# Миф о Кассандре

Наталья Алексеевна Тайнова

Древняя Греция. Олимп. Бастард Зевса, Кассандр, задаётся вечным вопросом человеческого бытия, что они из себя представляют, и за что изгнаны на землю. Далее нашего героя захватывают неожиданные повороты судьбы, и ответы на извечные вопросы находятся весьма необычным способом.

Автор: Я начинаю эпос свой,

Что с нитью музыки сплетён.


Жил на Олимпе Зевса сын,

Законно не был он рождён.


Бастард; наполовину богом был,

И силой наделён титана.

Он мог завоевать весь мир,

Но ему этого не надо.


Он от природы был умён,

Он изучал миров созданья.

Учителями окружён,

Узнал учений он немало.


Но лишь одно не мог понять,

Ночами думал он об этом.

Хотел узнать об их паденьи.


Кассандр: Я полубог. И я живу с богами.

Наполовину я и человек.

Что скрыли вы под облаками?

Какой несчастные свершили грех?


Быть может я, и тоже грешен,

И должен с ними вековать?

Не слушать ваших лир и песен,

Оливы с веток поедать?…


Зевс: Тебе я снова повторяю,

Я повторяю вновь тебе.

Оставь никчёмное вниманье,

Послушай строгий мой запрет:


Не думай о людском причастьи,

Не то всё повторится вновь.

Тебе желаю только счастья,

И не хочу вершить я зло!


Кассандр: Отец! Давно уж стал я взрослым!

И разобраться должен я!

Терзают душу мне вопросы

Острее острого копья.


Какое их предназначенье,

Зачем таким я урождён?

Быть может, я их искупленье?

Быть может, я свободы вор?


Зевс: О как устал я, сил нет боле!

Ты словно муха в хрустале!

Я исполняю твою волю,

Лети, вернёшься в сентябре.


Автор: И что есть силы, Зевс толкает

Кассандра с края небесов,

Что лиры скорбно замолчали,

Закрыто небо на засов.


Упал герой на моря дно,

Сомкнулись волны в тот же час.

Не знал, что дальше делать он.

И гаснет жизни свет из глаз…


Но из коралловых глубин,

Пучин морских, судьбою бренных,

Небесной, ясной красоты

Плывёт красавица Сирена.


Сирена: Какой красавец.. Что забыл

На дне морского океана?

Меня он наповал убил,

Похоже, умирает рано…


Спасу его! Быть может он

Откликнется на зов любовный

И будет мною удивлён,

И скрепим мы союз наш кровью.


Автор: И обняла Сирена крепко,

И что есть силы поплыла.

Его последнее дыханье

Рукой прозрачной берегла.


И вот уже воды поверхность,

Но суша где-то далеко.

Плыла Сирена долго, долго,

Совсем ей было нелегко.


Но впереди виднелся остров,

Покрытый огненным песком,

И на песок героя сбросив,

Ждала, когда проснётся он.


Настала ночь; и месяц тонкий

Её поникший стан ласкал.

Совсем надежду потеряла,

Но вот герой открыл глаза.


Кассандр: О боги, где я?…

Голова…

Я помню жизнь свою едва.

И как сюда попал я?

И что за остров бытия?


О, кто вы? Девушка земная?

О вас я ничего не знаю!


Сирена: О, успокойся, вот чудной,

Откуда на морское дно

Свалился ты? Неужто с неба?


Кассандр: Ну да, с небес..

Летел, летел… и вот, привет.

Я Зевса сын, герой я славный,

Я много разных жизней знаю.


Богат, красив, но есть изьян,

Который мне с рожденья дан…


Отец мой-бог, и дух его

Сильней чем сто титанов,

Но я к тому же человек…

Об этом мало знаю.


Хочу познать я лик людей,

И чем они живут,

В каких грехах они слабей,

И песни чьи поют?


И каково предназначенье

Этого народа.

И вот… Свалился я с небес.

И канул прямо в воду.


Спасибо, что меня спасла,

Прекрасная Сирена!

Перед тобою я в долгу,

И расплатиться чем бы?


Сирена: Ах, сердце ты моё пленил,

Одним лишь только взглядом.

И без тебя теперь весь мир

Казаться будет адом.


Мне обещай: когда найдёшь

К чему ты так стремишься,

То в море ты ко мне придёшь,

К Сирене возвратишься!


Кассандр: Ну, хорошо, я обещаю,

Сирена милая моя,

Как только тайну я узнаю,

И подарю любовь сполна!


Автор: Сирена, золотым хвостом

Махнув над чёрной гладью, скрылась.

Но тайна бытия ещё герою не открылась.


Кассандр исходил весь остров,

По кругу, вдоль и в параллель.

И только тысяча вопросов,

И как не близко его цель.


И вот в сердцах он пнул песок,

И увидал бутыль.

А в нём лежало письмецо,

То Зевс письмо зарыл.


Раскрыл Кассандр письмецо,

И обожгло его лицо

Горящих строчек бег.


В безумстве Зевс его писал,

И сына своего ругал.


Зевс: Я не тому тебя учил,

Поспешных клятв давать.

Несчастна девушка теперь,

Что обещала ждать.


Ты не способен жить в морях,

Погибнешь ты на дне!

Ну а она- на берегу,

Погибнет при луне!


Напрасно тратишь времена,

Людской народ пустой,

Дешёвый, грязный, и немой,

Вернись-ка ты домой!


Но вижу, ты химеры не оставишь.

Позволь, я помощь предложу.

И ниже- заклинанье смерти

Я стилом острым напишу.


Как только ты его прочтёшь-

То в царство мёртвых попадёшь.

Целую, Зевс.


Харон: Постой, куда? Монету в руку мне давай,

Потом и место занимай.

Следующий!


Кассандр: Какая плата? Где ж монеты я возьму?

С собой я денег не ношу.


Харон: Я вижу, ты ещё живой,

Так кинься в реку с головой.

Быть может, кто-нибудь подаст

Тебе монетку. А мне работать не мешай!


Кассандр: Да не хочу я умирать,

И денег мне не надо подавать.

Ух, жутко тут у вас,

Все люди на одно лицо,

Что профиль, что анфас.


Харон: А, это и не люд уже,

Они лежат в сырой земле,

От них лишь тени, тени рыщут,

Покой в подземном мире ищут.


Я слышал о тебе, герой,

И мой совет тебе такой:


Коль рощу Персефоны ты найдёшь,

И Золотую ветвь мне принесёшь,

То переправлю без труда,

Обратного пути не будет никогда.


Автор: Побрёл герой,

И сам не знал, куда побрёл.

На шумы ветра, всплески волн,

На солнца зной, на рыси рык,

К своим он странствиям привык.


Сменялась ночь, сменялся день,

И стала длинной его тень,

И у костра он замерзал,

Мятеж души своей ругал.


Но вот луга сочнее стали,

И птицы стаей запорхали,

И кипарисы задевали

Своею кроной облака,

И дух Кассандра ликовал.


Нашёл, нашёл он эту рощу,

Благоухающей весной,

Любовью веет днём и ночью

Омытая трава водой.


Оливы золотой листвою

Внимали ветру поутру.

Устал герой, прилёг спокойно.

Недалеко виднелся пруд,


В котором девушки плескались,

Оставив платья на траве.

Средь них смеялась Персефона,

Всех девиц краше и милей.


Они его не замечали,

И веселились без стыда.

И звонким смехом раздавались

Их молодые голоса.


Кассандр замер на траве,

Едва владев собою.

«За что сей красоты портрет

Дарован мне судьбою?»

Впивался в каждую из них

Своим блестящим взглядом.

Ещё бы век на дев смотрел,

Ему всё было мало.


Но Зевс не дремлет: видит он,

Что сын соблазном искушён.

Разгневан ещё пуще!

«Тебе я покажу сейчас,

Растут где рая кущи!»


Сверкнули сотни молний,

И небо словно пополам,

И закричал герой истошно:

Он взгляд свой острый потерял.


Ослеп от красоты девичьей,

Или от гневного отца.

А девушки, схватив обличья,

Бежали быстро, кто куда.


Рыдал Кассандр; звонко слёзы

Катились в пышную траву.

Не видеть больше ему звёзды,

Не видеть алую зарю.


Но вдруг рука, легко и нежно

Коснулась сильного плеча.

Лишь Персефона не бежала,

И горько сжалилась она.


Персефона: Приветствую тебя, герой.

Давно ли ты следишь за мной?

Понравилась моя игра?

Тебе уж уходить пора.


Супруг Аид, узнает коль

Что ты бросал свой жадный взор

На мои перси- сгинем вместе.


Кассандр: Постой, я не за этим здесь,

Чтоб игры ваши лицезреть.


Автор: Поведал наш герой судьбу,

И цель, что треплет его сердце.

Но он без глаз, закрылась дверца,

И стал далёк тот смертный люд.


Персефона: Ты мил собой, силён и храбр,

Увечье лишь тебе к лицу.

И истина твоя по нраву,

Тебе, Кассандр, помогу.


Но прежде… дай мне руку.


Кассандр: Боже, твоё дыханье горячо,

И не могу терпеть я больше,

Плевать, что был я обручён!


Автор: Слились в ночи два юных тела,

И звёзды падали в траву.

И от стыда луна сгорела,

И было жарким рандеву.


Персефона: Держи, Кассандр, это ветвь,

Что золотом в ночи сияет.

Сегодня ночь особенно черна…

Пусть ветвь дорогу освещает.


Давай мне руку, я с тобой

Дойду до самого Харона.

Там распрощаемся навек.

Не забывай ты Персефону.


Харон: Явился, бедный странник.

Принёс? А где твои глаза?


Кассандр: Тебе ответить честно, брат?

Я бы и сам узнать бы рад!

Давай, вези меня к Аиду,

Мой час познаний очень близок.


Автор: Ступил на сушу наш герой,

Попал он в подземелья царство.

И, затерявшись в серой массе,

В тени людской вперёд побрёл.


А впереди- Аид на троне,

Вершит деяния людей.

Одних отправит он на остров,

Других избавит от затей.


Аид: Ну, расступитесь, бедолаги!

Кого я вижу! Вот хитрец.

Отец то знает, чем ты занят?

Он знает, что тебе конец?


И что ты тут забыл, Кассандр?

Кого ты хочешь рассмешить?

Какое глупое познанье,

Ты хочешь человеком быть?


Кассандр: Не смей так говорить со мной!

Ведь я умён, ведь я герой!

Прошёл я долгий, сложный путь,

И мне назад не повернуть.


Давай, скорее расскажи

Какая человека жизнь.

Хочу я правду разузнать,

И силу духа воспитать!


Аид: Ну что ж…


Грех- слово людям известное,

Знают люди, что грех это плохо.

Всё же действует грех повсеместно,

Власть имея над взрослым и крохой.


Знают люди, что грех это стыдно.

Но грешат без причин, по причинам.

Чтобы очень уж не было видно-

Прячут грех под различной личиной.


Мало, кто остается верен

Своей воле, супруге, богу,

Оттого то они толпою

Так и ломятся в мои двери.


И живут они, и не верят,

Что приблизится час расплаты,

Открываются мои двери,

Проходите! Тут людям рады.


О, гордыня, почти есть в каждом.

Говорят: «Я прекрасней, лучше!

Я хороший и мудрый, важный,

На меня светит солнца лучик!»


Вот и зависть, глаза зелёные!

«Пусть богатый убогим станется,

У счастливого счастье кончится,

Пусть мой ближний в несчастьи мается!»


Вот обжоры, гурманы редкие,

Пищу скромную в рот не кладущие,

Им из лис тевмесских котлеты бы,

Им бы суп из лавра тунгусского.


О блудливые, о развратные,

В своих мыслях не аккуратные!

Им бы лишь утолить желание,

И не важно какими путями бы.

Нет страшней человека во гневе,

Пустяками гнев вызывается,

Крик и ругань, драки, убийства

В состоянии сим совершаются.


«Всё моё, всё моё и ничейное!»

Вот слова человека корыстного,

Он себя обложил бы трофеями,

Золотыми кусками бы чистыми.


А вот этот?… Смотри, еле тащится,

Всё не мило ему, жизнь потрачена.

Он к унынию вечно стремящийся,

И душа его ленью охвачена.


Ты расстроился; это правильно.

В человеке мало хорошего.

И поэтому он оставленный,

И богами на Землю брошенный.


Не суди в себе людской корень зря,

А цени богов долгожительство…

Ох, смотри, уже занялась заря,

Я пошел чинить суд обвинительный.


Кассандр: Какая глупость… Как я слеп,

И побороть мне силы нет

Печали, гнева на людей,

Хочу на небо поскорей1


Нет, хочу не знать,

И больше век не вспоминать

О том, что кровь во мне не та,

А от людей лишь пустота.


Нет, я урод, и засоряю мир,

И больше воздух мне не мил.

Прощайте!


Автор: В полной темноте

Побрёл на ощупь он к реке.

Река та Летою звалась,

Что память уносила.


Зашёл Кассандр в глубину,

Река со страшной силой

Волной накрыла с головой,

И под водою скрыла.


Спустя мгновенье из воды

Тень мёртвого безумца

Шагала мирно в пустоту.


Аид: Пф, безликий вольнодумец.

В который раз, как я устал!

А Зевс? Найди подходы

К свому никчёмному сынку,

Отправь его в походы!


Бастард несчастный…

Эй, судья! В Элизиум его,

Пусть очередь пропустит

На острова Блаженных.


Меньше грусти!

Сейчас один момент,

И он переродится.


На этот раз под знаком Дев,

И чудо, может быть, случится…


Зевс: Привет, малыш! Кассандр,

Скиталец мой, в чём правда бытия?

Агу, агу, я знаю, знаю,

Другого не дано тебе отца.