# Детройт – город под дождём

Арина Александровна Замостная

Детройт – прекрасный город, в котором можно совершить всё! Но всё ли так прекрасно? Можно ли совершить нечто ужасное и назвать это идеальным?

[Введите название организации]

Как

[Введите подзаголовок документа]


Мисс, сошедшая с ума

01.05.2019


Предисловие.

–Ей! Ты слышишь меня?

–Слышишь?

–Хорошо. Тогда я начну.

–Что? Где я?

–Похоже, ты меня не видишь

Странно. Погоди минутку.

Проходит некоторое время, но вы не видите стоящего перед вами человека.

– Похоже, ты меня не сможешь увидеть. Но ведь это нормально. Я в книге, а ты по ту сторону. Давай опустим это

–Кхм, что ж теперь, полагаю, я могу представиться? Что такое? Твоё выражение лица меня пугает! Что ты говоришь? Почему, не видно лица? Хах. Забавно. Ты настолько тупой, что не можешь сам придумать мне лицо?! Забавно. Твоё лицо мне кого-то напоминает. Ах , точно, ты похож на мою мать. И меня это бесит. Но не будем отклоняться от темы. В общем, сам придумывай. Мне всё равно, кем я буду в твоих глазах. Тебе важно знать, только мою половую принадлежность. Дай уже представиться, непонятливый. Меня зовут Кетрин. Да, Кетрин, такому прекрасному, эрудированному человеку, как я, дали такое тупоумное имя. Ненавижу его. Но моего мнения никто не спрашивал! Так решила мать. Тц. И немаловажный фактор мне 16 и я подросток. А внешность….-Ну как бы так сказать -…… Внешность не главное в моей истории. А если интересно, то будь добр, прочитай до конца. Автор старался изложить мою историю понятным для тебя языком. Нам с тобой следует уважать его труд. Так, что-то меня не туда понесло. Давай, я расскажу тебе о моей «семье».

У меня была обычная семья, Ключевое слово «Была» Теперь же это сборище ненавистных мне людей состоящее из: безвольного отца – трудоголика, «у которого нет времени на всякие глупости» по имени Лиам. Лиам мужчина бальзаковского возраста, невысокого роста, с лицом вытянутым, немного пухлым, ну как «немного» достаточно пухлым, как и его живот, бока и ж…, ну ты понял. Вся его «округленность » из-за лишнего веса. Как говорится: «Нефиг жрать, как не в себя» каждый день, он ел и аргументировал это «стрессом». В очередном приступе «стресса», он мне сказал: «Хватит делать мне замечания, Кетрин, вырастешь, поймешь»! Не пойму, никогда не пойму. В общем, мой отец – мягкотелый подкаблучник.

У меня есть младший брат Джексон. Крикливое существо. Он постоянно находился у бабушки Абигель. Поэтому его описывать я не буду, просто знай у меня есть крикливый младший брат Джексон по прозвищу. Хрюхрюндик.

Что ж теперь, я опишу тебе мегеру, превратившую нашу семью в «сборище идиотов». Главная проблема моей жизни – мачеха Кара. Меня трясёт от злости, когда я думаю об этой «светской львице», которая по вечерам пятниц скрывается за дверями ночного клуба «Живой Рай » до утра воскресенья. Сам пойми, чем двадцати трёх летняя «светская львица » с такими же подружками там занимается? Работает стриптизёршей. Ах, да я тебе не сказала, «Живой рай» – стриптиз клуб. Ты наверно думаешь, что она там тайно работает? Нет, это её официальная работа и папа знал. Знал, что она спит с незнакомыми мужиками. Ну да, кто откажется от длинноногой шатенки с карими глазами, с великолепной фигурой по всем стандартам девяносто, шестьдесят, девяносто. И у этой "красотки" был мерзкий характер. О нём я расскажу позже. Она появилась в нашей семье давно. Я много раз пыталась открыть отцу глаза, но.. он… не хотел меня слушать. Он будто жил в иллюзии «идеальной семьи» после того как мать…. Так. Всё. Вроде бы, я рассказала тебе всё, что нужно. Итак.

О, вспомнила, я не социопат и меланхолик, всё, что я тебе буду рассказывать считай, я делала осознано, на момент свершения определенных событий я не находилась в состоянии аффекта, мой разум не мутился от злости. Зачем эти оправдания? Мой рассказ не призывает тебя к чему-либо, это моя исповедь перед тобой, случайным слушателем. И ещё! Не пытайся повторить определенные моменты моего рассказа, на живых людях! А то я тебя знаю! И раз мы с тобой видимся, в первый и последний раз не называй меня по имени, мне больше нравится, когда меня зовут…. мммм. Чтобы такое придумать…. О, называй меня героиня, или главный герой, как угодно, только не Кетрин! Так с формальностями разобрались, теперь слушай внимательно, я начинаю свой рассказ……


Краткое досье персонажей..


Имя: Кара Арнолд. (Паддингтон)

Дата рождения: 01.08.1996 (23 года)

Место рождения США. Штат Аризона.

Место работы: Стриптиз клуб «Живой рай». Детройт. Штат Мичиган.

Цвет глаз: Зелёный.

Любимый цвет: Черный.

Характер: Коварный, хитрый.

Любимое животное: Крысы.

Знак зодиака: Лев

Цель: Стать единственной наследницей бизнеса Лиама Паддингтона.


Родители: Не известно.

СП: Замужем.


И если Бог есть, то он давно покинул этот бренный мир. Оставив людей умирать в одиночестве. (с) Автор

И если Бог есть, то он давно покинул этот бренный мир. Оставив людей умирать в одиночестве. (с) Автор


Глава 1. Абонент «Счастливая семья» вне зоны действия сети. Попробуйте не звонить на этот номер. Пип.

– Хай, Кетрин – чердак проветрин! Опять как зомби выглядишь? Знаешь, мне иногда, кажется, что ты не человек, а настоящий ужастик из телека. Гыг.

Как только я появилась у дверей школы, меня окликнул мой страшный враг, главный задира школы, а также лауреат премии «Дебил года» – Игорь. Он часто подшучивает надо мной подобным образом. Игорь русский, может, поэтому он считает, что подобные «подколы» смешные? Черт его пойми, этого белобрысого, голубоглазого дылду. Несмотря на его наружность, показывающую его как «реального пацана» Я знаю кое-что весьма «девчачье», чем он занимался. Сможешь догадаться, чем увлекался Игорь? Нет, не спортом, как ты мог подумать, Игорь увлекался танцами, но чтобы его никто не унижал из-за этого, параллельно ему пришлось «висеть на турниках» Ты, наверное, спросишь: «Героиня, если Игорь тайно увлекается танцами, как Вы об этом узнали»? – Да, предсказуемый вопрос, для тебя, так и быть я отвечу на него. Когда я была маленькой, я вместе с Игорем ходила на танцы. Это было давно, и вспоминать об этом я не буду, и не проси.

– Никакой женственности. Не страшно было выходить на улицу?

Отозвалась девушка «главного дебила», гламурная и в то же время недалёкая Мэри. Мери мало чем отличалась от своего временного спутника. Как внешностью, так и умом. Эта парочка напоминает мне двух стервятников из мультфильма, который я смотрела в детстве. Я бы ответила этой «пигалице», но мы же с тобой культурные люди, даже слово ж… употребить не можем, поэтому я, пожалуй, промолчу. У нас с Мери вражда с детства. Но это уже другая история.

– Ребят, она в нашу сторону смотрит. Мне страшно, – пропищал маленький, щупленький Макс. На Макса не стоит обращать внимания. Он трусливая «шестерка стервятников». У Макса не примечательная внешность, поэтому я опишу его общие черты: черноволосый щупленький пацан, не обладающий особыми качествами, средней успеваемости. Я бы сказала, что мы с ним похожи, но это не так. В первых: я не «шестерка». Во – вторых: у меня нормальная успеваемость, я могла бы учиться хорошо, но мне лень. Мне плевать на учителей, в том числе на биологичку мисс Кук. Она меня бесит также как и Игорь. Постоянно слышу от неё: «мисс Паддингтон, Вы ничего не смыслите в биологии, если вы продолжите списывать с решебника, мне придётся вызвать ваших родителей»! Только этого мне не хватало. Чертова мисс Кук. Ещё раз мне так скажешь, пеняй на себя. Кхм, В – третьих: Я обладаю особыми качествами и кажется, если Игорь не угомонится, ты в этом скоро убедишься.

Я посмотрела в их сторону, оценила взглядом и гордой походкой пошла в школу. Больно надо тратить время на подобную компанию. Я слышала, как Игорь заржал, а Макс щебетал своим ломающимся голосом:

– Здорово ты, Игорь, её обозвал, она даже ответить не смогла.

И снова смех. «Не смогла ответить» – Ха! Да если б я только захотела, я бы их быстро на место поставила, но, вот только…. Не захотела и всё! Оправдываться ещё тут буду. Рассуждая над недавним происшествием, я и не заметила, как поднялась по лестнице и дошла до нужной двери. Когда я вошла, в меня чуть не угодил чей-то портфель. Одноклассники, разбившись на группы, наблюдали за следующей картиной:

мои одноклассники, Марко и Лео дрались за пачку печенья «Орео». Это была душе раздирательная битва, вмещающая в себя центнер матюков. Но ты мой белый и пушистенький не должен знать таких слов. А то цензура нас с тобой съест. Давай лучше, я опишу тебе Лео и Марко. Их схожесть заключается в невероятной силе и наличие «богатого словарного запаса». Оба высокие, довольно крупные, прямо как мой отец, только с сильными характерами и язвительным языком. Тебе, наверное, показалось, что данные персонажи заклятые враги. Ты как всегда ошибся, дурачок. Лео и Марко – сводные братья, как в фильме «Алиса в стране чудес». Посмотри, если не знаешь. Помимо Лео и Марко в классе находилась группа «подружек Мери», которые также меня ненавидели, как и сама «альфа-самка школы». Ну и как во всех классах основную массу класса составляли: ботаники, либо молчуны и двоечники. Я не общаюсь с одноклассниками. Но у меня есть друг из параллельного класса. Ден. Мой единственный друг.

Прозвенел звонок, и в класс зашла учительница литературы мисс Блонд. Начался обычный урок, обычный для меня. Мисс Блонд рассказывала нам про классиков, классическую литературу. Я не слушала её, а смотрела в окно. Там светило приветливое осеннее солнце, верхушки деревьев слегка покачивал ветерок, на скамье возле главного входа сидел дворник и играл на свирели. У него отлично получалось. Вокруг дворника сидели дети лет шести: мальчик и девочка. Возможно это его внуки. Мне не удалось их разглядеть, но я видела, что мальчишка плёл девочке косы и время от времени щипал её. После трёх таких щипков девочка заплакала, а дворник прикрикнул: «Генри! Несносный мальчишка», прекрати сейчас же! На минуту я даже улыбнулась, мне вспомнилось, как мы с Деном носились по дому, а папа кричал: «Кетрин, Даниэль! Если вы продолжите, то останетесь без сладкого»! И мы прекращали, но тогда мы шли ко мне в комнату и играли в пиратов, или, иногда куклы. Мы придумывали истории про супергероев. И нам всегда было весело. Мы и сейчас также хорошо дружим, правда, в куклы больше не играем. Скажу, тебе по секрету, мы программируем новую игру, про войну роботов и людей. В общем, с Деном у меня всегда ассоциируются хорошие воспоминания. После таких мыслей, я почувствовала себя лучше, на лице появилась улыбка, но моё хорошее настроение испортила Кара. Вернее мисс Кук и Кара. Кара забрала меня из школы, для «серьезного разговора». Обычно такой разговор приводил к новым синякам, и прочим «сюрпризам». Так было и в этот раз.

Когда мы прибыли домой, я по обыкновению прошла в комнату, где чаще всего проходили разговоры. Кара выглядела так, будто я отняла, у неё бухло, и запретила пить. Хотя сегодня понедельник. Ничего удивительного в том, что она прожигает меня взглядом полным ненависти, такой ненависти, что мне, кажется, она хочет меня убить. Но не сможет…Кара нарушила, стоящее в комнате молчание фразой, которую тебе не стоит знать, пожалуй, автор заменит её.

– Блин, Кетрин, меня достало то, что мне постоянно, звонит долбаная мисс Кук и выносит мне мозги. «Ваша дочь не сделала то, ваша дочь не смыслит в биологии», блин, ну неужели я не могу спокойно поспать после работы, Кетрин? Отвечай, мерзавка!

В таких случаях, я бы как обычно промолчала, но сегодня, я решила высказать всё, что о ней думаю.

– Кара после, какой работы ты отдыхаешь? После того, как за ночь выпила, два литра бухла? Или может быть после того как мужики совали тебе деньги в разные места, чтобы ты исполнила их развратные желания? Кара, ответь мне на вопрос: «Почему ты с моим отцом»? Зачем ты вышла за него замуж, если совсем его не любишь и позволяешь себе быть с другими? Ты поступаешь как последняя…

Кара не дала мне закончить. Она прервала меня холодной фразой, которая должна была меня заткнуть и «усвоить урок»:

– Это не твоё дело, идиотка!

Но сегодня это на меня не подействовало. Я толкнула Кару изо всех сил. Из моих глаз полились слезы .В этот момент мне стало обидно за отца. Да, он мягкотелый, но он недостоин её. Лиам заслуживает большего. Я подняла взгляд на Кару. Она и бровью не повела, но её рука потянулась зачем-то на столе. А я лишь могла кричать до хрипоты:

– Ты не имеешь права так поступать с чувствами отца! Ты не…

Пока я кричала, то не заметила, как Кара вонзила в меня что-то похожее на разделочную доску? Она замахнулась, ударила меня в живот. Как оказалось ножом. Ножом. В момент удара, я почувствовала, что кровь потекла, вниз доходя до самых ступней. Мерзкая липкая, красная, заставляющая меня задыхаться от боли гадость. Я терпеть не могу её. Пока я падала на пол, голове звучал один вопрос: «За что»? Я чувствовала, что теряю силы, мои колени дрожат так, что не могли больше функционировать. Я понимала, что мой организм не выдержит, и я сейчас отключусь. Но перед этим, я услышала, что Кара говорит мне:

–Знаешь, почему я с твоим отцом? Потому что он мне удобен. Он игрушка в моих руках. Потому что, мне повезло улучить момент и рассорить его с твоей мамашей и «поддержать его». Твой отец так богат, но глуп, что мне было проще простого заполучить его и его деньги себе. А твоя мать была слишком наивна, как и ты. Так вот, Кетрин, если ты продолжишь выводить меня из себя, поверь мне, ты можешь оказаться в интернате для душевнобольных! И я сделаю всё, чтобы о тебе там «позаботились».

После этого Кара засмеялась. Противно, хрипло, протяжно. Я впервые слышала такой смех. Мне было противно до боли. Почему? Почему эта мразь так говорит о моей маме? Какое право она имеет манипулировать моим отцом? Мне было больно. Так больно, что слёзы продолжали литься из моих глаз. Как противно. Я такая беспомощная. Я ничего не могу сделать. Как и тогда. Хотя я клялась, что не буду плакать. Это было давно. Мама ещё была с нами.

Когда мне было, три я быстро бежала по тротуару, споткнулась об камень и упала. Мне было больно, но не так как сейчас, тогда мама успокаивала меня и говорила:

–Кетрин, солнышко, не плачь.

А я отвечала ей:

– Нет, я буду плакать, буду плакать, чтобы ты осталась со мной, а не уходила от меня. Мама! Зачем тебе она, если есть я? Я плохо себя веду? Мам, я обещаю, я буду вести себя хорошо, только не уходи!

Я посмотрела на маму, она смотрела на меня глазами полными муки, страданий и слёз, но мама не плакала, а наоборот смеялась:

– Кетрин, я не могу остаться с тобой, как бы сильно ты не плакала. Ты лучше пообещай мне кое-что…

Я с удивленными уже высохшими глазами посмотрела на маму:

– Что мамочка?

Мама сделала глубокий вдох и сказала:

– Как бы сильно тебе не было больно, пожалуйста, не плачь. Будь сильной, Кетрин, тогда я могу обещать, что навсегда останусь в твоём сердце. Навсегда. Обещаешь?

Обещаю, мам! И я уже забыла про то, что мне больно и мы, смеясь и шутя, пошли домой, только я всё равно видела грусть в маминых глазах. Почему я вспомнила это сейчас? Неужели я до сих пор хочу быть с мамой. А Кара. Это из-за неё все произошло. Ну, всё, это была моя последняя капля. Я больше её терпеть, не намерена. Но что мне с ней делать?

Конец первой главы.


Имя: Мери Арлерт.

Беззащитный ребёнок, обделённой любовью. Что может быть хуже? К сожалению, такие дети, редко идут по «правильному пути».

Дата рождения: 26.05.2005.

Место рождения: США. Штат Мичиган

Место работы: Отсутствует.

Цвет глаз: Голубой.

Любимый цвет: Розовый.

Характер: Ранимый, Наивный.

Любимое животное: Кошки.

Знак зодиака: Телец.

Цель: Стать девушкой Игоря Мюнхена.

Родители: Марк Арлерт. Дженни Арлерт.

СП: Влюблена.


Иногда подростки совершают чересчур, взрослые поступки. Не будь таким подростком. Это может плохо кончиться.

Иногда подростки совершают чересчур, взрослые поступки. Не будь таким подростком. Это может плохо кончиться.


2 Девочка под воздействием обстоятельств.

Я проснулась и увидела перед собой Кару, она что-то делала мне в области живота. Мне было неприятно. Кара, увидев, что я проснулась, прошипела, да прошипела, как змея мне на ухо:

–Слушай сюда, мерзавка, если скажешь Лиаму хоть слово о произошедшем инциденте, я тебя так ударю, что отправишься на небеса ты мелкая (здесь должна быть грубая фраза)

Снова этот смех, только не такой громкий. Я и не собиралась говорить отцу, он мне бы мне не поверил. Я смотрела на Кару пустым взглядом. Во мне уже не бурлит ненависть. Наоборот, я хотела увидеть её изумленное лицо, когда она увидит в моей руке нож. Ну что ж, Кара сама подписала свой приговор. Мир станет лучше, если этой недалёкой стриптизёрши не станет. Всем будет легче: и мне, и отцу, и даже Джексону. Когда я теряла, сознание в тот момент я уже всё решила. Не останавливай меня, глупый слушатель, твоё дело слушать, а не наставлять меня на путь истинный. В тот день, я осталась дома. Жертва сказала мисс Андерсон, что я не пойду в школу, потому что мне «нужно сходить в больницу», естественно ни в какую больницу, она меня не повела, а оправилась в «дневное дежурство». «Это мой шанс, решила я» и решила сходить в магазин за одной полезной книжонкой. Но, у меня на пути возник отец Лиам. Похоже сегодня он в хорошем настроении.

– Привет, малышка, как у тебя дела?

Знал бы ты папочка, как у меня дела. Знал бы ты, какую падаль себе на шею посадил. Почему ты бы верил её словам? Ты такой наивный, папочка. Живешь в «иллюзии идеальной семьи» и не знаешь, с кем делишь кров…

– Всё хорошо, пап, Кара попросила меня сходить в магазин, поэтому я, пожалуй, пойду.

Мой голос, как и руки, дрожали, я никогда так серьезно не обманывала папу. Но сегодня придётся. Боже, пожалуйста, пусть отец не заметит дрожи в моём голосе и отпусти меня без лишних расспросов. Папа с минуту помолчал, я же в свою очередь стояла у двери и как безвольный зайчонок ждала разрешения выйти в «большой мир». Папа нарушил молчание, показавшееся мне вечностью.

– Кетрин, называй, пожалуйста, Кару мамой, выбрось свой подростковый максимализм и назови её хоть раз мамой. Так ваши отношения хоть немного улучшаться.

Да ни за что в жизни, я эту стриптизёршу «мамой» не назову! И какой к чёрту максимализм? Я просто хочу сделать этот мир лучше, избавив его от этой твари, чтобы она ни тебе папочка, ни кому другому больше жизнь не портила! Но ты такой глупенький, папочка, что не понимаешь даже такой мелочи.

– Хорошо, пап, ради тебя я постараюсь. Теперь, я могу идти?

Папа посмотрел на меня, как на сумасшедшую и спросил:

– Кетрин, ты почему спрашиваешь? Ты не заболела ли случаем?

– Нет, пап, ну я пошла, удачного дня!

Я вылетела из квартиры, спустилась с крыльца и выдохнула. Чёртов голос, меня чуть не выдал. И действительно, зачем я спрашивала? Пошла и всё. Это нервы, просто нервы. В конце концов, завтра ответственный день. Я прикоснулась к оставленной Карой ране. Да, папочка, я обещаю, я назову её «мамочкой».

На улице было пасмурно. Я шла по улице, с невероятно довольным лицом. Я знала, на что иду. Куда иду. В тот промежуток времени мой разум был чист, как стёклышко. Я не знаю, какую эмоцию я испытывала тогда. Но я точно хотела… мстить. Как бы банально это не звучало, мой «невинный» читатель. Ты, наверное, думаешь: «Мисс инкогнито, месть это самое ужасное, подлое и мерзкое. Как Вы могли спуститься до такого»!? Да, ты прав. Месть это не хорошо. Но не думай, что этим ты меня остановишь! Я буду «оправдывать » свои действия «способом улучшения мира». Да это «способ улучшить мир», очистив его от этой….. ну ты понял. Не могу я при тебе ругаться. Ты слишком «хороший».

Продолжим. И вот я подошла к книжному магазину «Букс», захожу внутрь и ищу книгу одного автора Джейсона Мариарти. Раньше книги, которые он писал, пугали. Я считала, что эта книга написана для психов. Но сейчас она мне была нужна как никогда. Когда я уже почти прикоснулась к «запретному плоду моих фантазий», периферическим зрением я заметила Мери. Она стояла у полки с гламурными журналами и периодически поглядывала на меня. Черт! Если эта «пигалица» заметит, какую книгу я беру, потом эта деталь может обернуться против меня. Поэтому, я резким движением одернула руку и как бы невзначай прошла мимо. Якобы я просто смотрела, но не брала. Я походила по магазину минут десять, но Мери не уходила, а как будто ждала меня. Я это поняла, когда Мери повторила за мной вот уже восьмой круг. Мери подходила так близко, что дышала мне в спину и сверлила меня взглядом, так будто я ей что-то сделала. Вот дурра. Она действительно думает, что я её не заметила? Что ж придётся играть по её правилам, иначе я не смогу спокойно купить то, что мне действительно нужно. Я подошла к кассе, купила жвачку и немного прочих вкусняшек и была готова выйти из магазина, как наконец-то меня окликнула Мери.

– Кетрин, подожди меня!

Она сказала это таким тоном, будто мы с ней давние друзья. Как бы ни так. Я покорно остановилась, понимая, что иначе покоя мне не будет. Какую же глупость я совершила, подождав, Мери……

На улице сгущались тучи. Мы с Мери вышли из магазина, и она позвала меня в какую-то подворотню, мол «поговорить надо». ОК, думаю я, только, что ей от меня нужно?

Мери прижалась спиной к противоположной от меня стене. Правую ногу она согнула и встала в таком положении, будто держала стену. На ней была тёмная толстовка, джинсы и кроссовки для бега. Мери сразу начала свой монолог фразой:

– Ты, знаешь, Кетрин, что нравишься Игорю?

Эта фраза ввела меня в ступор. В голове крутилось множество мыслей. Но среди этой «диффузии», была одна, здравая и вполне логичная мысля. Это что розыгрыш? Да точно это розыгрыш. Этого просто не может быть. Ты также думаешь, мой соучастник? Это бред. Я хотела что-нибудь сказать Мери в ответ, но она не давала мне и слово вставить и продолжала.

– Я люблю, Игоря, понимаешь? Я достойна его. Я должна быть его принцессой, а не какая-то серая мышь – потенциальный убийца!

– Мери…

Еле пропищала я, но тут «альфа-самка» разразилась такой бурей, что я и подумать не могла.

– Ты хотела купить ту книгу «Справочник идеального убийцы», только убийцы покупают его, раньше ты на эти книги даже не смотрела, а сейчас, я видела, как горят твои глаза, как ты расплываешься в безумной улыбке!

– Что за глупые суждения, Мери, может я и ненавижу тебя, но это значит, что собираюсь убивать кого-то ещё.

Мери смотрела на меня обезумевшими глазами. Они были Большими и без того. Повисло молчание, которое она же и нарушила:

– Ты хочешь убить, меня Кетрин?

Меня взбесило, ты читатель сейчас не знаешь почему, но скоро, ты поймешь почему. А пока слушай диалог:

– Не называй меня так – Это не моё имя и ты это знаешь, не так ли, Мери.

Я оскалилась. Мне было больно вспоминать тот день. А Мери со своей привычной наивностью, продолжила:

– Я не позволю тебе кого – либо убить. Если я убью тебя сейчас, я спасу Игоря, да и других. Ты же всех ненавидишь! Я уверена, ты на нем не остановишься, ты убьёшь всех, кто тебе ненавистен! Поэтому…..

– Убью? Я хочу убить лишь двух человек. И ты есть в этом списке на первом месте. Ты не боишься, умереть здесь, Мери Арлерт? Расскажи мне, как дела у м..

Мери прервала меня:

– Заткнись. Я ни о чем не буду сожалеть. Я убью тебя, и мне больше не придётся притворяться.

В этот момент, Мери достала нож, обычный кухонный нож. Она смотрела на меня, как охотник на свою жертву. Вот это решительность. Она не боится быть найденной, быть изгоем общества, лишь бы спасти любимого от серийного убийцы. Похвально. Но она допустила грубую ошибку, нельзя говорить жертве, что собираешься убить её.

Мери с невероятной скоростью, бросилась ко мне, крича что-то на подобие «ТЫ СДОХНЕШЬ»! Я рефлекторно выставила правую руку вперед, защищаясь от удара. Нож. Вошёл так глубоко, что из раны опять побежала Она. Липкая. Мерзкая. Жидкая. Красная. Болючая. Она напомнила мне вчерашнюю боль. Больно. От страха и неожиданности я встала как вкопанная. Мери впала в бешенство. Она наносила мне удары в руку снова и снова. Она плакала, видно не была к этому подготовлена. Она нанесла мне около двадцати восьми ударов в одно место. Как неоригинально. Наконец, я отошла от болевого шока. И решила нанести ответный удар. Я вытащила руку. Это была невыносимая боль, режущая и одновременно ноющая боль. Я вырвала из рук Мери нож и вонзила его где-то между грудной клеткой и желудком. Мери с глазами полного недоумения посмотрела на нанесенную рану. Потом на меня. Я снова и снова наносила удары. Это было что-то невероятное. Каждый удар становился все глубже, Мери всё больше истекала Ей.

Первый удар я нанесла, можно сказать, рефлекторно. Второй удар я нанесла, как будто резала курицу, проникая все глубже в тело Мери. В третий удар я вложила всю боль, которую испытывала по отношению к ней. Четвертый удар – мишень для стрельбы. Пятый удар я наносила с легкой ухмылкой на лице. Шестой удар я нанесла в сердце. Седьмой удар я ударила так, что она упала. Восьмой удар – удар ненависти. Девятый удар – желание стереть с лица земли. Десятый удар – сдохни ты уже, наконец! Одиннадцатый удар- удар со всей силы. Двенадцатый удар я наносила, думая, какая же Мери дура. Тринадцатый удар – крик. Четырнадцатый удар – брань. Пятнадцатый удар – удовлетворение. Шестнадцатый удар – я проклинала весь свет и судьбу. Семнадцатый удар – животный страх объял меня. Восемнадцатый удар – я ухмылялась. Девятнадцатый удар – оскал. Двадцатый удар – принятие сделанного. Двадцать первый удар – легкий смешок. Двадцать второй удар – ничего. Двадцать третий удар – улыбка безумца. Двадцать четвёртый удар – глаза. Безумные глаза. Двадцать пятый удар – Я тоже хотела счастливо жить, Мери. Двадцать шестой удар- это всё из-за тебя. Двадцать седьмой удар- пустота. Двадцать восьмой удар- опоздавшее осознание. Когда я успокоилась я поняла, что давно хотела это сделать. Но не так. Я не сдержалась и закричала. Закричала так громко. Я хотела выплеснуть свою злость через крик. Думаю, у меня получилось. Мери уже лежала и истекала этой мерзостью. Она была мертва. Из её глаз капали кровавые слёзы. Я стояла над её телом минут пять точно и смотрела. Смотрела на обездвиженное тело. Когда приступ гнева прошел, я сообразила, что нужно стереть отпечатки пальцев с ножа. Нужно подстроить самоубийство. Но на нем МОЯ гадость. Что делать? Что же делать? И что это капает с моей щеки?


Мери. Глупая Мери. Такие глупышки, как ты умирают в подворотнях.


Конец 2 главы.

Плач Мери Арлерт. Неизвестная гибель №1


Глава 3. Неопределенность. Окончательное решение.

Начался дождь. Я всё в том же положении стою у уже обездвиженного тела Мери. Я ещё немного «раскрасила её» её же «противной жидкостью». Она, казалось, утонула в море этой ужасной штуки. Какая замечательная картина получилась. Хочешь, опишу? В одно место я нанесла двадцать восемь ударов ножом! Она лежала вниз головой, её волосы растекались по спине. Это прекрасно. Видеть позу, в которой человек умер. Глаза Мери на удивление были открыты и выражали то же удивление, что и при жизни. Из глаз капала Она, выглядело так, что Мери плачет, после смерти проклиная своей гадостью того, кто её убил. Это как-то связано с биологией, но я «ничего в ней не смыслю». Кожа, заметно посинела и похолодела.

Глядя на эту картину, я поняла, что я больше не обычный человек. В голове, как колокольный звон произносилась одна фраза. Я – убийца. Хладнокровный убийца. Минуту назад эта мысль приводила меня в ужас. Но сейчас…. Всё по-другому.

Предо мной стоят несколько вопросов:

«Куда спрятать тело Мери»? «Как убрать Мою «гадость» с ножа»? «Как скрыть следы моего присутствия»?

Из нанесенной на руке раны капала Она. Нужно прекратить это, иначе я умру здесь, а у меня еще есть дела. Я вытащила из кармана Мери платок. Вот дура, я же могу оставить еще больше следов. Стоп. Я же в перчатках. Точно! Я в перчатках! Ты ещё не понял, чему я так радуюсь? Почему ты такой? АГРХ! «вздох». Слушай внимательно, объясняю: Когда на тебе перчатки, ты не оставляешь отпечатки, только волокна ткани. А перчатки я сожгу сегодня же и куплю новые. Таким образом, на ноже остались только отпечатки Мери. Уже лучше. Но как убрать эту гадость? Я недолго думала над этим вопросом. Я очистила нож при помощи платка, который я тоже уничтожу. И взяла его себе, для дальнейших дел. «Орудие убийства, должно быть у убийцы». Не помню, кто это сказал, но дельная вещь! Я придумала, как избежать любых подозрений! Для этого мне нужно бежать. Здесь нет камер наблюдения и в магазине, кстати, тоже. Вот это удача. Мне кажется, это место специально оборудовали для убийств. Сам подумай, я стою здесь уже несколько часов и за это время ни один человек мимо не проходил. Как мне сегодня везёт!

Ну, я забрала нож, платок, испачканный нож, стёрла с пальцев Мери мою гадость. Как хорошо, что я ношу с собой перекись! Зачем? Что за глупый вопрос? Перекись разъедает микроэлементы крови. После использования ни одна экспертиза не узнает, чья это кровь. По запаху? Ты думаешь, меня могут вычислить по запаху? Хах, не переживай, после дождя ни одна собака не учует мой запах. Всё. Это действительно идеальное убийство. Но не хватает индивидуальности! Как ты думаешь, что нужно сделать, чтобы придать убийству индивидуальности? Правильно! Выцарапать на жертве надпись. Я напишу так: «Вычислите инкогнито без маски». Как только я это сделала, уже был вечер, и я пошла домой. Не пойму сегодня был плохой, или хороший день? Но одно я поняла точно. Ножи – моё любимое орудие. Но Кару им я не убью.

Я вернулась домой часов в девять. Папа был на работе, а Кара как назло дома. Я хотела пройти незамеченной, как ниндзя. Но в самый ответственный момент дверь очень громко скрипнула. И, похоже, Кара услышала.

– Гевин, зайчик это ты?

Какой на… Гевин? Да ещё и «зайчик»?

Что делать? Ответить? Да ты, что! Когда Кара в таком настроении это редкость. Если я испорчу его, Бог знает, что со мной будет! Недавно ты казался мне умным, но видимо ты такой же…

– Гевин! Что же ты не идёшь ко мне?

– Кара это я.

Коротко ответила и пошла в свою комнату. Я прошла мимо зала и увидела обнаженную Кару. Она стояла спиной ко мне, но мне хватило того, что я увидела. Кара держала в руке бокал, по-моему, вина. Она стояла у окна. Её лицо было не довольным. Вдруг она сказала.

– Кетрин, подойди сюда на минутку.

Я подошла, ожидая чего-то ужасного. Как оказалось не зря.

–Кетрин, как давно ты пришла?

– Только что.

Кара улыбнулась, нет, вернее оскалилась.

– Кетрин, ты скажешь своему отцу? Про то, что слышала имя другого мужчины?

Обычно, я бы покорно согласилась, но сегодня адреналин взял вверх над инстинктом самосохранения и я спросила:

– Кто такой Гевин?

Кара ухмыльнулась

– Это мой любовник. Ты девочка уже взрослая и должна понимать, что папе говорить нельзя. Будь хорошей девочкой. Ты же не хочешь разрушить нашу «идеальную семью»?

Меня трясло. То есть она живет на средства моего отца и за спиной изменяет ему в его же доме? И ЭТО «идеальная семья»? Не знаю, почему я сказала следующую фразу:

– Нет.

Эта фраза будто заполнила меня и эхом отозвалась где-то глубоко.

– Что ты сказала?

Да строить из себя дурочку Кара умеет.

– Я сказала «нет». Я всё расскажу папе и про недавний инцидент вчера. Вы взрослые такие дураки.

Я сглотнула подступивший к горлу ком и продолжила.

– У нас БЫЛА идеальная семья, пока не появилась ТЫ!

Замолчи, замолчи, замолчи, кричала я самой себе. Но это не помогало. Я задыхалась своими словами, говорила всё, что думала. Я говорила про то, какая она тварь. Что отец её любит, а она так себя ведёт и кучу других «приятных вещей». Когда я, наконец, успокоилась, Кара улыбнулась так ядовито. Подошла ко мне и как ты думаешь, что эта тварь сделала? Она ударила меня. С такой силой, что я потеряла сознание. Я не шучу.

Очнулась я уже на следующее утро. И я решилась. Точно. Не как в предыдущий раз. Я вспомнила, какой решительной была Мери. И я буду такой же. Я всё расскажу папе.


Конец 3 главы.


Имя: Коннор Андерсон.

Дата рождения: 08.17. 1994 (25 лет)

Место рождения: США. Штат Канзас.

Место работы: Полиция Детройта. США. Штат Мичиган

Цвет глаз: Карие.

Любимый цвет: Красный.

Характер: Вспыльчивый, равнодушный.

Любимое животное: Собаки.

Знак зодиака: Козерог.

Цель: Найти убийцу Мери Арлерт

Родители: Хэнк Андерсон. Лиза Андерсон.

С.П.: Холост.


Глава 4 Обстоятельство меняющее планы.

Внимание всем постам! На улице Линкольна в одной из подворотней произошло жестокое убийство 15-летней девушки. Все кто рядом с местом преступления. Распознайте жертву и соберите все имеющиеся улики. Конец связи. Пщщ.

–Это детектив Рид. Выдвигаюсь на место преступления. Конец связи. Пщщ.

– Кто-нибудь уже на месте? Пщщ.

– Это лейтенант Андерсон. Я уже на месте преступления. Жду экспертов. Конец связи. Пщщ

– Лейтенант Андерсон, Вы уже распознали жертву? Пщщ.

– Да, жертва Мери Арлерт. 15 лет. Причина смерти: нанесение тяжких телесных повреждений в области диафрагмы. Судя по ранам. Орудие убийства – нож. Пщщ.

– Судя? Вы не нашли орудие убийства на месте преступления? Пщщ.

– Докладываю. Орудие убийства отсутствует, как и следы пребывания другого человека.

– Вы считаете – это самоубийство? Пщщ.

– Не похоже. Жду экспертов. Пщщ.

Я – Коннор. Лейтенант полиции Детройта округа Уэйн. Штат Мичиган. Работаю над такими делами как: убийства, наркоторговля, бытовые преступления. Сегодня в 3 часа утра в Департамент полиции Детройта поступил анонимный вызов о нахождении изрезанного трупа девушки.

И вот я здесь. Осматриваю место преступления. На жертве двадцать восемь предположительно ножевых ранений. Раны глубокие, жизненно-важные органы не задеты. Особенность в том, что все двадцать восемь ран нанесены в одно место. Предположительная версия – самоубийство. Жертва умерла от большой потери крови примерно 8-9 часов назад. Следов пребывания другого человека отсутствуют. Так в протоколе и напишем. Лейтенант Андерсон уже собирался уходить, но в последний момент он вспомнил, что не осмотрел спину жертвы. Он снял куртку с жертвы и обомлел. Через минуту он задал себе вполне логичный вопрос: «что это такое»? На спине жертвы Коннор увидел выцарапанную надпись, следующего содержания: Попробуйте, вычислить инкогнито без маски и эмоджи с безумной улыбкой. Похоже, убийца оставил свой след. Такие следы характерны для серийных маньяков. Но за 10 лет службы в полиции Детройта Андерсон похожие не встречал. В Детройте появился новый маньяк. А это его первое убийство. Настолько безукоризненное, что я находясь здесь уже полчаса не нашёл не единой зацепки. Но экспертиза ещё не проводилась, поэтому делать выводы не разумно. Но я точно убеждён, что это убийство. Причём хладнокровное и жестокое. Ещё одна деталь: я не заметил следов насилия, может ли это значить, что жертва знала убийцу и пошла за ним? Где же детектив Рид и эксперты? Через некоторое время группа полицейских осматривала место преступления. Тело увезли в морг. Может после экспертизы удастся что-то узнать об убийце. Кто же мог совершить столь жестокое убийство? Иногда перед следствием так много вопросо и так мало ответов. Пока перед лейтенантом Андерсеном стояла задача расспросить о потерпевшей в школе, может кто-то знал, куда и с кем она пойдёт? Пока они возились с осмотром места происшествия. На часах было уже восемь часов утра. Самое время допроса. Лейтенант подходил к дверям школы, где училась Мери Арлерт. Как вдруг почувствовал сильный толчок в спину. Коннор обернулся и увидел девочку.

– Извините.

Сказала незнакомка и собиралась идти дальше. Но полицейский остановил её фразой:

– Девочка, стой!

Лейтенант сам не заметил, как схватил её за ладонь.

Неожиданно девушка вздрогнула. Не так, как от неожиданности, а как от боли. Лейтенант услышал зубной звук, который непроизвольно издается, когда прикасаются к глубокой ране.

Незнакомка обернулась и Коннор, на секунду уловил жуткий взгляд, но в ту же секунду он сменился нормальный. Только взгляд ни лица ничего. Но этого взгляда хватило, чтобы человек, служивший десять лет в полиции, содрогнулся от ужаса. Лейтенант впал в неподдельный ужас , из которого её вытащила фраза жуткой незнакомки.

– Вы что-то хотели?

– Да, где находиться кабинет директора?

Он до сих пор держал и немного сжимал запястье девушки.

– Пойдёмте, я провожу Вас.

Незнакомка высвободила, руку грубым рывком, и направилась в школу, лейтенант двинулся за ней.

Когда они подошли к кабинету директора, лейтенант услышал обрывок диалога, находящихся в нем людей:

– Мадам Линкольн, ну поймите же Вы меня! Я не могу работать с мисс Паддингтон, она совершенно не понимает биологию!

Коннор, сначала не придал этому значения и уже хотел спросить у своей спутницы, но вовремя осекся. Он увидел, что незнакомка оскалилась, сжав кулаки, но через секунду ухмыльнулась и готовилась постучать в дверь, как ни в чем, ни бывало. Коннор догадался, что перед ним весьма загадочная мисс Паддингтон. Осталось узнать её причастность к Мери Арлерт, и она станет подозреваемым номер один. Слишком много подозрений накопилось на мисс Паддингтон.

Во-первых, По результатам проведённой недавно экспертизе было выявлено, что перед смертью жертва нанесла убийце множество ранений, на одежде потерпевшей в области рукава была обнаружена кровь. По стечению обстоятельств, Коннор понял, что на запястье мисс Паддингтон и судя по реакции довольно глубокая.

Во вторых, лейтенанта Андерсона напрягает часто меняющиеся настроение. Чаще всего такое бывает у неуравновешенных людей. По статистике именно такие люди чаще переступают черту закона. Если выясниться, что вчера Мери Арлерт на момент убийства находилась с мисс Паддингтон, то нужно будет отдельно её допросить.

В это время мадам Кук вышла из кабинета директора и сначала обратила внимание на спутницу лейтенанта.

– Какая встреча, Кетрин Паддингтон, Вас как раз ждут в кабинете директора.

На лице мисс Кук показалась самодовольная улыбка с вставленными золотыми зубами. До сих пор её не интересовало, кто стоит с ней рядом. Было немного обидно, когда мисс Кук прошла мимо. Кетрин посмотрела ей в след. Лейтенант снова заметил холодный взгляд хищника. Теперь лейтенант знал имя. Кетрин Паддингтон .

Они вошли в кабинет, где их встретила приятная женщина лет тридцати пяти. Она, как и мисс, Кук, сначала не заметила лейтенанта, а обратила внимание на Кетрин.

–Здравствуй, Кетрин, девочка моя! На тебя опять жаловалась мадам Кук, что ты не учишь биологию! Но не волнуйся, мы её как-нибудь успокоим.

Мадам Линкольн засмеялась задиристо, немного похрюкивая. Когда она закончила, то обратила внимание на Конора.

– Ой, а кто это с тобой?

Кажется, пришло время представиться.

–Моё имя Коннор, прислан, из полиции Детройта, расследовать дело Мери Арлерт.

Андерсон говорил это мадам Линкольн, а сам периферическим зрением наблюдал за Кетрин. Та даже не дрожала, но вот руки были сжаты в кулаки, что говорило о нервозности.

– Мадам – продолжал Коннор, мне нужно узнать у Вас про Мери Арлерт. Могли бы Вы ответить на пару моих вопросов?

Мадам Линкольн заметно помрачнела и попросила Кетрин идти в класс. Я же сел на стул и стал задавать вопросы.

– Вы знаете, где была Мери Арлерт вчера после окончания уроков?

– Нет, это мне не известно, но я знаю, кто может ответить на этот вопрос. Игорь. Они с Мери хорошо общались.

– Хорошо. Мадам Линкольн, где Вы были вчера со второй половины дня?

– Я была на работе. Мои коллеги могут это подтвердить. Извините, лейтенант, но больше я не могу ничего сказать. Вам лучше поговорить с одноклассниками Мери.

– Только, если Вы мне разрешаете, мадам.

Она лишь кивнула, и я покинул кабинет. Мне нужно допросить Игоря, может он что-нибудь знает. Когда я зашел в класс, то увидел в дальнем углу класса своего недавнего проводника. Я смотрел на неё, она смотрела на меня. Наши взгляды встретились. Только я смотрел на неё, как на потенциального убийцу, а она как на занозу в заднице. Я привык. Когда прозвенел, звонок и мадам Брайан представила меня классу. Я начал:

–Ребята в связи с текущими обстоятельствами, некоторых из вас мне нужно будет расспросить об Мери вашей однокласснице, если вы располагаете какой-либо информацией, сообщите мне.

В классе повисла гробовая тишина. Я продолжил.

– Сейчас я попрошу Игоря Мюнхена пройти со мной.

Через некоторое время, мои подозрения подтвердились. Мне точно нужно допросить Кетрин Паддингтон. Игорь долго мялся, но раскололся. Он сказал, Мери отправилась в тот же магазин, что и Кетрин Паддингтон. Продавец подтвердил, что видел двух девушек, одну из них он опознал, а вот вторая была в маске и в капюшоне. Ну, ничего, я смогу заставить её снять эту маску.

И вот она сидит передо мной, облокотившись на стул. Наконец я могу подробней рассмотреть её. Первое, что бросается в глаза – маска на пол-лица. Черная непроглядная. Одета Кетрин была в толстовку и джинсы. Обычный наряд тинэйджера. Но маска? Коннор сел напротив неё и с минуту помолчав, начал говорить.

–Кетрин Паддингтон, верно?

Она кивнула. Я пытаюсь говорить спокойно, но почему-то мой голос немного дрожит

– Где Вы были вчера со второй половины дня?

– Я обязана отвечать?

Допрос только начался, а я уже хочу применить свою секретную технику. Но это потом.

– Здесь вопросы задаю я, а твоё дело отвечать – сказал я встав из-за стола. Я говорил грубым голосом, тем самым хотел вывести её из себя. Я смотрел на неё и ждал реакции. Она поёрзала в кресле и вдруг, неожиданно дерзко ответила:

– Вы играете со мной в плохого полицейского, лейтенант?

Абсолютно спокойный голос, но мне кажется, что это она играет со мной, ну что ж сыграем по твоим правилам, Кетрин.

Мы так и смотрим друг другу в глаза. Не отрывая взгляда. Я понял! Она ищет моё слабое место. Не на того напала, я не поддамся.

– В каких отношениях, ты находилась с Мери Арлерт?

– Мы с ней общались, но часто конфликтовали.

Всё также спокойно. Но и я не закончил.

– Я знаю, что ты находилась в «Букс» вместе с Мери. Куда вы пошли дальше? Наверное, в подворотню? А что было дальше?

– Вы ошибаетесь, лейтенант Андерсон, после магазина, мы пошли в сторону дома Мери, но она резко завернула в подворотню, сказав не ждать её, а потом…..

– потом ты догнала её и…

– Нет, лейтенант я пошла домой, Вы что-то путаете…..

– Потом ты нанесла её ДВАДЦАТЬ ВОСЕМЬ УДАРОВ НОЖОМ!

Неожиданно для себя, я закричал и бабахнул папкой по столу.

– С чего Вы взяли?

Уже запинаясь, говорила она.

С того, что на месте преступления найдена жвачка, по результатам экспертизы на жвачке найдена твоя слюна.

– Скажи, что это было? Ненависть? Максимализм- с яростью крикнул лейтенант.

– Я догнала её, чтобы спросить куда она!

Я не выдержал и перепрыгнул, через стол разделяющий меня и Кетрин. Сел на край так, что между нашими лицами расстояние сократилось до пятнадцати-двадцати сантиметров. Я говорил уже спокойно.

– Если ты считаешь себя невиновной Кетрин, то покажи мне свою руку….

Моя рука скользнула вниз по правой руке Кетрин, она даже не успела её одернуть. Кетрин так тяжело дышала, что я понял. Что попал в точку. Тут она оправдаться не сможет.

Я снял перчатку с руки Кетрин зубами, немного, сжимая ладонь. Я видел, что ей больно, но азарт поглотил меня. Как и ожидалось, на ладони оказалась глубокая неоднократная ножевая рана. Я ухмыльнулся и, перейдя на шепот, сократив дистанцию спросил:

– Ну, Кетрин, как ты это объяснишь?

Она немного смущалась, хотя это понятная реакция. Я красивый двадцати пяти летний мужчина с карими глазами, высокий, подкаченный шатен, сейчас держу руку девушки у своих губ и игриво говорю с ней с огнём в глазах. Ой, у меня же ещё верх рубашки расстегнут. Тут я думаю, любой бы смутился. Она молчала минуты две, я уже хотел отпустить руку и звать школьного психолога, как вдруг, Кетрин толкнула меня в грудь. В буквальном смысле повалила на стол, оказавшись «сверху». Я обомлел. Она сняла с себя маску, и я увидел красивое лицо, на котором была царапина. Я хотел оттолкнуть её, но она прижалась ко мне и поцеловала. Черт! Что она творит? Этот поцелуй был почему-то страстным и жадным, я сопротивлялся, кусал её за губы, но она не сдавалась. Кетрин вцепилась в меня и не отпускала. Мне стало слишком жарко. Главное «Зачем»?

–Что ты делаешь?

Захватывая воздух, спрашиваю я. Она ухмыльнулась.

– Вам не понятно, лейтенант?

Шепотом спрашивает она у меня.

– Вы слишком самоуверенны, поэтому я решила немного Вас усмирить. Вы сами виноваты. Не стоило быть таким беспечным с подростком, в котором «бурлят гормоны».

Она говорит, как обиженный ребёнок. Пытаешься выбить меня из колеи? Прости, малышка, но у тебя не получиться!

– Эта царапина. Мери оставила тебе её?

– Нет, Коннор – это не Мери. Это моя мамочка, только это секрет.

– Знаешь, Кетрин, я всё равно смогу доказать твою причастность. На одежде Мери Арлерт была найдена чужая кровь, наверняка она твоя. И если это так….

Кетрин потянулась к моему уху и горячим шепотом сказала:

– Не говори такие грязные вещи. Иначе мне придётся тебя наказать.

Твою ж, Кетрин укусила меня за мочку уха, предварительно проведя языком. Это было мерзко и страстно одновременно. Чёрт, что она себе позволяет?

– Ты такой милый, когда вздрагиваешь. Будь хорошим мальчиком, я не хочу тебя наказывать. Послушай, Коннор, ты ведь знаешь, что тебе будет за совращение малолетних детей?

Эта девчонка переходит все границы. Нужно остановить это, немедленно! Я собрался с силами и оттолкнул Кетрин, наконец-то это получилось.

– Что ты себе позволяешь? Кетрин, прекрати играть со мной! Ты ведь хотела отвлечь меня от раны на руке?

Кетрин стояла в замешательстве её глаза были наполнены отчаянием.

– Раны? Коннор, за что, Вы так со мной? Я.. я не хотела, то есть.

Она помрачнела. Кетрин говорила, запинаясь, мне показалось, что она была в шоке. Неужели это не то, о чем я подумал? Впрочем, этого в любом случае не могло быть.

– Кетрин Паддингтон, наш дорос, окончен, ты можешь идти.

– Но…. Лейтенант, мы увидимся снова?

– Не уверен. Теперь можешь идти.

Кетрин направилась в сторону двери, едва держась на ногах. Почему я чувствую себя виноватым?

Что это за чувство? Почему мне хочется догнать её прижать к себе и не отпускать? Почему мне хочется поцеловать её снова? Это… это не правильно! Я долго размышлял над тем, что мне делать. Я уже не слышал детектива Рида с его идиотскими историями, я думал о Кетрин. Она, несомненно, прекрасная девушка, но я уже взрослый и должен думать о последствиях! Но. Мне уже хочется……

– Эй, Коннор, ты слышишь меня? Я говорю о результатах экспертизы!

– А? Что там?

Рид посмотрел на меня, как на сумасшедшего, помялся и спросил:

– Ты влюбился что ли? Кто эта счастливица?

– Не глупи, Рид. Мне нельзя её любить.

– Уууу. Школьница, да? Знаешь если это взаимно, то можно всё.

Рид подмигнул мне задиристо. Боже, как он себе это представляет? Я и Кетрин…. В глубине души я очень этого хотел. В голове промелькнула мысль «Может попробовать»? Она засела глубоко и не отпускала, волновала мой мозг и тело. Но я опомнился и перевёл тему:

– Что там с экспертизой?

Рид тоже переключился.

– На одежде Мери Арлерт не человеческая кровь, а животного. Предположительно кошачья.

– Что?

Выпалил я. То есть, я зря обвинял Кетрин. Мне нужно извиниться, причем срочно.

– Прости, Рид мне нужно бежать!

Я искал Кетрин по всей школе, но не нашел. В голове я видел её глаза полные слёз. Черт! Что я сделал?

Когда я уже потерял надежду и выходил из школы, я услышал знакомый голос:

– Лейтенант!

Без сомнений это была Кетрин. Я обернулся и увидел её. Сердце бешено забилось.

– Лейтенант, можно, Вас попросить?

Она закрыла глаза, будто встречала свой самый страшный кошмар в жизни.

– Можно попросить Ваш номер телефона?

Она выпалила это на одном дыхании и с искренней надеждой в глазах посмотрела мне в глаза.

Не знаю зачем, но я дал ей свой сотовый, Как она была рада. В буквальном смысле чуть не прыгала от радости. Мне от одной её улыбки сжало сердце.

– Кетрин, прости меня, за сегодняшнюю грубость. Я был не прав.

Она посмотрела на меня с удивлением

– Кетрин, я обвинял тебя без доказательств, мне очень стыдно. Если ты позволишь, я искуплю свою вину.

Я взял её за руку прижал к себе и нежно поцеловал в лоб. Хорошо, что рядом никого не было. Когда я отпустил её, напоследок сказал ей:

– Увидимся, Кетрин! Звони в любое время!

Сказал я, смотря, как она держит свою руку у места где я её поцеловал. Как мило. Я ушел и надеялся на звонок сегодня вечером. И еще я мысленно начал молиться, чтобы эта милая мне девушка не оказалась серийным убийцей.

Конец 4 главы.


Имя: Игорь Мюнхен.

Дата рождения: 25.01. 2004.

Место рождения: Россия. Москва.

Место работы: Отсутствует.

Цвет глаз: Голубые.

Любимый цвет: Зелёный.

Характер: Целеустремлённый, жестокий.

Любимое животное: Попугаи.

Знак зодиака: Козерог.

Цель: Понять, что случилось с Мери Арлерт.

Родители: Даниил Зимарев. Мария Мюнхен.

С.П.: Влюблен


Глава 5 Коварство – двигатель и тормоз.

Так всё идет по плану, главное не спустить его с крючка! Как думаешь, милый мой слушатель, Коннор ведётся на мои уловки? Безусловно! Что? Почему у тебя такая кислая мордочка? Ты думал, что я влюблюсь в Андерсона? Я понимаю, почему ты так подумал, но ты не прав. Я начала всё это для того, чтобы спокойно совершать убийства и знать, как продвигается следствие. Хотя, Коннор довольно милый.

Нет-нет-нет. Даже думать забудь. Милый мой слушатель. Я не могу допускать чувства к кому-то вроде лейтенанта. Он старше меня в два раза! Ты, конечно, тот ещё шалун, но не стоит заходить так далеко.

Сегодня был волнительный день. Я пришла домой и глубоко вздохнула. Кары дома не было. Зато был папа. Как думаешь, стоит мне поговорить с ним? Да. думаю, ты прав. Мне не о чем с ним разговаривать, к сожалению….

Но, когда я проходила мимо гостиной, где сидел Лиам, он, неожиданно начал разговор сам.

– Привет, Кетрин! Подойди ко мне, солнышко моё.

Мне стало так тепло. «Солнышко», как давно он так меня не называл? Я зашла в гостиную и села напротив папы, облокотившись на свою руку.

– Да, пап?

Но он молчал. Вернее, не заметил моей фразы, также непринужденно читая газету и попивая кофеек, Лиам спрашивал меня о всяких пустяках. Иногда шутил. Это было…. Мило? Я с ним так свободно, как сейчас не разговаривала уже лет пять точно. Пока мы так болтали, я забыла о том, что сегодня произошло. Но одно я помнила. Я должна ему рассказать про Кару, про то, что она ему изменяет в его же доме! Я обязана убедить отца бросить эту мразь, иначе всё обернётся против меня. Как же я не хочу портить папе настроение, но я должна. Должна разрушить эту иллюзию «идеальной семьи».

– Пап…

Ком застрял у меня в горле. Голос был сухим и дребезжащим. Я остановилась и посмотрела на отца. Боже мой, какими глазами он смотрел на меня! Как ребенок на желанную игрушку. С огнём в глазах, казалось ему, правда, было интересно слушать то, что я сейчас хочу сказать. Честно сказать, я была готова провалиться сквозь землю. У меня в голове крутилось множество мыслей. Мне было жаль отца, в то же время я думала, поверит ли он мне? Что будет, если он посчитает меня лгуньей и эгоисткой? Меньше всего мне хотелось рушить и так «хлипкие» отношения. Я продолжала смотреть на папу. Взвесив все «за» и «против», я поняла, что это бесполезно. Помнишь, я говорила тебе, что мой отец – мягкотелый «подкаблучник»? Я ошибалась. Он вовсе не «подкаблучник», он просто жертва обстоятельств. Папа слишком добрый. Даже к Каре. Я встала из за стола. Подошла и обняла папу. Он оторопел. Это так мило. Не волнуйся, папочка, я не буду втягивать тебя в это. Я сама с ней разберусь. Это я тебе обещаю.

– Кетрин? Кетрин! Ты слышишь меня?

– М? Что, пап?

– Что за улыбка, Кетрин? Что-то случилось?

– Нет, папочка, ничего.

Я отстранилась и пошла в свою комнату. Закрыв дверь, в комнату я выдохнула. Да, мой милый слушатель, я разберусь с Карой сама. Папа тут ни при чём. Что же, пора отвлечься от «коварных дел» и, наконец, заняться домашкой. Скука смертная, но учиться нужно. И кто только это придумал? Как ты думаешь, сам Сатана решил поглумиться над нами, создав нынешнюю систему образования? Фу. Мы страдаем, а он смеется. Бее. Начнем, пожалуй, с легкого – математика. Никогда не испытывала трудностей с ней. Мне с детства говорили, что у меня аналитический склад ума. Да, да, ты не ослышался. Так. Игрик в квадрате равен… Ай, брось, тебе это явно не интересно. Поэтому, я решу это уравнение молча. Услышимся!

Ну вот, наконец-то закончила! Не соскучился? Замечательно, а теперь….

В этот момент зазвонил мой телефон. Номер не определился. Я взяла трубку, на другом конце провода я услышала голос Игоря.

– Кетрин?

Немного застенчиво начал он.

– Да, это я. Что нужно?

Игорь замялся, тяжело вздохнул и вдруг неожиданно громко сказал:

– Я сейчас к твоему дому подхожу, чтобы отдать тебе распечатки!

– Распечатки? Зачем они?

– Мисс Блонд попросила меня отдать их тебе и проконтролировать, чтобы ты их решила!

У Игоря такой довольный тон.

– Арх. Ладно, сейчас.

Я не хотела видеть Игоря, особенно сегодня, но зная мисс Блонд, придётся решать при нем. Кстати, сколько сейчас времени? Так половина пятого. Спасибо, Игорь, что не ночью решил ко мне прийти! В этот момент я вспомнила слова Мери: «Ты, знаешь, Кетрин, что нравишься Игорю?» Так. Всё. Возьми себя в руки! Игорю сказали, нет, приказали это сделать. И вообще, с чего это я ему нравлюсь?

Я спустилась и увидела папу. Он куда-то собирался.

– Пап, ты куда?

– На работу вызвали. Кетрин, я не вернусь сегодня, будь умничкой!

– Пап, ко мне сейчас одноклассник придёт. Ему сказали проследить, чтобы я решила задания. Ты не против?

– Нет, конечно, но будь осторожна, мальчики нынче взрослее девочек!

Папа, подмигнул мне. Боже, зачем он так?

– Пап, прекрати!

– Если что, то звони!

– Пап, ты…

Но он уже открывал дверь, чтобы выйти и столкнулся с Игорем.

Они уставились друг на друга. В этой ситуации подошла бы фраза: «Искра, буря, безумие». Я поспешила «улучшить ситуацию».

– Пап, это Игорь, я тебе о нем говорила. Игорь заходи.

Игорь впал в ступор, и мне пришлось «втащить» его в дом за руку. Папа неожиданно засмеялся.

– Что же, это ты распечатки принес?

– Да.– Сказал Игорь, по-моему, он не ожидал увидеть папу.

– Тогда, ведите себя, хорошо! Игорь, да?

– Да, это я

– Будь нежным, Игорь, девушки не любят грубость. Я сейчас не про учебу!

Папа уже подмигнул Игорю. Я покраснела. Опять он за своё! Я посмотрела на Игоря, он почему-то ухмыльнулся. И уже смелее ответил Лиаму:

– Вас, понял, мистер Паддингтон!

Папа ушел. Мы остались одни. Настала неловкая пауза. Первым её нарушил Игорь:

– Ну, пойдем. У нас много работы. Где твоя комната?

Я указала наверх, и мы пошли ко мне в комнату. Чувствую, что что-то назревает. Мне не по себе. Руки трясутся, в горле першит и вообще странные ощущения, а Игорю, кажется всё нипочём. Он спокойно осматривал комнату и сосредоточил внимание на моей кровати. Мне это надоело. Давай закончим это!

– Эм, Игорь, давай ты отдашь мне задания, я их быстро решу и мы разойдемся….

Что за черт? Я только сейчас заметила, что у Игоря нет ничего в руках. Ничего. Может задание на флешке? Вдруг, Игорь подошел к моему столу, только не это! Там же нож! Я поспешила к столу, схватила Игоря за руку, пролепетав, что-то вроде: «Не надо». Как маленький ребенок, честное слово! Я уже думала, что отделаюсь очередной глупой шуткой. Но я ошибалась. Игорь изменился в лице, чтобы исправить ситуацию я спросила:

– Хочешь чай?

Игорь смотрел мне прямо в глаза. Он до сих пор не отпустил мою руку. Игорь наклонился и горячим шепотом прошептал мне на ухо:

– Единственное, что я сейчас хочу – это ты, Кетрин.

Потом, все произошло быстро. Он притянул меня к себе и поцеловал. Как это в народе называется? Господи, мне стыдно тебе это говорить, но ты ведь хочешь знать? Маленький шалун. В общем, с языком. Я сопротивлялась, я толкала его, кусала губы, но, кажется, его это больше заводило. Его шаловливые руки спускались ниже с плеч на талию, с талии на… нижнюю часть моего тела. Потом, он пытался снять с меня футболку не разрывая поцелуй. Это было мерзко. Он вел себя, как грязное животное. Игорь отстранился. Мне не хватало воздуха. Я посмотрела на Игоря, он улыбался. Самодовольной улыбочкой. Я хотела выбежать из комнаты, бежать, просить о помощи. Благо я находилась ближе к двери. Кажется, в тот день удача была не на моей стороне. Хотя черт знает, кому из нас не повезло. Так о чем это я? Ах, да. Когда я развернулась в сторону двери, как в этот момент Игорь схватил меня за руку, притянул к себе и сказал:

– Куда, ты Кетрин? Разве тебе не понравилось?

– Нет, ты мерзкий отпусти меня!

Говорила я, замечая, как пламя разгорается в его глазах.

– Да? А мне очень понравилось. У тебя такие сладкие губы.

Игорь говорил это, закусывая губу.

– Вообще мне всё нравится в тебе, Кетрин.

Шептал мне на ухо Игорь, после он поцеловал меня в шею. Нет! Только не это! Этот мерзавец продолжал:

– Кетрин, я хочу тебя.

– В каком это смысле, ты с дуба рухнул?! Отпусти меня, извращенец!

Игорь лишь улыбнулся, прошел со мной к двери и закрыл её. Как только он это сделал, Игорь отпустил мою руку. Я отбежала к окну, наблюдая за ним. Игорь снял футболку, как ни странно у него был довольно хороший пресс. Затем он посмотрел на меня и сказал:

– Что? Птичка в клетке? Кетрин, от меня не нужно бежать. Я обещаю, что буду нежен с тобой.

Он подходил ко мне.

– Зачем ты это делаешь? Опять твои глупые шуточки?

На лице Игоря появилось неудовольствие.

– Это не шуточки. Я делаю это, потому что люблю тебя, Кетрин.

Я оторопела. Зря я это сделала, потому что в этот момент Игорь взвалил меня себе на плечо, прошел к кровати и повалил меня на неё. Я ничего не могла сделать, только смотреть. Смотреть, как Игорь достаёт из штанов что-то квадратное. Зажал мне руки своей сильной рукой, правой ногой он Игорь обездвижил мне ноги. Из правой руки он взял в зубы квадратный предмет, кое – как я разглядела, что это презервативы и СМОТРЕЛ. Смотрел, как я пытаюсь вырваться. Он получал от этого удовольствие. Идиот. Он пытался одной рукой открыть презервативы и чтобы это сделать он сел мне на ноги. Это мой шанс. Я толкнула его так, что Игорь пошатнулся и дал свободу моим ногам. Я не хочу. Не хочу видеть этого человека в живых. Он извращенец, практически насильник. Сколько я видела девушек, которых Он мучал. Буквально ломал им жизни. А сейчас, значит мой черед? Нет. Я так не играю. Я положу этому конец, прямо сейчас. Зря ты затеял эту игру, Игорь. Потому что ты проиграл. Я зажала свои руки на шее Игоря, а ногами я, что есть силы, придавила его тело. Он мягко сказать офигел. Он начал брыкаться, пытаться вырваться. Черти, у него получалось. Он сильнее меня. Но я не сдамся. Доведу дело до конца. Он хрипел. Долго. Минуты три. Потом, я потеряла бдительность. И Игорь, собрав все силы, толкнул меня в грудь. Я отлетела в противоположную стену. К своему столу. Игорь сел, тяжело дыша и выпалил:

– Вот (здесь должна быть грубая фраза). Так это всё-таки была ты.

– Ты о чем?

Спросила я, уже зная его ответ, я была готова к следующему сценарию развития событий. Тебе интересно, мой милый слушатель? Какой ты любопытный. Тогда слушай, что было дальше.

– Я до последнего не хотел верить. Думал, что это просто совпадение. Но сейчас я убедился.

Игорь посмотрел мне в глаза. Его взгляд сочетал сожаление, надежду и даже веру. Я не стала его перебивать и продолжала слушать.

– Это ты убила Мери, да?

– С чего ты взял?

– Мери говорила, что пошла в «Букс». Я пошел за ней….

– И?

– Я видел.

Игорь сглотнул ком в горле.

– Видел, как ты убила её.

В комнате повисло молчание.

– Слышал, как она произнесла твоё имя.

Игоря одолевала злоба

– Но я ничего не сказал, полиции. Я решил, разобраться с тобой сам. В конце концов, что ты мне сделаешь?

Игорь засмеялся, тихо и сдержано. Я времени не теряла. В тот момент, когда Игорь опустил голову, я достала нож и спрятала его, кажется, Игорь не заметил. Но я ошиблась. Лицо Игоря скривилось. Знаешь, мне стало не по себе.

– Только, я не убью тебя. Я сделаю тебя своей. Ты будешь предлежать только мне. Иначе, опозорю тебя на всю твою жизнь!

Через секунду Игорь снова возвышался надо мной. Он схватил меня за руки, так, что я не могла ими пошевелить. И сделал что-то необыкновенное. Он провел своим горячим языком по моей шее, немного посасывая. Я вскрикнула. Спросишь почему? Потому что Игорь укусил меня за шею. Это было больно. Я в буквальном смысле чувствовала каждый сантиметр моей кожи между его зубами. С какой жадностью и одновременно нежностью он это делал. Не подумай, что мне нравилось! Это вздор! Для меня это было противно и мерзко. Бл… Блин! Мне нужно освободить руки. Силой не получиться! Тогда. Тогда пойдём хитрым путём.

– Хорошо, Игорь. Я тебя поняла. Я сделаю всё, что ты скажешь, только давай нежнее.

Я сказала это нормальным голосом. Чтобы Игорь не почувствовал подвоха.

– Нежнее? – Переспросил Игорь.

–Да. Мне больно Игорь, отпусти. Я понимаю, в какой ситуации нахожусь. Я всё сделаю. Только. Ай!

Игорь, будто не слышит меня. Он сильнее сжал мою кожу своими губами. Всё сильнее сжал мои руки. Не знаю до чего это дошло, я услышала, как звонят в входную дверь.

– Игорь! Это, наверное, мой отец, отпусти!

Игорь отпустил меня, нож как ни странно он не забрал. Спускаясь по лестнице, я спрятала его в рукав моей кофты. В дверь перестали звонить, и я услышала звон стекла на кухне. Я бегом бросилась туда. Как ты думаешь, кого я там увидела? Ни за что не догадаешься! Это был лейтенант Андерсон. Да, это был он.

Он. Разбил Окно. Зачем? Немой вопрос висел в воздухе. На этот раз первой заговорила я

– Лейтенант?

Всё что я успела сказать. Потому что лейтенант зажал своей рукой мой рот.

– Мгфп!?

– Тише! – шепотом сказал лейтенант.

Оглядев кухню, он спросил:

– Игорь Мюнхен здесь?

Я кивнула. Лейтенант бегло осматривал меня. И тут он остановил взгляд на моей шее. В его глазах появился странный огонёк. Он взял меня за подбородок, повернув мою голову влево, чтобы лучше рассмотреть засос. Затем хриплым шепотом он спросил у меня:

– Это Игорь сделал?

Я снова кивнула. Почему-то, когда лейтенант рядом, мне спокойно. Хорошо, что он появился сейчас. Мой спасательный круг. Андерсон взял меня за руку и повёл за собой на второй этаж. Он открыл дверь. Боже, что дальше произошло и смешно и грустно. Самодовольный Игорь с закрытыми глазами подумал, что в комнату зашла я, и спокойно подошел к Андерсону, обнял его и сказал:

– Кетрин, тебя не было в комнате несколько минут, куда делись твои….

Игорь договорить не смог его прервал Андерсон:

– Игорь Мюнхен, Вы обвиняетесь в убийстве Мери Арлерт.

Тут – то до Игоря дошло. Он открыл глаза и увидев, возвышающегося над ним мужчину он, ну, ты понял. Я еле сдерживалась, чтобы не засмеяться, ты бы только видел лицо Игоря. Вот умора. Стоп. Что? Игорь обвиняется в убийстве? Что здесь происходит?

В это время Коннор объяснял.

– На месте преступления, в частности на одежде Мери Арлерт была найдена кровь животного, а также твои отпечатки пальцев.

Вот это поворот. Но зачем? Зачем Игорь сделал это? Вот дебил. Если он знал, что убийца я, то мог рассказать полиции. А вместо этого он скрыл следы моего присутствия. Я, кажется, понимаю, почему он это сделал. Сейчас, когда я смотрю на то, как ему одевают наручники и садят в полицейскую машину, мне жалко Мери. Она умерла ради него. Она спасала его, зная, что умрёт. А Игорь не ценил. Рядом со мной стоит лейтенант. Он не торопится уходить. И хорошо. С ним спокойно.

– Лейтенант, спасибо Вам. Вы…

– Можно просто Коннор. Давай на ты?

– Давай.

Неловкое молчание. Тем временем на улице становилось холоднее. Всё-таки близилась ночь. Я ощущала это, так как была в одном топе. Брр. У меня уже зубы от холода стучат. Вдруг, я чувствую, как что-то тёплое ложится на мои плечи. Оглядываюсь, и вижу, что это куртка лейтенанта. Такая тёплая. Сам Коннор остался в одной рубашке. Он же замерзнет.

– Лейтенант! Не нужно, Вы можете заболеть!

Я попыталась отдать куртку, но лейтенант лишь прижал меня себе и ничего не сказал. Мы стояли так не долго, мне стало неловко, что из-за меня человек может заболеть, поэтому….

– Где твои родители? – прервал мои рассуждения Коннор.

– Они на работе. До утра. На улице холодно, давай зайдём в дом?

– Давай, но сначала, могу я тебя поцеловать?

Почему я это говорю? Что я вообще делаю? Ей всего 15! Это не правильно! Коннор ты такой дурак. И что ты хочешь услышать?! Пока я так размышлял, не заметил, как Кетрин приблизилась ко мне. Это слишком близко! Стоп! Красный свет! Окстись женщина! Но было поздно. Кетрин не собиралась останавливаться. Она приближалась ближе. Пока её нереально вкусные губы не коснулись моих. Этот поцелуй не был похож на предыдущий. Он был нежным и чувственным. И, черт возьми, мне понравилось. Звёзды на небе становились ярче и крупнее. В этот момент, я осознал свои истинные чувства к Кетрин. И с этого дня… Мы стали тайно встречаться. Это было так романтично. Но ни что не вечно под луной. Мне пора было уходить. Я попрощался с Кетрин и поехал домой.

Конец 5 главы.


Имя: Максим Шаб

Дата рождения: 15.11.2004. (15 лет)

Место рождения: США. Штат Пенсильвания.

Место работы: Отсутствует.

Цвет глаз: Карий

Любимый цвет: Голубой

Характер: Дружелюбный.

Любимое животное Собаки. Кошки.

Знак зодиака: Скорпион.

Цель: Добиться правды в деле Мери Арлерт.

Родители Джон Шаб. Мария Шаб (Винчестер)

С.П.: В активном поиске девочки – анимешницы.


Глава 6. Кровавый дождь после четырёх.

Утро. Четверг. Казалось бы, самое обычное пасмурное небо, раздражающее меня. Но, что-то внутри подсказывало, сегодня будет дождь. Обожаю дождь. Меня стоит называть Плювиофилом. Забавное название, не правда ли? Так, нужно собираться в школу, жуть, как не хочу туда идти. Уроки, надоедливые учителя. Хорошо, что сегодня нет биологии. Эта мысль греет мне душу.

Прошло две недели с момента ареста Игоря. Он не появится в школе еще месяц. Как ни странно, никто и не понял к какой девушке Игорь пошел тем вечером. Мне же лучше. Как ты думаешь, слушатель, сколько длится человеческое сострадание? Неделю? Месяц? Или вечность? Нет. Оно длится три дня. Да, три дня. Когда умерла Мери, то именно столько её «подружки» оплакивали несчастную. После похорон, буквально на следующий день они нашли новую «альфа самку» и забыли про свою любимую Мери. Как же это мерзко.

Ладно, не время думать, мне нужно одеваться и идти в Ад. Похоже, сегодня будет дождь, поэтому…. К черту! Ничего этот дождь не поменяет. Оденусь, как обычно джинсы, толстовка. Нет. Одену-ка я сегодня рубашку с длинными рукавами и черные легинсы. Да, так лучше. Я посмотрела в зеркало. Нда. Шрам на щеке остался. Точно шрам. Я не рассказала тебе, как Мери мне его поставила. Ты, наверняка, в замешательстве. Что ж, я должна сказать, что соврала. Мери била мне не в одно место. Первый удар у неё не попал в цель, а проскользнул по правой щеке. Глубоко так проскользнул. Потом я отстранилась, и она продолжила в порыве ярости наносить мне удары. И вот, благодаря ей. У меня на щеке красуется шрам. Чтобы избежать лишних вопросов, я стала носить маску. В наше время этим никого не удивишь. Очередная «попытка самовыражения». Хочешь, я тебе её нарисую? Дай листочек, я же вижу, ты записываешь.

–……

– Вот такая Красивая, правда?

Кетрин протягивает Ваш альбом. Вы берёте его и видите рисунок.

Милая вещица, не вызывающая подозрений, не так ли? Вернемся к рассказу. Как ты понял из-за шрама мне нужно носить эту маску. Так спускаемся, бутерброд в зубы и в школьный автобус. Не то, чтобы я опаздывала. Я не хочу завтракать с Карой. В конце концов, я смогу «утащить» что-нибудь у Дена. Да, Ден мой лучший друг. Чего ты так изумляешься? Я не хика. Может так казалось на первый раз. Давай вернемся к истории. Так, я замаскировалась и спустилась вниз. Знаешь, я атеистка, но сейчас, я молилась, чтобы не встретиться с Карой на кухне. Пусть она будет в своей комнате. Пусть будет где угодно, только не там. Мне повезло.

Позавтракав, я вышла из дома и пошла на автобусную остановку. Сегодня пасмурно. Как бы дождь не пошел. Подойдя к остановке, я увидела Дена. Помахав ему, я направилась в его сторону. Как обычно мы начали болтать обо всём на свете. Жаловались друг другу по мелочам. В прочем как у всех. С Деном было прикольно. Жаль, что он учится в параллельном классе.

И вот я стою перед школой. Вроде всё как обычно: Ден рассказывает свои безумные теории, школьники с кислыми минами, разбиваются на «парочки», но мне как-то не по себе. Непонятное волнение витает в воздухе. Но, почему? Попрощавшись с Деном, я двинулась к своему шкафчику, открыла, начала доставать учебники и тут из него что-то вываливается. Я подняла странного вида записку, раскрыла и прочла:


После уроков жду тебя

в кабинете биологии.


Записка была коряво напечатана. Зачем? Кто или что будет ждать меня в кабинете? Неужели меня засекли? От этих мыслей у меня мурашки по коже. Нет только не это. Что делать? Вдруг, это лишь глупая провокация. Так. Нужно собраться. Полиция, сейчас занята Игорем. Тем более сам Лейтенант Андерсон уверен в моей невиновности. Так , но возможно и то, что он выдал меня. Нет. Ему в таком случае не проверят Во- первых на месте преступления, кроме жвачки с моим ДНК ничего нет, а вот следов Игоря до фига и больше. Значит, подозрения падают на него. Во- вторых, если ему всё-таки поверят, то он сядет со мной, как соучастник. Хорошо, это не полиция, тогда кто? Я оглядела класс, пытаясь понять, но у меня не вышло. Хотя, может это подружки Мери? Нет, они до такого не додумались бы. Как же этот кто-то меня выводит. Придётся пойти. Как раз последний урок.

И так, я перед кабинетом биологии. Страшновато. Колени немного трясутся. Это не дело. Всё, соберись! Я зашла и увидела Макса. Он сидел за первой партой спиной ко мне и что-то писал. Он повернулся ко мне, мы посмотрели друг на друга. Наступила неловкая тишина.

– О, Кетрин. Привет, я ждал тебя.

Говоря это, Макс взял портфель сунув туда тетрадь , подошел ко мне и спросил:

–Пройдёмся?

Что, что ты, черт возьми, здесь делаешь? Это ты, но почему? Ни с того ни с сего. Палишься Макс, только не говори мене, что тянешь меня в ловушку.

– Эм, это ты написал записку?

– Да, я. Ээээмм. Мне нужно. Поговорить.

Макс замялся. Он пытался выглядеть непринужденно, но его явно что-то беспокоило.

– Тогда давай поговорим здесь.

В любом случае, мы можем всё обсудить в школе, или это личное? Даже если так, в школе никого и что ему помешает устроить засаду здесь, перекрыв мне пути выхода? Предположим так получиться, но я могу взять заложника и грозиться отравить его и себя. Спросишь как? Мадам Шелби – учитель химии одалживала весьма опасные вещества на урок биологии, для лабораторной работы. Может я и слаба в биологии, но с химией я на «ты» Тем временем Макс мямлил:

– Не торопи события. Давай пройдемся до моста? Там недавно открыли замечательное кафе с обалденными блинчиками. Хочешь сходить туда со мной?

– Нет, я, пожалуй, пойду.

Я развернулась и собралась уходить, но Макс схватил меня за руку, развернул к себе и, смотря прямо в глаза промолвил запинаясь:

– Кетрин, я. Я хотел. Пригласить. Тебя н-на свид-дание. То есть.

Макс покраснел. Вернее, попытался. На его лице возникла глупая улыбочка. Да, еще несколько минут назад я думала, строила бешеные теории насчет всего этого. Но стоп, Раньше Максим боялся меня и без Игоря, что же произошло? Так, нельзя терять бдительность. Я не знаю, сдал меня Игорь полиции или нет. Макс уже слабо держа мою руку, проклинал этот момент, я попыталась вырвать и уйти, но в ту же секунду, Максим крепко схватил её. Оглянулся по сторонам и сказал:

– И еще.

Максим приблизился к моему уху.

– Насчет Игоря. Тебе не кажется, что там что-то странное?

– В каком смысле? К чему ты клонишь?

Погоди, Макс. Что может быть странным? Ничего не понимаю.

Что же придется пройти с ним. Я ничего не потеряю.

Мы пошли. Спустились вниз, и тут в мою голову пришла гениальная идея. Если что-то пойдёт не так. Макс будет слишком много знать, мне придётся убить его. Да, а ты что думал? Не нужных свидетелей убирают. Макс сказал, что это связано с Игорем, предположим, Игорь рассказал ему свои теории и Макс попытается меня шантажировать. Мне нужно иметь «запасной выход» из сложившейся ситуации. Поэтому я придумала план.

– Макс, подожди.

Первый шаг отвлечь его внимание от некторых деталей.

– Что, Кетрин?

– Я забыла кое-что спросить у мадам Шелби, можешь подождать меня тут?

Макс с легким недоумением посмотрел на меня, пожал плечами, мол, иди Я развернулась и начала подниматься по лестнице. Дело в шляпе. Шаг первый выполнен.

Шаг второй раздобыть яд. Ты знал, что есть такое лекарство, точнее яд Стрихнин[1]. В малых дозах он безопасен и даже что-то стимулирует в организме, но при больших дозах он приводит к летальному исходу. Так вот. Недавно мадам Шелби рассказывала нам о различных ядах. И естественно показывала. Такая бутылочка сохранилась у неё в кабинете. Так как химия – мой любимый предмет, по которому я имею твёрдую «пятёрку» у меня имелись ключи от лаборатории. Осталось только взять.

Так. Я взяла нужный яд. Теперь нужно торопиться. Хорошо, что мадам Шелби не было на месте. Спускаясь вниз, я заметила волнение на глазах Макса. Он не мог заметить «заветную бутылочку» тогда что.

– Пойдём быстрее, Кетрин.

Он произнес это быстро и с дрожью в голосе. Макс явно нервничал. Но почему? Что-то назревает?

Мы благополучно вышли на улицу. Макс все не умолкал. Рассказывал, казалось бы, обо всём на свете. Я слушала в пол уха. Но вот эта часть «нашего» диалога привлекла моё внимание.

–Ты знакома с Келли Рид? Недавно к нам перевелась.

Келли Рид – пришла на место Мери Арлерт. Поначалу ни она, ни я не обращали внимания друг на друга внимания. Но после того, как она стала «альфа-самкой» Келли глаз с меня не сводит. Буквально таращится на меня. Я пыталась это игнорировать, но иногда. Боже, иногда мы встречаемся в глазами….. О, нет страшно вспоминать. Её реакцию. Лицо Келли искажается в безумной улыбке, глаза горят огнём. Буд-то она голодный хищник, смотрящий на свою аппетитную жертву. Только я не кусок мяса. Дальше – хуже. После улыбки наступает смех, и его громкость зависит от того, как долго я на нее смотрю. Не сказать, что он ужасный. Но в сочетании со всем вышеперечисленным становится жутко. Я никогда с ней даже не говорила, но после таких «случайных взглядов» весь класс счёл нужным считать нас знакомыми. Хотя, мне кажется странным, что такой человек как она стала главой банды. Раз ты так заинтересовался Келли, я тебе её подробно опишу: Длинные светло-каштановые волосы, и еще зелёные глаза. Мне кажется, она азиатка по сколку разрез глаз узкий. Что ещё можно сказать о Келли. Это пока всё. Чего ты ожидал? Я не умею описывать малознакомых людей не глядя на них. Но смотреть я не буду. Ни за что! Ах, да, почему я думаю, что такой человек, как она попала в банду – странно? Есть несколько причин.

Во-первых: В банду могут попасть только «выборочные красотки». Проще говоря, если у тебя с внешностью не очень тебя не примут. Вот это мне и кажется странным. У Келли средняя, на первый взгляд внешность.

Во-вторых: Есть и другой путь. Если, например, у тебя богатые родители и ты открыто им это заявляешь. Побочный эффект такого хвастовства, в том, что тебе придется везде и практически всегда «одалживать» карманные деньги. Которые они не отдадут. Но если вдруг ты противишься, желаниям «стаи» ты теряешь авторитет, как потенциальный вожак.

Откуда я это знаю? Общалась с девочкой из банды. Её вышвырнули, как только у неё перестало хватать денег. Вот так. Вернемся к нашему с Максом диалогу:

– Нет, вовсе нет.

– Да? Тогда..

На лице Макса появилась хитрая улыбка.

– Может, вы встречаетесь?

Да что за бред он несёт? Я с легким возмущением спросила:

– С чего ты вообще это взял? Я ни с кем не встречаюсь.

Минуту подумав, Макс выдал:

– Знаешь, я. Я пытался подкатить к Келли…

Я перебила. Потому что мне понятно почему он так подумал:

– Нет-нет. Если тебя отшили не обязательно валить всё на меня это неправильно.

Ты бы видел гримасу этого парня. Как будто из него изгоняют демона. Тем временем мы подходили к заветному кафе.

– Давай мы поговорим об этом в кафе.

М-да, я не думала, чем это обернется. И к чему это приведет

Мы сели, заказали блинчики и как только Макс проводит горячим взглядом молодую официантку, выдал следующее:

– Я сделал этот вывод, наблюдая за ней. Ты может, и не замечаешь, но другие, как и я вполне замечаем её странное поведение по отношению к тебе.

Он сделал паузу. Мне стало интересно, о чем он. Может о том, какая у нее странная реакция на мой взгляд? Поэтому я спросила:

– Например?

Я смотрела Макса, он в этот момент ухмыльнулся, вытер рот салфеткой. Интеллигент мать его, заказал еще блинчики. Наконец заметив мой взгляд полный недопонимания сказал:

– Я много раз обедал с Келли в столовой. Пока тебя нет рядом, она общается с остальными нормально. Но стоит появиться тебе. Так всё Келли будто подменили. Её поведение меняется. Она смотрит только на тебя. Спрашивает только про тебя. Боже, да она же покупает тоже, что и ты. Разве это не знак?

Я в недоумении. Не успела я обдумать поведение Келли, как Макс произнёс нечто шокирующее.

– Кетрин. Я позвал тебя сюда не за этим. Игорь рассказал. Нет не так. Мы с Игорем видели и запечатлели то, как ты убиваешь Мери.

Я подавилась. Как? Зачем? Что за херня здесь происходит.

– Я вижу, что мне не придётся тебя заставлять признаваться.

Я сглотнула ком подступивший к горлу. Макс продолжал.

– У меня есть к тебе весьма выгодное для нас предложение. Ты делаешь, что мы говорим и фото никто не увидит. Если же нет, мы сдадим тебя, как говорится «с поличным».

Тут и думать нечего. Мне сейчас вовсе не выгодно попадать в ментовку. Я еще не очистила мир от Кары. Но.

– Есть гарантия, что вы просто так не сдадите меня?

Макс засмеялся.

– Пока ты нас содержишь, нам не выгодно избавляться от тебя. Это что-то вроде бизнеса.

Рука потянулась к моему лицу, схватив меня за подбородок, Макс посмотрел мне в глаза и сказал:

– Мне от тебя нужны только деньги, а вот Игорю нечто большее.

Говоря это, он покрутил мою голову в разные стороны. Потом он отпустил меня. Я сидела в полном шоке. Что если я попробую отравить его сейчас? Я уже потянулась к сумке…

– Даже не пытайся, Кетрин, если ты убьешь меня здесь. Игорь тут же среагирует. Не рискуй.

Рука отпрянула от рюкзака. Да, информацией владеют двое. Это плохо. Очень. Придётся играть по их правилам, пока я не придумаю план идеального убийства этих ублюдков. Они загрязняют этот мир своими грехами. Один подчиняется Алчности, другой Похоти. Мерзко.

Тем временем Макс доел блинчики встал и сказал:

– Твоё первое задание, как нашей собачки. Оплати счёт. Пока, Собачка Люси.

Как мерзко, какая я тебе собачка? Но возражу – будет хуже.

Знаешь, читатель, когда в пьесе двое героев говорят что-то важное для дальнейшего развития сюжета. Они могут не заметить третьего, прослушивающего их из тени. Так было и в этот раз. Макс и Кетрин не заметили, что их разговор был услышан третьим. Казалось, случайный человек, в случайном месте. Но в книге с сюжетом никогда не бывает случайностей.

После того, как двое вышли из кафе, Третий не проследовал за ними. Он был взбешен, так, что сломал вилку пополам. Чем же разозлен Третий? Диалог двоих не касался его. Или может быть? Нет, быть не может. Неужели чувства Третьего были оскорблены отношением Макса к Кетрин? Как же сложно что-то предполагать, не зная всех главных героев, не так ли, читатель?

На часах четыре часа десять минут, а за окном идёт дождь, предвещая кровавую ночь. В Детройте, где живут убийцы, дожди идут также часто, как и совершаются или совершаться убийства. Полицейские называют такие дожди «кровавыми». Как бы грустно это не звучало, но это так. Кровавый дождь после четырёх, чью смерть ты предвещаешь?


Глава 7. Чувства, возникшие из крови.

Я стою напротив дверей стриптиз клуба «Живой рай». Здесь меня ждёт моя первая жертва. Интересно, у Кетрин были такие же ощущения? Страх и предвкушение яркой, пленительной человеческой крови? Ух, я расчленю ее, и кровь, будет литься, мммм как меня будоражат такие мысли. Нет, не так. Я должна нанести двадцать восемь ударов и нанести надпись, да, именно так. Кого же убить? Так много людей. А вон та длинноногая. Да она идеальная жертва. Погодите-ка, я уже видела её. Она прихода к нам. На моем лице появилась хитрая улыбка. Да, сучка сегодня умрёшь ты.

На улице дождь – брр. Ненавижу его, но благодаря ему собаки не смогут уловить мой запах. Жертва выходит из клуба и направляется в подворотню. Как по заказу. Я двигаюсь за ней. Высокие каблуки, прическа каре. Короткое до безобразия платье – таких как она вряд ли кто-то будет искать. Осталось только окликнуть.

– Мем, погодите минуту!

Она остановилась, обернулась. Я, немного помешкав спросила:

– Не подскажете, который час?

Жертва потянулась к сумке, чтобы достать телефон. Что было огромной ошибкой. В этот самый момент жертва, позволила убийце вонзить в себя холодную сталь. Кровь, слёзы. Ноги жертвы подкосились. А убийца всё наносил и наносил удары, их число жертве невозможно было счесть. Из последних сил женщина издала вопль .

В подворотне на улице Линкольна недолго были слышны крики женщины. Потому как, после двадцати восьми ударов никто долго не кричит. Но перед смертью, жертва успела спросить хрипящим голосом, пока кровь лилась изо рта:

– Кто ты?

Я хмыкнула, посмотрела в уже закрывающиеся глаза и сказала:

– Моё имя ….


– Келли, привет! Слышала новость?

К моему столу подошла Чарли. Чарли – главная сплетница класса. Мимо неё не проскользнет ни одна свежая новость. Я обычно не общаюсь, но, если мне нужно что-то узнать. Чарли сама придёт. Она, словно читает мои мысли. Она идеально подходит для того, чтобы её использовали. Такая себе шлюшка общего пользования. Хотела бы я её грохнуть. Но она мне ещё нужна. Хотя бы для того, чтобы знать всё про Кетрин Паддингтон. Но, Боже, как же она меня сейчас бесит. У меня сегодня, нет настроения, с ней говорить и строить из себя «лучшую подружку». Кетрин сегодня не пришла. Печаль. Сегодня я хотела заговорить с ней. Сегодня точно. Хотя сколько раз я так себе говорю? Уже больше поолу года….

– Келли, ты меня слушаешь? Я говорю тебе. Сегодня ночью на улице Линкольна была убита мачеха Кетрин.

Меня аж передёрнуло? Как? То есть та дама была её мачехой, с которой Кетрин хотела расправиться. И. Её. Убила. Я., Какая удача. Я буду дома у Кетрин. Но кто меня туда позовёт? Отец, точно отец! Он был знаком с ней и я пойду с ним. Осталось только всё подготовить. Я с печальной интонацией спросила у Чарли:

– Какая жалость! Ты случаем не знаешь, когда похороны?

– ПФ, мне то откуда знать? Сама спроси!

Но почему-то шлюшка начала вредничать. Неужели забыла, где её место? Нужно её проучить

– О, Чарли, ты чего? Я не хотела тебя обидеть. Хочешь, давай сходим до автоматов и я куплю тебе сока?

Да, она пойдет, как овца за пастухом. Вприпрыжку, щебеча: «Какая, ты отличная подружка, Келли»! Но я – то знаю, что сейчас, она будет бояться и молить о пощаде. Мы дошли до автоматов. Но я пошла дальше в заброшенную часть здания. Дойдя до нужного места, я остановилась. Чарли мямлила:

– Келли, но автоматы в другой сторо…

Договорить она не смогла. В эту секунду, я схватила её за волосы и со всей силы обрушила его на пол. Чарли даже взвизгнуть не успела, а я начала поучать её:

– Слушай, сюда, Чарли. Я терпеть не могу, когда мне перечат. И ты только что истратила всё моё терпение. Ты, кажется, забыла, кто здесь главный, или я ошибаюсь?

Боже, как же это мерзко. Смотреть на то, как человек в одну минуту теряет свое достоинство. Таких, как Чарли и людьми называть нельзя. Животные, у которых работает лишь один инстинкт – самосохранение. Кетрин так бы не валялась. Она бы боролась, да моя любимая Кетрин, никто бы не позволила себя унизить. Именно поэтому, я никого не признаю кроме неё

Я подняла лицо Чарли, оно было противно красное, а из носа лилась кровь. Какое наслаждение. Чарли плакала и просила прощения. Да, она даже не пыталась закричать, потому что это бесполезно. Здесь никто не ходит ни учителя, ни нормальные школьники. Чарли сквозь слёзы просила:

– Келли, хватит, я больше так не буду, правда. Только отпусти меня?

Да, как быстро. Рекорд поставила. Могла бы для приличия сопротивляться. А так не интересно. Даже противно? Да, такие люди мне противны. Была бы моя воля, я бы её убила. Но не хочу марать руки.

– Чарли, если ты кому-нибудь скажешь то я…

– Никому. Келли хнык. никому не скажу. Только отпусти.

Все. Она поняла и надеюсь, надолго. Можно её отпускать.

Чарли, захлёбываясь слезами, выбежала из заброшенного места. А мне нужно остаться здесь, чтобы подумать. Я должна заявить Кетрин о себе. А ещё, попасть к ней домой и расставить все точки над «Е». Так, теперь мне нужен Ден. Я часто видела его с Кетрин. Я вышла и направилась в сторону компьютерного класса. Я знала, что он там.

Я не ошиблась. Ден был в компьютерном классе. Типичный задрот. Темные сальные волосы, тонкие очки, бледная кожа. Явно из-за недостатка витамина D. Он разговаривал со своим товарищем. Что ж придется прервать их разговор. Я подошла к их столу. Сначала он не заметил меня. Но его друг да, он лишь открыл рот и указал пальцем на меня. Ден засмеялся

– Кого ты там увидел? Привидение что ли?

Его друг ответил:

– П-посмотри с-сам.

Ден обернулся и увидел меня. Даже бровью не повёл. Как необычно.

– Келли? – Он сглотнул ком подступивший к горлу – Ты?

я усмехнулась. Дена, казалось, пробрала дрожь. Может, мне лишь показалось?

– Как видишь. У меня к тебе разговор.

Я демонстративно сбросила локон волос, сзади на плечи немного накручивая их на палец.

Ден посмотрел на меня пустым взглядом. И ответил:

– Слушаю.

Не смотря, на подобное отношение, я решила продолжить. Мне нужен был адрес Кетрин.

– Ден, ты же с Паддингтон в хороших отношениях?

Неожиданно взгляд Дена наполнился гневом, он встал , подошёл ко мне в плотную и смотря сверху вниз холодным тоном спросил:

– Что тебе нужно от неё? Келли, я с тобой шутить не буду. Если ты хоть что-то сделаешь Кетрин, я лично вывезу тебя, сама знаешь куда

Ого, ну и реакция. От него так и разит неприязнью ко мне. А ведь минуту назад дрожал от одной только мысли, что я стою рядом.

– Тише, тише, Ден, ты всегда так кидаешься на людей, не дослушав их? Остынь, чувак, я лишь хотела занести ей….. Домашку. Да, домашку! Знаешь, мисс Блонд попросила меня. Я же староста, как ни как.

Звучало ли это довольно убедительно, поскольку, Ден тут же выдохнул и спокойно сев, спросил:

– Так, тебе нужен телефон или адрес?

Бинго! Он повёлся!

– Мне нужен адрес и телефон. Будет неприлично просто так ввалиться в дом к человеку, знаешь ли.

Ден достал листок и корявым почерком начал писать. Улыбка сама собой появилась на моём лице. Ден отдал мне листок. Теперь я знаю кое-что о Кетрин.

Ничего не стоило убедить отца пойти к Кетрин. Оказывается, мы жили на одной улице. И как соседи должны были пойти на похороны Кары Паддингтон. Я волнуюсь. Погода сегодня мрачная. Тучи, медленно плывущие по небу. Серое небо. Ветер, колыхающий верхушки деревьев и разгоняющий пожелтевшие листья. Осень, что уж говорить. По всем традициям и я, и отец оделись во всё черное. Но мне сегодня некогда скорбить. Сегодня я встречусь с Кетрин. У меня на неё большие планы. Она должна познакомиться с моими друзьями. Мои рассуждения прервал отец:

– Келли! Почему ты улыбаешься? Ты, верно, забыла, куда мы идём?

Строго спросил Гевин, сморщив лоб. Его узкие глаза превратились в маленькие зелёные щелочки. Я ответила с лёгким азартом в голосе:

– Мы идём на похороны твоей очередной любовницы, папочка?

Мои губы исказились в хитрой улыбке. Наивный отец, думал я не узнаю, куда это он ходит так часто по вечерам. Явно к любовнице. И теперь я даже как она выглядит. Вернее выглядела. У моего отстойный вкус, раз он решил удовлетворять себя изношенной куклой. Взрослые довольствуются тем, что есть, что же с них взять. Тем временем я видела, как Гевин краснеет и прячет взгляд, мямля: «Келли, я бы никогда не начал с кем-то…» Да-да, так я и поверила.

– Пап, я уже не маленькая и понимаю, что тебе это нужно. Но ты такой мудак.

Гевин немного отходя от услышанного спросил. Хотя, лучше бы он молчал:

– П-Почему же?

Неужели мой отец, настолько идиот? Придется разжевать ему.

– Тебе не было противно спать с замужней женщиной и спать ее мужу «рога»?

Отец замолчал, а потом резко ответил:

– Это не твоё дело Келли Рид! Ты ещё слишком мала для этого!

Я бы возразила отцу, но мы уже подходили к дому.

Дом был довольно хорош. Обитой коричневой черепицей треугольная крыша, два этажа, аккуратно подстриженный газон и прекрасный сад с фонтанчиком. Не плохо. Отец позвонил в звонок я ожидала , что нам откроет кто-нибудь. Но когда дверь открылась, я увидела Кетрин. Моя милая Кетрин, казалась печальнее обычного. Моё сердце сжалось. Почему? Она ведь ненавидела её, пол словам отца. А теперь я вижу красные глаза и унылое выражение лица. Отец поздоровался, выразил соболезнования, мне тоже стоило что-то сказать, но я не могла оторвать взгляд от неё. Пускай, она печальна, но даже так для меня она остаётся прекрасной. Видно мой взгляд был слишком долог. Кетрин перевела взгляд своих глубоких голубых глаз на меня и спросила:

–Что-то не так?– Господи мне хотелось провалиться сквозь землю. Как же стыдно! Я не должна оставить плохого впечатления о себе. Давай, Келли скажи что-нибудь!

–Мо-мои соболезнования. – Единственное, что мой мозг смог сгенерировать. Я потупила глаза. А Кетрин впустила нас в дом, я шла рядом с отцом и чувствовала на себе провожающий взгляд Кетрин. Она подумала, что я странная. Определенно! Я чувствовала на себе провожающий взгляд Кетрин. Я выглядела странно. Определённо! Должна признать, что внутри дом выглядел не хуже дома графа Дракулы.

Гостиная выглядела тёмной и вовсе не гостеприимной. Атмосфера душила меня. Хоть я и часто бывала на похоронах, но нигде ещё в воздухе не чествовалась явная неприязнь и отчуждение. В этом доме не было несчастья. Здесь была радость. Радость потери человека. Это было ну очень странно. И ещё, что я заметила, находясь в этом доме. Они не плакали. Совсем. Когда шла прощальная церемония ни мистер Паддингтон, ни Кетрин не проронили слез. Они лишь смотрели стеклянными глазами на покойницу и изредка тяжело вздыхали. Я часто смотрела на Кетрин и иногда, я могла увидеть, как на её лице изредка появлялась торжествующая улыбка. Она пыталась прятать, её, но получалось очень не умело. Её отец, время от времени, хватался за голову, и что-то говорил тихим, едва слышимый шепотом. Кетрин стояла рядом с ним и часто обнимала его за плечи, шепча на ухо, слова, которые мне не удалось разобрать. После мистеру Паддингтону становилось легче. До жути знакомая картина. Гостей было немного. Но они все плакали, неистово проливали слёзы. Зачем им это? Показать своё несчастье? Вряд-ли. Они хотят показаться хорошими. Ведь кто больше плачет – тот больше всех скорбит. Глупости. Мёртвому слёзы не помогут. А его родственникам тем более. Я опущу описание покойницы, дабы не рушить психику моих читателей. Одно сказать могу – она выглядела ужасно. Очень. Я смотрела за Кетрин. Она была рядом с отцом, но когда взрослые отправились поминать покойницу спиртным, мистер Паддингтон отправил свою дочь к себе. А мой отец вовсе забыл про меня. Конечно, зачем ему я, если перед глазами бутылка? Мне это на руку. Мне как раз нужно поговорить с моей маленькой Кетрин. Я поднялась вслед за ней, когда мы дошли до её комнаты, я схватила её за руку и сказала:

– Кетрин мне нужно с тобой поговорить!

Она обернулась, голубые глаза остановились на мне, а потом она спокойно сказала:

– Да, конечно, заходи. – С этими словами, мы зашли в ее комнату.

У неё была на удивление тесная комната, а на стене висела странная фотография. На ней была изображена женщина совсем не похожая на Кару. Но это не так важно. Сейчас я должна кое, что сказать Кетрин….

– Ты убила Кару, верно?– прервала мои размышления Кетрин.

Я в ступоре. Что? Как она догадалась? – Пока я так думала, Кетрин продолжила.

– Весьма странно отправлять мне сообщение, со своего же номера с признанием, и спрашивать у моего друга мой адрес и телефон.

– Да, это я. Скажи мне, Кетрин – приближаясь к ней спросила я, – Каково это целоваться с убийцей?

Теперь уже очередь Кетрин находиться в ступоре. Тем временем я приближалась к ней. Когда расстояние между нашими лицами сократилось до 15 сантиметров. Кетрин опомнилась. Её глаза забегали в разные стороны, она выставила руки вперед и достаточно громко сказала:

– Ты что творишь? Как ты можешь так издеваться надо мной? – вскрикнула Кетрин.

Я вопросительно смотрела на неё.

– Сначала Игорь, потом Андерсен, и вот ты. Мать твою. Прекрати! – она попыталась оттолкнуть меня

– Кетрин? знаешь, я действительно люблю тебя и хочу…

Кетрин попыталась оттолкнуть меня.

– Как ты можешь любить меня? Я убийца! Понимаешь?

Из глаз Кетрин покатились слёзы.

Что тебе от меня нужно? Деньги? Я дам столько, сколько хочешь, только прекрати эту шутку.

Я не выдержала притянула Кетрин к себе и поцеловала. Я не хочу это слушать. Я лишь хочу, любить её. Глупая Кетрин. Ты запуталась. Но я помогу тебе. Наш поцелуй был долог, лишь слёзы стали «ложкой дёгтя». Кетрин прекратила сопротивляться и отпустила руки. Бедная Кетрин, как же ты устала. Мы закончили тогда, когда нам стало нахватать воздуха, я отстранилась от неё:

– Кетрин, я не хочу слышать ни о каких деньгах, я не хочу пользоваться тобой, я черт побери, не хочу делить тебя с кем-либо. И, ты же сама знаешь, что я убила Кару, ты знаешь это, но не считаешь меня отвратительной. Так почему я должна так считать?

Она смотрела на меня, в её глазах блеснул огонек. Я продолжила:

– Ты ведь целовалась с Андерсоном Игорем и мной, так ответь мне чей поцелуй был приятнее всего для тебя?

Она покраснела густо и красно. Конечно, так сразу и не ответить. А мне лишь осталось повторить:

– Я люблю тебя, Кетрин.-прошептала я над её ухом. Но, к сожалению это не надолго.

Кетрин посмотрела на меня. Глупая девочка, неужели ты ничего не понимаешь? Одной рукой я прижала Кетрин к себе , а второй потянулась к карману джинсовой куртки. Оттуда я вытащила наручники шепча:

– Кто же просто так признаётся в убийстве? А, Кетрин?– одно движение. Щелчок. И вот Кетрин в наручниках:

– Ч-что происходит- С глазами полного недоумения проговорила она. Я в свою очередь, позвала всех с нижнего этажа:

– Папа! Лейтенант Андерсон! Кетрин Паддингтон успешно обезврежена.

Далее , когда все были в комнате, я огласила:

– Кетрин Паддингтон Вы арестованны по подозрению в убийстве Мери Арлерт. Вы имеете право хранить молчание.

Кетрин была похожа на пойманного зверя пытающегося вырваться. Но лейтенант Андерсон схватил её и прижал к стене Она от безысходности зашипела:

– Ты тоже убийца, Келли. Не ты ли мне , сейчас призналась в содеянном?– в её глазах горел огонь ликования:

– К Вашему сведению, Кетрин, Кара Арнолд жива и здорова. Её смерть была инсценирована, дабы обезвредить Вас.

Я приблизилась к ней и прошептала:

– Это конец, Кетрин.

Далее был суд. Скучнейшее действо. Адвокат пытался оправдать убийцу. Убийца всё отрицал. Но всё уже было предрешено. С того момента, как я проследила за Максом и Кетрин. Она созналась уже там, но для обвинений нужны были материальные доказательства, например аудиозапись. Она лично призналась в совершенном


убийстве. И теперь она сидит на электрическом стуле. Она не смотрит ни на Лиама, ни на Кару. Последние секунды жизни. Стрелки часов необычайно быстро текли. И вот судья оглашает:

– Кетрин Паддингтон время смерти шестнадцать часов десять минут.


Конец.

# Примечания

1

Прим. автора. Ни в коем случае не используете этот яд, если захотите убить кого-то. Помните – Книга сказка, а сказка обман. Вы повлечете уголовную ответственность. Я вас предупредила.