. А вечером – напьёмся на Риверсайде или в “Old seafood restaurant“, а потом – в  “Dream“! Я на прошлой неделе был там, Срей Пи меня спрашивала, когда же снова приедет мой индийский друг…

– Хм… А ты как, по-прежнему – с той вьетнамочкой?

– Нет, с её младшей сестрой. Нгует пришлось срочно вернуться в Хошимин…

Мы со спасителем Савитаром, разговаривая и смеясь, прошли между стоек с девушками, вошли в зал и мне, таким образом, не пришлось решать проблему Сокны. Как говорится, «зачем ещё нужны друзья?»

Два мужика прошли мимо побледневшей девушки с похабными улыбочками… ну и что, мужчина в Индии – высшее существо, абсолютно во всех отношениях превосходящий женщину. Они даже по имени мужей не называют, только «мой господин». Патриархат, фигли…

Блин, да в чём именно была проблема и существовала ли она, кроме как в моей ещё гудящей от выпитого вчера голове?

Сами себе выдумываем не пойми что…

Поскольку меня очень впечатлила их концепция, я решил попробовать и опубликовал запрос. Через день мне позвонил член команды из Вайдама и попросил мои отчёты. После того, как я поделился своими отчётами, мне предложили несколько вариантов операции по замене коленного сустава в Индии.

-18-

10.00 IST (UTC+5.30) 08/10/18

Савитар, оставив меня, убежал куда-то. Я занял место в углу, уселся поудобнее. Зал в этот раз напонялся дружнее, хотя европейцы, прочтя свои доклады, почти все разъехались. Зато индусов прибавилось, стало больше молодых, резвых, энергичных.

Наверное, всё это и были светила и будущие светила эндопротезирования. Эта отрасль ортопедии всё больше превращалась в целую всемирную индустрию! Множество фирм выпускали всё новые модели, новые ортопедические клиники открывались сотнями. Молодёжь валила туда табунами, толпясь у операционных столов.

С одной стороны, приятно было видеть такой быстрый прогресс науки и техники. С другой – становилось тревожно. Конечно, в мире сотни тысяч людей, нуждающихся в замене суставов, но означает ли это то, что им это сейчас делают в рамках медицины, или медициной уже тут и не пахнет – технологии чистой воды, и ничего больше?

По идее, операцию эндопротезирования сустава выполнять может практически любой человек, без такой длительной общей и специальной подготовки, которую дают в мединститутах. Узкая, даже «узчайшая» специализация, не специальность, а субспециальность, не требующая теоретического багажа, эрудиции и кругозора. Достаточно месячных, ну, двухмесячных курсов для этого. Судя по «суженным» лицам присутствуюшей молодёжи, именно так дело и обстояло.

Чёрт побери, чувствуешь себя мрачным гостем на этом весёлом празднике жизни…

Сегодня обсуждали какие-то сугубо специальные, технические вопросы. Вникать совершенно не хотелось, да и сидел я, как на иголках. Мне и в институте плохо удавалось сидеть на лекциях, поэтому я старался не тратить на них время, «отрабатывая» потом пакетом, если отмечали.

Нет, чёрт побери, с Сокной надо было объясниться. Не уеду из Индии, не объяснившись – и точка!

В этот раз я предпочёл обогнуть стойки с девушками – вышел через боковой выход, на лифте поднялся, потом на другом спустился и сел с чашечкой американо в лобби баре, так, чтобы Сокна меня видела.

Но она не видела. Наверное, я её смертельно вчера обидел и исправить уже ничего нельзя…

Но я чувствовал, что был прав! И прижал бы её точно так же, как Серый Волк Красную Шапочку, предоставься мне ещё раз такая возможность…

-Ты меня что, распять хочешь?

-Нет… раз шесть…

Чувство моей правоты (хотя это была не правота в её чистом виде, с которой все согласятся, а субъективная эгоистичная мужская правота) заставляло меня сидеть тут, на виду, и наливаться кофе, от которого у меня уже начинались изжога и сердцебиение. Стройный усатый бариста в нацкостюме с набриолиненными волосами, похожий на мексиканца, поглядывал на меня одобрительно – надо же, какой этот учёный саиб любитель кофе…

Примерно через час появилась Рачана, взяла капучино, кивнула мне и села ногу на ногу, довольно далеко от меня, как малознакомая.

– Рачана, – осторожно, даже робко подсел я сбоку, – хау найс ту мит ю… а что ваша подруга, почему она не пришла выпить кофе сегодня?

– А, это вы, мистер zyablikov. Как поживаете? Сокна сегодня не придёт пить кофе.

Рачана была независима, холодна и формальна, на меня вообще не смотрела, но постоянно щурила веки и покачивала носочком левой ноги, что говорило об определённой нервозности. Так с виду спокойная кошечка не находит места хвосту, когда что-то не по ней.

 

– Сегодня не придёт, вы говорите? – как можно глубже удивился я. – А почему, что случилось? Вчера она приходила пить кофе…

– Сокна не станет пить кофе там, где с ней разговаривают мужчины! – с торжеством выпалила Рачана, бросив, наконец, на меня кинжально-убийственный взгляд. – Тем более, мужчины, которые пьют виски целыми бутылками!

Вот змея! Заметила вчера, теперь будет шпынять.

– Гм… а мне показалось, что это она разговаривает с мужчинами… – промямлил я.

– Сокна разговаривает с мужчинами только на своём рабочем месте! – продолжала торжествовать подруга. –  И только по работе – официально!

– А, вот оно в чём дело… но вот вы же сейчас пьёте кофе и разговариваете с мужчиной, – возразил я. – Который пьёт виски целыми бутылками… неофициально…

С азиатками надо быть смиренным, вежливым и резонным – действует безотказно.

– Это мужчина разговаривает со мной – во-первых, мужчина, который значительно старше меня – во-вторых, в-третьих, доктор и иностранец, в-четвёртых, он слишком совершеннолетний, чтобы самому решать, какими объёмами ему пить виски… и сейчас вы трезвы… а в-пятых, в отличие от Сокны, у меня нет жениха!

Бля буду – ну, точно, юрист, бюрократическая крыса! Убила просто своей методичностью… нет, эту не перерезонишь… измором придётся…

– Рачана… вы меня огорчаете до невозможности… – максимально широко раскрыл я глаза и наивно захлопал ресницами. – Как это – у такой красивой девушки нет жениха??

– Представьте себе, мистер zyablikov. Разговаривайте со мной, я вас с удовольствием выслушаю, – её тонкие губы тронула коварная улыбка. – Если не станете толкаться, конечно… я девушка слишком хрупкая для подобных возмутительных, невозможных, вопиющих грубостей…

Сокна нажаловалась подруге, а как же…

– Рачана! Милая Рачана! Истинное удовольствие разговаривать с вами… но я лишу себя его, потому, что хочу разговаривать с Сокной! – продолжал я гнуть свою линию.

Моя собеседница мигом поджала губки и стала ещё официальней.

– Это невозможно, мистер zyablikov. Сокна – молодая девушка из приличной семьи, она вскоре выходит замуж за хорошего человека, сына уважаемых родителей. Изо всех мужчин она разговаривает только с ним и со своим отцом!!

Убила! Уничтожила! Урезала! Ухайдокала! Уконтрапупила!

Но только не zyablikova…

– Рачана, Рачана… вы не так понимаете –  я не собираюсь ей мешать, пусть выходит поскорее за этого Садхира, или как там его… наоборот, пришлю большой букет и поздравления, – зомбированно забормотал я. – Поймите Рачана, мне просто приятно с ней разговаривать. Ваша подруга – очень чуткий, внимательный и интересный собеседник! – воскликнул я как можно пафоснее.

Был в нулевых такой индийский фильм "Я схожу с ума от любви"… фильм я, разумеется, и не думал смотреть, но название запомнил – предчувствовал, что когда-нибудь пригодится…

– О чём же вы будете с ней разговаривать? – несколько смягчилась та.

– О погоде, Рачана!

Сейчас, по идее, станет меня отчитывать. Надо сделать виноватый и потерянный вид…

– Мистер zyablikov, ваша импертинентное желание разговаривать с моей подругой поражает, – начала отчитывать меня подруга моего предмета. – В Индии мужчина не может неофициально разговаривать с девушкой! Мало того, что это предосудительно и наказуемо, это с вашей стороны совершенно необъяснимо – упрямство, достойное осла, не побоюсь обидеть вас нелестным сравнением.

– Прежде всего, я хотел извиниться перед Сокной за свою грубость. Как вы заметили, я был в тот момент сильно пьян…

– Замечательный же вы характер, мистер zyablikov! Как говорится, «на камень хоть пять кулаков обрушивай». Вы думаете, что факт вашего опьянения послужит вам оправданием?!

– Что плохого, если два человека станут разговаривать? – как можно резоннее возразил я. – Тем более, в общественном месте.

– Вам что, не с кем здесь поговорить? Разговаривайте вон, с вашим другом доктором Ранандой. Сделайте на конференции доклад, ответьте на вопросы. Участвуйте в дискуссиях…

– Нет… доктор Рананда, доклад и дискуссии – это не релевантно… не романтично, точнее…

– Улетайте к себе в Камбоджу и там романтично разговаривайте с девушками, сколько хотите, – продолжала добивать меня Рачана, попивая свой капучино, как ни в чём не бывало.

– К сожалению, у нас там девушки не такие красивые, не такие романтичные, как индийские девушки… как вы и Сокна.

– В России очень красивые и романтичные девушки. Особенно, в Санкт-Петербурге.

– А вы что, бывали в Санкт-Петербурге? – огрызнулся я.

– Нет, но много слышала об этом удивительном городе и мечтаю поехать туда. Это культурная столица России – так, кажется.

– Русские девушки, Рачана, (даже в Санкт-Петербурге, чтобы Вам когда-нибудь побывать там) никогда не разговаривают с мужчинами старше себя! Они красивы, но ни капли не романтичны и холодны, как русская зима. Их можно вместо каменных львов рассаживать на гранитные ступени Санкт-Петербурга. А ваша подруга Сокна… она со мной так тепла и лучиста…

– Но вы же всё равно улетите завтра обратно! – потеряла, наконец, терпение Рачана (капучино допит, надо идти. Да ещё и бариста посматривает подозрительно- девушка не должна себя так вести с мужчиной…) – Говорить с вами – это всё равно, что играть на флейте перед буйволом! Вам должно стать стыдно, доктор!

Моя прекрасная собеседница рассердилась, кажется, уже не на шутку, и я сделал последнюю попытку.

– Ну, хорошо, хорошо… мне стыдно… да, я виноват, выгляжу глупо, позорно… мои извинения не будут приняты… но будьте, милая Рачана, снисходительны к слабостям немолодого человека… у меня, между прочим, четырёхкамерное сердце… я бы очень не хотел улететь навсегда, не попрощавшись! Мне не было бы покоя всю жизнь, я хорошо себя знаю!

– Съев девять сотен мышей, кот пошёл на Хадж, – фыркнула девушка. – Попрощаться… попрощаться, я думаю, можете.

– Но как? Как же я смогу попрощаться с Сокной, если она избегает со мной теперь разговаривать? – умоляюще глядел я на свою собеседницу. – Рачана, вы же такая добрая девушка…

– А моя подруга и не станет никогда с вами разговаривать тет-а-тет, и не подлизывайтесь… – оттаяла, наконец, Рачана. – Попрощаться сможете только виртуально. У неё есть Фейсбук.

– Ой, я и забыл, что даже в Индии существуют социальные сети! У меня тоже есть Фейсбук, спасибо, что напомнили. Но как я найду там её?

– Набираете в поисковой строке вот это… – Рачана вынула из кармана ручку и написала на салфетке название страницы. – И в двух словах прощаетесь… алавида мэре пьяра… только я очень сомневаюсь, что Сокна вам ответит.

– Но как же я войду в Фейсбук, не имея индийской сим-карты?

– А вай-фай на что? В «Мариотте» прекрасный вай-фай 4G. Код доступа спросите на рисепшн. Мистер zyablikov, я очень надеюсь, что вы – джентльмен, и не причините вреда моей подруге теми сведениями, которые я вам сейчас сообщила – исключительно из симпатии к вашим страданиям.

– Вы – потрясающая девушка, Рачана! Жаль, что я уже не гожусь вам в женихи…

– Это почему же?

– Я слишком стар для этого.

– Да ладно! Вы очень красивый мужчина, к тому же, доктор, ортопед! Любая девушка была бы счастлива… Когда вы, наконец, поймёте, что с Сокной у вас ничего не получится, то я буду рада заменить её в вашем сердце… вот и мой адрес в Фейсбуке – так, на всякий случай…

…поэтому он решает выдать свою дочь Симран замуж за сына своего давнего приятеля, который живет в Индии. Отцы обо всем договорились, в скором времени должна состояться помолвка. Но накануне Симран знакомится с хорошим парнем Раджем. Симран и Радж пока просто друзья, но когда они понимают, что в их сердцах живет настоящая любовь, родители девушки уже готовятся к свадьбе…

-19-

11.00 IST (UTC+5.30) 08/10/18

Как только Рачана ушла, а точнее, безмолвно исчезла… как улыбка Чеширского Кота… я пошёл, (признаться, несколько быстрее, чем следовало), на рисепшн отеля и взял у них код доступа к вай-фаю! Действительно… если я вчера об этом не подумал, то только потому, что моя голова была занята другими мыслями, да и сильно повлияло то, что везде для доступа в Интернет нужна индийская сим-карта – в аэропорту, например. А тут же «пятизвёздник», конечно, как же без вай-фая… одну звезду мигом срежут.

Мобилу свою я по привычке всегда носил с собой, хоть и не заряжал всё это время. Но оставшихся 37 процентов заряда было вполне достаточно для непрерывной её работы в течение 3, а то и 4 часов – для Интернета, во всяком случае. Нашёл меню, ввёл цифры и буквы (комбинация их в «Мариотте» каждое утро менялась, но меня не предупредили, что и сыграло назавтра роковую, если не решающую роль в этой долгой истории).


Издательство:
Автор
Поделиться: