# Салат Оливье

Николай Борисович Патрикеев

Миниатюра. Человечество погибло, осталась маленькая колония на Луне. Но традиции человечества должны продолжаться

Меня зовут Петер, мне тридцать лет, и десять из них я возглавляю нашу общину. Как говорил Доктор: может, единственную человеческую общину на свете. Когда случилась катастрофа мне, как и всем нашим, было семь лет. Нас, сотню детей, привезли на экскурсию на Луну, на самый большой комбинат по переработке грунта. Из лунного грунта, как известно, делают воздух, воду и необходимые материалы. Те времена, особенно жизнь на Земле, теперь вспоминаются смутно, но я отчетливо помню, как меня поразили размеры подземного (подлунного?) города. Там были улицы и проспекты, там были мастерские, где роботы делали необходимые вещи для жизни. Там была оранжерея, огромная, как земной лес. Хотя я и не помню, что такое земной лес, но, раз так сказал Доктор, значит, так оно и есть.

Итак, когда произошла катастрофа, Доктор водил нас по госпиталю и рассказывал, как там все устроено. Внезапно рассказ прервался вызовом телефона. Доктор помрачнел и включил обзорный экран. Там была огромная голубая Земля. И мы все видели, как Земля расцвела вспышками, маленькими и совсем не страшными. Доктор потом объяснил, что внезапно вспыхнула ядерная война. Поскольку лунный город был международным, взрослые из разных стран моментально передрались между собой и начали стрелять друг в друга. Доктор задраил все двери, ведущие в госпиталь, и мы сидели там три дня. Мы слышали стрельбу, крики и ругательства, затем был старт нескольких шаттлов, и все стихло. Оказалось, что все сбежали, а нам остался город и куча трупов в коридорах. Про нас просто забыли, и слава богу, как говорил Доктор, иначе бы мы все погибли.

Человечество, видимо, перестало существовать, во всяком случае, не было не то что ни одного шаттла, но и ни одной попытки связи. Именно поэтому, говорил нам Доктор на уроках, мы теперь наследники человечества и продолжатели его славных традиций.

Поскольку Доктор был единственным взрослым в городе, он стал нашим главой. Он организовывал нашу жизнь и наше обучение. И он же прививал нам земные обычаи и традиции. Я подозреваю, что эти традиции несколько отличаются от тех, что были приняты в моей, например, семье, поскольку Доктор был русским, а я из Германии. Но это совершенно не важно.

Из всех традиций нам больше всего нравится Новый Год. У нас есть огромная елка и куча игрушек, изготовленных в мастерских. Но главное в этот день – праздничный стол. Для него готовят различные вкусные блюда, отличающиеся от повседневного скудного рациона. Больше всего мы любим салат оливье.

Надо сказать, что запасы еды в городе давно кончились, и нас кормит оранжерея. Питательные бобы, полезные овощи и фрукты по выходным – вот наша постоянная еда. А вот на Новый Год у нас появляется хлеб и даже сладости. И салат Оливье!

Доктор объяснял, что в салате обязательно должно быть мясо. А это так вкусно! Когда мясо на складе кончилось, мы стали под Новый Год размораживать по одному трупу, которые после катастрофы мы складировали в морозильнике. Доктор что-то объяснял про микроэлементы, которые есть только в мясе, и без которых мы помрем, но я не совсем понял. Я в биологии не силен. Вот моя жена Грета – да, она всё поняла, недаром она главная в оранжерее. А я уж лучше в мастерских.

Когда Доктор умер, главным выбрали меня. Я неукоснительно соблюдаю все традиции, завещанные Доктором. Но вот беда, запас трупов подходит к концу, а кроме Доктора умирать никто не собирается. Наоборот, рождаются и растут дети, и оранжерея уже справляется с трудом.

Я вспоминаю ещё одну земную традицию. На Земле родители водили меня в большой красивый дом – церковь. Там добрый дядя в красивой одежде давал нам кусочки чего-то вкусного и говорил, что это тело Христово. А Христос пожертвовал собой ради всех людей. Наверное, это тоже было на Новый Год.

Я думаю возродить эту традицию. Перед праздником будем выбирать Христа из самых бесполезных членов общины и жертвовать им ради остальных. А из его тела готовить салат Оливье. Во-первых, это очень вкусно. Но самое главное – традиции человечества прерываться не должны.