Название книги:

Судебно-медицинская экспертная служба Московской области: история и современность

Автор:
Коллектив авторов
Судебно-медицинская экспертная служба Московской области: история и современность

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Проведенным МВД в начале 1800-х годов сопоставлением подписей на рецептах, выявленных в аптеках, с перечнем зарегистрированных врачей, оказалось, что число последних оказалось раз в пять-шесть меньше числа авторов рецептов. Кроме того, в рецептах значились, как правило, только фамилии врачей, зачастую сходные или одинаковые. Около 200 фамилий вообще не было ни в одном официальном документе. В Москве не только не экзаменованные врачи, но даже «господские люди» занимались врачебной практикой. Часть таких лиц была «эмпириками», но едва ли меньшая – шарлатанами. В губерниях дела обстояли еще хуже. Для исправления сложившегося положения 20 июня 1807 года по докладу министра внутренних дел был основан Российский медицинский список. Главным его назначением стал учет всех практикующих врачей, включая ветеринарных. Отныне фармацевтам запрещалось готовить лекарства по рецептам лиц, не включенных в Список. Вышедший впервые в 1809 году, год от года совершенствуясь, он просуществовал вплоть до 1917 года и по сей день остается важнейшим источником сведений о врачах, дантистах, фармацевтах, практиковавших в России в течение более 100 лет.

Титульный лист «Инструкций и Артикулов военных» 1714 г. – первого законодательного акта, регламентировавшего судебно-медицинскую деятельность


27 июня 1808 года Министерству внутренних дел было разрешено приглашать отставных и вольнопрактикующих в России врачей на должности уездных врачей с выплатой тем, кто обяжется прослужить не менее пяти лет, годового жалованья «не в зачет».

29 декабря 1809 года Сенат перечислил поводы к судебно-медицинскому вскрытию трупа в такой трактовке:

1 под присягой – только в случаях, прямо перечисленных в «Артикулах» («коль скоро кто умрет, который в драке был…», см. выше);

2) без присяги – в случаях, когда результаты наружного осмотра дают основание заподозрить насильственную смерть, но окончательно решить эту проблему без вскрытия невозможно.

Вскрытия трупов с бесспорной, с точки зрения результатов полицейского дознания и наружного осмотра, причиной смерти («застреленных, зарезанных, утопших, замерзших и прочее»), приказано допускать только при наличии у соответствующих властей подозрения на убийство, и только под присягой. Таким образом, проведено четкое разделение судебно-медицинских вскрытий на экспертные и неэкспертные. В отношении вскрытий гнилостно измененных трупов Сенат сослался на формулировку упомянутого выше доклада от 19 января 1797 года.

В 1809 году МС состоял из декана, ученого секретаря и двух непременных членов. Общее число членов МС составляло около двадцати. В III экспедиции Департамента внутренних дел («Экспедиции государственной медицинской управы») имелось ученое отделение, начальник которого по должности являлся также непременным членом МС. В том же году МС из МВД был передан в Министерство просвещения и духовных дел. 25 июня 1810 года вновь учрежденному Министерству полиции передали дела медицинского управления. Туда же переместились и должности гражданского генерал-штаб-доктора с его помощниками. При министре полиции был создан собственный МС, а вместо бывшей Экспедиции государственного медицинского управления МВД – Департамент медицинского управления (Медицинский департамент) по делам судебной медицины в функции которого входили «рассмотрение следствий о скоропостижной смерти, и ревизия свидетельств в сомнительных случаях по делам гражданским и уголовным, когда потребуется решение Медицинского совета». По должности его непременными членами были директор Медицинского департамента, генерал-штаб-доктора военной, морской и гражданской частей, два медицинских чиновника и аптекарь. В важных случаях (например, при равенстве голосов «за» и «против» какого-либо решения) приглашались почетные (совещательные) члены. Среди задач Медицинского департамента, призванного ведать главным образом медицинскими управлениями в регионах и учетом кадров, судебно-медицинские вопросы не значились. Параллельно с Медицинского департамента сохранялась и Канцелярия гражданского генерал-штаб-доктора.

1 апреля 1809 года из III экспедиции МВД врачебным управам был направлен циркуляр № 658 «О рассматривании врачебными управами всех свидетельств, даваемых уездными врачами по случаю находимых мертвых тел». В нем отмечалось, что врачебные управы нередко не в состоянии высказаться о причине смерти из-за низкого качества документов, составляемых уездными врачами. Управам было предписано получать от подведомственных врачей копии актов исследования трупов «с тем, чтобы, если обстоятельства еще дозволят, произведено было вторичное следствие или осмотр мертвого тела». На основании этого циркуляра штадт-физиком был издан соответствующий приказ, разосланный всем уездным врачам.

22 августа 1809 года уездным врачам было запрещено отлучаться за пределы своих территорий без разрешения местного начальства. Исключения допускались только:

1) если врачу поручено выполнять медицинские обязанности, помимо своих, и в другом уезде, где не имеется врача;

2) когда необходимо отлучиться в соседний уезд для совета с местным врачом «или учинения каких-либо распоряжений по обстоятельствам, собственно до службы относящимся»;

3) когда врач персонально получит приглашение к больному в соседний уезд для оказания помощи или дачи совета.

Но о подобных случаях следовало докладывать для сведения врачебной управе, с точным объяснением причины, побудившей к отлучке. Министр потребовал ведения врачами журналов о своих отъездах, обозначая, когда именно, куда и по каким надобностям они отлучались, и времени нахождения в отлучке. Журналы ежемесячно должны были предоставляться врачебной управе.

24 сентября 1809 года министром внутренних дел был разъяснен врачебным управам порядок вознаграждения уездных врачей за исправление двух должностей. В циркуляре со ссылкой на доклад министра, удостоенный «высочайшей конфирмации» 28 августа 1809 года, разъяснялось, что вознаграждение делается только в том случае, когда медицинский чиновник исправляет должность по другому уезду, не имеющему штатного врача. Если же он заменяет заболевшего или временно откомандированного штатного лекаря, хотя бы и более месяца, права на получение двойного жалованья не имеет. Обычно дополнительное жалованье не должно начисляться свыше 300 руб. в год. Циркуляр вступал в действие со дня конфирмации, и на прежние события не распространялся.

15 июля 1810 года были утверждены правила об экзаменах медицинских чиновников, из которых видно, что термины «инспектор врачебной управы», «физик» и «судебный врач» являлись синонимами: «Об испытаниях физиков или судебных врачей, известных ныне под именем инспекторов врачебных управ. Желающий получить звание физика или инспектора врачебной управы должен быть по крайней мере медико-хирург. Он испытывается словесно и письменно изо всех частей судебной медицины, медицинской полиции и скотоврачебной науки во всей их обширности».

27 декабря 1811 года министр полиции циркуляром № 2370 напомнил об обязанности вольнопрактикующих врачей «свидетельствовать мертвые тела в тех местах, в которых они жительствуют, в случае неимения штатного уездного лекаря или болезни его». Обращалось внимание на то, что «осмотр должен проводиться при участии земской полиции, а ежели время не терпит никакого отлагательства, в таком случае делали бы освидетельствование при сотских, старостах и посторонних людях, основываясь в производстве оного на законном порядке». Под расписку документ был разослан всем уездным врачам с обязательством доведения до всех других врачей, проживающих на данной территории.

После упразднения 4 ноября 1819 года Министерства полиции его Медицинский совет перешел в ведение МВД. 30 мая 1822 года с присоединением медицинской части Министерства народного образования к МВД оба МС слились.

19 декабря 1828 года было утверждено составленное Медицинским советом МВД «Наставление врачам при судебном осмотре и вскрытии мертвых тел». Оно содержало процессуальные, организационные и технические указания, большинство из которых не утратило актуальности и в наши дни. Глава VIII представляла собой «Правила, как поступать при исследовании мертвых тел, когда имеется подозрение об отравлении», глава IX – основные правила судебно-химического анализа («О противодействующих средствах (reagentia), употребляемых для открытия ядов»). Глава X посвящалась «Исследованиям повреждений вообще».

9 апреля 1829 года определено, что в случаях простых упущений по службе губернские правления могут привлекать медицинских чиновников к ответственности и накладывать на них взыскания, а также предавать суду. Но в случаях, требующих судебно-медицинского заключения – о правильности диагноза, причине смерти, неясности медицинских документов, – для привлечения к ответственности необходимо было заключение врачебной управы.

20 февраля 1836 года по рапорту министра внутренних дел было разрешено, в случае необходимости, помимо штатных уездных врачей, содержать по одному сверхштатному уездному или городовому врачу за счет обывателей, дворянства и, в особо оговоренных случаях, казны. Эти врачи в отсутствие уездных врачей должны были исполнять их обязанности по городу.

17 июня 1836 года МД МВД был преобразован. Из него и Канцелярии гражданского генерал-штаб-доктора создали два новых департамента. Один из них, в новом составе и под началом директора – гражданского генерал-штаб-доктора сохранил название Медицинского департамента и был предназначен для управления штатами и служебной деятельностью медицинских чиновников, соответствующими учебными заведениями, делами судебной медицины и медицинской полиции. Другой департамент – казенных врачебных заготовлений – призван был заниматься хозяйственной деятельностью МВД. Несколько десятков задач, поставленных перед вновь образованным Медицинским департаментом, охватывали все возможные в то время сферы организации здравоохранения. Обязанности по судебно-медицинским делам сформулированы в общей форме: 2-е отделение обязано было рассматривать судебно-медицинские «рапорты и свидетельства по жалобам мест и лиц».

 

28 апреля 1837 года утверждено положение об испытаниях на ученые степени, но оно не затронуло медицинских работников. 28 декабря 1838 года были приняты правила испытаний всех лиц, занимающихся врачебной практикой. Одним из требований этих правил для соискателей степени доктора медицины или доктора медицины и хирургии был стаж службы лекаря (по первому отделению – четыре года, по второму – пять лет). Вольнопрактикующие обязаны были иметь на один год стажа больше. Числившиеся по третьему отделению к испытаниям на докторскую степень не допускались. Экзамены русских граждан проводились на латинском языке, в том числе по судебной медицине. Иностранцы экзаменовались на одном из европейских языков. Желающий получить звание штаб-лекаря должен был иметь звание лекаря и прослужить в нем: состоящий в первом отделении – четыре года, причисленный ко второму отделению – пять лет, к третьему – семь. В число обязательных лекарских экзаменов входило судебно-медицинское вскрытие трупа. К экзамену на звание инспектора врачебной управы не допускались не знающие русского языка и не состоявшие на службе, а также, «по крайности», не имеющие хотя бы звания доктора медицины, доктора медицины и хирургии или штаб-лекаря; требовалось также прослужить на казенной службе не менее десяти лет; в испытание, кроме того, входил судебно-медицинский осмотр трупа человека или животного (или проведение судебно-медицинского анализа) с составлением на русском языке рапорта или свидетельства. От экзамена по судебной медицине освобождались профессора медицинских высших учебных заведений, корпусные доктора и доктора военных госпиталей 5 и 6 классов.

8 января 1842 года введено утвержденное императором 11 декабря 1841 года новое положение о Медицинском совете (МС), зафиксировавшее, что это учреждение является «высшим в государстве врачебно-ученым, врачебно-полицейским и врачебно-судебным местом». Отныне председатель МС, как и постоянные его члены, должен был являться врачом. Никакая мера по медицинскому устройству не могла быть представлена на высочайшее утверждение без предварительного обсуждения в МС. Секретарь МС избирался из числа совещательных членов с последующим утверждением министром внутренних дел. Основаны Канцелярия и библиотека МС.

26 мая 1842 года погребение тел неизвестных людей, найденных мертвыми вне жилищ или умерших в полицейских помещениях, возложено на городскую и земскую полицию.

26 мая 1843 года при Медицинском департаменте была введена должность «искусного и опытного химика». В 1845 году МС признал необходимым, чтобы половина взятых на судебно-химическое исследование объектов направлялась в МД для контрольного анализа. Отменено это было только в 1870 году.

Указом от 14 февраля 1844 года МС предписано врачам давать заключения только в пределах своей компетенции, не входя в рассуждения о предметах, подлежащих рассмотрению и определению суда. При назначении освидетельствований судебные власти должны указывать цель и ставить ясные и определенные вопросы. В то же время МС отметил, что при некоторых судебно-медицинских исследованиях (по делам о детоубийстве, самоубийстве, изнасиловании) часто открываются обстоятельства, тесно связанные с вопросами об умысле, неосторожности, виновности подсудимых, на которые судебный врач обязан обратить внимание суда.

Доктора медицины и хирургии и доктора медицины с получением диплома приобретали права потомственного почетного гражданства (если не имели прав дворянства до того), а при вступлении на службу пользовались преимуществами чина 8-го класса, в котором утверждались через 4 года выслуги со старшинством со времени поступления в службу. Лекари, магистры фармации (аптекари) и магистры ветеринарных наук имели те же преимущества, но чин 9-го класса, провизоры и ветеринары – 10-го класса, аптекарские ученики и действительные студенты университетов – 14-го класса. Ветеринарные помощники и «дентисты» с получением свидетельства освобождались из податного состояния, а по вступлении в службу пользовались преимуществами 14-го класса, но утверждались «в оном без старшинства: первые после четырех, а последние по истечении двенадцати лет службы». В приложенных к указу штатах давались классы, к которым, в зависимости от ведомственной принадлежности и других обстоятельств, относились должности медицинских работников.

15 ноября 1854 года проведена регламентация выдачи врачебных свидетельств. Определено, что свидетельства о болезни имеют силу судебно-медицинского акта только тогда, когда освидетельствование произведено по требованию надлежащего «присутственного места» или начальства, при особо командированном от сего места или начальства депутате и по удостоверению местною полицией в тождестве больного, если врач или депутат не знают его лично. По личной же просьбе всяким врачом могут выдаваться свидетельства:

1) о привитии оспы и о здоровом телосложении (при поступлении в учебное заведение);

2) о смерти от обыкновенных болезней для получения разрешения на погребение;

3) о болезни или смерти лица, которого данный врач лечил, с указанием цели, для которой свидетельство выдается.

Силу судебно-медицинского акта перечисленные в п. 2 документы получают лишь после их утверждения губернским медицинским управлением, о чем получивший свидетельство должен просить начальника губернии или губернское правление.

9 августа 1857 года государством были предприняты шаги к созданию системы подготовки уездных и городовых врачей. Было предусмотрено направление на два года 20–30 выпускников Медико-хирургической академии (МХА) и университетов в больницу чернорабочих в Санкт-Петербурге со всеми служебными правами и содержанием 300 руб. серебром в год. При больнице создавался штат профессоров-консультантов по патологической анатомии, судебной медицине и микроскопии, хирургии и одного по химии и фармации с содержанием: первым по 1000 руб., а последнему по 800 руб. серебром в год. По окончании занятий врачи назначались на 2–3 года в города и уезды. Больницу подчинили непосредственно Медицинскому департаменту.

Медицинскому совету предписано принимать участие в научной деятельности врачей-практикантов и в оценке выполненных ими работ.

15 октября 1857 года Комитет министров рассмотрел записку министра внутренних дел от 20 сентября 1857 года об увеличении числа медицинских стипендиатов в университетах и об улучшении содержания врачей вообще. В записке отмечалось, что на медицинских факультетах университетов и в МХА, помимо стипендиатов Военного и Морского министерств, обучалось 95 бывших воспитанников приказов общественного призрения МВД. Предлагалось выделить для них 30 казенных стипендий с обязательством с их стороны отслужить по ведомству МВД десять лет. Отмечая низкое, по сравнению с прочими, содержание врачей гражданского ведомства, министр внутренних дел отметил, что для исправления такого положения требуется до 300 тыс. руб. серебром в год. Поскольку таких денег казна выделить не могла, предлагалось ввести «платные услуги»: вознаграждения врачей за составление свидетельств, судебно-химические исследования и т. п. Окончательное разрешение этого вопроса откладывалось до принятия и утверждения в законодательном порядке.

11 марта 1859 года было разрешено писать и защищать диссертации соискателям высших медицинских степеней в университетах, по собственному усмотрению, на других языках, кроме латинского (русском или на одном из распространенных в России европейских языков).

Начало судебным реформам было положено 8 июня 1860 года. В соответствующем указе говорилось: «1. Отделить следственную часть от полиции во всех управляемых по Общему учреждению сорока четырех губерниях Империи и назначить в сии губернии особых, подведомственных Министерству юстиции чиновников для производства следствий о всех преступлениях и проступках, подлежащих ведению судебных мест, наименовав сих чиновников судебными следователями». Одновременно были введены «Наказ судебным следователям» и «Наказ полиции о производстве дознания по происшествиям, могущим заключать в себе преступление или проступок». Отныне к обязанностям полицейских должностных лиц было отнесено «только первоначальное изыскание и раскрытие тех существенных обстоятельств, которые могут вести к заключению, что в исследуемом происшествии заключается: преступление или проступок». Пункты 36–41 и 52–54 «Наказа судебным следователям» содержали правила осмотров и освидетельствований через экспертов, в том числе врачей, а пункты 66–75 – правила обращения с вещественными доказательствами. Призывать экспертов полиция могла только в тех случаях, когда существовало опасение уничтожения доказательств преступления. При обнаружении трупа с признаками насильственной смерти или при подозрении на убийство полиция обязана была пригласить «к освидетельствованию оного судебного следователя и уездного или городового врача…. а в случае надобности всякого другого гражданского, военного или вольнопрактикующего врача». При скоропостижной смерти, после осмотра и исключения насилия, полиция могла давать разрешение на предание тела земле.

27 августа 1860 года в дополнение к указу от 9 августа 1857 года велено по усмотрению министра внутренних дел оставлять двух ординаторов-практикантов, завершивших двухгодичную подготовку в больнице чернорабочих в Санкт-Петербурге, на службе в должностях ассистентов этой больницы, по 8-му классу, с зачетом указанных двух лет в 10-летний срок, определенный для их обязательной службы правительству.

5 февраля 1862 года определено, что все судебно-медицинские и медико-полицейские акты о состояния здоровья людей и животных, об осмотре разных заведений и т. п., составляемые врачами, должны исполняться на особой штемпельной бумаге, за счет лиц или заведений, к которым составляемый акт относится. На простой бумаге должны были выдаваться только акты осмотров, выполненных по требованиям судебных и административных органов по следственным и уголовным делам, а также свидетельства о болезни неимущим, бедность которых удостоверена полицией. Выручка от продажи бумаги через уездные казначейства поступает в ведение Министерства финансов, где заносится в годичные сметы как этого министерства, так и МВД. Из этой суммы с разрешения министра внутренних дел назначается прибавочное содержание уездным и городовым врачам, исходя из местных условий и заслуг. Из той же суммы назначаются вознаграждения и поощрения служебных и научных трудов уездных и городовых врачей. Мера вводилась предварительно, в виде опыта, на три года. При положительном результате министр внутренних дел должен был войти в Государственный совет с представлением в установленном порядке. К указу прилагалась роспись цен штемпельной бумаги для судебно-медицинских и врачебно-полицейских актов. Например, стоимость акта об освидетельствовании о болезненном состоянии, о повреждениях, об удовлетворительном состоянии здоровья для занятия должностей для дворян, купцов и почетных граждан составляла 5 руб., для разночинцев и мещан – 3 руб. (крестьяне не указаны – очевидно, с них денег не брали). Освидетельствование лиц для определения умственного состояния дворянам, купцам и почетным гражданам обходилось в 10 руб., разночинцам и мещанам – 3 руб., крестьянам – 1 руб. По бракоразводным делам стоимость освидетельствования была, соответственно, 25 руб., 10 руб. и 3 руб. «О химическом и микроскопическом исследовании предметов, как-то: при определении качества чая и вредных примесей в пище, в напитках, при исследовании отравлений, при определении свойств пятен кровавых и т. п. – руб.», без различия сословий.

22 августа 1862 года определено, что медицинские, ветеринарные и фармацевтические чиновники производятся в чины двумя чинами выше класса занимаемых ими должностей. К указу прилагалось дополнительное расписание должностей по классам. В частности, должности директора Медицинского департамента МВД, гражданского генерал-штаб-доктора, ученого секретаря и совещательных членов Медицинского совета отнесены к 4-му классу. Должности медицинского инспектора московских больниц гражданского ведомства, штадт-физиков и инспекторов Санкт-Петербургского физиката и МК отнесены к 5-му классу.

21 ноября 1864 года широко объявлено о введении в России «суда скорого, правого, милостивого и равного для всех подданных». Тогда же опубликован и пакет документов судебной реформы.

4 декабре 1864 года министром внутренних дел получено высочайшее разрешение на издание журнала «Архив судебной медицины и общественной гигиены», который четыре раза в год начал выходить в 1865 году.

 

8 июня 1865 года приняты Временные правила о преобразовании губернских учреждений ведомства МВД. Они распространялись на 37 губерний, включая Санкт-Петербургскую и Московскую, а также Бессарабскую область. Врачебные управы присоединены к губернским правлениям. Правление включало общее присутствие и канцелярию. В общее присутствие под председательством губернатора входили, наряду с другими, вице-губернатор и губернский врачебный инспектор. Канцелярия разделялась на отделения и была подчинена вице-губернатору. Властью начальника губернии (губернатора) решались первоначальные или неотложные вопросы здравоохранения, принимались меры по прекращению инфекционных заболеваний, эпидемий и эпизоотий. По врачебному отделению производилось освидетельствование больных, открытие аптек, определение и увольнение уездных и городовых врачей и фармацевтов, а также утверждение в правах государственной службы врачей помещичьих имений. В последнем случае составлялись протоколы за подписью врачебного инспектора, оператора и акушера с представлением на утверждение начальнику губернии; в случае несогласия он представлял свое мнение в МД.

19 октября 1865 года состоялось высочайшее утверждение «Положения о введении в действие Судебных Уставов», которые с 1866 года начали постепенно вводиться на вышеуказанных территориях.

31 марта 1866 года установлена такса за использование реактивов и приборов при проведении судебно-химических исследований. За исследование воды, вина, кваса, пива, водки и другого рода напитков, для открытия в них минеральных ядов назначалась цена до 5 руб. серебром: за исследование таких же напитков для открытия в них растительных ядов – до 10 руб. серебром; за исследование готовой пищи, молока, хлеба, муки, веществ, изверженных рвотою, а также желудка, кишок и содержимого в них, печени, сердца и других внутренностей, на содержание в них минеральных ядов – до 15 руб. серебром; за исследование на содержание органических ядов во всех предметах, перечисленных в предыдущем пункте, – до 25 руб. серебром; «оценка по высшей категории заключает в себе уже цену за исследование низших категорий».

5 августа 1867 года по предложению Медицинского совета рассмотрена и утверждена, в дополнение к изложенному, следующая такса: за исследование подозрительных съестных припасов (муки, крупы, чая в листьях, мяса, окорока, колбасы и т. п.) – 3 руб.; за исследование подозрительных пятен, доставленных вырезанными из разных предметов, – 5 руб.; за исследование подозрительных пятен на железных орудиях, а также подозрительных пятен невырезанных, доставленных вместе с бельем, одеждою, обувью, деревянными вещами и требующих со стороны эксперта предварительного осмотра тех предметов, на которых они находятся, – 7 руб. серебром.

Постепенно стало формироваться убеждение, что одно наружное исследование трупа, даже при вроде бы очевидной причине смерти, не способно дать ответы на многие вопросы. Циркуляр МД МВД от 24 июня 1869 года № 5762 прямо запретил врачам подписывать полицейские акты на погребение без вскрытия трупа.

Снабжение инструментами уездных врачей было централизованным, через Особое делопроизводство Медицинского департамента. Закон, обязывая городовых врачей производить осмотр и вскрытие мертвых тел, иметь и содержать в исправности анатомические инструменты, не определял, каким образом последние должны поступать к городовым врачам и на чей счет относить расходы на их приобретение. Земские управы, в ведении которых находились городские больницы, отказывали городовым врачам и фельдшерам в инструментах, необходимых при судебно-медицинских вскрытиях. Отсюда проистекала другая проблема: где городовому врачу взять фельдшера для помощи при вскрытии. МД считал, что с подобными вопросами следует обращаться к губернатору, который в свою очередь снесется с губернской и городской земскими управами. В итоге управы, например, Владимирской губернии 5 декабря 1870 года постановили городовым врачам ни фельдшеров, ни инструментов не давать, поскольку первые отвлекаются от прямых обязанностей, а вторые портятся из-за небрежного обращения. Причиной «зависшей» проблемы являлось то, что губернатор не имел права расходовать деньги по своему усмотрению даже для пользы дела в очевидных случаях (это было бы превышением власти), а необходимый источник финансирования в законе и, следовательно, в смете местных органов управления отсутствовал. Только 24 июня 1877 года МД разослал разъяснение, что должности лекарских учеников, фельдшеров и городовых врачей учреждаются МВД лишь при том условии, чтобы это не влекло расходов из казны. Поэтому в помощь городовым врачам могут быть определены особые лекарские ученики с правами службы, на содержании городского управления. То же – ив отношении инструментов. Иными словами, эти проблемы должны были решаться органами местных общественных управлений.

Согласно распоряжению министра юстиции, судебно-медицинские дела вносились в МС директором МД. На этом департаменте лежала подготовка таких дел к слушанию.

28 апреля 1897 года ветеринарная часть в губерниях и областях, подчиненная в порядке управления МВД, была выделена из ведения врачебных отделений губернских (областных) правлений.

Для оплаты «прогонных» уездных врачей отпускалось до 75 руб. в год. Первоначально эта сумма авансировалась врачам, которые должны были затем представлять в казначейство отчетные документы. В 1870 году посчитали более удобным отпускать деньги местным полицейским управлениям, которые и должны были выдавать прогонные, получать от врачей отчетные документы и переправлять их в казначейство. В таком виде система просуществовала вплоть до 1917 года. Однако если и в середине XIX века 75 рублей в год могли, хотя и с трудом, покрыть стоимость найма лошадей (иногда приходилось преодолевать многие десятки верст за одну поездку), то с годами такая сумма стала совершенно недостаточной.

Иногда судебные следователи и чины полиции, направляясь из уездного города на осмотр, могли усадить врача в свой экипаж. Но еще охотнее они привлекали любого ближайшего к месту назначения врача. Этим, кстати, объясняется частое использование непрофессиональных экспертов – земских или иных негосударственных врачей, которых удобно было «прихватить» по дороге или на месте. К тому же время от времени из-за скверного состояния дорог экипажи опрокидывались, и ездоки получали разнообразные травмы.

Ставропольский губернский инспектор 27 июля 1901 года сделал запрос в МД: в каком положении находится переписка, возбужденная 10 мая 1900 года в связи с возложением на одного из уездных врачей более 96 руб. начета за прогоны и суточные фельдшеру по судебно-медицинским делам? Каково было решение, и когда оно состоялось, определить по сохранившимся архивным документам, к сожалению, не удается. Между тем проблема приобрела масштабный характер, особенно острый к концу XIX в.

2 декабря 1897 года пензенский губернский врачебный инспектор обратился в МД за разъяснениями по случаю, когда уездный фельдшер, по предложению уездного врача участвовавший во вскрытии в селе трупа крестьянина, получил в местном полицейском управлении отказ в прогонных и суточных деньгах, поскольку подобных выплат в практике прежде никогда не было. Контрольная палата 19 ноября 1897 года ответила, что выплаты производятся только если командировка состоялась в другую местность по распоряжению правительства (например, для прекращения заразных заболеваний); если по необходимости судебно-медицинского вскрытия врач брал с собой лекарского ученика или фельдшера, разрешалось вместо двух лошадей брать три, но лишь во время распутицы. Но инспектор напомнил, что многие фельдшера имеют чины (и тем самым косвенное право на отдельный от врача оплачиваемый проезд). Следует ли им выплачивать прогонные в случаях командировок для вскрытия трупов, и в каком размере? С аналогичным запросом обратился 6 февраля 1898 года в МД астраханский губернатор. Он привел распоряжение и. о. астраханского врачебного инспектора старшему по губернии уездному врачу от 24 января того же года: «По распоряжению г. Губернатора Врачебное отделение Губернского правления предлагает Вам, милостивый государь, при выездах Ваших для судебно-медицинских и медико-полицейских вскрытий трупов совместно с состоящим при Вас младшим лекарским учеником не посылать последнего отдельно, а возить с собою на свой счет». 26 сентября в МД обратился и управляющий медицинской частью гражданского ведомства на Кавказе с вопросом: на сколько лошадей выдавать прогоны фельдшерам гражданского ведомства при командировках по делам службы не вместе с врачами?

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Практическая медицина
Поделиться: