# Лунное проклятие, или Дар зверя

Наталья Александровна Митягина

Вроде бы уже и удивляться Лее не чему было. Все написанное в книгах о ведьмах, магии и монстрах реально существует, это ее мир, нормальный и привычный. А оказывается, это только цветочки мироздания, и всего лишь маленький кусочек будто ветром отодвинутой завесы тайны. Впереди ее ждут захватывающие приключения с новыми и старыми друзьями.

ГЛАВА I


Призыв


Доверяй ходу событий и самому себе.


Не мешай, не трать время на ненужные рассуждения


и сомнения, на хор голосов внутри себя – просто иди.

Снег скрипел под ногами. После теплого салона машины, уличный воздух был еще холоднее, чем до того, как я в нем оказалась. Я накинула капюшон поверх шапки, руки грелись о кружку с кофе, но не согревались. Кажется, что холод пробрался внутрь, и строил там себе ледяную избу и с каждым облачком пара, вырывающимся из моего рта, улетучивалась и хранимое внутри тепло. Я шла по узкой тропинке, к качелям, на которых сидела Ив. Она, не отрываясь, смотрела на дом, возле которого я припарковалась, и курила, выдыхая дым тонкой струйкой.


– Яркая сегодня луна, – я села на качели, она скрипнула, на меня осыпалась наледь. Луна освещала двухэтажный многоквартирный дом, в котором не горел свет потому, что было уже три часа ночи или утра.

– Угу.


– Ужасно холодно, – пробормотала я, от кофе поднимался пар, словно дым из печной трубы, поежилась, зарываясь носом в шарф, но теплее не стало.


– Угу, – угрюмо согласилась Ив.


– И ты очень многословная, – заметила я, продолжая следить за домом и отпивать мелкими глотками горячий напиток.


– Отстань, ведьма, я в печали, – буркнула Ива.


– Что стало причиной твоей печали? – не поддалась я на провокацию.


– Вторую ночь тут, и никаких признаков проклятья, что за ерунда?! – вскрикнула она, махнула рукой, пепел с ее сигареты осыпался в снег.


– От чего, сразу меня не позвала? Профессиональная гордость? – хмыкнула я, скорее из природной вредности, но вполне понимая Ив. Ремесло у нас такое, дар, призвание, как не назови, в массах называют ведьмами. Многие сочтут такое заявление бредом, если не признаком психического расстройства. Невидимый мир, который называют сверхъестественным, и мистическим, для нас продолжение реальности. Он такой же настоящий, как и привычный для вас мир. Домовые, лешие и прочие с ними, порой сами нас просят о помощи. Но чаще к нам приходят люди, которые либо сами пересекли, эту невидимую, и тонкую грань, либо были втянуты сюда волей случая. Мы что-то вроде скорой помощи, детективного агентства или полиции. Не конкретно мы с Ив, а такие как мы. Нас много.

– Ты же видела, что на этом парнишке след, темный и звериный? – то ли утвердила, то ли спросила она.


– Нет, не видела, – качнула я головой.


– Зачем тогда мы тут сидим? – вопросила Ив, и резко встала.


– Ну, ты позвала! Сказала, что срочно. Хотя, могу дословно прочитать твое сообщение, сейчас, подержи, – я протянула Ив кофейный стаканчик, который все еще уютно и ароматно парил, чтобы достать телефон из кармана.


– Ты издеваешься?! – резким движением она запустила туда свою недокуренную сигарету и сунула стакан обратно мне в руки.


– Ив, ты потушила там сигарету, – спокойно заметила я, флегматично разглядывая плавающий окурок. Понимая, что бесполезно, что-либо объяснять или злится.


– Да причем тут сигарета?! – взмахнула она руками.


– Конечно не причем, я расстроена из-за кофе! – прошипела на нее я.


– Послушай меня, – размышляла она вслух, будто проговорив свои догадки, должна была тотчас же найти решение какой-то непростой задачи.

– Сегодня полнолуние, причем полно. Если на нем есть что-то из темных оборотов, то обычно это завязано с Луной.


– Ну, всегда есть исключения, – заметила я, и осеклась.

Что-то вспомнилось, я была уверена, что знаю ответ, но эта важная мысль исчезла. Нечто всплывшее в памяти это слово «оборотни», даже показалось, что тени зашевелились, приобретая форму зверя с серой шкурой. Я помотала головой, отгоняя наваждение.


– Ты мне не помогаешь!


– Помогаю – для этого я здесь, и не ори на меня. Что вообще с тобой такое? – я посмотрела на нее.


– Полнолуние на меня тоже действует, – она расстроено села обратно на качели, и достала новую сигарету. Ив любила курить с мундштуком. Она вообще была эффектной девушкой. Пухлые алые губы, аккуратные длинные ноготки, шикарные шубы и обувь на каблуках. Кожа, шелк и кашемир, и богатые мужчины. Но она никогда не выглядела вульгарно, наоборот очень женственно и шикарно.


– Почему это вдруг? – удивилась я.


– Всегда действовало, – вздохнула она, пряча руку в карманы шубы.


– Не поняла. Ты никогда не говорила. Да никто не говорил! У нас же в конторе все про всех, всё знают, особенно секретарь и бухгалтерия, это же просто служба шпионажа!


– Я никому не говорила. Никогда не работала в полнолуние, или делала это очень редко и в одиночестве.


– Тогда зачем меня позвала, зачем сказала? – удивилась я.


– Меня вызвали, пришлось выйти. А сказала? Не знаю, ты же моя подруга, да и не болтливая, – Иви хмыкнула.


– Ты посмотри за пять лет, первое откровение! но почему она на тебя действует? – не унималась я.


– Звериная натура, – она улыбнулась уголком рта, – моя прапрапрабабка оборотень.


– Ну и чего тут такого, хотя я не разбираюсь в оборотнях, конечно.


– Она не истинный оборотень, это – лунное проклятье. Весь наш род задело. Мы не можем его снять, оно задевает только тех, у кого есть Дар. Знаем только, что оно слабеет со временем.

Дело в том, что истинные оборотни могут менять ипостась, когда им этого хочется, полностью оставляя контроль над разумом. А проклятые нет, они превращаются в зверя, с человеческой жаждой убийства. Почему с человеческой? Потому, что только человек может убивать ради забавы.


– Слушай, а как на тебя Луна действует?


– Не бойся, я не превращаюсь в зверя, и не закусываю людьми, – она засмеялась, – за день до полнолуния слабеет чутье. Искажается, меняет направленность, сильнее чувствуется навь. Трудно объяснить, – она выдохнула облачко дыма, и снова затянула сигарету, смахивая пепел на снег.


– Ну, суть я уловила, – помахала я в воздухе пальчиками в варежке, намекая, насколько отдаленно поняла.


– Лея! Лея, я дура! – воскликнула она, бросая сигарету.


– Тише! – шикнула на нее я.


– Ведь на мне такой же след или похожий! А еще он же может быть истинный оборотень, но полукровка. И на нем проклятье. А из наследства может и не быть ничего, разве что нюх более тонкий, чем у обычных людей.


– Выходит, мы тут зря караулим? Погоди, ты позвала меня, на битву с проклятым зверем и даже не предупредила?! Ну, ты! – прорычала я, представляю, ту самую зверюгу, которая крадется за нами, развернулась и пошла домой, вернее, в сторону машины, уже предвкушая долгожданное тепло. Но остановилась на секунду, улавливая чей-то пристальный взгляд, будто кто-то за нами наблюдает, но это чувство быстро прошло.


– Лея! Ну, Лея! Да, прекрати! Я же специалист со стажем! Остановись, в конце концов! Ты же тоже ведьма!


– Я эмпат! Медиум! – от досады я даже не обернулась, выкрикивая Ив своё возмущение, и активно махая руками и выливая кофе на снег, оставляя черные пятна на нем. Они стали похожими на кровь, и что-то знакомое всплыло в памяти, и нырнуло назад, не дав понять, что именно – Я работаю с заклинаниями и поиском! Я не обладаю активным даром! Из активного у меня только способность левитировать! – продолжила я.


– Ну и улетела бы, чего кипятишься?! – скрипел снег, под ее каблуками, выдавая ее местоположения.

– Тем более ты еще и амулетами занимаешься, и я уверена, что у тебя всегда с собой несколько защитных, хотя чего уж там, я о них знаю! – она остановилась в нескольких шагах от меня, чтоб отдышаться, тяжело бегать по снегу на каблуках.


– ТЫ! – я развернулась и ткнула ее пальцем в грудь, ну вернее в шубу.


– Я! – передразнила она меня, поднимая воротник.


– И вот какая ты после этого подруга? – более спокойно, спросила я.


– Хорошая, смотри, сколько бы у тебя было приключений! И если бы он оказался свирепым, мы бы вызвали наших боевых ребят, они у нас как на подбор, – мечтательно протянула Ив.


– Ты не хороший человек, – уже спокойно заметила я, понимая, что она права, на мне есть обереги, всегда.

– Это да, с этим не поспоришь. Лей, вот ты же вроде девочка.


– Ну, – свернула я губы трубочкой и поиграла пальцами.


– Не вырывай из контекста, девушка, вот, почему у тебя всегда такие большие машины?


– Мне нравится все большое, – не думая ответила я.


– О!


– Прекрати хихикать!


– Все! Все! Давай до завтра! – она махнула мне рукой из своего серебристого Мерседеса купе.


– Не слушай ее, ты прекрасен, – я провела рукой по капоту своего красного Вранглера.

А ведь ночь хороша, хоть и морозно, красиво. Фонари здесь у этих домов не горят, но луна очень яркая ее свет красиво серебрит сугробы, словно лунная пыльца, кажется, что волшебство, растворилось и стеклось здесь, принимая форму сугробов.

Моё самое не любимое время года зима и самое удивительное. Скрип снега под ногами, особенного, когда ты возвращаешься домой, через заснеженные улицы, новый год, и темное звездное небо. Еще мне нравится, когда небо теплеет, перед снегопадом и потеплением. К ночи его затягивает тучами и в них отражается серый город с миллионом огней, от чего оно становится немного красновато-оранжевым. Сразу настроение поднимается вместе с кучей озорных мурашек внутри, кажется, что вместе с теплом придет и что-то волшебное. В этом году зима пришла в ноябре.

Дом встретил огоньком в башенке, нет, я не жила в замке. Всего лишь небольшой двухэтажный дом с башенкой. Это мечта детства, я всегда хотела, чтобы мой дом стоял на возвышение, и в нем была башня с огоньком, чтобы местные придумывали страшилки для детишек, а я всегда знала, что мой дом меня ждет. Он находился в двадцати минутах от города, на возвышение и чуть дальше от всех остальных домов, такой дачный поселок. Здесь много было бизнесменов и прочих не бедных людей, богатые люди могут позволить себе жить в красивых местах. Зато никто не задавал не удобных вопросов и не за кем не следил и уж точно не пускал сплетни. Это было плюсом и еще вид на реку и лес. Хотя между огромными и шикарными коттеджами остался единственный низенький и небольшой, рубленый дом, деда Иннокентия, когда-то он здесь жил в соседстве еще с тремя десятками домов, но все раскупили, и все уехали в город. А он нет, и как не странно никто не пытался его выжить, наверно потому, что он гнал шикарный самогон и делал восхитительные настойки. И со временем превратился в нашу достопримечательность, к нему в гости захаживали такие люди, которых и вспоминать многие бы побоялись, но они не гнушались общества деда Иннокентия, и даже мылись в его старенькой баньке, утверждая, что после этого, как заново рождались, ага особенно после настоек то.

Еще дома меня ждал пес Верес, породы болонка, и единственное, что было в нем грозного это черный цвет.

– Привет мой хороший, какой же ты милый, – я взяла радостно прыгающего пса на ручки, он был теплым и мягким как варежка, положила ключи в чашу.


– Пошли, поедим на сон грядущий, – еще ни разу не отказывал, и не смотрел с упреком, идеальный мужчина.

Хотя с моей работой сложно потолстеть, но были времена, когда я была крайне пухла, еще до проявления моего дара, вернее до того, как меня прокляли и спровоцировали его проявление. А маленькой я была тощей и подвижной, потом я умерла в больнице. И снова ожила, только благодаря своей силе, но стало замкнутой и пухлой, рисовала и читала книжки, про магию и параллельные миры, забавно сейчас. Затем я умерла второй раз, когда бабушка снимала с меня проклятье, умерла вместе с ней, но она отдала мне свою силу и я вновь ожила вопреки видимо всему. Я сирота, но у меня есть работа и бабулин дух периодически приходит в гости с наставлениями, она меня и учила управляться с даром. Вообще это было страшно, когда она пришла ко мне, после того как я ее похоронила, взяв кредит на ее похороны, в те времена я работала всего лишь учителем и получала очень мало. Кредит я погасила через месяц, бабушка показала, где хранит свои деньги, копить старушка умела, поэтому бросив работу, я смогла год прожить на ее сбережения, очень экономно, но за то я похудела, а она меня учила управляться с даром, и направила к своей крестнице, и та помогла найти эту работу. Вот если коротко, то как-то так.

Погрузившись в воспоминания, и теплое одеяло, я уснула в обнимку с псом. И, кажется, сразу меня разбудил телефон, даже нет, телефон разбудим Вереса, а он меня, прыгая по мне и гавкая.

– Да!


– О боже! У тебя с утра голос как у Джигурды, – захохотала Ив,– просыпайся солнце встало.


– Где? – я даже открыла оба глаза, чтобы увидеть в окне такое же темное небо, какое было, когда я легла спать.


– С тобой разговаривает.


– Ууу, ведьма!


– Стой! Не бросай трубку, я по делу, нас вызывают, я уже к тебе подъезжаю. И я взяла кофе, со сливками и сахаром.


– Ну, ты уже не так ужасна. Дверь сама откроешь, я в душ.

Минус моей работы, заключается, вот в этом, в отсутствие графика, не спят злодеи, и мы не спим, мы сотрудничаем и с полицией, и когда дело касается подобных вещей, что-то вроде жертвоприношения, или укуса зверей или прочей подозрительной смерти вызывают нас, мы с ней напарницы.

Душ, мне не помог, спать хотелось очень, судя по часам, я спала от силы два часа. И что самое ужасное, я вот ни разу не жаворонок. И утром я обычно ложусь спать, а не встаю.

Джинсы теплый свитер, высокие сапоги на платформе, теплый шарф и пуховик, волосы заплела в косу. Они у меня длинные и густые, медного цвета, моя гордость, с помощью трав и отваров я смогла отрастить копну волос ниже попы. Бабуля мной гордится, молчит, но смотрит одобрительно, а под кучи жирных складок оказалась прекрасная фигура, большая грудь, попа и тонкая талия.


– Лея, вот поражаешь ты меня, – протягивая мне кофе, начала нотацию Ив.


– Чего опять? – фыркнула я, садясь в машину.


– Почему ты свою красоту прячешь под этой бесформенной одеждой? – Это у тебя со времен пухлоты привычка осталась? Я понимаю, когда тощие девочки без форм так одеваются, – покачала головой Иви, даже не пытаясь дождаться ответа, так как подобным образом начиналось почти каждое наше утро.


– Прекрати зудеть, женщина! Поехали!


– Тяжелый ты человек, – покачала она головой, – кофе не пролей – закончила Ив, трогаясь с места.


– У тебя не рабочая машина, сейчас все опять к твоей машине прилипнут, – буркнула я.


– Вот и хорошо, будем работать спокойно, – улыбнулась Ив, выезжая на шоссе.


– Аргумент, – я отпила кофе.

Мы подъехали к строящемуся зданию практически в центре города, все уже было оцеплено и где можно закрыто, хмурые ребята в форме попросили удостоверение и только тогда пропустили за ворота. А на душе становилось противно, во рту появился привкус горечи или даже гари, повеяло холодом.


– Тебе кто позвонил? – мрачно поинтересовалась я, уже понимая, что это не ложная тревога.


– Хмуров, – ответила Ив.


Хмуров, это следователь, очень умный и проницательный молодой человек, хотя скорее мужчина под сорок, дара не имеет, но чуйка как у ищейки, ему скидывают самые странные и запутанные дела. Без ума от Ив, но еще больше любит свою работу, она познакомилась с ним еще до меня, у нее значительно больше опыта и связей.


Мы обе уже чувствовали, что здесь труп и не один. Вышли из машины, нас встретил Андрей Сергеевич Хмуров, сегодня он очень соответствовал своей фамилии.


– Здравствуй Иванна, – мимолетно улыбнулся он и поцеловал ей ручку.


– Привет, не выпендривайся Андрей, – погрозила она ему пальчиком.


– Лея и тебе привет, – кинул он мне.


– Привет, я смотрю мне ручки то, не целуем,– улыбнулась я, – ладно я пошла.


– Ты как Лей? – дернула меня Иви за плечо, – Бедная стала жуть, – уже тише закончила она.


– Нормально, – я поежилась и спрятала руки в карманы.


Чувствовала я себя гадко, казалось, что меня покрыла тонкая маслянистая черная субстанция, ужас и холод, и эта дрянь тянулась не от места убийства, а из другого места, я обошла вокруг постройки, кучи со щебнем припорошило снегом, но он не казался белым, был похож скорее на пепел чем на снег. Жутко мутит, я кожей ощущаю, этот сладковатый запах разложения, я знаю, куда надо идти, но набираюсь мужества и уду к источнику этой гадости. Чуть дальше здания, за кучей щебня, огромное бурое пятно, пентаграмма, пропитанная кровью, пахнет гарью. Я достала телефон, пальцы заледенели, и плохо слушались.


– Алло, – чуть хрипло ответила Иви.


– Ив, плохо дело, очень плохо, звони нашим ребятам!


– Уже позвонила, – мрачно выдохнула она.


Это не баловство неумех или любителей экспериментов, здесь действовал кто-то с твердой рукой и хорошими знаниями, он знал, что делал и зачем. Я обошла ее всю, еще теплая земля не давала укрыть себя снегом, показывая свои открытые раны, а снег таял, очерчивая их равнее. Я выпрямилась, словно оцепенение спало, и поняла, что снега быть не должно, небо ясное, но он падал словно хлопья пепла. Так бывает, это остатки силы, им дали форму, чтобы замести следы. Поэтому мы почувствовали это позже. Умело нарисованные символы, подобные мне показывала бабушка, просто для расширения кругозора, она сказала, что эта информация утеряна, а подобных книг очень мало. Пентаграмма призыва, еще есть силы, открытия, и снятия печатей. Их должно быть четыре. И эта первая, в каждое полнолуние по одной насколько я помню.

– Лея, ты же знаешь, что это?– Ив выглядела не лучше меня, бледная с расширенными зрачками, она курила, и мундштук подрагивал в ее тонкой руке.


– Знаю, еще три должно быть, – она лишь кивнула.


– Тут нам не справиться, этим будут заниматься другие, – пробормотала Иви.

Я сняла варежку и водила рукой над черными рунами, пытаясь уловить след, хоть что-то, что помогло бы в поиске, но работал и правда профи.


– Ты видела тела? – повернулась я к ней.


– Сложно назвать их телами, за всю свою практику я такое вижу впервые, – Иви мотнула головой, уголок губ ее дрогнул, она втянула в себя дым.


Я кивнула, прекрасно ощущая ужас людей, принесенных в жертву, да и то, что вышло отсюда, было очень голодное. Такие существа обычно питаются сильными эмоциями людей, и лучше всего у них, получается, вызвать страх и боль. Эти чувства дают огромную силу.


– Пентаграмма активирована и пуста, – произнесла я, отступая от нее.


– Пошли от сюда, – Ив бросила окурок в снег и спрятала руки в рукава.


– Никогда не любила зиму,– пробурчала я, не было смысла завязывать связь с душами погибших, они не вернуться на место своей гибели, только к своим родным попрощаться, да и смысла нет. Не думаю, что кто-то из них что-то помнит кроме ужасающего чувства страха и боли.


– Еще ноябрь, – парировала Ив.


– Не важно, какой месяц, ты просто чувствуешь, зима и все тут,– поежилась я, зарываясь глубже в шарф.


К тому месту уже направились люди, полицейские уехали, только Хмуров стоял рядом со своим авто и курил, ждал Ив. А у меня зудело между лопатками. Я обернулась. На меня смотрел молодой человек, под взглядом которого было неуютно и в тоже время хотелось опустить свои глаза. Но, я из природного упрямства продолжала смотреть ему в глаза, он улыбнулся и отвернулся, как ни в чем не, бывало, продолжая разговор со своим коллегой. Подобный взглядом обладал один мой знакомый.


– Кто это? – Хмуров кивнул в сторону того парня.


– Командир отряда зачистки, – ответила Ив.


– Не молод ли? И где Крагов? – удивился Хмуров, докуривая сигарету.


– На пенсии уже, а этот говорят способный и сильный, – прищурилась Ив и пыхнула дымным, табачным облачком.


– Из молодых да ранних, – заметил Хмуров.


– Ну посмотрим, а чего он на Лею так смотрел?


– А что вы на меня смотрите? Я вообще его первый раз вижу, – фыркнула я.


– Всё, я до дома, и спать, – закрыла тему я.


– Давай подвезу, куда ты направилась в таком виде?


– Проветрюсь, самое то. Вечером кстати наша смена, – я накинула капюшон и зашагала, вызывая протестующее скрипение снега.


– С чего это? – ошеломленно спросила подружка.


– С того, что мы отдыхаем в новый год, и теперь эта неделя наша, – ответила я, не останавливаясь, махая всем рукой на прощание.


– Точно, я забыла, – скривилась она.


Ноги меня сами несли подальше от этого места. А перед глазами все еще стоял этот новый начальник, имя которого я даже и не знаю. Да бог с ним, что за ерунда, я помотала головой. Со стороны наверно не очень выглядит. На душе тяжело и холодно почему-то. Состояние перехода из одного к другому, в такие моменты говорят, люди уязвимы, как оборотень в момент оборота. Дверь, из которой я вышла, закрылась, а новая еще даже не найдена. Между ними темный коридор, страшно и волнующе. Я еще топчусь на пороге старой жизни, пока глаза привыкнут к свету. Вот именно так я себе ощущала, но понять причину этих чувств не могла. Под ногами хрустел снег, сегодня было еще холоднее, чем вчера, я уже пожалела, что отказалась от предложения Ив подвести. Не оборачиваясь, отошла на обочину, чтобы пропустить чье-то авто.


– Садись болезная, – сказала Иви, опустив стекло.


– Спасительница, – вот за что люблю Ив, она всегда знает, когда появится.


– Я сегодня останусь у тебя, не хочу мотаться, – сказала она, когда я села в машину


– Да, не вопрос, только давай заедем чего-нибудь поесть купим,– в животе заурчало в поддержку, и я поняла, что кушать хочется и очень.


– Со вчерашнего дня не ела. Кстати, с тобой можно идти в разведку, ты не дашь умереть с голоду, или напомнишь или найдешь чего съесть. Сколько время? – хохотнула она.


– Первый час, и с чего это я найду, что съесть? – буркнула я.


– Считай это моей интуицией, – захохотала она.


Купили кучу готовой еды и полуфабрикатов, от того, что на душе спокойно не было, я чувствовала, что готовить будет некогда. Мы разошлись в магазине по разным сторонам, Ив ушла в винный, пополнять мой бар, в этом она разбиралась лучше меня. А забрела в сладкий ряд с конфетами и джемами. Я взяла в руки банку с клубничным джемом, услышала шепот и резко развернулась. Мир привычно замер, словно время застряло в тягучем киселе, холодном и липком, все вокруг будто покрылось пылью и затянулось сероватой дымкой. Шепот стал слышаться со всех сторон сразу, выныривая из-под полок, падал сверху и становился серыми призраками людей, я закрыла глаза, чтобы сосредоточится, но кто-то на меня налетел. Джем выскользнул из рук и разбился, заливая пол ярким красным пятном. Пятно стало растекаться в узор, я присела, чтоб разглядеть, что получится. Длинные, крючковатые, как старые ветви пальцы сомкнулись на запястье, я вздрогнула и замерла.

– Теперь слышишь, – голос раздался прямо в голове, я смотрела в глаза навки черные, большие и бездонные, сил хватило лишь кивнуть.


– Дверь закрывается, запомни, то, что вы считаете проклятьем луны – это дар.


– Что?


– Четыре двери, смерть, зверь, проклятье, – слышно было плохо, слова становились то тише, то громче, или вовсе заглушались сразу несколькими голосами


– Лея! Лея! Да приди в себя уже! – резко стало очень громко, казалось, крик Иви раздался прямо у меня в голове.


– Стой! – слишком быстро, я не поняла, не успела, не услышала, казалось мне


– Лея, ты не выйдешь, вернись! – я слышала, нотки страха в голосе Ив, но они были так не важны и так далеко.


Навка не договорила. Она кивнула и разжала руку, как бы соглашаясь с Ив. Затем дернулась в последний раз и сжала до боли мои запястья. Я вскрикнула и упала на пол, возвращаясь в материальный мир.

– Черт! Ив! Я не услышала, она не договорила, – я соскочила с пола, Ив была перепуганная, рядом стоял продавец и охранник и смотрели на меня как на ненормальную


– У тебя кровь, – она протянула мне платок.


И только тогда я поняла, что у меня из носа бежит кровь, которая кажется, капала уже на кофту, и во рту был противный привкус железа.


– Блин, – я запрокинула голову и прижала платок.


– Иди в машину, сможешь? – я махнула рукой, что означало, да.


– Я на кассу, справишься? – на это я лишь кивнула.


– Не переживайте, я провожу вашу напарницу, Иванна, – меня взяли под локоть и развернули к выходу. Голос был мужской. Приятный.


– Благодарю вас, – кивнула Ив и улыбнулась немного с ехидцей.

Я не стала рассматривать благодетеля, меня потихоньку накрывала дурнота, и он перерасхода сил и от привкуса крови во рту.

– Что ж вы так не осторожны Лея? Хотя пока можете не отвечать, – сообщили мне, как только мы вышли из гипермаркета.


– Не…


– О нет, я подвезу вас до дома, у меня все равно есть к вам вопросы, – не дал мне закончить мысль он.


Меня посадили в огромный, черный пикап, причем крайне аккуратно. А я к своему удивлению обнаружила, что помогал мне сам начальник зачистки.


– А…, – опять начала я.


– Ваша напарница в курсе и она подъедет за нами. Держите, – мне протянули пачку влажных салфеток, молча, взяла их. Кровь перестала идти, но шла сильно, судя по тому, что весь платок был в крови, как и мои руки. Я отерла руки и опустила козырек, в зеркале отразилась бледная я в кровавых пятнах под носом, на губах и подбородке, высокий ворот светлой вязаной кофты, да и ниже тоже был в крови. Теперь понятно, почему так кружится голова.


– Остановите машину! И у вас есть вода?


– Можно на "ты", помочь? – он съехал на обочину. К этому времени мы уже выехали из города на трассу, которая шла через лес.


– Нет, – я практически выпала из машины. Перед глазами запрыгали черные точки. Я постояла немного, держась за ручку двери, сделала несколько шагов и села в снег. Глотнула из бутылки и прополоскала рот несколько раз, пытаясь, избавится от вкуса крови.

– Все же я помогу, – меня подняли на ноги и придерживали.


– Только нести меня не надо, – прошептала я.


– И в мыслях не было, – спокойно сказал он, вглядываясь вдаль. Мне оставалось разглядывать его профиль.


– А вы джентльмен, – фыркнула я, и попыталась сесть в машину, но не смогла – какая у вас, – хотела я, поделится, что слишком большая машина у господина начальника.


– Мы же на "ты"?– перебил меня он.


– Хорошо. Какая же у тебя высокая машина, – согласилась я, пытаясь вновь. Но, видимо, терпение у него было не безграничным, и меня подняли и усадили на место. Без его помощи я бы не залезла сюда в таком состояние.


– О, я тебя раздражаю и умиляю одновременно. А еще на этом месте погибли три человека в аварии, – махнула я в сторону рукой, остановиться от потока мыслей и чувств было не возможно. Я говорила все вслух, чтобы хоть как-то заглушить потоки эмоций и видений.


– Что это за машина, ты в ней возишь трупы? – я поёжилась, неприятный запах тлена и тонкий сладковатый запах гниения, начало мутить, и я стала еще более раздражительной.


– И что ты занервничал? – начала я как сумасшедшая, понимая, что не могу остановиться. Понимая, что брежу, но не могла остановиться, как пьяная ей богу.

На меня накатывали эмоции и все больше и сильнее, до дурноты, я не могла их остановить, первое время не понимая, что происходит. Он сел за руль и захлопнул дверь, но я не заметила, я чувствовала, как в лесу, охотятся волки, чувствовала страх загнанных зверей и азарт погони. Потом мне казалось, что это не в лесу, а здесь, в салоне машины. Я оглянулась на заднее сидение и увидела, как на меня смотрит желтоглазый зверь, где-то на грани разума понимая, что мне привиделось. В ужасе повернула голову в сторону водителя и увидела те же глаза.


– Что за…? – я достала из-за ворота горсть амулетов. Они все были черные. Тот, что блокировал часть моей силы эмпата, рассыпался в руках.


– Вот чёрт! Остановись! Мне нужна Ив! – я резко обернулась.


– Что ты де…, – договорить не успела: отключилась и погрузилась в темноту, и, словно сквозь подушку, услышала, как он сказал: « Много знать вредно… прости…”


Я все чувствовала и слышала, но при этом словно находилась в темной претемной комнате. Я знала, что там, в темноте скрывается куча дверей, и не все их стоит открывать.


– Леюшка, солнце мое.


– Бабуля!? Я кинулась к двери, от которой слышала голос, хотела ее открыть, но не успела.


– Не трогай! Нельзя! Он найдет тебя, вы не готовы! – крикнула бабушка.


– Что?! О чем ты?


– Лея, я уже не смогу приходить, все двери закрываются, нам нельзя сейчас заходить в ваш мир, мы стараемся сдерживать, я на секунду, слушай внимательно! В доме, моей мамы, там есть тайник под лестницей, найди его и забери все, что там лежит.


Резко стало светло, я почувствовала, как меня несут, попыталась открыть глаза.


– Что с ней?


– Мне пришлось ее усыпить, минут через тридцать придет в себя, открой дверь, и убери пса. Верес гавкал и поскуливал. Что-то его пугало в новом человеке.


– Зачем? – спросила она, но отрыла дверь и взяла на руки скулящего Вереса.


– Затем! – крикнул он.


А я подумала, что вот кричать и не обязательно, не такая я уж и тяжёлая, даже обидно стало.


– Вот блин! Клади ее сюда… помоги, – меня ворочали, кажется, снимали куртку. Видимо, Иви увидела, что амулеты рассыпались.


– Ничего парень, ты смотри-ка, на нем что-то знакомое, – сказала бабуля, – все, я побежала, – закончила она. И на этом все оборвалось, и я провалилась в темноту, а затем уснула.


Проснулась от того, что было жутко жарко, и ужасно хотелось пить и есть, и не знаю, чего больше. Меня так и уложили в кофте, хорошо, хоть сняли куртку и сапоги. Я сняла ее, окончательно разлохматив волосы, резинка запуталась в кофте, и я махнула на нее рукой, была жуткая слабость, я осталась в джинсах и футболке. Мир навалился на меня гаммой чувств, я закрыла глаза и глубоко вздохнула, ограждая себя от ненужных и чужих эмоций. Нужно, сосредоточится, на своих собственных. Например, я хочу пить, кровать мягкая и ковер тоже. Я знаю, что на кухне сидят Ив и этот, так и не знаю его имени, начальник зачистки. Верес тоже там.


– Вот мохнатый предатель! – я встала, но меня повело, в глазах потемнело и я села обратно.


Вторая попытка была лучше, я медленно спустилась в низ, пёс побежал ко мне и начал прыгать.


– Ты предатель! – сказала я псу, но все равно нашла в себе силы взять его на руки.


Он чувствовал себя виноватым, был рад меня видеть и мои друзья его накормили.


– Я и забыла как это, – пошептала я, я давно не пользовалась этим своим даром, одной из причин было то, что эмпатов уничтожали, считая опасными.


Ив потягивала вино и смотрела на меня, этот начальник следил за мной, но это не мешало ему, есть мою колбасу. Он думал, что я упаду. А вот шиш вам! Я все же уселась на кухонный диванчик, да я люблю, когда удобно. Здесь еще стояли кресла, в которых сидели гости.


– Постойте, а почему я вас не чувствую?! – возмутилась я.


– Потому что на нас амулеты Влас Константинович поделился и со мной, – ответила Иви.


– Влас, – коротко заметил он, поднимая кружку.


– Это потому, что он что-то скрывает, – из вредности заметила я, – а ты? Ты, то же!


– На, попей водички, – мне протянули холодненькую бутылку с водой, и я все забыла.


– Благодетельница! – я напилась воды, и жить стало веселее, энергия восстановилась почти полностью.


– Что ты видела в магазине?


– Кто приходил? – спросила Ив.


– Ему можно доверять, – кивнула она.


– Он что-то скрывает! – попыталась проявить я, козий характер.


– Ему положено, подолгу службы, – сказала Иви, а я прищурилась, но ничего не сказала, она тоже что-то скрывала.


– Навку, – Ив поперхнулась, а Влас, пристально посмотрел на меня.


– Теперь понятно, почему ты так выглядела, я не могла оборвать связь, как ты вообще вышла?


Я понимала, ее удивление, навки очень редко идут на контакт, это стражи грани, они охраняют пути, они хранят печати между мирами, чтобы не было хаоса. Еще они скажем так стражи порядка. Их сила велика, если бы она хотела меня убить, я бы уже не сидела здесь, только благодаря ее силе и силе моих амулетов мы смогли поговорить.

– Она оборвала сама, когда ты начала меня тормошить, я бы не смогла сама, ты же знаешь.


– Что она сказала?


– Что-то про двери, сейчас, – я закрыла глаза, – Четыре двери, смерть, зверь, проклятье.


– А четвертая?


– Я уже не услышала, – ответила я, встала и пошла, делать себе кофе.


– Почему ты? – спросила Иви.


– О, думаю Влас в курсе, – фыркнула я, улавливая эмоции мужчины даже через блок.


– Влас? – изумилась Иви, и посмотрела на него, приподняв правую бровь.


– Не знаю я, но догадываюсь, – через несколько секунд ответил он.


– И? поделись с народом, – Иви даже наклонилась на стол.


– Он не скажет, ему нужны доказательства, тайная информация. И кстати, ваши амулеты уже почти не действуют, – сказала я и шумно отпила из кружки.


– Вот, поэтому вас всех запечатывают, – прошипел Влас сквозь зубы.


– Именно поэтому мы и скрываемся, – я отпила глоточек, и зажмурилась.


– Хорошо-то как, – по телу растеклось тепло, и наконец, ушел мерзкий привкус крови.


– Я вполне могу исправить эту оплошность, – заметил он, надевая еще два амулета, Иви просто свой подзарядила.


– Не сможешь и не хочешь, – то, что не сможет это правда, поэтому я сказала, что нас убивают, я истинный эмпат, нес невозможно лишить силы, она как кровеносные сосуды в моём теле.


– И Ив, иди и достань торт, я тоже буду, и не повредит тебе кусок торта! – не выдержала я.


– Это начинает раздражать, – буркнула она, но все же пошла в машину за тортом.


– С чего ты решила, что не смогу?


– Ты знаешь, – спокойно заметила я.


– Это и правда раздражает, мне вот только одно интересно, как тебе удалось так быстро нейтрализовать защиту, – он наклонился на спинку кресла и внимательно посмотрел на меня.


Я сначала ухмыльнулась, а за тем улыбка моя сползла, и правда как, я даже не пыталась.


– Задумалась? Молодец, – хмыкнул он.


– Лея, сейчас он тебе расскажет почему, – зашла Ив вместе с шоколадным тортом, а я посмотрела на Власа.


– Не расскажу.


– Тогда и мы не расскажем тебе ничего, и не будем сотрудничать, Лей торт будешь?


– Ага.


– Не сможете. Я тоже буду торт, кстати, – нагло ухмылялся он и взял вилку.


– Ив, он меня раздражает, – поделилась я.


– Не тебя одну, – но ее фраза потонула в шуме открываемой коробки торта.


На что, он только хмыкнул, откусывая кусок. Я тоже наелась и наклонилась на спинку дивана, позволяя мыслям захватить меня. На душе было беспокойно, и еще я должна была что-то сделать, но не могла вспомнить. Мысли роились в голове, как снежинки в метель, мгновенно проносясь целой вереницей образов и слов. Тут же всплывали и символы в пентаграмме, и кровавое пятно и руки навки, и серые тени, и утренний звонок Иви, и снова символы, двери, бабуля. Мне становилось жутко холодно, и меня словно уносил снегопад, и тут же снежинки превращались в волчьи морды, с горящими желтыми глазами. Я вздрагивала и падала в снег, обжигалась об символы пентаграммы, вскакивала и оказывала в лесу среди сучковатых серых деревьев. Ветки хватали меня за запястья, и я оказывалась снова в руках навки.


– Запомни девочка, это дар это не проклятие, как же вы любите все переворачивать, – говорила она.


– Она еще маленькая ты знаешь, – слышался голос бабушки.


– Придет время и она вспомнит, она должна помнить, какой дар получила. Не такая уж и маленькая, постарше тебя будет, – совершенно бессмысленно сказала она.


– Мне кажется, что все идет, так как ты задумала, ты знала что приду, ведь так? – раздраженно спросила бабушка.


– Ты всегда была смышленой, Марта была хорошей наставницей и матерью, – ххмыкнула Навка.


– Что происходит? Так не должно быть, что ты делаешь, – кричала бабушка, а я умирала от боли и чувствовала, как ломается каждая косточка в моем теле, как рвутся мышцы и кричала.


– Не мешай! У вселенной тоже свои платы, как интересно вышло, – и боль начала уходить.


– Она, больше не страж, – бабушка смотрела на меня удивленно.


– Нет, у нее другой путь, это очень интересно. Ну что очнулась, – это не был вопрос.


– Запомни, твоя сила в сердце, ты отмечена луной девочка.


И я снова летела в метели со снежными призрачными волками, но мне уже не было страшно. Снова падала в снег, оказалась на грани трех кругов, там где все три смыкались и переплетались, с одной стороны стояла Иви, она была босая, в блестящем платье на бретельках, ее черные волосы, убранные в прическу растрепались, а серьги в ушах блестели алмазными гранями. Она была вся в ссадинах и кровоподтеках, от подмышки до бедра у нее было разорвано платье, будто когтями, и крови пропитала рваные края. Именно в таком виде я встретила ее впервые, это было мое первое задание. Она смотрела не на меня, а перед собой.


– Он тебя давно ищет, а ты все бегаешь, – усмехнулась она.


Я повернулась и увидела огромного медведя с желтыми глазами, с него медленно сползала личина, лапы превращались, в руки. И этот сон оборвался, я оказалась в дома своей прабабушки, около лестницы, было пыльно и темно.


– Найди тайник! – крикнула бабушка, я вздрогнула и проснулась, упав с кухонного дивана.


Оказывается, я уснула, даже и не заметила, как меня заботливо укрыли покрывалом и выключили свет. Верес уткнулся холодным носов мне в ладонь.


– Найти тайник! Точно, почему я забыла?


Но где этот дом, я там была, когда мне было лет шесть, я и не помню, где он, я снова села на диван.


– Думай Лея! Думай! – я запустила пальцы в волосы.


– Точно! Бумаги, документы, я же просто взяла коробку с бабушкиными документами, но не смотрела их, там наверно что-то есть. Я поднялась к себе в спальню, и нашла эту коробку, перевернув весь шкаф. Затем снова спустилась в кухню и зажгла там свет, коробка была большой и там была уйма документов, я налила себе большую чашку кофе и начала их перебирать. За этим делом и прошел остаток ночи, я даже не заметила, вздрогнула, когда Иви коснулась меня рукой.


– Ты чего меня пугаешь! – взвизгнула я.


– Я тебя? Ты себя со стороны видела, я уж подумала, что ты помешалась, что ты делаешь?


– Ищу.


– Это понятно, что ищешь? – она села напротив меня, держа двумя руками кружку. А я подумала, что у меня такой нет, эта была неровная глиняная, и на ней нарисованы руны или нет, символы или узор?


– От куда, у тебя эта кружка? – я соскочила, и выхватила кружку, руны на ней начали двигаться и заползать внутрь кружки как жуки, медленно оседая на дне чаинками, формируя символ, нет руну.


Я открыла глаза, и резко села, поднимая голову со столешницы, на пол упала кружка и разбилась.


– Я же видела Уруз, точно! – и снова начала перебирать документы, и сразу же нашла конверт, от радости соскочила со стула прямо на осколки.


– Ааа, чтоб вас! – залезла я обратно на стул, шипя от боли.


– Она всегда такая?


– Лея, ты с ума сошла? – спросила Ив.


– Идите вы! – прошипела я, доставая осколки из ноги, – аптечку мне дайте лучше.


Ногу мне перебинтовал, конечно, Влас, Иви только дала аптечку.


– Ну и, что ты тут делаешь? – спросила она, выбрасывая остатки кружки в мусорное ведро.


– Я …, – начала я, и осеклась.


– Неужели, вы еще не поняли, что не стоит от меня что-либо скрывать, – спокойно заметил он, на что подружка только махнула рукой, доставая кружки.


– В общем надо ехать в дом к моей прабабушке и забрать что-то из тайника, а я не помню где он.


– Замечательно, сказал Влас таким тоном, будто вообще не сомневался в моей глупости.


– Не перебивай! Дай лучше конверт, – конверт он не дал, сам его вскрыл и достал из него документы, и даже карту.


– Какая наглость, а! – от возмущения снова вскочила с целью забрать документы, встала на больную ногу, ойкнула и села обратно, вызвав у него улыбку.


– Я так понял, это и есть этот дом, о тут даже фото.


– И карта, – хмыкнула Ив, – предусмотрительная у тебя бабушка.


– Иви мы же на работу вчера не ходили.


– Опомнилась! – захохотала она.


– Я разрешил вам не ходить по причине болезни.


– Все же придется работать в новый год, – вздохнули мы.


– Тут конец света наклевывается, а вы о праздниках. Женщины! – фыркнул он, складывая мое письмо себе в карман.


– Это, между прочим, моя собственность!


– Действительно, наследство, – поддержала меня Ив, на что он оглядел нас тяжелым взглядом, хмыкнул и пошел на выход.


– И сегодня рабочий день у вас, я дал вам один выходной, – сказал он, уже надевая куртку


– Не поняла, с чего это он стал нашим начальником?


– Ну, теперь мы подчиняемся ему, сегодня звонила Эльвира, и шипела мне в трубку злобным голосом, – поделилась Иви.


– Чего шипела? – заинтересованно спросила я.


– Ну, если опустить ругательство, то спросила, куда мы влезли? Почему Лея без сознания, и какого хм, черта она узнает это от службы зачистки, а не от нас?


– Я так поняла, это были риторические вопросы, – хмыкнула я.


– В общем, теперь наш начальник он, – махнула она ручкой, в сторону двери.


– И, на долго? – искренне расстроено спросила я, но все же надеясь, что она скажет нет, на два дня.


– Как я поняла, либо до конца света, либо до того как мы поможем его предотврати.


– Миленько, – надежды рассыпались, я слезла со стула и похромала делать себе завтрак, что удивительно нога практически не болела, только зудела, что говорило ее заживление.


– Интересно, – я села на пол и развязала бинт.


– Ив у меня практически все зажило, как на оборотне.


– И чего? – пожала она плечами.


– Как чего? Что за фигня!? – возмущению моему не было границ.


– Да не психуй ты, – отмахнулась она.


– Я так и знала, что ты что-то знаешь! – я обличающее ткнула в нее пальцем, злобно буравя глазами.


– Ну, не смотри на меня как злобный хомяк, – расхохоталась она.


– Причешись хоть, ну да ладно, сделай сначала что-нибудь поесть, а я расскажу, что знаю. В общем, так, периодически какой-нибудь умник с кучей комплексов жаждал силы и внимания, лез к той стороне. Ты же знаешь, что в момент срыва печатей, в мир выплескивается огромная энергия, дак вот, подобные личности считают, что могут взять оттуда сил. А те, которые, поумнее, делают это чтобы продлить себе жизнь и молодость и взять чуть силы. На самом деле, ни одному, существу, живущему здесь не по силам, потом закрыть эту дверь, а выходит из нее такое, что в страшном сне не приснится, еще не выжил ни один, кто открывал эту дверь. Но нет худа без добра, на самом деле эту дверь периодически открывают, чтобы сохранять баланс сил, поэтому знания эти всегда есть, их не прячут, но и не показывают. Последний раз кругами пользовались несколько веков назад в Европе, и это было страшно. До нас дошло не все, но то, что пришло было крайне сильно, много погибло, защищаясь и защищая, именно тогда моя прапрапрабабка и получила это проклятие. Справились мы только потому, что навья сторона стала страховаться и подготавливать несколько человек. Стражей и несколько как бы это сказать, ключей, тех, кто могут закрыть дверь.

– Радует, что не одного избранного, который придет из параллельной вселенной, – хихикнула я.


– Ты слишком много читаешь фэнтези, – фыркнула она, – в общем, твоя, моя семья входили в этот круг, как ты выразилась избранных, и я думаю, что и семья Власа Лунёва тоже.


– Вот зачем он к нам привязался, он ищет эти семьи!


– Я думаю, он точно знает их, – вернула меня на землю Ив.


– Ну да, логично.


– Кстати, именно после одного из прорывов появились оборотни, но, как и почему, знают только они.


– Оборотни вообще замкнутые существа, надо об этом спросить Власа, он знает, – сказала я, помешивая яичницу.


– Думаешь?


– Знаю, он тоже отмечен зверем, я это чувствовала, когда он меня вез, скорее всего, из-за этого и вырубил, кстати, а почему у меня прошла нога-то? – вопросительно посмотрела я на подружку.


– А ты подумай, – полной мудрости голоса сказала она, что раздражало.


– Ты намекаешь на то, что навка сняла с меня печати, удерживающие не только силу эмпата, но еще какую-то?


– Вполне может быть, давай уже есть, – кажется, она не знала ответов, но ей нравилось выглядеть мудрой, я фыркнула.


Мне подумалось, что я так мало знаю, почему так поздно пробудился дар. И почему бабушка мне ничего не сказала. Хотя ладно, не буду думать об этом, а подумаю, о том, что нужно найти этот тайник и съездить туда без Власа.


– Чего задумалась?


– Надо съездить в тайник вдвоем.


– Я тоже об этом подумала и знаешь что? Я прочла на карте место и даже запомнила координаты, мы их можем ввести в навигатор.


На душе стало радостно, и еще та Лея, что живет где-то глубоко и отвечает за рассудительность во мне, хмурила брови и намекала, что мы делаем дурость, как маленькие дети. Но именно этот дурной ребенок во мне победил.


– Я одеваться и собираться, поедем на моей машине! – радостно поделилась я.


– Расчесаться не забудь!


Я уже поднялась наверх, взяла расческу и вспомнила, что нам надо вообще-то на работу, наша смена.


– Иви!


– Ага, я тоже забыла, ладно я домой встретимся в конторе.


А я сделала глупость и посмотрелась в зеркало, даже вздрогнула. Волосы стояли практически дыбом, сбывшись в колтун, лицо бледное, под глазами залегли тени. И к своему стыду, я поняла, почему Влас все время улыбался, когда смотрел на меня, эх. Попытка расчесать волосы закончилась кончиной моей массажной расчески, все зубцы выпали, половина осталась в волосах.


Пришлось идти в душ и мыть голову, решила сделать это с королевским комфортом и набрала ванну с пеной и маслами, зажгла свечки.


Мысли текли лениво и совершенно бессмысленно, тонули в запахе ванили и таяли в пене, самое важное было не уснуть, сегодня у нас вечерняя смена. Хотя чего боятся, к вечеру привычно появилась энергичность и бодрость, спать не хотелось, после ванной стало еще лучше, даже синяки под глазами ушли. Я подобрала с пола кофту в кровавых пятнах, все же попробую отстирать, ведьма я или как!? Все ровно стирает машина. Мне захотелось быть женственной и красивой, я перемерила все свои платья и юбки, посмотрела за окно, на падающие крупные хлопья снега и подумала, что хочу еще, и чтоб было тепло. Поэтому все же надела серое шерстяное платье до колена, с вырезом, и заплела французскую косу. Достала из шкатулки горсть амулетов и медальонов, надела блокирующий, и защитный, на запястьях остались серебряные браслеты, которые выдержали встречу с навкой, наверно потому, что это артефакты, доставшиеся мне в наследство. Достала длинный чуть ниже колена пуховик, и надела высокие черные сапоги на плоской подошве, достала с полки большой вязаный светлый шарф, шапку и перчатки.


– Верес ты едешь к тете Лизе, думаю, сейчас тебе там будет лучше, – взяла пса на руки и захватила его любимую игрушку и корзинку для сна. Очень не хотелось с ним расставаться, но я не знала, что может произойти дальше, да и ехать в дом к прабабушке придется, и вообще слишком много всего, да и шестое чувство уверяло меня в правильности решения.


Тетя Лиза и есть бабушкина крестница. Она единственный живой и родной мне человек, своих детей у неё, к сожалению, нет, поэтому она привязалась ко мне, да и я к ней, две одинокие души во всем мире, затем у меня появилась Ив. Тетя Лиза была очень рада и мне и еще больше тому, что с ней остается Верес. Она меня ждала, увидев еще из окна многоэтажного дома.


– Здравствуйте!


– Здравствуй Леюшка, я знала, что ты приедешь еще до твоего звонка, – она взяла пса, он был ей очень рад.


– Вот продукты и его вещи, тетя Лиз, я не знаю когда за ним приду, вы позаботитесь о нем если что?


– Зачем просить, ты же знаешь, – она посмотрела на меня и наклонила голову в бок.


– Можешь не говорить, я вижу метку на тебе.


– Что? – я замерла, округлив глаза.


– Метку нави, – улыбнулась она, – пройди, надо поговорить.


Я сняла пуховик старательно надела его петелькой за деревянный крючок с кругляшом на конце. Стянула сапоги, на втором даже пожалела о своем выборе или о длине своих ног, но все же справилась, прошла в комнату, у тети Лизы была большая квартира. Высокие потолки и на стенах висели картины, мне всегда нравилось их разглядывать, стояли полки с книгами и старая антикварная мебель, кучи свечей в канделябрах и в подсвечниках. Она тоже учила меня моему дару, заставляла читать книги, не эти, другие те, что спрятаны от глаз чужаков в дальней комнате, они были старые и даже рукописные ведьмины дневники с заклинаниями. Многие я переписала, и они хранились у меня дома, еще немного книг осталось от бабушки. Я села в кресло, мне в руки дали фарфоровую кружку с ароматным чаем.


– Я надеялась, что мне не придется тебе это рассказывать, даже не знаю, как начать, – она тяжело вздохнула и поставила чашку на стол, она мелодично звякнула о блюдечко.


– Ты знаешь про двери? Их называю еще ведьмины круги, да у них много названий, – я лишь кивнула.


– Я знаю, что наша семья относится к стражам,– сказала я.


– Да, – она кивнула, но ты уже нет, ты никогда не задумывалась, где твои родители? В общем, не отвечай, твоя мама умерла при родах, она служила в патруле, подобному твоему, папа умер до твоего рождения. Она умерла из-за проклятья, которое как выяснилось после, было твое, она скрыла это от нас, – тетя Лиза замолчала, подбирая слова.


– Она забрала его часть, позволяя тебе, вырасти, и окрепнуть, отсрочила его, но поплатилась своей жизнью, ее подвел дар эмпата, побочный эффект, – на долю секунды она замолчала и сделала глоток, затем продолжила: – Когда она сказала нам о проклятье, было поздно, затем твоя бабушка, запретила говорить тебе о твоей силе и растила тебя как обычного ребенка. Не знаю, как удавалось ей тебя прятать, столько времени, думаю, ей помог кто-то с той стороны.

– Зачем она это делала? – я совершенно ничего не понимала, и даже начала подозревать, что тетя Лиза издевается, зачем кому-то проклинать ребенка? Конечно, и такое бывает, но редко, так как на это нужно очень много сил, ведь не рожденный ребенок – это душа, которую защищают сразу два мира, проще проклясть уже родившегося.


– Она скрывала тебе, от того, кто наложил проклятье, – она посмотрела прямо мне в глаза, так холодно и отстранено, словно навь.


– Ничего не понимаю, – я положила на стол салфетку, которую оказывается, трепала в руках.


– Сейчас и не нужно, просто знай, этот человек уже и не человек давно и он тебя ищет, и увы найдет.


– Что? – совсем обалдела я.


– В тебе есть кровь зверя, на твоем отце было лунное проклятье, – продолжала говорить она, даже не замечая моего вопроса.


– То есть, я еще и оборотнем могу стать что ли?! – я соскочила с кресла.


– Не знаю, половина твоих способностей была запечатана,– она моргнула и ответила уже совершенно спокойно.


– Навкой!?


– Да, они не любят ничего лишнего рассказывать. И теперь даже я не знаю, какие способности у тебя есть на самом деле. Я говорю тебе это, чтобы ты узнала про лунное проклятье больше, может это тебе поможет и подруге твоей, на ней тоже оно есть.


– Вы знали?!


– Лея, я много чего знаю, но еще я знаю, что не все нужно говорить, всему свое время, я не должна нарушать его течению.


– И вот чем бы мне навредил этот рассказ раньше? Про родителей можно было рассказать.


– Нельзя, пока твой дар не проснулся, а потом не до того было.


– Что значит ключ?


– Это человек, который сможет закрыть дверь, она закрывается со стороны нави, а попасть туда может лишь тот, кто там был.


– Я ведь не одна такая?


– Нет, конечно! – развеселилась она.


– А стражи тогда, что делают? – вопросы сыпались из меня как солома из старого пугала.


– Они помогут ключу попасть на ту сторону, и они будут сдерживать навь, пока дверь не закроется.


ГЛАВА II


Сила

Не помню, как ушла, очнулась от мыслей, уже за рулем. На дорогах была каша, с неба падал снег, не переставая, медленно, словно в вальсе, крупными пушистыми снежинками. Красиво, конечно, и хорошо, что тепло, но, когда ты за рулем уже не так радуешься всему этому. Дети играли в снежки, взрослые вязли в рыхлом снегу и совсем, кажется, не радовались снегу, они спешили на работу или домой. Только дети и влюбленные наслаждались оттепелью и снегопадом, я улыбнулась, не буду грустить, и думать всякие мысли, от них можно соскучиться и заболеть. Правильно сказала тетя Лиза, всему свое время, не мне его менять. Я вышла из джипа, рыхлый снег разъезжался под ногами, и норовил уронить, вместо одного шага казалось, я делала десять. Машины Ив еще не было, но она часто приезжала позже. Все же, совладав с разъезжающими ногами, я добралась до двери, поймала толстую, кованную ручку звякнув колокольчиками на входе забралась в офис, именно забралась.


– Тяжелая у нас дверь, оказывается, – пробурчала я, отрясая снег с ног.


– Вот и я говорю, а все улыбаются и предлагают лучше кушать, вот еще и конфеты тоннами носят! – Поддержала меня администратор Катюша, я улыбнулась, так как весу в ней было килограмм сорок пять, при росте метра полтора. Огромные глаза, хрупкая фигурка и ручки веточки


– Привет Катюш, – улыбнулась я


– Ой, привет Лея, я чего-то разбурчалась, – она вздохнула.


– Вот опять нанесли, – указала она на стопку конфет вперемешку с шоколадками, которую я даже и не заметила сначала.


– Ого! – только и выдала я, замерев перед ней в почтение.


– Ага, а я ведь, сладкое терпеть не могу, – тяжело выдохнула она, – узнать, что она любит, я не успела, так как на меня налетела, в прямом смысле этого слова, Эльвира.


– Лея привет, ты как? – вцепилась она в меня, не дав даже возмутиться, по поводу оттоптанной ноги.


– Все хорошо, есть работа? – прошипела я, шевеля пальчиками на оттоптанной ноге.


– О, это уже не ко мне, – ехидно заметила она, – иди к Лунёву, он уже на месте, – увидев, как я скуксилась, расхохоталась и помчалась дальше, громко цокая каблуками. А ведь если нужна она умеет ходить тише мышки, ведьма не иначе! Я улыбнулась своим мыслям.


– Сатонина! Я тебя искал, – меня окрикнул Вовчик, наш штатный некромант.


– Привет Петров! Я теперь работаю на Лунёва, – попыталась отвязаться я.


– Привет! Да я в курсе он меня к тебе и послал, – я остановилась, так как шла по направлению к его кабинету.


– Ну, и чего? – поинтересовалась, просматривая в телефоне почту.


– Мне нужен напарник, хорошо, что ты одета, поехали! – схватил он меня под руку и потащил по направлению к двери.


– На моей машине? Я трупы не буду возить! – возмутилась я, вспоминая наше знакомство, и заупрямилась еще активнее, пытаясь затормозить пятками сапог.


– Они живые, ну относительно, да ладно, мы не будем никого возить, – он тащил меня, совсем не чувствуя моих попыток затормозить, потом все же остановился и повернулся ко мне.


– Тогда ладно, поехала, что за дело то? – успокоилась я, и дальше пошла сама, поправляя пуховик.


– Кошкину нужен свидетель, срочно, или злодей уйдет.


– А чего он сделал, злодей то? – я заинтересованно повернулась, и Вовчик чуть меня не снёс по инерции.


– Да там, наркотики и убийства, злодей, похоже из наших. Ты давай не останавливайся, – рассказывал он, хлопая себя по карманам в поиске ключей, которые сам держал в руках.


– А я зачем тогда? Оживи самого свежего и пусть рассказывает, – я спокойно взяла его руку подняла ее на уровне его глаз.


– О, спасибо! – увидел он ключи, и нажал на брелок сигнализации, закрывая свою машину, и сворачивая в сторону моей.


– Там много трупов, их по этому делу уже целый морг накопился, а нужен тот, кто действительно что-то знает, а не пешка. В последний раз бойня была, и с нашей и с их стороны потери.


– Ясно, посмотрим, может не наше дело, – понадеялась я, садясь в машину.


Кошкин Александр Васильевич, начальник убойного отдела, дара не имеет, но прекрасно знает, чем мы занимаемся, помогает ребятам из зачистки, и порой мы помогаем ему. Но чаще его называют дядька Черномор, под два метра, косая сажень в плечах, огромными ручищами и бородой с нитками седины, когда не ходит в форме, носит свитера связанные крупной вязкой с высоким воротом, которые мне напоминают кольчугу, что дополняет образ Черномора. Любит курить трубку, на манер Шерлока Холмса.


Среди наших, очень часто есть личности, считающие себя богом, и относятся крайне потребительски к тем, у кого дара нет. Многие создают целый культ, но они чаще всего не носят вреда, просто пополняют так свой энергетический запас, за счет обожания, эти личности, даже помогают и приносят пользу. Есть те, которые убивают и пользуются не знанием других, вот именно их мы и ловим с помощью дядьки Черномора.


Чаще мы встречаемся с ним в морге, для меня это очень не приятное место, не потому что я боюсь трупов. А потому что я чувствую то, что они пережили в момент смерти, и это невозможно блокировать, лишь научится абстрагироваться, убирая эти эмоции на задний план. Некоторым помогает курение, кто-то пользуется четками, у всех разные способы. Я перебираю цепочку с серебряной подвеской клевера с листиком из опала.


Кошкин встретил нас у дверей морга, привычно куря трубку, настроение у него явно не было, ни шутить, ни разговаривать, да и у меня тоже, мы кивнули друг другу головой в знак приветствия. Вовчик что-то говорил, перекинулся парой слов с остальными ребятами. А я слышала крики, чувствовала, как меня хватают холодные руки, миллион картинок, как сумасшедшие мелькали перед глазами, вспыхивая и тут же исчезая, чувства ужаса, страха, отчаяния, отваги, сожаления и печали. Мне казалось, что я выпала из реальности, в адову пропасть, а в лицо дул ветер холодный и опустошающий. Я выбежала за дверь, облокотилась рукой на шершавую и холодную стену.


– Лея? – встревожено окрикнул меня Вовчик.


– Все хорошо, сейчас, – мои силы выросли, и сейчас для меня это было, как управлять грузовиком после легковушки.


– Лея, может тебя не стоит, ты говорят, недавно болела, – сквозь пелену серого тумана нави и крика, я слышала некроманта.


– Все хорошо, сейчас, дай мне пять минут, – я глубоко вздохнула и прикрыла глаза, а знаете, почему выйдя из морга, мне стало лучше? А потому что, в фундамент подобных зданий, выбивают руны блокирующие, то, что есть внутри и сейчас я понимаю, насколько мудрые люди это придумали.


– Пошли, – я отважно открыла двери, на это раз было лучше, только в том, что я могла худо-бедно контролировать все это. Это был не простой городской морг, а даже исследовательский центр, здесь было много мест и много столов, которые сейчас были заполнены телами.


– Останься тут на пороге, – сказала я, некромант кивнул, Черномор подошел чуть позже, и что-то спросил у Вовчика, но я уже не слышала. Я слышала, шепот теней, плачь, я шла между столов с телами. Меня схватили за руку, сильные холодные пальцы, я резко обернулась, молодой парень, стоял рядом со своим телом, он что-то говорил. Я сосредоточилась, подошла ближе.


– Это не люди, это были не люди! – он кричал и шарил по карманам спецовки, видима в поиске сигарет.


– А кто?


– Это боги, я о таком в школе проходил, – он истерически хихикнул и взлохматил себе волосы.


– В Египте, знаешь которые на половину звери, на половину люди, с головой собаки.


– Может оборотни? – уточнила я.


– Нет, – он покачал головой, будто и сам прикидывал.


– Почему ты так решил?


– Не помню, подожди, – и он снова полез в карманы, – да, вспомнил! Они швырялись молниями! А что, после смерти и покурить нельзя?! Он раздосадовано сел на свое тело.


Я уже пошла дальше, он окрикнул меня.


– Скажи моим, – и замолчал на минуту, – скажи, а я ведь с отцом поссорился,– пробормотал он, и уже громче – передай им, что я их люблю и брату тоже. И еще у меня есть ячейка в банке, ключ и документы, в днище ящика, где лежит пистолет.


– Передам, – это всегда очень грустно все и больно, но за шесть лет я научилась не плакать. Молодой сильный парень, сидел у своего тела, конечно, я понимала, что так распорядилась вселенная, возможно, его жизнь спасла миллионы, но мы этого уже не узнаем. И конечно, я понимала, что это не конец, это новое его начало, но не в этой жизни и не с этими людьми, наверное, от этого было грустно.


Я снова уловила этот гадкий, и липкий след черного заклинания, такой же, как на стройке, и стремительно пошла к его источнику, уже не останавливаясь, я понимала, что здесь лежит много ребят Кошкина, хороших и молодых парней, я бы сказала большинство. Трудно было не заметить глубокие рваные раны на их телах, от когтей, у кого-то было вырвано горло. Как ни странно, у двух не из отряда тоже было вырвано горло. Но, тот, который был мне нужен, лежал с пулей в голове, от него как от раскаленного камня шел пар, только он был черным и мерзким, он однозначно что-то знал.


– Нашла? – тут же подошел Вовчик.


– Нашла Вов, только вряд ли это поможет, – он поводил руками над телом и чертыхнулся.


– Запечатан, что б их! Знакомо тебе? – я лишь кивнула, конечно, знакомо, это сделал тот же, кто заметал следы колдовства над пентаграммой.


– Ладно, пошли к Черномору, разочаруем его, о том, что этим делом занимается Лунёв.


Александр Васильевич, хмуро выслушал Вовчика, матюгнулся, стукнул кулаком по столу, так что подпрыгнули папки.


– Там мои ребята лежат! – рыкнул он и нервно соскочил.


– Мы знаем Александр Васильевич, один из них просил кое, что передать родным.


– Витька? Тот, у тела, которого ты стояла вначале, – я кивнула и передала послание. Кошкин снова сел и казалось, осунулся весь, даже борода стала какой-то бледной


– Спасибо Лея, я передам, – и достал из верхнего ящика бутылку с коньяком.


– Мы пойдем, ты держись. Найдем мы его, – попытался поддержать Черномора некромант, Вовчик еще потоптался на пороге.


– Да знаю я, Лунёв та еще зверюга, пока своего не добьются, не отпустит, – хохотнул он, и снова погрустнел, а мы вышли.


– Не знала, что Лунёв такая знаменитая персона, – хмыкнула я.


– В особых кругах, еще его дамы очень любят, и тебя зацепил? – заржал он.


– Ты смотри пешком пойдешь! – пригрозила я.


– Напугала, я и на такси могу, – фыркнул он, отставая.


– Удачи! В такую-то погоду! – мерзко улыбнулась я.


– Лея, я тебе не говорил, что ты сегодня отлично выглядишь, – он снова меня нагнал и даже предложил руку.


– Продолжай, – захохотала я, но руку приняла.


В канторе меня уже ждала Ив, сидела в общем зале и пила кофе.


– Ну как? – нетерпеливо спросила она, а потом присмотрелась и заметила.


– Бледная ты чего-то, – покачала головой подружка.


– Глухо, там тот же поработал, я сняла пуховик, пошли к нам в офис. Мы делили с ней одно помещение, там печатали отчеты, болтали, пили кофе и принимали заявителей, если такие приходили.


Я бросила пуховик на диванчик и включила рабочий ноутбук.


– И кого ты в этот раз соблазняла? – спросила я, увидев румяные ее щечки и хищный взгляд.


– Новенького Аристарха, ты бы его видела, – мурлыкнула она.


– Ты же говорила, что у нас все как на подбор, – заметила я, доставая из кармана телефон, положила его на стол. Уселась в кресло у окна, на улице все еще шел снег, заметая дороги, уже стемнело, и снег красиво кружился в свете фонарей.


– Надеюсь, никуда больше не придется ехать, – вздохнула я. Зима прекрасное время, но когда ты сидишь дома, у окошка и смотришь на все эту метель, попивая горячее, а не протаптываешь новые тропы среди заметенных дорог.


– Ты странная, что с тобой? – тут же, насторожилась Ив, опуская кружку на стол.


– Сила стала больше, тяжело ее контролировать, еще я заезжала к тете.


– Я знаю, – она откинулась обратно на спинку кресла, и внимательно смотрела на меня.


– Что? – я наклонила голову на бок, выдавая удивление и интерес.


– Твою семейную историю, знаю, – спокойно продолжила Иви.


– От куда? – мне казалось, что я ее допрашиваю, нехотя вытягивая информацию, говорит меньше чем знает, это факт.


– От Лунёва, не злись, я обещала, – все же сказала она.


– Что еще, он скрывает? Что за бред вообще? Вы работаете на меня! – передразнила я его и резко встала.


– Ты куда?


– О! Я вытрясу из него всю правду! – хлопнула я дверью.


Я была очень зла, и видимо решила, что всю свою злость, скопившуюся за сегодняшний день, вымещу именно на нем. Я промчалась со злобным лицом мимо бухгалтерии.


– Лея, привет!


– Привет! – рявкнула я, и пошла дальше, понимая, что рождаю кучу сплетен, так как они прекрасно видели, что я направляюсь в кабинет Лунёва. Да, фиг с ним! Как говорится: горит сарай, гори и хата!


Пролетела мимо секретаря Алены, напугав ее, и создала сквозняк, рывком открыв дверь в приемную. Бумаги с ее стола разлетелись в стороны.


– Лея! Стой!– она выбежала из-за стола, пытаясь перегородить дорогу к двери его кабинета


– Сатонина!– я резко остановилась, мне не пришлось заходить в кабинет, чтобы понять, что он пуст.


– Где он!? – крикнула я ей в лицо.


– Ты, что себе позволяешь?! – она еще что-то говорила, но я уже вышла, можно было и не спрашивать, я прекрасно знала, где он. Он был в спортивном зале на цокольном этаже.


– Лея! – меня догоняла Иви, стуча каблуками, по каменным лестницам, но я уже влетела в зал.


– Стой же! Неужели не чувствуешь!? Эмпат ты фигов! – я даже не обиделась, полностью с ней соглашаясь, я была зла и поэтому совершенно не почувствовала, что что-то не так здесь, безумие, злость, звериная ярость и тонкий шлейф заклинания, или зелья.


– Теперь чувствую! – Влас стоял на коленях, опустив голову, спиной к нам, и было хорошо видно, как одежда на его спине дымится, что-то было ни так в его фигуре.


– Иви, он обращается, – прошептала Ив.


– Что!? Как вообще!? – почему то возмутилась я.


– Назад, – подала очень мудрую мысль, подружка, я развернулась и помчалась к дверям.


– Поздно, Лея! – на ходу выкрикнула она.


Лишь на интуитивном уровне я смогла отскочить, и его когти прочертили глубокие борозды в бетоне, и тут же встала на ноги и снова, и снова уклоняясь. Он не был волком, ничего общего, те поджарые тощие в основном, он же был быстрым и огромным, казалось, что он слишком большой и неповоротливый, часть его тела покрылась шерстью, лицо удлинилось, огромные лапы с когтями. Это был не полный оборот, будто он боролся с собой, со зверем и с заклятьем. Я чудом избегала его когтей, какое-то время, Иви сдерживала его, и пыталась оттолкнуть с помощью телекинеза.


– Лея, я такой мощи еще не встречала. У меня не хватает сил, я не смогу его долго сдерживать! Взлети что ли!


– Я не могу, ты же знаешь! – я могла высоко прыгать с помощью левитации или прыгать с большой высоты, максимум взлетать на пару минут.


– Лея! – в ужасе крикнула она, а меня швырнули об стену, конечно, я сгруппировалась, и мне удалось, не ударится головой, но спиной я приложилась, такое ощущение, что все мои кости рассыпались, а органы превратились в кашу. Мне повезло, что он это сделал не во всю силу. Дышать я не могла, кажется, вечность и если бы не Иви, то он бы все же меня разорвал.


– Почему он нападает на меня!? Вы что с ним в сговоре! – прокричала, я раздраженно, снова уклоняясь от когтей.


У меня уже не хватало сил, двигаться, я упала, и он схватил меня за ногу, воткнув в нее когти и это было очень больно. Именно это заставило думать голову, я вспомнила, что подобные побочные эффекты бывают на зелье приворота, если чародей не знает истиной сущности объекта. Я была уверена, что кто-то купил у нее это зелье, и возможно она даже не знала, на кого его применят.


– Иви! Веди сюда, эту!!!!! Алену, быстрее! – я активировала защиту, и на какое-то время его остановило, но явно ненадолго, он рвал когтями нити защиты, словно они были из паутины.


– Влас! Борись с этим! Черт тебя возьми! Я еще хочу пожить! – я перекатилась в сторону, оставляя кровавые пятна на полу и снова выставляя защиту, эта была чуть покрепче и продержалась на несколько секунд дольше.


– Да, что я тебе сделала!? – тело слабело, из-за потери крови, я в последний раз ушла от удара, пытаясь потянуть время. Но он схватил меня за шею, мне кажется, я слышала хруст, и стало темно.

Снова темная комната, куча дверей, но в этот раз здесь все в полумраке и видно двери, и слышно, как кто-то борется за ними, рычит и кричит, даже слышится лязг мечей. Некоторые двери вздрагивают от ударов, но держатся. Я встала, и подошла к одной из дверей и протянула руку, и вдруг под ногами оказалась брусчатка, потом все заволокло туманом, и он начал оседать, заволакивая землю, оплетая крючковатые деревья словно щупальцами. Затем послышался шелест, и передо мной сидел огромный бурый медведь, прижимая меня лапой к каменному полу, наверно стоило бы испугаться, но я почему-то не испугалась. Только смотрела в желтые глаза медведю.


– Что ты тут делаешь ведьма? – раздался в голове рык, я продолжала молчать.


– Ключ? – сам себе не веря, заключил он, убирая лапу.


– Ну, раз так, держи, не зря же пришла, – и уже мужчина с длинными черными волосами вложил мне в ладонь кусок камня, который начал жечь, но я не смогла его выкинуть, он впитывался мне в кожу, я закричала, и уже на краях сознания услышала, как он сказал:


– Ведьмы всегда были любопытны, – и снова темнота.


Я лежала на чем-то твердом холодном, кто-то хныкал и хлюпал носом, а горло горело.


– Я же не зналаааа, что вы на меня нападаете! – хныкала Алена, глотая слезы.


– Молчи лучше! Чародейка хренова! – узнала я Иви.


– Она очнулась!


– Это вы за что ее так шеф? – хмыкнул Вовчик.


Я открыла глаза, и поняла, почему так жжет горло, это Вовчик меня лечит, хотя он же некромант!


– Я что зомби? – хрипло спросила я, вызвав еще больше веселья у некроманта и улыбку Иви.


– Давай, начинай мозгами шевелить. Я же еще и воскрешаю, если труп свеженький, – заржал он.


– Прекрати,– прорычал Влас.


– Чего опять? – Иви меня поняла и качнула головой.


– Похоже, у тебя девять жизней, как у кошки, – все веселился Вовчик, – попробуй сесть


Я села, огляделась Иви сидела рядом и курила, весь зал заволокло дымом и запахом табака, на грани сознание внутренняя брезгливая Лея, подумала, что вся провоняет и сморщила нос. Вовчик сидел, с другой стороны, бледный и с черными глазами без белков, он всегда так выглядит когда колдует. Платье было порвано, как и колготки. Чуть дальше, метрах в двух от нас сидела Алена с заплаканными глазами и растекшейся тушью. При этом она все равно хорошо выглядела, чародейка, как ни как, они обычно занимаются любовными чарами и зельями, но многие из них имеют и активный дар. Я бы не стала обманываться их ангельским видом, они в легко, могли испепелить человека одним лишь касанием. Поодаль от всех нас на полу лежал Лунёв, с обнаженным торсом, я прекрасно чувствовала, что он жив.


– Тогда уже меньше, – заметила я.


– Шикуешь, я смотрю! – хохотнул некромант.


– Петров, ты слишком жизнерадостный некромант, – вставая, заметил Влас.


– А ты вообще меня убил! Начальник херов! – я соскочила на ноги, и чуть снова не упала, меня поймал Вовчик.


– Отлежись сначала мстительница, – улыбнулся Влас, уходя из зала.


– ТЫЫ! – прорычала я, ему в спину.


– И это все из-за тебя! – тут же махнула я рукой в сторону Алены. Из моей руки вырвалась молния, и ударила рядом с ней, Иви от удивления выронила мундштук, а я уставилась на руку, будто она не моя.


– Ты, что со мной сделал, некромант!? – развернулась я, и уткнулась ему в грудь, поэтому пришлось поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза.


– Я?! Обалдела ведьма!– он отошел от меня, – Я тебя спас вообще-то! – и мне показалось, что я услышала голос того медведя.


– Ты, это был ты там? – как сумасшедшая спросила я. Хватая его за кофту.


– Где? – обалдел он, а с меня спало наваждение.


– Вов, это же сила темных, таких как ты, – заметила Ив, – может побочный эффект?


– Да не должно быть! – как-то неуверенно ответил он.


– Ты чуть меня не убила ненормальная! – отмерла Алена, и пошла на меня с кулаками, я резко развернулась и она остановилась в нескольких шагах от меня.


– Вов, ты уверен, что она не зомби? – уже спросила Алена


– Да вы, что обалдели все?! – заорал он.


– У нее глаза светятся.


– Что? – он меня развернул к себе.


– Не фига себе! Нет, она точно не зомби, у них не светятся глаза, – спокойно закончил Вовчик.


– И она не нежить, – заметила Иви, я зажмурилась и снова открыла глаза.


– А сейчас? – спросила я.


– Нет, не светятся, – почти хором ответили мне.


– Может галлюцинации, на фоне стресса, – глупо заметила я.


– Ага, массовая! Пошел я от вас, ничего доброго от ведьм не жди, это я знаю!


– Иви, что это? – отчаянно спросила я подругу.


– Я что-то слышала о подобном, только не помню где, – ответила Алена.


– Вспоминай! – хором рявкнули мы с Иви, от чего она вздрогнула.


– Я могу посмотреть в книгах, но вы меня за это простите? – сделала она грустные глазки.


– Ты даже не просила прощения, – сказала Иви, вставая.


– Извините, я не хотела, я не знала, что для него заказывали, он не просто оборотень, он древний.


– Простим, что значит древний? – вздохнула я.


– Если скажу, то воскрешать нужно будет уже меня. Я домой, завтра расскажу, если что-то найду.


– А у нас еще смена не закончилась, у тебя рваная одежда. И вообще ты как? – подала голос подруга.


– Нормально, у меня в шкафу есть запасная одежда, вот только сапог нет, – грустно закончила я, думая про себя, что так не напасёшься одежды.


– Как нога?


– Прошла, только дырки остались в сапоге, жалко, мои любимые, – буркнула я, разглядывая эти самые дырки.


– Пусть Лунёв тебе ущерб возмещает, – заметила Ив.


– Это хорошая идея! Завтра с ним поговорю, сегодня, я не хочу его видеть,– оживилась я.


– Только, пожалуйста, не так как сегодня, – обернулась она, поднимаясь по лестнице.


– Постараюсь, мне тоже не понравилось умирать, – шею немного давило и пощипывало.


Я переоделась у нас в кабинете, вновь надевая джинсы и кофту, на этот раз тонкую черную с круглым вырезом и длинными рукавами.


– В кои-то веки решила надеть платье, – бурчала я, натягивая сапоги, – у тебя есть расческа?


– Держи, – кинула Иви в меня, искомой вещью, и включила чайник.


– Как же я зла! – продолжала я, заплетая волосы в култышку.


– Заметно, – сказала Иви, убирая черные локоны за ухо, и насыпая кофе в кружки.


– За то у тебя теперь способности, – указала она на меня ложечкой.


– Думаешь, это благодаря тому, что я умерла? – уселась я за стол.


– А, что ты видела, на той стороне?


– Двери, потом медведя, он дал мне камень, и тот впитался в руку, – я посмотрела на ладонь, она была совершенно обычной, ровной и целой, как всегда.


– Это интересно, – она поставила чашку кофе мне на стол.


– Спасибо, ты что-то знаешь об этом?


– Не я, но я думаю. Нам кое-кто может помочь, – задумчиво сказала она, облизывая ложку.


– Надеюсь не Лунёв? Получилось, не грозно, так как я чувствовала, что к нам кто-то идет


– Нет, – она отставила чашку, и посмотрела на меня.


Дверь резко открылась, без стука, и к нам забежал тот самый новенький Аристарх


– Девчонки, у нас ЧП! – Мы подорвались с мест.


– Что случилось? – спросили хором, одеваясь на ходу, но ответил нам Влас.


– Нападение, сразу в двух концах города, судя по рассказам очевидцев оборотень, Аристарх, ты едешь в центр, бери ребят.


– И меня бери Аристарх, – мурлыкнула Иви, вгоняя парня в красну, но он очень быстро с собой справился, я улыбнулась провожая их взглядом.


– Ну, выходит я со второй группой, кто главный и куда, держим путь?


– Я, – улыбка спала с моего лица, – за город, в коттеджный поселок Полярная Звезда.


– Сегодня явно не мой день, – пробурчала я, сдерая с вешалки шарф и злобно наматывая его себе на шею.


– Олег, бери ребят и за мной! Быстро!

На улице все еще мело, мой джип превратился в сугроб, но ехать мне все равно не на нем, у Власа оказалось, была тойота тундра, она уже урчала мотором и моргала габаритами в ожидание хозяина. В этот раз я легко заскочила в джип, только успела закрыть дверь, как мы сорвались с места. Машина была то, что надо для такой погоды, ехали мы очень быстро, несмотря на практически нулевую видимость. И мне это нравилась, казалось, что мы летим вместе со снежинками. Мы ехали уже минут тридцать, по трассе среди леса. Я вздрогнула, мне показалось, что в метели летела волчья стая, как из моего сна, белые северные волки, про них рассказывают сказки, о том, что они устраивают волчью гонку в ночь Самайна. Я знала, что они и правда есть, но они не любят показываться, кто-то говорит, что они не умеют превращаться в людей, кто-то говорит, что они исчезли вовсе. И снова, сбоку тень, словно зверь, я вздрогнула.


– Что? – не выдержал Влас


– Стой! Остановись здесь! – он резко нажал на тормоза, а я выскочила из машины, холодный ветер со снегом ударил по лицу, но я сосредоточилась, я чувствовала его боль, и ярость зверя внутри и страх человека.


– Влас! Это оборотень, первое обращение, и там есть еще один, – я побежала, вперед утопая в снегу, но не останавливаясь. Он борется с обращением, потому что боится навредить, убить, ударить. Мы выбежали на поляну, Влас уже и сам слышал их, и поэтому умудрился меня опередить. Замысловато выругался и упал в снег, отключаясь.


– Какого черта ты делаешь?! Заорала я на второго парня, который стоял дальше, почти на другом конце поляны.


– Он бы его убил! Лев никому не причинит вреда, – закричал он.


– Чем ты в него швырнул, горе колдун? Да что я вам всем сделала? – отпрыгнула я, падая в снег, так как тот который оборотень кинулся на меня, успев задеть за рукав, и кажется поцарапать кожу. На этот раз за ногу меня укусили. Этот был волком, и он почти обернулся, голова уже была полностью волчья.


– Да, чем вам моя нога не угодила?!– взвыла я, ударяя волка по морде, второй ногой


тут очухался Влас. Схватил паренька за шкирку и встряхнул его как нашкодившего щенка, в этот момент полностью оборачиваясь в медведя, и зарычал, так что у меня заложило уши.


– Не трогайте его! – закричал второй, и побежал на них, я успела встать и перехватить его и повалить в снег, упав вместе с ним. Пареньку было лет пятнадцать, но силище не занимать, у меня получилось опутать его сетью, но парень был силен и быстро снимал с себя мое заклинание.


– Да успокойся ты! Не тронет его никто! И прекрати, пинать меня, по ноге! – взвыла я.


Именно в таком виде застали нас ребята из отряда, объяснений они не просили. Быстро сориентировались, сгребли парня в охапку, приняли из рук в руки второго, он был в бессознательном состояние. А я села, и смотрела, как моя кровь пачкает снег, Влас сбежал, подозреваю одеваться, так как при обороте вся одежда сгорает, кто-то из парней, подошел, перевязал ногу, по полевому, поверх рваной штанины, помог подняться и дойти до машины. Я облокотилась на черную дверь джипа. Метель стихла, и с неба уже падали редкие снежинки, казалось, что метель была специально, чтобы снежные волки могли защитить свое дитя.. Спустя пять минут, из леса вышел Влас, одетый, и обутый, но без верхней одежды.


– Что с оборотнем? – спросила я.


– Заклятье подчинения на нем, вот он ничего и не мог контролировать,– с ненавистью к неведомому заклинателю ответил он.


– Я не смогу его снять, но знаю, кто сможет,– на это он удивлённо приподнял бровь.


– Ты стоишь то с трудом, – хмыкнул Влас.


– Нормально, веди обоих парней.


– Один из них без сознания, – сказал он, но все же отдал приказ, чтобы их привели, принесли в машину.


– Мы поможем, если ты нас не убьешь, – сказала я пареньку, залезая в джип, но залезть не смогла.

Нога почти не гнулась, – чтоб вас всех! – вторая попытка была удачной, так как меня подняли и посадили в него без моего участия.


– Спасибо, – прошипела я.


– Как зовут тебя хоть, чернокнижник недоделанный?– да, я была злая и раздраженная, имею права!


– Кирилл, – буркнул он.


– Лея, – у меня зазвонил телефон, звонила Иви.


– Да! – рявкнула я раздраженно.


– Сделай громкую связь, – сказал Влас, таким тоном, что препираться не захотелось.


– Ив ты на громкой связи, – предупредила я.


– Отлично, у нас волчонок, молоденький, мы его обезвредили, но на нем…


– Подчинение,– закончили мы хором,


– Да, как? – удивилась Ив.


– У нас то же самое, – сказал Влас.


– Понятно, значит, встретимся у карги, – каргой ласково называла Иви свою наставницу, ласково, потому что она была сущая ведьма, и поддерживалась такой системы обучения, когда знания вбивают в голову, иногда в буквальном смысле слова и учатся на собственных ошибках, я получала пару занятий от нее, не забываемо, но за то действенно. Поэтому карга было самое ласковое, что приходило в голову при ее упоминании.


– Хорошо, – улыбнулась я, – поворачивай здесь, – это уже Власу.


Парнишка притих, он боялся, но не за себя, а за брата. Мы приехали к пятиэтажке, здесь подъезды были освещены, что вообще нам на руку не было.


– Третий этаж, вот тот подъезд, – я махнула рукой, вываливаясь из джипа, и подумала, что нормально я из него еще не выходила. Сразу за нами приехала Ив с Аристархом.


– О, у вас двое? – удивилась она,


– Что у тебя с ногой?


– Лучше не спрашивай! Веди их к месту, я медлительна сегодня, – скрипнула я зубами.


Все уже поднялись на третий этаж, а я только подошла к лестнице ведущий на первый. Аглая Романовна их, уже ждала с открытыми дверями, ей можно было не звонить, она знала все действия наперед, эта старая ведьма разменяла девятый десяток, она самая сильная из всех кого я встречала, наверно только благодаря этой силе, она еще очень бодренько бегала и не теряла физических сил, откуда я знаю? О, она очень ощутимо била нас с Иви тростью по лопаткам, мне вообще, кажется, она ей была нужна исключительно для антуража и средства избиения, а не для помощи в передвижение. Но, а вообще одаренные живут значительно дольше простых людей, но, то как они выглядят, молодыми или старыми последние десятки лет, зависит от их силы.


Все уже скрылись в квартире, а я только забралась на середину между первым и вторым этажом, при этом вся взмокла, толи от боли толи от усталости. Наклонилась на перила и положила на них голову, там и без меня справятся, усталость накатила нечеловеческая, я даже не почувствовала, как подошел Влас, только тогда, когда он взял меня на руки.


– Сказали тебя принести, ты им нужна.


– Неси, – вообще ни разу не была против я.


Аглая ничуть не изменилась. Она выглядела максимум на пятьдесят, худая, с седыми убранными волосами, и длинными ногтями загибающиеся как когти.


– Здравствуй Лея, – искривила она губы в ехидной улыбке, несколько часов назад, мне бы стало стыдно, что парень внес меня на руках при ней, что за моветон. Но сейчас раздражение и боль брали верх, и мне было все равно.


– Здравствуй Аглая!


– Неси ее сюда, в кресло, – махнула она тростью в сторону большого зала.


– Даже не знаю, возмутится, или не стоит, – буркнул он.


– Не стоит, уверяю тебя, – ответили мы с Иви.


Меня посадили в кресло, в углу, по центру на полу лежали парни, вокруг горели свечи, Кирилл стоял рядом с моим креслом, Аристарх и Влас, рядом с выходом.


– Пора и этому научится, вставайте рядом, – Иви подошла к ней, я встала с помощью Кирилла, сняла разорванный пуховик и хромая подошла к Аглае. Ивину шубу держал Аристарх, я улыбнулась ей, а она задрала нос, вроде как да, он уже мой.


– А, ну, прекратили! – одернула нас карга.


– Только не ори, давай уже учи, – огрызнулась я.


– И трость, может ребятам, отдашь, – поморщилась Ив, а Аглая расхохоталась.


– А вы ребята идите на кухню, там подождите, а ты сиди уж чернокнижник, – отдала она распоряжения.


Она начала показывать как распутывать заклинание, кажется, прошла целая вечность, но мы научились, у меня вышло хуже всех, всех лучше вышло у Кирилла, на что Аглая как бы удивляясь, сказала:


– Смотри-ка и правда чернокнижник, – а я похромала и села в кресло, Лев и второй парнишка быстро пришли в себя, сначала, соскочили не понимая где находятся, но получили металлическим набалдашником трости, от старой ведьмы, на шум примчались Аристарх и Влас. Остальную работу делала Иви, а я засыпала, мне виделись морды снежных волков, один из них укусил меня за ладонь, я вздрогнула, проснулась, и тут же снова засыпала, проваливаясь в черную пропасть. Окончательно очнулась от того, что мне зажгло адски ногу, я зашипела и попыталась ударить, как оказалось Аглаю, но меня крепко держал Влас.


– Тихо ты, потерпи, надо обработать рану, – она уже забинтовывала мне ногу, но жжение все еще было, хотя и стихало.


– Нести тебе придется невесту, снова, – съехидничала она, убирая мази обратно в аптечку.


– Он мой начальник, – рыкнула я.


– Одно другому не мешает, – засмеялась старая ведьма, очень бодренько удаляясь из комнаты.


– Сегодня, похоже, я твой транспорт, – улыбнулся он, разглядывая мой сапог, – боюсь эту обувь уже не спасти.


– У меня вопрос, чем вам не угодила моя левая нога?


– Неужели, я не заслужил прощения, я тебя всю ночь на руках таскаю? – встал он надо мной.


– Ты меня убил! – возмутилась я, вкинув голову


– Убил и оживил! – парировал он.


– Это же не ты, а Вовчик, – на что он лишь фыркнул.


– Надевай куртку, – он взял куртку в руки, а от нее полетел пух, из разорванного рукава.


– Ну, то, что от нее осталось, – сказал он, разглядывая секунду, как кружится пух и падает на паркет.


– Я за этот вечер столько одежды испортила, ты мне премию должен! – бурчала я, надевая пуховик.


Меня снова взяли на руки, вес мой он явно не ощущал, а я поняла, что мне очень даже приятно, даже не смотря на то, как ухмылялась Аглая, закрывая за нами дверь.


– А где Ив и ребята?


– Уехали, в контору, разбираться с парнишками.


– На службу возьмешь?


– Почему бы и нет, только сначала пусть подучится, – он ногой открыл дверь.


Меня осторожно посадили в машину, и даже пристегнули ремнем. Пух из куртки разлетелся по машине, долго ему ее чистить придется, мелочь, а приятно, – мстительно думала я. Мы выехали из двора, улицы начали оживать прохожими, снег перестал идти, но небо все еще было в серых тучах. За окном мелькали фонари, я клевала носом, но старалась держаться, пытаясь не уснуть, как назло, Влас ехал медленно, или мне казалось, но я все же уснула. Проснулась, когда мы уже подъезжали к моему дому


– Эй, мне надо было в офис, у меня там машина! – возмутилась я.


– И как бы ты ее повела? – я возмущенно промолчала, потому что действительно, никак.


Меня снова несли на руках, опустил у дверей, чтобы я их открыла. Я начала снимать пуховик.


– Не рановато? – поинтересовался он.


– В самый раз,– я бросила его рядом с дверью.


– Замучаю потом от пуха все чистить, – все же ответила я.


– Хорошо, что у меня в машине, салон кожаный, там пуха, будто куры дрались, – хохотнул он, проходя в дом.


– Спасибо за доставку, можешь ехать домой.


– Могу, но не поеду.


– Обнаглел?


– Да, – нагло заявил он.


Сил спорить не было, тем более, он снова отнес меня в гостиную и снял второй сапог, затем отнес в спальню на второй этаж.


– Я же тебя убил, надо искупать вину.


– Теперь ты мой раб! – Обрадовалась я.


– Такого девушки мне еще не предлагали, – захохотал он.


– Я утверждаю! И вообще иди отсюда, я буду спать, ты знаешь, где гостевая спальня.


– Может помочь раздеться? – улыбаясь, спросил он уже в дверях за, что я швырнула в него стакан, который стоял на тумбочке, но он его поймал и спокойно ушел, довольный собой.


Не смотря, на жуткую усталость, сон не шел, похоже потерялся где-то по дороге, но за то пришли мысли. Надоедливыми жужжащими мухами, вначале я просто лежала, пытаясь не прислушиваться, все же надеясь уснуть.


Почему утром моя нога зажила быстро? И после воскрешения все зажило? Хотя это может быть связано, с тем, что меня подлечил Вовчик. Кряхтя легла на бок, устраивая ногу. А сейчас будто, еще и медленнее обычного заживает, и откуда это сила? Причем явно темного происхождения, откуда она? Может этот и есть дар сумрачного медведя? Возможно, вполне, но возможно это моя сила, и она была блокирована, а возможно и нет. Я снова повернулась, забыв о ноге, зашипела и легла на спину, кровать протестующе скрипнула. И вообще, я разленилась последние годы, и позабыла даже то, что знала, не говоря о тот, что и нового узнать не пыталась, стыдно конечно, но слов из песни как говорится, не выкинешь. Давай Лея вспоминай! От того, что я ворочалась, волосы запутались и стянулись в узел, я достала их из-под себя и раскидала по подушке. Начнем по порядку, и будем принимать за факты, даже то, что вроде не существенно и возможно плод моего воображения. Первое, что приходит в голову – это снежные волки, что я о них знаю? Хм, есть поверье, что северные волки – это духи хранители, оборотней, их еще называют проклятыми луной. Но почему так считается и при каких условиях они появляются не известно. Возможно, их как-то вызвал Кирилл, пытаясь защитить брата, ведь там я чувствовала отголоски какого-то заклинания, но в жизни бы не распознала, потому что оно рассеялось. Точно! Я резко села, и конечно же, скривилась от боли. Почему он его скрыл, или это не он, а сами хранители? В окошко светила убывающая луна, игриво выглядывая из-за серых как волчий мех облаков. Подтянула к себе здоровую ногу и задумалась. И ведь еще мне не дает покоя, что-то в морге, что-то меня там зацепило, нет, не вспомню. Надо позвонить Вовчику, что б там ничего до завтрашнего утра не трогали, надо прийти еще раз. Я потянулась за телефоном, который стоял на тумбочке рядом с кроватью, что-то блеснуло у меня на запястье, я не обратила внимание подумала, что это браслет. И когда уже стала набирать номер, меня осенило, что все браслеты я ношу на левой руке, бросила телефон на кровать и загнула рукава кофты. В свете луны было видно два круга на моем запястье, словно призрачная тату, край был замыт, словно состоял из дыма, только дым был направлен внутрь круга, а на второй руке наружу и внутри него было еще два, то есть три круга на одной руке и один на другой. Я даже потерла запястья, и от рисунков стало холодно, точно навка, она схватила меня за руки, но что это значит и почему я не видела их раньше. Я все же встала с кровати и поковыляла в душ, раз не сплю. Долго стояла под струей воды, стараясь не намочить ногу, но куда уж там, бинт промок насквозь. Вышла надела халат и пошла в низ, на кухню, там была аптечка, да и поела бы я, чего греха таить. Взяла пластиковую коробку и села на диван, бинт разрезала, и оказалось, что ран уже нет, только белые полоски шрамов, но она все еще была опухшей, даже провела по ноге, укус пришелся в середину голени, и отметины были с двух сторон. Не зажило, потому что он повредил мне кость, и она заживает медленнее. Ну, раз дар у меня такой, хотя если учесть, что папа у меня был оборотнем, видимо это от него наследство.


– Спасибо папа, где бы ты ни был.


Наелась бутербродов с чаем и снова ушла в спальню. Легла, но сон так и не шел, снова взяла телефон и набрала, некроманта.


– Лея, ты что озверела? Время знаешь сколько?


– Нет, – честно ответила я.


– Четыре часа утра!


– Угу, я по делу, – на заднем плане я слышала недовольный женский голос.


– Подожди, я выйду, ну чего?


– Мне надо в морг к Кошкиным ребятам, срочно.


– Понял, сейчас наберу Черномора.


– По сотовому потом набери меня, – крикнула я.


– Понял, – сказал он, и положил трубку.

А я встала и начала одеваться, черные джинсы с высокой талией, вязаный широкий свитер, удлиненный сзади, бежевого цвета. Достала дубленку, свободного покроя с капюшоном и косым запахам на молнии, светло коричневого цвета, надела не застегивая. Достала коричневые ботинки на толстой подошве со шнуровкой, так как нога все же была отекшей.


Спустилась в низ, открыла дверь и выругалась, вместо моего красного вранглера, там стоял огромный пикап Власа.


– Куда собралась? – очень недобро спросили за спиной.


– На работу, – развернулась я и посмотрела на злого Лунёва.


– Очень интересно, не припомню, чтоб я на счет этого распоряжался, – сказал он, но все же включил автозапуск, и начал надевать ботинки.


– До морга подбросишь, – совсем обнаглела я.


– Поделится, не хочешь?


– Не чем пока делится, надо посмотреть, – пожала я плечами.


– Пошли, кому звонишь? Петрову? Дайка мне трубку, – и не особо церемонясь забрал телефон.


– Я ее перехватил, будем через минут тридцать, – сказал он уже некроманту.


– Он, что тебе уже доложил?! Ну, некромант! – возмутилась я, забирая телефон.


– Это его обязанность, – холодно отрезал он, и даже открыл мне дверь.


Ехали мы молча, на этот раз он ехал быстро, а я говорить не хотела. Было мерзкое чувство, что от меня что-то скрывают, и не только Влас, но и даже Ив.


Морг был практически безлюден, в нем находился только дежурный, от него шел сивушный дух, но ничего более не выдавала в нем принятия на грудь горячительного. Отдал ключи от самого морга Власу и сказал, чтоб занесли, потом в тринадцатый кабинет и удалился в левое крыло первого этажа. А мы спустились в морг, ночью всегда было легче и в то же время сложнее, легче в том, что грань между мирами становилась тоньше, а сложность была в том, чтобы не переступить эту грань. На каменные ступени падал слабый свет от желтых ламп, горевших в коридоре, горели, конечно, не все, то ли из-за экономии, то ли из-за лени заменить сгоревшие. В самом морге тоже света особо не было, только над столами где лежали тела, я снова пошла по рядам между ними, у каждого тела виднелся бледный призрак души. Не было этого только у двух тел. Того самого злодея, что был опутан черным заклинанием не дающим более призвать его душу, и тем более расспросить. И еще у одного, на которого я не обратила внимания днем, сразу потянувшись следу черного колдовства. Я подошла ближе и убрала простыню с лица покойного, молодой парень на вид лет тридцать с хвостиком, с выбритыми по бокам волосами и длиной бородой, от шеи и вниз по руке шла тату, в виде веток деревья, мне они напомнили навь, но выглядело красиво. Что самое странное, на нем не было ни одного повреждения, я сорвала простыню, ни одного, будто он просто спит. Из него вынули душу и все, но зачем? И тут мой взгляд упал на его запястье, призрачная тату круга с дымчатой границей, дым был направлен внутрь круга, такая же у меня была на левой руке, я обошла его с другой стороны, но вторая рука была чистая.


– Лея, что там? – ко мне подошел некромант


– Смотри, я показала, ему свою руки и приблизила к руке покойного, чтоб он видел обе тату.


– На что?


– Ну, вот же!


– Лея, я вижу запястье, что я должен увидеть? – я удивленно поморгала, затем снова посмотрела на руку, рисунки были на месте.


– Ты издеваешься? Рисунок, круг у нас они одинаковые.


– Я тоже ничего не вижу, – подошел Влас.


– Ничего не понимаю, – прошептала я.


– Может это связано со способностями, что ты видишь, – попытался разобраться Влас.


– Круг, с дымчатым размытым очертанием, словно дым направленный наружу.


– Лея, это символ стража, он был стражем, – сказал Влас.


– Покажи левую руку, – я загнула рукав на его руке, и увидела такой же символ


– Это ты тоже не видишь? – дернула я его за руку.


– Нет, – я раздраженно взяла руку Вовчика, даже не задумываясь


– Ты тоже страж?!


– Как ты? – выдернул он свою руку и начал разглядывать свое запястье.


– Пошли от сюда, – подал мысль Лунев.


– Если это связано с моим даром, то тогда Ив тоже должна их видеть, – почему то обрадовалась я.


– Завтра проверим, – согласился он.


– Уже сегодня, – сказал Вовчик, глядя на часы.


Вовчик не был похож на некроманта, вернее на тех, что описывают в книгах. Тяги к черному цвету, он не имел, а имел русые волосы сильное мускулистое тело, любил девушек и пользовался у них успехом. Всегда носил часы, два браслета на другой руке и амулеты на шее, которые ему очень шли, но все это были не украшения, а средства защиты. Ездил на гелиендвагене, был из очень обеспеченной семьи, что тоже придавала ему привлекательности, со стороны дев. Мне он тоже вначале нравился, но после ночи на кладбище проведенную за откапыванием трупа, и последующем его оживлением, и предложением мне повезти его и труп в моей машине, я стала относится к нему, скорее как брату, нежели к парню. Кстати, после длинного, и крайне нецензурного моего монолога в его сторону, труп бежал рядом, хоть и пришлось ехать тридцать км в час. С Иви у них был роман, который закончился крайне спокойно и без драм, чему я была несказанно рада. Именно он нас с ней и познакомил.


– Вов ты сейчас куда?


– В кантору, сегодня, я днем дежурю, – он достал ключи из куртки, – а что?


– Меня подбросишь, у меня тоже сегодня смена.


– А чем Влас не угодил? – увидив злось на моем лице, добавил.


– Все прошла любовь, – заржал он, – ладно-ладно подброшу, – посмотрел поверх меня на Власа, я развернулась, но Влас уже открывал дверь.


– А у меня выходной, – сказал он, закрывая ее, на что Вовчик как то странно хмыкнул.


Стоило мне только сесть, как сразу спросил.


– Он у тебя ночевал?


– Да, он крайне наглый парень, недовольно сказала я, на что он повернулся ко мне лицом, несколько секунд пристально смотрел в глаза.


– Ты чего это?


– Ничего, – он улыбнулся, будто и не было ничего.


– Не советую с ним связываться,– все же сказал он.


– Во первых, поясни, а во вторых я совета не просила, – он не ответил, а резко сорвался с места и захохотал, и я поняла, что не ответит. И все эти недомолвки раздражали меня все сильнее.


– Не кипятись, не мое это дело, если Лунев узнает, что я сказал тебе, оторвет голову, и я не шучу.


– Миленько, – засопела недовольно я.


Утреннее солнце застало меня, спящей на диване в офисе, а разбудила Ив.


– И чего тебе дома не спится? – от нее пахло морозом и духами терпкими со специями и грейпфрутом, не многим идет такой запах.


– Сама чем ночью занималась? Спала? – ехидно поинтересовалась я, потягиваясь, разминая мышцы.


– Ты знаешь, что крайне ехидная с утра? – села она на рабочие кресло и прищурила на меня глаза.


– Конечно, кнопочку на чайничке нажми, – кивнула я, надевая ботинки обратно.


– Лунев у тебя ночевал?


– Да, и этот вопрос уже надоел. Чего ты на меня так смотришь? – раздраженно фыркнула я.


– Ничего, – хмыкнула она.


Я посмотрела на часы, уже было два часа дня, спала я всего два часа. Остальное же время искала информацию по кругам, стражам и ключам в архивных документах, информация была крайне скудная. Но я смогла кое, что понять, например тату на руках или как их называют метка круга, у стражей она одна, у ключей две, и только ключи могут видеть эту метку. Но и то не все, только те, кто пересекали грань хоть раз, это связано с тем, что именно ключ закрывает двери, но закрыть их можно только со стороны грани, а эти метки как-то связывают нас всех и помогают вернуться. И сама странная информация, что я нашла, это то, что невозможно остановить процесс открытия кругов, их в любом случае нужно открыть все, и каждый из них надо закрывать с той стороны. Поэтому выходит, что этот человек не действует в одиночку, ему помогает ключ. Единственная книга, что я нашла с нужной мне информацией, была переводом с какого-то мертвого языка, и очень плохо переведена. Но хоть что-то, поэтому мой стол был завален бумагами с заметками, кружка стояла на полу у дивана. Я встала и взяла кружку, чтоб помыть и налить кофе.


– Лей, ты стала еще более странной, чем обычно.


– Все относительно Ив, – улыбнулась я, отпивая кофе, опираясь на подоконник, небо снова затягивало снежными тучами.


– Не хочешь, поделится? – на это я лишь перевела взгляд на дверь, я стояла напротив и у окна.


– Кто? – подняла бровь Иви.


– Алена, видимо идет искупать вину, – хмыкнула я, Иви развернулась вместе с креслом, в сторону двери.


– Привет, я нашла, – зашла Алена, без стука, держа в руках какие-то тетради в кожаном переплете, на, что я заинтересованно приосанилась, и сделала глоток из кружки.


– Ну, заходи, коли пришла, – сделала приглашающий жесть Ив. Алена прошла, и села за мой стол.


– Откуда это? Ты знаешь? – она подняла листок изрисованный мной, на нем были нарисованы рисунки с моих запястий, на ее руке был символ стража.


– Загуглила, – ответила я, не вдаваясь в подробности, почему-то мне не хотелось делится с ними никакой информацией, я жалела о том, что рассказала Власу и Вове. Похоже, у меня начиналась паранойя. Но как говорится, если у вас паранойя, это еще не значит, что за вами никто не следит. Я поставила кружку на подоконник и села на диван.


– Ну, давай рассказывай.


– Ты очень бледная Лея, – заметила она, уже раздражающим меня оповещением, я скрипнула зубами, а она продолжила.


– Эти записи передаются у нас в семье из поколения в поколение .


– Давай к сути, – оборвала я, Ив странно смотрела на меня, потом встала и взяла телефон из сумки и села назад.


– Это дар нави, то что ты получила, побывав на той стороне. Его может принять лишь тот, кто был за гранью не раз, это темная сила, она мешает найти тебя магией, теперь ты недоступна для поиска. Лея, ты ключ, ты можешь закрыть дверь.


– Это я знаю, и то что ты страж.


– Уже видишь значит, – улыбнулась она.


– Вижу, – кивнула.


– Смотри, – она села рядом, разложив тетрадь у себя на коленях,– вот призыв, сила, снятие печатей, открытие.


– Ну это я знаю, круги.


– Нет, – она перебила меня, – видишь символ, он обозначает смерть, и знак единения сторон темной и светлой.


– И что это значит?


– Я пока не разобралась,– я на это кивнула.


– Спасибо, – улыбнулась я.


– Лея, навь тебя меняет, – она наклонилась ко мне ближе, и сказала это так, чтоб Ив не услышала.


– Это плохо? – так же тихо, спросила я.


– Нет, это естественно, я предупреждаю, чтобы ты не пугалась и не сопротивлялась этому. – И уже громче, – ладно, я пошла, у меня смена закончилась.


– Лея, ты правда очень бледная и кажется даже похудела вся, может больничный возьмешь, – Иви села рядом.


– Ты права, надо отдохнуть, и подлечится, пойду, напишу заявление, пока Алена еще здесь. Извини, что бросаю, – улыбнулась я.


– Не говори чепухи, у тебя даже губы белые, может, я тебя отвезу?


– Нет, не надо, я в порядке, – улыбнулась я.


На самом деле, мне было все хуже, сознание путалось, казалось, что я проваливаюсь в навь. Куча видений, череда душ, они смотрели на меня из-за теней, безмолвно, они пришли не ко мне, к родным, близким. Я шла по улице на парковку, под ногами расползалась снежная каша, в рыхлых колеях, стояла черная вода, я остановилась, закрыла глаза, открыла, нет просто колеи, никакой воды. Села в машину, надо сосредоточиться, и доехать до дома. Алена права я меняюсь, но спасибо ей, что предупредила. Я включила магнитолу, и сделала погромче, только так мне удалось доехать до дома. Как зашла не помню, я так и упала в коридоре, провалившись в темноту. И снова комната с дверями, на этот раз здесь совсем светло, я выбрала другую дверь. Здесь был осенний лес, яркий как лоскутное одеяло, под ногами была трава, она еще не вся пожухла, пахло лесом и ветром. Удивительно, я думала, что навь крайне мрачное место.


– Ты смотри, кто пришел, – на поляне сидела женщина, длинные серые волосы, смуглая кожа, черные глаза, она курила трубку, – садись, – похлопала она рукой рядом с собой.


Я подошла и села, если это мое безумие, почему бы, не насладится им.


– Ты быстро меняешься, не зря я тебя выбрала, – сказала женщина.


– Для чего? Лениво спросила я, больше из вежливости, мне было как-то спокойно и хорошо.


– Ты знаешь, – она улыбнулась и затянула трубку.


– Это ты та навка, что сняла с меня проклятие? – всплыло откуда-то из глубины памяти.


– Да, и я к приходила к тебе позже, – она указала трубкой на запястье.


– Ты выглядела иначе, – сказала я, а она рассмеялась.


– Это связано со зрением, пока навь не приживется в тебе, ты видишь лишь то, что снаружи.


– Почему? – я легла и закинула руки за голову.


– Разница миров, если коротко, – она сидела облокотившись на свои колени и курила трубку, пуская дымок, как кофейная чашка.


– Я умерла? – задала я ожидаемый вопрос.


– Нет, но ты должна умереть в четвертый раз.


– Интересно, – я продолжала равнодушно смотреть на небо.


– Очень, – улыбнулась она, – чтобы закрыть дверь и не выпустить все темное, что здесь сдерживается, нужно быть частью этого мира. Ты должна умереть четыре раза, пройдя этапы всех кругов.


– Не понятно, зачем все это? – я снова села и посмотрела на нее.


– Знаешь, все что, кажется темным, не всегда таким является. Например: ты можешь умереть девять раз и возродиться.


– Как кошка, – хихикнула я.


– Это миф, но ноги его растут отсюда, – она улыбнулась и продолжила.


– А, все звери и демоны, что рвутся наружу, это охранники нави, цепные псы они защищают этот мир. Знаешь сколько сокровищ здесь скрыто, сколько знаний, что стали опасны для вашего мира и даже людей, вернее магов и прочих неприятных личностей.


– Вот, что происходит, когда чужак открывает калитку? – она посмотрела на меня и пустила облако дыма.


– Цепные псы рвутся наружу и грызут чужака, – хмыкнула я.


– Верно, чтобы ты перестала быть чужаком ты должна быть частью нави. Только тогда ты сможешь зайти и закрыть дверь без опасности быть разорванной или выпустить псов, – она посмотрела, на небо, оно начало темнеть, – тебе пора, еще увидимся, и забери вещи из тайника.


Я оказалась снова в комнате, огляделась и увидела какое-то движение, комнату заволокло туманом. Но я чувствовала, куда надо идти, сделала несколько шагов и присела, начала шарить руками по полу, нашла кольцо от люка и потянула в верх, запястья заледенели, а символы начались, светится, но я все же открыла его.


– Наконец-то, меня там уже хоронят, помоги.


– Внизу стоял тот самый парень из морга, страж, – я протянула ему руку, он схватился, и боль в запястье стала совсем не выносимой, я закричала и очнулась на полу в прихожей. Все тело затекло, я поднялась, как старуха, кряхтя и держась за поясницу, в такой незамысловатой позе я дошла до кухни. Судя по всему, я пролежала там, остаток дня и ночь, и часть этого дня. Часы на микроволновке показывали тринадцать часов двадцать минут. Села, наклонилась на спинку дивана, выпрямляясь, и вытянула ноги, благодать то какая. Мышцы расслаблялись и выпрямлялись, вызывая невольную улыбку. Посидела так несколько минут, потом все же сняла обувь и верхнюю одежду. Несмотря на явно не удобную позу для сна, я чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. На барной стойке лежал ноутбук, я открыла крышку, зашла на почту, двенадцать сообщений, ого! От кого?


– Лея, ты в порядке? – от Ив.


– Что за заявление на пять выходных! Почему не берешь телефон?! – от Лунёва.


– Какого черта Сатонина! – от него же.


– Лунёв рвет и мечет, что у тебя с ним? – снова Ив.


– Да самой интересно, – пробурчала я, несколько сообщений о том, что мне активно писали в социальных сетях, и снова Влас.


– Если ты не возьмешь трубку, я приеду! Что творится у тебя там!?


– Лея детка, у нас пропал труп того парня! У тебя не отвечают телефоны, ты как? – от Вовы.


– В морге пропал труп, Лунёв с ребятами уехал на место, когда приедет, постараюсь задержать, но он требует тебя, – это Алена.


– Труп нашелся, Лея он жив! Он блин живее всех живых! Я такого еще не встречал, объявись уже, я начинаю переживать за тебя, – Вова.


– Лея, у них ожил парень из морга, которого ты осматривала. Парень молчит и не отвечает на вопросы Лунёва, требует рыжую ведьму, для разговора. Кошкин на радостях ожившего бойца, разругался с Луневым, так как тот требует, его к нам в отдел для прояснения ситуации, – это Ив.


– Влас под рыжей подозревает тебя, если Ты не поняла, – снова Иви.


– Лея я переживаю, объявись, – она же.


И в таком роде еще несколько сообщений, Лунёв больше не писал, от чего-то, на душе было радостно и хорошо, и светло. Особенно, почему то, от того, что Влас бесится, я ухмыльнулась сообщениям. Пошла искать телефон, в дубленке его не было, и в коридоре тоже, я вышла на улицу села за руль, загнала машину в гараж, и поискала телефон в салоне. Нашелся он под сидением, наверно выпал из кармана, конечно, он был разряжен. Закрыла калитку и ворота, поставила сигнализацию на забор, сделав вид, что дома меня нет, лампочка сигнализации надо входной дверью тоже мигала, сообщая, что все работает. Сигнализацию мне ставило частное охранное агентство, а собственник и начальник был на тот момент мне очень близко знаком, именно это и повлияло на его выбор. Бывший спецназовец Артем Смолкин, не стал страдать посттравматическим синдромом после того, как побывал во всех горячих точках, а занялся делом и открыл охранную контору, которую очень быстро раскрутил, начал выпускать и сигнализации для военных машин, а теперь и объектов, но только тех которыми занимается наша братия, Артем был ведьмаком. Мы встречались с ним два года, и как-то плавно расстались, ему стало не до встреч, бизнес рос, а я занималась своей работой и отказываться от нее не хотела. В последней нашей встрече, мы лежали на ковре в гостиной, и он предложил сделать такой вот обманный маневр, регламентирую это тем, что вот надо будет мне спрятаться, и ты можешь сделать это под носом у всех, ведь даже диспетчер скажет, что стоит сигнализации, значит, дома быть никого не может. Сам и сделал, за что я ему очень благодарна.


А сделала я сейчас все это для того, чтобы побыть одной и подумать, не было больше доверия ни к Ив, ни к Власу, я знала, что они что-то скрывают. Алене я не доверяла, так как не знала ее, хотя мне казалось, что только она искренне помогает, Вовчик же был, как-то завязал с Власом. Я набрала номер, несколько гудков и знакомый голос с легкой хрипотцой ответил.


– Слушаю, – так по-военному, улыбнулась я, свой мысли.


– Тёма, привет, это Лея.


– Лея, я рад тебе, ты соскучилась? – хмыкнул он в телефон, прекрасно понимая, что это не та причина, по которой я звоню.


– Конечно, но я не для этого звоню,– улыбнулась я.


– Надо полагать, кстати, у меня все еще записан твой телефон, – на заднем плане нарастали чьи-то голоса, – я сейчас перезвоню через минуту, подождешь?


– Да.


Поднялась наверх, начала собирать сумку, я решила ехать в дом прабабушки одна, и сейчас. Может те вещи, что хранятся там, помогут прояснить ситуацию и смогут объяснить поведение Ив и Вовчика, если нет, то явно что-то они мне расскажут. Зазвонил телефон, звонил Тёма.


– Да.


– Ну давай рассказывай, – сказал он.


– Ты наверное знаешь, больше моего, – хмыкнула я.


– Но если коротко, мне нужно прикрытие на два дня и встретиться с тобой после, – уже серьезнее сказала.


– Последнее очень заманчиво звучит, – протянул он, – ты знаешь, где я, когда прислать самолет?


– Завтра ночью сможешь? – я должна была успеть, съездить забрать вещи из тайника к этому времени, ехать до дома не так уж далеко.


– Да, в два часа устроит?


– Устроит, и Тём тебе известен Лунёв Влас Константинович, – спросила я, наобум, после нескольких секунд тишины, он ответил.


– Да. Лея, тебя от него надо прятать? – напрягся он.


– В том числе, а что будут проблемы?


– Нет, но надо будет прятать лучше, я потом все объясню.


– Хорошо, тогда до завтра.


– До завтра малыш, – сказал он и положил трубку.


А я подумала, что мне очень на руку, что меня не возможно найти магией, закинула сумки в джип, опутала его заклинанием невидимости, под таким заклинанием предмет не исчезал, на него просто не обращали внимание, и если я правильно вплела дополнительные руны, то, и для одаренных, я становилась невзрачным предметом.


– Привет Ив, – на этот раз я позвонила ей.


– Лея, как ты? Ты где?


– Все хорошо Иви, я у Артема, – между прочим, заметила я.


– Хм, соскучилась? – спросила она, а в голосе слышалась улыбка.


– Почему бы и нет.


– Понятно, тебе это было нужно, ладно отдыхай.


– Спасибо Иви, с меня подарок.


– Лучше вместо него подробности, – захохотала она.


– Ты же меня знаешь, – заметила я.


– Ну хорошо, подарок дек подарок, – согласилась она.


Я тут же набрала Вовчика, он сразу взял трубку, я даже гудков не слышала


– Лея, что происходит там у тебя?


– Все хорошо, переутомление, я решила подлечить тело и нервы на море.


– Ты что у Смолкина,– расслабился он.


– Да, что у вас там с трупом, вернее с парнем? – спросила я.


– Нормально, он конечно, особо ничего не ответил, но поговорил о чем-то с Лунёвым тет-а-тет, о чем мне не ведомо, но на тебя он зол, Лунёв в смысле.


– Почему тебе тоже не ведомо, – хмыкнула я.


– Смекаешь, детка, – хохотнул он, – ладно лечись Тёме привет.


– Хорошо, – я улыбнулась и села за руль, выехала из гаража и ворот, и уже действительно поставила сигнализацию. Ввела данные в навигатор, и поехала на место. Оказалось, что действительно недалеко, дом находился в не большом поселке, окруженной лесом, в шести часах езды. Половину дороги я ехала в темноте, в самом поселке дороги были почищены. Здесь имелась церковь, не вычурная, а деревянная, но красивая, дома в основном располагались вокруг нее, на въезде, стояла два двухэтажных кирпичных знания, судя по табличкам, в одном была почта и администрация, а вторая фельдшерский пункт. В первом уже не горел свет, а двери были закрыты, большим амбарным замком, во втором горел свет. Я вышла из машины, и прошла до него. Здесь было тихо, так что скрип снега под мои ногами, казалось, слышен на другом конце поселка. Дверь открылась, без скрипа, внутри было тепло и светло, но безлюдно.


– Здравствуйте,– громко сказала я.


– И вам не хворать, – из-за белой больничной стойки регистратуры показалась голова мужчины.


– Извините, я ищу дом, сейчас, – я достала из кармана, ту самую фотографию дома, да Влас не досмотрел, и она осталась у меня.


– Вот, – протянула я фото.


– Ну давайте посмотрим, – мужчина надел очки и встал.


Выглядел он аккуратно, на нем был надет больничный халат, сам он был высокий, в возрасте, но крепкий мужик, с ясными глазами, обросший несколько дневной щетиной, что ему даже шло. Он несколько секунд смотрел на фото, потом повернулся ко мне и снял очки.


– Я так полагаю, вы Лея, – я на секунду замялась от удивления.


– Да.


– Рад знакомству, я Родион Михайлович, друг вашей покойной бабушки, – он протянул мне руку и улыбнулся.


– Очень приятно, – я пожала в ответ, рука была мягкая, но сильная, все же врач.


– Зоя говорила, что ты придешь, я тебя провожу, подожди минутку, – он набрал чей-то номер, видимо того кто его заменит.


– Я подожду вас в машине, красный джип у входа, – по привычке пояснила я, понимая что это глупо, так как там кроме моей машины, стояло только две «буханки» с красными крестами на дверях.


Через минут пятнадцать он вышел, накинув, дубленку поверх халата и мы поехали к месту. Дом стоял на самой окраине у кромки леса, дороги к нему не было, но мой джип справился с задачей. Родион Михайлович похвалил мое авто и меня за такой выбор. Окна на доме были заколочены и двери тоже, причем, очень надежно, и, конечно, все было заметено снегом. Родион Михайлович, увидев, как я достаю лопату из багажника, похохотал и сказал, что ей я буду копать до утра, потом успокоился, и сказала, что все сейчас будет и попросил телефон. Спустя пол часа, к нам приехал трактор, управлял им крупный молодой человек в телогрейке на распашку и в шапке ушанке, уши на ней были задраны в верх, но не завязаны и лихо дергались с такт его движению. Чисто выбритое загорелое лицо, огромные руки и задорные глаза, он все время хохотал или улыбался, мне представили его как Андрюха тракторист. Он очень быстро разгреб вход и выломал доски с дверей, я даже начала подозревать в нем оборотня, с такой легкостью он это сделал.


– Лея, ты нас извини, но нам нужно вернуться, меня там потеряли, – виновато развел руками Родион Михайлович, – но Андрей может вернуться, чтоб, не так страшно было тебе, – парень заулыбался и заверил, что был бы рад.


– Нет, спасибо огромное, но я дальше сама, только вы не могли бы оставить мне молоток, я все заколочу обратно.


– Дек, может приехать мне, а то девица с молотком, – хохотнул Андрюшка.


– Да я привычная, – усмехнулась я, после минутного разговора, мне таки вручили молоток, хотя скорее молоточище! Но в руках Андрея он таким большим не казался, – тракторист еще похохотал, как я взяла тяжелый молоток, и все же уехал.


Я развернула машину и направила фары на дверь, взяла фонарик, и молоток тоже, на всякий случай. Внутри было темно и пахло затхлым, прямо напротив дверей была лестница, пыльная, но на вид крепкая, хотя проверять я остереглась, обошла с боку и не увидела дверь.


– Ну, да и правда, нельзя же, чтоб все так просто, – пробурчала я, положила фонарь на тумбу и направила свет в сторону предполагаемой двери. Села перед ней на корточки, молоток положила на пол, постучала по старым серым уже доскам, судя по стуку там пустота. Мне показалось, что кто-то подходит к дому, но дизельный мотор работал громко. Все же встала, и подошла к двери, дверь была левее лестницы, поэтому плохо было видно улицу. Осторожно встала с боку от дверного прохода, ощущение присутствия усилилось, и тут я увидела тень, и поддаваясь страху, нанесла удар молотком. Это потом я поняла, что вполне могла убить человека, а если он просто любопытный деревенский. Но молоток перехватили, дернув на себя, и развернув меня спиной к себе, прижимая, судя по ощущению к большому тему рукой. Я уже начала плести заклинание, как меня остановили.


– Подожди рыжая, это свои, – я остановилась.


– Свои, не подкрадываются, – прошипела как кошка.


– Я, и не подкрадывался. Сейчас отпущу, но молоток пока не отдам, – я развернулась, передо мной стоял тот парень из морга.


– Хм, ну привет сбежавший труп, – съехидничала я.


– Да не труп я уже, меня Миша зовут, а ты та Лея, что меня вытащила и сбежала от Лунёва? – заржал он.


– Да, а ты как меня нашел? Блин, он тоже теперь знает!


– Не знает, – я заинтересовано на него посмотрела, – я теперь тебя чую, в общем, мне не составляет труда найти тебя, не важно, где.


– Это из-за нави, то, что я тебя вытащила? – спросила я, но тут же задумалась, казалась, что нужная мысли вильнула хвостом и исчезла в коридорах моего безумного разума.


– Да, что-то вроде, – веселился он, но я понимала, что это серьезно.


– Интересно, еще что знаешь? – спросила я.


– Это потом, давай доставай, вещи из тайника, – удивилась конечно, его знаниям, но что-то внутри меня было уверено, что он свой не придаст.


– Это навья связь такая что ли? – пробурчала я, возвращаясь к тайнику, когда не одна, уже все же веселее.


– Типо, того, здесь нужен ключ, руна или символ, – заметил он.


– Ха, – обрадовалась я и нарисовала руну уруз на двери и она открылась, хотя вот кажется мне, что у меня только умирать и воскресать хорошо получается, а так толку с меня никакого.


– А мы хорошо работаем вместе, – заметит Миша.


В нутрии стоял ящик, я открыла его, в нем лежали тетради, записи и какие-то серебряные изделия, разглядывать не стала.


– Ладно пошли, и заколоти дверь обратно, а? – сказала я на выходе.


Он с легкостью подкинул и поймал молоток, еще легче заколотил дверь обратно досками


– Где твоя машина?


– Я на попутке, зачем нам лишнее внимание?


– Это ты чего со мной собрался, – обернулась я, держа в руках ящик.


– Да, – он широко и простодушно улыбнулся, как деревенский дурочек, и я поняла, что не отстанет.


– Я тебя не звала, езжай обратно! – все же попробовала ему намекнуть, что пора и честь знать.


– Неа, – он взял ящик у меня из рук и положил на заднее сидение, похоже о чести он знал смутно – мне звонил Смолкин, я теперь от тебя не на шаг.


– А он откуда все это знает? Вообще, почему все, всё знают, больше меня!? Ты куда это садишься? – Миша залез на водительское сидение.


– Девушка должна сидеть рядом, когда мужчина за рулем. Хотя да, – и снова вылез, взял меня за руку и проводил к пассажирской к двери и усадил, пользуясь моим замешательством.


– Надо заехать, отдать молоток, – смирилась я, – а то, что машина принадлежит мне, тебя не смущает? – ехидно заметила.


– Это мелочи, – сказал он, заводя мотор.


– Заедем к Родиону и отдадим, нельзя деревню без инвентаря оставлять, – веселился он.


– Ты и с ним уже познакомился?


– Я его давно знаю, – улыбнулся он.


Когда мы выехали из поселка, было уже часов шесть утра. От безделья я подремала, удобно разместившись, на заднем сидение, куда перелезла, когда Миша отдавал молоток. И первый раз за долгое время спала без сновидений, проснулась, когда мы въезжали в город.


– Стой! – закричала я, он даже вздрогнул, но съехал на обочину.


– Мракобесья сила! Ты знаешь, что водителя нельзя пугать! Что случилось?


– Нельзя светиться, меня нет в городе, подожди, зачарую, – и вышла на улицу, а Миша покачал головой, но ничего не сказал.


Ощутимо похолодало, ветки на деревьях покрылись инеем, а изо рта вырывался пар как из паровозной трубы. Открыла дверь и надела дубленку, замоталась шарфом и надела перчатки. Вышла снова и увидела плетение заклинания маскировки, очень профессионально сделанное.


– Ну что, нагулялась, снегурочка, – улыбнулся Миша, открывая мне пассажирскую дверь из салона.


– Сказать не мог?– буркнула я, залезая в теплую машину.


– Нет, я мстил, – заржал он, – мне надо заехать домой, взять вещи, я сорвался с места, когда мне позвонил Тёма.


– Зачем он тебе позвонил и что за беспокойство? – спросила, особо не надеясь на внятный ответ.


– Скажем так, ты крайне ценная особа, остальное спросишь у него сама, так, удачно вышло, что я повязан с тобой.


– И на долго? – обреченно спросила, смирившись с кучей вопросов без ответов.


– Считается, что пока все это не закончится, но очень много информации утеряно, в связи с тем, что ничего очень давно не происходило и поэтому информация сохранилась у нескольких семей, из древних родов, таких как у Лунёва.


– Но он мне не нравится, он много скрывает, а еще у кого? – заметила я.


– Тёме эта точка зрения понравится,– улыбнулся он, – семья Смолкина тоже из древних, у него есть нужная информация.


– А почему у них с Лунёвым неприязнь? – заинтересовалась моя ведменская сущность, желающая все знать.


– Девушка, – ответил он, сворачивая во двор нового жилого комплекса.


– Как все банально, аж зубы сводит, – побурчала я, испытывая странное и неведомое до сего дня, чувство ревности.


– Мой дед всегда говорил, мужики это сила и мощь, а женщины это направление и красивый камин столь заманчивый, для безумного пламени, а потом заканчивал, только сейчас все перемешалось, и мир корчится от колик неприязни.


– Грустно, но правдиво, – заметила я.


– Не поверишь, но ты одна из немногих, кто согласился, пошли, я напою тебя чаем,– он вышел.


– А кофе у тебя нет? – крикнула я вдогонку


– Есть, вылезай уже, – я вздохнула и все же вышла на холодную улицу.


Жил Миша на девятом этаже. К лифту мы подошли, вместе с сухенькой бабулькой. Она держала маленького «шпица» под мышкой, напоминала она невинного божьего одуванчика, из-под шапки в неё выбивались, седые мягкие кудряшки, но цепкие темные глаза, говорили обратное.


– Здравствуйте,– улыбаясь во все зубы, поздоровался с ней Миша.


– Здравствуй Михаил, – ответила она, заходя в лифт.


– А что девушка немая? – прищурилась она.


– Девушка не имеет ни малейшего желания, отдавать энергию вампирше со стажем, – ответила я, нажимая кнопку девятого этажа.


– Ведьма,– неприязненно бросила она, а Миша захохотал.


Не поверите, но подобных личностей как грязи, они питаются энергетической силой, получая удовольствие, в основном выводя человека на негативные эмоции. Но мы их не трогаем, пока они не перегибают палку, но негласно учим людей защищаться от них, через книги и телепередачи. Но все равно остается много тех, кто не умеет это делать. Бабулька, с прытью вышла из лифта, и пошла к своим дверям, Миша свернул направо от лифта.


– Сильна, я ее не сразу вычислил и то после того, как услышал, как на нее молодежь жалуется, у меня защита, я таких, даже не замечаю.


– Это скорее специфика, а не сила, ты вот на чем специализируешься? Хотя не говори, – мы зашли в квартиру и встали в коридоре.


Я повернулась к нему лицом, радужка глаз у него блеснула красным, кожа будто потрескалась, и в трещинах виднелось алое пламя.


– Огневик со стажем, хм и лет тебе больше чем написано в паспорте, – удивилась я.


– Так, давай-ка прекращай! – он закрылся.


– Ты сильный, – заметила я, но я все равно увидела, как он попал в сеть заклинания, и как из него вытащили души и отправили ее в навь.


– Нет, не достаточно, проходи, будь как дома, – он снял ботинки, прошел в комнату и кинул куртку на диван.


Квартира была брутальной, мужской на полу лежали гантели, штор не было, только жалюзи, черный кожаный диван, телевизор огромных размеров на стене, огромные колонки, сабвуфер. На черном столике, основой которого, служил блестящий автомобильный двигатель, стоял ноутбук. Стена между комнатой и кухней частично была убрана и разделяло их барная стойка с высокими стульями с двух сторон, кухонный гарнитур был тоже черный с серебристыми ручками, но белой столешницей, над самой стойкой висели цилиндрические черно белые светильники на длиной, серебренной ножке, стулья тоже черно серебряные. Стены были везде белые, пол был, что удивительно из плитки, серого цвета, стилизованный под брусчатку.


– А у тебя здорово, – мне правда очень понравилось, я крутила головой разглядывая интерьер.


– Мне помогала сестра, – улыбнулся он, и пояснил:


– Она у меня на дизайнера учится, это ее курсовая, – развел руками, показывая предмет самой курсовой работы.


– Надо мне обратиться к ней за помощью, а то у меня хаос, так как мне тяжело отказываться от старых бабушкиных вещей.


– Она будет счастлива, до щенячьего восторга. Тебе кофе с сахаром?– повернулся он, ко мне держа в руках ложку.


– Да, – я села на стул, – распустила волосы, и запустила в них руки, массажируя голову, место, где была култышка.


– Боже разве волосы могут болеть? – простонала я, поднимая голову.


– Ты чего? – спросила я, у Миши, он как-то заворожено на меня смотрел.


– Теперь я понимаю Тёму, – пробурчал он под нос.


– Чего? О, спасибо, – передо мной поставили дымящуюся и ароматную кружку с кофе.


– Ты знаешь, что ты очень красивая, – очень странно заметил Миша.


– Эм, вот это поворот, ну я себе нравлюсь и считаю себя красивой, но моя красота явно вне стандартов, – ответила, пытаясь понять его ход мыслей.


– Я к чему, ты мне нравишься, я считаю тебя очень красивой, но это скорее влечение? чем истинное чувство, помешательство, не смотри на меня так, – засмеялся он.


– А как? Ты говоришь как маньяк, – обалдела я.


– Я к тому, что силы свои контролируй, это побочный эффект твоей силы эмпата и связь с навью.


– Я не знала, что это даже есть, как я это заблокирую? – занервничала я


– Не знаю, но надо, иначе я и правда тебя изнасилую, – у него начали, светится глаза.


– Блин, – я слезла со стула и отошла, что за дурь побочная?!


– Как? Может кто-то знает, как это сделать? – истерично выкрикнула я, продолжая медленно, пятится назад, пока не наткнулась на стол.


– Уйди в спальню и закрой дверь, – два раза просить не пришлось, и даже объяснять где та самая, спальня находиться.


Спальня у него была шикарная, такой же пол, на окне египетские шторы, конечно же большая кровать застеленная черным постельным бельем, ха, у меня такое же, напротив кровати в нескольких метраж, на стене камин, у камина шкура, похоже натуральная сшитая из нескольких шкур похожих на овчину. С боку напротив окна, рядом с кроватью, огромное зеркало, на что я улыбнулась, но не удержалась и пошла посмотреться, совсем забыв о самом хозяине.


– Лея, я сейчас вернусь, пока будь там, – и вышел из квартиры


В зеркале отражалась я и не я. Я и правда была красивая, вот знаете как пишут в книжках, что вампиры меняются и становятся притягательней красивее, в них подчеркивается все самое лучшее. Кожа стала бледной, но ровной словно фарфоровая, на щеках румянец, губы и так пухлые от природы порозовели. Волосы стали отливать красным, глаза, которые были просто стального серого цвета, стали темными, а по контуру радужки четко обведены темно синем. Я сама на себя засмотрелась и даже поблагодарила навь. Вы даже представить не можете, мою радость и удивление, когда я выезжала из дома, то была обычной собой, разве, что еще более бледной и бесцветными губами, и выглядела крайне болезненно.


– Лея, открой, – я даже не заметила, как он вернулся.


– Ты уверен? – поинтересовалась, стоя у двери я.


– Нет, – спустя секунду ответил он.


– Не мотивирует, – я отдернула руку от дверной ручки, и стала заплетать волосы в косу.


– Нда, я повешу медальон на ручку, через минуты две выйди и надень его, – что-то царапнуло ручку ч той стороны, и он ушел.


Я вышла, и сделал, так как он сказал, на ручке висел медальон, с красивой толстой плетеной цепочкой. На ней висел кусок необработанного горного хрусталя, оплетенный серебром, словно лозой, по ней по контуру были вырезаны символы, пальцы кольнула знакомая магия, бабушкина.


– Ну как? – я зашла в комнату, но осторожно, держа наготове заклинание, понимая, что не особо поможет, но хоть задержит.


– Фух, работает. Будешь бутерброд? – спокойно закончил он.


– Буду. Откуда? – начала я, но он меня прервал.


– Я позвонил Тёме, он сказал, что твоя бабушка сделала такой медальон специально для тебя. Но пока на тебе были печати он был не нужен.


– Он лежал в той коробке, ты ходил к машине? – он кивнул, – вот почему она меня заставила ехать туда.


– Предусмотрительная у тебя бабушка, – хмыкнул он.


– Была, – я грустно улыбнулась.


– Слушай, у меня тут печенье еще есть, будешь? – он достал из шкафчика пакет, он туда полез за чаем для себя.


– Не пью кофе, не люблю, – поясни он, наливая кипяток в кружку.


– А за чем держишь тогда? – задала, я глупый вопрос.


– Для гостей, я гостеприимный, – засмеялся Миша.


– Ммм, для девушек значит, – заключила я, беря бутерброд с ветчиной.


– Я тут подумал, – отпивая из кружки, сказал он, – хорошо что Смолкин за тобой не поехал,– я заинтересовано подняла бровь.


– Если мне было тяжело держаться, что бы было с ним, – и заржал.


Прифу жа компфлиментф, – фыркнула я, продолжая жевать.


Миша ушел в душ, потом собирал вещи в сумку, а я смотрела за окно и видела, как темнеет небо, как зажигались фонари. Ребятня ушла домой, и на улице осталась осиротевшая горка, а качели качал ветер.


– Ну что, поехали? – Я кивнула и пошла одеваться.


– Мне понравился твой камин и шкура, – сказала я.


– О, не тебе одной, – я улыбнулась.


На улице было очень холодно, снег скрипел и искрился под фонарями, еще дул ветер, он хлестал по лицу перебивая дыхание.


– Спасибо людям за автозапуск, – села я в машину, но не торопилась снимать шапку и шарф и даже перчатки.


Мы подъезжали к аэропорту, к частному самолету охранной компании «медведь», и меня начинало потряхивать, я кусала губы, и пыталась успокоиться.


– Ты чего? – поинтересовался Миша.


– Я боюсь летать, – онемевшими губами произнесла.


Да, я до ужаса боялась летать, не знаю почему, каждый человек имеет право на фобию.


– Подожди, ты же сама умеешь летать, – недоумевал он.


– Я могу подняться максимум на высоту третьего этажа, либо лететь над полом несколько минут


– Не знал, я думал ты на метле рассекаешь небесную даль, – веселился он, а я не реагировала.


– Ты похожа на кошку моей сестры, та так же себя ведет когда ее везут на машине,– он повернулся ко мне и глубоко вздохнул, – и знаешь, что ты от страха пробиваешь блок медальона. Я посмотрела на него огромными от страха глазами, и промолчала.


– За что мне это?!– тяжело вздохнул.


– Лея, я не смогу тебя нести, я с тобой не смогу даже рядом сидеть, конечно, он работает, но недостаточно, и вообще это тяжело для парня во цвете лет, – уже крикнул он. А я подумала, что ему нефига не тридцать, и даже улыбнулась, кривовато конечно.


– Так лучше, но не на много, ты все еще боишься, пошли нас там уже ждут,– я кивнула и вышла из машины, и хотела достать вещи.


– Нет, нет, ты просто иди в самолет, я все возьму и коробку тоже, простой уйди уже хоть ненадолго, – у него зазвонил телефон. А я подумала, странная защитная реакция, вот мой организм считает, что лучше пусть насилуют, чем убивают, так что ли?!


– Смотри-ка, Смолкин переживает. Да! – сказал Миша и взял трубку.


– Через несколько минут вылетаем, нет не может! Какого черта ты не сказал, что она боится летать, – на том конце заржали так, что я услышала.


– Смешно тебе, а ты знаешь, что от страха она блокирует защиту медальона, – он посмотрел на меня.


– Не смешно уже да! Нет, не все частично. Иди уже, – это он мне.


Летели мы всего три часа, через час полета мне принесли вина, я выпила, поняла, что отпускает, Миша посмотрел на меня, и сказал, чтоб несли всю бутылку. К концу бутылки и еще одного часа, я даже осмелилась посмотреть в окно, но вид облаков не завораживал, мне принесли еще.


К концу полета я захмелела и пугаться перестала, окно Миша предусмотрительно закрыл, – пробурчав, что так на меня вина не напасешься, и что наверно стоила поить водкой.


– О! – выдала я когда к самолету подвезли трап, лестница качалась, а ступени, словно живые, убегали из под ног, я вцепилась в перила. За спиной стоял Миша, а я смотрела на ступеньки.


– Смолкин! Забери ее уже, я так больше не могу! – ко мне кто-то подошел, запахло дорогим мужским парфюмом с горькой ноткой миндаля и лесного костра. Я подняла глаза и невольно улыбнулась, к нам поднялся Артем.


– Привет, – сказала я, он тоже улыбался и глаза у него блестели, на лице трехдневная щетина, хотя я знала, что он этого не любит, видимо был весь в делах.


– Здравствуй милая, – он взял меня на руки и так и нес до самой машины, а я подумала, что на нем ездить приятнее чем на Лунёве, и пахнет он вкусно, не парфюм а он сам, и уткнулась ему в шею носом.


– Лея, что же ты делаешь? – прошептал он, пуская по моему телу кучу мурашек.


Он как большой начальник приехал с водителем, Миша сел на переднее сидение. Подозреваю, подальше от меня, а я совсем опьянела и расслабилась, поэтому дремала, но слышала, как переговариваются Тёма с Мишей.


– У меня останешься?


– Нет, я пойду, развеюсь, – ответил Миша, а Тема захохотал.


– Понимаю, она и раньше была красивая, а сейчас, – и промолчал, а мне было интересно послушать, обо мне еще не говорили так приятно.


– в данный момент ее блокирует медальон, так что боюсь это не ее сила сейчас, – ехидно заметил Миша.


– Возьми ключ в бардачке, адрес знаешь, – так ничего на это и не ответил Артём, я расстроилась, и уснула совсем.


Проснулась я на чем-то мягком и приятном, даже голова не болела, вот что значит хорошее вино или мои способности, ну да не суть. Я села, раздета была не полностью, на мне осталось нижнее белье и футболка. Спальня была большая и светлая, кровать, конечно же тоже не маленькая, и даже с балдахином. На окнах тонкий светлый тюль, окно было открыто, слышался шум прибоя, и пахло морем. Я встала и подошла к окну, было тепло, хотя солнца не было видно, небо было затянуто облаками, но мне нравилось, я улыбнулась. Надо сходить в душ, оглядела комнату и нашла искомую дверь в ванну, но ванны не было, там была встроенная стеклянная душевая кабинка, что тоже не плохо. Вернулась назад, осмотрела спальню, в поиске своих вещей, но не нашла. Да и ладно, зашла снова в ванную комнату и увидела, на крючке с полотенцами, черный шелковый халат, причем женский. Нахмурилась, и потрогала руками, он оказался абсолютно новым, меня это очень порадовало. Еще больше порадовало, что на полке стоял мой любимый гель для душа с миндалем, смотри-ка, помнит. Крайне довольная собой и жизнью, вышла из ванны закутала волосы в, большое полотенце. И пошла дальше из спальни, прошла мимо нескольких дверей по направлению к лестнице, запахнула халат получше и начала спускаться, до конца оставалось несколько ступеней, я увидела на диване Мишу, напротив него в кресле сидела эффектная девушка, темноволосая, смуглая с голубыми глазами.


– Где он? – на этой фразе она увидела меня, и ее лицо исказила неприязненная гримаса.


– Он, что шалав теперь водит?– вскочила она с кресла.


– Юлечка, держи себя в руках, и не советую тебе ее трогать, – спокойно сказал Миша. Она расхохоталась и швырнула в меня темным заклинание. К своему удивлению, я успела его поймать, и поймала голой рукой. Оно красиво оплело руку, мне понравилось.


– Что?!– возмутилась девица, и начала плести новое, я кое-что добавила к первому и кинула ей обратно, в этот момент, она кинула свое новое, и они встретились на середине нейтрализовав друг друга, но вызвав отдачу, меня припечатало в стену, ее откинуло, пронесло над кресло и она упала на ковер. Мне стало обидно.


– А ну прекрати! Прорычал Миша, уже держа наготове, огненное заклинание, мне даже стало интересно убить, что ли хотел? Но кого?


Я отбила себе легкие и, кажется, у меня треснули ребра сзади, а лопатки по ощущению вовсе рассыпались, я закашлялась, и выперлась полотенцем, оставляя на нем красные разводы. Это меня очень разозлило, и я швырнула в нее молнией, но гуманист во мне не умер и я убавила ее силу, и хорошо, что это сделала, молния попала в цель. Она закричала и начала срывать с шеи и запястья украшения, тяжелый золотой медальон и несколько браслетов из золота, когда они окончательно расплавились, оставляя на ее коже волдыри, она подняла на меня глаза огромные от удивления или ужаса? Не знаю, мне было все равно, я снова закашляла.


– Мать вашу, что здесь…– забежал в дом Тёма, и тут же бросился ко мне, – мне это очень польстило.


– Я тут тебе лесенки испачкала, – сказала я, обессилено опираясь на них кровавой рукой и опять теряя сознание, но не на долго. Хотя меня успели переместить на диван, тот самый на котором сидел Миша.


– Я тебя оставил на двадцать минут! – орал Артем.


– Не ори, ты сначала любовниц себе научись выбирать! – и уже тише, пробурчал под нос, – может надо было в нави остаться, – но я услышала и обиделась, не легко его было от туда вытащить между прочим.


– В следующий раз оставлю, – буркнула я, рядом со мной сидел Артем держа мою голову на своих коленях.


– Вот, эй все не почем, она уже полностью восстановилась, а Юле твоей наложили повязки.


– Сама виновата, и с чего она моя? – на этот ответ Миша фыркнул.


– Слушайте, в этом доме кормят вообще!– начала звереть я, организм использовал последние крохи энергии на лечение, есть хотелось ужасно, даже не есть, а жрать!


– Кормят, – развеселились парни.


– Где!?– я села пережидая, когда уйдут черные точки перед глазами, он поднял меня на руки.


– Верни где стояло! – рявкнула я, и пальцы закололо, от машинального заклинания, я злилась.


– Ревнуешь, милая,– улыбнулся он, так и не отпуская.


– Да ну вас, – Миша махнул рукой и вышел.


– Нет! Я хочу, есть!!!! – не сдавалась я, понимая, что да ревнуя, но разум говорил, что он мне верным быть не обещал и тем более мы три года не виделись, а он мужчина как ни как. Но сердце вопило, я же не с кем не спала, а разум закатил глаза и удалился, отказавшись смотреть на это безобразное падение хозяйки. Меня принесли в кухню и посадили за стол на стул, Тёма достал из холодильника жареную грудку и поставил ее греться, а меня оставил истекать слюной. Поставил передо мной тарелку и столовые приборы. Достал салат, хлеб и еще за чем-то полез в холодильник. Я взяла всю чашку с салатом и начала есть прямо оттуда, уже не замечая ничего, по ощущениям я не ела несколько дней, хотя ела я вчера вечером, а сейчас одиннадцать утра. Немного утолив голод, слопав пол чашки салата, увидела, что Тёма смотрит на меня и улыбается.


– Что? – буркнула я.


– Оказывается я соскучился даже сильнее, чем думал – улыбнулся он, а я смутилась, а он захохотал.


– Где мои вещи? – спросила я, уже жуя куриную грудку, и чуть ли не урча от удовольствия.


– Остались в машине, я принесу, не ходи туда в халата, не издевайся над парнями и меня не зли, – улыбнулся он.


– Ревнуешь? – вернула я ему вопрос.


– Да, – ответил он, и я не поняла, серьезно или нет.


– Что правда я сейчас, так действую на мужской пол? – я даже расстроилась, потому, что хотела, чтобы я нравилась как я, а не из-за чар.


– Дело не в чарах, они блокированы, просто ты очень необычная, ты и раньше была такой, сейчас все твои достоинства стали хм, более подчеркнуты, на тебя не возможно не смотреть. И если честно, то халат тебе маловат в груди, – улыбнулся он.


– Так бы и сказал сразу, а то развел демагогику, – фыркнула я, но даже не подумала запахнуть халат, ну и пусть будет откровенное декольте, ему можно.


– Это на тебя работа так влияет?


– Возможно, – не стал отрицать он, и встал.


– Ты куда?


– Надо поговорить, и чтобы действительно поговорить, надо тебя одеть, – и вышел.


– А я пошла искать кофе, – он нашелся в первом же шкафчике.


– У тебя нюх на него, – заметил Артём, я обернулась.


– Иди оденься ради бога, я сам сделаю, – забрал он у меня коробку.


Спорить я не стала, взяла сумки и ушла в ту спальню, где проснулась. Волосы все еще были влажными, на улице все равно было жарко, так что я набрызгала их спреем с апельсиновым маслом, и закрутила их, с двух сторон закрепив на затылке шпильками. Надела голубые джинсы с разрезами на коленях, не длинные открывающие лодыжки. Шелковую белую кофту широкую, она выглядела как квадрат с отверстием для рук и длинным вырезом лодочкой, от чего одно плечо было голым, смотрелось красиво. Минус большой груди в том, что невозможно не надевать лифчик, и он должен был быть с бретельками, иначе никакого толка, я надела светло бежевый, почти как моя кожа, но я оказалась все равно бледнее. И спустилась в низ, в кухне божественно пахло кофе, я села и взяла кружку.


– Артём, у нас дело, – зашел в кухню, молодой парень высокий, светловолосый, гладко выбритый, в белой майке, обтягивающей широкие плечи, и штаны от военной формы. В руке держал рацию, на левой были часы с черным резиновым ремешком. Сказал он и увидев меня осекся.


– Она своя Влад, это Лея, – он не знакомил нас, просто показал меня


– Привет, – все же поздоровалась я


– Привет, – улыбнулся тот


– Ну, что там? – вернул Тёма его к разговору


– Петр Анисимович, просит приехать, сказал деликатный разговор


– Понятно, скажи, что я буду, минут через тридцать, – на это Влад кивнул и ушел


– Поедешь со мной, иди одевайся, -сказал он мне


– Есть капитан, – захохотала я, издеваясь


Надела сумку маленькую с тонким длинным ремешком, кожаную, светло коричневую положив нее телефон, кредитки и деньги, и по мелочи зеркало там. И такого же цвета босоножки с толстым каблуком и на платформе.


– Ты быстро, – оценил Тёма, – пошли, он открыл мне дверь, поехали мы на черном хайлюксе


– У вас страсть к черным авто, – заметила я


– У кого у нас?– спросил он выезжая за ворота


– Ну, у Петрова, Лунёва и вообще парней, – на фамилии Лунёв он сжал руль, так что он заскрипел


– Ты чего?


– Не важно, – рыкнул он


– Мне важно, что происходит?! – рыкнула я, так как уже надоели эти дурацкие недоговорки, что за детский сад блин!?


– Лея, я все объясню, давай позже, вечером, хорошо?– он посмотрел на меня


– Хорошо, – согласилась я.


Мы приехали в особняк, спрятанный за высоким забором и крепкими воротами.


– Богатый клиент?


– Очень даже, – ответил Артем


Нас встретили и проводили в кабинет, к Петру Анисимовичу. Когда мы зашли, меня как плетью хлестнуло отчаяние и болью. У окна стоял мужчина лет под пятьдесят, чуть полноват. Одет в костюм, на правой руке обручальное кольцо.


– Здравствуй Артем, – повернулся и протянул руку для приветствия, Артем пожал ее


– Здравствуй, что случилось?


– Девушка с тобой? –кивнул он в мою сторону, я молчала, меня захлестывали эмоции, было тяжело.


– Со мной, – ответил Тёма и сел, Петр сел на против за стол, а я отошла к окну подальше, но не сильно помогло


– Лея, ты чего? – повернул голову в мою сторону Артем


– Я знаю, что нам хотят сказать, – сказала я


– И что же, я хочу сказать? – иронично спросил Петр Анисимович


– Ваша дочь пропала, а полиция разводит руками и ничего не может сделать, несмотря на взятки, что вы предлагали.


– Кто она? – он повернулся к Артему


– Стажер


– Что еще вы скажите, стажер, – теперь негатив подавляла надежда, он смотрел на меня


– Мне нужно увидеть ее комнату, – сказала я и пошла в ее направление.


– Петр Анисимович, я понял вашу просьбу, мы будем работать – Артем встал


– Все что угодно, вас проводят к ней в комнату, – но я уже выходила из кабинета. Ее комната находилась на втором этаже, светлая, девчачья, я прошлась по ней, села на кровать. Девушку звали Карина, ей было девятнадцать лет, совсем юная.


– Мы слишком далеко, но она еще жива, – сказала я, и поднялась с кровати.


– Я понял, давай съездим до института, от куда говорят она пропала, – я кивнула


Мы поехали в сторону института, мимо парка, он был большой и зеленый, у асфальтированные дорожки вели в сам лес, проехали мы только до середины.

– Стой, – я уловила ее след, Артем остановился, что-то сказал по рации, я уже не расслышала, пошла в парк, сначала я шла по ровной асфальтированной тропе, затем свернула с нее, плутала между деревьев. Как оказалось парк, был только в начале, дальше был обычный не ухоженный лес с поваленными деревьями. На каблуках было не очень удобно, мы шли часа два, ноги начали ныть от усталости. В итоге мы вышли не с другой стороны парка, а чуть с боку, здесь была река, с этого берега она заросла осокой и водорослями, от берега пахло тиной, поэтому это место не пользовалось спросом. Стоило мне сделать шаг по направлению к этому берегу, как меня накрыло. Боль, страх, вожделение, я видела, как они привозят сюда девушек, как насилуют, как душат, а потом режут. Страх их жертв, нечеловеческий, боль. Одна девушка сменяла другую, и меня затягивало во все это, я не хотела это видеть и чувствовать. Они брали двоих, она сначала смотрела, потом занимала место первой. Как такие существа могут жить! Я старалась разглядеть этих монстров.


– Лея! Лея Вернись! – Крикнул Артем и схватил меня за запястья, обожгло холодом и я вернулась, меня мутило


– Что ты делаешь? – он обнял меня,


– Тебя нельзя так глубоко погружаться ты эмпат, не ужели тебе не говорили


– Нет, – хрипло ответила я, – не кому было, – я все еще чувствовала это место, оно уже не было не живым не мертвым, еще несколько жертв и здесь бы родилась какая-нибудь мерзкая тварь и появилась бы очередная городская легенда с маньяком и кучей жертв.


– Прости меня, – он посадил меня себе на колени, а я видела эти мерзкие черные словно болотный торф щупальца которые свивались в кокон, чтобы произвести на свет адское дитя


– За что? – потерянно спросила я, но он не ответил, зазвонил телефон


– Место убийство здесь, ответил он звонившему, я сейчас отправлю координаты


– Помоги встать, – попросила я, он меня поднял, но продолжал придерживать


– Тём, их восемь, они тут и зарыты, на кромке леса, но я не пойду их искать, – закончила я


– Собаки справятся, давай я тебя доставлю домой, – и тут нас обоих осенило


– Они снова придут сюда убивать! – сказали хором


– Лея ты знаешь когда?


– Сколько дней ее нет?


– Два, – ответил он мне


– Сегодня


– Стоять сможешь? – я кивнула, а он снова позвонил, я уже не слушала


– Нам придется идти обратно тем же путем


– Я смогу, обратно мы шли еще дольше, потом Артем не выдержал и понес меня, так дело пошло быстрее. Сели в машину, Тёма набрал еще номер, потом положил трубку, не дождавшись гудков.


– Надо сказать Петру, – сказал он


– Надо, поехали, я посижу в машине


Мы вернулись назад, Артёма не было где-то час, я заснула, но мне снились эти девушки с искаженными ужасом лицами, я проснулась и больше старалась не засыпать,– через какое-то время мне стало получше. Он так и не пришел, в машину сел Влад


– Он занят, мне сказали доставить тебя обратно, – я кивнула


– Я и сама могу доехать, у вас много дел, – через минуту сказала я


– Артем это предвидел и сказал, ни в коем случае! Доставить в целости и сохранности, – он улыбнулся,


– Я знаю, что ты нашла тела, рад, что ты тут


– А что у вас нет медиумов?


– Есть, но этих уродов, – зло проговорил он, – кто-то покрывает и прячет, а ты смогла найти.


Я задумалась, меня так захлестнули все эти воспоминания, что я не заметила ничего странного.


– Влад, сможешь проехать, снова дорогой у парка? Пожалуйста, туда мы не пойдем, – заверила я его


– Хорошо.


На этот раз, я сосредоточилась не на поиске, мы проехали это место. Я попросила остановиться и сдать назад, Влад сказал, что ему оторвут голову, но сделал


– Здесь! – он резко остановился.


Я их нашла только потому, что уже сталкивалась с подобным заклинанием. Следы были спрятаны, так же, как и было на стройке возле круга, только там прятали остатки энергии заклинаний, а здесь эмоции. Я зацепилась за него, а потом смогла почувствовать все остальное. Это если увидел хоть раз, видишь всегда. Но тут работал другой человек, заклинание было действенным, несомненно, но сделано, не так четко и твердо


– И правда говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло, ладно вези меня домой, – сказала я.

Зашла в дом, переодела обувь, надела шлепки на тонкой подошве, и вышла через заднюю дверь на вела на песчаный морской берег, потом все же сняла обувь и долго бродила, по берегу утопая, в теплом песке ногами, слушала шум волн, потом села и смотрела на беспокойное море. Невозможно описать словами это ощущение, море – это море, здесь нужно быть, чтобы почувствовать теплый песок ногами, слышать море, вдыхать соленый воздух, это движение, жизнь и в то же время покой. Здесь твои проблемы кажутся не существенными, кажется, что все естественно, ты всего лишь капля в море и в то же время отдельный океан. Я встала и подошла к воде, волны гладили ноги, море было прохладным. Сколько истории скрыто под толщей воды, трагедий, любви, сокровищ. Стояла я так долго, не замечая, как темнеет небо. Я поняла, значение руны иса, я не любила ее, для меня она была муторным бездействие. Внутреннее развитие, кривлялась я, что за ерунда, как можно это не чувствовать!? Бабушка только улыбалась и молчала, она знала, что каждую руну нужно понять. Но никогда не говорила, что чаще всего на своем опыте. И сейчас как никогда я это ощущала. Ожидание, изматывающее и рвущее нервы чувство. Но пока вы ждете всходы семян, под землей маленький зеленый росток пробивает землю. Так бывает с людьми, мы меняемся внутри, у нашей души как у дерева вырастают новые веточки и зреют плоды, а у нас болит тело от бездействия. Самое изматывающее действие – это ожидание, но помните всегда, что даже мир замирает в темноте перед самым рассветом. А знаете, что самое удивительно? То, что понимание чего либо, приходит совсем неожиданно, тогда, когда мы перестаем искать смысл, бросили эту мысль в коробку с глупыми мыслями. И вот в такие моменты, когда вы решили провести внутреннюю инвентаризацию, из коробки выпадает эта мысль, ясная чистая и правильная и ставит многие кусочки по местам.


– Лея,– я вздрогнула, задумалась и не заметила, что ко мне подошел Артём


– Я задумалась, вы их поймали?


– Да, и девочки живы и физически здоровы, – сказал он, мы помолчали


– Это хорошо, – спустя минуты сказала я


– Ты замерзла, пойдем домой, – он обнял меня


– Пойдем, смотри, как красиво,– над морем взошел месяц, и на волнах плескалась лунная дорожка


– Ты удивительная Лея, – прошептал он и поцеловал в шею за ухом, я развернулась к нему лицом, – Пойдем, – сказал он.


Но мы опять не пошли, я поднялась на цыпочки, а он наклонился ко мне, и мы стояли и целовались, пока у нас не закончился воздух, я опустила голову и уткнулась ему в грудь


– Ты обещал мне разговор, – вспомнила я


– Тогда пошли, – рассмеялся Артем


Мы зашли в дом, стол был уже накрыт, сели мы на разные стороны стола, так на всякий случай. Я согрелась, и почувствовала, что ужин божественно пахнет, курица с имбирем, на гарнир картофель, еще на столе стоял салат из овощей


– Кто готовил?


– Повар, – улыбнулся Артем


– Совсем стал большим начальником, – на что он развел руками,


– Могу позволить.


– Действительно, – кивнула я,


– Ну давай рассказывай,– махнула я вилкой, начиная есть


– С чего начать, даже не знаю, – он откинулся на спинку стула


– Ну, например про Лунёва, что за вражда, что за дела? – он поморщился, на мой вопрос


– Что, на любимый на мозоль?– вспомнила я фразу из фильма


– Не совсем, – он помолчал подбирая слова,


– Не знаю как сказать даже,– тяжело вздохнул он


– Что столько мне наврали, таких интриг наплели, что теперь не знаешь с какого места в моей жизни начать говорить правду?– я посмотрела ему в глаза


– Ты изменилась, не буду притворятся не виновным, моя вина во всем этом есть. Лунёв, его семья относится к древним


– Перебью, расскажи про древних?


– Древние, – он встал и пошел к бару, – ты знаешь, что дверь открывают, не так часто конечно, но хотелось бы реже. Дело в том, что когда открывают, как бы это, свои, тех кого навь приняла, то все в порядке, в этот мир как приток свежего воздуха приходит сила, у людей и чародеев и иже с ними поднимается рождаемость, продолжительность жизни, улучшается урожай, ну ты поняла. Она должна открываться, так как это две части одного мира, если этого не делать в нави начинается хаос, силу получают твари, скрытые от людей, монстры и выползают в этот мир, а этот мир делается слабым и вот тебе мировые войны, чума, молот ведьм, вплоть до апокалипсиса. Такое бывало, но очень-очень давно, с тех пор навь набрала стражей. Первые стражи – это оборотни, они получили дар от потусторонних стражей, это называют дар зверя. Вот древними, называют те семьи, которые получили этот дар напрямую от стражей. Спустя века люди объявили охоту на оборотней и ведьм, конечно, не беспричинно, и стали называть это проклятием луны, а знаешь почему? – улыбнулся он


– Думаю, потому, что пик силы и мощи, вы получаете во время полнолунии. И связано это с тем, что круги открываются в это же время, – я наклонилась на стол и смотрела ему в глаза


– Знаешь, значит и про меня, – он усмехнулся, – но да, ты права


– Переходи к Лунёву, – припечатала я


– Я так начну ревновать, – хохотнул он, – в общем у нас стала проблема с рождаемостью, нет мы не бесплотны, но в основном рождаются или чародеи, маги, медиумы либо частично перенявшие звериный дар, то есть без полного оборота. Но эта проблема не во всех семьях, а только в трех, из семнадцати, в этой части мира. Это семья Лунёвых, моя и Вересковы. Но только в семье Лунёвых рождаемости уже нет вовсе. И он начал копаться в летописях и записях и нашел историю, связанную с артефактом. Что некий артефакт похитила и унесла в навь чародейка, которой отказал предок Власа, он отказал женится, и заводить детей, только потому что она не была из древних. Они это объясняли чистотой крови, чтобы сохранить дар.


– Нет ничего страшнее обиженной женщины, – хихикнула я


– Это да. Он пришел ко мне за помощью, попросил помочь найти девушек ключей, сказал, что только девушка не оборотень сможет вынести артефакт из нави. Я проникся, и начал поиск, как ты уже наверно заметила, я тоже ключ, – он положил руки на стол метками к верху.


– У тебя четыре круга, а у меня меньше,– заметила я, разглядывая руку, – смерти?


– Да, у меня уже полная связь с навью, – кивнул он


– Подожди, ты можешь закрыть дверь сам?


– Нет, – посмотрел на меня, будто только увидел, – боже! Тебе вообще, что-то рассказывали?!– он встал и налил себе спиртного, кажется, коньяк или виски, да фиг с ним


– Ну, немного, – я встала и ушла в гостиную, забралась в кресло с ногами


– Лея, ключ один. А частей два мужчина и женщина, две части одного, – он открыл окно в гостиную и сел на диван рядом с моим креслом


– Точно! Инь и ян!


– Да, вроде того. Я нашел троих, таких как ты, у кого началась образовываться связь с навью. Я был дурак, Лея, я поверил ему, потому что считал его другом. Но в один прекрасный день мне позвонил отец, и очень красочно рассказал какой я идиот. А знаешь, в чем дело, в том, что та кто сможет передать артефакт Власу, перестанет существовать, ее душу заберет артефакт, только так он сможет снова работать.


Я была в замешательстве, вот так взять и убить и при этом до последнего ничего не говорить


– Подожди, ты что нас всех обрабатывал? Ты со всеми спал?! – почему то осенило меня


– Непостижимая женская логика, – засмеялся он, – нет Лея, ты мне очень нравилась, я просто не смог устоять, хотя знал, что уеду. Мое дело росло, а когда понял, что симпатия не проходит, хотел позвать с собой. Но ты так хотела независимости, ты радостно рассказывала про работу, бегала по своему дому, не веря, что он у тебя есть. Я понял, что ты не поедешь, а на следующий день мне позвонил отец. К сожалению, я успел сказать Власу про двух из вас, Жанну я переманил на свою сторону, она работала на меня, а сейчас просто замужем и занимается домом, а Аню не успел, она умерла, несчастный случай, ее не успели оживить. Влас нашел Жанну, но ее связь с навью по какой-то причине оборвалась на третьем круге, потом он находил еще двоих, то же самое.


– А меня он почему так поздно нашел?


– Я тебя прятал, – он облокотился на спинку дивана, – за тобой приглядывал Миша, но его послали на дело и он попал в бойню, где его убили, я потерял с тобой связь


– Но, даже не позвонил, – обиделась я


– Глупая, – он улыбнулся, а я фыркнула на это,

– Я узнал, об этом за день до твоего звонка, мне доложили, о гибели Миши, я уже собирался ехать, и ты позвонила. Спустя несколько часов позвонил Миша и рассказал, как дела обстоят


– Спасибо, наверно, – я отпила еще глоток


– Не за что, – рассмеялся он


– А почему я не видела на нем метку ключа, только стража?


– Те кто из древних родов умеют ее прятать


– Ясно, то есть он ключ и ты тоже, а женщина, ключ только я? – спросила я, и подумала, какой Лунёв хороший актер, так правдоподобно, я тоже не вижу, пф.


– Думаю есть еще, но пока я не нашел, и судя по всему Лунёв тоже.


Я встала, выпила остатки вина, и поставила бокал на столик


– Я ведь могу умереть на четвертом круге, поэтому ты продолжаешь искать других? Мне приятно, конечно, что ты дорожишь мной, – он ответил не сразу, наклонился вперед, и оперся о свои колени, играя бокалом


– Можешь, но это мало вероятно, больше вероятности в том, что связь оборвется на третьем


– Сколько умерло до меня? – спросила я


– Шесть, – мрачнея лицом, сказал он,


– И при мне еще ни одна не выжила, – он залпом выпил содержимое бокала


– Понятно, а что будет если моя связь не оборвется на третьем круге?


– Я найду другую, у нас есть еще месяц, – отрезал он, не отвечая на вопрос, впрочем и так понятно


– А если не найдешь? – спросила я, глядя в окно,


– И я бы не хотела, чтобы вместо меня умирала другая, – понятия не имею от куда во мне взялась это доблесть, или втянулась и мне нравиться умирать? Или это как называют в народе, бабья дурь?


– Лея, – он замолчал, так и не договорив,


– Пошли спать, у меня с утра встреча, – тяжело закончил он


– Иди. Я чуть позже лягу, – он постоял минуту и начал подниматься,


– Кстати, это твоя спальня, – сказал напоследок, и ушел.


Умирать, конечно, не хотелось, но и не хотелось, чтобы погибли миллионы людей, я не верила, что они так быстро найдут еще одну такую как я. Он не знает о моей третьей смерти, это хорошо, пусть и дальше не знает. Может, есть что-то в бабушкиных книгах из тайника, хотя если уж у древних нет. Но надежда умирает последней. Поднялась наверх, в свою спальню, долго ворочалась, не могла уснуть, было жарко, я скинула одеяло, не помогло, разделась. Мне понравилось, приятно холодило кожу шелковое белье, теперь понятно, почему его на юге особенно любят. Но сон не шел, я повернула голову на бок в сторону балконной двери и смотрела, как чуть колышется тюль, посмотрела на свою руку, на запястье светилась метка. Я встала, взяла ящик из тайника, и включила ночник. Читать не хотелось, но я нашла там шкатулку с украшениями из серебра, ну вообще-то артефакты, но все равно очень красивые. Очень к месту пришелся широкий резной браслет на застежке, его я надела на правую руку и очень обрадовалась, так как он перекрывал метку, и теперь было не разобрать, сколько там кругов, два или три. Сложила все обратно и поставила у кровати, несколько минут сидела и смотрела в окно, и заплела волосы в косу, встала, надела тот черный шелковый халат. И вышла из спальни, мне не нужно спрашивать где спальня Артема, я знаю где он, хотя не могу читать его как других, на нем стоит защита, возможно, сейчас я бы могла ее сломать, но если честно я не хотела, если он обманывает или использует меня, я не хочу знать этого. Я скучаю о Иви, но не могу ей больше доверять, и от этого очень погано на душе. А сейчас я просто поддалась порыву, и чего уж там, гормонов. Замерла перед его дверью, чтобы убедится, что он один. И зашла, Артем лежал на большей кровати, закинув руки за голову


– Не могу сказать, что не удивлен,– продолжая смотреть в потолок сказал он


– Значит не говори,– я скинула халат, он сел на кровать


Ночью мы так и не спали, и утро застукало нас вместе, мы просто лежали.


– У тебя же утром встреча,– сказала я, разрушая тишину


– Да, не хочу уходить, я скучал по тебе, – он лег на бок и погладил меня по спине


– Я тоже, и даже сильнее чем думала, – улыбнулась я


– Что-то подсказывает мне, что ты снова уйдешь, и это наверно жизненный опыт, – лег он обратно на спину


– Твой опыт прав. Но я не хочу, знать, что у тебя есть другие


– Собственница значит, – развеселился он


– Тём?


– м?


– В кого обращаешься ты? – задала я давно мучавший меня вопрос


– Ты любопытная, как кошка, – засмеялся он, но так и не ответил. У него зазвонил телефон, и он пошел в душ, а когда вышел, меня уже не было.


Когда вернулась в комнату, то тоже пошла в душ, долго стояла под струями воды, расставляя все по местам, и принимая решения. Я решила, уволится с работы, просто позвоню и скажу об этом, еще, останусь здесь, на два месяца и вернусь в заснеженный дом, к открытию четвертого круга, за два месяца. Пойду в зал, и снова возобновлю занятия по самообороне, которые похоже даже не отложились, да, собственно, за семь занятий много не узнаешь. Подойду к этому серьезнее, мне пригодится это, конечно, же я сделаю это, если не умру на четвертом этапе привязке. Но об этом я старалась не думать. А сейчас займусь чтением книг из дневника, так я и сделала. Заплела волосы в косу и уложила вокруг головы как корону, надела коричневое ситцевое платье в бежевый, мелкий цветочный рисунок, отрезное по талии с пуговками на груди и длиной до середины голени, с рукавами крылышками, его мы покупали с Иви, прошедшим летом. Позвонила на свою уже бывшую работу, сообщила об увольнение. Алена, сказала, что ну и хорошо, но пояснить отказалась. Я не стала, забивать этим голову, там и так было достаточно всего. Я просидела так до вечера, закопавшись в книги и бумаги. Я нашла здесь всю информацию про круги, про стражей и ключи, я поняла почему их двое, а дело в метках, если сейчас в навь попадает мое астральное тело, то открытую дверь нужно закрывать, будучи там физически. И для того, чтобы выйти нужно взяться за эти метки. Именно так я вытащила Мишу, мы взялись за запястья и только так мы смогли покинуть навь. Еще о том, что на самом дела эту самую дверь между мирами, открывают каждые тридцать лет. И для этого не нужны не круги не жертвоприношения, такой метод служил аварийным входом, а вообще его сделали, именно такие личности, которые сейчас этим и занимаются. То есть те, кто ищет силы и власти, они варварски заходя через самый низ, и медленно продвигаясь к заслонке или двери, но это не важно. И я поняла, что умирать никто не должен во время привязки то, что связь может оборваться, написано, а то, что возможна смерть, нет, и это показалось очень странным. Я еще раз переворошила записи и ничего не нашла о смертях. Уже вечерело, и я поняла, что не ела и не пила целый день и пошла вниз, читая последнюю тетрадь, и совершенно не обращая внимание, на окружающий мир. Поэтому слишком поздно заметила, что в гостиной кто-то есть, и даже не успела пригнуться, сильные пальцы схватили за горло, и меня приподняли, прижав к стене продолжая держать за шею, я уронила книгу. И болтала ногами, как пойманный маленький зверек, мне совершено не понравилось это ощущение


– Ведьмочка, и что же ты тут делаешь? – меня держал мужчина лет под сорок, короткая борода, хвостик и выбритые по бокам волосы, на левой стороне лица рваный шрам, теряющийся в бороде, и переходящий на шею. И через несколько секунд разжал руку, я упала на пол, в глазах потемнело


– Ты знаешь, что становишься темной?– присел он на корточки передо мной,


– О не стоит, я тебя опережу и тебе снова будет больно,– он закрыл мою руку своей, гася электрический заряд.


– Извини за это, рефлекс, да и не ожидал я кого-то увидеть, – он встал и пошел к столику, где стояло спиртное. Мое тело восстанавливалось быстро, но гордость была ущемлена, я было очень разочарована собой, мне определенно не понравилось быть жертвой.


– Завалился в чужой дом и удивлен увидев в нем людей, – фыркнула я


– Не прячь любопытство за сарказмом, я пришел на встречу со Смолкиным, он не предупредил, что завел себе ведьму, – усмехнулся он


– Он о ней знает? – я проигнорировала его колкость


– Он звал меня, но наверное не думал, что я приду так скоро,– он налил себе в стакан, что-то из бара, и повернулся ко мне, я продолжала сидеть на полу.


Что-то было не так, он не ощущался ни живым, ни мертвым, так выглядит сама грань между навью и явью


– Кто ты? И я не об имени интересуюсь.


Ответить он не успел, да, думаю и не собирался. Дверь открылась и вошел Артем, причем глаза у него горели красным


– Смотри, как вовремя, выпьешь? – он поднял стакан, я хмыкнула, меня совершенно не пугал этот ну, назовем, пока человек.


Далее последовал крайне нелицеприятны монолог Артема в сторону незнакомца, из него выходило, что этого самого хм ведьмака вызывали совсем в другое место, но он почему то решил просочится сквозь охрану дома и усыпить всех охранников ребят вокруг, на что этот самый ведьмак лишь улыбался, кивал и отпивал из стаканчика.


– Хорошо говорит, – подмигнул он мне,


– меня Артуром зовут кстати, – подошел он ближе, и протянул руку, – когда у Артема зазвонил телефон


– Лея,– пожала я ее в ответ


– Красивое имя и странное, переводится как цветок с языка ведьм, но в твоем варианте, ядовитый, – улыбнулся он


– Почему? – я встала и пересела на диван


– Ей не нужно этого, – попытался препятствовать нам Артем, прерывая свой разговор по телефону с начальником охраны


– Это не тебе решать, – отрезала я


– Слышал, хватит уже от нее все скрывать, это ее дар и ее дело, хочет она его или нет, – Артем психанул и вышел, громко хлопнув дверью


– Так, а теперь подробнее, – попросила я, поворачиваясь в сторону гостя


– Подробнее, вот он,– взмах руки в сторону ушедшего Артема, – позвал меня чтобы узнать, как блокировать твой дар, – на этом моменте я скрипнула зубами, но прерывать не стала, – о, он делал исключительно в лучших побуждениях


– Каких это?


– Давай опустим пока, это ты у него узнаешь. Дак вот, у тебя редкий дар, ты темная, но люди часто думают, раз темная, то плохая, но очень сильно ошибаются, заговоры чаще устраивают светлый, например этот случай с открытием нави кругами. Очень варварски способ и крайне глупый. Ну не в этом суть. Не важно, с какой стороны ты берешь силу, важно, как ее используешь, верно? – я кивнула. Я тоже темный, мне легко заходить в навь, я могу быть и там, и там, подобных мне не много. Потому что все отказываются от своей силы, страшась, ведь так мало о нас известно. А все, потому что, те кого мы считаем светлыми уничтожали нас столетиями.


– И как тогда это все выглядит? Темные заклинания на крови или что-то еще?


– Глупые предрассудки, да мы берем силу мертвый и можем заклинать на крови, но для этого не нужно никого убивать. Просто нас питает навь, скорее энергия нави. Я к чему веду этот разговор, ты темная, и твой дар просыпается, и у меня вопрос принимаешь ты его или нет? Сейчас я не требую ответа, и скажу сразу, наша жизнь полна борьбы и риска, но она никогда не бывает скучной, – он улыбнулся – я вернусь через сутки за ответом, а колдунишке этому ответь, что я не могу ему ничем помочь, – и на этих словах встал с дивана, сделал шаг и исчез, подмигнув на прощание. Какое-то время, я сидела одна и думала о его словах.


– Он ушел? – зашел Артем


– Ушел, и сказал тебе нет на твою просьбу. А мне нужны ответы, – я посмотрел на него холодно и зло,


– Что еще я должна знать? – я встала и подошла ближе


– Ничего, – он врал, искусно, так, смотрел мне в глаза и если бы перед ним стояла обычная девушка или простая ведьма, поверила бы, но не я


– Снова ложь, – сказала я и усмехнулась.


Я развернулась и ушла наверх, собрала вещи, никто меня не потревожил, он знал, что это бессмысленно. Книги положила в сумку к вещам, шкатулку туда же, хотела выкинуть и коробку, но мне показалось, что дно слишком толстое и тяжелое. Надо было чем-то подцепить доски, огляделась, самым подходящим оказались ножницы из моего маникюрного набора, пришлось снова открывать сумку. На всякий случай закрыла и дверь, дно поддавалось плохо, я погнула ножницы и сообразила, что пилочка для ногтей даже лучше, чертыхнулась, ругая себя. Раздался хруст, и я смогла открыть дно, в нем была полость, там лежала тетрадь в черном кожаном переплете, замотанная кожаным шнурком. Под ней лежал кинжал длиной во все дно коробки и сантиметров двадцать пять, простой эфес тоже обмотан кожей, но коричневой, как и ножны, без украшений, без надписей. Тетрадь положила в сумку, кинжал замотала в кофту и скрыла заклинанием, чтоб в аэропорту не было претензий. Билеты купила онлайн, очень удобная вещь этот интернет, на час ночи, время было пол одиннадцатого вечера. Надела джинсы, футболку, ботинки в которых приехал, дубленку взяла в руки, и села в вызванное мной такси. Никого дома не было, он ушел, как только я поднялась наверх. Но это все уже совершенно не важно, я очень четко поняла, что все это не моя жизнь, и я готова рискнуть, приняв предложение Артура, думаю ему не составит труда, найти меня и в моем родном заснеженном городе.


ГЛАВА III


Открытие

Когда тебя накрывает темнота неизбежности, но ты не перестаешь идти, на небе загораются звезды, а демоны что живут в темноте, оказываются милыми ребятами,


именно они указывают направление и не дают унывать. Мир полон неожиданностей, и не все они плохие. Порой, хорошее оказывается плохим, а плохое хорошим.И скорее всего ничего не изменилось вокруг, все перемены в тебе. Так что стоит смело открыть эту дверь в неизвестность, там нас ждет увлекательное путешествие.


Села в самолет, спустя почти два часа приземлилась в свой снежный город. Я поняла, что здесь мне лучше несмотря на холод и сугробы, все это сейчас кажется такой ерундой, на душе было тепло. Во всех путешествиях для меня всегда важна, дорога домой. Люблю уезжать и возвращаться, это чувство предвкушения нового или уютного и родного старого. Вернуться домой, упасть на кровать и открыть окно и пусть ветер играет занавесками.


Я знаю, что дома меня ждут и неважно люди это или стены, просто мое место в этом мире. Все же возвращаться это-то из-за чего я люблю уезжать.


Пришлось вызвать такси и ехать в частный аэропорт, чтобы забрать свой вранглер. Он ждал меня запорошенный снегом, но такой родной, завела двигатель, положила сумки в машину, смела снег, на улице было не так холодно, минус десять, что радовало, но после теплых краев, было очень ощутимо. На улице шел снег, заметая следы и дороги, свет фонарей помогал так же мало, как если бы, ехать в тумане. Метель усилилась, круговерть из снежинок создавала ощущение ватной стены, но я не останавливалась, прекрасно ощущая, где мой дом, где дорога, я поняла, что для меня не обязательно смотреть чтобы видеть. Уже сворачивая на дорогу к дому, резко остановилась, кто-то стоял прямо перед машиной, я ощущала тепло живого существа, но не человека. Вышла из машины, надев капюшон, но его сорвало ветром и отбросило за спину, плохо заплетенные волосы растрепались и теперь развивались на ветру как алый флаг, мешая надеть капюшон обратно, да я и не стала. Присела рядом с переднем бампером, на снегу был маленький котенок, не понятно какого цвета, разве что темного, его замело, шерстка покрылась снегом, он дрожал и уже безмолвно открывал рот


– Маленький, что же ты тут делаешь? – я взяла его на руки и положила за пазуху, он продолжал безмолвно мяукать и дрожать всем тельцем


– А ведь у меня даже молока дома нет, – зачем-то сказала я ему, мы так и ехали с ним вместе, он даже не пытался вылезти, да наверно и не мог, я только чувствовала как он дрожит, и от этого у меня сжималось сердце, мне хотелось, чтобы он выжил. Но что я понимаю в кошках, в ветеринарную клинику ехать смысла нет, а ветеринар не приедет в такую метель


– Ничего малыш, мы с тобой поборемся, если ты выжил и смог дождаться меня значит, все получится, – сказала я сворачивая к дому, хорошо, что ворота у меня везде автоматические, что уличные, что гаражные.


Дома было прохладно, отопление работала на минимуме, во избежание аварии. Я добавила тепла, взяла плед который всегда лежал на батарее и закутала все еще дрожащего котенка, он оказался пушистым и черным, глазки так и не открыл, подушечки лап были обморожены, я положила его на диван, который стоял напротив камина в гостиной и затопила его. Я не знала, что с ним делать, но знала как лечить людей поэтому, так и стала делать, как если бы он был человеком. Лапки смазала мазью от отморожения, из шприца влила в него теплой воды, и просто осталась сидеть с ним в обнимку на диване, он перестал дрожать я испугалась сначала, проверила дышит ли, дышал. Через какое-то время он начал мурлыкать, положила его на диван и занесла в дом вещи из машины, достала ту самую тетрадь в темной коже, взяла подушку и одеяло и легла обратно с котенком в обнимку и открыла тетрадь. Это была книга теней, что есть у всех ведьм, но она была странная, написанная от руки, но я не смогла прочесть ни слова, хотела перевернуть страницу, но порезалась листком, испачкав кровью край. И кровь на моих глазах впиталась в лист, превратившись в темные разводы, словно корни, и как только коснулась текста, исчезли, будто и не было, а я поняла, что могу прочесть все слова и буквы. То есть моя кровь, это ключ-шифр к тетради и прочесть ее может только тот кто является мне кровным родственником.


Куча темных заклинании, обрядов на крови, поиска, это просто бесценная книга, здесь были такие заклинания, о которых я и не слышала, даже будучи светлой я знаю о существование многих темных заклятий, но эти. Не зря все скрыто, между листками книги лежали несколько листков, не прикрепленных к страницам, да цвета другого. На них было написано о вечной войне и борьбе, о том, что навь как шкатулка Пандоры, ты никогда не узнаешь, что там хранится, пока не откроешь крышку. Не стоит порой верить глазам, а нужно верить поступкам чувствам, не всегда люди хорошие, а демоны зло. Мир многогранен и переменчив, и моя бывшая работа, это что-то вроде уборщика, мы не останавливали бардак, мы убирали его. Мир – это многослойный и искусный пирог, и то, что казалось мне тайным это всего лишь второй слой из миллиона имеющихся. И при этом в каждом его слое миллиарды путей и нитей, связывающих судьбы. Есть тайное общество, а сейчас это что-то вроде секретной организации, которая не дает одному слою перетекать в другой иначе красивое творение просто превратиться в грязь.


И в книги не было никаких жутких заклинаний и жертвоприношений, только капля другая крови и все. Артур меня не обманул, не знаю как он меня найдет здесь, но не сомневаюсь, что найдет. На этой мысли я уснула в обнимку с котенком. Проснулась от шума, кто-то размешивал что-то в кружке, и металлическая ложка задевала края. Котенка рядом не оказалось, я прислушалась к себе и совершенно не удивилась, что там стоял Артур.


– Как ты сюда вошел? – спросила я, появляясь в дверях, на нем была армейская кофта и штаны, ну какие продают в магазинах стиля милитари, он отпивал кофе из белой кружки, из моего чайного сервиза, в его руках она казалась маленькой


– Доброе утро! Кофе будешь? – спросил он, ставя чашку на стойку.


– Буду, – а чего отказываться то, – откуда молоко? – на барной стойке сидел котенок и пил из блюдечко молоко и урчал от удовольствия


– Из магазина вестимо,– посмеялся он, наливая кофе и мне


– А подробнее?


– Подробнее, я догадывался о чем то подобном, ты эмпат, для тебе чувства имеют огромное значение, но ты отгородилась от всех и мир дал тебе кота, кстати это мальчик


– И как узнал? – улыбнулась я


– По морде, у него очень мужественные скулы, – парировал он


– А почему кот? Может был бы пес, например у меня есть уже пес


– О, собаки не любят темных, или очень быстро погибают, так как не могут воспринимать магию, или мутируют в нечто ужасное, ну и их убивают. Кошки не восприимчивы к магии, они могут ее даже нейтрализовать, не всю, но бывает. Для них нет запретов, если хотят они заходят и в навь, у них свои кошачьи тропы.


Получается, я больше не увижу Вереса, это очень грустно, но я знаю, что он в хороших руках.


– Как назовешь? – он погладил наевшегося кота по спинке, от чего тот заурчал еще громче


– Не знаю, пусть так и останется, кот, – совершенно черный котенок, месяца три отроду, так как глазки уже начали менять свой цвет и становились то ли желтыми, то ли зелеными. Он напился молока, и свернутся клубком рядом с блюдцем


– Он это мой фамильяр? – хмыкнула я


– Ну, отчасти


– Ты пришел за ответом? – спросила я, допивая кофе


– Нет, я пришел, чтобы начать тебя учить, ответ лежит рядом с блюдцем. Если он есть значит, ты все уже решила


– Ну и с чего начнем?


– Пока не с чего, ты должна до конца поменяться, еще немного рано. Но завтра я приду снова, он встал со стула, сделал шаг и исчез


– Ей! Я тоже так хочу! – крикнула я в след, и не ожидала, но получила ответ


– Научишься.


Когда жжешь мосты между людьми, стоит сжигать и вещи, связывающие тебя с ними, наверное, чтобы не было соблазна вернуться. По крайне мере для меня это так, поэтому я выложила на сайт диван, кресла и стол из кухни, оставив там лишь высокие стулья для барной стойки, все из гостиной спальни. Одеяла и подушки убрала в шкаф в своей спальне, то же сделала и с комнатой, где была Ив. Все ее вещи положила в коробки и отправила с доставкой. Мебель забрали очень быстро, наверно потому, что она была безвозмездной, как говорила сова из Винни-Пуха. День прошел незаметно, переворошив весь дом и отдав кучу мебели, я приняла душ и упала на кровать, как была в полотенце.


Снился мне странный сон, я оказалась на поляне в сумерках синевато-серых и единственное яркое пятно во всем моем сне были мои волосы. Я будто смотрела со стороны, на мне были толстые кожаные, наверно доспехи, они закрывали плечи и живот, спину, так же были высокие сапоги и кожаные наручны.


Был туман или даже дымка, в ней виднелись черные силуэты искореженных деревьев, я сделала шаг и с земли поднялась стая воронья, и я только заметила тела, людей. Порванных на части, зарубленных, сгоревших от заклятий и тела странных существ, очень отдаленно схожих с людьми и даже звери, оборотни, запоздало определил мозг. Слышался лязг мечей и шелест заклинаний, но дальше от меня. Я просто стояла посреди всей этой массовой могилы и держала тот самый кинжал из ящика. Сделала шаг, проходя порой прямо по телам и направилась в сторону боя, в каше тел кто-то стонал, но я не отвлекалась, понимая, что я должна помочь там, здесь от меня мало помощи. Вороны снова слетались на тела, их стаи так и кружили в сером бездонном небе, самые осторожные, но любопытные садились на узловатые ветви. Вот она сумрачная битва, там, где мы проиграли, если бы часть нави не вышла на нашу сторону. Сто душ на одного ее жителя, разорванных простых людей и одаренных. Сумрачные твари, пришли вместе с туманом и уносили жизни раскрашивая стены домов багряной, теплой кровью, здесь все встали спиной друг к другу и перестали делится на людей и магов, ведьм, мы защищали свой дом, отдавая жизни, в надежде, что наши дети останутся жить. К счастью, вместе с сумраком пришли и призрачные псы, это просто обозначение, там были и медведи, и волки, и вепри, они были первыми оборотнями, от них пошли древни. Они наделили силой людей, отдав им часть своей крови и силы.


Я остановилась, так и не дойдя до места, развернулась в сторону леса, чувствуя, что там в тумане идут сумрачные твари. Сплела заклинание, первые несколько сгорела в черных путах смертельного плетения. Огромные горбатые твари, покрытые шерстью, словно куски тьмы единственное светлое в них было клыки. Один набросился на меня я увернулась и ранила его клинком, но и он смог достать меня, разорвав когтями бок, следующий его выпад мог бы быть для меня смертельный, но у меня из-за спины выпрыгнул белоснежный волк и разорвал горло твари, испачкав шерсть в бурой почти черной крови. И за ним словно снежная лавина опрокинулась на тьму, выпрыгнули снежные волки, разрывая тьму на части. Я приложила руку к разорванному боку, но кровь сочилась сквозь пальцы слишком быстро. Подняла голову и увидела как большой медведь перехватывает прямо пере домной призрачную тварь


– Я сказал, чтобы ты не высовывалась, – прорычал медведь


– Осторожно, – крикнула я, он успел увернуться и тварь вцепилась ему в ухо


Я проснулась, от того, что упала на пол, постаралась вскочить, но запуталась в волосах и полотенце, поэтому смогла только сесть, забросила волосы за спину. Приснится же такое, кот сидел на краю кровати и смотрел на меня


– Вот если ты хочешь что-то сказать, то не сегодня, я не переживу,– сказала я черному комочку, понимая, что наверное это и есть сумасшествие.


За окном еще было темно, небо было серое из-за туч, часы показывали четыре утра. Я решила, что жаворонком делаться не хочу, поэтому надела шорты и майку и легла в кровать, на этот раз под одеяло. Кот лег сверху и замурлыкал, усыпляя не хуже кота Баюна из сказки, но без кошмаров.


Следующий день я провела в приборке, подметая и выбрасывая поломанные вещи. У меня освободились две комнаты, стену между ними я хотела убрать, чтобы получился большой зал, но звать рабочих не хотела. Ну, пока у меня и так было чем заняться, поэтому я надела наушники и включила Blues Saraceno вперемешку с Би-2 и AC\DC и занялась уборкой успевая пританцовывать со шваброй и мусорными мешками. Совершенно забыв об осторожности, поэтому Артур застукал меня в врасплох, из-за чего у меня кажется, случился микроинфаркт, а Артур получил от меня по голове гранитной старой вазой, оставшейся мне еще от бабушки, коту в переполохе наступили на хвост


– Ты что очумел! – заорала я, от испуга


– Я!? Ты мне голову разбила! Кстати чем? – рана, на его голове заживала мгновенно, теперь о ней напоминала только кровь, и синяк на лбу цвета сливы лиловой, спелой садовой, я хохотнула


– Вазочкой, – я показала ему, сей предмет.


Ваза была сделана из гранита в форме рюмки с толстой ножкой и закрытым горлышком, в размерах она была не большая в высоту сантиметров двадцать пять. И как показал опыт ей очень удобно было бить


– Это не вазочка, это кусок камня! – но вазу он взял и разглядел получше,


– Тяжелая, и оружие не плохое – уважительно протянул он, но вазу не отдал


– Ты коту хвост отдавил, – я взяла его на руки, и пошла на кухню, чтоб задобрить страдальца ветчиной, и я не имела в виду Артура. Но он пошел за мной


– А где мебель?


– Нет ее, у меня реконструкция жилья,– я достала кусок ветчины и дала коту


– А мне? Ты меня вообще, чуть не убила, а ему всего лишь встали на хвост! – возмутился он, прикладывая к синяку намоченной холодной водой кухонное полотенце, и садясь на стул


– Его я люблю в отличие от тебя, и он ни в чем не виноват, – сказала я, но все же достала ветчину, соленные огурцы, и тушеную курицу из холодильника, так как тоже хотела есть, наверно это все стресс


– Вот это другое дело,– просиял он


– Тебя, что не кормят? – спросила я, доставая лаваш из шкафа и ставя чайник. Курицу согрела в микроволновке.


– Нет, я живу один, и я с задания сразу к тебе, – он взял кусок ветчины


– И чего? Шел бы домой, – я резала помидоры на салат, еще огурцы и листья салата


– Тебя проверял, знаешь, как ломает некоторых, когда принимают темный дар? Лучше и не знай!


– Ну меня нет, разве, что сны странные снятся, про битву с навью и снежными волками


– Это могут быть и не сны, а воспоминания твоей прошлой жизни, давай уже тарелки и вилки, я сейчас слюной изойду


– Сам возьми, вон там? – я ткнула ложкой в сторону нужного шкафчика


– Может тебя и не будет, хотя сколько кругов на твоей метке?


– Три


– Значит буду все равно заглядывать


– Только с продуктами в следующий раз, а то так не напасешься, – заметила я, видя как исчезает курица, салат и лаваш


– Угу


– Слушай, а нет ли такого заклинания, чтобы убрать стену, без помощи строителей? – заинтересовалась я


– Есть, а что? – отвлекся он еды, не зная обо что вытереть руки, я протянула ему салфетку, – о, спасибо!


– Надо стену убрать между комнатами, – я заинтересованно посмотрела на него


– Это можно, заодно выучишь заклинание тлена, только давай чай попьем? У тебя торта нет?


– Не сыпь мне соль на раны,– грустно вздохнула я, так как очень захотелось тортика


– Ладно сейчас будет, ты как шоколадному относишься?


– Отлично! – я просияла, и искренне улыбнулась


– Тогда ставь чайник, – сказал он и исчез.


Появился минут через десять с тортом наперевес


– Вот, – сияя как начищенный пятак он гордо открыл крышку, не хватала несколько кусков


– Ты так быстро съел два куска? Ты что пиранья? – с упреком посмотрела я на него


– Нет, я съел их еще вчера, просто принес из дома, давай чай, – насупился он


После чаепития, поднялись наверх, я захватила уже свою книгу теней, Артур посмотрел на нее и присвистнул, сказал, что это очень ценная вещ, если бы не защита на крови, за ней бы охотились сотни. Но так она бесполезна, только я могу ее прочесть,и припечатал своим, но. Сказал, как вариант меня могут пытать, пока я не перепишу ее, увидев мои округлившиеся глаза заржал и сказал, что маловероятно. Оказывается, у меня нет никаких ведьмовских ингредиентов, единственное, что было это кинжал и ведьмина книга.


– Дааа, – протянул он,


– Ну ладно давай уберем стену для этого ничего не нужно.


Не знаю сколько времени прошло, казалось что вечность, у меня болели пальцы, я даже не думала что они могут болеть! От жестов направляющих энергию, я охрипла от выкрикивания заклинаний. Но есть плюс, благодаря моим бездарным способностям мы изобрели заклинание взрыва, направленного и точечного, ну это после векторной корректировки Артуром. С его помощью я взорвала, ручку на двери и сделала маленькую сквозную дыру в стене, от чего в воздухе летал мел от гипсокартонной стены, кот сидел тут же на подоконнике, совершенно не опасаясь за свою жизнь. Его черную шерстку тоже запорошило, и теперь он был седой, Артур видимо прав, и магия кота не брала. Так как все мои манипуляции происходили рядом с ним, но ни одна не попала, кажется, я больше опасалась за жизнь Кота чем он сам.


– Нет Лея, я много встречал темных ведьм, но подобную тебе ни разу, – бурчал он поднимая меня с пола, после того как я забыла погасить отдачу от заклинания.


– Я талантливая и творческая! – от этих слов его передернуло, и он потер многострадальную голову.


А все потому, что когда мы разгребали вторую комнату на него выпали мои картины, с мрачными сюжетами и пейзажами, но дело не в них, а в тяжести двух подрамников, которые мне на заказ делал знакомый бабушки Павел Евсеевич, он был плотником и из обрезков делал для меня подрамники для холстов, и так получилось, что два были из дуба, и я даже не буду рассказывать, как материлась я вбивая в них маленькие гвозди, но душа требовала. И может было бы не так плохо если бы они не ударили его в только зажившую ссадину от вазы. На мое извини, он долго и мрачно смотрел, но так ничего и не сказал, а вот картины оценил и сказал, что заберет в счет ущерба себе любимому, я согласилась, чего уж там, ему и правда сегодня знатно по голове прилетело и трижды!


– Это да,– согласился он, комната выглядела как после бомбежки, в полу были небольшие кратеры, стена в прогалинах и дырах


– Это не стена, это какой-то криптанит для меня! Я больше не могу! – я залезла на подоконник к Коту


– Да, стоит отдохнуть минуту, двигайся, – он сел рядом, хорошо, что окно было большим, я любила большие окна, поэтому они большие по всему второму этажу. Но я помнила про климат и именно по этой причине есть широкий и низкий подоконник, больше напоминающий лавку


– Что я делаю не так?


– Вот, не поверишь, я не знаю! Может, ты направляешь не так потоки? Ну ка иди и еще раз попробуй, а я посмотрю теперь на них, – я со стоном встала, положив Кота на освободившееся место


– Ну смотри, – я начала плести заклинание, сформировывая нити


– Стой! Это же надо! – он возбужденно соскочил


– Что? – испугано спросила я, вдруг у него помутнение, все же по голове три разу прилетело


– Ты вплетаешь и темные и светлые нити!


– Это вообще возможно?


– Да! Это редкость, но такое бывает, и кстати у эмпатов в большинстве случаев, я совсем забыл.


– И что теперь?


– Да ничего! Ты не темная и не светлая ты сумрак, что-то между ночью и днем


– Чудненько, сумрачная ведьма. А кстати не плохо звучит! – обрадовалась я


– Ты еще и странная, ну ка давай еще раз, но сделай учет на светлые нити, вот смотри сама, их нужно вплетать так, чтобы они не сбивали темные, от чего твое заклинание попадает хоть куда, но только не туда куда надо, ну пробуй,– сказал он, но на всякий случай отошел дальше


– Подожди! Они же не только отталкивают, но они еще и притягивают, когда их полюса схожи, смотри, как переплелись вот эти нити? Они как я серые, – хохотнула я


– Точно, они усиливают, а вот эти перенаправляют,– он даже подошел ближе


– Поэтому получился точечный и сильный удар! Я создала еще одно заклинание


– Ага, и оно только для таких как ты, – осторожно заметил Артур


– Я эксклюзив! Ладно отойди, – в этот раз все прошло как надо, стена начала тлеть на глазах, исчезая и оставаясь только пылью


– Наконец-то, все я пошел, – он похлопал меня по плечу и исчез.


А я сначала радовалась, стояла и улыбалась. Потом поняла, что мне предстоит куча уборки, Кот потерся об ногу, теперь он был серого цвета, значит, его тоже надо мыть. Начнем с уборки, во время нее я постаралась практиковать пару простых заклинаний из книги, таких как зажечь огонь. И осознала, что для всего, что выходит за рамки и является исключением, нужно переделывать и заклинания, на простое освоение одного заклинания, ушло вместо десяти минут, целый час


– вот тебе и эксклюзив, – сказала я, все еще грязному Коту.


К полуночи я прибрала в уже большой комнате на втором этаже. Порадовалась, что обои и пол в них не отличаются, но надо было покрасить полосу от бывшей стены, на потолке, это я и сделала, в чулане нашла рулон обоев и заклеила и на стенах. Остался пол, и это было сложнее, так как он был из темного ламината. Я пошла рыться в чулане, он был большой, там в ящиках я нашла куски этого ламината, и еще пилу, хотя наверно нужен был лобзик. Пока носила все это наверх, запнулась за стеллаж, в коридоре с которого на меня упали подсвечники со свечами, и несколько книг, по светлой магии. Я оставила их там лежать, пока снова не запнулась за них, поэтому взяла в руки и отнесла туда же. И на этом у меня был ступор, я понятия не имела, как класть ламинат, а еще как заделать дыру в центре комнаты, которая как светлая полоса шла по середине. Поэтому села рядом с пачкой ламината, она, конечно, была не целой, но должно хватить, под руки попались книги. И меня осенила идея, есть же в светлой заклинание однородности, что помогает склеивать предметы вместе, сплавлять кусочки создавая единое полотно. Оно чаще используется в амулетах и создание артефактов. Но я решила пойти дальше и вплести защиту на этом уровне и если выйдет, то сделать защиту на весь дом. Озаренная идей, я просидела с этим еще несколько часов. Но, в конце концов, у меня вышло. Хотя пол теперь был ровной доской, а не из нескольких. В процессе, я себя замуровала, спрятав таким образом дверь, когда делал это на стенах. Хорошо, что я знала, где она, с потолком все прошло гладко. А от пола тоже пришлось отделять ящик инструментов, книги и все что там лежало. Но у меня получилось, мыться сил не было, я просто перетащила из спальни, сюда плед и подушка и так и уснула, под мурчание Кота. Так нас и застал Артур, причем он бегал вокруг нас щупал стены и что-то бормотал, от этого я и проснулась.


– Ты чего свихнулся? – он обернулся, сначала в его глазах было восхищение и удивление, а потом он заржал


– Ты, ха-ха-ха, ты, – не мог он выговорить, сгибаясь от хохота


– Ты себе видела, да вы с Котом пара хоть куда, – посмеялся он


Я попыталась пригладить волосы, но от мела и пыли они стояли дыбом, и держались получше чем на всяких лаках и муссах. Я обиделась и гордо подняв голову, ушла в ванну в обнимку с котом. Увидев себя в зеркале, я поняла причину веселья Артура. Кот воду не любил, как и все кошки, но вроде терпел, смешно выпучив глаза. И очень быстро убежал, даже не дав себя толком вытереть. Мне пришлось сложнее, волосы я смогла промыть только с пятой попытки. Спускаясь вниз, и суша волосы полотенцем я почувствовала, как вкусно пахло жареным мясом. На кухне меня ждала картинка из модно журнала, мускулистый мужик в белой обтягивающей футболке жарил мясо, но в данный момент мужик меня вовсе не интересовал


– Откуда мясо? – спросила я,


– Я принес, ты же сама сказала вчера, – ответил он не отвлекаясь от процесса


– Гурманий бог, как вкусно пахнет!


– Лук у тебя есть? Я забыл про него, – усмехнулся он.


– Да в корзинке, на боковой незакрытой полке, – крикнула я, из зала, там оставила полотенце и взяла масло для волос


– Нашел, а это что? – показал он ножом на бутылочку с маслом.


– Это для волос, – я села на стул, достала расческу из кармана домашних штанов.


– У тебя красивые волосы.


– Эм, спасибо, наверно.


– И длинные, интересно на сколько тебя хватит, – он улыбнулся кладя лук к мясу.


– В смысле? – выпрямилась я.


– В нашей работе мало у кто из девушек носят такие длинные волосы, максимум до лопаток. У них не хватает терпения, как они объясняют.


– Будите делать ставки? – догадалась я.


– На что ставить? – он повернулся ко мне.


– На то, что я не сдамся, но половина моя!


– Ха, идет, но никому не слова конечно, – обрадовался Артур.


– Не вопрос! Скоро там? Я нетерпеливо, ходила кругами, как стервятник вокруг жертвы


– Доставай тарелки, – два раза просить не пришлось.


К мясу еще были тушеные овощи, а я поняла, что не ела со вчерашнего обеда, и ужасно хочу есть. Некоторое время мы молча ели, ну, он молча, а я закрывала глазки, и мычала от удовольствия.


– Божественно, – сказала я, а он усмехнулся.


– Ты хорошо поработала, сплела сразу два заклинания?


– Да, – похоже комплимент поражает комплимент, эффект зеркала, но все равно приятно


– тебе пора ехать по магазинам, и мебель тоже не помешает, – я немного взгрустнула, не хотелось встретить никого из знакомых, больше всего Ив и Власа.


– У тебя проблемы? – спросил он.


– Нет, просто есть люди которых мне не хочется видеть, но ты прав мебель нужна, да и прочие магические штуки, – хохотнула я, пытаясь настроится на позитив. И тут зазвонил телефон у Артура, за столько дней это впервые.


– Дело есть, если получится, зайду сегодня, но ты и так хорошо справляешься, – и снова исчез.


– Мебель можно заказать онлайн кстати, – потрепала я Кота по загривку, – но сначала в магазин за травами специями и ступками.


Волосы высушила феном, заплела в култышку на макушке, взяла небольшой рюкзак, и села в машину. Травы и масла часть купила в аптеках, часть в магазинах, так же купила продукты, целую тележку, загрузила все в машину. Уже стемнело, и я увидела полную луну, полнолуние было вчера, вернее сегодня ночью! Второй круг, поэтому вызвали Артура, я снова ничего не почувствовала, возможна причина в защитном экране, который я вплела в комнату. Ладно, как бы то ни было, все равно нужно открыть остальные два, у меня есть еще полтора месяца. Села за руль и поехала в сторону дома, но увидела новый торговый центр, который открылся во время моего отсутствия. Решила зайти, так оказался отдел одежды в стиле милитари, давно хотела зайти. Когда зашла, поняла где одевается Артур. Набрала кучу себе удобных вещей, трое штаны, четыре толстовки, две пары ботинок, и даже штук пять комплектов белья со спортивным лифчиком, удобный широкий пуховик с капюшоном. В общем, моя женская душа погуляла на славу, я наверно только поняла, что больше могу не экономить, хотя если меня не возьмут на службу к Артуру, то все изменится, но душа требовала кутежа. В итоге купила еще пальто четыре штуки короткое и длинное, три платья два строгих прямых одно зеленое. Второе со вставками из кожи с длинным рукавом, два свободного покроя тоже с рукавом, но одно приталенное, и еще одни ботинки, но на высоком толстом каблуке. Продавцы были мне рады, кажется, я сделала им выручку как минимум за день, даже карту вип клиента дали, на кассе девушка спросила.


– Вы решили поменять стиль,– и я поняла, что именно это и делаю.


– Видимо да, – я улыбнулась.


– Хороший выбор, мы будем рады вас видеть снова.


Я была счастлива и свободна впервые в своей жизни. Домой ехала в хорошем приподнятом настроение, дорога была почищена небо ясное и лунное, о кругах и жертвах я старалась не думать, этого я изменить не могу. Когда въехала в гараж, поняла, что, что-то не то, кто-то был в дома, осторожно открыла дверь, сплела заклинание сети и вошла, в гостиной лежал парень, он был ранен, кровь пропитала уже даже куртку.


– Какого черта? – прошипела я, убирая сеть.


– Меня Артур закинул, – он закашлялся и кровь пошла из рта, – сказал, что будешь ругаться но поможешь.


– Как блин? Я не лекарь! – я скинула дубленку, отодвинула стол от дивана, убрала ковер, постелила плед.


– Надо тебя переместить сюда, но у меня проблемы с заклинаниями, постарайся не терять сознание, – он лишь кивнул, я смогла сделать это, видимо от испуга. Разрезала на нем куртку кофту и футболку, он потерял очень много крови. Меня учили лечить, но это не моя практика.


– Я убью Артура, – шипела я, взяла за руку парня, и о боже на меня нахлынули все его чувства, я прикусила губу, чтобы не закричать и не остановится. У него была рваная рана на боку, видимо, задета печень, как он вообще жив, хотя вижу, магия Артура. Ладно, надо сосредоточиться, я же знаю много заклинаний, в том числе несколько темных, нужно вернуть все назад и запаять отверстия, это как мое заклинание вчера, но здесь я не имею права на ошибку, не дай бог спаять то, что не нужно, он умрет.


– Не теряй сознание, держись! Иначе я не смогу, я же новичок, да еще и самоучка блин! – надо сплести два, одно останавливает кровь, второе убирает яд и воспаление, не перепутать и правильно сплести нити сил, я вспотела, как черт на покаяние, бежало по спине, но я смогла, процесс запущен, теперь самое сложное.


– У меня вопрос? От чего ты хочешь умереть от раны, или моего лечения?


– Лечи, – чуть слышно сказал он.


– Хорошо, когда станешь призраком, можешь все мне высказать, а теперь терпи, нельзя делать обезболивающее, так как я буду слепа, – на это он закрыл глаза и открыл, соглашаясь.


Я до боли вглядывалась в его тело, я видела все как в компьютере мышцы органы кости. Именно поэтому маги самые лучшие доктора. Пришлось откорректировать заклинание и сделать из него некое подобие тонкой палочки, так я и сплела нити. И о чудо у меня все получилось, когда я закончила, то поняла, несмотря на мои старания, парень умирает, так как эго аура рваная, она бы восстановилась и сама, но его энергетический запас был равен нулю, чтобы выжить он брал сил даже из своей энергетической оболочки.


– Если ты умрешь, я найду тебя даже в нави и убью еще раз! – на этих словах, я влила в него остаток своего резерва и благородно свалилась в обморок.


Очнулась на полу, там где упала, но меня укрыли пледом и положили подушку под голову, рядом мурчал Кот, я погладила его и села, больного не было. Скула болела, видимо я ударилась ей об пол, там, скорее всего синяк. Я потрогала ее рукой и поморщилась, с кряхтение встала, и пошла в сторону кухни, вот не зря говорят, что кухня – это фокус дома, ну очаг. Именно там я провожу большую часть времени, там у меня даже стоит ноутбук и музыкальный центр. Артур жарил котлеты, а в кастрюле варилась картошка.


– Ты охренел! – рявкнула я.


– А я тебе пюрешку с котлетками делаю, – он похлопал глазками, в его исполнение это выглядело смешно. Больной сидел тут же за столом, с голым торсом, смуглый и рыжий, с черными глазами, но смотрелось все в купе красиво хоть и экзотично.


– Я твой должник,– улыбнулся он.


– Покажи, – я подошла ближе, рана затянулась, был красный шрам, но и он скоро пройдет, совсем или нет, покажет время.


– А я молодец, – похвалила я себя, а они заржали.


– Согласен, я не думал, что получится, но только у тебя был шанс, – успокоившись, сказал Артур.


– Из-за смешанной магии? Если темные смогут залечить тело, то только светлые вернуть жизненную силу и залатать ауру, без потери способностей.


– И за это двойное спасибо! – он был искренен, и его аура переливалась перламутром, мне было очень хорошо, от того, что я спасла его. Мне самой было приятно, я так боялась, что он умрет, что влила в него больше, чем нужно, но ему все пошло на пользу.


– А это приятно, спасать, – руки у меня тряслись, а в теле была жуткая слабость, энергию было брать не откуда, самый лучший способ это поесть. На стул я сама так и не смогла залезть, мне помог мой пациент.


– Спасибо, как зовут то тебя хоть?


– Извини, совсем забыл, Данил я, – искренне улыбнулся спасенный парень.


– Очень приятно, я Лея.


– Мне то, как приятно, но вообще, уже все про тебя знают, – он улыбнулся.


– Миленько, меня знают все, а я никого, прям звезда, – веселилась я.


– Ну, теперь то, точно станешь, – сказал Артур, – где у тебя блендер?


– Внизу в правом ящике. Не надо больше такой практики мне! Это скорее чудо, чем следствие четких действий, – испугалась я, предвидев, уже поток клиентов.


– Все равно узнают, как минимум еще трое, видели в каком состояние меня уносил Артур, да, ты не переживай, к тебе только самых безнадежных отправлять будут, – смеялся Данил.


– Артур, я на тебя зла!


– А торт смягчит твой гнев? – большой мускулистый, брутальный мужик с бородой и шрамом на лице, выглядел крайне забавно с блендерем, – я развеселилась.


– Шоколадный?


– Прага, – ответили мне и злится совсем расхотелось.


– Ладно живи, но если бы я знала где мой телефон, то точно сфотографировала тебя в таком виде, – Артур нахмурил брови, а Данил не сдержался и заржал.


– За это он бы тебя сгрыз, – отсмеявшись, ответил Данил, – он же брутальный и злой начальник, и я вспомнила как мы встретились, тогда он меня чуть не задушил. Тогда я бы в жизни не поверила, что он может быть таким.


– Он начальник?


– Ну да, командир нашего отряда, но с тобой он нормальный, такой как с друзьями, это удивительно, – уже тихо сказал он.


– А ну прекратили, – Артур злобно на нас посмотрел, но не сработало.


– Есть давай уже, – сказала я, доставая ноутбук с полки из под стойки.


– Ты чего это?


– Мне нужна мебель, и большой стол, есть предчувствие, что ты не последний, кто прибавился, – Артур загадочно ухмыльнулся в бороду.


– Кто, знает, хорошие интернет магазины мебели? – спросила я.


Знали все, поэтому, у меня уже мило вкладок десять с магазинами, и они еще что-то советовали.


– Так, всё! Давайте есть, – замахала я руками.


– Блин, у меня продукты в машине же, – вспомнила я, уже хотела идти.


– Ешь, потом достанешь, – остановил меня Артур.


Ребята ушли, оставив после себя грязную посуду, но кровавую одежду они убрали. Я помыла диван, радуясь, что он кожаный, выкинула окровавленный плед с пола. И вспомнила о покупках, настроение снова поднялось наверх, продукты были убраны на места, купленную одежду я перенесла в свою комнату на верху, образовалась приличная гора на кровати, и это радовало. Травы и прочие унесла в большую комнату, которую зачаровывала вчера и положила на пол.


Взяла упаковку чипсов, сока и ноутбук и пошла наверх. Включила музыку, и начала разбирать покупки, радуясь душей, нет, ну приятно же. Все было убрано на места, я чистая после душа надевала футболку, длинную домашнюю, и тут за спиной появился Артур, я вскрикнула и ударила его в солнечное сплетение, раньше, чем поняла, что это он.


– Ты смерти моей хочешь? – крикнула я.


– Нет, но думаю, что ты моей, – сдавлено сказал он, явно не ожидая удара от меня.


– Скажи спасибо, что у меня нет привычки бить заклинание!


– Правда спасибо, а то что-то я тебе слишком доверяю, – прошипел он, и сел на кровать


– Что пришел?


– Не могу, появится дома, а больше некуда, – я только сейчас увидела царапины на его руке.


– Ревнивая девушка? – усмехнулась я, тоже садясь на кровать, только ближе к подушкам и взяла ноутбук.


– Даже не знаю, как ответить, невеста, – скривился он.


– Ты же говорил, что живешь один и тебе некому готовить?


– Так и есть, – ответил он хмуро.


– Ты улавливаешь, нить непонимания, в моем голосе? – пояснила я, свой тяжелый взгляд.


– Да.


– Знаешь, обычно я не лезу с расспросами, но ты испортил мне вечер интроверта. Так что давай рассказывай, пока я выбираю мебель? – я открыла пачку с чипсами.


– Ты знаешь, что это вредно? – сказал он, на что я рассмеялась.


– Поделись хоть, – он сел рядом со мной.


– Давай я предположу. Ты из состоятельной семьи с богатой родословной, темные маги и прочие интересные способности, возможно ты из рода древних, о видимо из древних, раз так глаза широко открылись, – развеселилась я.


– Ну да, мои родители решили объединится, с родом Лунёвых, – на этом я поперхнулась.


– Ты их знаешь? – почему то удивился он.


– Власа, он мой бывший начальник,– скривилась я, – пойду, принесу чашку, будет удобнее.


– Стой, – он догнал меня на лестнице.


– Зачем? – я продолжала идти в сторону кухни.


– Ты что-то знаешь о нем?


– Это не имеет никакого отношения к тебе, – я развернулась уже с чашкой, и уткнулась ему в грудь.


– Что он сделал? – серьезно спросил Артур.


– Ничего, и надеюсь не сделает, – хмыкнула я.


– Ты должна мне рассказать, – вот теперь я поверила, что он начальник, таким тоном это было сказано.


– Артур, ты мне конечно нравишься, но я тебе ничего не должна, возьми еще вон те стаканы.


– Он замолчал и молчал пока мы не вернулись назад, я удобно улеглась в подушки.


– Я не правильно выразился, расскажи мне пожалуйста, я совершенно не хочу родниться с их семьей, они фальшивые насквозь и при этом фанатично преданные своей крови.


– Ладно, только скажи, твоя фамилия не Смолкин? Хотя чего это я, конечно, нет, – я вспомнила как мы познакомились.


– Мороз.


– Что?


– Моя фамилия Мороз, – повторил он


– Красивая, я рассказала ему всю свою историю, и все что мне рассказал Артем о семье Власа, На моменте, когда я рассказала, о проблемах с рождаемостью Артур просиял, как новогодняя игрушка, и сказал, что ему нужно позвонить. Соскочил, пошарил, по карманам, хлопнул себя ладонью по лбу.


– Я не взял телефон, блин!


– Возьми мой, если нужен сотовый, то он в машине, – на это он буркнул благодарность и унесся прочь как тыгыдымский конь, изрядно меня повеселив.


– А такой серьезный мужик казался, – я улыбнулась и покачала головой, его не было минут тридцать, его место занял Кот, как ни странно он тоже был не прочь отведать чипсы, и вообще как-то очень быстро подрос, раза в два наверно. Я подумала, раз кот он не обычный, то ему не вредно. Я выбрала на сайте себе два стеллажа, в соседнюю комнату, которую я решила переорганизовать в ведьмину мастерскую, вспомнив сегодняшний случай, заказала кожаную кушетку, не больничная, но тоже сойдет. Еще туда же письменный стол с ящиками, офисный стул, и на этом вернулся Артур и упал на кровать, от чего мы с котом и чипсами подпрыгнули.


– Чего творишь? – фыркнула я.


– Наслаждаюсь, кстати, Влас нашел другую девушку.


– Сколько кругов у нее? – сухо спросила я.


– Два, ты что-то знаешь?


– Только то, что уже шесть претенденток погибло на четвертом.


– Ерунда! Такого не может быть! Только если, – и замолчал задумавшись.


– Только если их не убивают с той стороны,– ответил он.


– Но зачем?


– А за тем, что у них уже есть ключ, и скорее всего без привязки, навь бы не приняла такого. Это всю для того, чтобы выпустить тварей, и хапнуть побольше, силы.


– Значит, на четвертом, меня убьют с той стороны? – спросила я.


– Нет, если ты не пойдешь в коридор, а сразу нырнешь в навь, – он посмотрел на меня, а в глазах плясали бесенята.


– Я так не умею, и мне не нравится твой блеск, в глазах! – сказала я, полная дурных предчувствий.


– Сейчас самое безопасное время, они только что открыли круг, мало вероятности, что они тебя будут ждать, да и сил у них нет. Пока он только отбирает, но не дает.


– Сколько жертв на этот раз?


– Нисколько, – только раненые с нашей стороны и погибшие псы, но часть смогли загнать назад, – эти сведения меня очень порадовали.


– Хорошо, убивай, – я убрала ноут и зачем то встала.


– Не вопрос, – я даже не заметила как он встал, только услышала хруст, мне снова сломали шею! Единственная мысль была, не попадать в коридор и о чудо! Я оказалась рядом с медведем стражем, который дал мне дар. Я вообще то на него упала, и кажется, он не ожидал, поэтому и не напал.


– С ума сошла ведьма? – крикнул он грозно, но я не испугалась, так как была свидетелем, его животного взвизга и мне было весело.


– Здрасти! – бодренько поздоровалась я, потирая ушибленный локоть.


– Что за новый способ захода? – рыкнул он.


– А там меня смертушка ждет, говорят, – сначала, он недоумевая смотрел на меня, потом обратился в человека.


– Значит, они там окапались! Додумались, что в коридор мы не можем зайти. Смотрю мой внучек надоумил, – ухмыльнулся он.


– Артур, – я обалдела.


– А ты думаешь, как мы свою кровь вам передали, – рассмеялся он.


– Ясненько, – тихо сказала я, понимая как.


– Дай руку правую, – он взял за запястье и его опять зажгло, и уже практически выпадая из нави, я услышала голос древнего.


– Привет передавай сорванцу, – рассмеялся он.


– Лея, – кажется, я лежала уже на кровати, и даже подложил подушку под спину.


– Тебе дедушка привет передавал, – на это Артур рассмеялся.


– Налей попить, – попросила я.


– Держи, я рад, что все вышло, – смотри-ка сияет, как ясно солнышко, а ведь падлюка, убил, не стесняясь, коварные они колдуны, но вслух я это не сказала.


– Я упала на твоего предка, – я захохотала.


– И напугала его, – закончила я, Артур тоже засмеялся.


На моей руке уже было четыре круга, и это радовало, и всех больше то, что я выжила, я снова улыбнулась.


– Я спать, а ты иди на диван.


– Ну Лея, он такой маленький, а у тебя такая большая кровать, я спокойненько посплю на этой половине, – сил спорить с ним, не было, я махнула рукой и заснула.


Проснулась от того, что было очень холодно, я открыла глаза и оказалась в старом доме, на пыльной кровати, с балдахином, ткань не истлела, просто всю было покрыто толстенным слоем пыли, я встала на пол, на каменный холодный пол, будто в старом замке, но окон не было, только дверь, я вышла, в коридоре на стенах горели факелы, мне казалось, что я не сплю, на столько всю было реально, и холод и каменные стены. Послышался звон, цепей, и еще какой-то шорох, я сняла факел со стены, он чадил и пах гарью.


– Это не сон, однозначно, – шепотом сказала я себе, чтобы хоть чей-то голос услышать,


поворот и еще одна дверь, я чувствовала, что за ней кто-то есть, кто-то достаточно сильный, запертый и закованный, по коже пробежался табун мурашек толи от холода, то ли от жути. Я открыла дверь, кажется, совершая ту же ошибку, что и мифическая Пандора, запах зверя удушливый и даже сладковато противный запах гнили, я все же зашла, и услышала слабое рычание. Я чувствовала его бессилие и отвагу, поэтому пошла, даже, несмотря на то, что он хотел порвать меня в клочья, наверно потому, что это не было обращено конкретно мне. Я поднесла фонарь, и первым желание было отдернуть его назад и отбежать. Прикованный к стене полу оборотень, у него на запястьях были раны от кандалов и запекшаяся кровь, он был покрыт шерстью и лицо уже больше напоминало морду с желтыми звериными глазами, но самое странное шерсть была белой.


– Снежный волк, – я настолько удивилась, что сказала это в слух, и почувствовала удивление с его стороны.


– Почему, ты здесь? Почему ты не можешь обернуться? – я задавала вопросы, но уже искала на стене кольцо под факел, нашла, и закрепила его на стене.


– Что ты делаешь, ведьма? – прохрипел у меня в голове голос волка.


– Понятия не имею, но хочу помочь, – на это он рассмеялся вслух. И это было ужасно, так как больше походило на захлебывающийся рык.


– Еще ни у кого не получилась, сколько опытный магов и колдунов и чернокнижников и иже с ними, приходило и пробовало, а ты еще даже даром управлять не можешь. Уходи, иначе они и тебя тут же повесят, ты тоже не обычный экземпляр, сумеречная, как же вас мало осталось.


– Говорят, новичкам везет, – я взялась за кольца кандалов, на руках, и меня шибануло, током так, что я отлетела к противоположной стене.


– Ну, что убедилась? Уходи!


– Нет! – теперь я подходила осторожнее, и пригляделась, мне никогда не снять с него их, так как я не в силах распутать это заклинание, оно вплетено в основу самой ковки. И в голове, та умная и рассудитесь Лея, закатывала глазки, дивясь мой глупости, но я махнула рукой.


– Это, что? – обалдела я, а через секунду у меня возникла идея.


– Знаешь, ты будешь, сильно против, если я сломаю тебе большой палец и наверно ладонь на обеих руках?


– Ты знаешь, какая регенерация у оборотней? Думаешь одна такая? – усмехнулся.


– А если, протяну нити и оплету твои руки? – он заинтересовано посмотрел на меня, – но будет адски больно, а кольцо, которое на шее мы снимать не будем, ха я просто вырежу кусок стены!


Я бы и с руками так сделала, но подозреваю, там какая-то дрянь, которая разъедает тебе кожу.


– Так что терпи, на обезболивающее заклинание, меня не хватит.


– Пробуй, мне нечего терять, – но в голосе слышалась надежда.


– А твои мучители, когда придут?


– Часов через шесть, к утру.


На словах, всю было значительно проще, но в жизни, магия блокировалась железными кольцами на руках, и уже было, отчаявшись, меня озарила идея. Я пропустила нити через его кости зачаровав, как артефакт и спустя несколько часов у меня получилось, я закрепила нити в его руках. Затем, выбила кусок стены со штырем, который упал вниз и чуть не сломал ему шею. Хорошо, что он оборотень.


– А сейчас будет очень больно, я сделаю, это одновременно на обеих руках, и тебе придется их выдернуть самому, пока я буду держать нити. Готов? – он кивнул, а я дернула за нити резко и сильно, услышав хруст костей, но он даже не закричал, лишь рыкнул, и заскрипел зубами, резко выдернул руки из кандалов, срывая кожу.


– Получилось! – у меня тряслись руки от усталости, и напряжения, мокрая от пота футболка началась покрываться, по ощущению, льдом, а ног я не чувствовала вообще.


– Что, дальше спасительница? – к моему удивлению он не упал, шатался, но стоял.


И еще я поняла, что не знаю, что дальше, надо вернуться в ту комнату где я была, там скорее всего энергетический узел, или дыра в защите всего замка, поэтому я смогла попасть сюда.


– Пошли,– я снова взяла факел, и мы пошли в обратном направление, волк шел сзади и иногда позвякивал цепью, это как ни странно добавляло мне прыти, несмотря на то, что, ног я уже не чувствовала. Но там, где должна была, быть дверь ее не было, лишь сплошная ровная стена, на которой даже висел факел.


– Что за ерунда? На, подержи, – отдала я ему факел, и начала водить рукой по стене, но ничего, шершавая каменная стена. Я закрыла глаза и прислушалась, тут точно должна быть дверь, а вот тут ручка, я взялась за нее и поняла, что у меня в руках что-то есть, но это скорее плотный поток воздуха похожий по форме на ручку двери.


– Ого! – я повернула ее, и толкнула дверь, взяла за руку волка и потянула за собой.


– Ты что делаешь!? – удивился он, так как для него там все еще была стена.


– Закрой глаза и иди!


– Ого! – удивился он, когда мы оказались в той комнате, но я дошла до кровати и начала ложится, он выдал что-то похожее на эээ, и смотрел на меня.


– Чего стоишь, иди сюда! И без вопросов! Он тяжело вздохнул но лег рядом.


– И что дальше? –обречено спросил он.


– Держи меня за руки и закрой глаза, постарайся расслабится.


Я понятия не имела получится или нет и спустя кажется целую вечность, мне стало тепло, а потом я услышала грохот и мат Артура и резко открыла глаза. Я была дома! Но рядом все еще лежал лохматый большей оборотень, но его лицо стало уже более похоже, на человеческое.


– Мать такая-то! Лея! Что..– он осекся, так как встал и увидел оборотня.


– Лея, я не понял.


– Все потом! Ты можешь снять с него этот ошейник? Я пошла в душ, у меня ноги синие и руки! – я сбежала, минут через тридцать я все же решилась выйти, ноги теперь были красные как лапы у гуся, но за то я их чувствовала. Надела толстый махровый халат тапки.


В комнате никого не было, я вышла, и поняла, что они в мастерской. Артур снял с него ошейник, но все стены были в трещинах и копоти.


– Что? Как вообще? – пискнула я, потеряв голос, и поднимая руку, указывая на это безобразие.


– Ты скажи лучше, как так получилось, что у нас в кровати появился снежный волк? Как вообще!?


– В нашей!? В моей! – озверела я.


– Хорошо, в твоей,– покладисто согласился он, сам волк лежал на полу, медленно обретая человеческие черты, и заживляя раны.


– Да не знаю я! У волка и спроси! – я положила ладони на стены, и начала сращивать трещины и убирая копоть, бурча заклинания и ругательства вперемешку.


– У меня вообще-то имя есть, – спокойно заметил волк, даже не открывая глаз. На вид ему было больше тридцати, светлые волосы, он был весь заросший и очень худой, явно немало времени провел там прикованный к стене.


– И какое? – заинтересовался Артур.


– Светозар.


– Только не говори, что ты из средних веков! И что это за, замок был? – спросила я.


– Нет, я из этого города, – он сел, наклонившись на стену.


Хорошо, что на нем хоть штаны остались, подумала я, продолжая убирать последствия Артурова заклинания со стен.


– Ты из отряда призраков! – крикнул Артур, озаренный идеей, – вы же пропали пять лет назад, десять человек!


– Да, только мы не пропали, мы попали в очень изощренную ловушку, если ни о ком больше не слышали, значить только мне удалось уйти с ее вот помощью, – он кивнул в мою сторону.


– Значит, там есть, кто-то еще! И как я вообще туда попала? – я решила не обижаться на его последнюю реплику и махание рукой в мою сторону.


– Не знаю. Но когда нас схватили я успел призвать своих предков, и несколько дней назад, мне почти удалось сбежать, и я снова кинул призыв, но никто не пришел из моих. Лишь периодически появлялись такие, как ты и уходили, в бессилии что-либо сделать. Я думаю, что во всех них есть наша кровь, кровь северных снежных волков.


– Миленько, у меня не кровь, а целый коктейль! – развеселилась я.


– Зачем вы им? – задал вопрос Артур.


– Точно не знаю, но думаю, над нами производили опыты.


– Боги, Египетские боги! Люди с головой собак и метавшие молнии! Вот о чем мне говорил тот боец! – крикнула я.


– Лея, а теперь подробнее? – насторожился Артур, и как ни странно не счел меня умалишенной.


– Только, давай те вы меня накормите,– напомнил о себе Светозар.


– Иди в душ для начала и спускайся в низ, я сейчас приготовлю,– ответила я, претензий не возникло.


Мы спустились на кухню, я достала сковородку, поставила на плиту, потом убрала и достала самую большую. И такую же кастрюлю, в неё налила воды и поставила кипятится. Сделала макароны с овощами и томатным соусом и пожарила мяса с луком. Артур достал тарелки, сначала три, потом одну убрал и достал три вилки. И я его понимала, Светозар был истошен энергетически, и еще столько же сил уходило на регенерацию, у него другой организм, ему не будет плохо от еды, наоборот она восстановит его. Поэтому ему макароны мы положили прямо в сковородку, сначала положив себе. Светозар спустился, замотанный на бедрах в полотенце, и на мой немой вопрос во взгляде ответил:


– У меня нет другой одежды, а штаны развалились, – я согласно кивнула, в любом случае они были ужасно грязные.


Мы все съели, а Светозар, только что кажется, почувствовал вкус еды, я встала и пошла ставить чайник, в холодильнике еще оставался торт, обернулась, посмотрела на волка, и достала еще ветчину, из шкафчика коробку конфет «русский сувенир» мои любимые.


– Тебе наливать чай? – спросила я Светозара, на что он согласно промычал, жуясь.


– Тебя нельзя пока показывать народу, никто не должен знать, что ты жив, если заманили в ловушку, значит у нас крот и его надо найти.


– И скорее всего он где-то в верхах, – согласился он.


– Погодите! Он, что у меня жить остается? – парни посмотрели на меня, и я поняла, что да.


– Хорошо, тогда надо разгрести дальнюю комнату на втором этаже, она завалена вещами со старой квартиры, и ты будешь мне помогать! – ткнула я в него пальце, смирившись с положением дел.


– Не вопрос! Куда поставить, – спросил Светозар помахивая сковородой, она была идеально чиста.


– На мойку, и еще тебе нужна одежда, и мебель, – мне cделалось грустно.


– Я могу на свою квартиру съездить? – сказал он делая себе еще бутерброд.


– Нет, нельзя! – хором, сказали мы.


Словом сказать, время было всего три часа ночи, и видимо я вовсе не спала, сразу оказавшись в том замке. Но, что удивительно спать не хотелось, а парни ушли, я разрешила им спать в моей кровати, сначала они зафыркали, но когда я объяснила, что или кровать или диван, но все же ушли вместе на верх. Невнятно пробурчав, что в бою и такое бывает, а Артур сказал, чтобы полотенце он покрепче завязал, на это я лишь улыбнулась и открыла ноутбук. Заказала кровать для дальней комнаты, и угловой раскладной диван в гостиную, на всякий случай, а то всякое бывает. Нашла сайт магазина, в котором закупалась на днях одеждой, порадовалась, что у них есть доставка и можно все заказать из дома. И в этот момент я совсем не о себе, моя радость угасла, когда я поняла, что не знаю, размеров Светозара. Но я личность творческая, поэтому нашла шкалу размеров и вооружилась сантиметром. Наверное, такое пробуждение у парней было впервые. Сначала я честно пыталась измерить волка, не разбудив, но у меня не получалось, когда все же удалось, я поняла, что понятие не имею с каким размером соотнести. Поэтому я решила смерить Артура и посмотреть какой, он носит размер. Я была крайне увлечена этим действием и не заметила, как они проснулись. И тихий шепот меня сначала напугал, я вздрогнула.


– Слушай, ты ее дольше знаешь, это она чего?


– Не знаю, но надеюсь, она не мерки на гроб снимает, – так же шепотом ответил Артур.


– Но выглядит она странно, это помешательство? Я такую впервые вижу,– заключил Светозар.


– Да, мерки я снимаю!– не выдержала я.


– На гроб, – хрюкнул Артур, а Светозар заржал.


– Ну, хорошо, раз встали, какой у тебя размер? – я ткнула рукой с зажатым сантиметром, но это вызвало еще больше хохота.


– Ты Светозар, главное полотенце крепче держи, – корчась от хохота заметил Артур.


– Тебе, легко, тебя уже измеряли небось, – не остался в долгу он.


– Так! А ну прекратить, я про одежду спрашивала, сейчас в магазин пойдешь в полотенце! – разозлилась я и ушла, на самом дела, мне тоже было смешно, и я не хотела терять лицо, просто из природной вредности. Ведьма я или как!?


Когда я спускалась с лестницы, сверху на меня упала девушка, как я определила? Очень просто по голосу, она при этом матерно ругалась. Так в обнимку мы и скатились с лестницы, при этом я получила удар локтем в скулу и пересчитала все лесенки своим мягким местом в купе со спиной.


– Что за хрень?! – рявкнула я, когда парни сняли с меня девицу.


– Привет Артурчик, – мурлыкнула она, поправляя на себе одежду.


– Инга, что ты тут делаешь? И почему ты приземлилась на Лею?


– В спешке не рассчитала и кстати за мной хвост, – на этих ее словах, в гостиной упала лампа и еще что-то грохнуло, парни кинулись туда.


– Привет я Инга, – я злобно на нее посмотрела, но руку приняла которую она мне протянула.


– Думаешь, стоит помочь? – спросила она когда прихрамывая я отправилась туда, но ответить не дойти мне не удалось, так как на меня упала еще одна особа.


– Да мать вашу!!!!!!! – от злости я ее с себя скинула, и в коридоре появился мужик, и когда я поняла, что это суккуб.


– Какого хрена вы их привели сюда!? Что вообще происходит? – шипела я, плетя сеть.


– Тише ты он с нами, – Инга снова подняла меня с пола.


– А, ну спасибо, что не на меня! – тявкнула я в лицо ошалелого суккуба, и снова грохот, судя по звуку там что-то сломалось.


– Я их убью! – рыкнула я, и пошла на звук.

Когда я ворвалась в гостиную, то увидела не только поломанную мебель, но и этих самых существ, похожих на людей с головами волка, и один швырнул в меня молнией. Но я успела ее отразить, заранее заготовленным щитом, вернее попыталась, щит впитал ее в себя и передал ее мне, пальцы на другой руке засветились от разряда.


– Что!?– удивилась я.


Этих существ, было четверо, и при мне появился еще один, из коридора тоже доносился шум, значит, они прибавлялись. И я разозлилась, сначала швырнула ему эту самую молнию обратно, как только парни справлялись с ними, появлялись новые, больше, тот, в которого я попала молнией, испарился, осыпав пеплом мой светлый ковер. Злость побудила силу и, как ни странно, мозг, я начала плести охранное заклинание, впечатывая его в стены дома, при этом вплела еще и темное заклятие, вышвыривающее неприятелей туда откуда пришли. Монстрики почуяли неладное и двинулись ко мне, но меня прикрыла Инга, по стенам начали ползти черные ветви моего заклинания, они очень быстро оплетали стены и в тоже время медленно, надо было дождаться, пока оно замкнётся.


– Еще кто-то из ваших тут есть? Кого я не видела, – прокричала я.


– Нет, – ответил суккуб, влетая в комнату от отдачи боевого заклинания.


Они весь мой дом, разгромили, я всех их убью, думала я, сначала спасу, а потом прибью и закричала, так как один из этих человеко-волков разрубленный пополам подполз к моей ноге и укусил. И заклинание замкнулось, все эти чудики взвыли и исчезли, а в дверь что-то бухнуло с ужасной силой, а потом она вылетела с петель, так как я лежала уже в коридоре то могла все это узреть. На шум прибежала вся компания, помятая, окровавленная, где-то подпаленная, но вполне живая.


Поэтому все успели застать этот впечатляющий вид, за дверью стоял огромный, бурый медведь и вокруг него кружилась метель, такая, что в коридоре уже был сугроб.


– Темыч?! – удивленно и вопросительно изрек Артур.


– Смолкин, ты чего? – удивилась вторая девушка, которая была русой с короткой стрижкой и зелеными глазами, именно она разбила при падение губу.


И тут медведь начал приобретать человеческие черты, превращаясь в Тему, и только я одна злобно изрекла.


– И какого хрена? – все повернулись ко мне, молча и виновато.


– Артур сказал, что тут безопасно,– свалила вину Инга.


– Я сказал, что здесь можно держать оборону, но сначала надо все подготовить, – оправдался он.


– У нас не было выбора, – пожал плечами суккуб.


– Они нас ждали.


– У нас в конторе есть крот, – злобно сказала Инга, – они знали, что мы придем на это задание, хотя должен был идти отряд Лунева, все переменилось в последний момент, у них ЧП в центре какое-то.


Артур со Светозаром нахмурились, но промолчали, а я все-таки встала с пола.


– Проходной двор блин! И дверь на место верни! – рыкнула я и похромала в кухню.


– Иди, оденься, мы тут сами, – хохотнул Артур.


– Да может не одеваться,– хихикнули девчонки.


А я доставала аптечку, но она подло выскользнула из окровавленных рук и упала мне на голову.


– Да что за день такой!?


– Давай помогу, – отобрала у меня аптечку вторая девушка, – садись, меня кстати Зара. зовут, а тебя я знаю, Лея верно?


– Угу, ай!


– Терпи, сейчас легче будет, – как маленькой сказала она мне.


– Что ж они все к моей ноге то так не равнодушны!? – задала я риторический вопрос, шипя от боли.


– Кто они?– удивилась Зара.


– Да, – махнула я рукой.


– Интересно, чего это Смолкин примчался? – зашла Инга.


– Вы лучше, скажите, где я вас всех размещу? – ушла я от темы.


– Мы домой, – начали было девушки.


– Нельзя, там опасно, нет защиты, и не известно кто крот, – перебил из Светозар так, и продолжая ходит в полотенце.


– А ты кто? Хотя, ты один из пропавших отряда призраков! Светозар – удивилась Зара.


– Он самый, и боюсь, что нам надо его коллег поискать, – сказал Артём заходя, и тоже в полотенцу.


Я хрюкнула и рассмеялась в голос, до слез.


– Отряд полотенчиков ха-ха-ха, нет, вы себе видели!? Не могу, – девчонки улыбались, не стесняясь, Артур старался скрыть свою улыбку, доставая большую сковородку. Артем злобно на меня посмотрел, будто я виновата в том, что произошло.


– Что ты на меня смотришь? Я знаешь ли не мазохист, не испытываю любви к подомным развлечением, – развела я руками указывая на всю себя и ногу в частности.


– Что ты вообще здесь делаешь? – более дружелюбно спросила Инга.


– Вы же в курсе про круги? Именно по этой причине.


– Ой, не заливай Тема, – раздраженно сказала я.


– Артем, Лея права, ты же в курсе, что ключи есть и все справятся, так зачем?


– За тем, – он тяжело вздохнул, – есть слухи, что кто-то жаждет переворота власти и изменение существующей системы.


– Опять не одаренных в рабство, – фыркнула Зара.


– Нет, вернее не только, но и тех, кто не будет подчиняться, новой власти. А чтобы все вышло наверняка, эти самый заговорщики, хотят достать некую черную книгу из потаенных месть нави. А круги это всего лишь ширма.


– Правильно, кто будет их искать, когда дверь будет открыта, ключи рванут ее закрывать, но один фиг они не успеют, даже если у них есть координаты места.


– Успеют! Успеют, если ключи будут на их стороне!


– Лея ты о чем?


– О том, что у них, скорее всего, есть свой ключ. Которого они завербовали после связи с навью.


– Или ее, его заставили, – сказала Инга.


– Или переманили, – подключилась Зара.


– Дурак же я! Такой заговор проворонил!– зло стукнул по косяку Артем, – все же карты на руках были, надо было головой думать.


– А ты головой и думал, только не той где мозг, – заржал Артур, – да ладно, не кипятись, все просмотрели,– тут же добавил он, усмиряя Артема.


– Ладно, дай пожалуйста ноут, – попросила я Светозара.


– За чем? – удивились все.


– За тем, что одежду вам надо вместо мини тог из полотенец – это раз. Два нужна мебель и она приедет через два часа, да – девушки вы готовите, парни вы прибираете гостиную.


– Не разошлась ли ты? – ехидно спросила Зара.


– В самый раз! – бодренько тявкнула я.


– Ладно, она и так от нас пострадала,– сказала Инга.


– Хм, ну ладно, – согласилась Зара, посмотрев на мою ногу.


– Что? – спросила я парней.


– Интересно, чем ты собралась заняться? – мерзенько ухмыляясь спросил меня Артур.


– Кстати, Артем, закажи потом себе и Светозару одежду. А я пошла делом займусь, – проигнорировала я выпад Артура.


– Каким это?


– Во-первых укреплю защиту, во вторых, я где-то видела, заклинание пространственных карманов.


– Я тоже такое знаю, – сказала Инга, а я посмотрела на нее потом на Зару.


– Ладно иди, я приготовлю, – хмыкнула она.


Кот конечно же пришел к нам и развалился на подоконнике, прищуривая глазки и мотая хвостом, как бы одобряя наши действа. Мол, давайте девки развлекайте меня. Я вплела свою часть заклинания, и почувствовала резкую боль в ноге и даже вскрикнула


– Ты в порядке? – Инга оторвалась на секунду от рисования круга рун.


– Да, кольнуло,– я потерла ногу, боль ушла так же внезапно, как и появилась.


Заклинания у меня получались лучше с каждым разом, иногда пальцы знали лучше, чем голова, я сначала плела его, а потом уже думала, как у меня это получилось. Через пять часов, на верху, было на три комнаты больше, а мы были выжиты как лимон в соковыжималке, и лежали на полу.


– А у тебя хорошо выходит, даже удивительно, – вяло заметила Инга.


– Угу, комнат все ровно мало.


– Суккуб не останется, он уже ушел, – махнула рукой Инга.


На самом деле, суккуба очень сложно отследить, он не человек и не оборотень, он навье дитя, они умеют заходить и уходить назад, но дом у них в нави.


– Это я поняла, – я с кряхтением села, и почувствовала адскую боль в укушенной ноге.


– Лея?!


– Да что это? – шипела я, разрывая штаны, нога была покрыта черными разводами которые шли от раны, и они словно живые, ползли выше. Я чувствовала их, словно у меня под кожей продергивают ветки шиповника. Боль становилась нестерпимой, и я закричала, теряя сознание. Сначала была темнота, я слышала свой стук сердца и дыхание, потом я будто упала в пропасть, рассекая воздух своим телом с такой скоростью, что не могла дышать, так бывает, когда сильный, порыв ветра дует в лицо. Упала на дорогу, выложенную брусчаткой, примерно как пыльный мешок, глухой бум и все. Даже ничего не ушибла, встала, было как-то сумрачно все сине серое, на крючковатых ветках с остатками жухлых листьев сидели вороны, и они совершенно не пугали, наоборот, мне казалось, здесь как-то умиротворяющее спокойно. Я повернула и увидела захватывающий дух вид, оказалось, я находилась на холме, который возвышался над могучим лесом, окрашенном в краски поздней осени. Лес рос тоже на холме поднимаясь в верх и окружал свободный от деревьев остров земли, на котором была целая крепость. Словно я очутилась в сказке, здесь было очень красиво, пейзажи напоминали мне чем-то Ирландию, некоторые стволы деревьев были покрыты мхом, который казался ярким при такой погоде, а жухлые листья красными, тут же из земли высовывались валуну тоже частично покрытые мхом. А внизу были поля, и на них трава еще была зеленой, небо было тяжелым, серым. Я слышала чей-то разговор, обернулась и увидела, как на меня иду я, только в другой одежде, потом я остановилась, а рядом появился высокий мужчина.


– Чтобы не случилось это мое решение, я не останусь в стороне от всего этого.


– Ты погибнешь, – сказал мужчина. И голос мне показался знакомым, но лица было не разглядеть, он стоял боком ко мне настоящей и лицом ко мне другой.


– Это не важно.


– Для меня важно! Что ты изменишь, если будешь там? Вы практически бессильны перед ними.


– Я прикрою спину, тем, кого люблю! И тебе в том числе, если погибать, то все вместе! Ты слышишь меня? – девушка, которая я, почему-то злилась.


И тут снова, ветер в лицо, и я уже в другом месте, Стою на поляне среди леса, я обернулась, оказалось за моей спиной храм, сложенный из камней, красивый и древний. Небо начало темнеть, словно кто-то перематывал пленку, и наступила ночь. У храма зажглись костры, появились девушки, ведьмы они плясали вокруг костров и подносили корзины с вином и едой к дверям храма, пока все лестницы не были заполнены дарами. Потом сели вокруг костра, их было двенадцать, совершенно разных ведьм и непохожих девушек. И я снова увидела себя в венке из цветов.


– Хорошая ночь, – улыбнулась мне девушка, что сидела рядом.


– Хорошая, – согласилась я.


– Ты ведь не выйдешь за него?


– Нет, он не мой человек, я должна найти другого, – спокойно сказала, та я другая.


– Но ты не знаешь кто он. Ты можешь никогда его не найти, так и будешь одинока, всю жизнь?


И снова я появилась в другом месте, мимо меня промчалась три всадника, и я словно привязанный к ним воздушный шарик полетела за ними. Я видела их лишь сверху, но разглядеть не могла. Они остановились у большого терема, красивого такого. К ним на встречу выбежал мужчина, что-то начал говорить и даже снял шапку и поклонился, будто виноват был перед одним из всадников. Один из них спешился, и подошел, чтоб расслышать, что говорит мужчина, а потом зарычал.


– Я просил молчать! – и начал превращаться в медведя, тут спрыгнули с коней два оставшихся, пытаясь его удержать, и тоже перекинулись в медведей.


– Она не простит тебе это! Мы ее найдем! – успели крикнуть они .


Резкая боль выдернула мня обратно в комнату, но я почему-то наблюдала со стороны на свое тело, оно кричало и выгибалось, прокусило губу и я почувствовала вкус крови во рут.


– Держите ее,– крикнул Артем, что-то перемалывая в ступке, Артур со Светозаром держали меня, девчонки держали руки, так как на них зажигались огоньки заклинания.


– Тема! – вскрикнул Артур увидев как с пальцев уже было готово сорваться заклинание тлена, и тут на меня прыгнул кот, он лег мне на грудь и начал мурчать, и мое тело успокоилось.


Я чувствовала его мурчание, это было так приятно, но я снова куда-то провалилась. На этот раз это была навь.


– Опять ты – обреченно заметил предок Артура, покуривая трубку уже в человеческом виде, и выпуская колечки дыма. Пахло травами, а не вонючим табаком. Они все видимо тут курят, интересно почему? Хот, не важно.


– Доброго вам времени суток, – сказала я.


– Что на этот раз? Я смотрю, ты еще и не одна – он посмотрел на меня, и я только сейчас заметила, что рядом со мной мой кот, и тут мне подумалось, а чего бы и не рассказать и села рядом, выложив всю историю.


– Да, – протянул он и замолчал на некоторое время, пуская дымных барашков из трубки.


– Ничего не скажите?– кот, играл упавшим листом и вел себя как обычный.


– Я думаю, что могу сказать, вам все не нужно знать, – и снова замолчал.


– И? – нетерпеливо, заерзала я.


– Стражей в сокровищнице мы увеличим, им не по силам будет, взять от туда что-то опасное, а с остальным вам придется разобраться самим, это не наше дело. И не стоит недооценивать псов нави и своих противников, судя по тому, что я услышал, они опытны и умны.


– Опытны, – задумалась я.


Тут он посмотрел на меня пристально, продолжая дымить, потом в его глазах заплясали озорные смешинки.


– Я давно тебя знаю, так что могу сделать подарок, давай руку, другую.


– Вы мне уже дарили подарок, – заметила я, все же протягивая руку.


– Кота не забудь, – сказал он.


И тут я увидела, что глаза у кота стали разного цвета один зеленый, а второй синий.


– Это только тут так? – я взяла его на руки и смотрела ему на морду, кот терпел, но помахивал хвостом, говоря, что ему так не нравится.


– Нет, это последствие сил, тебя тоже ждет сюрприз, – хмыкнул он, – и то был не подарок, а всего лишь, то, что ты попросила меня сохранить, я просто вернул.


– Это как?


– Ты знаешь как, давай уже руку! – трубка из его рук исчезла, а глаза его начали по звериному желтеть.


– Ай! – руку зажгло, там где был символ с кольцами, а он засмеялся и начал таять, растворяясь в сгущающейся темноте.


– А кому легко ведьма, – прорычал он, с усмешкой.


Следующее пробуждение было не очень приятным, я пыталась проснуться но не могла, бредила и видела муторные сны, нарезка из того что снилось из того что было, часто я слышала голос этого моего собеседника из воспоминаний прошлых жизней, я уже была в этом уверена, что это просто воспоминания, а не сны. Сквозь сон, слышала все тот же голос, но не могла вспомнить, кто это говорит, он что-то шептал, иногда я могла слышать его.


– Не уходи, я так долго искал тебя, ты самая упрямая ведьма на свете, – говорил он


– Не совершай прошлых ошибок, – отвечал ему, другой мужской голос и его я тоже слышала в своих воспоминаниях. Но я так и не могла проснуться, но я чувствовала, что кот лежит на мне и мурчит, когда я совсем проваливаюсь в забытье. Не знаю, сколько прошло времени, но я вдруг услышала чей-то голос, женский, такой знакомый. Он пел, я не понимала слов, просто мелодия, они пленила меня и тянула куда-то вниз. И я наконец-то смогла отрыть глаза, всего на секунду, а затем просто провалилась в темноту без снов и ведений, понимая, что это просто оздоровительный сон, колыбель для моей души. Я знала, что изменилась, я чувствовала это, будто что-то столько вернулось ко мне, столько лет было потерянным и таким нужным. Кусочек моей души, и я поняла, что я много лет жила без него, чувствую холодную пустоту на этом месте. Я улыбнулась, и на гране сознания, услышала снова женский голос.


– Теперь все будет хорошо, она просто спит…– она говорила еще что-то, но я уже не слышала, мягко качаясь на волнах, темного, теплого и уютного небытия.


Я слышала шелест леса и шум реки, я чувствовала ветер, осенний терпкий, пахнущий морозом, грибами и спелыми яблоками с корицей, слышала карканье ворон. Оно напоминало дом, не было тревожным, будто души умерших родных разговаривают со мной. Вороны стражи нави, хотя нет скорее глаза и уши. Мне стало любопытно, что там, и я выпрыгнула из своего уютного кокона, и приземлилась на четыре рыжие кошачьи лапки. Я кошка! Ха я кошка! Я могу гулять сама по себе, и я побежала по тропинке, от восторга забрав хвост, затем прыгнула в траву и некоторое время гоняла полевую мышку, мявкая от восторга. Зажала ее в своих мохнатых лапах, мои уши уловили шорох, я отпустила мышь и начала красться к тропе. Увидела мужские сапоги и бросилась на них с победным мявкам, но в воздухе меня поймали крепкие руки.


– Ну здравствуй Лея,– на меня смотрели теплые, серые глаза с ниточками морщинок в уголках. Седые волосы длинная борода, старая куртка.


– Мяу? – поинтересовалась я, а мужчина рассмеялся, задорно там и по-доброму


– Я путник, мы уже много раз встречались с тобой. Не удивлен, что ты кошка, вы похожи, особенно любопытством, – он закинул меня на плече, и я увидела в его руках посох с фонарем. И я вдруг вспомнила, детскую песенку:


По дорогам пыльным, среди миллионов миров,


По тонким границам меж ним, и тропам в обход


Мягкой поступью странник бредет,


С серым посохом и фонарем.


Не старик, не юнец, он не добрый не злой,


Не мертвец не живой, и не призрачный дух.


Он и Бог и судья, он хранитель дорог, Повелитель путей


Он придет на изломе, времен, принося, или мир иль раздор


Он не добрый не злой, он судья,


Странник он, он же ключ от миров,


Повелитель путей, и маяк и палач,


Для блуждающих, затерянных душ,


Не гневи странника ты, не сходи с тропы,


На перекрестках не ворожи, и не проклинай пути.


Монетку в начале пути положи, чтоб легкими были


Твои пути, чтобы вернуться домой.


Странник слышал все мои мысли, и слышал, как я напивала эту песенку про себя, засмеялся, когда я закончила.


– Твоя монетка все еще у меня, наверно пришло время тебе ее вернуть, – он надел мне на шею шнурок с монеткой, я удивилась.


– Я всегда возвращаю монеты, тем, кто заплутал, они возвращают их домой.


– А где мой дом? – он не ответил, лишь улыбнулся и стукнул посохом об землю, и фонарь начал загораться, и он постукивал им, выбивая только ему ведомый ритм, зажигая свет все ярче. А я смотрела на него как завороженная, пока свет не поглотил меня окончательно.

ГЛАВА IV


Снятие печатей

Я услышала странный шорох и треск огня, открыла глаза. Оказывается, я все так и лежала в мастерской, только уже на кровати, укрытая одеялом. Везде горели свечи, укутывая комнату в уютным рыжим светом, а шорох, под боком лежал кот и сладко спал, свернувшись клубком. Я села, спустила ноги с кровати и увидела, что моя укушенная нога совершенна целая, без ран, без разводов. Вспомнив, слова древнего, посмотрела на руки, но пока никаких изменений не увидела, был соблазн разбудить кота и посмотреть на его цвет глаз, но я его всего лишь погладила и решила, что можно и позже. На мне была надета блинная домашняя футболка, которая доходила до колен. Я подошла к окну, оказывается шорох, который я слышала, это был звук снежинок стучащих в стекло, на улице бушевала метель, если прислушаться, то можно было услышать и завывание ветра. Слабой, я себя не чувствовала, наоборот отдохнувшей и полной сил, но кушать хотелось зверски и словно в подтверждение, в животе заурчала. Он этого звука проснулся и кот, сладко зевая потягиваясь.


– Ну, привет мой Безымянный мохнатый друг, – я взяла его на руки, так и есть, его глаза были разного цвета один пронзительно зеленый, а второй глубокий синий.


– Тебе идет, – сказала я ему, и удобнее взяла на руки, он замурчал, соглашаясь, что он и правда, красавчик.


Весь дом был погружен в темноту, по краям перил горели свечи, в низу в гостиной был зажжен камин. Я вернулась в мастерскую и взяла подсвечник со свечкой, и вышла снова. Огляделась и заметила, что мой дом стал больше, и дверей тоже. Их было больше, и даже не на три а, на штук десять.


– Ого, это сколько я спала? – удивилась я, и пошла к лестнице, она тоже стала длиннее, ступеней добавилось. И с потолка свисала шикарная хрустальная люстра черного цвета, ее было практически не видно, я заметила только потому, что блик от свечи отразился от нее. Здесь и раньше висела люстра большая, но она была в разы проще. Над гостиной не было второго этажа, второй этаж занимал лишь часть дома, под ним находился большой гараж, кладовая и чулан. Над кухней находилась моя комната. И башенка, в которой была лестница, эта лестница выходила на веранду, которая была рядом с кухней. У меня в доме было две лестницы, но на веранду можно было попасть и из кухни.


– И почему нет света? – я зашла на кухню, здесь было темно, но я увидела свечи в подсвечниках и зажгла их, оказывается, и кухня тоже изменилась, она стала больше, по центру стоял большой овальный стол, над ним висел светильник. Тут меня осенила мысль, включить свет, но безуспешно, не зря же повсюду были свечи. Но холодильник работал, кто-то подсоединил его к аккумулятору и поставил заклинание молнии, оно было не большим и направлено только на аккумулятор.


– Хорошо придумано, – холодильник был полон еды, но я взяла ветчину и огурца, достала лаваш из хлебницы, согрела чайник, налила большую кружку кофе и пошла в гостиную, там, напротив камина было очень удобно сидеть, кот получил огромный кусок ветчины и тарелку молока.


Но в гостиной кто-то сидел на диване, я все же подошла, поставила все на столик и тогда решила рассмотреть того. Кто сидит, с головой укутанный моим белым, пушистым пледом.


– Иви? – на диване, укутанная в плед, спала Ив. Лицо ее осунулось, под глазами синяки и волосы стали длиннее, они завивались в локоны.


– Лея, – удивилась она, а потом порывисто обняла, – прости меня, я ничего не знала, я бы не поступила так с тобой.


– Иви, я так рада тебе, – я обняла ее в ответ и только тогда поняла, как по ней соскучилась


– А я как рада, – всхлипнула она.


– Ты такая худая, что случилось? – я сделала ей бутерброд и сунула в руки, – ешь!


– Ты куда? – удивилась она моей прыти.


– Сейчас, кофе налью, ты ведь будешь? – она кивнула.


Когда я вернулась, несколько минут мы молча ели, а потом Иви начала говорить, нарушив тишину, почти шепотом.


– Я принадлежу к роду Луневых, я как они выражаются ошибка их предка, который сделал ребенка ведьме, у той ведьмы и родилась моя прапрабабка.


– Но женится, и дать имя ребенку отказался, верно? – начала догадываться я.


– Верно, говорят, что именно она и прокляла их род. Когда ты познакомились с Власом, я уже знала, что он мне родственник, пятая вода на киселе, но кровь сильная вещь, – я лишь кивнула, – но в тот день, когда ты лежала без сознания, после встречи с навкой. Влас, рассказал всю эту историю мне, и сказал, что освободит меня от отката проклятия, если я помогу ему, ты же знаешь как? – я кивнула, – но он утаил, что ты погибнешь, об этом мне потом сказал Артем, когда ты приехала к нему. Я уволилась в этот же день и сказала, что отказываюсь ему помогать.


– Он не принял отказ?


– Не смог не принять, – хищно улыбнулась она, – он попытался вырвать из меня часть зверя, но не смог, кровь древних невозможно изменить или забрать, она дает, то, что должно быть у тебя.


– И что дальше? – я даже забыла, что хочу есть.


– Я не помню, помню, как начала кричать и от крика билось стекло в его кабинете, очнулась у старой карги, – хмыкнула она.


– Ты баньши? – я смотрела на нее круглыми от удивления глазами.


– Да, такой вот сюрприз мне приготовила древняя кровь и темный бабушкин дар.


– Иви, это ты вытащила меня, ты позвала странника, – я не спрашивала, просто когда слова произносишь вслух, они лучше укладываются в голове.


– Аглая, откачивала меня, поила зельями и материла.


– За что?


– Да, за все, – рассмеялась Ив, я тоже, действительно глупый вопрос.


– Но в основном, за то, что не пришла к ней, когда Влас выложил про проклятие и прочее, сказала, что я дурра, раз думала, что все что со мной происходит, это всего лишь откат от проклятия. Сказала, что обе мы дуры, поговорить начистоту не могли.


– Дуры, – согласилась я с Аглой.


– Это да,– поддержала Ив, – Артем, нас назвал также почти, тяжело вздохнул и пустил меня когда я пришла.


– Спасибо Иви,– теперь я полезла с обнимашками, и к нам пришел кот.


– Как его зовут? – спросила Ив и погладила кота.


– Никак, просто Кот, – пожала я плечами.


– Оригинально – улыбнулась она.


– Сколько я спала?


– Две недели, – спокойно сказала она, а я поперхнулась.


– Сколько?! – обалдела я.


– Я, что новый год пропустила?! – я даже встала от возмущения, уронив кота, он очень осуждающе на меня посмотрел, когда забрался Иви на коленки.


– И открытие третьего круга, на этот раз были жертвы, – грустно закончила она.


– Нда, – села обратно я.


– А где все? – я отпила кофе.


– Они здесь, спят в своих комнатах, – она усмехнулась, – Артур припряг Артема, чтоб он не бушевал и отошел от тебя, заставил делать карманы, теперь комнат хватит всем, Светозар занимался отделкой комнат, и разгребал снег, еще нанес защиту на забор, и закрыл все пространство от дома до забора защитным куполом.


– Ого!


– Это да, еще мебель привезли, которую ты заказывала и которую потом мы заказали, Артур ко всему приставлял Тему, тот злился, но делал. Еще ни разу не видела, чтоб, так яростно собирали мебель, – усмехнулась она.


– А что со светом? Задала я, мучавший вопрос.


– Метель второй день, вчера оборвало провода, весь район без света, сделать невозможно из-за ветра. Ребята рвались починить, но Инга с Зарой напоили их сонной травой.


– Твоя заготовка?


– Конечно, – улыбнулась она.


– Значит, до утра спать будут, – тоже улыбнулась я, Иви в зельях очень хорошо разбиралась, и чувствовала травы, но лучше всех у нее получались дурманящие, сонные и прочие. Теперь, конечно, понятно почему.


– А ты чего здесь?


– Не знаю, не спалось, потом уснула тут, и ты пришла, так что не зря, не легла. Кстати у тебя глаза разного цвета, как и у кота.


– Что? Я пошла в коридор со свечей в руке, в зеркале отражалась бледная ведьма в мятой футболке, но цвет глаз разглядеть от одной свечи не удалось.


– Не видно, – расстроилась я.


– Завтра посмотришь, пошли спать?


– Пошли, – согласилась я.


Мы поднялись наверх, Инга скрылась в одной из дверей, я открыла дверь в свою комнату, на кровати спал Артем, такой какой-то родной, когда то давно мной потерянный, никакого костюма или рубашки, На нем была такая же мятая футболка и спортивные штаны, на лице несколько дневная щетина. Я задула свечу и легла рядом, укрыв нас покрывалом, а за окном еще бушевала метель, через несколько минут пришел кот и лег в ноги. Я еще какое-то время смотрела на потолок, представляя ночное небо. Артем повернулся во сне, сгреб меня в охапку и задышал в макушку, а я почувствовала себя плющевым медведем, невольно улыбнулась этой мысли, и все же заснула. Проснулась от холода и опять в этом замке.


– Да когда же это закончится?! Когда я буду просто спать? – злобно соскочила с кровати и вышла, взяла факел со стены и прислушалась к себе. Тянуло совсем в другую сторону чем в случае со Светозаром, ноги заледенели.


– Когда уже здесь тепло будет? – шипела я, дошла до двери, и открыли, оказалась в пустой комнате, прошла ее насквозь и остановилась у двери, что-то там было не так, за дверью был какой-то шум.


– Да вы издеваетесь? – с этими словами я толкнула дверь держа щит наготове и не прогадала, огненный шар растекся по нему обдавая жарам.


– Ну хоть согрелась, – я оказалась на одной из стен крепости, на которой шел бой, я сразу уловила худую, длинную фигуру чернокнижника Кирилла, который очень умело, справлялся со своими противниками, теми печально знакомыми мне псами, его брат Лев рвал когтями противников, оказалось, что здесь не только те псы, но и два чародея. У Льва на запястьях бряцали оковы.


– Что вы здесь делаете? – крикнула я, кидая сеть на псов.


– Лея? – удивился чернокнижник.


– Она родимая! Не убивай их, просто обездвижь,– парень оказался понятливым, и мы быстро остановили зверей.


– Они не появляются новые если не погибают, – наконец осенило его.


– Быстрее уходим, пока выживший чародей бегает за помощью, пошли,– я развернулась к двери. Все было так же даже кровать, несколько минут ожидания и мы на месте, но я постаралась представить мастерскую, а не свою комнату. И у меня получилось, только я промахнулась мимо кровати, и мы упали с громким грохотом, Лев просто приземлился на лапы, так как оставался волком. На грохот прибежала Ив и зажгла все свечи разом


– Что здесь происходит? – крикнула она.


– Стой, это свои! – успела я остановить Ингу, с огненном шаром в руке, за ней прибежал Артем, его шатало, и он выглядел как пьяный, а за ним и остальные парни


– Лея, – удивился, обрадовался и озадачился Артем.


– Опять, – простонал Артур и сел на пол, вернее сполз по стене.


– Светозар ничего не сказал, а просто пытался не закрыть глаза.


– Кто-нибудь объяснить, что здесь происходит? – задала вопрос Зара.


– Иви буди парней, – сказала я, игнорируя все вопросы.


– Я уже поняла, – она уже насыпала какие-то травы в кружки. У меня в мастерской появился еще стеллаж и шкаф с полками, еще большой стол и горелка. Братья сидели молча, и прижавшись друг к другу. Я только заметила, что у Кирилла рассечен лоб и лицо в крови, а Лев стал светлее, словно начал белеть.


– Кровь снежных волков, – сказал чернокнижник на мой удивленный взгляд.


– Что вы там делали?


– Мы услышали зов, я нашел заклинание поиска, и оно привело нас туда. Они напали сразу же, Лева успел перекинуться, меня зацепило чем-то, я упал, если бы не Лева, они бы меня убили.


– Они вас ждали? – спросила я


– Да, но, кажется, они ждали одного, это нас и спасло. Но ели бы ты не пришла, мы бы долго не продержались.


– Ты снова прочел призыв предков, как тогда в лесу? – он кивнул.


К нам подошел Светозар, взял парней в охапку и обнял, удивив всех нас, ну меня так точно. А потом вкатил обоим подзатыльники, Лева заскулил и прижал уши, а Кирилл ойкнул.


– За то, что поперлись туда, даже не удосужившись заготовить заклинание возврата! – рявкнул Светозар.


– Пойдемте, им нужно поговорить, – сказал Артем, поднимая меня с пола.


– Лея, ты вот только пришла в себя, а уже устроила веселье, две недели покоя, тишину и скуки, – хохотнул Артур.


– С возвращением, – подмигнул он.


– Это, что его сыновья?


– Да, – ответил Тёма.


– Он, что не знал, что они есть? – спросила уже Инга.


– Думаю, не знал, профессия такая, – развел Артем руками.


– Мне вот интересно, а я тут причем а? – задала я вопрос, совершенно не ожидая ответа на него, и пошла в комнату к себе, да все разошлись назад, чтобы доспать ночь.


– Тём?– тихо окрикнула его.


– Что? – обернулся он.


– Ты куда? – спросила я, когда увидела, что он идет в другом направление.


– К себе, – спокойно сказал он, и ужасно раздражающе.


– Ну и иди! – запальчиво крикнула, и скрылась за дверью, услышав, как Артур назвал Тему и меня идиотами, закрывая за собой дверь. А я пошла в душ, отмывать черные от грязи ноги.


Поспать мне так и не удалось, я уже выключила воду, когда ладошки кольнуло охранное заклинание. Я закуталась в халат и пошла вниз, ладошки кололо в каком-то знакомом ритме, будто тот, кто стоит у двери играет нитями заклинания как струнами, подойдя ближе, я поняла, кто стоит за дверью. Кот пришел раньше меня и внимательно на нее смотрел.


– Лея, кто там? – спросила Иви со второго этажа.


– Некромант наш, – и потянула дверь на себя.


– Лея он не один,– сказала она.


И, оказалась права, Вовчик стоял не один, рядом с ним стояла красивая блондинка, но она была не живая.


– Ты что охренел? Ты привел труп в мой дом! – прорычала я.


– И тебе привет, – проигнорировал он мой гневный монолог.


– Она сюда не зайдет! – рыкнула я.


– И что я даму оставлю на холоде, а ведь на ней лишь легкое пальто, – продолжал он издеваться.


– Чего одну?! Составь ей компанию,– закипала я от праведного гнева.


– Слушайте, вы дверь закройте уже,– сказала Ив спустившись, – у Леи уже ноги сини, пусть она постоит у двери с этой стороны.


– Вы что обалдели?! – вскипела я, но потом уловила тревожность в его эмоциях, и сдалась.


– Привет Тем, – махнул он рукой мне за спину.


– Привет, ты нашел, что я просил? – сказал Артем, который успел спуститься вниз, и я даже это пропустила.


– А теперь мне нужны подробности, – сказала я оглядев окружающих и подгибая замершие ноги.

Все собрались в кухне, сейчас место позволяло, мертвая девица продолжала стоять у дверей, глупо улыбаясь и смотря пустым взглядом перед собой. Я сидела на стуле, натягивая теплые носки на ноги. Вова налил себе коньяка, остальные с интересом смотрели на нас, так как сидели мы рядом. В итоге не выдержала Ив, припечатав некроманта подзатыльником, и посоветовала древних не злить, Тема на это хмыкнул, улыбнувшись одним уголком рта. И Вовчик все же поведал нам историю, оказывается эта девица, была секретарем в одном агентстве, которое оказалось лабораторией тех не ведомых злодеев, что хотят устроить переворот в мире магическом. Она была человеком, и к счастью для нас, стала жертвой чар некроманта и оказалась в его постели. Вовчик загадочно сказал, что работает в секретной службе, бросая пыль в глаза очередной красотке, разжигая ее интерес. На это парни многозначительно улыбнулись, а Зара сказала, что можно и без углублений. Дек вот, в один прекрасный день девушка пришла на работу и нашла на своем столе бумаги, на них были какие-то формулы и исследования, она сразу поняла, что лучше не говорить начальству, что она в них заглядывала. Но к своему несчастью, обладала тем самым любопытством, что и загадочная мифическая Пандора, открывшая шкатулку. И увидев адрес на документах, не нашла ничего лучше, чтоб туда пойти, но сначала она позвонила Вовчику, который проигнорировал звонок, решив, что с них хватит встреч и отправил его на голосовую почту. Но все же она туда пошла, и увидела ту самую лабораторию, но остаться незамеченной ей не удалось, в нее швырнули смертельное заклинание, которое должно было ее сжечь, но, из-за артефакта подвески которую ей подарил некромант в качестве утешительного приза, не сожгло, но убило.


– Вот для кого ты все время просишь, меня зачаровывать всякие безделушки, – сказала я.


– Безделушки?! Ну, ты Сатонина обнаглела, брильянты безделушками считать.


– Ладно, скажи зачем? – остановила его Иви.


– Да на всякий случай, но я же не знал, что Лея так качественно их зачаровывает.


– Лея к вашему сведенью все делает качественно, – фыркнула я.


– Ага, а еще она очень скромна, – ехидно заметила Инга.


– Все прекратили, давай суть уже, – не выдержал Тема.


– А суть в том, что когда Черномор выехал на труп девушки в лесу, то позвонил мне, узнав медальончик.


– Он что выезжает на трупы? – удивилась я.


– Да, когда ситуация, как сейчас, круги знаешь ли, – ответил Вовка.


– Он магию, что ли чувствует, или ты всем одинаковые украшения даришь? – спросила Иви, и я тоже озадачилась.


– Что полон секретов дядька Черномор?– заржал некромант.


– Давай уже суть Лея, прекрати его перебивать, – рявкнул Артур.


– А что я?– начало было я, но Тема скрутил меня и закрыл ладошкой рот, я замолчало, злобно смотря на окружающих.


– Зря ты так, она мстительная, – заметила Ив.


– Короче, я примчался, увидел Лену, прослушал сообщение, обозвал себя всякими словами. Вызвать душу не вышло, но тело ожило и все помнит.


– Ну и нафига ты сюда тело приволок-то!? – вырвалась я из захвата.


– Лея! – слажено крикнули на меня.


– Да, потому что нихрена я в этом не разобрался, она даже скопировала эти документы, но толку ноль, я генетикой не занимаюсь.


– А мы, что занимаемся!? – удивилась не только я.


– Нет, но мой дед да, – закончил он, озадачив всех не на шутку, я даже не нашла, что сказать.


– Не понял, – высказал общую мысль Артур, а Тема заулыбался с такой ехидцей.


– Ну, он у нас. Скажем так: странный ученый генетик, и некромант, еще работает патологоанатомом. И семья его не жалует, здесь он не живет, и когда приедет его нужно поселить в частном доме и с баней. Иначе он не будет помогать, ну говорю же странный он.


– И ты! Выкидыш преисподние, решил, что самый раз у меня!? Деда твоего держать и труп хранить?! – зверела я, Вовчик, будучи намного меня сильнее даже струхнул и начал пятиться, а я швырнула в него кружку, но промахнулась.


– Леюшка, ну это для общего дела, – заблеял он, тщетно пытаясь спрятать улыбку.


– Да иди ты! – кинуть вторую кружку не удалось, как и поймать засранца, он убежал из кухни в гостиную, а меня за талию поймал Артем, кружку забрал Светозар.


– Лея,– позвала Иви.


– Да знаю я!!! Но достали уже! – злилась я, в основном наверно на себя, так как знала, что не откажу, как и они все! Ррр!


– Леюшка да ты сокровище, – блеял довольный некромант, – дед прибудет завтра.


– Труп из дома чтоб убрал!!


– Будет сделано, – сказал он, исчезая вместе с ним за дверью.


– А у меня вопрос, – сказала Зара, все это время сидевшая за столом и подпиравшая голову рукой.


– Ну!? – не выдержали мы, ее театральной паузы.


– У тебя, что баня есть?


– Есть, – поморщилась я.


– Я с тобой туда не пойду, – сказала Ив.


– Предательница! – хныкнула я.


– А что с ней не так? – задал вопрос Артем.


– Ну, – многозначительно ответила я.


– Вот пойдешь туда с Леей и узнаешь, – заинтриговала Ив.


– Да! – обрадовалась я, чем насторожила Артема, но он все равно согласился.

Дело было так, когда я решила строить дом, была уверена, что баня непременно должна там быть и еще лучше с банником. Баню мне построили хорошую, большую с высоким потолком, удобным предбанником и каменной печкой. И даже банник нашелся, но отношения у нас с ним не сложились, так как оказалось, что в бане я не моюсь, после нескольких бессонных ночей по причине чудачеств банника и бегающей по участку бани, пытавшей укусить дверью и заставить затопить баню пьяного соседа, перепутавшего огород. Мы сошлись на компромиссе, что три раза в месяц или хоть бы два я ее буду топить, сосед отошел с утра, протрезвел и решил, что все ему причудилось, и бросил пить, к счастью жены. Мужик он конечно толковый и очень обеспеченный, ему принадлежат несколько автосалонов, а жена от чего-то, благодарна мне, и с ее подачи мне продали вранглер по самой выгодной цене, муж ее тоже не возражал, так как после завязки дела пошли еще лучше. Ну, собственно, топить баню я все же забывала, и когда приходила, туда уже просрочив условное время, то в меня швырялись банным инвентарем и делали прочие пакости. И как вы догадались, я снова не топила баню достаточно долго.

– Права ты была Ив, зря я это дело с баней затеяла, – обреченно заметила я, на что Иви сочувственно похлопала меня по плечу, лично ей прилетело железным ковшом в лоб, когда она туда со мной ходила.


– Ив подожди, мы хотим подробности, – Зара с Ингой поспешили за ней, Артур со Светозаром смылись. Хотя Светозар скорее всего ушел к детям, а вот Артур от греха подальше.


Я так же поникшее и обреченно пошла одеваться, на всякий случай надела две шапки на голову, немало озадачив Артема, но я не обратила внимание на его улыбку и прошествовала вниз с таким же скорбным лицом. По пути встретив Артура, к его несчастью, он спросил, кого хороним, и я заставила его идти с нами. Так мы и вышли, первой шла я за мной Артем и Артур.


– Лея, а когда ты успела здесь снег расчистить? – спросил Артур.


– Хм, – а правда, я только что заметила, что иду по идеально расчищенной дорожке, озадаченно посмотрела себе под ноги, потом на парней.


– Вон ваш ответ, – махнул рукой Тёма. Мы посмотрели в указанное направление.


– А некромант молодец, – захохотал Артур.


– Я его убью! – свирепо прорычала я.


– Идея то хорошая, да и чистит быстро,– с эти, было трудно, не согласится.


Впереди чистила снег огромной лопатой гламурная блондинка, да, та самая, что труп. Она виртуозно орудовала сим предметом, разбрасывая вихри снега по сторонам, с нечеловеческой скоростью, при этом утопая каблуками в снегу. Выглядело это и правда забавно, я не удержалась и улыбнулась.


– Бесспорно, гениальная идея, но он все равно гад, – сказала я, и бодро пошла дальше, когда я приблизилась к блондинке, то увидела у нее на спине светящуюся табличку: « не за что, по завершению работы убрать в сарай».


– Позер,– я щелкнула пальцами и табличка погасла.


– После дам, – съехидничал Артур, когда я обернулась к ним.


– Ну как всегда, я вот уверена, что традиция пошла с пещерных времен, когда так проверяли наличие медведя в уютной пещере, – бубнила я, открывая двери.


– От туда и пошло, что жена должна быть красивенькой, и глупенькой, – влез Артур и схлопотал подзатыльник от Тёмы.


– Ай!


– Благодарю, – любезно сказала я.


– Не за что, – сказал Артем, отодвигая меня с пути и заходя первым, и тут же послышался грохот. Тема уклонился, я рефлекторно тоже, а вот Артур, слишком поздно увидел летящий в его направление медный таз, громкий металлический звон и хруст снега под его телом был нам наградой, мы не сдержались и заржали. Впрочем, не теряя сноровки, так же уклонившись от двух ковшей, и еще трех тазов.


– Лея, на кой хрен тебе железный инвентарь в бане! Шипел Артур сверкая шишкой на лбу, чем вызывал только хохот у меня.


– Это бабушка Леина любит медные тазы и ковши, – ответил, посмеявшись Артем.


– Твою же бабушку!


– Не трогай бабулю, она может и обидится, – заступилась, я за бабушку.


– Она тоже здесь!?


– Нет, здесь нет тех, кто уже за гранью, – грустно стало мне и на этой ноте я зашла в баню, получив в лоб куском мыла.


– Никифор! Заканчивай, давай! – рявкнула я.


– Ведьма! – скрипуче ответили мне и кинули мочалку.


– Ты поговори у меня, вообще топить не буду! Спалю к чертям баню! А ну быстро прибрался! – свирепела я, наступая.


– Ага, бегу уж, только лапти натяну, – проскрипел он с полка.


– Ты хозяин не горячись,– сказал Артем, и глаза его на секунду полыхнули оранжевым цветом.


– Сам древний, ты посмотри какие гости то, чевось не сказа то пигалица! Эй, что за рукоприкладство, – завизжал он, когда я поймала его за бороду, и резко осекся.


– Ты смотри как получилось! Радость то, какая! – сменил он пластинку.


– Что? – обалдела я.


– Запугала банника, – оборвал нашу беседу Артем, осторожно отцепляя мои пальцы, от бороды проказника, – а ты давай делом займись,– сказал он освобожденному Никифору.


– Да запросто, господин хороший, – заторопился банник, исчезая на глазах.


И только тазы да ковши начали левитировать, и вставать на свои места, в том числе и медный таз, так лихо сломивший Артура.


– Нет, ну правда странный он, – бурчала я, пока Артем выносил меня из бани, приподняв за талию.


– Иди, давай в дом, и раненого захвати, я сам затоплю.


– Пошли, болезный, – махнула я Артуру, который прикладывал снег к шишке на лбу. А все потому, что у многих потомков древних некая аллергия на медь, она их не убивает, но раны заживают дольше обычного, но только поверхностные, синяки ссадины и так далее.


– Кто это тебя так? – удивилась Инга, увидев Артура, Иви захохотала, и я хихикала, при свете он выглядел еще круче. Лоб был красным, с шишкой над левым глазом, и глаз постепенно начал опухать.


– Да, что б я еще раз с тобой связался! – махнул он на меня рукой и гордо пошел наверх, под гробовым молчанием. Я прикусила губу, чтоб не заржать, Иви уткнулась носом в рукав Светозара, сам же Светозар, криво улыбался, пытаясь сдержать смех. Кирилл и Лев сидевшие на диване в гостиной, с которого хорошо был виден коридор, ржали, уткнувшись в подушки. И как только Артур захлопнул дверь, тишину разорвал наш хохот.


Утро началось рано, для меня я проснулась из-за холода, и долго не открывала глаза, так как совершенно не хотела вновь просыпаться в печально известной комнате в том проклятом замке. Но слава вселенной, оказалось, просто вырубилось отопление. За окном вновь завывала метель, на экране телефона мигала сообщение от МЧС как раз по поводу штормового ветра.


– Прелестно, а главное своевременно, – кот лежал у меня на ногах и как раз они и не замерзли, я потрепала его по голове и укутала одеялом. Встала, оделась сама, и пошла в котельную, которая у меня в подвале, в ящике прикроватной тумбочке взяла мощный диодный фонарик, искренне порадовалась своей запасливости. Наверно так чувствуют себя хомяки с полными щеками запасов. Резко открыла дверь и чуть не померла от страха, голос пропал наверно это причина того, что я малодушно, не заорала.


– Иви! Ты смерти моей хочешь!? – выхрюкнула я.


– Я ослепла! Убери фонарь!


– Извини! – я начала светить в низ, сердце все еще бешено стучалось, – подожди, а почему я тебя не чувствую?!


– Понятия не имею, может из-за дара баньши.


– Может, а чего ты не спишь? – спросила я, чуть успокоившись.


– Холодно, интересно, почему все спят? – заметила она, направляясь к лестнице.


– Это просто, у половины звериная ипостась, а другая наверно привыкла к полевым условиям.


– Логично, – хмыкнула она.


– Дай первая пойду, – сказала я, Иви посторонилась.


– Что вообще творится со светом и погодой? – спросила я.


– Урал, – пожала она плечами.


И тут я увидела оранжевый всполох глаз, и после того как мое сердце пропустило несколько ударов, я увидела Артема так как направила на него фонарь.


– Да вы издеваетесь!? Я же так умру от инфаркта во цвете лет!


– Сейчас даже я испугалась,– сказала Ив, стряхивая с пальцев остатки заготовленного заклинания, у меня и самой светились пальцы. Я даже не знаю, что за заклинание сплела, кажется, что оно было естественно, машинально на столько, что даже не осознано, и в бессознательном состояние, могло быть сплетено. И это насторожило, так как я не знала этого заклинания.


– Все страньше, и страньше, подержи ка, – я сунула фонарь Ив, чтобы разглядеть заклинание.


– Темная сеть, – сказал Артем.


– Что?– переспросила Иви.


– Заклинание темная сеть, оно обездвиживает и нейтрализует все виды живых и не живых существ и даже духов.


– Это круто, от куда ты знаешь такое? – спросила Ив у меня.


– Не поверишь, понятия не имею, – что удивительно в двойне, я смогла сплести его еще раз и очень легко.


– От куда, ты знаешь? – я дернула за руку Артема, который уже пошел в сторону входа в подвал.


– Давно живу, – ухмыльнулся он, – пошли уж, если вы встали, в кочегарку топить дом.


– Странные вы ребята, – заметила Иви, но с нами пошла. В доме становилось, все холоднее и холоднее, даже кот пришел к нам, мурлыкнул, мазнул мохнатым боком мою ногу и запрыгнул на полку, где лежат спички и прочая мелочь.


– А почему на дровах, а не газовая? – поинтересовалась Ив.


– Не знаю даже, – задумалась я, – наверно я больше доверяю дровам, они всегда есть, а газ штука не надежная такая же как свет.


– Отойти, – Артем принес охапку дров и закинул их в печь, – может это отголоски прошлых жизней,– сказ он.


– Все мне говорят про это последнее время, – заметила я, поднимая с пола коробок спичек, скинутый котом.


– Кто все?


– Ну, древний из нави например.


– Интересно,– задумчиво сказала Ив, кутаясь в кофту поплотнее.


– На самом деле правда интересно, есть такое ощущение, что у меня в голове есть тайная комната, и я ее уже нашла даже, но ключ еще не подобрала, даже не так,– я замолчала на секунду, – скорее ключ есть, но я еще не поняла как им открывать.


– Значит и не лезь в эту комнату пока, – заметил Артем.


– Чего это?


– Ну вот, я совершил ошибку, запретил и теперь твое кошачье любопытство не даст покоя, пока ты туда не зайдешь, – засмеялся он.


– Ты в этом прав, – поддержала его Ив, а я надулась, больше из того, что он прав.


Проснулась в этот раз сама, спала без снов, что было приятно. За окном было уже светло, я встала оделась, с низу шел какой-то шум, что насторожило. Я спустилась, в гостиной Ив с кем-то ругалась, и этот кто-то был мужчина за сорок, с лысиной и громким голосом.


– Ив, что тут?– я перегнулась через перила.


– Это Савва Иванович, – тяжело вздохнув, сказала она,– дед Вовы.


– О, а вы и есть та прелестная ведьмочка, что не почтила постель моего внука.


– А вы Савва Иванович со словами то аккуратнее, я могу и обидится и не сделать скидку на ваш почтенный возраст, – прищурила я глазоньки, а Иви захохотала.


– Я приму поражение, и сделаю приятно даме, – ехидно ответил он, широко улыбаясь, чем взбесил еще больше.


– Сами баню топить будите, – ответила я.


– Я уже затопил, – сказал Артем заходя с улицы.


– Ну и за чем!? – рявкнула я.


– Что здесь …? А, привет Савва, как я мог не догадаться, – криво улыбнулся Артем.


– Да я смотрю здесь штаб квартира,– хохотнул он, подходя к Теме и пожимая ему руку, – и тебе привет, – он улыбнулся и крепко пожал ему руку.


– Здесь был мой маленький и уютный домик! – рычала я, понимая, что похожу уже на истеричку.


– Теперь он точно не маленький, и похоже Лея это и правда штаб квартира, – сочувственно сказала Ив, и даже не нашла. Что сказать, было очень обидно. Я развернулась и ушла в мастерскую. Там на полу чертил пентаграмму Киррил и что-то бубнил под нос, на подоконнике сидел молчаливый Лев и гладил кота.


– Нда, правы они все-таки, – грустно заметила я, закрывая дверь.


– Привет ребят!


– Привет, – отозвался Лев, его брат не ответил, сосредоточившись на колдовстве.


– Чего он делает? – спросила я.


– Портал перехода, – сказал он.


– Твоюж тудаж! – рявкнула я и метнулась к колдуну, но меня отшвырнуло пентаграммой, и быть мне припечатанной к стене, если бы меня не поймал Лев.


– Что не так? – удивленно спросил меня парень.


– Здесь стоит защите двух уровней, какой переход, его расщепит и развеет по комнате!


– Что!? Останови его! – заорал он.


– Я не знаю, что он там плетет, что б тебя, – я была в панике, – куда его переход?


– Я не знаю! – так же в панике орал Лев.


– Зови Артема! – я никогда не видела, чтобы кто-то с такой скоростью убегал. Темная воронка портала, начала раскручиваться вокруг Кирилла, я ухватила часть заклинания и поставила блок, но долго продержать вряд ли могла бы, нужно что-то действительно мощное и древнее, чтобы остановить темный портал, или время, чтобы подготовить заклинание. А у меня не было не первого, не второго.


– Кирилл! Я попробую открыть проход, ты должен будешь прыгнуть! Слышишь? – он кивнул, сам понял, какую глупость сделал. Сказать было проще, чем выполнить сказаное, какая же силище у него, теперь понятно, как он призвал снежных волков, но все же мне удалось это сделать.


– Прыгай! – он среагировал сразу, я успела выкинуть его за дверь. И накинуть защитный купал на его портал, чтобы он не начал разрастаться, и тут увидела Артема.


– Лея! Убирайся отсюда!


– Не могу!


– Да когда же ты перестанешь это делать! – разозлился он, сгребая меня в охапку и закрывая собой, ровно за секунду до взрыва, купол защитил весь дом и часть комнаты, но нас все же зацепило, подняло и швырнуло в сторону, опаляя жаром. Мы выпали в окно и приземлились в огромный сугроб, я погрузилась вся, придавленная сверну Темой. Через несколько секунд он перекатился в сторону со стоном.


– Тема? – позвала я, он не ответил, я выбралась из сугроба, он лежал на спине, в обгоревшей одежде и весь закопченный, наверное, я была не лучше, но он молчал.


– Темочка, ты живой? – ни слова, я даже испугалась, приложилась ухом к груди и не услышала стук сердца.


– Темочка, ну не умирай, – я шмыгнула носом, хотела сказать что-то еще.


– За что ты мне досталась а? – спросил он улыбаясь.


– Ребят, вы там как? – Артур свесился из окна.


– Уйди, такой момент испортил! – заорал Тема.


– Какой это? – заинтересовалась я.


– Ну как, ты мне в любви должна признаться, сказать, что жить не можешь, жениться на себе просишь, и детей от меня хочешь, – издевался он.


– Да конечно! Никаких детей! – рявкнула я, вспомнив наше падение.


– Тем, соглашайся на жениться, она ничего против, не сказала! – проорал Светозар


– А ты вообще молчи! Твои дети меня дважды чуть не угробили! – я кинула снегом


– Мы не специально! Я же не хотел! – крикнул виновники.


– Да ну вас всех! Дом мой захватили! Несколько раз чуть не убили! Я жила в уюте бед не знала! – вскочила я на ноги и тут же провалилась в снег, хотела сказать, что-то еще, но Тема меня схватил за руку и притянул к себе и поцеловал.


– Ха, теперь понятно, почему ты моего внука отвергла, – сказал Савва, и тут же получил снежком по лысине, нет, не от меня, от Артема.


– Иди в баню давай! – рявкнул он.


– Пошли уже домой, я замерзла, – сказала я.


– Пошли, – Тема спокойно встал, и пошел, а я барахталась в снегу, и смотрела на его обгоревшую и заживающую на глазах спину.


– Нет, ну вообще! А даме помочь! – надулась я, на что он засмеялся и выдернул меня из сугроба, как морковку из грядки, и положил себе на плечо.


– Ты вообще не джентльмен, – возмутилась я, но не сильно, в носках по сугробам не очень хотелось идти.


– Да, я древний, у нас свои обычаи. Мы хватаем понравившуюся девушку, оглушаем и несем к себе в логово.


– Издеваешься! Я ведь поинтересуюсь про традиции у Артуриного дедушки, дошутишься.


– Деда моего не тронь ведьма! – рявкнул Артур.


– Я тебя сейчас трону! – вякнула я, но на плече у Артема все звучало не убедительно.


– Да ладно тебе! – пошел на попятную он.


– Дикая у тебя женщина Тем, – сказал он, когда я уже отошла.


– Я все слышу!


– Но прекрасная, – тут же исправился он, а Тема засмеялся, и как то не обидно, а наоборот радостно, я давно не слыша чтоб он так искренне смеялся.


В мастерской, все было в копоти, с полок все было сброшено, книги тоже были в копоти, кровать перевернута, кресла и стол лежали на боку.


– Да, двое сыновей близнецов это тяжелая ноша, – сказала Ив.


– Ну за то не скучная, – сказал с улыбкой их папаша, его кажется, забавляло все это, – мы с братьями тоже сводили с ума родителей и крушили все вокруг, – пояснил он.


– Вот пусть и крушат твой дом! – гаркнула я.


– Да ладно тебе, я уберу, – сказал он.


– Ты дурак? – поинтересовалась я, участливо заглядывая ему в глаза.


– А ты не обнаглела? – рыкнул Светозар.


– На самом дела, резонный вопрос, – поддержала меня Иви, – они сами должны убирать последствия своих глупостей, – пояснила она.


– Хм, ну да, я не умею быть отцом, – убрал он руки в карманы и задумался.


– Научишься, – похлопала я его по плечу.


– Да, а потом еще и с детьми Леи посидишь, ты ей задолжал – захихикала она, и он тоже засмеялся.


– Как смешно, – фыркнула я, и пошла, переодеваться, вся одежда была в копоти, но целая, что радовало.


Ближе к вечеру приехал Вова, скомкано поздоровался с дедом и они ушли вместе с ребятами в сарай. Я проследила за ними в окно, Вовчик махнул рукой на выбитое и заклеенное пленкой окно второго этажа, видимо интересовался его прошлым, я усмехнулась и пошла к двери.


– Ты куда? – спросила Иви.


– Хочу узнать, что она скажет.


– Лея, не ходи,– она поймала меня за руку, и я почувствовала ее беспокойство, оно словно разряд тока прошелся по телу.


– Что-то не так? – серьезно спросила я.


– Да, не ходи, просто не ходи. Я не могу объяснить, – заговорила она, так и не отпустив мою руку.


– Хорошо Иви не пойду, – я сняла куртку, повесила ее обратно.


– Пойдем, покурим, только не на улицу, есть где?


– Пошли в мастерскую, шкодники уже там прибрались, а я там вытяжку делала, если не задело заклинание, то там самое то,– я пошла на кухню.


– А ты?


– Выпить хочу, – усмехнулась я, доставая бутылку вина, потом подумала и достала вторую.


– Будешь?


– Конечно! – оживилась подружка.


– Тогда бери бокалы, – хотя.., – сказала я поднимаясь.


– Я видела корзинку с фруктами и нарезку.


– Я же говорю, с тобой с голоду не помрешь, – засмеялась она.

Не знаю, сколько мы выпили, но были крайне, не трезвы, кот нагло воровал нарезку колбасы с тарелки, сделать это было не так уж и трудно, так как расположились мы на полу. Не помню, с чего начался, разговор, но я решила полетать на метле, и зловеще хохотала, пока не упала с метлы. Иви посмеявшись, заметила, что на метлу, как и за руль нужно садиться, в трезвом виде. На наш грохот и хохот, в дверь заглянул Артур и Артем, и очень быстро сбежали, боясь быть втянутыми в девичью развелекуху, но кот нас не оставил. Потом мы лежали на полу, по сторонам от пентаграммы, очень качественно прочерченной на полу Кириллом, днем я долго ругала ведьмака и кидала в него мелки, что лежали в столе, ради этого я даже не поленилась поднять стол, Лев веселился над братом. Артур сказал, что у Кирилла теперь будет патологическая ненависть к рыжим ведьмам, Светозар сказал, что скорее он будет их опасаться, так как особа крайне не стабильная, за это я кинула в него оставшийся коробок и гордо ушла. В мастерской, было отчасти прибрано, сажа убрана, судя по все еще разбросанным вещам, сделано это заклинанием, окно заклеено пленкой, мебель поднята и расставлена по местам, электричество в этой комнате отсутствовало, и с этим разбирался папка ведьмака. А мы с Иви зажгли кучу свечей и теперь лежали на полу и смотрели на потолок, потом я подула на потолок и на нем зажглись осенний звезды.


– Красота, – протянула Ив, я промолчала, так как было очень лениво даже открыть рот.


– Лея,– вдруг позвала Ив и резко села.


– М? – я не повернула голову.


– Давай помагичим?


– Чего? – насторожилась я и повернула голову.


– Не я же теперь не ведьма, а баньши и мне доступна немного другой вид магии.


– Поподробнее, – заинтересовалась я, и села наливая еще винца.


– Подробнее не смогу, но мне доступна некая часть магии смерти и магии душ.


– На, – я протянула ей бокал с вином, в тайне надеясь, что она опьянеет и уснет, оставив свою бредовую и опасную идею.


– Спасибо, ну вот, есть одно заклинание, кто-то его называет заклинание стража, кто-то друга, а кто-то говорит, что разума.


– Разума? О, как бы стало, легче миру, а то плохо в этом веке с этим делом, – хихикнула я.


– Не паясничай, давай я попробую связать тебя и кота? – мы повернулись в сторону упомянутого, и разум у кота уже был, так как он фыркнул и решил нас покинуть.


– Нет, уж, стой,– Иви схватила сопротивляющееся животное под брюшко и задобрила его ветчиной.


– Ну, давай, – почему то согласилась я, зря конечно.


– Отлично! – она сунула кота мне на руки и начала убирать наш импровизированный стол с пентаграммы, как суетливая мышь, потом нашла коробку с травами и прочим, долго рылась в ней, что-то бубня под нос. Я равнодушная к миру, пила вино, кот мурчал, забыв о страшном.


– Где у тебя чаша для заклинаний?


– Раньше она была на стеллаже, – философски заметила я, разглядывая разбросанные по полу вещи. Иви прошептала заклинание и щелкнула пальцами, и из недр бардака взлетела как нло чаша, сверкая посеребренными боками.


– Так, теперь дай руку, – я протянула, просимое, она достала бокал из моей руки, и нагло ткнула меня ножом в палец.


– Ай, ведьма!


– Баньши, – спокойно поправила она, отмеряя нужное количество капель моей крови над чашей. Кот почуял опасность и начал вырываться, урча, но от Иви трудно уйти, когда она одержима идеей. Когда она ткнула котика в лапу взвыли мы оба, я закричала на нее за то, что она сделала больно моему котику, а тот соответственно от ужаса, и наверное, боли. На наши вопли пришел Артем, но был выгнан Ив.


– Вы что задумали? – занервничал он.


– Выйди! – рявкнула Иви, Артур маяча где-то на заднем плане, сказал, что это добром не закончится, надо нас разделить, Лев сказал, что эти ведьмы еще и кота мучают, но все же они ушли.


– Ложись сюда, – я переместилась в центр пентаграммы.


– Дай хоть еще выпить для храбрости, я что-то трезвею и думаю, что это плохая идея, – занервничала я, поддавшись общему настрою.


– Поздно, кота держи. Лежите и не шевелитесь! – таким тоном она это сказала, что даже кот почтительно замер или остолбенел от ужала. Она села у нас в ногах и начала тихо читать заклинание, от этого звука, мне кажется, я провалилась то ли в сон, то ли в транс. Потом я почувствовала, как в мои энергетические линии что-то впивается и вырезает ее часть, я вздрогнула и хотела закричать на нее, но к моему ужасу не смогла. И это повторилось ровно пять раз, кот тоже дергался, а потом начал придвигаться ко мне, это мне так сначала, казалось, но потом Ив крикнула что-то громко и я смогла пошевелиться.


– Твою налево! Ив! – кот не двигался, он начал расти из маленького милого котика в огромную зверюгу черного цвета с кучей клыков, он был будто соткан из тьмы, даже глаза были темные.


– Котя? – спросила или позвала я, и от звука, что издал мой котик, задрожали наверно стекла. Ив взвизгнула, а меня ослепила вспышка.


– Что вы там ведьмы недоделанные делаете на этот раз! – закричал Артур.


– А ту его! – сказала ехидно я, кот мявкнул и растворился черной кляксой.


– Лея?


– Иви это хранитель, ты создала хранителя, – сказала я и захохотала, наверно от пережитого стресса.


– Мать вашу, это что! – орал Артур, и снизу слышался грохот, мы переглянулись и побежали в низ. Кот загнал Артура на стол, игрался им как мышкой, задевая лапой с разных сторон, то появляясь, то исчезая. Его не брали ни сковородка, ни магия, а только больше забавляли.


– Какого черта вы натворили ведьмы? – рявкнул он, и кинул в нас небольшой энергетический шал, но мы увернулись, хотя сделать было это трудно, когда ты хохочешь. На крик в кухне появился Артем, но он почему-то сразу понял, в чем дело, так как ухмыльнулся и позвал кота.


– Кис-кис, – кот подошел к нему и потерся об ногу, как простой кот, – Артур, присмотрись.


– Да что б вас! – посетило его осознание, и слез со стола, направляясь к холодильнику.


– Теряешь сноровку, – сказал Тема.


– С нами наверстает, – хихикнула Ив, и тут же сказала – я б тоже поела.


– А я знаю как назову тебя! – выдала я, как всегда нелогичную цепочку мыслей, все заинтересованно повернулись.


– Котя, ты будешь Котя, иди сюда мой хороший, – кот сделал вид, что его это не интересует, но через минуту прыгнул на меня, уменьшаясь в воздухе, и на руки мне приземлился мой обычный кот.


– Лучше поздно, чем никогда, – пробубнил Артур, доставая ветчину.


– Оригинально, – хмыкнула Ив.


А кот смотрел на меня обиженными разноцветными глазами, на самом деле, я чувствовала его поток эмоций, но только тогда, когда он адресовал его мне, я погладила его и тоже отправилась к холодильнику. Моя кухня, наверное, является центром дома, так как на ней стоит большой черный двухстворчатый холодильник, открывая в него дверь, веяло холодом и пахло почему-то колбасой и солеными огурцами. Кот был задобрен куском ветчины.


Все разбрелись по комнатам, мы остались вдвоем с Иви, мучимые похмельем, не то магическим, не то хмельным. Кот был тут же, растянулся на полу черной кляксой и спал. Потом мне начало казаться, что кто-то сгребется в двери, я списала это на похмельное состояние, но звук не исчезал, тут и Иви начала прислушиваться.


– Слышишь? – спросила она, посматривая в сторону коридора.


– Да, я думала, мне кажется, – ответила я, – пойдем, посмотрим, – я встала и направилась к двери. Когда, мы подошли к ней, звук прекратился.


– Может, показалось, – спросила я, поворачиваясь к Ив.


– Двоим одновременно?


– Массовая галлюцинация, – предположила я, сама себе не веря.


– Лея, там что-то есть, не живое,– от этих слов я покрылась пупырышками, от жути и отвращения, – что-то знакомое, – спустя секунду, задумчиво пробубнила она


– Ладно, – я на всякий случай накинула куртку, и открыла дверь. На улице было не очень темно, лунный свет отражался от сугробов, и в принципе было видно. Сначала, я никого не увидела, сделала несколько шагов от двери, посмотрела на почти полную луну и вздохнула.


– Никого нет, – только и успела сказать я и повернуться, на крик Ив. На моей шее сомкнулись холодные твердые пальцы, недавней мертвой подружки некроманта, она не воняла, только от того, что была в холоде, выглядела же ужасающе, ее рот искривился в улыбке, кособокой и зловещей.


– Я нашел тебя, чертова ведьма, – сказала она мужским голосом. Я ответить не могла, так как не хватало воздуха, а только хрипела, а девица зловеще расхохоталась.


– Следующий круг, будет, открыт в навьем храме, – продолжила она, и я упала в снег вместе с ней, так как на нас прыгнул кот. Я хватала ртом воздух и смотрела в уже пустые и мертвые глаза девушки.


– Лея! – позвал меня Артем, сидя рядом, – какого черта, ты ее не упокоил?! – тут же заорал он на Савву, выскочившему, на улицу в одних семейных трусах. Хотя на нем было столько волос, что наверно он бы мог себе и не такое позволить, наверное, волосы на теле компенсировали отсутствие их же на голове.


– Я упокоил и даже закрыл ее в багажнике машины, – озадачено прокричал он, видимо от волнения.


– Лея, ты как? – я могла только кивнуть, так как говорить было проблематично, он взял меня на руки и унес домой, посадил на диван в гостиной, и вылечил горло.


– Спасибо,– наконец-то смогла я говорить.


Видимо все выбежали во двор на крик Иви, кто-то что-то там кричал, чем то гремел, сначала пришла Иви с Артуром, потом Светозар отправив сыновей спать, а затем Савва с железной банкой в руках.


– Я ее сжег, – ответил он на наш немой вопрос.


– Сразу надо было, – сказал Артем, Савва ничего не ответил, понимая, что он просто так выплескивает свои переживания, и хотелось бы думать, что за меня.


– Что она сказала? – спросила Ив, – она что-то говорила тебе, когда держала, но я не смогла подойти, меня отбросило от вас, а кот смог, – выдала она все наперед и замолчала, все посмотрели на меня в ожидание. Я им рассказала, Артем все сильнее хмурился. Все парни нахмурились, будто понимали что-то, что мне неведомо.


– Что?! – не выдержала я.


– Она должна знать Артем,– через какое– то время сказал Савва.


– Согласен, – поддержал Артур, на это Артем глубоко вздохнул и кивнул.


– Мне почему то очень холодно, – сказала я.


– Да, это из-за заклятья, пойдемте на кухню, тебе надо выпить что-то горячее, – сказал Савва.


Все расселись за большим столом на кухне, мне дали большую кружку наполненную горячим травяным чаем, пахнущим земляничкой и медом. Историю, явно хотели послушать все, Артем помолчал, собираясь с мыслями и начал рассказывать, не сказку на ночь, а историю моей прежней реинкарнации. Я даже забыла, что пила чай, Иви ткнула меня в бок и сказала, чтоб не забывала прихлебывать. Трудно сказать какой я веры, но, несомненно, я верила в существования бога, только я всегда думала, что он не один, ну да не важно. Верила ли я в то, что душа бессмертна? Несомненно! Но как-то даже не задумывалась, а что происходит с ней, когда умершее тело покидает дух и перестает бродить неприкаянным в этом мире, и думаю, что зря, минус мне за это как ведьме.


Артем начал говорить, о древних, как они появились здесь, это я знала из книги. Потом, он пытался объяснить, про отношения у них про любовь, и пару, что дана вселенной, и про испытание. Я если честно плохо поняла его спутанную речь, наверное, Савва или Артур могли объяснить лучше, но они не перебивали. В итоге он сказал, о том, что первая моя смерть была именно тогда, когда навьи псы прорвали грань впервые. Я вспомнила свои сны, о той битве в заснеженном и мрачном лесу, я видела тех самых псов, я билась с ними и я помню, как погибла, я слушала его и смотрела огромными круглыми от изумления глазами. Второй раз я умерла, как он сказал глупо, и посмотрел на меня не одобрительно. Я хотела остановить колдуна, что резал ведьм, и забирал их силы, наращивая свою мощь. Он как моровая чума, проходил через города, и деревни принося в жертвы ведьм, и дошел и до того города, где жила я. Тут Артем наживал меня исключительно глупой ведьмой, но я пока не огрызалась и слушала. Колдун объявил о том, чтобы ему выдали ведьм или он сожжет город и назвал все наши имена, но конечно же, какому-то смертному колдуну трудно бы было достичь таких высот без помощи. Ему помогала одна из древних Варвара, она делала это очень хитро и аккуратно и доказать ее вмешательство или поймать за руку не удавалось. По ее пятам шел Артем в попытке поймать и наказать, мы встретились с ним в таверне, он предложил помощь, я приняла, но Варвара была очень хитрой ведьмой, а я глупой и наивной ведьмой, но еще и с непреодолимым желанием всех спасать. Она обвела вокруг пальца всех и в том числе и меня, ей удалось опоить и Артема, именно по этой причине он не успел, слишком поздно он пришел, пять девичьих тел лежали на снегу, окрашенном их собственной кровью. Но не зря я мнила себя героем, у меня получилось, избавится, от колдуна, заперев в нави его силу, куда он делся никто не знал по сей день, все понимали, что уж точно не погиб. Скорее всего, был спасен Варварой. Под конец рассказа, я была согласна с тем, что я глупая ведьма, но вслух этого не сказала, хотя не безнадежно конечно, раз смогла все же уничтожить ведьмака.


– Хотите сказать это он? – задала вопрос Ив, хотя я думала о том же.


– Да, Леено заклинание, имело, побочный эффект, – сказал Артур.


– Какой? – заинтересовалась я, но при этом подумала, что почему-то я не помню этой своей жизни, а только ту с битвой, хотя может позже, и это вспомню.


– Только ты привязана к этим силам, и только ты можешь их найти и открыть, – сказал Артем.


– Получается, все это открытие кругов, связано со мной? – дивилась я, такой ценности


– Скорее всего.


– А почему я свою вторую жизнь не помню, только первую? – все же поинтересовалась я


– из-за заклинания, и в первой своей жизни ты имела больше сил, ты была намного старше, во второй ты была очень молодой,– ответил Савва.


– И глупой, – буркнул Артем, видимо все еще злясь на ту меня, потом встал и ушел.


– Не сердись на него Лея, он терял тебя дважды, при этом продолжая жить, – сказал Артур


– Он, что не потомок, он и есть древний?! – удивилась Ив, а я тихо обалдела, это сколько лет то ему?


– Да, это дар и проклятье, он всегда так говорит, но в тот раз мы думали, что потеряем его, он чуть не разнес весь город и пропал на несколько лет, – закончил он, а я почувствовала себя последней гадиной.

Встала со стула, неловко брякнула кружкой об стол, и ушла в абсолютной тишине. Немного постояла у дверей в его комнату, а потом толкнула ее, она беззвучно открылась. Тема лежал на кровати, отвернувшись к стене, и даже не пошевелился, когда я зашла. Я медленно закрыла дверь, подошла и легла к нему, уткнулась носом ему между лопатками


– Прости меня, – сказала я.


– Глупую ведьму, – чуть погодя добавила я, он хмыкнул и повернулся ко мне. Остаток ночи я проспала, без сновидений.


В следующие дни мой дом окончательно превратился в штаб, меня отправили устанавливать и обновлять защиту. Ив что-то магичела в мастерской вместе с Кириллом, иногда оттуда раздавался грохот и мат, периодами пахло едким дымом, от чего Кот приобретая свою боевую форму, чихал, и убегал из дома. Парни уходили из дома в город, уже не страшась быть убитыми, хотя Светозар все же не стал, он учил Льва оборачиваться и боевым приемам, в процессе утоптав его телом весь задний двор, и падать теперь было все тверже, но и делать это он стал немного реже. Я бродила вокруг дома, и плела заклинание, ночью я садилась на метлу и делала это же, но выше, напугав Ив, которая чуть не разбила колбу с чем-то едко красным.


Так я провела несколько дней, порой забывая поесть, поэтому похудела, в последний такой день, Артем выловил меня с балкона второго этажа и силой отправил есть. Только тогда я поняла, как проголодалась, поэтому жевала молча. Артем только хмыкнул и тоже сел за стол, но с кружкой чая, кофе он терпеть не мог.


– Нашли мы эту церковь, – зашел в кухню Вовчик, тряся картой, я посмотрела на него и даже перестала жевать.


– Ты похоже на хомяка, – хохотнул он.


– Покажи, – сказал Артем, освобождая место на столе.


– Вот! – разложил он карту и ткнул в нужное место.


– Это пустырь, – озвучил Артем.


– Не совсем,– сказал Савва, – это зачарованное место, этот храм спрятали несколько веков назад, после того как туда начали толпами ходить люди не готовые увидеть эту часть нашего мира.


– Выходит, мы ее должны увидеть? – спросила я.


– Теоретически, – задумчиво ответил Савва.


– Но ведь заговорщики смогли туда попасть, если они открывают там круг.


– Дело в том, Лея, что в храме нет смысла открывать круг, там есть естественный вход в навь.


– Эм, – все, что смогла выдавить я.


– Они и не будут его открывать, в храме, но он им нужен, чтобы этот колдунишка полностью восстановился и смог навсегда прикрепится к этому миру и обрести тело, – зло сказал Артем.


– Но круг они откроют, пути назад нет, – сказала я вслух, хотя и так было понятно,


– Да, ты заперла его силы как раз в тех частях нави, куда так просто и не попасть. Но чтобы вытащить оттуда силу, не обязательно быть в самом круге, хватит и ворот, но нужно сорвать все печати, и сорвать все засовы, для этого им и нужны были круги.


Все замолчали на несколько минут, я доела бутерброд, Вовчик собрал карту.


– Завтра выезжаем, и Влас с нами, без его ребят никак, – на это я фыркнула.


– Да, без проблем, – согласилась я,– главное чтобы он меня не душил и не кусал за ноги, – и озадачив общественность этими словами гордо удалилась к себе.


Весь день прошел в сборах, по коридорам кто-то громко ходил и топал, что-то кричал, что-то падало. А я сидела на кровати и смотрела в окно на почти полную луну, мир удивительная штука, когда тебе кажется, что все кусочки пазла от твоей жизни у тебе, а руках, она начинает трясти землю не давая их поставить на место. Скрипнула дверь, и в комнату зашла Иви, молча села рядом, какое-то время мы смотрела на луну.


– А ведь мы с тобой первый раз познакомились, когда было полнолуние,– тихо сказала я


– На, на дне рождения Сереги,– хмыкнула она, Серега это один из аллегархов нашего города, они тогда встречались с Иви, кто-то из озлобленных партнеров, навел проклятие на него, при том понятия не имея, что делает. Куча тварей выползло из теней, погибло пять человек, сам Серега не пострадал. Это было мое первое задание, там я ее и встретила, я очень удивилась, когда все гости с визгом неслись прочь, падая и топча своих, же, одна девушка швыряла в склизкую тварь тяжелые предметы и грубо материлась, потом она швырнула в него сгусток огня.


– Серега наверно так до конца и не оправился, – хохотнула я.


– Он крепкий мужик, – усмехнулась Ив.


– А знаешь, мы можем, последний раз увидится тоже в полнолуние,– сказала я после нескольких минут. Кот запрыгнул на кровать, и замурлыкал, Иви почесала его за ушком


– Не говори так Лей, – я ничего не сказала, каждый из нас это понимал, и я понимала. Что мои шансы на жизнь очень малы, я днем изучала свою темную книгу и нашла там нужное заклинание, если они меня убьют, то и сами сгинут, но об этом я ничего не сказала, никому, наверное, я и правда глупая ведьма.


Мы так и уснули вместе с Иви на одной кровати, между нами лежал кот грел бока и мурлыкал. Проснулась в два часа ночи, весь дом еще спал, спустилась вниз и сделала себе кофе, уселась на подоконник в башенке и смотрела на огоньки города и темный лес который отделяет город от этого места. Снег серебрился как волшебная пыльца, в голове было пусто и в тоже время, светло, что ли. Да завтра будет битва, да я могу умереть, но не было не страшно, не грустно. Иногда бывает так, будто что-то щелкает внутри и ломается, бьется на миллион осколков, острых, колючих и холодных. Сидишь, смотришь на них, и понимаешь, что это осколки твоей души. Сначала больно, потом страшно, а затем как-то спокойно и хорошо. И в этот момент ты видишь, как осколки складываются во что-то новое, завораживающее, волшебное и светло делается, словно светлячки внутри зажглись, вот он рассвет новой меня. Понимаешь, что это совсем новая картинка, это и ты и не ты вовсе.


В такие моменты жизнь становится ярче, глубже. Приходить осознание, многие книги становятся понятнее, люди интереснее, будто ты наконец-то дорос до своей новой шляпы. Кажется, что весь мир застыл, нет, не мир, ты сам, стоишь, а вся вселенная вертится вокруг тебя и показывает все свои стороны, блестит алмазными гранями, завораживает огнями городов, манит ночью, луной, умирает и вновь рождается. И все становится уже не важно, злость, обиды, глупые поступки, все это пустое. Это все было, всего лишь путем, который ты должен был пройти.


К семи я уже была готова, на ногах штаны цвета хаки, высокие армейские ботинки, футболка и свитер. Артем, Артур, Иви, Савва и я ехали в одной машине, которую пригнал Артем, не поверите ГАЗ двадцать один тридцать в народе тигр. Машина была шикарная и огромная, думаю самое то, для нашего дела. Ехать, оказывается, было не так и далеко, я даже не подозревала, что может прятаться в наших уральских лесах, ехали часов шесть, было комфортно. Остановились у границы леса, дальше надо было идти пешком, по огромным сугробам, но магия нам в помощь и подобно компании Иисусов мы углубились в лес по сугробам, не проваливаясь в них. Хорошо, что приехали засветло, хоть, и не утопая в сугробах, но все ровно идти пришлось не близко. Артур с Артемом переговаривались, то с Саввой, то с ребятами по рации. Савва очень ловко перебирал ногами, не смотря на значительный живот. Лысую голову он впервые прикрыл шапкой. Иви была в таких же ботинках, как и я, да в прочим, и во всем остальном, отличие было только в цвете, очень не привычно было видеть ее такой. Ветки подло пытались хлестнуть по лицу, намекая, что нам здесь не место, начинало темнеть, а лес будто оживал, слышались то шорохи, то рык, я не переставала чувствовать, что вокруг нас кто-то есть, и что нас ведут на место в кольце конвоиров, Иви тоже начала оглядываться.


– Мне это не нравится, – наконец, озвучила она.


– Мне тоже, но надо идти, – все чувствовали напряжение, и вслушивались до боли в ушах, и все ровно не могли разобрать звуки.


Когда уже начал видится просвет на поляну, мне показалось, что мимо меня пробежала тень, я вздрогнула и обернулась, кусты чуть дальше качались, значит, кто-то туда шмыгнул. Я пошла в то место, зажигая заклинание на пальцах, все ребята замерли


– Лея, – позвала Иви.


– Там кто-то есть, – ответила я, продолжая идти туда с упорством барана, потом остановилась, мне показалось, что там кто-то знакомый, так и замерла в шаге от елки.


– Котя? – спросила я темноту, и она на меня прыгнула и повалила в снег, издав победный мяв.


– Засранец ты! – засмеялась я, он специально скрывался от меня, пряча свои эмоции.


– Ладно, пошли дальше, – Артем поднял меня, погладил кота.


– Не шали, – сказал он усатой морде, а я поймала от него беспокойство, кот кого-то видел в этой темноте, но его присутствие отодвинуло кольцо конвоиров, но не прогнало. Кот посмотрел мне в глаза и нервно дернул хвостом.


Поляна была большая, она словно белое блюдо, окруженное черной скатертью лесов, на поляне было пусто, никакого храма не было.


– И как это понимать? – озвучила немой вопрос Иви, стряхивая с плеч снег, упавший с ветвей.


– И где остальные? – спросила я.


– Вокруг поляны, они тоже не высовываются, – сказал Артем, и отошел, что-то говоря в рацию.


– Не нравится мне это, – Артур почесал свой старый шрам на лице.


– Мы с этого и начали, – прошипела Иви.


А я чувствовала, как все волоски на моем теле встает дыбом, в предчувствия той жути что скрывается в темноте за нашими спинами, мне казалось, что я даже ощущала это горячее дыхание хищника загнавшего жертву, мне даже стало теплее. Что-то было не так, конечно, мы знали, что шли в логово к зверю по его приглашению, мы подготовились и ждали нападения и опасности, но оставалось стойкое и горькое чувство, что мы не все учли, оно зудело где-то под ребрами, и не давала думать. Кот сел рядом, так и оставаясь в своей боевой форме, он что-то пытался мне сказать, но наша связь еще не так хорошо налажена, я присела на корточки, чтобы видеть его глаза.


– Что там? – все вспыхнуло и я увидела, тех тварей, что прятались в тени, что казались всего лишь ломаными тенями на снегу.


– Нужен свет! – Скажи всем, пусть осветят как можно ярче, и огнем! – вскочила я, и вместе с моим криком, раздался и другой полный боли и рычание неведомых для этого мира тварей. Начали зажигаться огни, один за другим, загорались словно факелы пульсары, вызывая визги зверей, что прятались в темноте. Шелест и шум, взрывающих заклинаний, а я стояла словно завороженная, на моих глазах, из лунного света и тьмы ткались стены храма. Наши выбегали из леса гонимые адскими тварями. Я видела, как Светозар дал затрещину застывшему Кириллу, и как практически подмышкой, вытащил из-под носа двух тварей Льва. Он совсем не хотел брать ребят сюда, но они уперлись, хором заявив, какая разница если все умрут, то и они, а так они еще и поборются, в конце пригрозив отцу, что тайком приедет, и он сдался.


За спиной крикнула Ив, что-то ругательное, а потом завизжала, так как умеют только баньши. Артем обернулся, и исчез в темноте, вместе с Артуром, но ни одна из тварей не трогала меня, этим я и воспользовалась, когда заслонила Иви от очередной, она загорелась в прыжке и осыпалась к моим ногам уже пеплом.


– Тебе тут явно ждут, – сказала Ив.


– Подождут, – ехидно улыбнулась я, стягивая шапку и пуховик. Бросила все в снег, и помчалась в самую гущу битвы, держа в одной руке тот самый посеребренный клинок. Круг был открыт, где-то в лесу среди деревьев, именно оттуда шли эти твари, я пробивала себе путь, посыпая снег пеплом сгоревших тварей. Прислушалась, к крику корчащегося от боли леса, ведь ему нанесли жуткую рану, его заразили навьими тварями, заполонившего его. Ухватила грязную кровавую нить, тянувшуюся от одной из тварей словно пуповина, переборов отвращение коснулась ее, лавина грязных эмоций, боли, ужаса, страданий, нахлынули так, что я чуть не задохнулась, но я знала куда идти. Отпустила нить и даже вытерла руки, переборола дурноту и шатаясь отправилась в глубь леса, к чертову кругу. Около него уже были и Артур и Артем, последний ходил в одних штанах и босиком по снегу.


– Вам без меня его не закрыть, – сказала я, выступая из-за деревьев, они промолчали, лишь бросили на меня короткий взгляд, тут же был и Савва и Миша, последний улыбнулся и махнул рукой.


Артем уже стоял в центре, я подошла к нему, остальные встали вокруг, я видела, как Иви выбежала из леса и тоже встала рядом с остальными, услышала как они громко выкрикнули какие-то слова на непонятном языке, и ухнула в низ словно в ледяную воду. Но почувствовала, руку Артема на своей руке и стало немного легче, упали на что-то не очень твердое. Когда открыла глаза, то поняла что упали мы на мох, в этом же лесу, но вместо снега везде был серый мох, в ветках путалась паутина.


– И где деверь? – поинтересовалась я, одергивая руку от паука.


– Вот, – я посмотрела, куда указал Артем, и увидела дверь, большую двухстворчатую, обитую кажется серебром, но она вела в никуда и появилась среди леса. Словно на сюрреалистической картине Дали, он явно бывал в нави, подумала я. Створки были открыты, и оттуда вытекала темнота, иначе и не скажешь, отделялась от дверей и превращалась в звероподобную тварь и исчезала, в том месте, где появились мы. Я толкнула одну створку и поняла, что она очень тяжелая.


– Понятно, почему нужен и ключ, мужского пола, – хмыкнула я.


– Не для этого, – улыбнулся Артем, и подошел ко второй створке, и как только он начал ее толкать и моя тоже стала легче. Но сами двери тянули с нас силы, выпивая как вампир кровь, но мы смогли закрыть их, с громким стуком, вызвавшим гром, и после раската от которого заложило уши, в двери ударила молния, если бы не Артем, успевшим среагировать и убраться вместе со мной от них, то была бы, наверное, я кучкой пепла


– Предупреждать надо о таком! – возмутилась я поднимаясь с земли.


– Дай руку, – сказал Артем, так и сидя на земле. Я протянула ему руку, на которой были круги, он взял меня за запястье, а я его и руку пронзил обжигающий холод и снова жуткая темнота и ветер, из-за которого было невозможно вздохнуть. А потом я почувствовала, как что мерзкое и холодное обвивает меня за талию и дергает в сторону с такой силой. Что наши руки расцепляются, оставляя синяки, я взвизгнула, а Артем зарычал, и я упала в снег, провалившись на добрый метр, я не сразу поняла, что случилось, инстинктивно прорывая себе путь наверх, и снова погружаясь в глубокие сугробы.


– Да что б вас! – остановилась и укрепила снег, после чего наконец-то смогла выкарабкаться из снежной ямы. Отряхнула снег, сколько смогла и огляделась, я была на той же поляне, только лес теперь был дальше, а за спиной, в нескольких метрах от меня чернел навий храм, ветер швырнул в глаза колючие снежинки, и я отступила еще ближе к храму, даже не заметив. А когда хотела идти к ребятам чтоб помочь, не смогла, перед глазами вспыхнул голубыми всполохами купол, отгораживая меня от друзей.


Ловушка, продуманная до мелочей, мой капкан захлопнулся, поляна вокруг храма полыхнула синим куполом, отгораживая от меня друзей, я слишком поздно услышала крик Артема, он превратился в большого медведя, у него так и не зажило ухо, я улыбнулась. Он не успел, кинулся в след, и его отбросило, подпалив шерсть. Я осталась один на один со своим врагом из прошлой жизни, осталась стоять на заснеженной поляне, только ветер трепал волосы, расплетая их окончательно и развевая по ветру, словно красное знамя. Я стояла будто посреди вселенной в самом центре урагана, невредимая, наблюдая как мои друзья, в схватках теряют кровь, окрашивая белоснежные сугробы своей кровью и кровью врагов. Я видела, как Иви криком расшвыривает невидимых тварей, развевая их пеплом, как Савва заканчивая плести начатое мной заклинание опускает сеть на невидимых зверей, делая их видимых, как магические всполохи озаряют поляну и топят снег. Как из леса на рев большого медведя с рваным ухом, выходят еще два, один почти черный, расшвыривая на пути навьих тварей словно игрушки. Артем прыгнул снова, ему удалось зацепится лапами за невидимые нити, они сжигали на нем шерсть, но он рычал и казалось, что его ярости хватит, но сердце пропускало удар.


– Уходи! – крикнула я не в силах смотреть, – Уходи! Слышишь!


– Не смей Лея! – прорычал он, и в его глазах загорелось оранжевое пламя, я развернулась и пошла к храму, оставляя на снегу глубокие следы, а над поляной, заглушая звуки боя и оглушая меня, рычал большой медведь с рваным ухом.


Мне не было холодно, было никак, казалось, что я всего лишь тень этого мира, темное отражение холодных сугробов. Поднялась по высоким каменным лестницам, местами отколотых, будто мечем, хотя, наверное, так и есть. Сколько историй хранят эти ступени, и кованные двери, молчаливо наблюдая за миром. Большая тяжелая дверь, окованная железом и закованная в рунные вязи, она крайне легко поддалась, когда я потянула ее на себя, не звука, от древних дверей, лишь порыв ветра с запахом прелых листьев. Я хмыкнула, конечно, легко, ведь меня ждут. Огромное помещение, без стен или коморок, огромный зал с высоким потолком и огромным под два метра кольцом, словно ворота, нет, это и есть ворота, врата в навь. И никаких алтарей или окон, только высокие каменные стены и потолок, кажется, уходящий в бесконечность, еще миллион свечей в канделябрах на полу, развешанных на стенах факелом.

– Какая неожиданная встреча, – хриплый шепот и такой же хриплый хохот, я обернулась.


– А ты плохо выглядишь, – сказала я, разглядывая его, крючковатый, с серой кожей и белым пухом жидких волос, высушенного, словно мумия колдуна.


– Сейчас мы это исправим,– ответил женский голос, властно отразившись от стен. Высокая, статная женщина со светлыми пшеничными косами уложенными короной, на ее голове. Величественная, древняя, одна из многих, но эта шагнула в пропасть отчаяния и потеряла свою душу, связалась с колдуном, захотела стать богиней, глупо.


– А ты не изменилась маленькая ведьма, но это не на долго, я уже имела удовольствие тебя убить, – сказала она и захохотала, громко и задорно, как наверное умеют только отчаянные и сумасшедшие.


– Думаю, это будет в последний раз, в этот раз я намеренная, забрать вашу теплую компанию с собой.


– О, на этот раз не получится, я подстраховался, – хрипло сказал он, и стукнул тростью, на этот звук от стен отделились тени, древние, жадные. Навьи падальщики, им неважно кому служить, они могут сожрать, и хозяина, им важна только еда. По его задумки, они должны били поглотить остатки моей энергии, и я уже никогда не смогу возродиться, я исчезну навсегда, просто перестану быть. Обычно они обитают в нижнем мире нави, среди отшельников убийц, тех, кого заперли туда, за провинности перед миром, именно они и создали их, отголоском своей темной энергии и ненависти, но сами и поплатились. Колдовать открыто в их присутствии очень опасно. Тени показались и замерли, в ожидании пиршества, для них я вкуснее, чем хм, жилистые жители подземелий.


– Ты знаешь, когда ты не сможешь дать им то, что они хотят, то они с легкостью сожрут и тебя, – сказала и получила по лицу, от древней, когда я упала, она захохотала снова. Она продолжала меня бить, пинать ногами, я не сопротивлялась, я плела последнее в моей жизни заклинание, увязывая нити, так чтобы они не заметили, вплетая, в каждый узелок миллион ограничений к своей силе, если она будет принадлежать не мне. Мне не по силам тягаться с древней, она сильнее, опытнее меня в миллионы раз, это я понимала, как и их план высосать из меня душу вместе с моей силой, чтобы вернуть былую силу, этому дряхлому колдуну, который был очень сильным колдуном, всю свою жизнь он убивал ведьм, забирая их дар. Когда то я убила его, запечатав его силы, у этого заклиная, было побочное действие, я закрыла ее, но не уничтожила и теперь только я могу открыть ее снова. Даже не я, а мой дар, который он хочет забрать, в тот раз я тоже умерла, но сейчас я не совершу такую глупость, я открою эту дверь, но все силы, что хранятся там, вернуться к своим истинным обладателям. Но сначала, он получит их, вместе с болью ведьм, что он убил. Я не чувствовала боль, из разбитой губы бежала кровь и кажется, треснули несколько ребер, но это было уже не важно.


– Хватит, убей ее! – скрипуче крикнул колдун.


– Не указывай мне! – взвизгнула она.


– Прости, просто я устал, прости любимая.


– Любимая, – захохотала я, лежа на каменном полу и даже не пытаясь встать,


– Да вы ненормальные маньяки, какая любовь?! Это любовь двух богомолов, кто-то из вас откусит голову другому, получив все, что ему нужно.


– Заткнись, – она схватила меня за волосы, притянула к себе, – Мне никогда не надоест убивать тебя.


– Тогда не тяни, – сказала я, через несколько секунд, доплетая заклинание.


Она разорвала мне артерию на горле, прочертив, ногтями по ключице, и разорвав цепочку на амулете, я слышала лишь треск своей собственной кожи и звон упавшего медальона, все озарила вспышка, высвобождающего заклинания, и силы. Я думала, что умру быстрее, но кровь вытекала как-то медленно, она была теплой и вязкой, щекотала грудь. Я успела увидеть, как он обрел силу, и как исказилось его лицо, когда он понял, и мне померещилось, как дверь кто-то вырвал, и улыбнулась искренне и в последний раз в своей жизни, погружаясь в вечную темноту.

– А где загробный мир? Хотя почему он вообще есть, меня не должно быть – спросила я у знакомого стража, он обернулся и начал принимать черты человека.


– Здравствуй ведьма, – сказал он улыбаясь.


– Да уж не придется, здравствовать – вздохнула я, и себя рядом с ним на траву.


– Ну, не будь такой пессимисткой.


– Ха, это как? – не поняла я.


– Все меняется, все идет свои чередом.


– Чего?


– Не видишь, дальше своего носа ведьма, – он ткнул меня в лоб пальцем.


– А это немного обидно, – сказала я, потирая пострадавшее место, а он расхохотался.


– Ты снова им испортила все планы, а ведь признаться, они были крайне хитры и наверно гениальны, даже мы не сразу разгадали.


– Но в итоге же разгадали.


– Не мы, навь, она видит все ниточки связей, она порой сама их связывает.


– Она и меня связала, с этой ненормальной парочкой? – удивилась я.


– Все не так просто, не копайся в этом, – спокойно сказал он.


– То есть, то что сейчас произошло, случилось по какой-то причине. А не потому, что кому-то захотелось власти? Спросила я, срывая сухую ромашку.


– Думаю, она хотела преподать урок.


– Не ставь себя выше тех, кто кажется, слабее? – я легла на траву, закинув руки за голову


– Вот говорю же, близорукая ты, – хмыкнул он.


– Я не навь, я маленький ее кусочек, – не стала спорить я.


– Все мы такие, каждый из нас стремится найти и занять свое место, но мы забываем, что оно меняется, нельзя переставать искать.


– Угу, но я достаточно умна, чтобы догадаться, что Артур тебе не внук.


– Сын, – согласился он.


– Тебе пора.


– Куда? – но он не ответил, а вдавил меня в землю и я провалилась, в никуда, кажется словно ухнула в пропасть, даже дыхание захватила. И мягко приземлилась на лапы, в высокую траву.


– Мяв! – обрадовалась я и напала на бабочку.


– Привет рыжая, – улыбнулся Странник, выхватывая меня за шиворот из травы


– Привет, – махнула я лапой.


– Ну как оно? – улыбаясь, спросил он.


– А ты не знаешь?


– Знаю, но люблю разговоры, иногда этого не хватает, – сказал он закидывая меня на плечо.


– Тогда давай ты мне расскажешь сначала, – мурлыкнула я.


– Хитрая рыжая кошка,– расхохотался он.


– Ну, давай, пошли к костру вечереет.


Мы вышли на поляну, с кострищем и удобными бревнами, заменявшие путникам лавки, сели на одну из них лицом на запад. И смотрели, как умирает день, растворяясь в облаках красным, словно юный художник капнул краску на влажный лист. Солнце еще раз мигнуло, зацепилось на секунду лучиками за макушки деревьев, и растаяло. А с востока наступала ночь, она пахла прохладой и морозцем, как бывает только осенью, люблю осень. Темное небо зажигало высокие яркие звезды, костер заплясал высоким алым пламенем, словно силясь дотянуться до них.


– Люблю осень, – уже вслух сказала я.


– Я тоже, время мыслей и чудес, – улыбнулся он.


– Теплого пледа, горячего чая и ветра перемен, – хихикнула я.


– Я смотрю, ты философ, – потрепал он меня по голове.


– Конечно, столько жизней прожить и столько раз умереть во цвете лет.


– Так было предначертано. Каждый приходит в этот мир с чем-то, с кем-то и для чего-то. Все мы это всего лишь мазки на огромной картине мира, но каждый из нас в силах изменить сюжет. Так и ты с Артем, вы изначально связаны.


– Вечно ищущие друг друга половинки, – хмыкнула я.


– От части, это не твое испытание, а его.


– Артема? – удивилась я.


– Он древний, они живут вечность, их может убить только другой древний, но это крайне не просто. Они хранители этих миров, всех, их удел быть воином, изначально они не умели любить. Но любовь всегда находит лазейки, и просачивается в сердца, но у них это тоже испытание, они воины, так уж устроен их век. Они уверены, что могут взять все что хотят, но смогут ли удержать, они должны научиться ценить чувства других, чтобы не стать эгоистичными чудовищами терзающими мир.


– Поэтому меня столько раз убивали?! – возмутилась я.


– Ты тоже, должна была показать себя достойной союза, ведь еще никогда древний не связывал свою жизнь с темной ведьмой.


– Серьезно? – удивилась я, наверно на кошачьей морде это выглядит забавно, потому что он улыбнулся.


– Более чем, и ты нам всем ужасно не нравилась сначала, мы хотели, чтобы у вас ничего не вышло, но позже мы узнали тебя, юную рыжую ведьму, что украла сердце древнего воина, – он озорно улыбнулся.


– Прямо из женского романа украл, – хихикнула я.


– Я думала, вы мне помогаете, – даже обиделась я.


– Вам обоим, – сказал он и замолчал.


– И было бы любопытно посмотреть на ваших детей.


– Договоришь, крестным будешь, – огрызнулась я.


– Хм, я подумаю, – улыбнулся он и замолчал.


– Ты вот нисколечко не прояснил, ничего, – не выдержала моя упрямая натура.


– Поверь, это не в моих силах, да это тебе и не нужно, не будь такой любопытной.


– Угу, а то можно, получить, по наглой рыжей моське, – на это он рассмеялся, громко и задорно, даже пугнув рыжее пламя.


– Только, я все ровно умерла, и выходит, все начнется сначала, я его подвела, – тяжело вздохнула я.


– Нет, где твоя монета? – спросил он и подмигнул.


А я вдруг осталась одна, а мою ладонь холодила монета.


– И что мне делать с ней?! – крикнула я в темное звездное небо, но ответа не было, лишь ветер.


– Ну ладно, домой! – я сжала ее до боли и зажмурилась, ослепленная вспышкой.


Сначала было жутко холодно и больно, затем я услышала грохот, открыла глаза, передо мной был высокий темный потолок храма. Я жива!? Надеюсь, я не зомби, с этой мыслью, я смогла перевернуться на бок, и все, сил на большее не было.

– Ребята! – хрипло позвала я, когда грохот немного стих, вокруг валялись куски каменных стен и даже наверно потолка, стало еще темнее, почти все свечи потухли.


– Ты слышал? – услышала я голос Ив.


– Нет, – ответил некромант.


– Глухня! – громче прохрипела я.


– Я вот сейчас окончательно умру! Снова, – тихо закончила я.


Затем шаги, громкие и быстрые, приближающиеся.


– Лея!? Боже Лея! Да как!? Артем! – крикнула Иви, боясь меня пошевелить.


– Лея не двигайся, ты вся в крови, ты же была мертва, как? – сказал Вовчик, и начал водить над моим телом руками, – ты не можешь быть жива, в твоем теле практически нет крови!


– Я б тебе ударила, но нет сил, – прошептала я.


– Идиот! – крикнула Ив и ударила его своим маленьким кулачком.


– Спасибо Иви, – сказала я и осеклась.


– Ты самая несносная ведьма из всех, что я когда-то знал, – Тема сел рядом со мной, на нем были одни только штаны, видимо успел где-то найти.


– Привет родной, – сказала я и упала в обморок, в планах не было, но вышло же красиво. Я не погрузилась в темноту, а оказалась призраком.


– Я что умерла все-таки? – спросила я, глядя как, Артем что-то сказал Артуру, и тот пошел раздавать указания, на нем были точно такие же штаны. Видимо ребята их носят с собой для таких вот моментов.


– Нет, не умерла, – сказал незнакомый женский голос, я обернулась и увидела девушку, не высокую худенькую, с русыми волосами, уложенными в сложную прическу. В простом белом платье, и босиком, только в ушах ее позвякивали красивые, длинные серебряные серьги.


– Э, – вся, что смогла сказать я, видимо одинаковые штаны как-то подкосили мой интеллект, она рассмеялась.


– Морена, – она протянула руку.


– Лея, ты и есть жрица храма, – она лишь кивнула головой, позвенев серьгами.


– Ну что Лея, пришло время вас поженить, я держу свои обещания.


– Чего? – сказала я, видимо окончательно умственно падая в ее глазах.


– Пошли, – она потянула меня за собой.


– Готов? – спросила она у Артема, когда мы подошли ближе.


– Глупый вопрос Мара, конечно! – ответил он, – она здесь?


– Твой, не на много умнее, – фыркнула она, – бери ее за руку.


– А мне что делать? – глупо спросила я.


– А ты просто должна быть согласна связать свою жизнь с ним, все жизни, – она посмотрела на меня, я ничего не ответила, зачем, все итак было понятно. У меня была самая странная свадьба. В куче обломков, окровавленное и бледное лежало мое тело, рядом сидел Артем и держал мою жутко бледную руки. Вокруг стояли Артур, Светозар со своими сыновьями, Иви, Вовчик и даже Савва. Мара шептала или пела, не разобрать слов, но мелодия была красивая, и от каждого слова, вокруг наших с Артемом тел, нити заклинания начинали светиться, ослепительно белые и черные, они обматывали нас и застилали от других словно пологом, а потом все исчезло, и я погрузилась в темноту. Очнулась я в светлой палате, хотела привстать и увидела, что ко мне подключена капельница с кровью.


– Привет родная, – услышала я самый родной голос на свете, он лежал рядом, закинув одну руку за голову, за окном шел снег, крупными ватными хлопьями, прижалась к нему поближе, положив голову на плече, он поцеловал меня в макушку.


Я пролежала в больнице неделю, за мной наблюдал не обычный врач, он знал про наш мир и имел способности, но больница была самая обычная, хотя и платная палата. Артем пропал на два дня. В первый день пришла Иви, в больничных тапочках на тонкой подошве.


– У тебя же даже домашние тапки на каблуках, ты в них забавно ходишь,– рассмеялась я, на что Ив погрозила мне кулаком, но тоже рассмеялась. Она забралась на кресло вместе с ногами, несколько минут мы просто молчали и смотрели на метель за окном. А потом она заговорила, рассказывая, то время, когда я умерла. Сказала, что Артем прорвал, защитный купал. Дверь в навь они вырвали вместе с Артуром и Саввой, повергнув заговорщиков в бегство. Но они опоздали, я уже умерла, тут она снова замолчала. А потом посмотрела на меня и сказала, что после того, что делал Артем, когда увидел мертвую меня, она его побаивается, нервно хихикнула и не углубилась в суть. Лишь сказала, что он разорвал Варвару, на кусочки, так что Иви замутило, несмотря на то, что часть всего вида закрыл Артур своей спиной. Погибших с нашей стороны много, но со стороны заговорщиков больше. Зара попала в больницу, а Инга отделалась ушибами и царапинами, и их мы больше не видели. На следующий день пришел Артур, плюхнулся без спроса на мою кровать, потеснив меня, и сказал, что древние не довольны самоуправством Артема в убийстве древней. Увидев, как от страха расширились мои глаза, и что я собралась вставать и идти мочить древних. Посмеялся, сказал, что более храбрых и дурных котят еще не видел, потом сказал и куда ты против дюжины питбулей? Но, не увидев понимания в моих глазах, тяжело вздохнул и сказал, что ничего ему не будет, пожурят и отпустят. Эта Тамара у всех поперёк горла, только хитрая тварь, улик не оставляла. Потом ударил меня в лицо подушкой и на мое возмущение, пояснил, что за кучу работы! Из–за моего заклинания, сила всех убитых ведьм вернулась обратно в их семьи, и теперь по всему городу вспышки аномального и куча людей, получивших дар, но понятия не имевшего, что это и как. Их семьи уже давно растеряли знания, Савва ищет хроники и пытается разобраться и вернуть хранившиеся древние гремуары и дневники этих ведьм. Сам Савва вопиющее наслаждается творящимся хаосом, говорит, вот это жизнь, а то все покой да тишь, помирать в пору, это он сам мне и сказал, когда пришел ко мне в поисках Артура, его искали в связи с очередным чрезвычайным происшествием. Артур тяжело вздохнул, и снова треснул меня подушкой, Савва захохотал, но не остался, пошел помогать. Ко мне заходила даже Алена, спросила, как я, порадовалась моей свадьбе, посмеялась, как она прошла, и сказала, что за то оригинально. Влас уволился и пропал, вся его семья переехала, это позже сказал, мне Артем, когда ночью второго дня пришел ко мне в палату, устало лег рядом. Сказал, что они получили хороший урок и усвоили его. Утром проснулась от его взгляда, на мой вопрос: чего? Он сказал, что эти шрамы не пройдут никогда, потом замолчал, ожидая видимо моей истерики, а я рассмеялась и сказала, что буду ими гордиться и рассказывать внукам. Он тоже посмеялся, а потом протянул мне лист. На нем было написано, что Артем обязуется открыть школу для подобных нам, в наказание за убийство.


– Интересно у вас наказывают, – улыбнулась я, понимая, что древние просто соблюли формальность и то, что они бы просто попросили, выдали как требование.


– Ты не против, переехать жить в другой мир?– спросил он.


– Конечно нет! – я была рада, жизнь снова начала двигаться.


– В этом мире не открыть подобного заведения, но можно сделать переход из него в другой, – пояснил он.


– Артур пусть будет, отвечать за поиск талантов, – я представила в этот момент лицо Артура и расхохоталась.


– Не поверишь, но я тоже об этом подумал, – повеселился он.


Я поняла, почему бабушка выбрала руну уруз ключом, она давала мне подсказку, что все старое должно уйти и при этом я должна вернуться к началу. Это трудно понять, как бы я не описала это, нужно пережить, почувствовать ее. Для меня это принятие себя, но для того, чтобы себя найти, нужно вернуться туда, где все началось, в родной дом, там где все пропитано тобой, искренней и настоящей, принять это и шагнуть в новую жизнь. Это больше не вернется, ты не станешь прежним, ты не будешь больше ростком, это время прошло, теперь ты полноценное растение. Но не стоит забывать, что ты за вид.


Старая кожа должна быть сброшена и принята новая.

Выписали меня из больницы вместе с первыми теплыми днями, весна пришла, солнца не было, но с крыш капало, дул свежий весенний ветер и пели птицы. Ив приехала на такси, Артем уехал по делам, но я не обиделась. На вопрос к Иви чего так, а где твоя машина? Она сказала, что устала от зимы и надо прогуляться, да и мне полезно, а бледная жуть. Я согласилась, и мы пошли домой через сквер, на оттаявших лавочках, уже сидели парочки, словно вместе с зимой ушло и страшное забвение нави, может так, оно и было. Я глубоко вдохнула грудью весенний вечерний воздух и по телу пробежались искристые пузырьки. Посмотрела на Ив, ее глаза блестели озорством и радостью, она тоже чувствовала волшебство весны.


– Пойдем в парк, будем смущать парочки, – захохотала она.


– Не думаю, что кому то это под силу, – хихикнула я, поднимая воротник на пальто.


Вечерняя прохлада хмельным дурманом прокатилась по телу, отозвалась внутри звездной феерией, обожгла сердце и согрела душу, растеклась по телу сладкой патокой. Опьянила, одурманила, заставила гнаться за ветром. Весна всегда немного безумна, но в этом ее магия.