# Падаю вверх

Елена Алексеевна Миронова

В сборник вошли стихотворения разных лет. Поиски себя и смысла жизни, немного философии, юмор и очень много любви, в которую автор по-прежнему верит.

## ПО МЛЕЧНОМУ ПУТИ


***


Звездопадом яблоки познанья

Сыплют ночью с веток Иггдрасиля.

Спит, клубком свернувшись, мирозданье

Под святой защитой крестной силы.


Развернулись облачные свитки.

Наши сны по ним читает ветер.

И прядётся тоненькая нитка

Самой лучшей сказки на планете.


Ночные зеркала


Заглянуть в ночные зеркала.

Разбудить миров колокола.

Посреди застывшей тишины

Мы биеньем звёзд оглушены.

В зеркала ночные заглянуть…

Вдруг в них отразится кто-нибудь?


Время истончилось, истекло.

Под ногой – разбитое стекло.

В крошево – иллюзий липкий плен,

Веру в неизбежность перемен.

Истончилось время, рвётся нить.

Две судьбы в одну не перевить.


Пистолетным дулом у виска

Ледяная ластится тоска.

Гулким эхом – фраз прощальных медь.

Мы на боли учимся взрослеть.

Над любым из нас – дамоклов меч

Бритвой по судьбе мелькнувших встреч.


Выйдя из нигредо наугад,

Кожей ощути холодный взгляд.

Глохнешь в крике нерождённых строк.

Ты свободен, значит – одинок.


Циферблат расколот. Судный час.

Зеркала ночные смотрят в нас.


Тот, кто искал Небо


Молчит календарь

Про год и про век,

Но там, где никто

Из нас не был,

Жил не похожий

На всех человек,

Который искал

Небо.


Бывало, над ним

Потешался народ,

Гораздый до зрелищ

И хлеба:

– Видишь над городом

Каменный свод?

Это и есть

Небо.


Ты сказками разум

Не береди,

Забудь свою

Глупую небыль.

А он упрямо

В ответ твердил,

Что будет искать

Небо.


– Оставь этот бред,

Нам и так хорошо!

Но он отвечал:


– А мне бы

Потрогать руками

Облачный шёлк,

Упасть в синеву

Неба!


Мне звёздами вышитый

Полог небес

Увидеть хоть раз

Не во сне бы…

Он так говорил,

И однажды исчез,

Чтоб отыскать

Небо.


Он шёл, напевая,

Он шёл налегке,

Туда, где никто

Из нас не был,

Берёзовый листик

Сжимая в руке,

Как будто билет

В Небо.


Его чудаком

Окрестила молва,

И он не поверил

Мне бы:

Пела в груди у него

Синева…

Там он носил

Небо.


Вдоль по Млечному пути


Вдоль по Млечному Пути,

Без билета, без гроша

И с гитарой за спиной,

Босоногая душа –

Лети

И пой!


Оставляя миражи,

Иллюзорный сладкий плен

Снами в тающей ночи.

Что останется взамен?

Скажи!

Молчит…


В кайф – потёртая джинса.

Жизнь, похожая на блюз,

Бьётся крыльями в груди,

Ветер пробуя на вкус…

И шанс

Один.


Мир руками не обнять.

Лёд губами не согреть.

Если некуда спешить –

Можно многое успеть,

Понять –

и жить!


Вдоль по Млечному Пути,

Без билета, без гроша,

Звон аккордов за спиной…

Шестиструнная душа –

Господь

С тобой…


Обручённая с ветром


Дождь, дождь,

Дождь, дождь –

Хрустальные струи – аккордами с неба.

Ждёшь, ждёшь,

Ждёшь, ждёшь…

Ночами гадаешь: а был или не был?!

В стотысячный раз не поверила в ложь

Навек разлучающих вас километров…

Рыдаешь стихами – и всё-таки ждёшь!

Влюблённая в дождь,

Обручённая с ветром.


День – ночь,

День – ночь…

В графе твоей жизни – тире или прочерк?

Прочь, прочь,

Прочь, прочь

Тревожные мысли, сомнения – в клочья!

И новое утро похоже точь-в-точь

На то, что растаяло, кануло в лето…

Ты – сказки забытой заблудшая дочь,

Влюблённая в дождь,

Обручённая с ветром.


Дождь, дождь,

Дождь, дождь

Сшивает надежды

Незримою нитью.

Ждёшь, ждёшь,

Ждёшь, ждёшь…

Ты вовсе не ангел, ты просто хранитель.

И в строчку ложатся слова и мечты,

Рифмуются радуга с солнечным светом.

Себя сочинив, воплощаешься ты –

Влюблённая в дождь,

Обручённая с ветром.


Синий Кит

Если душа у тебя с тонкой кожей –

Вечно царапины да синяки…

…Думаешь, над городом – небо?

А может,

Спит там, задумавшись, Синий Кит?


В сжатые рамки он не уместится…

Он неуместен и знает об этом.

Хочется крикнуть:

– Что, если вместе нам

Взять и уплыть в направлении лета?!


Здесь не услышать ни смеха, ни плача.

Выжгли до пепла нечаянно люди

Кит отвечает:

– Останусь. Иначе

В городе Неба больше не будет…

Девятая жизнь


На засыпающих крышах

Играют звёздные мыши,

А может, листья спросонок шуршат.

Крадётся млечной дорожкой

Большая лунная кошка,

И потихоньку мурлычет душа.


Вдоль по ночным переулкам

Я выхожу на прогулку,

Тенью скользя меж встревоженных снов.

Ночь – это время неспящих,

Тех, кто живёт настоящим,

Не запасая ни денег, ни слов.


В житейском водовороте

Нас, словно зёрна, молотит,

Кидает так, что только держись!

А я не переживаю,

Я, как хочу, проживаю

Свою кошачью,

Девятую жизнь!


У вас проблемы и ссоры,

И бесконечные споры,

И вызывают презрительный смех

Все ваши мелкие драмы.

Мои сердечные шрамы

Надёжно скрыл антрацитовый мех.


А дело вовсе не в масти,

Нам тоже хочется счастья…

Я с этой шельмой Фортуной не раз

Играла в карты без крапа,

Училась падать на лапы,

Не прятать жёлтых насмешливых глаз.


На засыпающих крышах

Играют звёздные мыши,

А может, листья спросонок шуршат.

Крадётся млечной дорожкой

Большая лунная кошка,

И потихоньку мурлычет душа.


Не грусти


Что наша вечность?

Вода в горсти. Прости.

Всю позолоту стёрли

Ветра перемен.

Строчка рефреном:

Эй, чувак, не грусти!

Отпусти

Змеем воздушным себя,

Не гадая, а что взамен.


Что наша слава?

Одна молва. Слова

Звякают мелкой монетой

По мостовой.

Ветер в кармане –

Легче иди вперёд.

Нам везёт!

Видишь, радуга в небе?

Значит, Господь с тобой.

Все наши встречи –

Пролог разлук, мой друг.

Я не попал впросак –

Я остался в нём жить.

Это так просто –

Выбросить все ключи.

Научи

Ниткой непрочных надежд

В сердце музыку шить.


Пусть кто-то скажет:

Поёшь не так, не в такт,

Но на чужую свою

Я б судьбу не сменял.

Вместо припева:

– Эй, чувак, не грусти!

Отпусти

Душу на волю,

Аккордами ввысь, а с меня

Пара пива,

И – не грусти…


***


А хочешь неба кусочек?

Вот этот, с облачной ватой?

Маленький, в несколько строчек,

С сердцем моим крылатым.


В пене цветущей вишни,

В раме из юного мая!

… Я тебе файлом вышлю

С солнышком в виде смайла.

Мой мир


Я придумаю мир,

Где мы будем свободными,

Где мы будем вдвоём,

Будем счастливы в нём,

Никогда не умрём.

И, как Дух сотворенья,

Летящий над водами,

Мы придумаем птиц

Из касанья ресниц,

Из крылатых страниц.


Дай мне право

Коснуться тихонько ладонями,

От беды защитить

Эту тонкую нить,

Научиться любить!

Мы искали ответы,

Но так и не поняли:

Самый главный ответ –

Одиночества нет,

Одиночество – бред!


Я придумаю мир

Без болезней и выстрелов,

Без обмана и лжи.

Ты ведь веришь, скажи?

Напишу тебе жизнь,

Где мы станем, как дети,

Святыми и чистыми.

Хоть на день, хоть на час

Станет общим для нас

Мир на дне твоих глаз…

***


Куда бы тебя ни увёл маршрут,

Наземный или небесный,

Есть место, в котором тебя очень ждут,

Географам неизвестное.


На Яндекс.Картах его не найти,

Ключом не откроется дверца.

Приводят обратно любые пути

Тебя в тёплый дом. В моё сердце.


***


Я построю вселенную

без чертежа или плана,

Нараспев или наспех,

И, словом, – почти наобум.

Десять строк из Нагорной

и что-то из римского права.

Вот законы её, что пришли

почему-то на ум.


Этот мир утопичнее

всех знаменитых утопий.

За него ни полушки

на бирже всемирной не дашь.

И ему не бывать ни в одном

мирозданческом топе.

Но ты можешь поправить его,

и он все-таки наш!

ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС


***


На часах – весна без пяти.

На губах – вареньевый вкус.

Может, нам с тобой по пути,

И все минусы сложатся в плюс?


А в той точке, где мы вместе сошлись,

Укрепи на карте крохотный флаг.

Продолжается обычная жизнь,

Но вдвоём – теплее. Как-то вот так…


Поступь Времени


Хочешь, я расскажу тебе то, что ещё никому не рассказывала: сон, приснившийся мне однажды в детстве? Я помню тёмный силуэт в глубине комнаты – смутную тень на фоне стены. В ней нет ничего пугающего или безобразного, но мне отчего-то страшно, так, как больше никогда в жизни. Хочется кричать, но я не могу: нет голоса, и нет сил проснуться… Мы смотрим друг на друга, я и мой незваный ночной гость, и я первой не выдерживаю этой безмолвной пытки, крепко зажмуриваю глаза… и просыпаюсь.

В комнате никого, только там, за дверью, тает звук почти неслышных шагов. Сон, всего лишь сон, воспоминания, которые я могу доверить тебе одному… Знаешь, мне и сейчас, годы спустя, всё ещё чудится этот вкрадчивый шорох.


Шелестит песок…

Сыплется, падает

Время.

Серебром в висок –

Прожитых часов,

Скоротечных лет

Бремя.

Вслушайся: в тиши

Шорохом, отзвуком

Песни

Время прошуршит…

Только ты – дыши,

Только будь со мной

Вместе!


Помнишь, однажды ты спросил, о чём я думаю, когда тебя нет рядом? Тогда я улыбнулась и сказала, что так просто не бывает, ведь ты рядом всегда, даже когда тебя нет. Просто ты живёшь теперь в моём сердце, и оттуда нельзя ни уйти, ни уехать… И только порой приходит мысль, от которой становится холодно даже в самый жаркий летний полдень. Что, если однажды ты разлюбишь меня? Ведь измена – это та же смерть, нет – гораздо хуже! Когда мы любим, смерть над нами не властна. Измена и предательство убивают куда вернее и уже – навсегда.

Правда, я глупая? Ведь ты же со мной, рядом. А это был сон, всего лишь сон, приснившийся однажды осенней ненастной ночью…


Шелестит песок…

Сыплется, падает

Время.

Серебром в висок –

Прожитых часов,

Скоротечных лет

Бремя.

Вслушайся: в тиши

Шорохом, отзвуком

Песни

Время прошуршит…


Только ты – дыши,

Только будь со мной

Вместе!


Знаешь, сегодня я подумала о том, что однажды состарюсь. Просто подойду однажды утром к зеркалу и не узнаю себя в этой грустной седой женщине, у которой почему-то – мои глаза.

Но ведь этого никогда не случится, если ты будешь рядом. Ведь только ты один всегда видишь меня настоящую, сколько бы лет ни минуло с той самой первой встречи, когда начался отсчет нашей любви. И тогда мне не страшно жить и ждать, что однажды вернётся тот самый сон, в котором безвозвратно и неотвратимо уходит в неведомые нам края Время – время надежд и обещаний, любви и отчаянья. Время нашей жизни…


Шелестит песок…

Сыплется, падает

Время.

Серебром в висок –

Прожитых часов,

Скоротечных лет

Бремя.

Вслушайся: в тиши

Шорохом, отзвуком

Песни

Время прошуршит…

Только ты – дыши,

Только будь со мной

Вместе!

Время пробует нас на зуб


Чем гордишься ты, человек?

Чередою смешных удач?

Время, наш отмеряя век,

То ползёт, то несётся вскачь.


Нрав у Времени очень груб,

Не разжалобишь, вот напасть!

Время пробует нас на зуб

И всё крепче сжимает пасть.


В горе, в радости и в тоске

Нас сжигает страстей костёр.

Жизнь подвешена на волоске,

И топор палача остёр.


Время – шулер, великий плут –

Знаем твёрдо, но всё равно

Горсть отпущенных нам минут

Снова ставим мы на зеро.


Сердце тупо кольнёт игла.

Всё на кон, ни к чему беречь!

Жизнь – не более чем игра,

Но игра всё же стоит свеч!


И пусть Время сбивает с ног,

Давит грузом ушедших лет –

Что-то в жизни ты всё же смог,

Если вышел из тьмы на свет!


Если словом коротким «Друг»

Называл тебя кто-нибудь,

Если совесть – не просто звук,

А любовь – не пустяк, а суть.


Коль судьбы тебя виражи

Не скрутили в бараний рог –

То не зря ты на свете жил.

И ещё поживёшь, дай Бог!


Здесь и сейчас


Время надежд, время утрат.

Через тебя дуют ветра,

Через тебя птицы летят на юг.

Через тебя – звёздная пыль,

Шёпот и крик, небыль и быль.

Через тебя веков замыкается круг.


Кровь без вины станет вином.

В прочной цепи малым звеном

Быть суждено здесь и сейчас для нас.

Мудрых богов немая игра.

Пламенный взор Вечного Ра.

Тонкая нить снов спасает подчас.


Кто-то мешает, кто-то поймёт,

Кто за собой в бездну зовёт.

Часто мы сами не выбираем пути….

Не замечать ментальный привет,

Вовремя слышать вопрос и ответ.

Нам не по силам просто встать и уйти.


Время растить, сеять и жать.

Время простить, руку пожать.

Сделать, что должен,

Не бесследно пропасть.

Слышится зов гордых племён

Из темноты смутных времён.

Камни, что брошены в нас,

Могут крепостью стать.


От колыбели и до седин

Ты одинок, но не один.

Кто-то меняет горсть своих лет на час.

Кто-то ставит на небе кресты,

Кто-то глядит в нас с высоты.

Через тебя весь мир – здесь и сейчас.


Система


Чувствуешь даже сквозь сжатые веки –

Давят холодные серые стены.

Было, и есть, и так будет вовеки:

Мы – порожденье закрытой Системы.


Мчись на авось и вытягивай жилы,

Чтобы добраться до финиша первым.

Видимо, нам на слабо предложили

Пощекотать оголённые нервы.


Вкрадчивый шёпот: «Прорваться…

Рискнуть бы!

Может, сумеешь объехать по кромке!»

Рядом, столкнувшись, ломаются судьбы,

Только кого убеждают обломки?!

Видим мы небо на каменном своде.

Верим мы в солнце у края тоннеля.

Столько мы жили с мечтой о свободе,

Что наяву даже жить не сумели.


Я просыпаюсь, глаза открываю.

Фундаментальны опоры-основы.

Изгнанный из виртуального рая

В боли и крике рождается снова!


Веря, не веря и всё-таки – веря

В то, что идущий дойдёт и обрящет,

В то, что нас ждёт у распахнутой двери

Мир, полный света, живой, настоящий.


Только сквозь крепко сомкнутые веки

Давят холодные серые стены.

Было, и есть, и так будет вовеки…

Я исключаю себя из Системы!


Ночь в музее


Когда опускается ночь над музеем,

Витрины открыв изнутри, экспонаты

Выходят на улицы, в окна глазея,

На жителей спящих глядят воровато.


Для них наша жизнь – экспозиции быта,

Покрытые краской дешёвой макеты.

Мы все – экспонаты в музее забытом

Затерянной где-то в пространстве

планеты.

Отражение отражений


Отраженье отражений,

искаженье искажений.

Мир последствий,

следствий без причин.

Возрастает напряженье

при движенье без движенья.

К истине потеряны ключи.


Рвётся связей паутина.

Рвётся криком рот с картины.

Плавятся секундами часы.

Разума паучьи ноги

в грязь мечты втоптали многих.

Опыт наш – чужих ошибок сын.


По зеркальным коридорам

вечный страх крадется вором,

за плечами – латаный мешок.

Свет в конце тоннеля тушит

и на ощупь ловит души.

Словно грошик к грошику – грешок.


Отраженье отражений,

искаженье искажений.

Наизнанку вывернута суть.

Мир, где правда стала ложью,

где любой на ноль помножен,

где Уроборосом свернут путь.


Мир – как Шрёдингера опыт.

Где ты, с кем, зачем ты, кто ты?

Ариадна оборвала нить.

Птица привыкает к клетке,

кукловод – к марионетке.

Что нам остаётся? Быть – не быть…


Старый друг


Когда без звонка и стука

Приходит скука,

Из зеркала смотрит чужак,

И всё как-то не так, –

Тогда ближе к ночи,

Тоску разрывая в клочья,

Появится вдруг

Твой старый друг.


И словно на час вернулась

джинсовая юность,

а года унесли ветра.

Разговор до утра…

В доме огни потухли,

И коньячок на кухне.

И друг тебе скажет: – Эй!

Гляди веселей!


Не вздыхай, что седой и старый,

Возьми гитару,

К чёрту грусть,

И пусть

Сто лет минует.

Нас жизнь под себя линует –

Поперёк пиши

Под ритм души.


Послушай меня, дружище!

Мы все что-то ищем,

Сжигая мосты и нервы.

Себя, наверно.

Ты очень мне дорог,

И это – наш город,

Небритый со сна.

А завтра – весна.


Когда без звонка и стук

Приходит скука,

Косуху сменил пиджак,

И всё как-то не так, –

из сумрачных дней колодца

Появится солнце,

И вспомнится вдруг

Твой старый друг.


***


У виска – тоска…

Бьётся-вьётся

С комариным жалом.

Дум набежало –

В очередь! Автоматную!

Их бы матом бы,

Да нельзя.

Такая стезя,

Даже невзначай.

Леди, чай…


Кофе заварю,


двери затворю

В мансардное царство.

Лучше лекарства –

строчек пару.

Друг мой старый!

Не по зимам-вёснам,

Давний просто,

Проверенный

Самим временем.


Дай мне руку

Через разлуку.


Просто сентябрь


Мой друг, это просто сентябрь

нас с тобой проверяет на прочность

Осенними тучами, лужами,

дождиком, льющим навзрыд.

Поникшими листьями

грустно ложатся промокшие строчки,

Кавычками птиц, словно оспой,

свинцовый лик неба изрыт.


Свари себе кофе, замри

и осеннюю музыку слушай.

В подарок прими от меня

этот тающий в вечности день.

Мой друг, запахни поплотней

свою летнюю тёплую душу.

А если никак, то хоть тёплую куртку

сегодня надень.


***


Ты разменял полста,

Ты на пути устал,

Ты изучил устав –

Был чужим монастырь.

Кто написал сюжет?

В пьесе героев нет.

Брезжит холодный свет

И развели мосты.


Ты заглянул за край.

Разумом выбирай:

Нам не обещан рай.

Ад у каждого свой.

Временем боль лечи.

Слов не нашёл – молчи.

В сердце аккорд стучит.

В небо несётся вой.


Ты разменял полста.

Ты на пути устал.

С чистого нам листа

Переписать бы жизнь…

Память – или река.

Сны – или облака.

Словно рука – строка.

Это тебе. Держи.


***


А знаешь, ведь это неважно,

Какие нас нити свяжут

И что люди скажут,

И даже –

А будет ли снег.

Ты просто прикроешь ресницы –

И станешь мне сниться.

Мы будем, как птицы,

Кружиться

Не день и не век.


А знаешь, ведь я буду верить

И комнату буду мерить

Шагами бессонниц. У двери –

Не перья,

А пух облаков.

Всё станет непрежним.

Так остро, так нежно

Парить в этом небе безбрежной

Надежды

На крыльях стихов.


***


Не спрашивай, зачем,

И не гадай, когда.

Одни с тобою – дни.

Немногие – года.

Песчинками на дне

И воздухом в горсти…

Погасших не копи.


Любимых – отпусти.

Мы – сотканный из фраз

Набросок на холсте.

Два росчерка пера

На жизненном листе.

Чья дрогнула рука,

Что линии сошлись?

Мерцает монитор.


Ты входишь в мою жизнь.

И замыкаешь в круг

Начало и конец.

Не книжный не-герой,

Не гуру, не мудрец.

И ткётся, рвётся связь

Желаний, слов и лет.

Мерцает монитор,


И я иду на свет.


Високосный год


Не кляни ты год.

Не черкай его

чёрным маркером.

Зароптал народ –

Маски скрыли рот.

Все мы – сталкеры.


«Ошибались майя!» -

Их с дурья ругаем.

20 и 20 –

Ассоциации,

Совпадения,

Мнения,

прения.

Прочего вздора – горы.

Пока что живы.

Мы – пассажиры

С вопросами вечными –

Когда конечная?

Сейчас, от души –

Живи, дыши!


Опомнятся люди.

И завтра будет.

А год – как год.

И это пройдёт.


Пазлы


Мир распался на пазлы.

Собираю – а он не клеится.

То ли смахнуть всё разом,

То ли надеяться.

Грани краями острыми

Вместе сводим отчаянно.

Мы ведь с тобою взрослые.

Мы за мир отвечаем.


Мы ведь с тобой уверены,

Что хоть что-то решаем.


Видишь – на пальце у Времени

Крутится шарик.


Здесь и сейчас


Время надежд, время утрат.

Через тебя дуют ветра,

Через тебя птицы летят на юг.

Через тебя – звёздная пыль,

Шёпот и крик, небыль и быль.

Через тебя веков замыкается круг.


Кровь без вины станет вином.

В прочной цепи малым звеном

Быть суждено здесь и сейчас для нас.

Мудрых богов немая игра.

Пламенный взор Вечного Ра.

Тонкая нить снов спасает подчас.


Кто-то мешает, кто-то поймёт,

Кто за собой в бездну зовёт.

Часто мы сами не выбираем пути….

Не замечать ментальный привет,

Вовремя слышать вопрос и ответ.

Нам не по силам просто встать и уйти.


Время растить, сеять и жать.

Время простить, руку пожать.

Сделать, что должен,

Не бесследно пропасть.

Слышится зов гордых племён

Из темноты смутных времён.

Камни, что брошены в нас,

Могут крепостью стать…


От колыбели и до седин

Ты одинок, но не один,

Кто-то меняет горсть своих лет на час.

Кто-то ставит на небе кресты,

Кто-то глядит в нас с высоты.

Через тебя весь мир – здесь и сейчас.


Идущий по лезвию бритвы


«Поэты ходят пятками по лезвию ножа

И ранят в кровь свои босые души»

В.Высоцкий


Натянут невидимый глазу канат –

Как струны натянут, как нервы.

Поверив, что избран Судьбой и крылат,

Ты делаешь шаг, самый первый…


И первою строчкой срывается крик:

Канат, словно бритва, отточен.

Вот так и иди, и пиши – напрямик!

А кровь на земле – многоточьем…


Шаг – вдох – боль – шаг…

Песней в груди отзовётся душа.

Учишься заново жить и дышать…

Шаг – вдох – боль – шаг!


Толпы ненасытная скалится пасть:

Однажды собьёшься ты с ритма!

Когда-нибудь всё же ты должен упасть,

Идущий по лезвию бритвы!


Стихи – не монеты, какой же в них прок?!

Канат ненадёжен, непрочен…

Но ты устоял, и на несколько строк

Финал неизбежный отсрочен…


Шаг – вдох – боль – шаг!

А кажется, будто идёшь не спеша.

Рваная рана – босая душа…

Шаг – вдох – боль – шаг!


Натянут невидимый глазу канат,

И там, меж землёю и небом,

Рыдает стихами поэт-акробат

Весёлой толпе на потребу.


Но видишь, чудак: гул насмешек затих.

Твой голос услышали люди!

Ведь каждую строчку ты пишешь для них…

А значит – антракта не будет!


Шаг – вдох – шаг… шаг!


То, во что мы верим


Тебя не предаст Тот, которого нет.

Но привкус полыни у райского плода.

В усмешке Джоконды – вопрос и ответ.

Неведомый шулер тасует колоду.


Из вдоха и праха, из света и тьмы

Нелепицей лепятся птицы и звери.

Кто мы такие, которые – мы?

Мы – это то, во что мы верим.

Наш обетованный последний приют

Назначен нам стать колыбелью в грядущем.

Ничейные дети, но где-то нас ждут.

Дорогу к себе превозможет идущий


Сквозь тернии колкой космической мглы,

Запреты и настежь закрытые двери.

Кто мы такие, которые – мы?

Мы – это то, во что мы верим.


Молчат демиурги под вопли витий.

Полярные ночи сменяются днями.

Наш путь – в никуда, но нам надо идти.

Идём, из земли вырываясь корнями.


Запутавшись в клочьях времён бахромы,

Потерянной верой надежду измерим.

Кто мы такие, которые – мы?

Мы – это то, во что мы верим.


Песок нашей жизни – избитый сюжет,

И время на нём иероглифы пишет.

За правым плечом Тот, которого нет,

Но мудрости шёпот сквозь крики не слышен.


Рождаются дети, слова и миры.

Улыбка младенца – бесспорный критерий.

Кто мы такие, которые – мы?

Мы – это то, во что мы верим.

## ПАДАЮ ВВЕРХ


***


А чудеса – они случаются!

Они случиться норовят,

Когда не верится, не чается

Который день и век подряд.


Когда вздыхаем, осторожные,

Что, мол, такая полоса…

Давайте верить в невозможное!

Не предавайте чудеса!


***


Эй!

Весна барабанит

Тревожными чуткими пальцами

По подоконникам

струйками мартовских первых дождей!

Эй!

Синева растянулась над городом

звонкими пяльцами!

Кто-то нашу мечту

не спеша вышивает по ней!


Эй!

Гляди веселей!

Уже хватит по-зимнему хмуриться!

Рассуём по шкафам и карманам

сомнения груз!

А давай пробежимся

по мокрым взъерошенным улицам?

А потом ты сыграешь

весенний оттаявший блюз!


***


У меня весна

Колоколами звучит.

Отомкнули свет

Весёлых струек ключи,

Что кузнец Апрель

На талых льдинах ковал.

У меня весна,

И мир ей тесен и мал!

Столичный гость


Московский дождь приехал погостить.

В Воронеже его не то чтоб ждали,

Но встретили радушно на вокзале

И в дом позвали – кофе угостить.


Столичный гость бродил, задравши нос,

Тянул слова и акал по-московски.

Мол, вы – провинция, а я, гляди, каковский!

И воду лил, и чушь такую нёс!


Мол, хмуро всё, и лучшего не жди.

Он надоел, да так, что нету силы.

Его отбыть обратно попросили

Воронежские мирные дожди.


Гром хохотал и гэкал от души.

Светлели окна, улыбались лица.

А по проспектам вымокшей столице

Московский дождь, ссутулившись, спешил.


Когда-то


Ты знаешь, когда-то

Под небом огромным

Мы были крылаты.

Мы просто не помним.


Меж явью и снами,

Меж сказкой и былью…

И всё было с нами.

У нас были крылья.

И мы были вместе.

И мы были рядом.

Стихами и песней,

Руками и взглядом.


Мы в небе кружили,

Мы были… любили!

Ты помнишь – мы жили!

Мы просто забыли.


Мечты стали пылью.

Мы – узники комнат.

И где наши крылья?

Они нас не помнят!


Бескрылыми легче.

Мы не виноваты.

Ладони на плечи –

И строки крылаты!


Как лёгкие перья –

Крылатые песни!

Мы будем, поверь мне.

Мы вместе. Мы – вместе!


***


Для счастья, дружище, достаточно малого:

Холодного пива и тёплого блюза.

С привычным блокнотом,

привычно усталая,

На фоне июня – ничейная муза.

Но лишь только ручка бумаги касается –

Творятся миры, совершается чудо!

Ведь это же сбудется, это останется…

Я в каждой строке обязательно буду!


И схлынет печаль замутнённая, талая,

Раскрылятся плечи без вечного груза!

Для счастья, дружище, хватает и малого.

Нет, пива не надо. Достаточно блюза…


Мир вниз головой


Когда ты идёшь по тоннелю,

Уже никуда не ведущему,

Когда не осилить дорогу

Идущему,

Набилась тоска в попутчики,

Самое лучшее –

Поставить всё с ног на голову.

Вдруг

Так сможешь взглянуть по-новому?


Мир вниз головой.

Ногами – по облакам!

Эй! Следуй за мной!

Мы живы! Пока… пока…


Когда ты разучишься верить

Заученным с детства истинам,

Когда вместо грома – салюты

И выстрелы,


Когда до оскомы наскучили

Крайние случаи –

Поставим всё с ног на голову.

Вдруг

Так сможешь взглянуть по-новому?


Мир вниз головой.

Ногами – по облакам!

Эй! Следуй за мной!

Мы живы! Пока… пока…


Когда просыпаешься старым,

Полынью надежд отравленным,

А чувства под пояс сомнений

Заправлены,

Так важно хоть в чём-то быть первыми.

На нерве мы.

Поставим всё с ног на голову.

Вдруг

Так сможешь взглянуть по-новому?


Мир вниз головой.

Ногами – но в небеса!

Эй! Следуй за мной!

Мы живы!

А дальше – сам…


Падаю вверх


Я падаю вверх,

сквозь небеса.

Только вперёд –

в круговорот

Смены времён,

дней карусель.

Я падаю вверх,

а подо мной

Крошится лёд

острых углов,

Сбывшихся снов,

встреч и потерь.


Я падаю вверх.

Это легко –

Руки крестом,

год или век –

Только разбег,

и оттолкнись!

Я падаю вверх.

Вечность не в счёт,

Всё на потом.

Мне бы ещё

Ветра глоток,

Падаю ввысь!


Я падаю вверх.

Десять шагов

По облакам,

слушая, как

Звёздная синь

блюзы поёт…

Я падаю вверх.

Солнечный луч,

словно рука,

тронет плечо.

Веря в мечту –

верю в полёт.


Я падаю вверх.

Дерзкий побег –

Сбросить оков

дел и звонков,

И дураков

тягостный груз.

Я падаю вверх,

прочь от земли,

Мыслей и слов.

Ты не грусти.

Я не вернусь.

А может, вернусь…


Я падаю вверх!


***


А мне сегодня прислали

Солнце с попутным ветром.

Небольшое, форматом с книжку.

Тёплое, ух как греет!

Буду носить с собою,

Спрячу в нагрудном кармане.

Небо затянут тучи –

А у меня есть солнце!


***


Пишу тебе – за тысячу вёрст, за тысячу звёзд,

В другую вселенную – тленную, ленную.

Обрушен ведущий в твоё одиночество мост.

За перевоз потеряла монетку разменную.


Пишу тебе – за тысячу лет, за тысячу «Нет».

Слова разлетаются в небе страницами, птицами.

Прими мой согретый в ладонях,

апрельский привет –

Стихи мои странные

с детскими светлыми лицами.


Дельфины


А сны, как дельфины с блестящими

мокрыми спинами,

вплывают в моё подсознание,

плещут хвостами.

Былое уходит на дно, но мы что-то оставим,

К примеру, мой сон, где мы

были с тобою дельфинами.


На шаг, на полшага мы

от расстояния выстрела.

Идём на тепло, на весну, на стихи и на песни.

Нас тянут на дно, но я знаю –

мы всё-таки вместе.

Толкаем друг друга на свет.

Мы дельфины. Мы выстоим.


***


Слышишь? Раз-два-три-четыре-пять!

Кто со мной подснежники искать,

Рисовать тюльпаны на снегу,

Весело хихикать на бегу?


Чтоб резных снежинок хоровод,

Чтобы сразу – Старый Новый год!

Чтобы набекрень – цветной берет,

Чтобы в детство продали билет!


Только ты вздыхаешь: – Не могу!

Никуда с тобой не побегу…

У меня же дел невпроворот,

И какой там Старый Новый год?!

Только – раз-два-три-четыре-пять!

Чудеса вокруг не будут ждать!

Заводи у ёлки хоровод,

Потому что – Старый Новый год!


***


Зимой особенно не жаль

Тепла и слов, добра и света.

Мы в доброту, как будто в шаль,

С тобой укутаем планету.


Мурлычет солнце под рукой,

Светлеют души, окна, лица…

И мир, обласканный такой,

В пуховой варежке синицей.

Обычные люди


Что мы за люди? Да вроде обычные.

К полу придавлены жизненным опытом.

Вот траектория наша привычная.

Так и живём – всё заботы да хлопоты.


Остерегаемся – не было хуже бы.

И за обыденным не замечается:

В мире весна с синеглазыми лужами,

Стало быть, зимнее время кончается.


Так предоставьте «зелёную улицу»

Марту – весёлому юному месяцу!

Если под грузом сомнений сутулиться,

Проще на галстуке тихо повеситься.


В жизни, поверьте, немало хорошего,

И пусть положенье у нас не блестящее,

Если всегда озираться на прошлое,

Можно споткнуться о настоящее.


Что мы за люди? Хотя и не мальчики,

Верим в свои полушкольные знания.

Если б в мечту или солнечных зайчиков,

В то, что чувак – это лучшее звание…


В то, что сердцами ещё отогреемся,

Что разберёмся с делами и бедами.

Живы, а значит, на что-то надеемся.

В мире весна.

Продолжение следует!


Запретный плот


Запретный плот уплывает в восемь

Оттуда, где облачный невод забросил

Извечный ловец человечьих овец,

Случайных слов, хранитель снов.


Шепни на ухо слова пароля.

Забудь, кем ты значился, кто ты по роли.

Теперь налегке всем нам плыть по реке.

Держи, гребец! В один конец.


Гребец судьбы – не лакей в парадном,

Ему не впервой провозить контрабандой

Всех тех, кто решил, что уже нагрешил.

Пригоршня лет – взамен монет.


Запретный плот – он вот-вот отчалит

Из гавани той, где оставим печали.

Плывём в небеса, чтобы переписать

Набело нас в сто первый раз.


Запретный плот уплывает в завтра.

Нас встретит в финале непризнанный автор,

Забытый поэт. Он напишет сюжет

Без слёз и драм – и «Аз воздам».

## Я. ТЕБЯ. ЖДУ


***


Вот мой мир. Он весь – уместить в горсти,

А возьмёшь в ладонь – рядышком.

Это я. Привет. Пустишь погостить?

У судьбы одной – с краешку.


Где-то там – твой мир. Он такой большой,


Что без шансов быть встреченным.

Я в твоей руке… Вот и хорошо…

Постучись в мой мир вечером.


***


В нарисованной руке

Умещается рука,

Умещается «Привет!»,

Умещается «Пока…»


Умещается без слов

Нежность тихая твоя.

В нарисованной руке

Умещусь уютно я.


***


Засыпать на твоих руках…

Замирать на твоих губах

Обещанием тихой нежности…

Прилетать из рассветных снов,

Где за гранью ненужных слов –

Недосказанность неизбежности.


Я до боли сейчас хочу

Прикоснуться щекой к плечу,

Отпуская тоску осеннюю

В небеса твоих тёплых глаз…

Я в стотысячно первый раз

Прихожу к тебе за спасением –


Засыпать на твоих руках…

Замирать на твоих губах….


Колыбельная


Засыпай…

Нынче Городу

Солнце в бороду,

Май в ребро.

Засыпай…

Неба матица,

Звёзды катятся

Серебром.


Засыпай…

Звонкой масти ли

Струны ластятся, как коты?

Засыпай…

Переулками

Вздохи гулкие

Темноты.


Засыпай…

Переборами

Сердцу Города

В унисон.

Засыпай…

Пальцы – птицами.

Над ресницами –

Белый сон.


Засыпай…

Что не скажется –

В узел свяжется,

Не порвать.


Засыпай…

Вьётся нежное,

Обережное…

Время спать.


Привет


Я дыру в кармане

латаю ветром.

Я меняю минуты

На километры.

Я тебя нахожу

вопреки расставаньям,

Мы с тобой отменили

Закон расстояний.


Привет!

Расстояний нет.

Привет –

Через столько лет…

Привет!

Привет!

Привет!


Знаешь, я грущу,

Если ты расстроен.

Мой душевный компас

На тебя настроен.

Напиши: «Привет!» -

Вот и всё, что нужно.

Если так будет легче,

зови это дружбой.

Привет – передай в инет.

Привет!

И звучит в ответ:

Привет!

Привет!

Привет!


***


Расскажи мне ветер.

Расскажи мне дождь,

Чуть касаясь пальцами

нежной кожи.

Ты же есть на свете!

И ты идёшь

Мне навстречу.

И я к тебе тоже.


Между нами вёрсты,

Но – рука в руке.

Всё непросто.

Просто –

Мы живём на свете.

Говори со мной

На моём языке.

Расскажи мне дождь.

Расскажи мне ветер!


***


Помолчу с тобой у трапа. Лети!

Узелочек нежных слов не забудь.

Твой хранитель пусть не дремлет в пути,

А тебе как раз неплохо б вздремнуть.


Прилетишь, урочный выдастся час –

Передай Хозяйке Медной горы,

Мол, Алёнушка прислала наказ –

За тобою присмотреть до поры.


Подсобить тебе с делами чуть-чуть,

От людей беречь недобрых, лихих.

Передай в подарок брошкой на грудь

Самоцветные вот эти стихи.


Да скажи: сестрица, пальцем не тронь,

Не приманивай на стать да красу!

А не то ведь знаешь: норов – огонь!

Я ж по камешку Урал разнесу…


Я и ты


Быль, а может, небыль,


Кто нам даст ответ?


Под покровом ночи,


В свете дня,


Вопреки пространствам,


Вне теченья лет,


Будут эти двое – ты и я.


Перекрёстки судеб,


Млечные пути.


Две свечи средь вечной


Темноты.


На какой планете


Мне тебя найти,


Чтобы были вместе


Я и ты?


Зимы сменят вёсны,


Нас закружит май,


А потом метели


Января.


Только ты печали


В сердце не пускай,


Потому что рядом


Ты и я.


Только надо верить –


И наступит час,


Где реальны будут


Все мечты.


В будущем и ныне,


Завтра и сейчас –


Музыка и слово,


Я и ты.


Быль, а может, небыль,


Кто нам даст ответ?


Два огня средь вечной


Темноты,


Две души, летящие на свет


Недопетой песни -


Я и ты!


Он – такой…


Он – такой взрослый,

Солидный и рослый,

А у неё –

Сказки да ласки,

Вопросы да косы,

И сердце поёт!


А ещё – смешные веснушки,

Почти незаметные.

Она доверяет подушке

Бессонниц слова безответные.


А ещё она молится

Пресвятой Богородице:

– В ночи и дни

Ты его сохрани,

Пресвятая Мати!

Для моей непутёвой любви

И малого хватит!


Я умею ждать.

Мне бы только знать,

Что здоров, что весел!

А я броню

Для него сотворю

Из стихов и песен.


Ни истерик, ни драм.

Я его не отдам.

Прочь, тоска да грусть!

Не рукой коснусь -

Сердцем достану,

Ветром стану,

Дождём и снегом,

Ему – оберегом.


…Он – такой взрослый,

Солидный и рослый,

А у неё

Расплескался нежный

Океан безбрежный.

А сердце поёт!


Мне бы ангела


Мне бы ангела… Да не с лютнею,

А с набором ключей гаечных.

Чтобы в стужу, в тоску лютую

Объявился такой – в фуфаечке,


В джинсах и башмаках разношенных,

Бровь углом приподнял насмешливо,

Пошутил бы так, по-хорошему,

Чтобы носа зазря не вешала.


Рукава закатил: «Поехали!»

Ноги сунул, не глядя, в тапочки:

«Что-то аура вся прорехами…

Аккуратней бы! Чай, не тряпочка…»


И, пока я молчу сконфуженно,

Подлатал бы мне жизнь, как надобно.

Вот такой сейчас очень нужен мне!

Где заявку подать на ангела?

Я. ТЕБЯ. ЖДУ


«Я. ТЕБЯ. ЖДУ» -

Нами придуманная единица

измерения –

в сердцебиении

замершей в тёплых ладонях птицы,


в строчках, мчащихся скорым поездом

по полустанкам-страницам

повести

жизни, что мы написали в соавторстве

с самого первого, робкого «Здравствуйте!»

до… многоточия…

сквозь изменения…


Это такая шкала измерения –

самая точная, самая прочная

в Солнечной нашей системе

и прочих.


Что бы грядущее нам не пророчило,

что бы в вину нам с тобой не вменяли –

будем считать не годами, ни днями –

в «Я. ТЕБЯ. ЖДУ»

## ВЫХОД ЕСТЬ!


***


Раздвинуть ливневые шторы.

Впустить в сердца надежды лучик.

Собрать все распри, ссоры, споры

В совок – и в мусорную кучу!


Не дайте чувствам запылиться!

Снимите радость с верхней полки!

Включите свет потухшим лицам!

…Нам всем порой нужна уборка.


Ветер перемен

Вышло обстоятельство одно:


Прорубил в Европу царь окно.


Думал, всех в округе поразит.


И доселе в форточку сквозит.


Лучше б взял да вытесал весло…


Тут такого ветром нанесло.


Потянулся европейский дух.


Надышались так, что прямо ух!


Поспешила царедворцев рать


Всё у иноземцев перенять.


Мол, гляди-ка – ветер перемен!


А всё наше выдуло взамен.


Разучились бабы шить и прясть,


И вприпрыжку ринулись во власть.


Да какое там стирать и жать,


Им детишек некогда рожать!


Мужики от них не отстают.


Не в почёте стал крестьянский труд.


Нет конца дебатам и речам,


И мужик-то что-то измельчал…


Но зато юнец и старый дед –


Всяк по-заграничному одет.


Всё в обтяжку, длинные полы.


Словно перепутались полы.


Стали забывать родную речь.


Сказанут порой – ни встать, ни лечь!


Многих, откровенно говоря,


Не понять уже без словаря.


Вы поверьте – я не ретроград,


Переменам этим был бы рад.


Но от тех ветров, ядрёна вошь,


Только насморк, пользы ни на грош.


Я, как все, держу по ветру нос,


Но, признаться, мучает вопрос:


Кабы затупился тот топор,


Может, лучше б жили до сих пор?


Песенка начальника


Я в начальники не рвался.

Отличился – и нарвался,

Было свыше принято решение.

Отбивался со слезами,

Налетели, повязали

И глумятся –

поздравляют с повышением…

Но только людями руководить –

Это ведь вам

не руками водить,

Кадилом кадить

и бочку катить…

Итить-колотить,

итить-колотить!!!!!


Не судите, не рядите –

Я теперь руководитель,

Где ж теперь мои друзья-

приятели?

Мчится жизнь, как санки

с горки,

Всё по Фрейду оговорки,

Да по Юнгу оговорки,

да по матери!

Поскольку людями руководить –

Это ведь вам не руками

водить,

Кадилом кадить и бочку

катить…

Итить-колотить,

итить-колотить!!!!!


Я в начальники не рвался,

Так уж вышло, так нарвался,

Где ж вы, годы мои вольные,

беспечные?

Что ни день, то спозаранку

Я впрягаюсь в ту же лямку

И пашу, и сею доброе

И вечное….

И знаю: людями руководить –

Это ведь вам не руками

водить,

Кадилом кадить и бочку

катить…

Итить-колотить,

итить-колотить!!!!!


Масленица


А на дворе, глядите-ка, Масленица!

Розовощёкая, беспечная.

А нам трудиться в поте лица,

План выполнять с утра до вечера….


Я сам как будто блин, блин, блин,

Опять пекут и жарят меня!!!

Я клином вышибаю клин, клин, клин,

Опять я из огня в полымя!


А люд крещёный пляшет и радуется,

Под стопочку рубает блинчики.

Ведь и коту бывает масленица,

Мы ж тоже вроде не язычники!!!


И с губ слетает: блин, блин, блин!!!!

Верчусь опять на сковородке ужом!

Я клином вышибаю клин, клин, клин!

Ещё отчёт – и погуляем ужо!


Сказка про Лешего


Вышло тут такое дело,

Что ни в сказке не сказать.

Как-то выбрались отделом

На природу – нашу мать.


Лес да речка, мы на месте.

Шашлычок под коньячок.

Если выпить граммов двести,

И начальник – чувачок.

А бухгалтерша – ну что ты,

Как в бикини хороша!

Отдыхают от работы

Мозг, и тело, и душа.


Все вокруг – родные лица,

Хороши и хорошо.

Вот решил уединиться,

В лес поглубже отошёл.


Я расправил грудь и плечи,

По тропинке сделал шаг…

Тут выходит мне навстречу

Прямо форменный лешак!


Бородатый, в мухоморах,

Мхом поросший по глаза.

Глянул на меня с укором

И такое вдруг сказал!


– Человеки, до чего же

Вы природу довели!

Что ты крутишь наглой рожей?

Даже речка на мели!


Зверя нету, ягод нету,

Буреломом лес зарос.

Изнахратили планету,

А теперь воротят нос!


Борщевик в три метра вырос,

Мусора повсюду вал!

Тут наветов я не вынес

И решительно прервал:

– Ваш вердикт весьма поспешен.

Что же так рубить с плеча?

Вы, конечно, правы, Леший.

Но нельзя же сгоряча!

Не берите эту моду –

Под гребёнку всех ровнять!

В общем, я люблю природу,

Я ей сын, она мне – мать!


Путь к прозренью крайне долог,

Это вызывает грусть…

Я ж – потомственный эколог,

Я ж сражаюсь и стремлюсь!


Есть права у каждой птицы,

И у зверя есть права!


…Что-то голова кружится…

А вокруг меня – трава…


.. Меж ветвей синеет небо,

Солнце светит в вышине.

Леший сгинул, как и не был.

Видно, всё приснилось мне.


Воротился я к народу.

Даже в теннис поиграл.

Я, похоже, кислороду

С непривычки перебрал.


Это сказочки, конечно,

Но глотаю в горле ком.

На тропинку мог бы Леший

Выйти и с дробовиком…

Мой знакомый колдун


Мой знакомый колдун

Потерял аппетит.

Он к знакомой колдунье

На чай не летит.

Он сидит на балконе

И смотрит во двор,

Со знакомой вороной

Ведёт разговор.


Что сегодня с утра

Зарядили дожди,

И что лето к концу,

И сюрпризов не жди.

И что нынче не верит

Никто в чудеса.

Даже дети, представьте!

И даже он сам.


А ворона кивала,

Топчась на суку,

Что линяет перо

И стреляет в боку,

И что каркать охрипла

И крылья болят,

А попутно бранила

Своих воронят.


И колдун соглашался,

Грозя сгоряча,

Что колдунья его

Не заманит на чай,

Что у этой колдуньи

Характер – не мёд,

Он другую себе,

Помоложе найдет.


Но закончился дождь,

И проснулась Луна,

И Луна услыхала

Слова колдуна.

Приласкала ворону

Тихонько лучом,

Положила ладонь

Колдуну на плечо.


Все морщинки смахнула

Она невзначай,

И колдун улыбнулся

И вспомнил про чай.

И что ноги, пожалуй,

Не так уж болят.

Улетела ворона

Учить воронят.


Не ищите мораль,

Здесь она ни при чём,

Просто вовремя надо

Подставить плечо,

И вернётся улыбка,

А с ней аппетит.

И знакомый колдун

К вам на чай прилетит.


У меня внутри


У меня внутри болотце


Расплескалось-разлилось,


И немыслимых уродцев


В нём без счёту развелось.


Вроде глянешь – ряска, тина,


Мирно шепчут камыши.


Но сидит, сидит скотина


В глубине моей души…


Ну и твари, ну и рожи!


Кто их вывести поможет?!


Что ни особь – чудо-юдо,


Взяли, гады, в оборот!


Подскажите мне, откуда


Набежало это вот?


Морда жёлтая, как дыня,


Острозубейшая пасть…


Зависть, Алчность и Гордыня,


Не приснись такая страсть!


Что за мерзкие уроды…


Как же выросли за годы!


Раздаются вздохи-охи,


Кто-то в ухо мне скулит,


Мол, твои делишки плохи,


И весьма унылый вид.


Да и кто доволен ныне…


Маскируется в кустах


Немочь бледная-Унынье,


С виду – чистая глиста.


Не видать теперь покоя.


Надо ж выкормить такое!


Тут со дна всплывает туша –


Чрево и огромный рот.


Каюсь, не дурак покушать.


Ну, не я ж один, народ!


Ой, а это кто такая?!


Так и крутит, так и льнёт,


Строит глазки – намекает,


Сладким голосом поёт…


Ухмыляется, зараза!


Было-то всего два раза….


Атакует монстр справа,


Разевает алый зев.


Никогда не думал, право,


Как смешон мой личный гнев.


Я, конечно, сам в ответе,


Полагался на авось.


Так вот жил и не заметил,


Как всё это развелось!


Что-то делать надо срочно!


Я от вас избавлюсь, точно!


У меня внутри болотце


Я тому совсем не рад,


Я повыведу уродцев,


Посажу чудесный сад.


Чтоб на ветках фрукты зрели,


Пели пташки целый день.


Что мешает, в самом деле?


Тут со дна всплывает Лень.


Говорит: умерь-ка прыть!


Ведь другим тебе не быть!


Хек


Из-под плотно сжатых век

Наблюдал за нами хек –

То ли замороженный,

То ли осторожен он.


Мимо хека жизнь течёт.

Жизнь течёт, а он не в счёт.

То ли заторможенный,

То ли растаможенный…


Он лежит себе на дне,

Рядом камушки одне.

Тиною обложенный,

В половину сложенный.


Из-под плотно сжатых век

Бдит со дна за нами хек.

Хек вышеизложенный,

На себя помноженный.


Да, он хек. Он полный хек!

Хек – он тоже человек.

Хеком отмороженным

Быть порою можем мы…

## Антикомариная


Растянулся на кровати,


Растянул зевотой рот.


Потрудился нынче, хватит,


Дел всегда невпроворот.


Завтра снова на работу,


А сейчас – здоровый сон.


Тут пищит над ухом кто-то


Этим мыслям в унисон.


Лоб покрыла моментально испарина –


Гость незваный – он же хуже татарина!


Братцы, разве ж это дело?!


(По щеке ладонью – хрясь!)


Ты откуда налетела


И откуда ты взялась?


Ты, наверно, альпинистка,


Или прыгаешь с шестом?


Я не близко и не низко


Обитаю – на шестом!


Тут себе вообразил на минуту я:


Комары летят с небес с парашютами!


По какому ты вопросу?


Ах, насчёт поесть-попить?


Ты, конечно, дама, особь,


Но за это буду бить!


Несомненно, это грубо,


Только крови – на глоток.


Зря ты раскатала губы,


А точнее – хоботок!


Я тебе не по зубам, слышь, болезная?!


Моя кровушка давно неполезная!


Бьётся гостья, как в припадке,


Зябко кутается в шаль,


Поднимает к небу лапки:


Миль пардон и очень жаль!


Мол, всему причина – дети,


Сотни три, а может, пять.


Я послушал и ответил:


– Отвали и дай поспать!


Лучше деток угости мандаринами.


Не включай меня в меню комариное!


Поумерь, голуба, гонор,


И на жалость не дави!


Я не спонсор, я не донор,


Вот такая се ля ви!


Натерпелся, нахлебался,


Кожа стала твёрже лат.


Я по жизни закалялся.


Закалился, как булат!


Я сейчас тебе устрою овацию


И немного сокращу популяцию!


Объяснил ей вроде толком,


Но она не унялась,


И с налёту, втихомолку


Хоботком в плечо впилась.


Треснул хобот с жутким хрустом,


Даже ёкнуло в груди.


Говорил же – я невкусный!


Я ж тебя предупредил!


Вот послушала б совет – не визжала бы!


На меня теперь в Гринпис пишет жалобы…


Выход есть!


Быть оптимистом – дурная привычка


(Вывод из прожитых лет).


Только забудешься, смотришь – табличка


С надписью «Выхода нет».


Ей бы висеть, все мечты обрывая,


Да над вратами в аду,


А не над дверью метро и трамвая


Прямо на самом виду.


«Выхода нет» – невозможно, не верю!


Глупости – «Выхода нет».


Ведь для того и придумали двери,


Чтоб выводили на свет,


Чтоб обе створки распахивать настежь


Резким движением рук –


В мир, полный красок, живой, настоящий,


В мир без потерь и разлук,


В мир, где без песен бродяжьих тоскуют


Сотни нехоженых троп…


…Тот, кто придумал табличку такую,


Видимо, был мизантроп.


Может, родные любили не слишком,


Женщины – тоже, и вот


Из трусоватого, злого мальчишки


Вырос моральный урод.


Я на него отвлекаться не буду;


Слишком великая честь.


Может, развесим таблички повсюду:


«Граждане! Выход – он есть!»


Вот вам идея – не надо оваций,


Мы же смышлёный народ:


Выход простой из любых ситуаций


Может быть там же, где вход!