Название книги:

Страна сбывающихся надежд

Автор:
Дмитрий Борисович Соколов
Страна сбывающихся надежд

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

– Не понимаю, мистер Гобинда, почему командировка до 17-го, если 12-го всё закончится?

– Это ещё один бонус, мистер zyablikov, – улыбнулся, наконец, этот деловой до мозга костей организм по-человечески, без высокомерной издёвки. – Патрону показалось, что вам будет приятно показать красоты и достопримечательности вашей северной столицы двум нашим сотрудницам, которые согласились на эту деловую поездку только при таком условии…

– Это что, вменено мне в обязанность?– спросил я (как можно строже).

– By no means, мистер zyablikov! Сеть клиник на этом не настаивает, это отныне внутренний вопрос вашей команды. Вы – официально старший и несёте ответственность. Поэтому обеспечьте полный контроль за вашими подчинёнными, которые никогда не были в России и не знают ни русского языка, ни русских обычаев. Ваши подчинённые соответственно проинструктированы.

– Они что, обязаны мне беспрекословно подчиняться? – уточнил я (несколько трусливо).

– В Индии женщина всегда обязана беспрекословно подчиняться мужчине! Но вы не индиец, мистер zyablikov…

– В этом-то и проблема, мистер Гобинда! Для нас, европейцев, женщина- это друг человека…

– …поэтому они обе обязаны беспрекословно подчиняться вам, как их руководителю!

– Хватит ли у меня твёрдости, мистер Гобинда?

– Непременно хватит, мистер zyablikov. Построже с ними, и всё будет нормально! Как говорил мудрец – «везёшь женщин – бери с собой плётку». Но они обе очень дисциплинированы, так что не предвижу проблем. Мне даже кажется, что мягкость, уважение и внимание мисс Каур и мисс Чоудхари оценят больше, чем строгость и высокомерие. «Ласкового жеребёнка», мистер zyablikov, «поят молоком две кобылицы», говорит персидская пословица. Если у вас больше нет вопросов, мистер zyablikov, то я желаю удачи вам в вашей поездке. А сейчас мне нужно рапортовать патрону о результате…

Мистер Гобинда протянул мне свою кисть пятиклассника, я пожал её как мог деликатно. Свернув в трубку файл с бумагами, я, наконец-то, слез с этого ставшего таким неудобным стула!

Индусы верят в перерождение. Они убеждены в том, что если один человек делает добрые дела в этой жизни, его следующая жизнь будет лучше. И если он делает очень хорошие дела, то он может слиться с Богом и не нужно возвращаться на землю после возрождения.

-26-

21.00 IST (UTC+5.30) 09/10/18

На негнущихся ногах я доковылял до столика, за которым сидели официальные представительницы Сети клиник, сотрудником которой сейчас сделался я.

Нет, не галлюцинация… а это гораздо хуже. Обе прекрасные представительницы… официально – мои подчинённые… были одеты вполне по-европейски – в джинсах и приталенных пиджачках, со множеством сумок, сумочек и пакетов. Рачана эффектно подсурьмила брови, накрасила веки и губы, Сокна только губы чуть-чуть. Обе выглядели очень сильно взволнованными, особенно Сокна, на которой лица не было.

«Как же так, она никогда не была дальше Чандигара, – вспомнил я. – Да полно, не снится ли мне всё это?»

Я плюхнулся на свободный стул и швырнул папку с инструкциями на стол.

– Мистер zyablikov, – торопливо и виновато начала Рачана заготовленное, часто-часто хлопая ресницами (очень длинными и густыми – не замечал, наклеила, чтоль), – я и моя подруга чрезвычайно сожалеем о неудобстве, которое мы вам доставили… и, со своей стороны, готовы сделать всё возможное для того, чтобы минимизировать вам моральную травму и потерю времени… Думаю, у вас есть неотложные вопросы, на которые вам кратко ответит моя подруга! А сейчас, с вашего позволения, мистер zyablikov, я отойду к бару и выпью милкшейк. У нас мало времени, через полчаса мы должны быть у ворот номер 16, иначе пропустим наш рейс…

– Вы очень на меня сердитесь, доктор? – тихо спросила Сокна, так и сидя нахохлившись. С её опущенных ресниц, казалось, вот-вот скатится большая и чистая слеза… Никогда ещё она не была так дивно хороша, как в эту минуту!

– Могу ли я на тебя сердиться, милая Сокна! – сглотнул я давно копившийся в горле комок и, не удержавшись, провёл ладонью по её щеке – чёрт побери, zyablikov – ЭТО реальность!

Реальность!!

РЕАЛЬНОСТЬ!!!

– Я же снова вижу тебя – причём там, где никак не ожидал увидеть! Мало того – сижу рядом… и у нас с тобой впереди целая неделя в самом прекрасном городе мира! Не говоря уже о том, что Ленинград – это колыбель трёх русских революций… Конечно, это не Рио… то есть, не Гоа… куда я тебя приглашал ещё вчера, но в твоём присутствии Гоа будет везде, даже в тундрах Крайнего Севера! Жизнь, Сокна, она тем и отличается от мечты, что в ней не совсем всё так, как хочется! А теперь, в двух словах, расскажите… расскажи, как это чудо произошло и кого мне превозносить до конца жизни…я так думаю, что это коварная Рачана всё устроила…

Сокна немного ободрилась от моих слов и ответила, что всё началось вчера вечером, когда я получил свой сертификат и ушёл. Она, закончив, наконец, дела, поехала домой и застала там Садхира с родителями! Жених неожиданно прилетел из Дели, так как мысль о том, что его невеста эти дни находится в отеле и в окружении мужчин – причём и иностранцев – не давала ему покоя. Он решил, что им надо срочно поговорить, так как Садхир и его родители категорически против, чтобы его будущая жена бывала где-нибудь, кроме своего колледжа и офиса в «ПАЙМЕР». Более того, вчера она явилась домой около полуночи вся в смятении – о чём родители невесты поспешили сразу рассказать своякам и жениху… а её смех во время моего визита за сертфикатом привлёк к себе общее внимание, и добрые люди – из числа тех, кто находился в это время в холле и слышал – сразу позвонили родителям Садхира, ибо девушка не должна себя так вести! Чандигар не Дели, это – маленький город, где все друг друга знают. О чём Садхир и свояки поспешили рассказать родителям невесты.

И теперь Садхир, его родители и её родители требовали объяснений.

– Я была не в лучшем настроении для подобного разговора, – повествовала Сокна, отрешённо глядя куда-то перед собой. – Один русский мужчина властно вошёл в мою жизнь и занял все мои мысли.

– Сокна…

– Я не сержусь, доктор – мужчина на то и мужчина, чтобы входить без спроса туда, что он посчитал своим. Раньше я никак не могла поверить, что есть страны, в которых люди, с виду точно такие же, как мы, живут совсем по-другому. Они не прячут возникших чувств и живут сейчас, в реальном времени, не очень задумываясь, о том, что будет через год или 10 лет, и устаревшие традиции предков не имеют над ними священной силы. Тем не менее, их страны – великие страны. И их история – великие история. И их наука и культура гораздо важнее для человечества, чем наши наука и культура. Я, конечно, знала, что это так, но как-то смутно, неясно… виртуально. Но теперь, непосредственно ощутив силу вашей свободы, это стало для меня очень наглядно. Утекшая вода обратно не возвращается. Поэтому я довольно враждебно встретила упрёки Садхира, его родителей и своих родителей, которые встали на их сторону и упрекали меня ещё сильнее. Я не понимала, почему должна оправдываться и делать только так, как хотят они! Поэтому я просто закрыла уши, выбежала из дома, села на мотобайк и поехала к Рачане – она моя единственная подруга. А я даже не могу включить её в друзья на Фейсбуке, так как считается, что Рачана – падшая девушка – ушла из дома, ездит за границу, общается там с мужчинами и живёт отдельно от родителей. Это было в первый раз, когда я приехала к ней домой…

Рачана только что вернулась, привезя вас в «Мариотт», и будучи в ярости от того, что вы отказались ехать в Санкт-Петербург. Они должны были лететь туда с мистером Гобиндой, но наш русский сотрудник оказался алкоголиком и вся поездка повисла на волоске. А Рачана полгода бредила ей, ей так хотелось побывать в этом удивительном городе! Она очень рассчитывала, что теперь с ними поедете вы и она всё же сможет осуществить свою мечту…

– А почему именно Санкт-Петербург, – перебил я. – Москва тоже очень красивый город, потом, рядом с ней Золотое кольцо, если кто уж так сильно хочет увидеть Россию…

– Это нереально, доктор! Визу, и то – деловую, в Индии можно в минимальный срок оформить только в два города России – Санкт-Петербург и Владивосток. А а во все остальные города нужно приглашение или иные основания. Но и те, кто был в Москве, утверждают, что надо ехать только в Санкт-Петербург… наверное, это наш индийский менталитет… Москва для нас слишком азиатский город… индийца поражает только нечто действительно простое и грандиозное, вроде Тадж-Махала…

– Ну, а чем же всё закончилось, Сокна? Ты вернулась домой?

– Я вернулась только затем, чтобы забрать свои вещи и документы. Отец и мать меня не удерживали – Садхир и его родители ушли в бешенстве, сказав им много обидных слов… и речи теперь не было о том, чтобы рассчитывать на свадьбу! Родители давно уже не одобряли мою работу на «ПАЙМЕР» и Сеть клиник, а вчера был скандал – почему я пришла домой так поздно… так что наш разрыв был закономерен.

– Сокна, надеюсь, что не я причина такой катастрофы…

– Конечно же, нет, доктор. Наоборот, я давно втайне завидовала Рачане и думала поступить так, как она, только не хватало решимости. Ваше появление просто повлияло на ход моих мыслей, ускорило его, и я вам очень благодарна за это…

– Как катализатор, – подсказал я. – Опасный русский мужчина.

– «Телёнок всегда пойдёт за коровой», говорит индийская пословица. Когда я снова вернулась к Рачане, та встретила меня с блестящей идеей. «Случилось то, что случилось, – сказала она, – пошла ворона лебединой поступью и забыла, кто она такая! Но зачем теперь горевать, переживать, страдать, когда тебе нужны только положительные эмоции и новые впечатления? Если ты полетишь со мной в Санкт-Петербург вместо мистера Гобинды, тогда доктор zyablikоv, наконец, изменит своё решение, так как только ты сможешь убедить его». Конечно, Рачаной водило эгоистическое решение поехать, прежде всего, самой, но надо признаться, что её идея меня тоже увлекла. Раз уж менять свою жизнь, то надо менять её радикально и сразу. Увидеть Санкт-Петербург! Разве я могла мечтать об этом, будучи невестой Садхира? Или став его женой? Тем более, эта поездка – очень важная миссия, и если мы будем успешны, то я смогу сделать хорошую карьеру, и, как Рачана, ездить в другие страны… и стать если не уважаемой, то обеспеченной женщиной. И выбрать себе ту страну для жизни, где я буду нравиться людям такая, какая я есть… где никто не станет меня осуждать за то, что я сама выбрала себе жизнь…

 

– Милая Сокна! Я ни за что не подозревал в тебе такой решимости! Представляю, чего это стоило!

– Вы очень добры к бедной Сокне, доктор. Я проревела до утра… Тем временем, энергичная Рачана позвонила мистеру Гобинде, мистер Гобинда позвонил доктору Савитару, доктор Савитар позвонил патрону… это очень быстро всё устроилось, несмотря на то, что уже наступила ночь… и рано утром они отправили вам сообщение, надеясь остановить ваш отъезд. Но код доступа в отеле сменился раньше, чем сообщение было отправлено, поэтому задержать вас не удалось. Тогда вас попытались вызвать по громкоговорителю в аэропорту, но вы, наверное, пили свой виски и не слышали…

– Моя проницательная Сокна! – в ужасе воскликнул я. – Ты видишь всё… ах, какой ужасной участи избежал этот Садхир!

– Поэтому мы решили лететь в надежде перехватить вас у ворот в международном терминале. Проблема была ещё и в том, чтобы в считанные часы выправить мне загранпаспорт и поставить российскую визу для посещения Санкт-Петербурга максимум на 8 дней, но у патрона много влиятельных друзей…

– Я очень ненавижу прерывать ваш интересный диалог, – услышал я над ухом знакомое нежное мурлыканье из ниоткуда, – но если мы сейчас не двинемся к нашим воротам – причём очень быстро – мы пропустим рейс и все усилия пойдут прахом…

– Рачана!! Ты тоже обязана мне объяснением…

– Непременно, босс. Но уже объявили посадку. Сразу, как только сядем в самолёт… У нас 15 минут, чтобы добраться до ворот № 16…

Чёрт, надо было торопиться!

Пока девушки подхватывали свои многочисленные сумки и пакеты, я вышел из бара в коридор. Мои прежние ворота – 45, а нам нужны 16… эх, не успеем, даже бегом!

Вдруг рядом со мной остановился электрокар.

– Ну, что, zyablikov – поехали, покатаю?

– Лакшми, милая! Как ты сейчас кстати! Мне срочно нужно к 16-м воротам!

– А что так? Вот же твои ворота?

– Долго объяснять, умоляю- отвези!!!

– Садись, – пожала девушка своими дивными плечами. – Отвезу, куда скажешь, конечно.

Я проворно запрыгнул на сиденье рядом с нею.

– Постой, я ведь не один – со мной мои новые сотрудницы… ты знаешь, мне тут неожиданно предложили работу…

Лакшми не слушала и с огромным неудовольствием наблюдала, как суетящиеся Сокна и Рачана с сумками и пакетами усаживаются на заднее сиденье. Не дождавшись, она резко взяла с места, так, что мои девушки просто повалились на него.

– Ты же сказал, что неженат, – напомнила она.

– Я неженат, Лакшми, и не собираюсь. Два раза был, хватит.

– Эти две суетящиеся провинциалки – они и есть твои бывшие, как я понимаю?

– Скорее, будущие…

– С чем тебя и поздравляю…

Лакшми ещё прибавила газу, точнее, напряжения… или силы тока… только мы понеслись так, что ей пришлось всё время гудеть, освобождая электрокару дорогу.

– Приехали! – обявила она, затормозив столь резко, что я чуть не стукнулся лбом о капот. – Выметайтесь, да побыстрее! Меня другие пассажиры ждут!

Несмотря на спешку, разгневанная Рачана, которую тоже хорошенько тряхнуло, что-то обидное сказала водителю на хинди. Лакшми за словом в карман не полезла и моментально началась шумная перепалка – бабы, бля…

Мне пришлось за руку, чуть ли не за шкирку, вытаскивать из кузова электрокара своего юриста. Наконец, все втроём мы устремились к воротам, за которыми уже скрывался последний пассажир, когда я услышал:

– zyablikov!! Забери свой брелок, подаришь этой пенджабской облезлой водяной крысе!

Несмотря на белый шум терминала, я услышал, как мой подарок со всей силы брякнулся о каменный пол.

– Спасибо тебе, милая Лакшми! – прокричал я на бегу. – Будь счастлива!

– Доктор, уж от вас я такого не ожидала… подобных учтивостей в отношении это жирной делийской коровы… – процедила на бегу Рачана . – Нечего сказать, приятную подружку вы себе тут присмотрели!

– Рачана, детка… почему бы нам всем троим сейчас не сесть цивилизованно в самолёт и улететь в Санкт-Петербург… это очень культурный город…

На стойке выхода на посадку возникла небольшая заминка – на посадочном талоне стояла фамилия мистера Гобинды. Но смуглая привратница в униформе «Аэрофлота» тут же позвонила куда-то, выслушала и ослепительно улыбнулась.

– Вэлкам эбоард, мистер zyablikov. У вас – бизнес-класс…

– А у нас в квартире газ! А у нас – бизнес – класс! Класс!! Как я рад, как я рад, что поеду в Ленинград!!!! – проорал я во всё горло, выплёскивая из себя скопившееся напряжение… и следом за девушками устремился по узкому переходу в гофрированную кишку, соединяющую переднюю дверь самолёта с терминалом.

Известно, что в Индии живут более миллиарда людей, это самая большая демократическая страна в мире.

-27-

21.33 IST (UTC+5.30) 09/10/18

Девушки уже вошли в нутро «Боинга Три семёрки».

Я вручил свой посадочный талон миловидной сероглазой стюардессе с бейджиком «Катя». На кириллице! Чёрт возьми, а ведь это уже территория России! Куда я так не хотел ехать…

Штирлица теперь неукротимо рвало на Родину…

– Добро пожаловать на борт, мистер Тхакур, – от души улыбнулась мне эта Катя. – Вам налево, в бизнес класс, место «5С».

– Послушайте, я лечу не один, а с группой, – не стал я разубеждать Катю, что я не Тхакур, поэтому сказал это тоже по-английски. – Сейчас на борт поднялись две девушки, я должен сесть рядом с ними.

– К сожалению, мистер Тхакур, это невозможно. Соблаговолите занять то место, которое указано у вас в посадочном талоне!

– Но…

– Пожалуйста, мистер Тхакур… когда взлетим, мы попробуем что-нибудь сделать с этим.

Рачана и Сокна уже исчезли в глубинах эконом-класса, так, что мне пришлось подчиниться. Всё внутри меня протестовало против этого – хоть на минуту, на секунду, разлучиться с новообретённой милой, кроткой, ясной Сокной… с этой дерзкой интриганкой и скандалисткой  Рачаной… чёрт бы побрал этого ифрита мистера Гобинду с его «официальным статусом» – лететь 6 часов, так всем вместе – в бизнес классе или в эконом!!

Но спорить сейчас было явно бесполезно – до отлёта оставалось 7 минут, стюардессам надо всех усадить и пристегнуть. Никто сейчас не будет меня пересаживать…

Моё место оказалось посередине салона, рядом с огромным усатым индийцем моих лет с осанкой, харизмой и величием раджи. Это было последнее свободное место в «бизнесе», все остальные были заняты такой же солидной публикой.

– Русский? – сразу спросил меня сосед, уперев мне в лицо тяжёлый, открытый, прямой взгляд карих глаз.

«Похож на таможенника из «Белого солнца пустыни»… Вылитый Верещагин – даже седина 1:1… Если бы не оливковый цвет кожи, никогда бы не подумал, что он индус».

– Ну да. Я русский. А что, по мне не видно?

– Почему, видно. Из вежливости спросил. Лицо мне твоё знакомо.

На указательном пальце правой руки у моего соседа искрился и переливался золотой перстень с огромным камнем, который стоил, я думаю, целое состояние.

– А вы откуда русский знаете?

– Учился я в Москве, в МИСиСе. До этого в русскую… советскую школу ходил – мои родители в посольстве тогда работали. А сейчас вот, работаю вице-президентом «Шукла–продактс». Слыхал про такую? Кондитерско-чайная фирма. Командировка. Расширяемся – часто туда-обратно мотаться приходится, меня на рейсах все стюардессы уже знают. Достало во как! Я – Чандракант, а ты?

– zyablikov. Тоже командировка, от «Морсби лимитед». Это сеть клиник.

– А, слышал. Ты что, врач? Какой заканчивал?

– Первый московский…

– Брат! В каком году?

– В 87-м.

– А я в 88-м! Мы с тобой в Москве тогда нигде не пересекались?

Чёрт, а ведь могли… мне тоже начало казаться, что с этим парнем я мог быть знакомым в студенчестве! Я же жил тогда в общаге на Пироговке с бенгальцем Мехтабом в комнате… Чандракант, Чандракант… нет, не вспомнить так быстро, надо основательно рыться в памяти.

– Могу я предложить господину Чакрабарти выпить чего-нибудь? – склонилась над ним предупредительная стюардесса с бейджиком «Тоня». Похоже, этот Чандракант был, действительно, важной птицей.

– Нам виски два шота сразу и содовой, Тонечка, – попросил «Верещагин». – Это дело надо отметить! Ты как, zyablikov – поддерживаешь же?

– Нет… не сейчас. Просто содовой, Тоня, – попросил я.

Тоня, приятно удивлённая безупречным русским у двух расовых индусов (после 18 месяцев непрерывных тропиков цвет лица у меня тоже был совсем не российский), ушла за напитками. Этот Чандракант Чакрабарти был настолько свой в фанеру чувак из 80-х… жаль, что не он мне попался в соседи три дня назад на рейсе Куала Лумпур – Дели! Вице-президент «Шукла продактс» тоже был очень рад соседству и становилось ясно, что запасов виски на борту нам двоим до Москвы может и не хватить.

– Женат, zyablikov?

– Нет. Был.

– И я был. Была у меня русская жена… да объелась груш.

– Давно развелись?

– Да. Три года, как.

– А что снова не женишься?

– Да вот, хочу только русскую. Не хочу нашу.

– Что ж не найдёшь себе?

– Не попадается никак! Надеюсь каждый раз, когда сажусь в самолёт – вот, рядом место пустое, сейчас русская девушка сюда сядет, блондинка. А блондинки, наверное, все в экономе летают, а мне нельзя брать в эконом – не статусно, не поймёт моя секретарша. И финансовый отдел не поймёт, да и весь «Шукла» с ним вместе. Кастовость, чёрт бы её побрал. Не судьба мне, видать, – мой сосед молодецким глотком осушил содержимое стаканчика, запил содовой. Знает толк, собака… –  Что не пьёшь?

– Понимаешь, Чандракант, я бы с тобой обязательно выпил, но я на работе. И тут вот какое дело…

Я объяснил, что лечу не один, а с двумя девушками, но у них билеты в эконом. Поэтому хочу поменяться, так как боюсь их оставлять одних.

– А что за девушки? – мигом вскинулся Чакрабарти. – Русские, блондинки?

– Нет, ваши – брюнетки, пенджабки из Чандигара. Молодые совсем, дикие. Но хорошие очень девушки…

–Тогда ты вот что… давай мне одну сюда, а сам иди садись с другой. Будем их укрощать по отдельности. Не русская блондинка, конечно… но так и быть, ради брата потерплю и такое соседство. А мы с тобой в Москве потом по синьке наверстаем!

– В Питер я лечу, Чандракант! Нет, я с ними обеими хочу рядом сидеть. Надо решить в полёте много вопросов…

– Вопросы, говоришь? – хмыкнул Чандракант. – Это, как поют в русской песне – «нас на бабу променял». Сразу две девушки! Они у нас в Индии хоть и тихие, но здоровья на них много надо, а денег ещё больше. Эх, жаль, zyablikov – в кои веки брата встретил… ладно – держи мою визитку, пиши, звони, пересечёмся по жизни.

– Прости, брат, мне самому очень жаль. Обязательно увидимся ещё!

– Ну, тогда иди к ним, в эконом, и пришли мне кого-нибудь сюда в компанию вместо себя. Желательно русскую девушку – выбери там кого посимпатичнее. Кто от первого класса откажется? Тоня! – позвал индус. – Тут такое дело – мой сосед летит с двумя юными дочерьми, очень за них волнуется и хочет поменяться местами с кем-нибудь из эконом-класса.

– Сейчас невозможно, господин Чакрабарти. Мне очень жаль. Вот, когда взлетим, наберём высоту…

– Так мы же ещё не взлетаем? Тонечка, поспособствуй, милая…

Обаяние Чандраканта было абсолютно неотразимо. Как говорится – «ваше благородие, госпожа удача…» Вылет, похоже, откладывался, так как дверь в кабину пилотов стояла открытой и они ещё даже не уселись за контроли. Тоня, поговорив с кем-то по бортовому телефону, сделала мне знак идти с ней.

– Ну, ты меня понял, zyablikov, – напутствовал сосед. – Я вижу, что тебе везёт – пусть повезёт и мне. Понимаешь, очень не хотел бы пожалеть и об этих 6 часах… – и Чандракант осушил второй стаканчик. – Хорошо – это когда всем хорошо…

Индия когда-то была островом. Во времена Пангеи все континенты были одним большим участком суши.

-28-

21.53 IST (UTC+5.30) 09/10/18

– Какие у ваших дочерей места? – спросила Катя, которой меня перепоручила Тоня.

Входная дверь была уже задраена, но даже двигатели ещё не включили.

 

Я ответил, что не помню, знаю только их фамилии, они у нас все разные, но таковы индийские обычаи.

– Может быть, есть свободные места…

– У них «43E» и «43F». Это в третьем салоне. К сожалению, мистер Тхакур, свободных мест в самолёте нет, поэтому, если никто из соседей не согласится с вами поменяться, вам придётся вернуться в бизнес-класс. Об этом надо было думать при покупке билета!

– Да я вообще должен был лететь в Куала Лумпур, Катя… но это такая долгая история… а то, что не согласятся меняться – это вряд ли…

Салоны эконом-класса ещё усаживались, шумно обмениваясь индийскими впечатлениями, кто-то тут и там ещё стоял в проходах, возясь с ручной кладью на багажных полках, стюардессы бегали от кресла к креслу, усаживая пассажиров и не замечая, как то тут, то там свинчивается крышечка со свежевзятой в дьюти-фри бутылки… поэтому потребовалось время, чтобы добраться до мест с Рачаной и Сокной. Катя терпеливо вела меня сквозь эти человеческие пробки расслабленных, «отжегших по полной» русо туристо – во-первых, она всё ещё считала меня иностранцем, а во-вторых, VIP пассажиром, поэтому сотрудничала изо всех сил.

– …штат Керала, Перийяр, деревня Мламала. Это рядом с национальным парком Индии Перияйр. Очень довольна. Керала – это очень чистый штат…

– …выбирала по пляжу. Выбрала Южный Гоа, деревня Колва, более спокойное место, а значит и чище…

– …в первый день были слезы на глазах: отель невзрачный, номер убожество, муравьи в душе!

– …у меня лактоз на молоко. Бханг обычный пить – из реструм сутки не вылезти! Вот если его на фруктовом соке делать – было бы чудно…

– …но именно там, в Гоа, на пляже Кандолим, где-то в стороне от главного входа, я поняла и прочувствовала каждой клеточкой, что это МОЁ море…

– …сперва устанавливается вербальный контакт. Для тех, кто не в курсе, словесный. Вы можете говорить друг другу комплименты, нежности, приятности. Можете нечто из эротики ваших отношений озвучить, причём, не стесняясь. Это можно сравнить с предварительными ласками. Так распаляется огонек желания. Затем нужно астрально прочувствовать своего партнера. Очень важен чакровый контакт…

– …на пляже босиком ходили везде. Береговая полоса от Колвы до Мажорда, по крайней мере, очень чистая…

– …во-первых,не существует «арийской внешности», как не существует «христианской внешности» и прочих… Во-вторых затопленные города в Камбейском заливе ещё древнее стоянок неизвестно, кого и стоянок ли?

– …еду на Новый год в Гокарну, также хочу заскочить на пати в Гоа…

– …аутентично. Туристов нет. Я ездила с определенной целью: пройти курс процедур у доктора аюрведы: масляный массаж и т.д. Эффект есть. Ездила не просто так, а знаю доктора уже второй год…

– …там есть спуск вниз, как в грот, очень длинный и шириной метра 2. В нем по левой стороне находятся большие стеклянные окна, за ними идут разные панорамы: на одной раджа катается с жёнами по реке, на другой – он пьет чай со своими жёнами…

– Соотечественники! Во Вриндаване я пробовала изумительные сладости сампапри! Кто-нибудь знает их рецепт…

– …крем кумкумади (80 рупий), три бутылки масла кокосового… не, я не жадный раджа, это всем девчонкам подарки, ну и себе любимой конечно…

– …прокат байка 350 рупий в день, прокат велика – 200 рупий – то есть байк можно за 250 взять, а велик за 150. Только байки дают при наличии водительского удостоверения, а я вообще боюсь двухколесные средства передвижения, так как научился кататься на великах только в 23 года, когда в Японии работал…

– …да, в первый день мне делала масляный массаж всего тела Рэма – одна. Я сразу вызвала Сугуну и сказала – аюрведический массаж – это 4 руки. Работают и разогревают и растирают сразу две половины тела – это правило…

– …предложил выпить колы, алкоголь не хотел давать мне пить, но я все рано его пила, начал со мной сближенно танцевать, говорил, что понравилась, обнимал крепко, поцеловал в щеку, танцевал со мной на единые, дошло дело до поцелуев, сразу пошёл хвастаться, что сломал меня, везде водил за руку, целовал прилюдно…

– …вечером комары бывают не всегда. Но обычные меры помогают: масло лемонграсса, фумигаторы перед сном и т.д…

– …вот только непонятно, что заставило Агнело так резко менять линию поведения? Почему он решил, что с нас можно слупить левые бабки? Посчитал нас какими-то богачами, потому, что я отдала ему пакет с килограммом копчёных крылышек, которые слегка подгуляли в самолёте…

– …эх....думаю выпить бы с тобой по-человечачьи, а то собутыльника у меня нет… пью в одного и плачу, плачу и пью, а поговорить не с кем выпимши! Но не судьба, ибо – не пьешь ты, а пьяных презираешь.... скоро наши дорожки разойдутся…

– …хватаю ее за руки, волосы, пытаюсь ее встряхнуть и привести в чувство. Она потихоньку очухивается и начинает кричать «Хамид! Хамид!!» в сторону второй головы, но находится в истерике. Пытаюсь грести в сторону второй головы, девушка своей массой тормозит движение и разворачивает серф, я одной рукой не справляюсь и понимаю, что не выгребу сквозь волны. Сзади в серф чувствую толчок и вижу белого парня…

– …в первый день по приезде мне уже давали настои травы очищающие организм изнутри и до последнего дня я принимала эти, как они говорят «медицин». Ну, и гадость, я вам скажу- горько, но необходимо…

– …из того что знаю – дворец Мехрангарх Форт- около 400 рупий, Сити Пэлэс. Последний, кстати, показался нам довольно пустым и скромным на фоне того же Мехрангарх форта. Прогулка на лодке к островам в Удайпуре оставила более приятные впечатления, чем дворец. И еще очень обидно, что не попадаете на закат в Удайпуре. Там потрясающие смотровые площадки для этого…

– …но я была одна, и пришлось всю неделю ходить в джинсовых шортах, превратившихся уже на четвёртый день в подобие негнущейся дубленки. Загорала я тоже в шортах, потому что в Гоа женщина в бикини до сих пор воспринимается как непристойная экзотика. А когда девушка идёт по улице вечером, к ней немедленно подскакивают местные кавалеры с вопросом: ду ю нид а бойфренд фор тунайт?

Последнюю фразу сейчас произносила загорелая до черноты синеглазая девушка-блондинка лет 25, общаясь через проход с благожелательной и тоже загорелой тётенькой лет 50. Я обратил именно на первую своё внимание (хотя она очень даже заслуживала внимания) только потому, что рядом с ней сидели Рачана и Сокна, которые, пожалуй, были единственными индианками если не во всём эконом-классе, то в третьем салоне точно. Вокруг них шумело, галдело, распаковывало литровые бутылки из «дьюти-фри» неоглядное море – домой летящих русо туристо… Рачана ещё ничего выглядела, посматривая по сторонам нахально и высокомерно, а бедная Сокна совсем скисла, и судя по общей поникшести и уходу в себя, страшно сожалея о своём решении.

«И зачем только я покинула Чандигар», – говорила её поза.

– Места «43E» и «43F». Вот ваши дочери, мистер Тхакур, – объявила стюардесса по-английски.

– Ну, как вы тут, девочки? Плохо без папочки? – подмигнул я своим сотрудницам, которые мгновенно просияли при моём появлении, никак на него не рассчитывая. Их соседка замолчала и с огромным любопытством на меня уставилась синеглазо, переводя в уме наш английский и стараясь понять – а это что ещё такое.

– Девушка, – обратился я к ней по-русски, – меня зовут zyablikov… как приятно вас встретить на борту… я не знаю вашего имени, но только для вас у меня есть потрясающе эксклюзивный вариант! Сейчас вы уступает мне своё место, а сами идёте в бизнес-класс, на моё, на котором и летите прямо до Москвы – столицы нашей Родины!

Стюардесса Катя, услышав мой безукоризненный русский, тоже здорово опешила.

«Вот тебе и «мистер Тхакур», – было написано на её лице. – У богатых свои причуды…»

– Как? Вы что, хотите, чтобы я сейчас встала и уступила вам место, молодой человек? – с вызовом спросила эта особа.

– За «молодого человека» вам отдельное спасибо, конечно, – потёр я свою славную ортопедическую лысину, не переставая улыбаться, – но вы, девушка, не только уступаете мне своё место, а я первый вам уступаю своё! Оно в бизнес-классе, со всеми вытекающими – подстраиваемое под вас кресло, комфорт, простор, еда, напитки и персональное внимание стюардесс в течение всего полёта…

– Этот пассажир из первого класса непременно хочет лететь здесь, вместе со своими дочерьми, – поддержала меня Катя, – и предлагает вам с ним поменяться местами.


Издательство:
Автор
Поделиться: