«Кто на свете всех глупее?»

В густых лесах и на солнечных полянах – словом, там, за тридевять земель, где, казалось, всегда сияло солнце и было вечное лето, неожиданно наступили холода. Задул пронизывающий ветер, загудел меж могучих деревьев, завыл средь лугов, и понять было невозможно: отчего так стало неприютно? Тогда собрались вместе волчонок, лисёнок и медвежонок и начали разбираться, кто в этом виноват.

– Так, глядишь, я и засну! – пробасил медвежонок, дрожа от холода, и протяжно зевнул. – Промёрз совсем, а я спать не хочу!

– И что ж поделать? – негодующе прорычал волчонок. – Никогда у нас не было так холодно! Это всё не просто так. Похоже, ветер нас за что-то наказывает.

– За что? – удивился медвежонок. – Я вот ни в чём не виноват.

– И я, – добавил волчонок.

– Потому что мы ничего плохого не сделали, – вступил в разговор лисёнок и сказал лукаво: – Потому что мы с вами умные. А вот кто глупый – тот и виноват.

– Да где же его взять – этого глупого? – задумался медвежонок.

– А вот где, – придумал лисёнок. – Давайте найдём, кто на свете всех глупее? А самого глупого прогоним прочь, так что жизнь наша пойдёт пуще прежнего. Да, друзья?

– Да, лисёнок, да, – поддакнули волчонок с медвежонком.

И пошли они искать самого глупого зверя. Направились они вперёд по лесной тропинке, а ветер возмущённо гудел им вслед. Ёжился медвежонок, сутулился волчонок, морщился лисёнок, – и вдруг услышали они: «Ку-ку!». Оглянулись – не видать никого. Пошли дальше, и вдруг громче: «Ку-ку!» – и чей-то звонкий писк. Выглянула кукушка из дупла и мигом спряталась.

– Вот глупая! – усмехнулся волчонок. – Такая, казалось бы, осторожная птица и такая громкая. Обращает на себя внимание всех хищников.

– А вот и нет! – вдруг прозвучал строгий птичий голос. Кукушка вылетела из дупла и села на ветку. – Я очень даже умная! Никто так не умеет обманывать других птиц, как я. Я могу спугнуть хозяев гнезда, пролетев над ними низко-низко, и подбросить им своё потомство, так что они даже не заметят.

– Надо же: хитра, как лисёнок! – заметил медвежонок.

Из дупла вдруг снова послышался писк.

– Да кто же там так неосторожно пищит? – удивился волчонок. – Быть неосторожным очень глупо.

– Я в дупло дятла недавно подложила яйцо, чтобы он высиживал моего птенца, – объяснила кукушка, – и из яйца вылупился кукушонок, только-только! Вот и пищит так громко. Пока дятел отлучился, куковала своему птенцу, уму-разуму учила, чтоб когда подрастёт, дятлиных птенцов прогнал из дупла, и тогда вся забота ему достанется. Так ещё мама учила меня, маленькую, когда в чужом гнезде росла я. Так что мой кукушонок совсем не глупый, просто поумнеть ещё не успел.

– Что ж, это совсем другое дело, – переглянулись волчонок, лисёнок и медвежонок.

И направились они вперёд по лесной тропинке, оставив кукушку и её птенца. А ветер между тем загудел ещё сильнее и сорвал несколько листочков с деревьев. Идут волчонок, лисёнок и медвежонок, как вдруг мимо них проскочил заяц.

– Вот глупец! – усмехнулся медвежонок. – Мало того, что трусливый, так ещё и невнимательный. Он чуть было под лапы мои не попал!

– А вот и нет! – прозвучал звонкий голос. Зайчик обернулся и обратился к медвежонку: – Я очень даже умный! Никто меня поймать не может, потому что я очень быстрый и могу запутать даже самого зоркого зверя.

– Смотри-ка, волчонок, тебе есть чему у зайца поучиться! – засмеялся лисёнок.

– Ну, заяц, погоди, – с обидой в голосе сказал волчонок.

– Да брось, волчонок, не обижайся, – улыбнулся медвежонок. – Пойдёмте дальше искать.

И пошли они дальше по лесной тропинке. Меж тем на могучих деревьях пожелтели листья, и ветер не смолкал ни на минуту. Вдруг волчонок, лисёнок и медвежонок услышали издалека чьё-то хрюканье. На них стремительно бежал дикий кабан, и останавливаться он даже не собирался. Волчонок, лисёнок и медвежонок еле успели отскочить в сторону.

– Ты что, совсем глупый? – возмутился лисёнок. – Чуть с ног нас не сшиб!

– Это я-то глупый? – резко остановился кабан и обернулся к лисёнку. – Да я самый умный в нашем лесу! Никто меня не остановит, потому что я самый сильный среди зверей.

– Да, с этим трудно поспорить, – волчонок кивнул головой. – Кабан силён, как медведь.

– Сильнее медведя! – свирепо воскликнул кабан, вздыбливая землю копытами.

– Да, сильнее, – пытаясь успокоить кабана, торопливо сказали волчонок, лисёнок и медвежонок и пошли вперёд.

Тем временем пожелтевшие листья на деревьях опадали всё больше, и меж голых ветвей по-прежнему гулко свистел ветер.

– Э-эх, – печально зевнул медвежонок. – Боюсь, не вернуть нам лета.

Вдруг волчонок, лисёнок и медвежонок наткнулись на стройные ряды муравьёв, которые пересекали лесную тропинку поперёк и тем самым перегораживали дорогу.

– Вот глупые! – негодовал волчонок. – Идут плечом друг к дружке и даже не подозревают, что совсем беззащитны. Медвежонок, раздавим их?

Стройные ряды муравьёв тут же остановились.

– Мы совсем не глупые, – пропищал муравей, руководивший строем. – То, что мы такие маленькие, ещё не означает, что мы глупы!

– А чем вы это докажете? – спросил волчонок. – Все звери, которых мы встречали на своём пути, доказывали нам, что они умные.

– Как? – уточнил муравей.

– Ну, кукушка сказала нам, что обманывает лучше всех на свете и подбрасывает своих детей в чужие гнёзда, – пояснил волчонок.

– Так разве обман – признак ума? – возмутился муравей. – Скорее признак подлости. Мы вот, муравьи, никогда друг друга не обманываем и о своих детях заботимся. Ведь если мы станем обманывать друг друга и подкидывать в чужие муравейники своих детей, разве мы сможем быть такой дружной семьёй?

– А заяц сказал, что он быстрее всех на свете, – сказал лисёнок.

– Так разве ум заключается в быстроте? – возмутился муравей. – Мы, муравьи, совсем не быстрые. Но зато мы работаем все вместе, и потому работа у нас идёт быстрее.

– А кабан сказал, что он сильнее всех на свете, – сказал медвежонок.

– Так разве тот умён, кто всех сильнее? – возмутился муравей. – Каждый из нас, муравьёв, может поднять небольшой листочек, но не более того. Но сообща мы способны даже передвинуть с места упавшую ветку, преградившую нам путь!

Волчонок, лисёнок и медвежонок озабоченно переглянулись.

– Получается, что мы разговаривали с глупыми зверями? – удивился лисёнок.

– Так кто же из них самый глупый? – спросили волчонок и медвежонок.

– Понимаете, – улыбнулся муравей, – не бывает самых глупых зверей! Точно так же, как и самых умных.

Грустные волчонок и лисёнок опустили головы, а медвежонок даже горько всхлипнул.

– Что же вы так опечалились? – удивился муравей.

– Мы искали самого глупого зверя в лесу, чтобы прогнать его и вернуть лето, – сказали хором волчонок, лисёнок и медвежонок.

Муравьи в строю звонко засмеялись.

– Ну, во-первых, прогонять никого не нужно, – сказал муравей-предводитель. – Так не ведут себя умные звери. И да, как же вы собирались вернуть лето? – усмехнулся он. – Неужто вы не понимаете? Вслед за летом, которое вы так хотите вернуть, наступает осень. Видите опавшие пёстрые листочки? Чувствуете холодный ветер? Это осень передаёт вам свой привет.

– То есть мы больше никогда не увидим лета? – с ещё бóльшим ужасом спросили волчонок, лисёнок и медвежонок.

– Что вы! – воскликнул муравей. – Вслед за осенью наступит зима: холодная, белоснежная. Но затем наступит весна, деревья снова покроются зелёными листочками, и весна приведёт за собой жаркое лето. Кстати, а ведь мы, муравьи, ещё умеем предсказывать погоду. Близятся дожди, и потому мы спешим к своему муравейнику. Так что нам пора. До свидания!

И муравьи снова засеменили стройными рядами.

Волчонок, лисёнок и медвежонок молча переглянулись. Между тем ветер, так долго гудевший в лесу, неожиданно утих. Солнце озарило голые ветви деревьев и под ними – разноцветный ковёр из жёлтых, красных, рыжих листьев. Осенний студёный воздух наполнился сладким запахом опавшей листвы.

И всё встало на свои места. Ведь нет на свете самого глупого, а значит, нет и виноватого в наступлении осенних холодов.

«Зимняя спячка»

Протяжно и грустно выл ветер меж деревьев. Уже наступила поздняя пора осени, и волчонок, лисёнок и медвежонок сидели на пнях около медвежьей берлоги, молчаливо глядя в небо и словно чего-то ожидая от него. Оно было такое пасмурное и хмурое, будто задумалось о чём-то, опершись о голые ветви деревьев.

– Кажется, дождь собирается, – сказал тихо волчонок. – Видите, тучки сгустились?

– А ведь если дождь, нас играть не отпустят, – печально добавил лисёнок.

Вдруг с неба посыпалось что-то очень мелкое и белое, совсем не похожее на капли дождя. Медвежонок протянул лапку вперёд, думая поймать сияющие белые звёздочки, но как только они падали на его пушистые лапы, то мгновенно таяли.

– Ой-ой, – затревожился медвежонок. – Кажется, это снежинки. Мне мама рассказывала, что как только посыплются с неба белые звёздочки, то наступит зима.

– Зима? – радостно спросил волчонок. – Как хорошо! Зима! Снег! Игры!

– Вот уж весело станет! – воскликнул лисёнок. – А то всё дожди, дожди. Я маму расспрашивал, что такое зима, так она мне сказала, что это самое весёлое время года. Можно лепить снежки и кидаться ими друг в друга…

– …или вылепить снеговика и смастерить ему руки из сломанных веток! – подхватил волчонок.

А медвежонок ничего не говорил. Он грустно облокотился на пенёк и молча смотрел в землю.

– Медвежонок, что с тобой? – спросили хором волчонок и лисёнок.

– Да ведь с наступлением зимы я должен уйти в спячку: мама так сказала, – объяснил тихо медвежонок. – Э-эх… а я спать совсем не хочу. Я ведь столько всего пропущу! И скучно мне без вас будет, как и вам, наверное, без меня…

– Нам-то? – усмехнулся волчонок. – Да что нам скучать!

– Да нам и без тебя весело будет, – подхватил лисёнок.

– У нас же зверей полон лес! – воскликнул волчонок. – Разве не найдём, с кем ещё подружиться?

– Так что спи спокойно, – подытожил лисёнок.

– Да? – печально спросил медвежонок. – Ну, что ж, тогда я пошёл. Прощайте до весны! – сказал он и, встав с пенька, затопал к своей берлоге.

Переглянулись волчонок с лисёнком и пожали плечами:

– Без труда найдём себе друга. Так ведь, лисёнок? – спросил волчонок.

– Да, волчонок! Вот уж трудность: найти друга, – ответил лисёнок. – Да кто угодно захочет завести с нами дружбу! Вон, смотри: видишь мышку? Спорим, что она мигом с нами подружится?

– Спорим, – согласился волчонок.

Кроткая мышь, услышав о себе в разговоре волчонка и лисёнка, мигом спряталась за первое попавшееся дерево. И когда к ней подошли волчонок и лисёнок, она прикрыла глаза лапками и задрожала:

– Чего вы от меня хотите?

– Не бойся, – ласково начал лисёнок. – Мы ведь дружить хотим.

– Дружить? – удивилась мышь. – У меня никогда не было друзей. А что это значит – дружить?

– Ну, мы будем играть вместе, – пояснил волчонок. – Ты, главное, не бойся. А то о какой дружбе может идти речь, если ты будешь нас бояться?

– Что ж, давайте гулять, – сказала мышь. – Играть я боюсь, но прогулки я люблю.

И пошли волчонок, лисёнок и мышь на прогулку. Гуляли они молча, потому что как только волчонок или лисёнок заводили о чём-нибудь разговор, мышь тотчас же отвечала, что всего боится. И стоило им вдалеке увидеть коршуна, хищную птицу, как мышь словно растаяла в воздухе – спряталась куда подальше.

– Тоже мне друг, – удивился волчонок. – Мало того, что скучная мышь, так ещё и трусливая.

– Ага, как почувствовала опасность, так и след её простыл, – подтвердил лисёнок.

– Медвежонок совсем другой, – сказал волчонок задумчиво. – Помнишь, как мы с ним в пчелиный улей залезли?

– Ага, как тогда нас изжалили! – рассмеялся лисёнок. – Ему, правда, больше всего досталось. Но ничего, поболело чуть-чуть, и прошло. Да что мы всё о медвежонке?! Его-то теперь долго не будет, а нам надо с кем-то подружиться. Может, вот с этим коршуном? Смотри, какая сильная птица. Коршун нас в обиду не даст, если мы с ним подружимся! Спорим?

– Спорим, – согласился волчонок.

Коршун меж тем пристально осматривал волчонка и лисёнка своим резким, холодным взглядом. И как только волчонок с лисёнком подошли к нему поближе, он раздражённо махнул крыльями и отозвался твёрдым голосом:

– Чего вы от меня хотите?

– Не сердись, – ласково начал лисёнок. – Мы ведь дружить хотим.

– Дружить? – удивился коршун. – Не припомню, что бы я с кем-нибудь когда-то дружил. А что такое дружба?

– Ну, мы будем с тобой играть в догонялки, например, – сказал волчонок. – Мы будем убегать от тебя, а ты нас – ловить.

– Что ж, это мне по вкусу, – сказал коршун и, оскалив свой хищный клюв, облизнулся. – Я всю жизнь играю в догонялки.

Лисёнок недоверчиво взглянул на коршуна и шёпотом сказал волчонку:

– Слушай, ты думаешь, это хорошая идея?

– Нет, – ответил волчонок. – Но ты же хочешь с ним подружиться?

– Боюсь, до дружбы дело не дойдёт, – засомневался лисёнок. – Он скорее нас по-дружески съест.

Коршун меж тем впился глазами в волчонка и лисёнка, и они почувствовали себя крайне неуютно.

– Ой! – вдруг вскрикнул лисёнок.

Волчонок вопросительно взглянул на лисёнка.

– Я ведь совсем забыл, что мы собирались в гости, волчонок! – сказал лисёнок и настороженно взглянул на волчонка.

– Так что же мы стоим? – подыграл волчонок. – Идём скорее!

– До свидания, – поспешно сказали волчонок с лисёнком и ушли прочь от коршуна.

Шли волчонок и лисёнок, шли вперёд, а меж тем в лесу становилось всё холоднее и холоднее. Пошёл первый снег, и вокруг стало белым-бело.

– Да, коршун нам не друг, – сказал вдруг волчонок. – Видел, какой у него взгляд? Понятно, почему мышь решила спрятаться. Я и сам был бы не против исчезнуть, когда коршун на меня так пристально посмотрел.

– Ага, – согласился лисёнок.

– Вот у медвежонка совсем другой взгляд, – продолжал волчонок. – Он ведь у нас добрый, наш медвежонок, не то что этот коршун.

– Да… но он спит, а впереди – целая зима! – воскликнул лисёнок. – Вон, смотри: видишь белку? Красивая такая, и не косолапит, как медвежонок. Спорим, что она станет нашим лучшим другом?

– Спорим, – согласился волчонок.

Белка, о которой шла речь, быстро смекнула, что она находится в центре внимания волчонка и лисёнка. Она ловко перепрыгнула с одного дерева на другое, стряхнула своим пушистым хвостом снег с ветки и величественно взглянула на волчонка с лисёнком.

– Ох, – восторженно вздохнул лисёнок, – только не убегайте, пожалуйста.

– Да что мне убегать, – сказала белка высокомерно. – Скажите только, чего вы от меня хотите?

– Мы дружить хотим, – ответил лисёнок.

– Дружить? – удивилась белка. – А ведь у меня, кажется, никогда не было друзей. По крайней мере, я их не помню. А кто такие друзья?

– Ну, мы можем быть тебе друзьями и играть с тобой всю зиму, – пояснил волчонок.

– Например, в гляделки? – предложила белка.

– А что это за игра? – поинтересовались волчонок с лисёнком.

– А такая, что вы будете ходить за мной и на меня глядеть. Я ведь такая красивая! – воскликнула белка.

– Что ж, давай, – пожали плечами волчонок и лисёнок.

И пошли волчонок и лисёнок гулять с белкой по лесу. Шли они, шли, а белка всё перепрыгивала с ветку на ветку, с ветку на ветку, то и дело взмахивая своим пышным хвостом.

– Эй, лисёнок, – шепнул волчонок.

– Что? – шепнул лисёнок в ответ.

– А тебе не скучно? – спросил волчонок.

– Скучно, – ответил лисёнок. – А тебе?

– Тоже, – вздохнул волчонок.

– Так может уйдём от белки? – предложил лисёнок.

– То есть как уйдём? – спросил волчонок. – Она же может обидеться.

– Она? – усмехнулся лисёнок. – Да белка даже не заметит. Она только о себе думает. Так что, уйдём?

– Давай, – согласился волчонок.

И волчонок с лисёнком остановились, а белка убежала от них далеко-далеко, ни разу не оглянувшись.

– Ну и самовлюблённая же эта белка, – пробормотал волчонок.

– Да-а, с этим не поспоришь, – согласился лисёнок и добавил лукаво: – Но всё-таки она красивая.

– И что с того? – сказал волчонок. – Наш вот медвежонок не такой уж и красивый. Но с ним интересно, не то что с этой белкой.

– Это да, – подтвердил лисёнок. – Всё-таки нет друга лучше нашего медвежонка.

А меж тем зима продолжалась, и долго ещё суждено было волчонку и лисёнку гулять и играть без медвежонка. Дни казались длиннее, а медвежья спячка представлялась и вовсе нескончаемой. Но когда наступила весна и снег в лесу наконец-то начал таять, когда солнце стало пригревать и на деревьях набухли почки, медвежонок вышел из берлоги, и волчонок с лисёнком, увидев его издалека, тут же бросились обниматься.

– Медвежонок проснулся! – кричали хором волчонок с лисёнком. – Медвежонок проснулся!

– Неужели вы по мне скучали? – искренне удивился медвежонок.

– Конечно! – ответили волчонок и лисёнок.

– Но как? Вам же должно было быть так весело зимой, – сказал медвежонок. – Не то что мне: спал и спал. Никакого веселья.

– Да что ты! – воскликнули волчонок и лисёнок. – Нам без тебя было так скучно! Без тебя и зима не та.

Не могли нарадоваться волчонок с лисёнком своему счастью. А уж как рад был сам медвежонок! Ведь он спал, и для него зима пролетела как одно мгновение. И то, что по нему так скучали волчонок и лисёнок, стало для него настоящим весенним подарком, который могут подарить, пожалуй, только настоящие друзья.

«День рождения волчонка»

Весна – время самых что ни на есть чудесных дней, каждый из которых прекраснее предыдущего. И потому в день рождения волчонка солнце, казалось, светило ярче прежнего, а молодые листочки на вершинах деревьев, колыхавшиеся при дуновении тёплого ветра, словно приплясывали в такт звонкому пению птиц и поздравляли именинника.

Утро волчонка началось с поздравления мамой и папой. Они стояли вплотную друг к другу над его кроваткой и что-то прятали за своими спинами.

– С днём рождения, солнышко! – сказали ласково родители. – Уже исполнился год, как ты озаряешь своей радостной улыбкой наше тёмное логово!

Волчонок широко улыбнулся, обнажив свои острые клыки, и радостно засмеялся.

– А что это вы такое прячете? – с хитринкой спросил волчонок.

Мама с папой таинственно переглянулись:

– Раз, два, три… – посчитали они и вытащили большой медовый торт. – Вкусный тортик испекли!

– Ух ты-ы, – восхитился волчонок.

– Сегодня день особенный, так что можешь съесть кусочек прямо сейчас, – заявила мама.

– Да, сегодня разрешается, – сказал папа, привыкший к строгому тону.

– Сегодня в нашем логове должна собраться вся семья, – улыбнулась мама.

– Так что собирайся, одевайся, тебя ждёт замечательный день, – подытожил папа, и родители вышли из комнаты волчонка.

Счастливый волчонок, с нетерпением ждавший поздравлений и, конечно же, много-много подарков, поспешно вышел из комнаты вслед за мамой и папой. Но кроме родителей и подаренного ими торта, никого и ничего в логове не было. Волчонок принялся за разрешённый ему с утра кусочек, но почти не получил от него никакого удовольствия, потому что у входа в логово ветер поминутно звенел дверным колокольчиком, и волчонок то и дело оглядывался на входную дверь в надежде увидеть нового гостя.

«Динь-динь», – в очередной раз прозвенел колокольчик, и в логово вошла сестра волчонка – красавица-волчица.

– С днём рождения, миленький! – она подскочила к волчонку и стала его обнимать-целовать. – Какой ты большой стал. А лицом – весь в отца! А глаза, совсем как у мамы.

Волчонок радостно улыбнулся ей, но, не заметив подарка, спросил с хитринкой:

– Ты ведь что-то такое прячешь, да, сестрёнка?

– Да, миленький, – кивнула волчица, – иди за мной.

И вышли волчонок с волчицей из логова, а там, на раскидистом дубе, висели качели, сделанные из крепких канатов.

– Теперь ты можешь качаться на качелях дни напролёт! – заявила волчица. – Смотри, они даже меня выдерживают.

Волчица села на качели и стала так сильно качаться, что взлетела высоко-высоко и, казалось, могла дотронуться до самого неба.

– Ух ты-ы, – восхитился волчонок. – И я так могу?

– Конечно! – подтвердила волчица.

– Выше неба?! – удивился волчонок. – Я смогу быть там, где бывают только птицы!

Волчица остановила качели и спрыгнула с них к волчонку.

– Да, миленький. А пока пошли в дом; в качели ты ещё наиграешься, а впереди у тебя – целый весёлый день, и поздравления, и подарки!

И вернулись волчонок с волчицей в логово. Поглядел волчонок на свой праздничный торт, а от него уже половины словно и не было. «Как так, – подумал волчонок, – я же только один кусочек съел». И вдруг видит: сидят за столом мама и папа, и каждый кушает торт. Сестра-волчица присоединилась к ним и также принялась за кусочек. «Ну и дела, – подумал волчонок, – торт вроде мой, а едят его другие».

«Динь-динь», – прозвучал вдруг звон дверного колокольчика. В логово вошёл брат волчонка, сильный и бесстрашный волк.

– С днём рождения, малыш! – он степенным шагом подошёл к волчонку и взял его за плечи. – Батюшки, как быстро время летит. Я тебя помню ещё таки-им маленьким, с мой кулак, а ты вон какой стал. Растёшь не по годам, а по часам, – усмехнулся волк.

Волчонок гордо поднял голову: ему было очень приятно слышать такие слова от старшего брата. Но, тем не менее, волчонок заметил, что подарка у волка с собой не было, и спросил с хитринкой:

– А ты ведь что-то прячешь, так, братец?

– Да, малыш, – подтвердил волк. – Выйдем из логова на минутку.

И вышли волчонок с волком наружу. А там, совсем неподалёку, стояла лодка с вёслами, выточенная из плотной древесины какого-то старого дерева.

– Смотри-ка, – сказал волк. – Знаешь, что это такое? Это самая что ни на есть настоящая лодка. В ней ты сможешь кататься по реке и ловить рыбок.

– Ловить рыбок? – удивился волчонок. – То есть, я могу поймать золотую рыбку?!

– Конечно, – улыбнулся волк. – И загадать у неё целых три желания.

– Ух ты-ы, – восхитился волчонок.

– А пока пойдём в дом, – предложил волк. – Накатаешься ещё в лодке вдоволь, а у тебя ещё целый праздник впереди.

И вернулись волчонок с волком обратно в логово. Смотрит волчонок, а от праздничного торта осталось всего-то четыре куска. Сидят за столом мама, папа, сестра-волчица, и присоединяется к ним брат-волк. Отдают ему один из оставшихся кусков. «Да что ж такое, – подумал волчонок, – торт ведь мой, а осталось всего три кусочка».

«Динь-динь», – зазвенел вдруг дверной колокольчик. Оглянулся волчонок, а в логово вошли медвежонок с лисёнком. Подбежали они к волчонку и начали говорить быстро-быстро, перебивая друг друга:

– Волчонок, идём скорее! – сказал медвежонок.

– Ты не представляешь, что там такое! – добавил лисёнок.

– Там, у берега реки, – пояснил медвежонок.

– Лягушки! – воскликнул лисёнок.

Заметили случайно медвежонок с лисёнком, что собралась в логове вся семья волчонка и что на столе стоит праздничный торт, и, опомнившись, сказали хором:

– Ой, волчонок, с днём рождения!

Стоял волчонок перед медвежонком с лисёнком, смотрел на них и думал: «Да где же подарок?». И потому спросил с хитринкой:

– Да вы же что-то прячете, так ведь?

Но медвежонок с лисёнком смотрели на него с непониманием и ничего не отвечали.

– Какие вы молчуны, – засмеялся волчонок. – Ну, так где же?

– Что где же? – спросили удивлённо медвежонок и лисёнок.

– Ну, подарок, конечно, – пояснил волчонок.

Переглянулись медвежонок с лисёнком, пожали плечами и ответили:

– Да у нас нет подарка.

– Как? – смутился волчонок. – То есть вы пришли ко мне, и без подарка?

– Да, – ответили медвежонок и лисёнок.

– На мой-то праздник?

– Да, – ответили медвежонок с лисёнком ещё тише.

– И какие вы мне друзья после этого? – возмутился волчонок.

Медвежонок и лисёнок смотрели на него молча и, чувствуя себя неуютно, переступали с ноги на ногу.

– Ну, тогда мы пойдём? – неловко спросил медвежонок.

– Идите уж, – сказал волчонок и добавил как можно строже: – Чтоб мои глаза вас больше не видели.

И ушли медвежонок с лисёнком.

Вышел волчонок из логова, сел на пенёк и подумал: а вдруг к нему наведаются новые гости? Совершенно неожиданно придут, и оттого станет волчонку радостно и весело. И каждый раз, когда звенел колокольчик, он оборачивался – и не видел никого. Словно ветер нарочно задевал дверной колокольчик, чтобы подразнить волчонка.

«Ну и пусть, – подумал он, – зато у меня есть качели». И стал волчонок качаться на качелях, висевших на толстой ветви раскидистого дуба. Качался он, качался, а меж тем уже вечерело, и почувствовал волчонок непреодолимую скуку. Хотел было пойти к медвежонку с лисёнком, но тут же ясно вспомнил, как только что прогнал из своего дома, да так, что страшно теперь им показаться.

Вздохнул тяжело волчонок и вернулся в логово. Смотрит, а три кусочка, оставшиеся от торта, всё ещё лежат, никем не съеденные. И вдруг его осенило: а что, если отнести остатки торта медвежонку с лисёнком? Два куска им, а один – ему самому. Только где медвежонок и лисёнок? Быть может, у реки? Ведь звали же туда они волчонка до того, как он с ними поссорился. А что, если они оттуда уже ушли? Ведь вечереет, и медвежонок с лисёнком наверняка разбрелись по домам.

«А я приплыву к ним на лодке, – подумал волчонок. – Так будет быстрее».

Выпросил он у мамы оставшиеся куски торта, взял с собой и побежал к лодке. И всё время, пока волчонок плыл, его мучили сомнения: ждут ли друзья его или нет? И как только волчонок разглядел вдалеке, на берегу, медвежонка с лисёнком, лежавших на песке и наблюдавших за последними проблесками солнца, он закричал:

– Медвежоно-ок! Лисёно-ок!

Как же он боялся, что медвежонок с лисёнком, завидев его, поспешно уйдут. Но вместо этого они встали и приветливо замахали ему в ответ. Волчонок пришвартовался к берегу и побежал к ним.

Странно, но так хорошо он себя весь этот праздничный день не чувствовал. Даже торт, остатки которого друзья съели вместе, показался волчонку необыкновенно вкусным – совсем не таким, как с утра. Солнце уже зашло за горизонт, и волчонок рассказывал медвежонку с лисёнком о том, как провёл время и как его поздравляли мама с папой, сестра-волчица и брат-волк.

– Представляете, – сказал волчонок. – А ведь брат сказал мне, что на этой лодке я могу найти в реке золотую рыбку и загадать ей целых три желания.

– Правда? – удивился медвежонок.

– И что бы ты загадал? – спросил лисёнок.

– Не знаю даже, – ответил волчонок с сомнением в голосе. – Сначала я думал, что мне нужно много-много всего и что даже трёх желаний мне не хватит.

– Да ладно, – рассмеялся лисёнок. – Всегда найдётся, что загадать.

– А я бы три раза загадал горшочек с мёдом, – поделился мечтами медвежонок. – Ведь мёд такой вкусный!

– А я вот совсем не знаю, что бы загадал, если бы мне достались три желания, – сказал волчонок. – Честно, после того, как я с вами поссорился, я желал только одного: чтобы вы меня простили.

Медвежонок с лисёнком весело переглянулись.

– Видишь, значит, для этого не нужна золотая рыбка, – сказал лукаво лисёнок.

Волчонок вопросительно взглянул на медвежонка и лисёнка.

– Мы ведь тебя уже простили, – пояснил медвежонок.

– Так что если всё-таки найдёшь золотую рыбку, непременно желай что-нибудь другое, – подытожил лисёнок. – И не только что-нибудь одно, а обязательно три желания.

– Например, три торта, – предложил медвежонок, облизнувшись. – А то он так быстро съедается!

Волчонок в ответ только рассмеялся, а вместе с ним – и медвежонок с лисёнком. И этот смех окончательно развеял переживания волчонка. Так в дружеских разговорах на берегу реки они и провели остаток праздничного дня.

«В поисках сокровищ»

Солнце светило ярко на безоблачном лазурном небе и озаряло своим ласковым, тёплым светом весенний лес. Гуляли как-то волчонок, лисёнок и медвежонок и наблюдали, как сливаются их тени с тенями высоких деревьев.

– Надо же, – усмехнулся медвежонок. – Моя тень норовит спрятаться за другими тенями. Как будто она играет со мной в прятки!

– И моя, – удивился волчонок.

– А ведь в нашем лесу так много теней только в солнечные дни, – задумался медвежонок.

– Да, – поддакнул волчонок. – Это я тоже заметил.

– Вот я только никак понять не могу, откуда появилось солнце? – спросил медвежонок.

– Ага, то оно есть, то его нет, – добавил волчонок.

– Ну, как же, – заговорил лисёнок, – оно всегда есть. Просто оно иногда прячется за облаками, вот его и не видно, а ночью солнце идёт, как и все мы, спать.

– Да я не об этом, – сказал медвежонок. – Откуда оно появилось? Ну, то есть, было ли оно вообще до нашего рождения?

– Хм, а я об этом даже не задумывался, – заметил волчонок. – Может, ты знаешь, лисёнок?

Медвежонок с волчонком остановились и вопросительно посмотрели на лисёнка. Лисёнок замялся. Он хотел было сказать: «Не знаю», – но вдруг почувствовал ком в горле и понял, что не может произнести этих правдивых слов. «Ну, будь что будет», – подумал лисёнок и воскликнул:

– Я-то? Конечно, знаю! Разве вы не слышали, что в моём роду был старый лис-астроном?

– А что это значит: астроном? – спросили волчонок и медвежонок.

– А то и значит, – ответил лисёнок, – что лис изучал небо и луну, звёзды, солнце… словом, всё-всё-всё, что на небе бывает!

– Надо же, – удивился медвежонок.

– И старый лис однажды понял, – воодушевлённо продолжал лисёнок, – что раньше на небе не было солнца, и в нашем лесу царила вечная ночь.

– Значит, и теней не было? – спросил волчонок.

– И теней не было, и вообще в лесу была тьма тьмущая! – ответил лисёнок. – И разглядеть толком ничего нельзя было, пока не родилась в далёких-далёких лесах жар-птица.

– Ну и ну! – воскликнул волчонок.

– Это была удивительная птица, похожая на… – лисёнок запнулся, пытаясь придумать, на какую же лесную птицу она была похожа. – Ну, в общем, её ни с одной птицей нельзя сравнить. Все её перья были сделаны из чистого золота!

– А откуда же взялось в том далёком лесу золото? – спросил медвежонок.

– Да ведь там был зарыт целый клад сокровищ, – пояснил лисёнок. – Неудивительно, что в том чудесном лесу родилась жар-птица. Ну, да не в этом дело. Когда жар-птица взлетела в тёмное небо, то превратилась в солнце, и осталась на небе навечно. Вот что я хотел сказать.

– А что случилось с тем лесом и сокровищами? – спросил волчонок.

– Ну… – задумался лисёнок. – Этого я уж сказать точно не могу. С тех пор сокровища никто найти так и не смог, да и где они были в том далёком лесу – кто же теперь скажет? Это ведь совсем давно было.

– Какой же всё-таки лисёнок у нас умный, – заметил волчонок.

– Ага, всё знает! – подтвердил медвежонок.

Лисёнок почувствовал, будто в животе ему стало щекотно: это лисёнку стало приятно, что друзья были о нём такого высокого мнения.

Вдруг сорока, пролетавшая мимо и услышавшая о сокровищах, села на ветку близстоящего дерева и уставилась на волчонка, лисёнка и медвежонка, пытаясь найти у них в лапах что-нибудь блестящее. Сорока – она такая: очень любит всё драгоценное и обязательно встревает в разговор.

– Какие ещё сокровища? – с любопытством спросила она.

– Привет, сорока! – сказал волчонок. – Нет у нас никаких сокровищ, можешь лететь дальше.

– Это лисёнок нам рассказывает, – проболтался медвежонок, – что когда-то в далёком лесу был закопан клад с сокровищами.

– Конечно, – вдруг закивала головой сорока. – Конечно, был закопан! Да он и сейчас там есть, клад этот.

– Да врёшь ты всё, – сказал лисёнок, желая прекратить разговор на эту тему. – Пойдёмте, друзья!

Но волчонка с медвежонком уже было не увести.

– Где? – удивлённо спросили они у сороки.

– А вот если проплывёте по реке до ельника, да завернёте налево, то непременно попадёте в лес с сокровищами! – ответила сорока.

– То есть, даже мы можем их найти? – восторженно сказал волчонок. – Ведь у меня же есть лодка!

– Да, – подтвердила сорока. – Только вам нужно поплыть непременно сегодня! Видите, какой солнечный день? Только в такие дни сокровища и находят!

– Но как мы поймём, что нашли сокровища? – вдруг спросил медвежонок. – Я вот в жизни сокровищ не видел.

– И я, – добавил волчонок.

– А вы по блеску их ищите, по блеску, – ответила сорока. – Все сокровища обязательно блестят.

– Что ж, поплыли! – сказал волчонок медвежонку с лисёнком. – Чур, кто последний добежит до лодки, тот возьмётся за вёсла!

И побежали волчонок с медвежонком. «Ну, попал», – промелькнуло в голове у лисёнка, и он засеменил вслед за ними.

На берегу реки, когда волчонок с медвежонком уже тянули лодку к воде, лисёнок чуть было не споткнулся о маленького лягушонка.

– Ква-а! – возмутился лягушонок. – Не учат вас, что ли, смотреть под лапы, когда бежите!

– Прости, лягушонок, я ведь не хотел, – оправдался лисёнок. – Я тороплюсь к друзьям на лодку.

– В такую-то погоду? – удивился лягушонок.

– Ну, да, – ответил лисёнок, не понимая, что плохого в солнечной погоде.

– Вы что, не знаете, что собирается гроза? – спросил лягушонок.

Лисёнок увидел, как волчонок с медвежонком торопливо замахали ему с лодки.

– Прости, лягушонок, мне некогда! – сказал он и помчался к друзьям.

И поплыли волчонок, лисёнок и медвежонок по течению реки. Плыли они, плыли, и деревья вокруг безмятежно провожали их в путь.

– Главное, не проплыть мимо ельника, – заметил волчонок.

– И не забыть повернуть налево, – добавил медвежонок.

– Или направо? – спросил волчонок.

– Нет, налево, – ответил медвежонок и задумался. – Или всё-таки направо?

– Да нет, кажется, налево, – подытожил волчонок.

– Что спорить, – улыбнулся медвежонок. – Лисёнок и так приведёт нас к сокровищам. Он же всё знает!

А лисёнок меж тем думал только о том, как повернуть обратно.

Вдруг ни с того ни с сего задул ветер, и листочки на деревьях тревожно задрожали. Появились облачка, а затем небо и вовсе заволокло тёмно-сизыми тучами. Где-то вдалеке загремело.

– Кажется, мы плывём в дождь, – заметил лисёнок с надеждой.

– Да нет, – возразил волчонок. – Не будет дождя. А даже если и так, что нам с того?

– Ты что, лисёнок, не хочешь стать первым кладоискателем в нашем лесу? – добавил медвежонок.

– Почему же, хочу, – гордо ответил лисёнок.

А гроза меж тем всё приближалась. С неба упали первые крупные капли, затем ещё, чаще, сильнее, и дождь полил, как из ведра. Волны стали круче, и лодку с волчонком, лисёнком и медвежонком закружило в заволновавшейся реке.

– Лисёнок, греби сильнее, – крикнули хором волчонок с медвежонком, пытаясь перекричать стихию.

Но как ни старался лисёнок, он уже не мог сопротивляться волнам. Они захлёстывали лодку, и очередная волна, большая и сильная, опрокинула её, так что волчонок, медвежонок и лисёнок оказались за бортом. Волчонок и медвежонок поплыли к берегу, но, не заметив около себя лисёнка, оглянулись: тот судорожно барахтался в воде.

– Лисёно-ок! Плыви за нами! – закричал волчонок.

Но лисёнок не сдвинулся с места и по-прежнему загребал лапами воду.

– Я… не умею… плавать… – всхлипывал лисёнок, выныривая из воды и снова пропадая в ней с головой.

– Что делать? – взволнованно сказал медвежонок.

Волчонок оглянулся на берег, затем посмотрел на опрокинутую лодку, лисёнка и, воодушевлённый идеей, крикнул:

– Лисёнок, хватайся за лодку! Я схвачусь за тебя, а ты, медвежонок, тяни меня к берегу.

Так и сделали. Тянул медвежонок волчонка за лапы, тянул, а волчонок держался за лисёнка, обхватившего в страхе лодку, точно родную маму. И стоило им оказаться на берегу, как дождь мгновенно закончился.

Удивительно безмятежной стала природа. Деревья стояли, словно задумавшись о чём-то, а река текла, как обычно, величественно и спокойно, точно не была взволнована тревожным ветром. Но солнца уже не было видно, и небо всё заволокло пасмурной пеленой.

– Мда, – вздохнул волчонок, глядя на серебристую реку. – Так и не найдём мы сокровищ.

– Разве что в другой раз, – сказал медвежонок.

– Хех, конечно, – усмехнулся волчонок и искоса поглядел на лисёнка.

– А что я? – смутился лисёнок.

– Плавать ты, оказывается, не умеешь, – ответил волчонок.

– Ну и что, – возразил лисёнок.

– А мы ведь думали, что ты всё можешь, – пояснил волчонок.

– Зато наш лисёнок знает многое, – поддержал лисёнка медвежонок. – То, о чём мы с тобой, волчонок, и вовсе не подозреваем!

Лисёнок только тяжело вздохнул.

– Что с тобой, лисёнок? – спросил с участием медвежонок.

– Что-что, – грустно ответил лисёнок. – Да не знаю я ничего, вот что.

– Как не знаешь? – удивился медвежонок. – Ты ведь первым рассказал о сокровищах!

– Так ведь в том-то и дело. Нет никаких сокровищ.

Медвежонок с волчонком настороженно переглянулись.

– Придумал я всё. И сокровища, и жар-птицу, – пояснил лисёнок. – Просто я хотел… – он снова вздохнул. – Хотел, чтобы вы мной гордились. Ставили в пример. Знаете, мне было так приятно, когда вы меня похвалили!

Меж тем солнце пробилось сквозь сизую пелену туч и озолотило реку своим светом.

– Хи-хи, – усмехнулся вдруг волчонок.

– Что? – поинтересовался лисёнок.

– А ведь, кажется, мы нашли сокровище.

– Где? – спросил медвежонок и оглянулся вокруг.

– Да вот же, – волчонок указал на реку. – Смотрите, как блестит.

– Ага, – улыбнулся медвежонок и, с минуту помолчав, добавил: – Говорил же, что лисёнок приведёт нас к сокровищам.

Волчонок с медвежонком оглянулись украдкой на лисёнка, боясь, не обиделся ли он. Но лисёнок, наоборот, рассмеялся, и они рассмеялись вместе с ним. Потому что нет на свете драгоценнее сокровища, чем настоящая дружба.

«Эликсир смелости»

Весной, кажется, нет места страху среди живущих в лесу зверей. Ведь весна – такая чудная пора! И так радостно шелестят листья на деревьях, что спокойно становится на душе. Что бояться, если впереди – не зима, а долгожданное лето? Но на деле всё может быть иначе.

Сидели как-то волчонок, лисёнок и медвежонок под раскидистым дубом. Сидели, и болтали обо всём, что только шло в голову.

– Слушайте, а бывали у вас случаи, когда душа прямо в пятки уходила? – спросил лисёнок.

– А как это? – удивился волчонок.

– Да так: когда испугаешься очень, то лапы аж похолодеют, и вот тут, в груди, как будто пусто станет, – лисёнок похлопал себя по груди.

– О-о, разве что в темноте, – сказал медвежонок. – Помню, шёл как-то к себе в берлогу поздним вечером. Уж стемнело в лесу, и вокруг деревья скрипели. И вдруг слышу шорох близко-близко и чьё-то пронзительное: «У-гу-гу!». Оглядываюсь, а никого вроде и нет. Иду, и вдруг снова: «У-гу-гу!».

– И что дальше? – поинтересовался лисёнок.

– А ничего, – коротко ответил медвежонок.

– Ну, страшно тебе стало, а дальше-то что? Убежал, небось? – лукаво спросил лисёнок.

– А даже если и так, – сказал медвежонок и гордо поднял голову. – Разве это что-то значит?

– Да, – ответил лисёнок. – Трусливый, значит.

– Ничего подобного, – возразил медвежонок. – Это же один раз всего было. И вообще, мама сказала мне потом, что это я услышал сову, и ничего страшного в этом нет.

– А сейчас бы ты не испугался, что ли? – усмехнулся лисёнок.

– Конечно, нет, – ответил медвежонок.

Пока медвежонок спорил с лисёнком, волчонок незаметно поднялся с места и, тихо переступая с лапы на лапу, приблизился к медвежонку и громко сказал:

– У-гу-гу!

– Ай-яй! – дрогнул медвежонок.

– Вот, я же говорил, – усмехнулся лисёнок. – От трусости просто так не избавишься.

– Ага, – подтвердил волчонок. – На это нужна смелость. Слышали про мудрого ворона?

Медвежонок с лисёнком вопросительно взглянули на волчонка:

– Какой ещё мудрый ворон? – усмехнулся медвежонок.

– С дуба рухнул, что ли, волчонок? – сказал лисёнок.

– Зря вы так, – возразил волчонок. – Это самая что ни на есть мудрая птица в нашем лесу. Живёт на старом клёне и всем добрые советы раздаёт. Хотя поговаривают, что раньше, когда этот ворон был совсем маленьким, как мы с вами, то слыл он ужасным трусом.

– Хм, значит, смог же он как-то обрести смелость, – задумался медвежонок.

– Так пойдёмте к нему, – предложил лисёнок и лукаво добавил: – Нам, что называется, терять уже нечего: осмелеем – хорошо, а нет – так и останется наш медвежонок трусом. Медвежонок, скажи?

– Да ну тебя, – ответил медвежонок.

И пошли волчонок, лисёнок и медвежонок к старому клёну, на котором жил мудрый ворон. Шли они, шли, и увидели его: красивого, с длинными чёрными перьями и горбатым клювом. Сидел он на ветке и задумчиво смотрел вдаль.

– Здравствуй, мудрый ворон, – обратился к нему волчонок.

– День добрый, волчонок, – ответил он и, заметив за волчонком его друзей, добавил: – И вам доброго дня желаю, лисёнок и медвежонок.

– Ворон, а ворон, – лукаво начал лисёнок. – Мы пришли к тебе за помощью.

– За мудрым советом, – добавил волчонок.

– Рассказывайте, – сказал ворон и уселся поудобнее. – Я с радостью помогу вам, чем смогу.

– Понимаете, – продолжил лисёнок, – наш друг, медвежонок, очень пугливый. И мы не знаем, как помочь ему избавиться от трусости.

– Что же, – ответил мудрый ворон. – Скажу я вам, как сам через это прошёл. Ведь сам я был довольно боязливый. Но стоило мне пройти через пещеру, что находится на самом краю нашего леса, как обрёл смелость и перестал быть трусом.

– Что же такое кроется в этой пещере? – спросил медвежонок с любопытством.

– Не могу вам сказать, – ответил ворон. – А то какой же толк будет оттого, что вы заглянете в эту пещеру? Могу только раскрыть, что спрятан в этой пещере эликсир смелости, и кто найдёт его, того поистине можно назвать самым храбрым. Так что ступайте туда, и без эликсира ко мне не возвращайтесь.

Переглянулись волчонок, лисёнок и медвежонок и пошли искать пещеру. Никогда ещё не были они так далеко от дома, так что даже волчонку и лисёнку становилось немного страшновато. Но меж тем всем троим было интересно: что там, в неизведанных краях, где даже самый трусливый зверь может стать смелым?

И дошли наконец волчонок, лисёнок и медвежонок до пещеры. Она была похожа на чудовище, раскрывшее свою громадную пасть, и совершенно не хотелось ступать внутрь неё. Но кто не рискует, тот не находит эликсира смелости, и друзья направились ко входу пещеры. Как вдруг прозвучал чей-то тонкий, звонкий голосок.

– Стойте! – сказал этот голос. – Куда же вы идёте? Стойте!

Осмотрелись волчонок, лисёнок и медвежонок и увидели у самого порога пещеры толстого бурундука с полными щёчками, которые забавно тряслись при каждом произнесённом им слове.

– Только не ходите туда! – восклицал бурундук и взволнованно качал головой. – Только не туда! Прошу, умоляю!

– Почему же мы должны тебя слушать? – спросил лисёнок. – Ведь мы тебя первый раз в жизни видим.

– Да потому что любой зверь, который бережёт себя, не посмеет забраться в эту ужасную пещеру! Оттуда никто ещё живым не выходил, – пояснил бурундук. – Разве что вы с ума сошли, тогда проходите, держать не буду!

Медвежонок боязливо посмотрел на волчонка с лисёнком:

– Друзья, может, не будем?

– Вот, медвежонок, – с укором сказал лисёнок и указал на бурундука, – яркий пример того, каким ты будешь, если не пойдёшь в пещеру. Посторонись, бурундук!

И волчонок, лисёнок и медвежонок вошли в пещеру. Внутри она оказалась ещё неприятнее; сверху что-то капало, каждый шаг отзывался гулким эхом, и чем дальше друзья углублялись в пещеру, тем темнее было вокруг, и разглядеть что-либо становилось всё сложнее и сложнее. И только лисёнок, видевший в темноте лучше других, вдруг остановил за плечи волчонка с медвежонком и сказал:

– Подождите, тут какой-то колодец, – и чуть позже добавил: – Медвежонок, а загляни-ка туда. Может, там спрятан эликсир смелости?

Не хотел этого делать медвежонок, но, почувствовав на себе пристальный взгляд лисёнка, подошёл к колодцу и, наклонившись, заглянул в него. Щурясь в темноте, он что-то разглядел там и неуверенно сказал:

– Слушайте, а там ведь что-то есть.

– Так, может, залезешь туда? – спросил лисёнок.

– Подожди, лисёнок, не торопи его, – шепнул лисёнку волчонок. – И потом, мне кажется, или там что-то пищит?

Медвежонок нагнулся ещё сильнее и крикнул: «Ау!», и пещера вторила ему тем же криком, постепенно стихая: «Ау! Ау!.. Ау…». Вдруг из колодца вылетело какое-то мелкое крылатое существо, и медвежонок, вскрикнув, посторонился назад. Затем вылетело второе, третье, и целая туча каких-то существ вылетела из колодца. Они закружились по пещере, и медвежонок, жмурясь и отмахиваясь, оступился и упал в колодец.

– Медвежонок! – испуганно вскрикнул волчонок.

Меж тем крылатые существа осели на острых камнях и на кривых выступах в стене. Шлёпанье их мокрых, кожистых крыльев; острый взгляд их мелких блестящих глаз, похожих на чёрные бусинки; зловещие зубы, напоминавшие ножи; огромные уши, торчавшие, как ведьмин колпак – всё это вызывало у волчонка и лисёнка панический ужас. Волчонок стоял, как вкопанный, и не мог произнести ни слова. Тогда лисёнок дрожащим голосом спросил:

– Кто вы? – и пещера повторила за ним гулким эхом («Кто вы?.. Кто вы…»), чтобы каждое крылатое существо, сидевшее здесь, услышало лисёнка.

– Мы – летучие мыши, – гордо ответило крылатое существо, сидевшее напротив лисёнка и обаятельно улыбнулось. – А вы кто такие и зачем к нам пожаловали?

– Я – лисёнок, – представился лисёнок и затем указал на волчонка, потерявшего дар речи. – А это – волчонок. А тот, кто упал в ваш колодец, – это медвежонок. Мы пришли сюда за эликсиром смелости, потому что наш медвежонок труслив, и мы хотим ему помочь.

– Хм, – задумалась летучая мышь. – Сколько мы здесь живём, а я ни разу не слышала о таком эликсире. Может, вы это только придумали, а сами пришли за чем-то другим? Не охотитесь ли вы на летучих мышей? – с недоверием спросила она.

– Нет-нет, что вы, – поспешно ответил лисёнок. – А что касаемо эликсира, так нам о нём рассказал мудрый ворон.

– Тот, что живёт на старом клёне? – уточнила летучая мышь.

– Да, именно, – подтвердил лисёнок.

Летучие мыши звонко и гулко засмеялись, и оттого, что пещера повторяла их смех, волчонку с лисёнком показалось, что их было здесь во много раз больше, чем было на самом деле.

– Ну и шутник же ваш мудрый ворон, – отозвалась летучая мышь, с которой разговаривал лисёнок. – Видно, решил он над вами посмеяться. Нет у нас никакого эликсира смелости, да и не было его вовсе. Это, наверное, ворон скучает один-одинёшенек, вот ему и привиделось от скуки.

– Но ведь ворон тоже был тут раньше, как и мы, – удивился лисёнок. – Разве нет?

– Быть-то он был, – ответила летучая мышь. – И в яму эту он тоже упал, потому что нас побоялся. Но там, могу сказать по секрету, ничего нет, в колодце этом. В нём мы все спим, так что кроме недоспавших летучих мышат, которые остались там, внизу, медвежонок ваш ничего не найдёт.

– И как же он теперь выберется? – спросил встревоженный волчонок.

– Мы поможем ему, – ответила летучая мышь. – Нас много!

Вокруг всё зашумело от взмаха тысяч маленьких крылышек, и летучие мыши устремились в колодец. Словно огромная чёрная рука, они обхватили упавшего медвежонка и медленно, тяжело взмахивая крыльями, приподняли его настолько, чтобы медвежонок мог ухватиться за край колодца. Пыхтя и отдуваясь, медвежонок выбрался наружу, удивлённо оглянулся на спасших его крылатых существ и, увидев в темноте волчонка с лисёнком, радостно замахал им.

– А вы уверены, что вытащили нашего медвежонка? – спросил волчонок.

– Кажется, он теперь не такой уж трусливый, – удивился лисёнок.

– Ну, может, эликсира смелости в нашей пещере и нет, – ответила летучая мышь, – но сами по себе мы очень даже добрые, хоть мы и живём в темноте и внешне такие некрасивые, как вы, наверное, о нас подумали. О нашей доброте вам даже ворон сказать может. Он ведь довольно часто к нам заглядывает с тех пор, как в наш колодец опрокинулся, хе-хе, – усмехнулась она.

– Надо же, – удивился волчонок.

– Ну, а теперь давайте я вас провожу, – сказала летучая мышь. – А то ж скоро вечер наступит. Здесь хотя это и не заметно, потому что в нашей пещере круглые сутки темно, но мы, летучие мыши, очень чутко относимся к смене дня и ночи. Так что давайте поспешим, чтобы дома не начали о вас беспокоиться.

И довела летучая мышь волчонка, лисёнка и медвежонка до самого выхода из пещеры. Обратный путь показался друзьям намного короче, да и сама пещера была не такой страшной, как в первый раз, когда они в неё зашли.

– Вот и выход, – пояснила летучая мышь, указывая на свет. – А наши летучие мышата, кстати, очень любят играть. Так что если захотите – приходите. Мы рады гостям. Только в колодец, пожалуйста, в следующий раз не падайте. Мы сами к вам выйдем, а в колодце у нас спят малыши, и они становятся ой какие беспокойные, когда недоспят немножко.

– Хорошо, – ответили хором волчонок, лисёнок и медвежонок. – Тогда до свидания!

– До скорой встречи, – попрощалась с ними летучая мышь и нырнула обратно в пещеру.

И пошли волчонок, лисёнок и медвежонок к старому клёну, где жил мудрый ворон. Шли они, шли, как вдруг медвежонок забеспокоился:

– Слушайте, а ведь ворон сказал нам: без эликсира не возвращайтесь.

– Ну и что? – ответил лисёнок. – Раз он наврал нам про эликсир, откуда же мы должны были его достать?

– Ага, – поддакнул волчонок. – Тоже мне, мудрый совет: поди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что!

И увидели они вдалеке мудрого ворона. Сидел он так же, как и прежде, и степенно глядел по сторонам.

– Вечер добрый, – хором обратились к нему волчонок, лисёнок и медвежонок.

– Вечер добрый, друзья, – ответил им ворон. – Ну, что же, нашли эликсир?

– Нет, – коротко сказал лисёнок.

– Нету там эликсира, да и не было его вовсе, – пояснил волчонок.

– Это нам сами летучие мыши сказали! – добавил медвежонок.

Мудрый ворон неожиданно засмеялся своим хриплым, низким голосом. Удивились волчонок, лисёнок и медвежонок, поскольку не думали, что он вообще мог смеяться.

– А вы считали, что найдёте в пещере склянку со смелостью? – усмехнулся ворон.

Волчонок, лисёнок и медвежонок переглянулись с недопониманием.

– То, что пугливый медвежонок пошёл в пещеру и вернулся из неё бесстрашным, – пояснил ворон, – это и является эликсиром смелости. Ведь если бы вы туда не отправились, то он бы никогда не осмелел.

– А-а-а, – улыбнулся волчонок. – Кажется, я понял!

– И я, – добавил лисёнок. – Это такая хитрость?

– То есть, я больше не трус? – уточнил медвежонок растерянно.

– Да, – ответил ворон.

– И никакие совы теперь не будут тебе страшны, – подытожил лисёнок.

Рассмеялся медвежонок, и так хорошо ему стало на душе. Ведь тяжело живётся в лесу тем, кто всего боится. Другое дело, когда ты смелый. Тогда ты всегда сможешь храбро посмотреть в лицо своему страху, и всё, с чем бы ты ни столкнулся, окажется тебе нипочём.

«Обман»

Когда каждый день повторяет предыдущий, даже если на небе царит солнце и можно гулять с утра до ночи, зверям в лесу становится скучно. Ведь что ни день, то играешь с друзьями, и каждое утро повторяется с игры в «прятки», потом в «догонялки», потом в ещё что-то, а вечером – по домам. Ох, как скучно! Хочется чего-то нового. Всем хочется, в том числе и нашим друзьям: волчонку, лисёнку и медвежонку.

Бродили они как-то по осеннему лесу и совершенно не знали, что делать.

– Что ж так скучно-то, а? – зевнул медвежонок.

– Вот-вот, – согласился волчонок. – Совсем нечего делать в лесу.

– Придумать бы что-то такое, – задумчиво говорил лисёнок. – Что-то такое, знаете, весёлое. Чтобы приключение было.

– Это да, – поддакнул волчонок. – Я люблю приключения.

– И я, – сказал медвежонок. – Если только, конечно, это не опасно! А то мама будет волноваться.

– Совсем ничего не приходит в голову, – вздохнул лисёнок.

Вдруг совсем неподалёку послышался шорох. Насторожились друзья, огляделись с опаской и увидели, как из-под слоя сухой опавшей листвы выползла гадюка. Пристальный взгляд этой старой, беззубой змеи притягивал к себе внимание, и волчонок с лисёнком и медвежонком встали на месте, словно заворожённые. Не отрывая своего магнетического взгляда от волчонка, лисёнка и медвежонка, гадюка таинственно зашипела и произнесла:

– Здравс-ствуйте, волчонок, лис-сёнок и медвежонок.

– Привет, – добродушно поприветствовал медвежонок.

– Что ты хочешь? – спросил прямо волчонок.

– Я-то ничего не хочу, – ответила гадюка и вдобавок прошипела: – А вот вы, как я ус-слышал в лис-стве, хотите чего-то нового и интерес-сного.

– Чего хотим – тебя не касается, – твёрдо сказал волчонок и оглянулся на друзей, надеясь увидеть на их лицах выражение согласия.

Но медвежонок всё так же простодушно смотрел на змею, а лисёнок вместо того, чтобы закончить беседу с ней, продолжил разговор:

– Ну, да. Мы приключений ищем. А тебе что с того?

– О-о, приключения – это по-наш-шему, по-змеиному. Мы, гадюки, любим авантюры, – сказала змея и заговорщически добавила: – Я даже могу научить вас-с моей тайной премудрос-сти, чтобы вам никогда не было с-скучно.

– Да? – удивился медвежонок. – И как же?

– Вам прос-сто нужно научиться обманывать, – пояснила гадюка. – Обман – дело тонкое, и потому только самые хитрые звери владеют этим искус-ством. Зато когда вы научитесь этому, то каждый день у вас будут вс-сё новые и новые приключения.

Волчонок недоверчиво посмотрел на гадюку и шепнул лисёнку с медвежонком:

– Ребята, мне кажется, в этом есть что-то нехорошее. Может, не будем?

– Подожди, – ответил медвежонок. – Мы же хотели приключений! Чего ж теперь отказываться? Тем более, наш лисёнок хитрый, и он быстро овладеет искусством обмана, если мы доверимся гадюке.

– Да? – усомнился лисёнок. – Ты действительно так думаешь?

– Конечно, – ответил медвежонок и усмехнулся. – Я над друзьями не шучу. Раз я сказал, что ты хитрый, значит, так и есть. И это хорошо, понимаешь?

– Хм, понимаю, – лисёнок довольно улыбнулся.

– Дураки вы, – пробурчал волчонок. – Не знаете гадюку и сразу готовы ей довериться. Она же змея!

– Сам дурак, – гордо ответил лисёнок и обратился к змее: – Гадюка, а гадюка! Так научи же нас обманывать.

– Я знала, что вы с-соглас-ситесь, – прошипела гадюка. – Что ж, мой вам с-совет: найдите любого зверя в лес-су, какого только захотите, и сделайте так, чтобы он вам доверился. А дальше делайте с-с ним, что пожелаете: можете украс-сть у него что-то или просто ввес-сти его в заблуждение. Это вес-село, а главное: тот, кого вы обманете, ни в чём вас не будет подозревать. Какое нас-слаждение! – подытожила гадюка. – Ну, а я поползла дальше. У меня с-столько дел, с-столько дел.

И была змея такова. Волчонок, лисёнок и медвежонок молча переглянулись.

– И кого же мы будем обманывать? – спросил медвежонок.

– Вот, сами теперь и думайте, – заявил волчонок. – Ваша идея, вот и думайте. Всё.

– Начинается, – усмехнулся лисёнок. – Мы идём обманывать, значит, и ты идёшь!

– С чего это? – возмутился волчонок.

– А с того, что мы друзья, – пояснил лисёнок и лукаво добавил: – К тому же, тебе разве не интересно, кого мы собираемся обмануть?

– Ну? – волчонок, а вместе с ним и медвежонок вопросительно посмотрели на лисёнка.

– Предлагаю белку, – сказал лисёнок.

– Самовлюблённую, что ли? – уточнил волчонок.

– Ту самую, – ответил лисёнок.

– Да я даже не хочу с ней связываться, – буркнул волчонок.

– Так я же не предлагаю тебе с ней играть! – воскликнул лисёнок. – Слышал я, что белка прячет в лесу орешки, жёлуди, семена.

– И? – спросил волчонок.

– Последим за ней, – ответил лисёнок. – И, может, заберём у неё что-то, пока она не видит. Сказала ведь гадюка, что красть можно. А белку надо проучить, раз она такая самовлюблённая. Чтоб не задавалась.

– Ну, ладно, – нехотя проговорил волчонок. – Уговорил.

И пошли волчонок, лисёнок и медвежонок по лесу – искать белку. Шли они, шли, пристально осматривали голые деревья, возвышавшиеся над землёй раскрытыми ладонями, словно показывая, что нет у них белки и, мол, ищите дальше.

Вдруг друзья заметили, как белка выскочила из дупла одного старого-престарого дерева. Издалека можно было подумать, что дерево это было живое и нарочно разинуло рот, чтобы белка вышла наружу: настолько большим было дупло. Белка замахала своим хвостом и стремительно побежала вниз, к земле, цепляясь своими коготками за грубую кору дерева. Спрыгнула – подняла с земли что-то – и снова побежала в дупло.

– Что-то там у неё такое есть, – лукаво сказал лисёнок.

– Да как же её отвлечь? – спросил медвежонок. – Пока белка там, в дупло не заглянешь.

– Применим хитрость, – предложил лисёнок и громко зацыкал: – Цык-цык-цык, белочка, ты где?

Услышав о себе, белка снова выскочила из дупла и оглянулась.

– День добрый, лисёнок! – сказала она и, заметив рядом с лисёнком его друзей, добавила: – И вам также, волчонок с медвежонком!

– Привет, белка, – хором ответили волчонок и медвежонок.

– Белка, а белка, – обратился к ней лисёнок. – Что ж тут делаешь?

– Я? – растерянно спросила белка, не хотевшая рассказывать, что было у неё в дупле. – Да так, ничего не делаю. Гуляю просто. Глядите, какой чудесный день! Сейчас, правда, домой собираюсь.

– А-а, ну-у, поня-ятно, – протяжно сказал лисёнок. – А мы-то хотели тебе сказать… Ну, да ладно. Тебе, наверное, это будет неинтересно.

– Что? – полюбопытствовала белка.

Лисёнок с видом победителя оглянулся на волчонка с медвежонком.

– Да вот слышали мы, что в нашем лесу растёт дуб, на котором растут жёлуди размером с еловые шишки.

– Правда? – удивилась белка. – Это что ж за дерево такое? Никогда не видела столь больших желудей.

– Это чудо-дерево, – пояснил лисёнок. – Но найти его можно только на самом краю леса. Я, правда, слышал только об одном таком дубе, но, быть может, там целая дубрава таких дубов?

– Не проверишь – не узнаешь, – вдруг добавил медвежонок.

– Хм, интересно, – улыбнулась белка. – Знаете, а ведь я сбегаю, посмотрю. Хорошо, что вы мне рассказали об этом чудо-дереве: очень люблю я жёлуди. Удачи вам!

Спрыгнула белка со старого-престарого дерева – и юркнула в опавшую листву.

Подождали друзья, пока стихнет шорох, и заглянули в дупло. Там, на радость волчонку, лисёнку и медвежонку, лежала гора желудей, кое-как припрятанных под бурым мхом и пожухлой травой. Жёлуди эти были такие красивые, с коричневыми шляпками-беретками: все, как на подбор.

– Фиу! – присвистнул волчонок. – Ну и запаслась же белочка!

– Ага, – поддакнул лисёнок. – Мало того, что самовлюблённая, так ещё и жадная. Медвежонок, хватай желуди. И ты, волчонок.

Медвежонок молча исполнял приказание лисёнка, а волчонок, собирая жёлуди, не удержался, чтобы съязвить:

– Ты тоже хватай, лисёнок. Не бойся. Командовать ведь и я могу.

Ушли оттуда волчонок, лисёнок и медвежонок, пока не вернулась в дупло белка, ушли далеко в лес, так что старое-престарое дерево почти исчезло из виду.

– У-ух, – вздохнул волчонок облегчённо. – Кажется, не попались.

– Ага, – поддакнул медвежонок, распростёр лапы и высыпал жёлуди на землю. – А вот и наша добыча, хе-хе.

– И что мы теперь будем с этим делать? – спросил волчонок.

Друзья молча переглянулись.

– Что-что, – неуверенно начал лисёнок. – Ну, ничего не сделаем, и что с того? Нас же никто не обязывает что-то делать с этим, – лисёнок пренебрежительно указал на рассыпавшиеся по земле жёлуди.

– А ведь белка всё-ё заметит, – с укором сказал волчонок.

– Да ничего она не заметит! – возразил лисёнок. – К тому же, это наш первый обман. Главное, что мы смогли сделать это, а дальше мы будем обманывать всё лучше и лучше, и приключения станут веселее.

– Да, только это приключение было совсем не весёлым, – заметил волчонок.

– Так что мы всё-таки сделаем с желудями? – поинтересовался медвежонок.

– Да что угодно, – скучно ответил лисёнок.

– Что ж, давайте кидать их в реку, – предложил медвежонок. – Как камушки, знаете? Кто кого дальше.

– Давайте, – хором ответили лисёнок и волчонок.

Пошли волчонок, лисёнок и медвежонок на берег реки и начали кидать в реку жёлуди, наблюдая за образующимися водяными кругами. Кидали они, кидали, а меж тем желудей становилось всё меньше и меньше. Ещё один кинули, ещё – так и закончились жёлуди.

– Вот и всё, – воскликнул лисёнок. – Пусть это нас больше не тревожит: нету у нас желудей, и ни в чём мы не виноваты.

– И всё-таки что-то не то, – задумчиво сказал волчонок. – Что-то не то, друзья. Мне неловко.

– Да брось, волчонок! – ответили хором лисёнок и медвежонок.

– Даже если что-то не то, – заметил медвежонок, – это уже не наше дело.

– Да, – согласился лисёнок, поглядев на безмятежную реку, уносившую украденные жёлуди далеко-далеко, и добавил: – Теперь давайте гулять!

И побрели волчонок, лисёнок и медвежонок по лесу. Долго они бродили, а меж тем им снова стало скучно. Да не просто скучно, а ещё скучнее прежнего.

– Слушайте, – сказал лисёнок. – А может снова в то дупло заглянем, а? Вдруг там что-нибудь ещё появилось.

– Это можно, – одобрил медвежонок.

Волчонок же ничего не ответил – совсем не хотелось теперь ему идти к дуплу, но друзья настояли. Подошли они к старому-престарому дереву, заглянули в него, а там… белка сидит и плачет, да так тихо и горько, что сердце сжалось у волчонка, лисёнка и медвежонка.

– Белочка, что с тобой? – невольно спросил волчонок, которому было неловко больше остальных.

Всхлипнула белка, посмотрела на волчонка мокрыми от слёз глазами и ответила:

– Я забыла, где лежат мои жёлуди.

– Ну и пусть, – усмехнулся лисёнок как можно непринуждённее. – На что они тебе сдались! Ты же нашла жёлуди размером с еловые шишки?

– Нет, не нашла. А жёлуди мне очень нужны. Я же ими питаюсь, – пояснила белка. – И дети мои питаются. Э-эх, а я ведь столько времени копила эти жёлуди! Искала их целыми днями, запасала, чтоб семью накормить. Одно плохо: память у меня короткая. Всё время забываю, где прячу свои запасы. А ведь, кажется, я здесь их прятала, эти жёлуди, здесь! Теперь моя семья будет голодать, и всё из-за меня.

Волчонок, лисёнок и медвежонок настороженно переглянулись. И хотелось им помочь белке, да ведь жёлуди, брошенные в реку, уже давно унесло речным течением.

– Ну, и что теперь будем делать? – шепнул волчонок.

– Не знаю, – растерянно ответил медвежонок. – Лисёнок, скажи?

– Да что вы у меня всё спрашиваете, – возмутился лисёнок. – Я ведь тоже не знаю.

– Надо ведь ей помочь, – сказал волчонок. – Совестно, как-никак.

– И стыдно, – добавил медвежонок.

Волчонок с медвежонком с укором посмотрели на лисёнка. Лисёнок, не выдержав их сверлящего взгляда, тяжело вздохнул и неловко обратился к белке:

– Белка, знаешь… Мы тут, это… Как его…

Белка, продолжавшая тихо плакать, вопросительно взглянула на лисёнка и снова всхлипнула.

– Понимаешь, – осмелел лисёнок. – Это не ты, а мы виноваты. Это мы забрали твои жёлуди.

– Правда? – удивилась белка. – И зачем же вы это сделали?

– Да ведь мы не знали, что тебе так нужны эти жёлуди, – пояснил лисёнок.

– Мы думали, что это просто игра, – добавил медвежонок.

– Так, значит, вы спрятали мои жёлуди в другом месте, и вы можете мне их вернуть? – воодушевилась белка.

Волчонок притянул лисёнка за лапу и шепнул ему:

– Нельзя же сказать ей, что мы побросали жёлуди в реку! Ты представь только, что с нею будет.

– А что ты ещё предлагаешь? – смутился лисёнок.

– Ну, не знаю, – сказал волчонок. – Обмани её, что ли.

– Снова?! – удивился лисёнок. – Ты же видишь, к чему уже привёл наш обман.

– Да, – ответил волчонок. – Потому что мы бессовестно украли то, что нам не принадлежало. Но если мы найдём белке новые жёлуди, то искупим нашу вину. Не думаешь?

– А ведь это идея, – согласился лисёнок.

Белка меж тем всё так же вопросительно смотрела на лисёнка. Перейдя через собственный страх, лисёнок обратился к ней:

– Дело в том, белка, что… Понимаешь, мы сами забыли, куда спрятали жёлуди.

– Да? – опечалилась белка и опустила свою рыжую голову, так что даже уши её поникли. – Что ж, а я то думала, у меня у одной с памятью проблемы.

– Но мы можем тебе помочь, – добавил лисёнок.

Белка заинтересованно поглядела на него.

– Мы поможем, – сказал лисёнок смелее. – Найдём тебе новые жёлуди, и твоя семья не останется без еды. Не так ли, друзья?

– Да, да, – хором ответили волчонок с медвежонком.

И пошли волчонок, лисёнок и медвежонок искать жёлуди. Каждый дубок, встречавшийся им на пути, медвежонок обхватывал своими сильными лапами и тряс изо всех сил, так что жёлуди падали на землю, волчонок с лисёнком собирали их и тут же относили к белке, которая не могла нарадоваться своему счастью. Словно зачарованная, она следила за тем, как волчонок, лисёнок и медвежонок собирают для неё жёлуди, и удивлялась, как быстро и дружно они это делают. Солнце меж тем клонилось к горизонту, и к вечеру в беличьем дупле набралось желудей больше прежнего.

– Как же вы мне помогли! – восхищённо сказала белка, когда волчонок, лисёнок и медвежонок, уставшие после тяжёлой работы, присели около старого-престарого дерева. – Я не могу выразить, насколько признательна вам за помощь.

– Что ты, – мягко улыбнулся лисёнок.

– Мы ведь чувствовали себя виноватыми, – добавил медвежонок.

– Ага, – поддакнул волчонок. – Мы не могли сделать иначе.

– Ты же простишь нас? – спросил лисёнок.

– Я – вас? – с расстановкой спросила белка.

Волчонок, лисёнок и медвежонок стыдливо переглянулись.

– Да я ведь вас уже сто раз простила! – рассмеялась белка. – То, что вы сделали для меня – бесценно. А теперь – идите спать. Вы ведь так устали: приключений на сегодня у вас было предостаточно.

Попрощались волчонок, лисёнок и медвежонок с белкой и пошли по направлению к своим домам. Шли, а меж тем закатное солнце озарило золотым сиянием холодное осеннее небо, и хотелось как можно скорее лечь в кровать, согреться и уйти в мир грёз. Пока же друзья возвращались домой, они беседовали, пытаясь согреться разговорами.

– Хорошо всё-таки, что мы помогли белке, – сказал волчонок. – И ведь это даже весело было, разве нет?

– Ага, – поддакнул медвежонок.

– А вот обманывать мне совсем не понравилось, – добавил волчонок.

– И мне, – согласился медвежонок.

– И мне, – подтвердил лисёнок. – Но кто же знал, что обманывать – плохо?

– Зато теперь знаем, – улыбнулся волчонок. – Говорил я, что гадюка добру не научит!

– К тому же мы поняли, чем себя занять, – лукаво сказал лисёнок.

– Чем же? – уточнил волчонок.

– Зверям помогать! Вот тебе и приключение на каждый день.

– Кому же завтра поможем? – заинтересовался медвежонок.

– Посмотрим, – ответил лисёнок. – Кому-нибудь да поможем.

Тем и закончился этот осенний день, вначале казавшийся друзьям таким скучным.

«Маленькое чудо»

Жить одному в лесу невероятно скучно. Ни с кем не поиграешь, ни с кем не поболтаешь: какая от этого радость? Сидишь себе на пеньке и протяжно зеваешь. Другое дело, когда у тебя есть друзья. С ними никогда не заскучаешь. Так что иметь одного друга – хорошо, а двух – ещё лучше.

В одно прекрасное, солнечное утро пришли волчонок и медвежонок к лисьей норе – позвать лисёнка гулять. Зазвонили в дверной колокольчик и стали ждать. Ждали они, ждали, а к ним никто не выходит. Зазвонили ещё раз – и снова никого.

– Ну и дела, – присвистнул волчонок. – Никого, что ли, дома нет?

– Похоже на то, – сказал медвежонок. – Да где же тогда лисёнок? Он не говорил, что сегодня его не будет.

– Ли-сё-но-ок! – крикнул волчонок и застучал в дверь, сколоченную из щербатых досок. – Да что ж такое, – и заглянул в отверстие от выпавшего сучка.

Вдруг кто-то резко открыл дверь, и волчонок упал навзничь. В дверном проёме стоял лисёнок и не то удивлённо, не то испуганно смотрел на волчонка.

– Волчонок, ты что? – тихо спросил лисёнок.

– Что-что! – заныл от боли волчонок и привстал на лапы. – Пришли, чтоб гулять тебя позвать, а ты меня всего искалечил! Помоги встать, – и протянул лисёнку лапу.

Лисёнок поднял волчонка и тревожно оглянулся.

– Что оглядываешься? – поинтересовался волчонок.

– Так, ничего, – лисёнок махнул лапой. – Зря вы так рано. Вы идите к раскидистому дубу, я вас догоню.

– Да ладно, лисёнок, – добродушно улыбнулся медвежонок. – Мы никуда не торопимся.

– Уж подождём, – добавил волчонок, потирая больной бок. – Можно пока к тебе зайти?

– Нет, – резко произнёс лисёнок и, почувствовав на себе удивлённый взгляд волчонка, добавил: – Долго ждать не заставлю, я мигом.

– Ладно, ладно, – ответил волчонок и отошёл вместе с медвежонком в сторону.

Лисёнок захлопнул дверь и направился к своей комнате, как вдруг услышал мамин голос:

– Лисёнок! Ты идёшь гулять с друзьями?

– А-а-а… м-м… не знаю, – ответил лисёнок. – Ещё не решил.

– Что ж, когда решишь, дай знать, – мама-лисица на мгновение выглянула из кухни. – Надо ведь братика твоего выгулять, а у меня сегодня столько дел, столько дел! – сказала она и скрылась.

– Да ведь ему будет с нами скучно, – неуверенно сказал лисёнок.

– Конечно же нет! – из кухни прозвучал мамин звучный смех. – Он тебя та-ак любит!

Лисёнок закатил глаза.

– С тобой ему всегда весело, – продолжала мама-лисица. – Вместе всегда веселей! А уж твои друзья… Они ведь тебе почти как родные братья, так что с ними ему тоже будет весело.

– Хорошо, мам, – громко ответил лисёнок и, прихватив в своей комнате тряпичный узелок с орешками, чуть слышно направился к выходу из норы, бормоча себе под нос: – Вот именно, как родные братья. Как родные. Так зачем же мне братик, когда у меня друзья есть? Сам пусть себя выгуляет.

И вышел лисёнок к волчонку с медвежонком.

– Идёмте же скорее, – нарочито бодро сказал лисёнок.

– Куда? – удивился медвежонок. – Мы не спешим.

– Всё равно, пойдёмте скорее! – повторил лисёнок. – Ведь мы столько всего можем сегодня сделать.

– Ну, не знаю даже, – задумался волчонок. – Мы пока ещё не думали, что будем делать. Тебя позвать хотели, и только.

– Что ж, – лисёнок нервно почесал затылок. – Давайте что-нибудь быстро придумаем.

– Скорее, быстро: куда ты так торопишься? – волчонок развёл лапы.

Вдруг сзади лисёнка хлопнула дверь. По его телу пробежала мелкая, неприятная дрожь, словно на него дунул холодный, пронизывающий ветер.

– Лисёнок! – завизжал чей-то радостный, звонкий голос.

Волчонок, лисёнок и медвежонок оглянулись. У двери в лисью нору стоял ещё более маленький лисёнок – лисёныш – и широко улыбался. На фоне огненно-красной шерсти его глаза, казалось, горели радостью и восхищением. Несколько секунд он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, но, не удержавшись, стремительно побежал к лисёнку и крепко обхватил его лапу. Лисёнок молча взглянул на друзей, надеясь увидеть в их глазах отвращение к мелкому зверёнышу, но вместо этого заметил умиление.

– А ты и не говорил нам, что у тебя есть братик, – мягко произнёс медвежонок.

– Мы даже не подозревали, – улыбнулся волчонок.

– Согласись, – обратился медвежонок к волчонку. – Они ведь так похожи!

– Ага, – поддакнул волчонок.

– Ушки те же, – заметил медвежонок.

– И глаза – точь-в-точь как у нашего лисёнка! – добавил волчонок.

– Да бросьте, – отрезал лисёнок. – Не так уж мы и похожи.

– Конечно, не похожи, – усмехнулся волчонок. – Вот только лицо один в один, а так – совсем не похожи.

– Всё шутки шутите, – с обидой в голосе произнёс лисёнок.

– Да ладно тебе, лисёнок! – сказал волчонок. – Мы же не в обиду, а наоборот.

– А что это у тебя такое? – поинтересовался медвежонок, заметив в лапах лисёнка узелок.

– Орешки, – пояснил лисёнок. – Думал с вами поделиться. Покушать, в общем. Ну, или с белочкой поделиться, если вы не захотите.

– Я хочу! – воскликнул лисёныш и требовательно посмотрел на лисёнка.

– Ты только что кушал, – твёрдо ответил лисёнок.

– Ну пожа-а-алуйста, – молящим голосом попросил лисёныш.

– Дай ребёнку орешки, – повелел волчонок.

– Не приказывай мне, – сказал лисёнок резким тоном. – Не хочет лисёныш никаких орешков. Это он просто так просит. А вот медвежонок, наверное, не против погрызть орешки. Да, медвежонок?

– Спасибо, лисёнок, не нужно, – ласково ответил медвежонок. – Лучше дай их лисёнышу.

Лисёныш, почувствовав победу, выдернул из лап лисёнка узелок с орешками и начал развязывать его, но тот не поддавался, и узелок, казалось, затягивался ещё сильнее. Лисёнок скрестил лапы и молча наблюдал, как его братик, сдвинув брови, пытался решить непосильную задачу. Волчонок же сочувственно смотрел на лисёныша, и, постояв с минуту, всё же не утерпел:

– Дай я тебе помогу, – и взялся за узелок, но, не в силах развязать его, просто разорвал тряпочку, в которой лежали орехи, и они высыпались на землю.

Лисёнок с укоризной покачал головой.

– Г-хм, г-хм. Что нужно сказать, когда тебе помогли? – строго спросил он у братика, неожиданно почувствовав ревность.

Лисёныш оглянулся, вопросительно взглянул на лисёнка и, осознав, что от него хотят, низко поклонился волчонку:

– Спаси-ибо! – и обнял волчонка.

– О-о-о, – умилился волчонок. – Какой воспитанный лисёныш! Что ж ты раньше скрывал от нас это маленькое чудо?

– К разговору как-то не приходилось, – сухо ответил лисёнок и отвернулся.

– А давайте играть в догонялки? – предложил озорной лисёныш и тут же побежал. – Чур, меня не поймаете!

– Бежим скорее! – воодушевился медвежонок и побежал вслед за лисёнышем.

Волчонок – за ними.

А лисёнок даже не шевельнулся и только тяжело вздохнул:

– Тоже мне, маленькое чудо. Лучше бы его вообще не было.

И наклонился, чтобы собрать разбросанные по земле орешки. Собрал, положил на пенёк около лисьей норы, да и пошёл за друзьями.

Лисёныш был необычайно быстрый. Даже медвежонку с волчонком, обожавших игру в догонялки, приходилось нелегко. К тому же он то и дело прятался за широкими стволами деревьев, которые скрывали его целиком. И вот, лисёныш стремительно выбежал на просторную поляну, за ним – запыхавшиеся волчонок с медвежонком, а там уж пришёл и лисёнок, молча следивший за друзьями и неугомонным младшим братом.

– Ну что, наигрались? – едко спросил лисёнок, когда подошёл к пытавшимся отдышаться волчонку и медвежонку. Лисёныш меж тем бегал вдалеке по кругу и не останавливался ни на секунду, словно заводная машинка.

– А? У-ух, да что ты, – ответил волчонок. – Мы не устали нисколечко.

– С твоим братом, у-ух, очень весело играть, – добавил медвежонок.

– Да-да, я вижу, – усмехнулся лисёнок. – Ну же, бегите дальше! Что вы прохлаждаетесь?

– Хочешь с нами? – предложил волчонок.

– Да нет, что ты. Я вас не догоню, – съязвил лисёнок.

Вдруг где-то вдалеке прозвучал пронзительный голос, похожий на птичий.

– Вы слышали? – спросил медвежонок, оглядываясь по сторонам.

– Кричит кто-то, – добавил волчонок.

– Подумаешь, – сказал лисёнок. – Может, птица мимо пролетела. В первый раз как будто слышите.

И вновь прозвучал птичий клёкот, но уже ближе.

– Теперь не в первый раз. Вот, уже второй, – заметил медвежонок.

– Ну и пусть себе кричит эта птица, нам-то что? – спросил лисёнок, удивлённо пожав плечами.

В этот момент в небе появился коршун и, размахивая своими громадными, как листья папоротника, крыльями пролетел над самыми головами волчонка, лисёнка и медвежонка, так что они еле успели пригнуться, крепко схватил своими кривыми когтями лисёныша, беспечно бегавшего по полянке, и мигом скрылся за близстоящими деревьями. Волчонок, лисёнок и медвежонок испуганно глядели вслед.

– Что же мне теперь скажет мама, – озабоченно, с расстановкой пробурчал под нос лисёнок.

– Ой-ёй-ё-ёй, – сказал вдруг медвежонок задрожавшим от волнения голосом. – Ой-ёй-ёй-ёй-ё-ёй!

– Что ой-ёйкаешь? – огрызнулся лисёнок. – Твоё ой-ёй-ёй не поможет!

– А что же я ещё могу сделать? – спросил медвежонок. – Я только это и могу.

– Идти вперёд надо! – воскликнул лисёнок и, окинув друзей с головы до ног укоряющим взглядом, добавил: – А не стоять, как деревья.

И лисёнок, гордо выпятив грудь, пошёл по направлению, где исчезли коршун с лисёнышем. Волчонок и медвежонок – за ним.

– Бра-ати-ик! – кричал лисёнок, оглядываясь на вершины деревьев. – Где-е ты-ы?

– Лисёныш! Лисёныш! – зазывали волчонок и медвежонок вслед за лисёнком.

– Что ж ещё такое сказать, чтобы он откликнулся? – спросил у друзей лисёнок. – А, знаю, – и снова закричал: – Бра-ати-ик! Мама будет волноваться, что нас так долго нет дома! Ты же не хочешь, чтобы она волновалась? Да? От-зо-ви-ись!

– А ты как будто не волнуешься, – съязвил волчонок, ускорив свои шаги и поравнявшись с лисёнком.

– Я? – усмехнулся лисёнок. – Совсем не волнуюсь.

– Да ладно тебе, – улыбнулся волчонок. – Я же вижу, что волнуешься.

– Каким же образом? – спросил лисёнок.

– Ведёшь себя по-другому, вот каким, – пояснил волчонок. – До этого ты себя вёл глупо.

– Я-то глупо? – удивился лисёнок. – Ну, не скажи. Это ты себя вёл, словно тебе столько же, сколько моему младшему брату!

– Это как раз не глупо, – заметил волчонок. – Это я ему подыгрывал, твоему лисёнышу. А ты заупрямился. Надулся, как ребёнок.

– Ну всё, хватит, – лисёнок отмахнулся и, ускорив шаг, снова крикнул: – Бра-ати-ик!

– Погоди, я не договорил! – сказал волчонок, удерживая лисёнка за плечо. – Я хотел сказать, что сейчас ты поступаешь, как самый настоящий старший брат.

– То есть как это? – лисёнок остановился, пристально посмотрел волчонку в лицо и усмехнулся. – Или ты просто шутишь, а я, дурак, повёлся?

– Нет, – ответил волчонок. – Над такими вещами я не шучу. Старший брат – он в любой беде помогает и просто так младшего не бросит. Это я хорошо знаю. У меня ведь тоже брат есть, и он всегда ведёт себя так, как вот ты сейчас.

– Да? – лисёнок самовлюблённо повёл головой. – Ну, я даже не знаю. Мне кажется, такова наша лисья порода…

– Друзья, – прервал лисёнка медвежонок и указал на крону одного из деревьев. – Мне кажется, или во-он на той ветке сидит лисёныш?

Волчонок и лисёнок посмотрели в ту сторону, куда указывал медвежонок. И точно: высоко-высоко, на длинной ветви векового клёна, расположилось птичье гнездо, а из него молчаливо выглядывал лисёныш.

– Братик! – крикнул лисёнок, неожиданно почувствовавший прилив радости.

Лисёныш, увидев старшего брата, засмеялся:

– Лисёнок! Лисёнок!

– Вот и нашли, – весело заметил волчонок.

– Осталось только, чтобы он спустился, – добавил медвежонок.

– Братик, спускайся вниз! – сказал лисёнок, указав обеими лапами на землю.

Лисёныш, опустивший вниз голову и увидевший непреодолимое расстояние между ним и лисёнком, испуганно крикнул:

– Я боюсь высоты!

Друзья вопросительно переглянулись.

– И что же мы будем делать? – первым спросил волчонок.

– Кто бы знал, – заметил лисёнок и, с минуту помолчав, воодушевлённо спросил: – Медвежонок, а ты разве не умеешь залезать на деревья?

– Не знаю, – ответил медвежонок. – Вроде мне говорили, что должен уметь, но я ещё не пробовал.

– Так пробуй! – повелительно сказал ему лисёнок. – Залезай на дерево и спускай лисёныша!

– Что ж, почему бы и нет, – подумал медвежонок и начал медленно забираться на дерево.

Забравшись на ветвь, медвежонок присел, посмотрел на гнездо и весело сказал:

– Похоже, лисёныш тут не один.

– То есть? – удивился лисёнок.

– Тут ещё коршунёнок сидит, – пояснил медвежонок и, увидев, как птенец пытается ухватить своим кривым клювом хвост лисёныша, добавил: – Похоже, что голодный. У меня такое же выражение лица, когда я есть хочу.

– А это значит, что скоро прилетит коршун, и они съедят лисёныша заживо! – испуганно прошептал лисёнку волчонок.

– Так спускай же лисёныша скорее! – крикнул лисёнок.

– Хорошо, сейчас, – ответил медвежонок и опустил вниз голову. Увидев расстояние между ним и землёй, он тут же крепко схватился за ветвь и оцепенел.

– Медвежонок, ты что? – смутился волчонок.

– Я… я… я б-б-боюсь, – ответил медвежонок.

– Отлично, – прошептал лисёнок волчонку. – Теперь коршун с коршунёнком и медвежонка съедят впридачу.

– Что же делать будем? – спросил волчонок.

– Не знаю, – пожал плечами лисёнок. – Но надо что-то сделать как можно скорее.

– Слушай, а давай привяжем на ветку канат? – предложил волчонок. – И тогда лисёныш с медвежонком легко оттуда спустятся!

– Отличная идея, – оценил лисёнок. – Только где мы возьмём этот канат и, тем более, как мы его привяжем?

– Я побегу к своим качелям, сделанным из верёвки, и принесу канат, а ты за белкой беги. Она ведь ловкая, она канат и привяжет, – пояснил волчонок.

– Давай, – согласился лисёнок.

И побежали друзья обратно, к своим домам. Зашёл волчонок в волчье логово, позвал маму-волчицу, и пошли они развязывать качели. Лисёнок тем временем – за орехами, лежавшими на пеньке у лисьей норы, и мигом искать белку. Должна же она быть неподалёку! А волчонок, уже с массивным узлом каната в лапах, заторопился, спотыкаясь, к вековому клёну с гнездом, прибежал, а лисёнка меж тем всё не было. Один только медвежонок как висел, так и висит на ветке, а лисёныш вертится в гнезде, как юла.

Услышал волчонок шорох и оглянулся: это пришёл, устало ковыляя, лисёнок. Один. С лесными орешками.

– Ты что принёс? – удивился волчонок. – Тебе белку надо было искать, а не орехи.

– Да знаю я, – огрызнулся лисёнок. – Не нашёл я белку. Нету её.

– И потому ты принёс орешки, да? – уточнил волчонок. – Чтоб не так грустно было?

– Да причём тут орехи! – возмутился лисёнок. – Это я взял, чтоб белку угостить. Хочешь, сам теперь грызи, мне не жалко.

Лисёнок протянул волчонку орешки, но тот лишь отмахнулся, и тогда лисёнок высыпал их на землю и, расстроившись, присел на корточки.

– Лисёнок, что с тобой? – удивился волчонок.

– Ничего, – всхлипнув, ответил лисёнок и отвернулся. – Какой из меня старший брат, если я даже спасти лисёныша не могу?

– Ну, ты ведь старался, – пытался успокоить его волчонок.

– Старался, – горько усмехнулся лисёнок. – Я, понимаешь, старался, а моего братика в итоге съедят. Кому нужно такое старание?

– Ты ни в чём не виноват, – ответил волчонок.

– Если бы, – всхлипнул лисёнок. – Я как раз и виноват.

– Да не виноват ты, – сдвинул брови волчонок.

– Нет, виноват, – твёрдо сказал лисёнок. – Когда вы играли в догонялки, я сказал себе, что лучше бы у меня вообще не было брата. Никогда.

Волчонок молча посмотрел на лисёнка устало-сочувствующим взглядом и как-то тяжело вздохнул.

– Слово – не воробей: выпустишь – не поймаешь. Но одно дело – слова, а другое – поступки, – задумчиво произнёс волчонок. – Вместо того, чтобы переживать тут попусту, подумай лучше, как использовать этот канат, – сказал он и толкнул лапой узел.

Лисёнок вопросительно посмотрел на волчонка, как бы желая ему возразить, но промолчал и краем глаза взглянул на верёвку.

– А зачем нам нужна белка, если мы и сами способны привязать канат? – вдруг воодушевился лисёнок.

– Как сами? – удивился волчонок. – Ты что, тоже умеешь залезать на деревья?

– Я? Нет, – ответил лисёнок.

– Вот и я тоже нет, – добавил волчонок. – Что ж ты тогда предлагаешь глупости?

– Не глупости. Видишь медвежонка? – спросил лисёнок.

– Как же его не видеть, – ответил волчонок. – Висит, как луна средь ясного ночного неба.

– Мы ему кинем верёвку, он её схватит и привяжет к ветке, а потом они с лисёнышем поочерёдно спустятся, – пояснил лисёнок.

– Думаешь, он схватит? – с сомнением в голосе спросил волчонок.

– Куда ж ему деваться, – усмехнулся лисёнок. – Главное, его об этом не спрашивать, а то ведь он даже слушать не станет.

Лисёнок взял в обе лапы канат, крикнул:

– Медвежонок, лови! – и бросил в него верёвку.

Онемевший медвежонок, краем уха услышав, что его зовут, по привычке повернул голову в ту сторону, откуда шёл зов, и, увидев стремительно летящую на него верёвку, испуганно схватил её одной лапой, боясь упустить, в то время как другой он всё ещё крепко держался за ветвь дерева.

– Во-от, – радостно крикнул лисёнок.

– Что это вы мне такое бросили? – удивился медвежонок, ещё не успевший опомниться.

– Закрепи верёвку, дай лисёнышу по ней спуститься и сам слезай! – ответил лисёнок.

– А-а, понял, – обрадовавшись, сказал медвежонок. – И коршунёнка тоже спускать?

– Нет-нет-нет, – торопливо ответил волчонок. – Его незачем снимать. Он же лисёныша мог съесть!

– Разве? А по-моему, лисёныш с ним подружился, – добродушно ухмыльнулся медвежонок.

– Шутишь, что ли? – смутился лисёнок.

– Да нет же. Вам оттуда не видно?

– Нет, – нетерпеливо ответил лисёнок.

– Они играют в ладушки, – пояснил медвежонок. – А до этого играли в молчанку.

Волчонок и лисёнок переглянулись.

– Это я его играть научил, – гордо заметил лисёнок и крикнул: – Всё равно, только лисёныша спускай!

И привязал медвежонок верёвку к ветке. Лисёныш, словно не желая прощаться с коршунёнком, ещё некоторое время вертелся в гнезде. Но солнце уже клонилось к горизонту, а дома надо быть до вечера, иначе мама будет волноваться. Это даже лисёныш понимал.

– Ну, мне к маме пора, – сказал лисёныш коршунёнку, но тот в ответ жалобно запищал. – Ну, ну, не расстраивайся! Если хочешь, я к тебе ещё вернусь. Хочешь? – спросил лисёныш.

Коршунёнок одобрительно кивнул головой и радостно замахал крохотными, покрытыми пухом крылышками.

– Вот и хорошо, – произнёс лисёныш и, увидев парящего в высоте коршуна, добавил: – А вот и твоя мама летит. Так что мне точно пора. До встречи!

И всё же лисёнышу было жалко, что день так быстро прошёл. Он спустился по верёвке; медвежонок – за ним.

Оказавшись на земле, лисёныш тут же бросился к стоявшему впереди лисёнку и крепко обнял его, как этим утром, когда друзья собирались пойти на прогулку.

– Вот и славно, – сказал лисёнок, почувствовавший, будто камень свалился с его плеч. – Даже на душе как-то легче стало.

Лисёнок, ощущая тепло от объятия младшего брата, как-то неожиданно ласково провёл своей лапой по его огненно-рыжей голове. Волчонок посмотрел на лисёнка со смешливым прищуром.

– Что? – смутился лисёнок.

– Да так, ничего, – ответил волчонок, не в силах скрыть улыбку. – Просто маленькое чудо.

Вдруг медвежонок воскликнул:

– Ой!

Волчонок и лисёнок вопросительно переглянулись, боясь, как бы ещё чего не вышло.

– Тут кто-то орехи рассыпал, – добавил медвежонок.

– А-а, это мои, – успокоившись, пояснил лисёнок. – Хотите, кушайте.

– Я хочу! – сказал лисёныш и умоляюще попросил: – Мо-ожно?

Лисёнок почувствовал на себе пристальные взгляды волчонка и медвежонка. Он украдкой взглянул на них, на младшего брата, затем снова на друзей и, переведя дух, ответил:

– Конечно, можно.

Обрадовавшийся лисёныш тут же собрал орешки, и друзья направились домой. Тем и закончился этот день, насыщенный приключениями и оттого показавшийся волчонку, лисёнку и медвежонку ещё более прекрасным.

«После дождя»

Лето! Долгожданное лето! Время, когда можно нежиться на солнышке – и скрываться от него, утомившись, под кроной деревьев. Когда можно искать приключений – или, в жару, лежать на траве и ничего не делать. Что ни выберешь – всё хорошо. Особенно когда рядом с тобой друзья, которые и в беде не бросят, и настроение всегда поднимут, даже если ты угрюмый, как дождевая тучка.

Кстати, о дожде. Однажды летом волчонку, лисёнку и медвежонку не повезло. Они сидели, как всегда, под тенью раскидистого дуба – и прятались совсем не от солнца, а от дождя. По траве стучали, распадаясь на многочисленные брызги, крупные, тяжёлые капли. Внезапно над головами друзей раздался чудовищный грохот – словно небо треснуло. Медвежонок даже ахнул от испуга – и присел.

– Что это? – тихо спросил он.

– Гроза, – невозмутимо ответил волчонок.

– Не просто гроза, а весь день насмарку, – безутешно пробурчал лисёнок, держа в руках скакалку и искоса поглядывая на мрачное, тёмное небо. – В такую погоду и в прыгалки играть не хочется.

– Грозы быстро заканчиваются, – заметил волчонок.

– Всё равно – насмарку, – упрямо произнёс лисёнок. – Земля, вон, мокрая вся. Не только сегодня, но и завтра не просохнет, – затем добавил с особым презрением: – Гр-рязь, лужи!

– Может, попрыгаем через лужи?.. – тихо предложил медвежонок.

– Лучше уж сразу по лужам, – съязвил лисёнок.

– Давайте поиграем в слова, – предложил волчонок.

– Ску-у-учно! – лисёнок демонстративно зевнул.

– Так что же ты хочешь? – возмутился волчонок.

– Ничего не хочу, – лениво потягиваясь, промолвил лисёнок. – Если лето всё такое будет, то уж лучше осень… Нет, там тоже дожди. Зиму! Зиму хочу.

– Ну уж нет, зиму не хочу, – содрогнулся волчонок. – Холодно.

– И сонливо, – добавил медвежонок.

Постепенно гром утих. Молнии сверкали всё реже. Тучи рассеялись, и между ними проблеснуло солнце, осветив поляну перед раскидистым дубом.

– Ладно, – сказал лисёнок. – Предлагаю вот что.

Волчонок и медвежонок с любопытством взглянули на лисёнка.

– Давайте спросим кого-нибудь, чем нам заняться.

– Кого? – уточнил медвежонок.

– Кого угодно, – ответил лисёнок. – В этом вся суть. Спросим первого попавшегося зверя. Что скажет – тем и займёмся.

– Не нравится мне эта идея, – отрицательно помотал головой волчонок. – Мало ли что нам скажут?

– Вот сейчас и узнаем, – заключил лисёнок и стал оглядываться, выискивая любого зверя поблизости.

Внезапно под крону раскидистого дуба стремглав влетела птица. Она присела на ветку, и с потревоженных ею листьев покатились одна за другой дождевые капли – стуча по голове лисёнка, как по барабану. Лисёнок, раздражённо стряхнув с шерсти воду, обратился к птице:

– Мы тут от дождя, вообще-то, прячемся! Осторожнее надо!

Птица выглянула из-за листьев и окинула острым взглядом наших друзей. Вид у неё был необычный; никогда ещё они не видели такой птицы. Она была чёрная-пречёрная, как сама ночь, словно её измазали в саже. И два маленьких чёрных глаза, окаймлённые тоненькой золотистой полоской, будто пронзили лисёнка насквозь.

– Ты кто? – уже менее уверенно спросил лисёнок.

– Дрозд, – представилась птица. – Чёрный дрозд.

– Приятно познакомиться, – добродушно улыбнулся медвежонок.

Лисёнок молча, искоса глянул на медвежонка.

– А вы кто? – поинтересовался дрозд.

– Я лисёнок, – сказал лисёнок и, поочерёдно указав на волчонка с медвежонком, добавил: – А это волчонок и медвежонок.

– Ага-а… Значит, три хищника? – почему-то переведя взгляд на волчонка, спросил дрозд.

– Три друга, – тихо ответил волчонок; от взгляда дрозда ему тоже стало не по себе.

– А есть какая-то разница? – удивился дрозд.

Волчонок незаметно толкнул лисёнка в бок и еле слышно прошептал:

– Спросим первого попавшегося, говоришь?

Неожиданно дрозд спорхнул с ветви на землю и стремительными прыжками, держа приподнятым свой длинный хвост, приблизился к волчонку, лисёнку и медвежонку.

– Что ж, тогда давайте дружить, – сказал дрозд, пристально смотря в глаза медвежонка.

– Давай, – оторопев, согласился медвежонок.

Волчонок и лисёнок испуганно взглянули на медвежонка.

– Друзья ведь ничего друг от друга не скрывают, правда? – холодно спросил дрозд у медвежонка, прыгнув к нему на лапу и оказавшись прямо перед его глазами.

– Ничего, – согласился медвежонок, слегка отпрянув.

– И слово всегда сдерживают, так? – продолжал дрозд, смотря прямо в глаза медвежонку.

– Всегда, – вновь согласился медвежонок.

– Это как посмотреть, – возразил волчонок.

– Значит, ты от меня ничего не скроешь? – не отрывая гипнотического взгляда от медвежонка, спросил дрозд.

Медвежонок невольно обернулся на друзей, ища поддержки. Те всем своим видом пытались показать медвежонку, чтобы он, наконец, замолчал и перестал соглашаться со всем, что говорит дрозд. Но медвежонок, как заколдованный, проговорил:

– Слово друга.

– Ага, – победоносно улыбнулся дрозд. – Мне послышалось, или вы хотели заняться всем, что вам только скажет первый попавшийся зверь?

– В общем-то… – начал лисёнок, которому принадлежала эта затея.

– Послышалось, – перебил волчонок, который хотел поскорее отвязаться от дрозда.

Дрозд перевёл свой взгляд на медвежонка.

– Не послышалось, – наивно сказал ничего не подозревающий медвежонок.

– Верю другу, – кивнув, сказал дрозд и обратился ко всем троим. – Тогда у меня к вам вот какое задание. Ищите улиток.

– Каких ещё улиток? – удивился лисёнок.

– Вы что, никогда не видели улиток? Маленькие такие. Слизнячки. С раковинами на спине. Ползают там и сям по траве. Очень… – дрозд в этот момент сглотнул слюну, – …красивые.

– А зачем тебе нужны улитки? – решил уточнить волчонок.

– Да вот хотел… – задумался дрозд. – Ну, вы же сами понимаете.

– Научить их прыгать? – улыбнулся наивный медвежонок.

– Прыгать? – удивился дрозд.

– Прыгать, – подтвердил медвежонок и попытался объяснить: – Ты же сказал, что улитки только ползают. А ты так хорошо прыгаешь! Никогда ещё не видел таких прыгучих птиц. И вообще зверей. Научишь их прыгать – и улитки смогут перемещаться далеко-далеко…

– Гх-м… – неуверенно согласился дрозд. – Ну да, прыгать.

– Например, через скакалку… – восхищённо продолжал медвежонок. – Не представляешь, какое это будет для них счастье – прыгать!

– Конечно, прыгать, – смутившись от такого воодушевления медвежонка, покорно поддержал дрозд. – Я научу их прыгать…

– Прямо в желудок, – насмешливо шепнул волчонок лисёнку.

– Погоди, – заметил лисёнок волчонку и добавил: – Дрозд почему-то растерялся.

– А… а что такое скакалка? – неуверенно спросил заинтересовавшийся дрозд.

– Как? – удивился медвежонок. – Ты не знаешь, что такое скакалка?

– Нет, – дрозд почувствовал себя неловко.

– Это же одна из лучших игр!

– Игра?

– Да! – радостно ответил медвежонок. – Какая твоя любимая игра?

– Петь…

– А с кем ты обычно поёшь? – полюбопытствовал медвежонок.

– Один, – ответил дрозд.

– Так это же не игра, – возразил медвежонок и пояснил: – Игра – это когда ты с кем-то весело проводишь время.

– Значит, я никогда ни во что не играл, – грустно вздохнул дрозд. – Единственное, что я умею, это петь… – и дрозд запел.

Дождь уже закончился, небо совсем прояснилось и солнце осветило весь лес, так что даже вода в сверкающих лужах заиграла озорными бликами. Но чёрный дрозд свистел так, словно для него царила вечная ночь. Его пение, похожее на жалобную мелодию флейты, казалось настолько печальным, что волчонок, лисёнок и медвежонок невольно – с сочувствием – переглянулись.

– Может, поиграем в прыгалки? – неожиданно предложил лисёнок, когда дрозд закончил своё пение и выжидающе взглянул на всех троих.

– А вы меня научите? – с надеждой спросил дрозд.

– Конечно, – сказал волчонок. – Сейчас всё покажем.

– Мы же друзья, – добавил медвежонок.

Волчонок и лисёнок взялись за оба конца скакалки и стали её крутить, а медвежонок начал прыгать через неё, неуклюже отрывая свои лапы от земли. Поскольку он был тяжёлый и малоповоротливый, медвежонку не всегда удавалось удачно прыгнуть – иногда скакалка путалась у него под лапами, и друзья хохотали. Так что каждый раз, когда она, сделав круг в воздухе, приближалась к медвежонку, волчонок и лисёнок хором кричали: «Прыгай!», чтобы медвежонок успел вовремя подпрыгнуть и игра не оборвалась. Дрозд смотрел на них, как заворожённый, и считал каждый удачный прыжок: раз, два, три, четыре, пять… Глаза его стали счастливыми. Он и не подозревал, что прыгать через скакалку может быть так весело.

– Всё, я устал, – запыхавшись, сказал медвежонок и сел на землю.

– Можно теперь я? – попросил дрозд.

– Давай, – сказал волчонок. – Становись сюда!

– Подпрыгивай, когда скакалка находится внизу, – с видом знатока отчеканил лисёнок.

– Хорошо… Но вы мне всё равно говорите, когда прыгать. Как медвежонку. Пожалуйста, – как бы извиняясь за свою неумелость, попросил дрозд.

«Прыгай» – звучало через каждые несколько секунд. И дрозд послушно прыгал. Не в силах сдержать радость, он присвистывал при каждом удачном прыжке. Внезапно дрозд понял, что слова «друг» и «хищник» – отнюдь не одинаковые, как он думал раньше. Эти трое – волчонок, лисёнок и медвежонок – вкладывали в слово «друг» нечто другое: внимание, тепло, смех… «Неужели улитки и вправду не умеют прыгать?» – промелькнуло у дрозда в голове.

– Пошли к улиткам, – сказал дрозд, когда игра закончилась.

– Давай передохнём, – волчонок и лисёнок устало повалились на землю.

– Некогда отдыхать! – воскликнул дрозд и стал подгонять своими крыльями друзей, чтобы те встали. – Нужно научить их прыгать! Как можно быстрее! Чтобы они могли играть в скакалку!

И пошли четыре друга по лесу: волчонок, лисёнок, медвежонок – и дрозд.

– Ищите между травинками. Везде. И смотрите не наступите! Они очень хрупкие. Разда́вите, – предупреждал дрозд.

Волчонок, лисёнок и медвежонок, шагая вслед за дроздом, внимательно глядели под лапы. Дрозд же перепрыгивал с места на место, высматривая своим зорким взглядом улиток.

– Вот одна! – вдруг воскликнул дрозд и подозвал кивком друзей.

Волчонок, лисёнок и медвежонок пригнулись к земле – там, в зарослях, сидела на земляничном листе большущая улитка и качала из стороны в сторону своими рожками, на которых у неё располагались глаза. Раковина на спине этой улитки была спирально закрученная, ребристая, красивого тёмного жёлто-коричневого цвета. Любопытный медвежонок приблизился к ней так, что улитка с испугу втянула рожки и замерла.

– Не бойся! – мягко произнёс медвежонок. – Мы не хотим тебя обидеть!

Улитка никак не отреагировала – и оставалась неподвижной.

– Я хочу научить тебя прыгать! – в радостном нетерпении воскликнул дрозд.

Улитка с любопытством выдвинула один глаз и искоса посмотрела на дрозда.

– Ты? – презрительно произнесла улитка. – Тоже мне учитель. Ты просто хочешь меня съесть, и всё, – улитка поспешно убрала свой глаз.

– Не съесть, – возразил дрозд. – Дружить.

– Да, дружить! – поддакнул медвежонок.

Улитка выдвинула оба глаза и окинула взглядом всех четверых.

– А вы кто такие? – спросила она. – Четыре хищника?

– Четыре друга, – поправил лисёнок.

– А есть какая-то разница? – удивилась улитка. – Вы же мне не друзья. Мы с вами даже не знакомы. Кроме дрозда, конечно. Но он мне не друг, а враг, готовый съесть меня в любую минуту.

– Это волчонок, лисёнок и медвежонок, – представил своих друзей дрозд и добавил: – Есть мы тебя не будем. Можешь нам довериться.

– Я никому не доверяю, – сказала улитка. – Из всех улиток в этих зарослях осталась одна я.

– Тем более! – воскликнул медвежонок.

– Что тем более? – в недоумении спросила улитка.

– Тебе нужно научиться прыгать, чтобы перемещаться далеко-далеко! – сказал медвежонок.

– Исключено, – ответила улитка.

– Познакомишься с новыми улитками! – заметил лисёнок.

– Не могу, – настойчиво отказывалась улитка.

– Не оставаться же тебе одной, – добавил волчонок.

– Я не уйду отсюда, – твёрдо сказала улитка. – Я живу здесь всю свою жизнь. Я вылупилась из яйца неподалёку от этого места. Видела, как день ото дня растёт земляника, как появились первые ягоды. Здесь родились мои близкие. Мы вместе ползали по этим стеблям и объедали листики. Здесь мои воспоминания – мой дом. И вы ещё хотите, чтобы я отсюда уползла?

– Постой! А научиться прыгать? – воскликнул дрозд. – Это так весело!

– Будешь играть в скакалку вместе с нами, – поддержал медвежонок.

– Раз уж ты всегда здесь… – начал волчонок.

– То мы всегда можем приходить к тебе, – перебил волчонка лисёнок.

– И играть, – добавил волчонок.

– И ты не будешь одинока, – подытожил дрозд.

Улитка внимательно выслушала их – и сказала:

– Должна вас расстроить. Научиться прыгать я никогда не смогу. У улиток ведь нет лапок. Ни как у тебя, волчонок. Ни как у тебя, лисёнок. Ни как у тебя, медвежонок. И ни как у тебя, дрозд. Ни-ка-ких лапок.

– То есть ты никогда не сможешь играть в скакалку? – расстроился медвежонок.

– Ни-ког-да. У меня другие радости, – улыбнулась улитка. – Знаете, когда я чувствую себя счастливой?

– Когда? – с любопытством спросили волчонок, лисёнок, медвежонок и дрозд.

– После грозы, – ответила улитка. – Как сегодня. Когда воздух пропитан запахом сырой земли. И капли, висящие на листьях, скатываются от малейшего дуновения ветерка. А на небе появляется радуга.

– Радуга? – удивились четверо друзей.

– Вы никогда не видели радугу? – удивилась улитка. – Тогда поднимите глаза к небу. Смотрите!

Волчонок, лисёнок, медвежонок и дрозд посмотрели наверх. Там, на синем небосводе, высоко над кронами деревьев, висел волшебный мост. Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый! Все цвета одновременно! Это было даже волшебнее осеннего разноцветья, когда пёстрый ковер из листьев прощально освещается закатным солнцем.

Улитка любовалась тем, как волчонок, лисёнок, медвежонок и дрозд, запрокинув головы, зачарованно смотрели на небо.

– И прыгать не надо, – вдруг насмешливо произнесла она. – А сейчас я вынуждена вас покинуть. Мне нужно до заката перебраться вон на тот лист.

– Так он же рядом, – заметил медвежонок.

– А переползать полдня, – улыбнулась улитка. – Мы, улитки, медленные. Живём без спешки.

– Я помогу, – вдруг предложил дрозд, быстро схватил своими когтями улитку за раковину и в два счёта перенёс её на соседний земляничный лист.

– Не ожидала такой помощи от дрозда, – удивилась улитка. – Спасибо!

Радуга растаяла прямо на глазах у друзей. И небо стало таким же, как прежде.

– И так после каждого дождя? – спросил лисёнок, указав на небо.

– После каждого, – подтвердила улитка. – Но только нужно смотреть очень внимательно! Иногда радуга едва видна. И всё же она – есть.

– За кронами деревьев редко можно разглядеть небо, – вздохнул дрозд.

– А вы приходите сюда, – предложила улитка. – Здесь хорошо видно. Да и я… – призналась она, – …буду вам рада.

– Четырём хищникам? – с хитринкой заметил лисёнок.

– Четырём друзьям, – улыбнулась улитка.

Распрощавшись с ней, волчонок, лисёнок и медвежонок побрели обратно к раскидистому дубу. Дрозд прыгал вслед за друзьями, но по дороге ему пришлось с ними расстаться: уже вечерело, а до дома лететь было далеко. Но он обещал, что обязательно ещё к ним вернётся. После дождя.

«Туда, где заходит солнце»

Тёплые, солнечные дни мимолётного лета проходят настолько незаметно, что в конце августа искренне удивляешься, почему так скоро подошла осенняя пора. Уж солнце светит не так ярко, как прежде. И трава под лапами, и листва на деревьях смотрятся не так свежо и зелено, как раньше. Всё не так. Всё-всё-всё не так, и даже игры кажутся не такими, как надо. Особенно волчонку, лисёнку и медвежонку.

Сидели как-то раз друзья под кроной ветвистого клёна и смотрели в вышину, как бы ожидая чего-то. Подул лёгкий ветерок, и вдруг сверху вниз полетел, медленно кружась, словно в вальсе, сухой пожелтевший лист.

– Эх, – тихо вздохнул лисёнок, когда листочек оказался на земле. – Вот и осень пришла.

– А там, глядишь, скоро и зима, – заметил медвежонок тоскливо.

– Да что ж вы такие невесёлые? – удивился волчонок. – Как будто что-то плохое произошло.

– Осень пришла, вот что плохо, – ответил лисёнок с досадой и положил голову на лапы.

– Пф-ф, тоже мне, – фыркнул волчонок. – Летом, понимаешь, вам скучно. Осенью плохо. Так когда же вам будет хорошо?

– Видимо, никогда, – всхлипнул медвежонок. – Веселья хочется, а его всё нет.

– Самому тебе будто не скучно, волчонок, – заметил лисёнок лукаво. – Вот придумаешь что-нибудь интересное, может, тогда, наконец, нам хорошо станет.

– Опять на меня всю ответственность возложили! – воскликнул волчонок. – Вот всегда так.

– Ответственность? – с любопытством переспросил медвежонок. – Что это такое: ответственность?

– Да так, – пожал плечами волчонок. – Недавно от мамы слышал это слово. Я тогда тоже не понял, что это за невиданный такой зверь – ответственность?

– Но узнал-таки? – поинтересовался лисёнок.

– Мама сказала мне, что это никакой не зверь и что ответственность внутри каждого из нас живёт, – пояснил волчонок.

– Правда? – удивился медвежонок.

– Да-да, – поддакнул волчонок. – Когда чувствуешь, что никто, кроме тебя, этого не сделает. Ну, или что друзьям только ты можешь помочь, и никто другой. Вот тогда внутри тебя просыпается ответственность.

– Ничего себе, – усмехнулся лисёнок. – А я-то думал, что это внутри меня такое просыпается, когда сладости уже в живот не вмещаются, а всё-таки лапы за очередной конфетой тянутся!

– По-моему это не ответственность, а жадность, – заметил волчонок.

– Может быть, – ответил лисёнок. – Только в ответственность твою не поиграешь. Придумал бы что-нибудь поинтереснее.

И задумались друзья, не в силах вспомнить какую-либо интересную игру. Взглянул волчонок на небо – ясное и в то же время холодное осеннее небо – и, увидев солнце, вдруг воскликнул:

– Друзья!

Лисёнок и медвежонок с любопытством взглянули на волчонка.

– А вы никогда не задумывались, куда заходит солнце, когда наступает ночь? – спросил волчонок.

– Не-а, – ответил медвежонок. – А куда оно заходит?

– Вот и я тоже не знаю, – сказал волчонок. – Но оно точно куда-то заходит. Ночью ведь только луна светит, а солнца как будто и след простыл!

– Точно! – вдруг воодушевился лисёнок. – Вот это я тоже заметил.

– А вдруг оно однажды зайдёт и больше не вернётся? – испугался медвежонок.

– Как это? – смутился волчонок.

– А вот так. Надоест ему светить, и всё, – пояснил медвежонок.

– Не может быть! – возразил лисёнок.

– Ещё как может, – сказал медвежонок. – И может даже сегодня.

– Значит, нам нужно догнать его и узнать, где оно заходит, – решительно предложил волчонок. – Если оно захочет уйти в долгую спячку, как наш медвежонок зимой, мы будем знать, где его найти и разбудить.

– Ага, – согласился лисёнок. – Мы несём это… как его…

– Ответственность, – подсказал волчонок.

– Да. Отныне мы несём ответственность за солнечные дни в лесу, – договорил лисёнок.

– Что ж, пошли искать, – предложил волчонок.

И пошли волчонок, лисёнок и медвежонок по лесу вдоль старых клёнов. Солнце стояло высоко в небе, в самом зените – долго ещё ждать, когда оно начнёт клониться к горизонту. Шли наши друзья, шли и вдруг услышали под землёй гул, который нарастал с каждой секундой.

– Слышите? – затаив дыхание, спросил медвежонок.

– Слышим, – так же затаив дыхание, хором ответили волчонок и лисёнок.

– Может, побежим? – тихо спросил медвежонок.

– Нет, – ответил волчонок. – А-то вдруг под нами земля провалится.

В этот момент из-под земли вынырнуло какое-то чёрное шерстистое существо, настолько чёрное, будто он выполз из самого глубокого подземелья, где его тщательно измазали сажей. Лапы этого существа были чем-то похожи на маленькие грабельки, а розовый нос напоминал свиной пятачок. Глаза – крохотные, еле заметные чёрные бусинки – были неподвижны.

– Ребята, кажется, это леший, – испуганно прошептал медвежонок.

– Никакой я не леший, – обидчиво возразило существо. – Я – крот.

– Тот, что живёт под землёй? – поинтересовался лисёнок.

– Да, именно так, – поддакнул крот.

– А ты откуда знаешь? – смутившись, шепнул лисёнку волчонок.

– Червяк дождевой рассказывал, – пояснил лисёнок. – Однажды крот чуть было не съел его!

– Ну и ну, – удивился волчонок. – Опасен, что ли, этот малый?

– Да не опасен я! – резко возразил крот. – Вы про меня всякие гадости не говорите. Вижу я, может быть, и плохо, но слышу зато всё очень хорошо.

– Простите-простите, – протараторил волчонок и шепнул лисёнку: – И всё-таки надо быть начеку.

– Зачем ты выполз к нам? – спросил лисёнок у крота.

– Услышал, как вы топаете, вот и выполз, – ответил крот. – Хотел сказать, что вы ужасно раздражаете меня своим топотом.

– Уж прости, – сказал лисёнок. – Мы ведь за солнцем следим, догнать его хотим.

– Ах, за солнцем! – воодушевился крот. – Значит, не зря вы меня потревожили. Солнце я тоже ищу.

– Тебе-то оно на что, если ты почти ничего не видишь? – удивился медвежонок.

– Почти не вижу, а свет и темноту различаю. И знаете что: опротивело мне ваше солнце. Хочу ему пожаловаться. Не представляете, как у меня болят глаза от его света, – поделился крот.

– Сожалеем, – довольно равнодушно сказал волчонок.

– Ни к чему мне ваши сожаления. А раз вы солнце догнать хотите, так передайте же ему, когда догоните, чтобы оно светило потусклее, – попросил крот.

– Да где же его найти? – спросили хором волчонок, лисёнок и медвежонок.

– Уж это не моё кротовое дело, – ответил крот. – Одно только могу сказать: под землёй солнца нет. По крайней мере, я ещё не встречал. А теперь прощайте! Я тороплюсь, – и нырнул под землю.

Переглянулись друзья, вздохнули тяжело от навалившейся на них ответственности и пошли дальше.

Солнце меж тем уже пошло на поклон. Шагали волчонок, лисёнок и медвежонок, шагали, пытаясь догнать небесное светило, но всё как будто мешало этому: то споткнётся неуклюжий медвежонок о корягу, то попадутся на пути густые заросли малиновых кустов, то совсем закроет небо листва ветвистых деревьев, и не видно солнца, убегающего от наших друзей всё дальше, всё ближе к горизонту.

Но вот закончился лес, и вышли волчонок, лисёнок и медвежонок к широкой реке.

– Пришли, – раздосадовался волчонок. – И как мы переберёмся через реку?

– Может, в этом и нет необходимости, – неожиданно ответил лисёнок.

– То есть? – удивился волчонок.

– Думается мне, что солнце заходит в воду, – пояснил лисёнок. – Надо спросить у кого-нибудь.

Вдруг в реке, где-то совсем неподалёку, послышался лёгкий всплеск. Оглянулись волчонок, лисёнок и медвежонок – нет никого. И снова всплеск. Присмотрелись друзья и увидели в реке, у самого берега, довольно большую, пучеглазую и усатую рыбу.

– Рыбка, а рыбка, привет! – обратился к ней волчонок.

Но рыба ничего не ответила и только боязливо взглянула на волчонка.

– Не слышит, что ли, – удивился волчонок и сказал ещё громче: – Рыба-рыба-рыба!

– Вы меня зовёте? – неуверенно отозвалась рыба.

– Конечно! – усмехнулся волчонок. – Кого же ещё? Ты тут одна у берега.

– Прошу прощения, – застенчиво ответила рыба. – На самом деле, в нашей реке очень много рыб живёт. Я подумал, что, может, вы кого-то другого ищете. Зовите меня лучше по имени. Я – сом.

– Приятно познакомиться, – улыбнулся волчонок. – Ты случайно не знаешь, где заходит солнце?

– А как же! – воскликнул сом. – Видите отблески в воде? Днём в нашей реке то и дело появляются солнечные зайчики. Мы, рыбы, очень доверчивые, и постоянно гоняемся за ними. Но только доплываем до них, как солнечные зайчики словно тают в воде.

– И затем они появляются снова? – удивился медвежонок.

– Ага, но уже в другом месте. Словно в прятки с нами играют! – весело произнёс сом. – А вот ночью я солнце ещё ни разу не видел.

– У-у, – покачал головой волчонок. – А нас интересует, где оно ночью.

– Что ж, тогда в нашей реке вам искать солнце бесполезно, – печально ответил сом. – Может, оно заходит ещё дальше, за нашей рекой?

Переглянулись с досадой волчонок, лисёнок и медвежонок. Солнце меж тем уже приближалось к горизонту.

– И как же нам тогда перебраться через вашу реку? – спросил медвежонок.

– Ведь иначе мы не догоним солнце, – добавил лисёнок.

– А вы перейдите через брод! – предложил сом. – Вон там, совсем неподалёку, река мелеет, и вы можете с лёгкостью пройти через неё.

Вдруг сом покосился на отблеск воды сбоку, резко повернулся и восторженно добавил:

– Кажется, я заметил солнечного зайчика! Я должен догнать его. Прощайте, – и нырнул в воду.

Пожали плечами волчонок, лисёнок и медвежонок и пошли в ту сторону, куда им указал сом. Действительно, здесь оказался брод, и друзья спокойно перешли через него и тут же ускорили шаг, чтобы успеть за солнцем.

Но как бы стремительно они ни шли, как бы медвежонок ни старался не споткнуться на скором ходу, солнце убегало от них, и догнать его уже было невозможно.

Закатное солнце в последний раз озарило небо огненно-рыжим светом и окончательно зашло за горизонт, оставив за собой лишь сумерки. За сумерками, которые ещё хранили в себе отголосок солнечного дня, очень скоро наступила полная, беспробудная темнота.

– Вот и всё, – всхлипнул медвежонок. – Теперь мы больше никогда не увидим солнце.

Вдруг сзади послышался хруст ветки. Друзья оглянулись и увидели необыкновенно красивую и в то же время странную ушастую птицу с мелким клювиком и большими глазами, которые, казалось, светились в темноте жёлтым, почти что солнечным светом. Она пристально, не моргая, смотрела на волчонка, лисёнка и медвежонка и наводила на них своим взглядом лёгкий страх.

– Неужели так выглядит солнце? – потерев кулачками глаза, шепнул медвежонок.

– Не знаю, – шепнул в ответ лисёнок и громко спросил: – Ты – солнце?

– У, у, – птица отрицательно повертела головой. – Я – филин.

– А ты случайно не знаешь, где оно прячется? – полюбопытствовал медвежонок.

– Нет, – спокойно ответил филин. – Ночью я его ещё ни разу не видел.

– И где же нам его искать? – поинтересовался волчонок.

– Дождитесь утра, – предложил филин и, расправив свои тяжёлые крылья, величественно улетел, скрывшись за кроной раскидистого дуба.

Волчонок, лисёнок и медвежонок молча переглянулись.

– Пф-ф, – фыркнул волчонок. – Глупый какой филин. И не задумывается о том, что завтра солнце может не взойти.

– Э-эх, – протяжно зевнул лисёнок. – Давайте поспим, что ли. Утро вечера мудренее.

– Нельзя, – с укором сказал волчонок. – Наши мамы будут волноваться. Ой как волноваться будут!

– Да ладно, – махнул лапой лисёнок. – Если у нас теперь всё время будет ночь, то какая разница: сейчас возвращаться или завтра?

– Тоже верно, – заметил медвежонок и, зевнув, добавил: – Никакой разницы.

– Ну, как знаете, – пожал плечами волчонок и сладко потянулся. – Я и сам, если честно, не прочь вздремнуть.

Уставшие, они вышли на поляну, легли на спины и увидели над собой бесконечное чёрное небо. Была ночь, россыпь сверкающих звёзд, сияющая белая луна, а позади – могучая река и густой, тёмный лес, которые отделяли друзей от их родного дома. Волчонок, лисёнок и медвежонок уснули крепким сном.

Утро показалось друзьям необыкновенно сладким. Хороши сновидения после долгой, изнурительной дороги! Совсем не хотелось открывать глаза. Вдруг их откроешь, а там снова глухая темень, и только слабый свет луны сможет озарить обратный путь? И в то же время что-то сильно резало глаза. Раскрыв веки, друзья оглянулись вокруг. Царил необыкновенно солнечный, прекрасный день.

– Мамочки! – воскликнул медвежонок. – Солнце!

– Солнышко! – рассмеялся волчонок. – А ты говорил: уснёт, не проснётся.

Один лисёнок молчал и упрямо глядел на ясное небо.

– Лисёнок, ты что? – озабоченно спросил волчонок.

– Да так, – задумчиво ответил лисёнок. – Ничего не понимаю.

– Что тут непонятного: солнце взошло! – усмехнулся волчонок.

– Этого и не понимаю, – сказал лисёнок и указал на запад. – Зашло оно там.

– И? – спросил волчонок.

– А взошло здесь, – добавил лисёнок и указал на восток.

Волчонок почесал затылок.

– Действительно странно, – произнёс он.

– Получается, что солнце вращается вокруг нашего леса? – рассуждал лисёнок.

– Или наш лес вращается вокруг солнца, – задумчиво добавил волчонок.

– Так где же оно заходит? – поинтересовался медвежонок.

– Да кто ж его знает, – махнул лапой лисёнок. – Главное, оно взошло. Пусть это теперь не будет нашей, как его…

– Ответственностью? – подсказал волчонок.

– Да-да, тем самым, – договорил лисёнок.

Неожиданно у медвежонка заурчал живот.

– А таким ответственным зверям, как мы, нужно обязательно подкрепляться. Так ведь, друзья? – улыбнулся медвежонок.

– Да, да! – хором ответили волчонок с лисёнком и рассмеялись.

И направились друзья домой, навстречу вкусному завтраку и новым приключениям.

«Правдилки»

Когда хочешь посмеяться, то непременно зовёшь на помощь друга. Потому что радоваться вместе – веселее. Если же ты зовёшь не одного, а двух друзей, то незабываемый день смеха будет точно обеспечен. И даже если шутка окажется совсем не смешной – не беда: даже с глупыми шутками бывает весело, особенно трём лучшим друзьям – волчонку, лисёнку и медвежонку.

В лесу было ослепительно солнечно в тот замечательный день, когда волчонок, лисёнок и медвежонок гуляли вместе. Задувал довольно свежий, по-настоящему осенний ветерок, но даже он не мог спугнуть друзей от совместной прогулки.

Хотя делать было, если признаться, совсем нечего.

– Ску-ко-та, – по слогам произнёс волчонок.

– Не то слово, – заметил лисёнок. – Так скучно ещё никогда не было.

– И что мы будем делать? – поинтересовался медвежонок. – Все игры мне уже так надоели!

– И мне, – согласился волчонок.

– И мне тоже, – добавил лисёнок. – Совсем не во что поиграть.

Друзья молча переглянулись и тяжело вздохнули от скуки. Никакие идеи не приходили в голову и, казалось, уже никогда не придут, как вдруг у волчонка прояснился взгляд, и он воскликнул:

– Постойте!

Лисёнок и медвежонок с любопытством посмотрели на волчонка.

– А я вам рассказывал про новую игру? – спросил волчонок.

– Какую? – равнодушно произнёс лисёнок. – «Поймай меня, если сможешь»?

– Да мы ведь в эту игру уже столько раз играли, – расстроился медвежонок.

– Нет, – ответил волчонок. – В эту ещё нет. Я сам только сегодня об этой игре узнал.

– Так о какой же? – хором спросили лисёнок и медвежонок, сгорая от любопытства.

Наступило молчание. Лисёнок и медвежонок пытливо смотрели на волчонка, а волчонок выдерживал театральную паузу. Затем таинственным шёпотом, как бы посвящая друзей в таинство, произнёс:

– Игра в «правдилки».

– Смеёшься, что ли? – раздосадовался лисёнок. – Глупость какая-то.

– Да не существует такой игры, – усмехнулся медвежонок.

– Для вас, может быть, и не существует, – сказал волчонок. – А для меня существует. Не хотите, как хотите, сам играть буду.

– Нет уж, расскажи, – настоял лисёнок. – Поиграем уж, помучаемся. Скучать всем вместе или никому.

– Ну, ладно, – согласился волчонок. – Как бы вам объяснить… Ну, в общем, я сегодня сытно позавтракал.

– И я, – вспомнил с наслаждением медвежонок.

– А важно быть сытым для этой игры? – уточнил лисёнок.

– Дослушайте же до конца! – раздражённо произнёс волчонок. – Нет, не обязательно. Я просто к тому это говорю, что когда я наелся, то живот у меня во-от такой большой стал, – волчонок взмахнул лапами и похлопал себя по животу.

– И? – нетерпеливо спросил лисёнок.

– И мама сказала, что у меня живот размером с воздушный шар, – пояснил волчонок.

Медвежонок в этот момент хихикнул.

– Неинтересная игра, – высказался лисёнок. – Подумаешь: с воздушный шар. Я тоже, знаешь ли, могу сказать, что у тебя живот большой. Это всякий может.

– Ну, не знаю, – пожал плечами волчонок. – Мне смешно тогда стало.

Взглянув на улыбающегося медвежонка, волчонок добавил:

– И медвежонку, видимо, тоже. Смотри, как улыбается. Игра в «правдилки» заключается в том, что всем нужно говорить только правду.

– Правду? – удивился лисёнок.

– Ну да, – кивнул волчонок. – У меня ж по правде живот был такой большой! А раз я рассмеялся, когда мне правду сказали, значит, любому весело от правды станет.

– Хм, – лисёнок почесал затылок. – Что ж, допустим. Скажи правду обо мне.

Волчонок окинул лисёнка пристальным взглядом с головы до лап и, поразмыслив с минуту, сказал:

– Знаешь, лисёнок, что я о тебе думаю?

– Ну? – лисёнок вопросительно глянул на волчонка.

– Я думаю, что ты слишком хитрый.

– Как это? – смутился лисёнок. – Слишком хитрых не бывает.

– Понимаешь, – лицо волчонка приняло серьёзное выражение. – У тебя характер иногда такой поганый бывает, что я даже порой задумываюсь: что ж лисёнок такой противный?

– Ну, спасибо тебе на добром слове, – пробурчал лисёнок.

– Тебе не смешно? – осторожно спросил волчонок, заметив обиду в голосе лисёнка.

– Очень, – резко ответил лисёнок. – Знаешь, а я ведь о тебе похожего мнения. Вечно ворчишь о чём-то.

– Я ворчу? – возмутился волчонок.

– Кстати, да, – заметил медвежонок. – Ты часто ворчишь.

– Помолчал бы лучше, косолапый, – раздражённо ответил волчонок.

– Не такой уж я и косолапый, – обидчиво произнёс медвежонок.

Волчонок с презрением усмехнулся:

– Конечно, косолапый. Ты ж медвежонок.

– Хороша компания, – удивился лисёнок. – Ты – ворчун. Медвежонок косолапый. А я, понимаешь, хитрю-юга.

– Видимо, таковы правила игры, – пожал плечами медвежонок.

– Ничего вы не понимаете, – обиделся волчонок. – Вот что я вам скажу: играть вы не умеете. Не друзья, а чёрти что!

– Сам дурак, – резко ответил лисёнок. – Пойду я. Больно с вами скучно.

– Ну и прекрасно! – добавил волчонок.

– Не то слово, – заключил лисёнок.

И разошлись друзья: волчонок – налево, лисёнок – направо, а медвежонок на месте остался. Посмотрел он вслед волчонку и лисёнку и, когда оба исчезли из виду, рассеянно пробормотал:

– Ну и дела. Что мне теперь делать-то? – и побрёл задумчиво, куда глаза глядят.

Волчонок меж тем торопливо шагал, пыхтя себе под нос. Лапы сами несли его куда-то вперёд, как бы желая отвести подальше от бывших друзей. Так бы он, наверное, и шёл, если бы не услышал поблизости пронзительный писк. Остановился волчонок, огляделся вокруг – и нет никого. Дальше идёт, и опять – пищит кто-то. Волчонок глянул на землю и увидел придавленного им дождевого червя.

– Ой! – испугался волчонок и присел на корточки. – Червяк! Что с тобой?

– Смотри, куда идёшь! – сердито пропищал червяк. – Больно ведь! Большой такой, а вести себя не умеешь. Оболтус!

– Правда? – волчонок округлил глаза.

– Правда, – подтвердил червяк.

– И ты туда же, – всхлипнул волчонок и горько заплакал.

Червяк смутился.

– Гхм… Чего ты?

– Я сегодня играл с друзьями в «правдилки», – вытирая слёзы, произнёс волчонок. – И мы поссорились.

– «Правдилки»? – удивился червяк. – Как это?

– А так, – пояснил волчонок. – Лисёнка я назвал противным, а медвежонка – косолапым.

– Пха, – усмехнулся червяк. – Ну ты даёшь!

Волчонок вопросительно взглянул на червяка.

– Понятно, почему вы поссорились, – пропищал червяк. – Ты же их обидел!

– Но я же сказал правду, – ответил волчонок. – Я думал, им смешно станет.

– Это не правда, а оскорбление, – объяснил червяк. – Знаешь, меня тоже иногда мелким и слабым называют, но это же неправда. Смотри, как я могу!

Червяк потянулся, напрягся изо всех сил, и в том месте, где он был придавлен, неожиданно разорвался.

– Ах! – испугался волчонок.

– Ничего страшного, – улыбнулся червяк. – Больно, конечно, но зато вместо одного меня теперь будет целых двое.

И действительно: перед волчонком лежали два живых червя: тот, с которым он разговаривал, и тот, который ещё несколько минут назад был частью его придавленного тела.

– Ух ты! – восхитился волчонок. – А как ты это сделал?

– Это только мы, червяки, можем разделяться на части, – похвастался червяк. – Теперь ты видишь, что я правду сказал! А то, что я назвал тебя оболтусом, – прости. Я не хотел.

– Правда? – с надеждой спросил волчонок.

– Правда, – подтвердил червяк. – Ты очень даже умный. Только впредь думай, прежде чем говорить правду – она ведь и обидеть может.

– Э-эх, – грустно вздохнул волчонок. – И как же мне теперь извиниться перед друзьями? Они же на меня сердятся.

– Тебе стыдно? – уточнил червяк.

– Конечно, – смущённо ответил волчонок.

– Вот так и извинись, – посоветовал червяк. – От этой правды им только приятнее станет.

– Почему? – удивился волчонок.

– Потому что такую правду только настоящий друг сказать может, – пояснил червяк. – Ну а мне… – он взглянул на второго червя, удивлённо наблюдавшим за происходящим. – То есть, нам пора. Мне ж теперь его уму-разуму учить надо. Удачи!

И поползли червяки дальше, а волчонок, вдохновлённый советом, поспешил назад.

Тем временем лисёнок, спотыкаясь, шёл стремительно и ни разу не повернулся, чтобы поглядеть в обратную сторону: идёт ли кто за ним? И всё же он, пока шагал в неизвестном направлении, думал невольно: "А кто же для меня, в сущности, волчонок и медвежонок? Друзья? На вряд ли. Настоящие друзья бы за мной пошли, успокаивать бы стали. Да ну их к лешему". А потом, пройдя ещё несколько шагов, задумывался: "А что, если они

действительно за мной идут?". Эта назойливая мысль сбивала лисёнка с толку. И вот, пройдя ещё немного, он всё же решил обернуться, не замедляя ход.

– Ай-яй! – вдруг вскрикнул лисёнок и, подпрыгивая на одной левой, обхватил больную правую лапу.

Внизу, сжавшись в комочек, сидел колючий ёж и глядел исподлобья на лисёнка.

– Ты, это, смотри, – неуверенно произнёс ёжик. – Слышишь? Смотри, куда идёшь!

– А то что? – огрызнулся лисёнок.

– А то назову тебя глупым, – пояснил ёжик, не отрывая испуганного взгляда от сердитого лисёнка.

– Неправда! – лисёнок топнул больной ногой. – О-ой-ёй-ё-ёй! А вот то, что ты колючий, – правда!

– Это я и без тебя знаю, – ответил ёжик. – Меня так и зовут: Колючка.

– И тебе не обидно? – удивился лисёнок.

– Нет, – усмехнулся ёжик. – А что, должно быть обидно?

– Ну, не знаю… – смутился лисёнок. – Мы вот с друзьями играли в «правдилки» и, знаешь ли, разругались вдрызг.

– Надо же, – задумался ёжик. – А мне от правды, наоборот, смешно становится.

Лисёнок в замешательстве взглянул на ёжика.

– Знаешь, почему мама назвала меня Колючкой? – спросил ёжик, чуть расслабившись.

– Немудрено, – усмехнулся лисёнок. – Думаю, тебя бы любой так назвал.

– Не-ет, – сказал ёжик. – Меня никто так не называл, пока мама в первый раз не сказала. Все вокруг говорили: ёжик да ёжик. А когда мы с мамой играли, и она случайно об меня укололась, то так смешно сказала: Колючка.

– Я бы обиделся, – заметил лисёнок.

– Да нет же, – улыбнулся ёжик. – Мы ведь играли. К тому же, это правда, что я такой колючий. А от правды, если только она не обидная, хорошо становится. Я то не знал, а мы с мамой, наверное, в «правдилки» играли, так ведь?

– Если бы, – ответил лисёнок, понурив голову. – Нам совсем не смешно было. Я назвал волчонка ворчуном, а он меня – хитрюгой. Так ещё и медвежонка обозвал косолапым.

– Оо, – сочувствуя, произнёс ёжик. – Это обидно. В чём же тогда смысл вашей игры?

– Кто бы знал, – пожал плечами лисёнок. – Таковы правила. Впрочем, игра уже в прошлом. Как и дружба, наверное.

– Почему? – смутился ёжик.

– А как я перед ними извинюсь? – спросил лисёнок. – Простите меня, волчонок и медвежонок, что вы по правде такие же глупые, как и я? Что вина не только на мне, но и на вас, мои глупейшие друзья, – так, что ли?

– Не-ет, – улыбнулся ёжик. – Какая же это правда? Это ты их обвиняешь. Ещё больше обидятся, и только. Ты им лучше ничего не говори.

– Как это? – удивился лисёнок.

– Знаешь, – поделился ёжик. – Иногда лучше совсем ничего не говорить, если правда обидеть может. Если ты и прав, что они повели себя неправильно, – ну и пусть! Ты же помириться хочешь?

– Да, – кивнул лисёнок.

– Вот, – подхватил ёжик. – А помириться с помощью обиды нельзя. Насовсем тогда поссоритесь.

– Такой вроде колючий, а какой умный! – заметил лисёнок.

– А я ведь не всегда колючий, – улыбаясь, ответил ёжик. – Когда я не тревожусь, то и иголки мои становятся мягкими и пушистыми.

– Правда, что ли? – недоверчиво спросил лисёнок.

– А ты погладь, – предложил ёжик.

Не удержавшись от любопытства, лисёнок прикоснулся к иголкам. Почувствовав их мягкость, лисёнок погладил ёжика и восхитился:

– Ну и ну!

– Это всё потому, что разговаривать с тобой мне было приятно, – заметил ёжик. – Только тс-с! Пусть все думают, что я Колючка. А теперь иди, мирись с друзьями.

И лисёнок побежал обратно – искать волчонка и медвежонка.

Тем временем медвежонок, так и не решив, чем ему заняться, сел на первый попавшийся по дороге пенёк и, взяв валявшуюся среди опавших листьев ветку, рисовал на земле причудливые узоры. По правде говоря, без друзей ему было ещё скучнее. Теперь медвежонку казалось, что он, волчонок и лисёнок поссорились из-за сущих пустяков. "Косолапый так косолапый, мне то что", – подумал он, когда в очередной раз, стерев лапой рисунки с земли, начал чертить их заново.

Вдруг медвежонок услышал где-то вдалеке до боли знакомые голоса. Поочередно они звали:

– Лисё-ёнок, медвежо-онок!

– Медвежо-онок! Волчо-онок!

И чем ближе звучали эти голоса, тем внимательнее прислушивался медвежонок. Он встрепенулся, навострил уши и, когда стал различать голоса и узнал в них волчонка с лисёнком, закричал что есть сил:

– Друзья! Друзья! Я здесь! Скорее!

Услышав медвежонка, волчонок и лисёнок вмиг помчались на его возглас. Странно: не виделись всего несколько часов, а когда встретились снова, то ощутили, будто не были вместе целую вечность.

Волчонок, лисёнок и медвежонок заключили друг друга в тесные объятия и так стояли несколько минут. Три лучших друга в этом большом, ещё неизведанном мире.

– Не представляете, как мне стыдно, – сказал вдруг волчонок, памятуя слова червяка.

– Правда? – спросили хором лисёнок и медвежонок.

– Правда, – ответил волчонок. – Вот шёл и всю дорогу думал: как мне стыдно! Так нехорошо повёл себя, когда обозвал вас. Простите.

Лисёнок хотел было согласиться и добавить ещё, что зря волчонок назвал его хитрюгой, да вспомнил совет ёжика и промолчал.

– И ты нас прости, – ответил медвежонок.

– Да, да, и нас прости, – повторил лисёнок и осторожно спросил: – Но в «правдилки» играть больше не будем, ладно?

– Да! – тотчас ответил волчонок. – Только не в «правдилки»!

– А во что тогда? – поинтересовался медвежонок.

– Во что сами хотите, – предложил волчонок. – Хоть в догонялки.

– А что, неплохая идея, – согласился лисёнок и, стремительно побежав, выкрикнул: – Догоните, если сможете!

И волчонок с медвежонком поспешили за ним, заливаясь задорным хохотом.

Тем и закончилась их игра в «правдилки». И пусть она и была неудачной, игра эта открыла волчонку, лисёнку и медвежонку то, о чём они никогда не задумывались. А именно то, что правда (самая правдивая из всех существующих правд!) – это их дружба, которую не может разрушить ни одна ссора, какой бы неприятной она ни была.

«Пора веселиться»

Пожалуй, друзья – это самое ценное, что только может быть у лесного зверя. По крайней мере, так считают волчонок, лисёнок и медвежонок. Ведь дружба – это не просто совместные игры в прятки и догонялки. Дружба – это когда тебя не бросают в беде и помогают всем, чем только можно. Игры начинаются и заканчиваются довольно быстро, а настоящая дружба длится невероятно долго.

В одно прекрасное весеннее утро сидели волчонок, лисёнок и медвежонок под ветвями раскидистого дуба. Листва ещё не появилась в кронах деревьев, ведь в лесу только-только наступили апрельские деньки. Но снег уже растаял, набухали первые почки, и в воздухе веяло приятным, свежим ароматом весны.

– Э-эх, какая же красота, – с нежностью в голосе произнёс медвежонок, глядя на ясное небо.

– Да-а, – очарованно поддакнул волчонок.

Один лисёнок сидел совсем не весёлый, подперев голову и тоскливо потупив взгляд. Волчонок, оторвавшийся от наблюдения за чистым, безоблачным небом и оглянувшийся на лисёнка, удивился:

– Лисёнок, ты что такой грустный?

Медвежонок тоже с любопытством взглянул на лисёнка и подтвердил слова волчонка:

– Ага, совсем как дождевая тучка.

– Сами вы тучки, – пробурчал лисёнок. – Весна весною, а делать-то нечего. Вот мне и грустно.

– Ну, не знаю, – пожал плечами волчонок. – Мне вот играть даже не хочется: настолько сегодня хорошо. Смотри, какая погода чудесная! Можем просто посидеть.

– Или просто погулять, – предложил медвежонок.

– Просто посидеть, просто погулять, – печально вздохнул лисёнок. – Какие вы стали скучные.

– Ну, а что ты хочешь? – спросил волчонок. – Сам сидишь, тоскливый такой, и ничего не предлагаешь.

– Знал бы, что предложить, давно бы уже предложил, – резко ответил лисёнок. – Разве это не очевидно?

– Конечно, очевидно, – с обидой в голосе пробормотал волчонок. – Странный ты как-то.

– Это вы странные, – сказал лисёнок. – Смотрите на небо и что-то пытаетесь в нём высмотреть. Там же нет ни облачка! Ничего нет! А мне помочь поднять настроение никак не хотите.

– Тогда пойдёмте гулять, – ещё раз предложил медвежонок, чувствуя напряжение между волчонком и лисёнком. – Может, найдём что-нибудь.

– А что, пошли, – решился волчонок и вызывающе посмотрел на лисёнка: – Вставай давай, скучающий. Пора веселиться.

Лисёнок окинул волчонка укоряющим взглядом и неохотно поднялся с земли.

И направились друзья вперёд по лесной тропе – искать новые приключения. Шли они, шли, а меж тем никто им на пути не встречался.

– Знаете, мне кажется, что ничего интересного мы тут не увидим, – занудливо убеждал лисёнок, плетясь вслед за медвежонком и волчонком, шедшим впереди всех.

– Ну, почему, – не оглядываясь, ответил волчонок. – Может, лешего увидим.

– Лешего? – испуганно переспросил медвежонок, остановившись от недоумения.

– Это он так шутит, – пояснил лисёнок, встав около медвежонка, и съязвил: – Волчонок же у нас – самый смешной шутник во всём лесу!

– Точно? – уточнил медвежонок, вглядываясь куда-то вдаль.

– Да шучу я, шучу, – ответил обернувшийся волчонок и с нетерпением добавил: – Идём же!

Но медвежонок не сдвинулся с места.

– Медвежонок, ты в правду, что ли, боишься? – усмехнулся лисёнок, похлопав медвежонка по плечу. – Леших на свете не бывает!

– Вот насчёт этого я не уверен, – с расстановкой произнёс медвежонок и, перейдя на шёпот, указал вперёд: – Глядите.

Волчонок и лисёнок посмотрели в ту сторону, куда указывал медвежонок. Там, вдалеке, стояло какое-то необыкновенно огромное, высоконогое существо с широкими копытами и удлинённой головой. Нос его был горбатый; верхняя губа, вздуваясь, нависала над нижней; уши его были похожи на два больших лопуха. Под горлом, словно у петуха какого, висел и качался от каждого малейшего движения кожный вырост, напоминавший мешочек, набитый съестными запасами вроде орехов. На широкой спине, почти у самой шеи, на холке, возвышался горб. Ноги у него были широкие и костистые; сзади висел крохотный, почти незаметный хвостик.

– Смотри-ка, медвежонок, не родственник ли он тебе? – усмехнулся лисёнок.

– А-ха-ха, – рассмеялся волчонок. – Конечно, хвост у этого зверя – словно медвежий!

– В первый раз в жизни вижу, – пробурчал медвежонок.

Громадный шерстистый зверь, приподняв веки, пристально поглядел на волчонка с лисёнком и медвежонком. Издав что-то невнятное, он начал ковырять копытом землю, топтаться на месте и в конце концов прилёг, тяжело опустив голову и прикрыв глаза. Волчонок принял обеспокоенное выражение лица.

– Друзья, – с состраданием в голосе произнёс он. – Мне кажется, ему нездоровится.

– С чего это ты решил? – удивился лисёнок.

– Как-то тоскливо он брёл, – заметил волчонок. – И сейчас он лежит какой-то печальный.

– Ну, мне тоже грустно было под дубом, – равнодушно ответил лисёнок. – И я же не болел! Просто пребывал в плохом настроении.

– Да нет же! – воскликнул волчонок. – Я вижу, что ему нехорошо.

– И что? – пожал плечами лисёнок. – Что мы можем сделать?

– Послушай, – серьёзно промолвил волчонок. – Ты вот просил помочь тебе поднять настроение?

– Ну, да, – кивнул лисёнок.

– Вот, – утвердительно произнёс волчонок. – И тебе найдётся развлечение, и дело сделаем. Надо спросить у этого зверя, что с ним, и помочь ему.

– Хм, – ухмыльнулся лисёнок. – А что, неплохая идея.

– Ага, – поддакнул медвежонок.

– Тогда пошли! – воскликнул волчонок.

И направились друзья к бессильно лежавшему на земле зверю. Такого громадного они ещё никогда не видели в своём лесу; и тем страннее казалось, что он слаб, чем ближе волчонок, лисёнок и медвежонок к нему приближались и чем больше в размерах он становился.

– Здравствуй! – поприветствовал его волчонок.

Зверь поднял свои отяжелевшие веки и упёрся взглядом в волчонка.

– Что тебе надо? – грозно спросил он, не двигая глазами.

Твёрдый взгляд диковинного существа на мгновение выбил уверенность из волчонка. Но, собравшись с силами, он всё же ответил:

– Как тебя зовут?

– Лось, – ответил немногословный зверь и снова закрыл глаза. – А лучше просто – сохатый.

– И что же с тобой случилось, сохатый? – поинтересовался лисёнок.

Лось приоткрыл глаза и, важно окинув взглядом лисёнка, спросил:

– А тебе что с того?

– Ну, как, – смутился лисёнок. – Помочь тебе желаем, вот что.

– Не надо мне помогать, – резким тоном произнёс лось. – Я спать хочу.

– Нет, но что-то ведь должно было с тобой случиться, – не унимался волчонок.

– Даже если и так, – в этот момент лось смолк и тяжело вздохнул. – Э-эх… Даже если и так, то вас это не касается.

– Почему это? – возбудился волчонок. – Тебе плохо – значит, мы должны тебе помочь!

– Не должны, – спокойно ответил лось и закрыл глаза.

– Должны, – вдруг добавил медвежонок.

Лось вновь приоткрыл веки и, заметив медвежонка, уточнил:

– А ты ещё кто такой? – и, осмотрев всех троих, добавил: – И вообще, почему вас так много?

– Много? – усмехнулся лисёнок. – Мы ведь друзья.

– Друзья? – удивился лось. – Как это: друзья?

Волчонок, лисёнок и медвежонок молча переглянулись.

– Ну-у… – начал лисёнок. – Мы помогаем друг другу. Ходим в гости. И часто играем в прятки.

– И в догонялки, – добавил волчонок.

– И в молчанку, – сказал ещё медвежонок.

– О! – воскликнул лось. – В молчанку и я не прочь поиграть. Дайте мне поспать.

– Постой! – поторопился волчонок. – Ты действительно не знаешь, кто такие друзья?

– Не знаю, – отрезал лось. – И не желаю знать.

– Почему? – удивился лисёнок. – Ведь с друзьями веселее!

– Ничего не знаю, – вновь отрезал лось. – Я вечно брожу один.

– Как так? – смутился медвежонок.

– А вот так, – заметил лось. – Один. И у меня нет друзей.

– Так во-от что с тобой случилось! – воскликнул волчонок. – Тебе одиноко!

– Ничего мне не одиноко, – сопротивлялся лось. – У меня беда случилась. Давно уже. И я не знаю, что теперь делать.

– Так что же произошло? – хором спросили волчонок, лисёнок и медвежонок.

– Рога у меня отпали, – всё ещё нехотя отвечал лось.

– Так у тебя ещё и рога были? – удивился медвежонок.

– Конечно, – в первый раз ухмыльнулся сохатый. – Как у всех нормальных лосей.

– У-ух ты-ы, – шёпотом восхитился волчонок.

– Один я, видимо, не такой, как все, – с горечью произнёс лось. – Ещё зимой у меня отпали рога. Вот и хожу с тех пор такой. Без рогов. Некрасивый.

На последних словах лось неожиданно всхлипнул и беззвучно зарыдал, беззащитно мотая своей тяжёлой головой.

– Так, – решительно сказал волчонок, оглянувшись сначала на друзей, затем на сохатого. – Не реветь! Мы сделаем из тебя красивого и прекрасного лося.

– Как? – смутился сохатый.

– Что-нибудь придумаем, – присоединился лисёнок.

– Да, придумаем, – поддакнул медвежонок.

– Как выглядели твои рога? – уточнил волчонок.

– О-ох, – задумался лось. – Ну-у… Они такие были, широкие… С отростками по краям…

– Кажется, я понял, – воодушевлённо прошептал лисёнок друзьям. – У него рога были, как ветви у нашего раскидистого дуба!

– Точно! – согласился волчонок.

– И что это значит? – не очень понимая, спросил медвежонок.

– Соберём лежащие на земле большие ветви и свяжем из них верёвкой два рога! – объяснил волчонок.

Лось с интересом наблюдал за волчонком, лисёнком и медвежонком.

– Вы знаете, как найти рога? – с надеждой спросил он.

– Да, – кивнул волчонок. – Сиди здесь – мы скоро придём!

– Не оставляйте меня одного, – забеспокоился сохатый.

Волчонок, лисёнок и медвежонок вопросительно взглянули на лося.

– Вы ведь уйдёте и больше не вернётесь. Так со мной уже бывало, – неуверенно сказал сохатый и воскликнул: – Не уходите! Пожалуйста!

– И что мы будем делать? – тихо спросил лисёнок у друзей.

Волчонок подумал с минуту и предложил:

– Тогда ищи вместе с нами!

– Ветки ищи, – пояснил лисёнок.

– А я пока за верёвкой сбегаю, – сказал волчонок.

И разошлись: волчонок – к своему логову, а лисёнок с медвежонком и лосем – искать ветки.

В своей комнате, под кроватью, волчонок быстро нашёл крепкую верёвку и сразу же побежал назад. Лисёнок, медвежонок и лось тем временем внимательно рассматривали каждую ветку, попадавшуюся им под лапами и копытами, и собирали понравившиеся.

Встретились друзья и начали мастерить рога: к самым большим ветвям привязывали маленькие, к маленьким – ещё меньшие, и так до тех пор, пока не закончились все собранные ветки. Привязали к большущей голове лося созданные ими рога и, дивясь получившейся красоте, повели сохатого к реке, чтобы и он мог порадоваться своей новой внешности.

Когда лось подошёл к реке, на лице его появилась восхищённая улыбка. Перед ним было его собственное отражение, но не такое, как прежде, безрогое, а с красивыми, раскидистыми рогами. Они показались сохатому даже ещё красивее, чем прежде: настолько они были изящные.

– Надо же, – неловко усмехнулся сохатый, не веря своему счастью. – Рога.

– Самые красивые рога во всём лесу! – гордо воскликнул волчонок.

Пожалуй, лось бы ещё долго разглядывал своё отражение в воде, если бы не прозвучал поблизости чей-то противный голос:

– Ква-а!

У самого берега реки, подбоченившись, сидела старая жаба. Её широкая брезгливая улыбка вызывала отвращение. Вылупив глаза, она самодовольно глядела на лося.

– Привет, жаба! – не подозревая неладное, поприветствовал её лось.

– Ну, привет, – тягуче отвечала жаба.

– Смотри, какие у меня теперь рога, – похвастался лось. – Правда, красивые?

– Вижу-вижу, – усмехнулась жаба. – Таких уродливых рогов, ква-а, я ещё ни у кого не видела.

Смутившись, лось снова посмотрел на отражение.

– Да нет, – неуверенно произнёс он. – Красивые…

– Значит, у тебя плохой вкус, – заметила жаба и, искоса поглядев на волчонка с лисёнком и медвежонком, добавила: – И у твоих знакомых. Видела я, как вы мастерили эти рога. Глупее картины я ещё не встречала. Ква-а!

– А мы твоего мнения не спрашивали, – пробурчал волчонок.

– Коли завидуешь, прыгай дальше, – добавил лисёнок.

– У лося отпали рога, и мы просто хотели ему помочь, – объяснил наивный медвежонок.

Вдруг жаба залилась противным, квакливым хохотом:

– А-ха-ха! Ква-а. А-ха-ха! Так меня уже давно не смешили.

– Ничего смешного, – раздражённо произнёс волчонок.

– Как ничего? – усмехнулась жаба. – Да ведь рога у всех лосей отпадают!

– У всех? – удивился сохатый. – Так что же я, получается, не один такой?

– Безрогий не один, – пояснила жаба. – А вот такой глупый, пожалуй, один. Не видала ещё, чтобы лось мастерил себе из веток новые рога! Ква-а!

– Так, значит, все лоси теперь останутся безрогими? – смутился сохатый.

– Да нет же, глупенький, – ответила жаба. – Рога у всех лосей отпадают осенью и вырастают весной. Скоро и у тебя вырастут.

Прищурившись, жаба осмотрела громадную голову лося.

– Погоди, да ведь они уже у тебя растут, – заметила она. – Погляди в воду.

– Ничего не вижу, – ответил лось, пристально вглядываясь в отражение.

– Ветки сними, и тогда увидишь, – пояснила жаба. – У тебя два белых корешка на голове. К концу весны из них два больших рога вырастут. Точь-в-точь такие же, как раньше. Ква-а. Ну, а мне пора. И без вас дел по горло.

И запрыгала жаба дальше, вдоль берега реки. Волчонок, лисёнок и медвежонок молча переглянулись и, разочарованные, отвязали ветки с лосиной головы. Действительно – в своём отражении сохатый заметил на голове два вырастающих, самых что ни на есть настоящих рога.

– Неужели, – задыхаясь от радостного волнения, спросил лось. – Неужели это правда?

– Похоже, что да, – вздохнул лисёнок.

И каждый из друзей – волчонок, лисёнок и медвежонок – поник головой.

– Что с вами? – обеспокоился сохатый, заметив грустные выражения их лиц.

– Прости нас, – неловко произнёс волчонок.

– За что же? – удивился лось. – Вы ни в чём не виноваты. Это же не из-за вас у меня рога отпали. Значит, так надо, а я просто не знал.

– Мы зря занимали твоё время, – сказал лисёнок. – Рога бы у тебя и без нас выросли, как оказалось.

– И получается, что мы тебе ничем не помогли, – добавил медвежонок.

– Что вы! – рассмеялся лось. – Рога тут ни при чём. Вы помогли мне в другом.

– В чём же? – хором спросили волчонок, лисёнок и медвежонок.

– Знаете, – признался сохатый. – До того, как вы появились, мне было очень одиноко. Мне не с кем было ни поговорить, ни поиграть. А вы стали для меня самыми настоящими друзьями.

– Серьёзно, что ли? – ухмыльнулся лисёнок.

– Серьёзно, – улыбнулся лось в ответ. – И я буду очень рад, если вы станете ко мне захаживать в гости. С вами моя жизнь веселее.

Признание сохатого настолько тронуло друзей, что они не могли не обнять его на прощание. Но так как громадный лось был необъятен, волчонок, лисёнок и медвежонок просто прижались к его высоким ногам. И друзьям в первый раз показалось, что сохатый не такой уж и большой и что он необыкновенно мягкий и хороший.

А ведь если бы волчонок, лисёнок и медвежонок не решились ему помогать, то они никогда бы не узнали, что даже такой громадный лось может нуждаться в общении и, конечно же, в дружбе.

«Игра в прятки»

Гуляли раз по осеннему лесу волчонок, лисёнок и медвежонок и решили сыграть в прятки. Волчонок думал, что хорошо спрятался, но лисёнок с медвежонком нашли его очень быстро.

– А спорим, что я вас обоих найду ещё быстрее? – сказал волчонок. – Вы же меня вдвоём нашли, а я и один справлюсь.

– Ну, давай, – согласились весело лисёнок с медвежонком и побежали прятаться. – Считай и не подглядывай!

Волчонок закрыл лапками глаза и громко, на весь лес, закричал:

– Раз, два, три, четыре, пять – волк зовёт в лесу гулять. Но лисёнка не находит, медвежонка не находит, – что такое происходит? Раз, два, три, четыре, пять – волк пойдёт вас всех искать.

И побежал волчонок меж деревьев, зазывая лисёнка с медвежонком. Слышен был лишь шелест сухих осенних листьев под лапами, как вдруг зазвучал чей-то тоненький, чуть слышный смех за осиной. Заглянул волчонок, а там лисёнок свернулся комочком и еле сдерживается от хохота.

– Ты что смеёшься? – удивился волчонок. – Если бы ты не смеялся, я бы тебя сразу не нашёл!

– Хи-хи, меня-то ты нашёл, а вот медвежонка попробуй найди! – ответил лисёнок. – Мне он сказал, хи-хи, куда спрятаться хочет, а ты в жизни не догадаешься!

– А вот и найду, – упрямо сказал волчонок и пошёл вперёд.

Искал волчонок медвежонка, искал, а его всё не было. Заглянет за дерево – и нет никого. В зарослях малины пороется – тоже нет. Начал разгребать холм из опавших листьев, но и там медвежонок не спрятался. А лисёнок меж тем шёл за волчонком и всё посмеивался.

– Да что ты всё смеёшься? – зарычал волчонок. – Мешаешь искать!

Лисёнок ничего на это не ответил, но продолжил хихикать. Вздохнул волчонок тяжело и дальше искать пошёл.

– Но он ведь здесь спрятался где-то? – уточнил волчонок.

– А вот это у меня не спрашивай, – лукаво ответил лисёнок.

– Почему это? – смутился волчонок.

– Я ведь медвежонку обещание дал, что тебе ничего не скажу, – ответил лисёнок. – Какая это тогда будет игра в прятки, если я тебя к нему приведу?

– Да где же медвежонок, – пробормотал волчонок и громко закричал: – Ме-две-жо-но-ок!

Неожиданно из-под земли, около раскидистого дуба, вылез крот. Пошмыгал он своим розовым носом и весело сказал:

– День добрый!

– Привет, крот, – озабоченно ответил волчонок.

– Что случилось? – спросил крот с участием.

– Да мы медвежонка ищем, но всё найти не можем, – ответил волчонок.

– А давайте я вам помогу! – предложил крот. – Я могу поискать его под землёй. Я ведь знаю все подземные ходы, как свои пять пальцев. К тому же, у меня хороший нюх, и, может, я смогу найти медвежонка по запаху.

– Давай, – радостно кивнул волчонок. – Тогда встретимся здесь, когда тень от дуба доползёт до муравейника.

И нырнул крот под землю глубоко-глубоко. А волчонок пошёл дальше искать. Лисёнок – за ним. Медвежонка меж тем всё не было. Вдруг над ними шумно пролетел ворон, сел на ветку близстоящего дерева и прокаркал сиплым голосом:

– Здр-равствуйте!

– Привет, ворон, – печально ответил волчонок.

– Что такое? – с участием спросил ворон.

– Да мы медвежонка ищем, но всё найти не можем, – ответил волчонок.

– А давайте я вам помогу! – предложил ворон. – Я могу поискать его свер-рху. Я ведь прекр-расно вижу с высоты птичьего полёта, и я знаю весь лес вдоль и попер-рёк.

– Давай, – радостно согласился волчонок. – Встретимся у раскидистого дуба, когда его тень доползёт до муравейника.

И взлетел ворон высоко-высоко. А волчонок продолжил поиски. Лисёнок, хихикая, пошёл за ним. Вдруг из-за кустов вышел громадный лось и пробасил:

– Здорóво!

– Привет, лось, – устало сказал волчонок.

– Что стряслось? – спросил лось.

– Да мы медвежонка ищем, но всё найти не можем, – ответил волчонок.

– А давайте я вам помогу! – предложил лось. – Я быстро найду его. Ведь я самый быстрый зверь в нашем лесу! К тому же я хорошо знаю здешние места.

– Давай, – согласился волчонок. – Тогда будь у раскидистого дуба, когда его тень доползёт до муравейника.

И убежал лось далеко-далеко. А волчонок пошёл искать дальше. Лисёнок – за ним.

Тянулось долго время, меж тем медвежонка всё не было. Пришли волчонок с лисёнком к раскидистому дубу, когда его тень доползла до муравейника. Вынырнул из земли усталый крот, присел на ветку обессилевший ворон, дошёл и сел на опавшие листья запыхавшийся лось. С надеждой посмотрел на них волчонок, но ни опытный крот в недрах земли, ни зоркий ворон с большой высоты, ни быстрый лось, пробежавший весь лес, не смогли найти медвежонка.

– Что ж, – опечалился волчонок. – Пойдём к маме медвежонка. Может, она нам поможет.

Лисёнок лукаво кивнул головой, и пошли они в медвежью берлогу. Встретила их там огромная мама-медведица, улыбнулась:

– Привет, волчонок! Привет, лисёнок! Как поживаете?

– День добрый, медведица! – ответил растерянно волчонок. – Понимаете, мы играли в прятки с Вашим медвежонком, но… но… но мы так и не смогли его найти.

– Моего медвежонка? – удивилась медведица. – Так он уже час целый сидит в нашей берлоге и пьёт чай с мёдом! Медвежонок, иди сюда!

Медвежонок подошёл и, увидев волчонка с лисёнком, неловко прижался к маме.

– Представляете, – обратился лисёнок к медведице, – волчонок призвал на помощь крота, ворона и лося, но даже те не смогли найти медвежонка! А я молчал всю дорогу.

– Молчал? – спросила медведица. – То есть ты с самого начала знал, куда спрятался медвежонок?

– Да, – ответил лисёнок.

– И ты молчал, даже когда волчонок уже отчаялся его найти?

– Да, – снова ответил лисёнок. – Я ведь пообещал медвежонку никому не говорить, где он хочет спрятаться, а обещания надо сдерживать.

Медведица с укором посмотрела на медвежонка:

– И как же тебе не стыдно, медвежонок? За тебя ведь волчонок так сильно боялся, лисёнок обещанное тебе слово сдержал, звери искали тебя по всему лесу, а ты тут чай с мёдом пил. И мне даже ничего не сказал. Так ведут себя только бессовестные звери.

– Но я ведь не хотел, – оправдывался медвежонок. – Правда! Я не думал, что меня тáк будут искать, по-настоящему. Я думал, что это всего лишь игра.

– Ну, как говорят, хорошо то, что хорошо кончается, – улыбнулась медведица. – Может, устроим в честь окончания «пряток» дружеское чаепитие?

– Да, да, – радостно сказали волчонок и лисёнок.

– Слушайте, – вдруг сказал медвежонок. – А давайте пригласим на чаепитие крота, ворона и лося? Они же, наверное, устали, пока искали меня.

– Давайте, – согласился лисёнок и лукаво добавил: – Только где они?

– А мы их найдём, – радостно сказал волчонок. – Вместе с медвежонком. Мы ведь тебя нашли, теперь твоя очередь искать.

– Тогда пошли, – согласился медвежонок. – Раз, два, три, игра началась!

«Музыка леса»

Каждый слышит в лесу свою музыку. Кому-то нравится шелест листвы в ветреный день лета, а кому-то – зимний гул, когда среди оголенных ветвей раскидистых деревьев задувает непокорная вьюга. Кто-то любит треск ломкого, тончайшего весеннего льда, а кто-то – сухой хруст опавшей листвы, ещё не намокшей после череды дождей в промозглые осенние дни. А что нравится волчонку, лисёнку и медвежонку?

В один прекрасный весенний день, когда набухшие на деревьях почки ещё не распускались, а от снега уже почти не осталось и следа, волчонок, лисёнок и медвежонок прогуливались и, как обычно, обсуждали между собой всё, что только придёт в голову.

– Хорош сегодня денёк! – восхитился, потягиваясь от наслаждения, волчонок.

– Ага, – поддакнул медвежонок. – Так хорошо давно не было.

– Конечно, – с хитринкой произнёс лисёнок. – Кто спал всю зиму, тому давненько не было хорошо.

– Это ты про меня, что ли? – полюбопытствовал медвежонок.

– Ну не про волчонка же, – ответил лисёнок. – Про тебя, значит. Мне вот, например, зимой было очень здорово. По крайней мере, веселее, чем сегодня. А сейчас…

Лисёнок, занятый беседой, случайно наступил в довольно глубокую, коричневатую лужу и обрызгался до самого живота.

– А сейчас, – раздражённо продолжал лисёнок, отряхиваясь, – везде грязь да скука!

– Ладно ещё грязь, но скуку ты где нашёл? – удивился волчонок. – Мне вот совсем не скучно. А что насчёт грязи, так ведь снег только-только растаял! Вот и лужи везде появились.

– Это даже ещё веселее, чем без луж, – вдруг добавил медвежонок.

– С чего бы это? – усмехнулся лисёнок. – С лужами не поиграешь, да и лучше игры в снежки, по-моему, ничего не бывает.

– Какие снежки? – полюбопытствовал медвежонок.

– Даже не задумывайся об этом, – махнул лапой волчонок. – Так, всего лишь одна зимняя игра.

– Которая самая весёлая? – расстроился медвежонок.

– Да, – самодовольно ответил лисёнок.

– А вот и нет, – возразил волчонок, заметив, как горько всхлипнул медвежонок.

– А вот и да, – настаивал на своём лисёнок.

– А если и да, то эта игра может быть не только зимней, – неожиданно сказал волчонок и начал загребать лапами мокрую землю.

– Не смеши, – усмехнулся лисёнок. – Снег ведь только зимой бывает.

– А кто тебе сказал, что снежки обязательно должны быть из снега? – волчонок набрал земли из лужи и, сформировав из неё липкий шарик, бросил его в лисёнка.

– Ты совсем глупый?! – возмутился лисёнок.

– Вот это да! – рассмеялся медвежонок и, повторив за волчонком, тоже бросил комок земли в лисёнка.

– Да что ж с вами со всеми такое?! – топнув лапой, воскликнул лисёнок.

– Весна, – ответил волчонок и бросил землёй в медвежонка.

– Ну-ну, смотрите у меня! – раздражённо произнёс лисёнок и, нагнувшись, тоже собрал комок земли и бросил его в волчонка, попав в голову. Лисёнок испугался: – О-ой!

Медленно стряхнув грязь с носа и щёк, волчонок, на удивление, совсем не рассердился, а, наоборот, задорно улыбнулся и даже поинтересовался:

– Ну как тебе? Скучно, говоришь?

– Хе-хе, – искренне ухмыльнулся лисёнок. – Да вроде даже весело.

– Вот! А я тебе что говорил? – гордо спросил волчонок и закривлялся: – А ты всё "зима-а, зима-а".

– И всё-таки грязные мы теперь, как лешие, – осмотрев своё туловище, серьёзно заметил лисёнок.

– Ага, – обеспокоился медвежонок. – Родители ведь ругать будут.

– Ничего страшного! – успокоил друзей волчонок. – Пойдёмте на речку, умоемся.

И направились друзья, испачканные с ног до головы, к широкой реке. Окунулись друзья в студёную воду и стали стирать с себя всю грязь: комья земли, смываемые с друзей медленным течением, тут же уходили на дно реки. Выплыв на берег и улёгшись на нём, волчонок, лисёнок и медвежонок увидели над собой чудесное, солнечное небо, без единого облачка; сочное, как ягоды голубики.

"Э-эх", – вздохнул волчонок и тут же смолк. Совсем не хотелось говорить – настолько было по-весеннему благостно. В воздухе царил аромат освободившейся от снега земли и прошлогодней травы. Солнечные лучи преломлялись в прозрачной воде, поблескивая в ней и играя весёлыми искорками. На душе любого зверя стало бы хорошо и спокойно от этих чистых запахов и красоты пробуждающейся природы.

Вдруг где-то поблизости послышалось чьё-то продолжительное фырканье. Друзья оглянулись и увидели возле себя доселе не встречавшегося им зверя с грубой коричневой шёрсткой. Он был меньше их по размеру, имел плоскую голову и широкую усатую мордочку. Ушки были крохотные, глазки – внимательные. Лапки – очень короткие, а хвост – необыкновенно длинный, соотносимый с самим туловищем этого диковинного существа. В то же время его гибкое, вытянутое и обтекаемое, как у рыбки, тело выглядело изящно.

– Пф-ф-ф, – ещё раз фыркнул зверёк, утирая свои тонкие и жёсткие, как щетинка, усики, и шепеляво поздоровался: – Ну, з-сдрафствуйте, гофсти дорогие.

– Какие ещё гости? – удивился лисёнок.

– Ну, вы зэ, наверное, ко мне в гофсти прифли, раз фдес-сь находитес-сь? – произнёс зверёк. – Река – мой дом. У нафс, у выдр, так принято: в чувжих домах мы гофсти. Не з-снаю, как у вафс.

– У нафс, – нарочито неправильно произнёс лисёнок, – тофзе так принято.

Волчонок толкнул лисёнка в бок.

– Ты что? – шепнул лисёнок.

– Не издевайся над выдрой, – так же шёпотом пояснил волчонок. – Мы же теперь в гостях.

– Что ж, я офчень рада, – с неподдельной улыбкой продолжала выдра. – У меня редко кто в гофстях бывает. Вы, повзалуй, первые.

Друзья настороженно переглянулись.

– А у тебя есть мёд? – прямо спросил медвежонок.

– Нефту, – покачала головой выдра. – Зато ефсть водорофсли.

– Водоросли? – удивился медвежонок.

– Да, водорофсли, – кивнула выдра, нырнула в воду и скоро выбралась на берег с чем-то противно-склизким и тёмно-зелёным в лапках. – Мофзет, вам понравится.

– Мофзет, – съязвил лисёнок.

Волчонок толкнул его в бок ещё сильнее.

– Ну ладно, ладно, – прошептал лисёнок.

– Прости, выдра, но мы такое не едим, – вежливо произнёс волчонок.

– Жаль, – пожала плечами выдра. – Мне вот тоже, чефстно, не нравится. А ведь, говорят, полефзно.

– Что ж, мы, наверное, пойдём, – сказал волчонок, и друзья резко встали.

– Пофстойте! – взволновалась выдра. – Вы уфзе уходите?!

– Да, – твёрдо ответил лисёнок.

– Вы не мофзете так скоро уйти! – воскликнула выдра.

– Почему? – полюбопытствовал медвежонок.

– Сегодня же день весеннего равноденфствия! – пояснила выдра. – Такой день в одинотевстве не празднуется.

– А что это за день такой? – спросил волчонок.

– День, когда мофзно уфслышать муфзыку леса, – ответила выдра.

– Удивительно, – задумался волчонок. – Никогда о таком не слышал.

– Что ж тут удивительного, – шепнул ему лисёнок. – По-моему, выдра просто «ку-ку», не в себе.

– Сам ты «ку-ку», – раздражённо произнёс волчонок. – Может, это самый интересный день в году, а мы с тобой не знали!

– Я ж тебе сказал, – пояснил лисёнок. – Самое весёлое – это игра в снежки.

– Да ну тебя, – махнул лапой волчонок и, уже громче, спросил у выдры: – И что же нам надо делать?

– Идите за мной, – сказала выдра. – Объяфсню по дороге, а то не уфспеем.

Увлечённый загадочностью события, волчонок пошёл за выдрой, семенившей своими короткими лапками. Медвежонок посмотрел им вслед, затем глянул на лисёнка и, подумав, всё же зашагал в ту сторону, куда направились выдра и волчонок.

– И ты туда же? – удивился лисёнок.

– А что нам здесь сидеть? – ответил медвежонок. – Я бы на твоём месте с нами пошёл.

– Да ну вас всех, – пробурчал лисёнок и, скрестив лапы, уселся на землю. Но, когда выдра с волчонком и медвежонком почти скрылись в высокой траве, лисёнок не выдержал и, поспешно встав, заторопился за ними.

– Итак, – говорила выдра, семеня впереди всех. – Когда фсолнце будет клониться к закату, в лесу на очень небольфсое время профснутся духи.

– Духи?! – испугался медвежонок.

– Да, духи, – повторила выдра. – Но они софсем не страфные! Наоборот, они добрые. И в день весеннего равноденфствия, в честь пробуздаюфсейся природы, эти духи уфстраивают предстафление.

– И так каждый год? – уточнил волчонок.

– Да, – ответила выдра. – И только один рафз! Но для того, чтобы уфслышать этот концерт, нужно найти у реки полые трубочки трофстника, в которые можно было бы дуть и подыгрывать духам леса.

– Что ж, найдём! – согласился волчонок. – Вон, кажется, тростник!

– Но заметьте, что не каждая трубочка подходит для концерта, – добавила выдра.

– И как же определить, что я нашёл ту трубочку, которую надо? – задумался волчонок.

– Да никак, – шепнул лисёнок.

– Определённых правил и впрафду нету, – услышав лисёнка, ответила выдра.

– Я ж говорил, – усмехнулся лисёнок.

– Это нужно почуфствовать, – добавила выдра. – Чуфствуешь, что эта та самая трубочка – бери её. Сердце не обманет.

– Ну и ну, – присвистнул лисёнок. – Прямо философ!

– Конечно, – съязвил волчонок. – Не то, что ты.

– А вот на личности не переходи, – с укором ответил лисёнок.

– С себя начни, – усмехнулся волчонок.

– А что-то ещё нужно сделать? – уточнил медвежонок.

– Для того, чтобы попафсть на концерт, нужно поверить в него и прислуфсываться к каждому звуку, – объяснила выдра.

Волчонок внимательно оглядел заросли тростника, вырвал одну из тростинок и подул в неё.

– Нет, не подходит, – сдвинув брови, произнёс он. – Звук плохой.

– Что б меня леший забрал! Плохой звук, – усмехнулся лисёнок, сорвал первую попавшуюся тростинку и тоже подул в неё, затем взял вторую и снова подул. – Да они же все одинаковые!

– Значит, ты не попадёшь на предстафление, – подытожила выдра.

– Почему это? Попаду, – твёрдо ответил лисёнок, отбросив тростинки в сторону.

– Не попадёшь, потому что не верифшь, – пояснила выдра, сорвала одну из тростинок и, подув в неё, с наслаждением произнесла: – То, что надо!

– Да я и без ваших тростинок на концерт попаду, – сказал лисёнок и всё же, несмотря на уверенность, тоже сорвал себе тростинку.

Медвежонок и волчонок уже нашли себе нужные тростинки и, готовые к концерту, пошли вслед за выдрой. Лисёнок – за ними. Когда они вошли в лес, выдра села на землю и сказала.

– Что ж, офсталось только ждать.

Таинственно переглянувшись, волчонок и медвежонок расположились напротив выдры. Почувствовав себя неуютно среди сидящих, лисёнок решил не стоять и тоже присел.

Солнце меж тем уже клонилось к закату. Его золотые лучи, пробивавшиеся сквозь ветви, по-весеннему озаряли голую, бурую землю с иссохшей травой. Друзьям даже показалось, что вот-вот, прямо перед их глазами, на деревьях распустятся набухшие почки, а земля покроется свежей зеленью. Выдра, вдохнув как можно больше воздуха, дунула в тростинку, и волчонок, лисёнок и медвежонок услышали этот звук, тоненький и еле уловимый. Вслед за тем неожиданно раздался гул в ветвях деревьев, созданный самим ветром.

– Это тот самый дух? – сгорая от любопытства, спросил медвежонок.

– Да, – быстро ответила выдра и тут же добавила: – Только тиш-ш-ше! Мы не долфжны говорить на концерте. Иначе мы ничего не уфслышим.

Закончив свою речь, выдра кивнула волчонку. Волчонок, чувствовавший лучше всех силу этого таинства, понял выдру без слов и тоже подул в тростинку. Затем они – волчонок и выдра – стали попеременно задувать в свои тростинки, словно играя дуэт на волшебных флейтах.

Ветер на мгновение затих и, точно набравшись сил, выдохнул, закружив в танце сухие прошлогодние листья. Медвежонок, очарованный их шелестом, тоже задул в тростинку. Один лисёнок сидел и не мог понять: неужели духи леса действительно слышат их и играют вместе с ними этот странный и в то же время завораживающий концерт?

После того, как медвежонок подул в тростинку, друзья услышали далёкое птичье пенье. Перелётные птицы, вернувшиеся в их лес после зимы, тоже посвящали свои трели весеннему пробуждению природы.

Лисёнок почувствовал на себе пристальные взгляды выдры, волчонка и медвежонка. Все ждали от него, когда же он задует в тростинку, чтобы присоединиться к музыке леса и воспеть весну. Ту самую весну, в которой не поиграешь в настоящие снежки. Ту самую весну, когда через каждый шаг натыкаешься на грязную лужу. И в то же время – ту самую весну, когда, сам не зная почему, хочешь играть и гулять, даже если снега уже нет и если всюду слякоть.

Неожиданно лисёнок почувствовал, что по-настоящему любит весну: её запахи, тепло, красоту и особенно музыку. И он взволновался, что своим прежним неверием может раз и навсегда спугнуть духов. Лисёнок с трепетом прислонил тростинку к губам и задул в неё.

Удивительно, но теперь, когда ему открылись все звуки, лисёнок вдруг услышал, как тихо-тихо лопаются первые почки. И до самого заката, пока солнце совсем не ушло за горизонт, друзья сидели, прислушиваясь к музыке леса.

– Фсё, – тихо произнесла выдра, с гордостью оглядев волчонка, лисёнка и медвежонка. – Духи дофольны, как мы фстретили весну.

– Правда? – обрадовался лисёнок.

– Да, – улыбнулась выдра. – День весеннего равноденфствия прошёл успефно.

– Э-эх, – грустно вздохнул медвежонок.

– Что с тобой? – обеспокоилась выдра.

– Целый год теперь ждать нового концерта, – расстроенно ответил медвежонок.

– В честь сегодняфнего дня? Да, – ответила выдра. – А так, концерты мофзно уфстраивать хоть каждый день.

– Неужели? – удивился волчонок.

– Конефсно, – улыбнулась выдра. – День весеннего равноденфствия для того и нужен, чтобы начать слыфсать звуки и различать их. Вы это уже умеете. А теперь – идите с-спать!

Друзья распрощались с ней и направились домой. По дороге они ничего друг другу не говорили. Один лишь ветер напевал им колыбельную, да где-то вдалеке, среди ночной тиши, ухал филин.