На пляжах Маливии

Пляж обитаемого мира Маливия был почти пустынен. Лишь одинокая фигурка девушки возвращала этому удивительному месту его обитаемость. Солнце Маливии палило вовсю, но палило необычно. Не было ни удушающей жары, ни слепящих лучей. Каждый мог без труда взглянуть на светило и не зажмуриться, пролежать целый день на песке и не обгореть. А тело изо дня в день продолжало бы медленно покрываться ровным загаром.

Девушка у кромки пляжа, за которым тихонько вздыхал салатовый океан, лежала на песке, блаженно закрыв глаза. Купальник облегал её фигуру, хотя она могла лежать и без него – вокруг никого не было. Она могла и вовсе не раздеваться – загар на Маливии ложится на тело и через одежду.

Девушка была удивительна, как и сама планета. Судите сами. Двадцать пять лет, длинные, светлые волосы, сбегающие волной, стоит их только приподнять рукой и отпустить. Но руки прочь! Только смотреть: лицо красивое, но не жеманное, фигура стройная с двумя округлыми соблазнительностями, глаза голубые. Звали девушку Цирцинелла Павэйн VII. Для друзей просто ЦыПа.

Что она потеряла на этом пустынном берегу, не знал никто. Но её подруга Лимория Палантин IV, для друзей просто ЛиПа, обзавидовалась бы, если бы узнала, что ЦыПа нашла такое потрясающее место для отдыха.

В воздухе, ещё минуту назад чистом, словно атмосфера в стерильном боксе, вдруг появился парящий объект, коим оказалась крупная мужская голова. Голова носила густую тёмную шевелюру, бакенбарды, бороду, усы, но не носила тела. Издавая тихий гул, она подлетела к Цирцинелле и зависла над ней.

– Здравствуйте! – поздоровалась голова.

ЦыПа открыла глаза.

– Добрый день! – улыбнулась девушка.

– Я не помешаю? – поинтересовалась голова, пожирая фигуру девушки глазами.

– Нисколько, – пожала плечами Цирцинелла, – если только не будете ронять на меня слюну и признаваться в любви.

– О нет, что вы! – Голова покрутилась из стороны в сторону. – У меня совсем другая физиология. Я могу развлечь вас какими-нибудь интеллектуальными играми.

– Это лучше, чем играть на щелбаны, – сказала ЦыПа и переливчато засмеялась. – Из-за отсутствия у вас рук, все щелбаны пришлось бы отвешивать мне.

– Ничего страшного. – Голова улыбнулась. – Хотите коктейль?

ЦыПа огляделась. Не считая её и головы, пляж был пуст.

– Хочу! – сказала она.

– Будет! – уверила голова, продолжая пристально рассматривать девушку. – Меня зовут Хайринус Маливис.

– Цирцинелла Павэйн, – представилась ЦыПа, опустив номер династии.

Что-то мягко потыкало её в бок. Она посмотрела на песок рядом. Рука, точнее, кисть руки, с зажатым в ладони коктейлем, указательным пальцем тихонько дотрагивалась до её кожи. Тела у руки не было.

– Коктейль! – сказал Хайринус.

Девушка взяла стакан.

– Спасибо! – поблагодарила она. – Мой любимый мятный джулеп.

Стакан был покрыт белым инеем. Он приятным холодком обжёг ладонь девушки.

– Не стоит благодарности, – кивнул Хайринус, – это существо всё равно не поймёт. А от себя желаю вам – на здоровье!

ЦыПа снова посмотрела на принёсшую стакан руку, но той уже не было.

– Я догадываюсь, что у вас возникли некоторые вопросы, – предположил Хайринус.

– Возможно. – ЦыПа отпила из стакана. Лёд и мята нежно легли на язык, как на подушку, алкоголь мягко покрыл их одеялом.

– Если вас интересуют удивительные свойства нашей родной планеты, туристические маршруты и услуги…

– Интересует, но совсем не туризм.

– Странно, – удивился Хайринус, внимательно глядя на девушку. – А что именно?

– Наверное, глупо спрашивать, как всё это у вас работает, – предположила ЦыПа и обрисовала висящего в воздухе Хайринуса.

– Наверное, глупо это объяснять, – предположил он.

– И всё же? – настаивала она.

– Уши создают тягу, – сказала голова и улыбнулась. Уши её непрестанно трепетали, как крылья, она лишь убавила частоту этого трепета, чтобы девушка их увидела.

– Не дурите мне голову, Хайринус. – Цирцинелла не попалась на удочку. – Мне ясно, каким образом голова держится в воздухе, но как она в этом воздухе живёт?

– Вы умны, Цирцинелла, – заметил Хайринус, – что ж, слушайте. То, что вы называете головой, и есть моё тело. Кроме мозга, который помещается в черепе, как и у вас, наша черепная коробка даёт достаточно места всему необходимому.

– То есть, вы сами по себе такой, и это нормально?

– Да.

– А рука?

– То существо, что приносило вам коктейль?

– Да, та самая. Тоже тело?

– Фактически да. Только у него нет мозга, лишь нервные окончания.

– Понятно, – кивнула ЦыПа. – Непонятно лишь, почему вы решили завести со мной разговор и с таким любопытством меня разглядываете?

– Наша планета Маливия полна, как вы их называете, «голов», «рук» и других простых тел, – признался Хайринус. – Но вот такого симбиоза организмов, как ваше тело, мы пока ещё не встречали.

Отель «Маливия»

Орбитальный лифт доставил Рэйнбоу Ксанти I на золотистый пляж обитаемого мира Маливия. Рэйнбоу вышел из кабины, а та, захватив округлыми дверями-шторками немного драгоценного воздуха планеты, серебристой пулей взмыла в синее до умопомрачения небо.

Несмотря на заявленную обитаемость мира, пляж был пустынен, лишь салатовый океан, как живой, тихонько дышал и облизывал песчаный берег. «Ну и где эти местные?» – не без ехидства подумал Рэйнбоу Ксанти. Он обожал безлюдье, и этот мир выбрал из-за малой заселённости.

Метрах в пятистах от него, вжавшись в песок чуть оплывшим бубликом, сверкал белизной отель. Рэйнбоу Ксанти, среди друзей просто РэКс, нагнулся и снял ботинки. Ступни приятно защекотал песок. Человек закинул обувь за спину и пошёл к отелю.

Солнце стояло высоко, но удушающей жары не было, дул приятный ветерок, не поднимавший, впрочем, ни единой песчинки. Лёгкие Рэйнбоу дышали легко и глубоко.

РэКс наступил на приятно упругие плитки перед отелем и не узнал свои ноги. Ступни были мягкими и розовыми, как у малыша, – хитрые песчинки очистили их от мозолей. Он опустился на корточки и обулся.

Рэйнбоу выпрямился, успев заметить странное движение в воздухе. Будто что-то, похожее формой на человеческую голову, скользнуло в небе и исчезло. Он придирчиво осмотрел небосвод, воздух был чист. Значит, барахлят глаза, не знавшие отдыха долгие недели. Он подошёл к отелю. Двери бесшумно разъехались, и РэКс прошёл в вестибюль. Казалось, у отеля не было крыши, – солнце проникало внутрь, не сбавляя освещённости. В помещении ни души. Рэйнбоу оказался у стойки портье и нажал приметную, кофе с молоком, кнопку на ней. Сканер считал отпечаток пальца, и из узкой щели столешницы розовым язычком дразнилы высунулась карточка.

РэКс взял карту, увидел на ней номер комнаты и, минуя лифт, взбежал по лестнице. В коридорах было пусто.

Словно укрытый гигантским листом салата, сбрызнутым белейшим молоком, номер округлым окном выходил на океан. Потолка в его апартаментах будто и не было – солнце беззастенчиво играло в зеркалах, стаканах для коктейлей и на полированных столешницах.

Рэйнбоу открыл створки молочно-зелёного шкафа и обнаружил свои чемоданы. Служба доставки отеля сработала безупречно. Он уселся в шезлонг и несколько минут наблюдал за океаном.

РэКс кое-что знал об удивительных свойствах Маливии от своей знакомой Цирцинеллы Павэйн VII. Потому и выбрал этот очень дорогой курорт. Цирцинелла, для него просто ЦыПа, говорила о странных местных жителях. Впрочем, сейчас это было неважно.

Рэйнбоу увидел на столике белую в салатовых прожилках кнопку вызова и надавил на неё. Через минуту дверь номера издала три стука. РэКс гостеприимно сказал:

– Прошу!

Вошёл портье. Он был кудряв, усат и бородат. В салатовом с молочными брызгами фраке, густо туманных сорочке и жилете, свежей зелени галстуке-бабочке и тишайших снежных туфлях.

– Отель «Маливия» приветствует вас, Рэйнбоу Ксанти Первый! – Он жемчужно улыбнулся.

– Зовите меня РэКс, – улыбнулся Рэйнбоу. – А вас как величать?

– Нас зовут Хамарус и Компания или ХаиКо. Как вам наш отель?

– Спокойно и безлюдно. Как я и хотел.

– Желание клиента для нас незыблемо. За весь отдых вам не помешает ни один человек.

– Даже вы?

– Даже мы, – наклонил голову ХаиКо. Пальцами правой руки он зачем-то пощупал плотно застёгнутую манжету левого рукава с малахитовой запонкой-бубликом. Затем проделал ту же операцию пальцами левой руки с правой манжетой. – Отель полностью автоматизирован. Если вы захотите переселиться в другой номер, просто скормите карточку приёмному устройству на его двери. Ваши вещи переместятся в новый номер автоматически.

– Номер меня вполне устраивает, ХаиКо.

– Отлично! Кухню вы можете запрограммировать на удобные вам время и ассортимент. Для этого вам достаточно сказать о своём желании вслух. Голосом вы можете давать другие команды, если не захотите возиться с сенсорным экраном.

– Замечательно.

– Если у вас всё, – ХаиКо неожиданно чуть согнул ноги в коленях, – то позвольте мне оставить вас наедине с отдыхом.

– Один вопрос, – сказал Рэйнбоу.

– Я весь внимание. – ХаиКо элегантно заложил правую руку за спину.

– Мне говорили о местных жителях… – начал Рэйнбоу, думая, как лучше сформулировать фразу. – Будто эти местные жители не люди, а как бы это сказать точнее… элементы людей. Это так?

– Не совсем. По виду они действительно точные копии разных частей человеческого тела, однако каждый из них – самостоятельный живой организм.

– Странное зрелище.

– Не волнуйтесь, встреча с ними вам не грозит. До свидания, РэКс!

– Всего хорошего, ХаиКо!

Портье вышел из номера, закрыл за собой дверь, сделал два шага, и тут с его телом стало твориться что-то неладное. Кисти рук выскользнули из тугих манжет сорочки и упали на пол. Перебирая пальцами, они разбежались в разные стороны. ХаиКо опустился на пятую точку – из штанин брюк полезли наружу обе его ноги. Освободившись от материи, они встали и – левой-правой, левой-правой – промаршировали в сторону служебного помещения. Двумя червяками из рукавов выдвинулись руки. Они отделились от фрака и, сгибаясь пополам, гусеницами поползли вслед за ногами. Голова, оторвавшаяся от шеи, наблюдала за бегством организмов.

– Ну что за безобразие? – сказал она, шевеля ушами. – До служебки дотерпеть не могут.

Она спустилась к содержимому фрака, дёргавшемуся внутри, ухватилась зубами за воротник и, отчаянно шевеля ушами-пропеллерами, потащила «тело» к служебной двери.

Туристический симбиоз жителей Маливии пока оставлял желать лучшего.

Маливия в опасности

Человек в строгом сером костюме разваливался на части. Буквально. Хайринус Маливис едва тащил свою Компанию, направляясь к зданию центрального космопорта Земли. Стопы в лёгких ботинках отплясывали джигу и твист, скользили лунной походкой и тряслись в нервном тике. Ноги сгибались и разгибались, отчего тело шло вприсядку, заваливаясь то на один бок, то на другой. Руки молотили воздух безумной мельницей.

Хайринус, голова всей компании, крепко прижимался к чувствительному пеньку-шее. Он и тело едва удерживали всех подопечных вместе. Унять хаос движений было не в их силах. Посетители космопорта обходили стороной странного путешественника.

Но Компании вскоре повезло – впереди обозначился объект, который мог легко решить проблему дезорганизации. У ресторана «Долгая дорога к дому», оформленного в земном деревенском стиле, стояла девушка-зазывала.

«Необычна, симпатична, феерична!» – оценил Хайринус и просигналил телу. Через контактные рецепторы сигнал эстафетой дошёл до рук, ног, кистей и ступней. Ноги перестали выделывать коленца, а руки расхотели вращаться. Стопы мгновенно обрели устойчивость и понесли компанию к девушке. Кисти нервно подрагивали, предвкушая скорый тактильный контакт.

Девушка в закрытом синем платье с красными и белыми вертикальными вставками, со множеством шнурков, молний, кнопок и пуговиц, улыбнулась, приветствуя Хайринуса и Компанию.

Хайринус зубасто улыбнулся в ответ, уши его затрепетали, создавая лёгкий сквознячок, а инициированная телом рука протянула ладонь для рукопожатия. Девушка подала свою самую очаровательную в мире ручку.

Правая ладонь мягко сжала её ладошку, надолго задержав в себе, затем сверху легла левая ладонь, заключая кисть девушки в двойное рукопожатие. Затем руки поднесли кисть незнакомки к губам Хайринуса, и тот нежно поцеловал её внутреннюю сторону.

– Здравствуйте, наша спасительница! – ласково сказал он.

– Доброго вам времени, путник! – ответила девушка и опять улыбнулась. – Добро пожаловать в наш ресторан!

– Только после вас, красавица! – Хайринус пялился на неё, но ничего не мог с собой поделать. Надежда на то, что улыбка скомпенсирует блеск глаз, давала ему драгоценные секунды для подбора следующей фразы. Компания наслаждалась этой встречей. Землянку Хайринус видел второй раз в жизни. Первой была Цирцинелла Павэйн VII, наследная принцесса Новейшего Света.

– Вы знакомы с Цирцинеллой Павэйн Седьмой? – спросил Хайринус девушку.

– Нет, – сказала она. Коснувшись толстой деревянной двери, девушка остановилась.

– Вы потрясающе на неё похожи. – Все светловолосые девушки с ладными фигурками представлялись Хайринусу родными сёстрами.

– Спасибо! – поблагодарила девушка. – А вы знакомы с ней?

– Имел счастье, – энергично кивнул Хайринус, едва не соскочив с шеи.

Глаза девушки широко раскрылись.

– Я расскажу вам о нашей встрече за бокалом мятного джулепа, если вы не против, – предложил Хайринус.

– Не против, – улыбнулась девушка. – К тому же я очень люблю мятный джулеп.

«Все светловолосые девушки с ладными фигурками обожают мятный джулеп», – сделал Хайринус немного наивный вывод, а поднятая до пояса рука приглашающе указала на вход в ресторан.

Девушка кивнула и повернулась. Но проклятая правая кисть всё испортила. Её ладонь с ощутимым шлепком соприкоснулась с правой ягодицей девушки, левая ладонь отстала лишь на долю секунды, придя в соприкосновение с левой ягодицей.

Это досадное происшествие едва не привело к скандалу. Возмущение девушки сменилось удивлением, когда она узнала, что человек, называвшийся странным именем Хайринус Маливис и Компания, – инопланетянин, состоящий из десяти самостоятельных тел. Команда симбионтов, путешествующих вместе.

Теперь вся Компания пребывала в прекрасном расположении духа и тела. Осязательные ощущения, всплеск эмоций, действие – всё то, чего ей не хватало при перелёте. Словно целебные снадобья возвратили к жизни каждого из маливийцев.

Для закрепления эмоций и дополнительного тренажа организм желал большой драки: ноги хотели попрыгать, а руки – побоксировать и поотражать удары. И такая драка могла состояться: за девушку вступились трое землян в клетчатых рубашках и грубых штанах, вскочившие из-за трапезных столов бара. Но в планы Хайринуса не входили потеря зубов, синяки и расквашенный нос, и он вовремя укротил компаньонов.

На Землю Компания прибыла для участия в галактическом совете, и размениваться на мелочи было сейчас глупо.

Земля, недавно открывшая для себя Обитаемый мир планеты Маливия, хотела освоить его. Первый отель для привилегированных особ на Маливии уже работал, но это было только начало. Неожиданно выяснилось, что жизнь Маливии разумна. И эта жизнь в десяти компаньонах-симбионтах прилетела на Землю, чтобы отстоять свою родную планету.

Зал заседаний представлял собой полый шар с синей внутренней поверхностью, – синие же кресла крепились к ней кругами, в центре полости на металлических штангах была закреплена кафедра для докладчиков. Президиум располагался напротив – в центре кольцевого ряда кресел.

Заседание было закрытым, поэтому зрителями заполнилась лишь четверть зала. Остальная его часть была закрыта чёрными стенками, прятавшими ненужный объём.

Хайринус Маливис и Компания взошли на освещённую кафедру. Впереди в синеватом сиянии Хайринус увидел кресла и людей в них. Появление компании было встречено молчанием.

– Земля приветствует представителя Обитаемого мира планеты Маливия, – сказал распорядитель заседания, когда перед ним зажглась панель белого света. – Я ознакомлю всех с целью заседания и передам слово Хайринусу Маливису.

Тишина была ему ответом.

– Итак, многочисленные бизнес-подрядчики Земли предлагают начать всестороннее освоение Обитаемого мира Маливия. Мы рады, что, наконец-то, нашёлся официальный представитель планеты, которому мы сможем сделать свои коммерческие предложения…

Хайринус слушал речь распорядителя, и она ему не нравилась. Создавалось ощущение, что Земля присвоила себе независимый мир, а теперь, когда объявился хозяин, хочет просто купить его. Компания Хайринуса тоже не была в восторге от заседания, но совсем по другой причине. Не обладая развитыми мозговыми центрами, все девять компаньонов просто изнывали от неподвижности. Вкусив радость движения, они не понимали, зачем опять обрекать себя на статику.

– Предложения, – между тем вещал распорядитель, – сводятся к двум коммерческим направлениям: туризм и медицина. Обширные морские пляжи и целебное солнце могут служить как отдыху, так и лечению. Мы получили результаты медицинских тестов – они ошеломляющи. Если действительность такова хотя бы наполовину, то один курс отдыха на планете может излечить сорок процентов всех соматических и психических заболеваний человека.

Хайринус ощутил, как дернулась в сторону ступня, отчего тело перекосило. Он дал команду – ноги подогнулись, и пальцы левой кисти почесали пятку захандрившей ступни. Прошло полминуты, и забарахлила правая ступня – пришлось почесать и её пятку.

– Но медицинское направление, – говорил распорядитель, – не исчерпывается целебными свойствами песка, ветра и солнца. Планета богата неразумными обитателями, похожими на части человеческого тела. Это раскрывает богатые перспективы в производстве протезов и…

На этих словах Хайринус, занятый наведением порядка в симбиозе тел, вдруг гордо вскинулся на пеньке, а правая рука потянула вверх распрямлённую, палец к пальцу, кисть.

– Представитель Маливии просит слова, – сказал помощник, прервав излияния распорядителя.

– Надеюсь, никто не введён в заблуждение, – начал Хайринус, стараясь совладать с охватившим его возмущением, – что мы не только представляем интересы Маливии, но и сами его полноправные жители…

По залу прокатился вздох удивления.

– Постойте, а как же все эти руки, ноги и прочие части человеческих тел? – спросил распорядитель.

– Прошу вас, уважаемый, не называть обитателей нашего мира частями, да ещё человеческих тел. Маливия – независимая планета и никаких обязанностей перед Землёй не имеет. Кроме того, мы считаем неверным мнение о неразумности обитателей Маливии. Мы объединены разумом нашего мира, а…

Договорить ему не дали, – мужчина слева нагло перебил его.

– Да ладно?! – Он усмехнулся, лампа осветила его. Это был толстенький лысый субъект. – Вы будете утверждать, что эти ваши руки, ноги, ползающие по планете или просто валяющиеся в грязи, разумны? Это обычные куски плоти, для разнообразия снабжённые суставами, костями и нервными волокнами…

Хайринус почувствовал, как вся его Компания задрожала от негодования. Дай он сейчас команду, и тело прыгнуло бы из-за тумбы, понеслось по рядам кресел вверх и, найдя обидчика, обрушило бы на него град тумаков, пинков и затрещин. Хайринус держался и молчал, пока из этого мясника в костюме лился возмутительный монолог.

На его глазах в зале развернулась полемика об использовании богатств планеты. Могучий Росазиатский блок пока держал нейтралитет, Старый Свет хотел решить вопрос освоения мягко, учтя интересы всех сторон. Новый Свет считал Маливию собственностью Земли и был готов использовать для его освоения любые средства. В случае активной экспансии с Земли Маливии не выдержать.

Хайринус вытер дрожащей левой ладонью вспотевший лоб и уголком просветлённого сознания подумал о своей родной планете. У людей это называлось бы молитвой. И свершилось чудо.

Инфотабло на чёрной стене за спиной Хайринуса сменило цифру 86 на 88. В зале появились два новых зрителя. На столиках перед их креслами зажглись и погасли белые световые панели.

Светловолосая девушка поразительной царственной красоты лишь мелькнула в световом пятне, и зал моментально притих. Она обвела взглядом присутствующих и остановила его на Хайринусе. Вновь зажёгшаяся лампа осветила её, когда она нажала сенсор «Прошу слова».

– Здравствуйте, Хайринус и Компания! – поприветствовала она компаньонов.

– Добрый день, Цирцинелла! – ответил за всех Хайринус.

«Она его знает», – прошелестело по залу. Поднялся распорядитель.

– Позвольте представить вам наследную принцессу Новейшего Света Цирцинеллу Павэйн Седьмую.

Цирцинелла Павэйн, для друзей просто ЦыПа, кивнула и продолжила:

– Это благородно, Хайринус, что вы и ваша Компания проделали столь длинный путь для защиты своей планеты. Это много благороднее, чем сидеть на месте и решать, как будут жить другие миры.

В зале послышался недовольный гул.

– Не переживайте, Хайринус, – сказала ЦыПа. – Новейший Свет окажет Маливии любую необходимую помощь наивысшего качества.

Хайринус смотрел на неё и думал: поистине самые очаровательные из землян – это светловолосые девушки с ладными фигурками.

– Простите, Цирцинелла… – начал представитель Старого Света, но прибывший одновременно с принцессой человек прервал его. Лампа ярко осветила мужчину средних лет.

– Мой промышленный сектор присоединяется к доводам Цирцинеллы, – сказал он. Сейчас его разглядели все.

– Рэйнбоу Ксанти Первый, – упавшим голосом проблеял распорядитель, – владелец корпорации «Космолэнд», крупнейший производитель космической техники Солнечной системы.

– Это прямой сговор, – вскинулся толстенький лысый субъект, бизнесмен Нового Света. Было заметно, что заседание вышло из-под его контроля. – Я буду жаловаться в антимонопольный комитет. Новейшие и Космо отжимают свободных предпринимателей. И всё это ради каких-то запчастей…

Он не успел договорить. То, что случилось в следующий момент, надолго лишило его дара речи. Правая рука Хайринуса и Компании мгновенно вскинулась до плеча, дала импульсный толчок кулаку, и тот, оторвавшись от тела, пролетел через весь зал и мощно заехал в челюсть американцу.

Бой за планету Хайринус и Компания выиграли чистым нокаутом.