# Городская свалка

Асыл

Молодой парень впервые оказывается на городской свалке. И то, что он там видит, навсегда врезается ему в память…

Вечером, когда жара немного спала, дядька, как и договаривались подогнал к нашему дому большой прицеп. В частном доме, после зимы собиралась большая куча золы, веток и мелкого мусора. Все это копилось на нашем заднем дворе.

За вечер, мы с отцом перекидали весь мусор в прицеп. Уставшие, но довольные, заходя домой, нас провожали уходящие лучи солнца, тоже заканчивая свою смену.

В обед зацепив прицеп на своем служебном ЗИЛе, дядька и мы с отцом выехали за город вывести мусор на городскую свалку. Стояла невыносимая жара. Форточки ЗИЛа были открыты. Видавший виды асфальт вскоре сменился на проселочную дорогу, ведущую на холм.

До этого я не знал, где у нас в городе находилась свалка. Теперь подъезжая к ней, я увидел вьющихся чаек, которые парили деловито, как над берегом моря. Это выглядело картинно! Вблизи же, в воздухе начал ощущаться, тошнотворный запах, разрушая иллюзию. Одинокая ржавая табличка извещала, что мы заехали на территорию свалки.

Мы медленно забрались на холм и то, что я увидел было – ужас! Огромные кучи мусора, из битого стекла, мокрого целлофана, каких-то тряпок, грязных пластиковых бутылок, искореженного железа, и всякой дряни, тлели в огромных котлованах. Куча птиц, горланя, взмывали и приземлялись, над этими отходами. На это было физически противно смотреть.

На территории свалки мы были не одни. Еще несколько грузовых машин с поднятых бортов высыпали свой хлам в котлован, тревожа местных птиц. На небе в зените палило солнце, усиливая и без того, противный чад.

Кое-как развернувшись, среди тлеющих куч, мы начали вручную выгружать мусор. Я никак не мог привыкнуть к этому жуткому запаху.

Тем удивительней было наблюдать за водителями двух грузовиков, которые опустошив борта, встали друг за другом на узкой дороге. Выйдя из кабин и закурив, они как ни в чем не бывало, начали беседовать о чем-то своем.

Мы уже отгрузили половину мусора с прицепа, как вдруг неподалеку из-за небольшой кучки вышли, молодые парень и девушка. Шли они, посреди всей этой помойки, держась за руки. Сразу, только увидев их я понял, что оба, обитатели здешних мест. Одеты они были худо, я даже не помню сейчас, во что именно.

Парень и девушка были молоды, моложе меня, на вид лет восемнадцати. Пара шла, не оглядываясь ни на кого, как будто устремившись взором в только им одним известную точку на горизонте. Так в хороших фильмах, любящие уходят вдаль, по дороге, выложенной из лепестков роз!

Кожа у них была мертво-бледная, как корень зеленого лука. Это инстинктивно вызвало омерзение, но одновременно я почувствовал жалость. Они не были немощными пьяницами или калеками. Наоборот, казалось, для них эта жизнь должна была только начаться! Их молодые души должны были начать кружить, как степные орлы над всей этой мирской суетой, а не шагать по дну зловонной ямы.

Но похоже им было все равно, на чье бы то ни было мнение или упрек. Пара держала свой фантастический путь не оглядываясь.

Не известно какие обстоятельства привели их сюда, но кто бы они не были, и в какие трудности бы не попали, по мирским законам им можно было обратиться за помощью! В конце концов в городе, который с этой возвышенности был виден в далеке, имелись социальные службы.

Даже если у них не было денег и им некуда было идти, я знаю, там бы им не дали пропасть (а по моему глубокому убеждению они пропали бы здесь, на городской свалке).

Тогда, что они здесь делают? Чей это выбор? Что могло привести их сюда? Неужели жизнь настолько жестока, что кого-то, она, помимо их воли способна обречь на путь по черной золе, в окружении смрадных гор мусора? Это несправедливо!

Мысли сумбурно вертелись в голове. Пока я пребывал в растерянности эта странная пара скрылась за очередной горкой отходов.

По сей день я не знаю, что с ними стало. Сейчас я верю, как бы беспомощно это не звучало, они ушли по золотому лучу солнца туда, куда все мы вернемся. Они не остались там – я верю!


– Давай, кидай мусор! – усмехнувшись крикнул мне дядька, который тоже видел их, но кажется ничему не удивился – а то мне еще на базу надо.       Водители грузовиков покурив, обыденно тронулись в сторону города. Кое-как осилив остатки золы, мы тоже поехали домой.

В кабине меня уже не беспокоили ни жара ни запах. В голубом летнем небе не было ни облачка. Трава едва колыхалась вдоль степной дороги, окутываемого клубами пыли, что поднимал наш ЗИЛ.