Название книги:

Сжигая мосты

Автор:
Юлия Александровна Гатальская
Сжигая мосты

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Глава 13

Как я и обещала своему другу, я позвонила в Университет следующим же утром и, к моему приятному удивлению, мне сообщили, что восстановиться вполне возможно, нужно только пройти собеседование и написать несколько проверочных тестов. Однако начать, а вернее продолжить обучение при положительных результатах тестов я смогу только с началом нового семестра в сентябре. Что ж, мне спешить некуда да и к тому моменту я смогу как следует освежить в памяти все пройдённые предметы и как следует подготовиться к собеседованию.

После всех этих хороших новостей я ощущала неимоверный духовный подъём, а весеннее настроение только усиливало эти ощущения. Я была безмерно благодарна Серёже за его поддержку и бесценные советы, если бы не он, я не знаю, когда бы смогла оправиться от всех этих кошмарных переживаний. Я настолько привязалась к Волкову, настолько умиротворённо ощущала себя в его присутствии, что испытывала к нему помимо глубокой благодарности ещё какие-то более тёплые чувства, схожие с сестринской нежностью или духовным родством. Нужно признать, что рана в моей груди медленно, но верно затягивалась благодаря постоянному присутствию Сергея в моей жизни, благодаря его отзывчивости, доброте и умению растормошить мою унылую душу.

С отличным настроением я приступила к своему первому, стыдно сказать, рабочему дню в жизни. Галина Михайловна, кратко объяснив мне мои обязанности, вверила меня в руки опытной Ирины и удалилась на кухню выпекать свежие булочки.

Ирина оказалась на редкость милой и улыбчивой девушкой. Она подробно рассказывала мне принципы работы и показывала, где что лежит, попутно терпеливо отвечая на мои вопросы. Запомнить всё с первого раза мне, как и следовало ожидать, не удалось, поэтому я, краснея за свою нерасторопность, постоянно переспрашивала и отвлекала Ирину от её прямых обязанностей. Девушка же не раздражалась и не злилась, вопреки моим опасениям, напротив, она искренне пыталась помочь мне освоиться на новом месте, за что я была ей безмерно благодарна.

Открытие летней веранды должно было состояться через несколько дней после того, как я уже достаточно освоюсь и научусь обращаться с подносом быстро и уверенно. Пока же я помогала Ирине обслуживать немногочисленных, но постоянных клиентов в зале, которые уже не представляли своей жизни без утреннего кофе и свежей булочки в уже почти полюбившемся мне кафе «Лилия». Когда я спросила у Ирины, почему именно "Лилия", она ответила, что просто потому, что это красивые цветы и Галина Михайловна их очень любит, несмотря на то, что у неё аллергия на их пыльцу.

В мои обязанности также входило проверять свежесть товара на прилавке и заказывать пирожные и тортики в местной пекарне, а мороженое – в магазине. Булочки и пирожки выпекала сама хозяйка на маленькой кухне «Лилии», производить тут же более сложные десерты просто не было никакой возможности, да и в одиночку она не справилась бы.

Спустя несколько дней я наконец смогла совладать с кофеварочной машиной и выучила всё меню и составляющие блюд наизусть. Признаюсь честно, я раньше и не подозревала, сколько видов и сортов кофе существует и сколько различных напитков можно приготовить из этих ароматных зёрен. Мне очень повезло с напарницей, благодаря напутствиям и терпению которой я втянулась в свои обязанности и научилась их исполнять.

На улице заметно потеплело за последнюю неделю, и прохожие уже давно не кутались в толстые парки и шерстяные шапки, верхняя одежда населения Бора теперь составляла легкие ветровки или свитера. К моему счастью, в почти семейном кафе «Лилия» не было никакой спецодежды, какие бывают в сетевых кафе и ресторанах, поэтому нам позволялось носить любую рубашку с длинным рукавом и брюки или джинсы, но обязательным атрибутом нашего внешнего вида безусловно оставался бессменный белоснежный фартук, накидываемый на шею и доходящий до середины бедра, с вышитой лилией на нижней части.

В день открытия летней веранды я нервничала как никогда. Мои руки пробирала мелкая дрожь, когда я думала о том, что мне придётся обслуживать клиентов без присмотра и покровительства Ирины. Мой испытательный срок ещё не закончился, поэтому я должна была показать всё, на что способна, ну или, по крайней мере, не выставить себя полной неумёхой. Для меня основная трудность моей работы по обслуживанию посетителей на улице заключалась в том, что дверь кафе не была автоматической и мне приходилось одной рукой держать поднос, а второй – дверную ручку, рискуя при этом уронить что-нибудь на пол.

Нервы мои уже были на пределе, когда за круглый уличный столик уселся пожилой мужчина в синем свитере с коротко стриженными седыми волосами. Я наблюдала через стеклянную дверь кафе, как он огляделся хмурым взглядом, и тут же почувствовала удар локтем в бок:

– Ну, чего ждёшь-то? Твой первый клиент! Удачи! – прощебетала Ирина.

Я схватила меню и почти бегом направилась к выходу. Ума не приложу, как я умудрилась не споткнуться о порог, когда выходила на свежий воздух на негнущихся ногах. «Это всего лишь посетитель, чего ты так трусишь, идиотка?» – укоряла я саму себя.

– Добрый день, – поздоровалась я, натянув любезную улыбку на своё лицо и протягивая меню гостю.

– Здравствуй, – ответил мужчина, внимательно вглядываясь в моё лицо, – ты новенькая?

– Да, почти неделю тут работаю.

– Оно и видно, – снисходительно проговорил посетитель, – мне не нужно меню, в это время дня я всегда заказываю сдобные булочки с корицей и двойной эспрессо.

– Хорошо, сейчас принесу, – протараторила я, разворачиваясь на пятках.

– Можешь не торопиться, милочка, – кинул мне в след мужчина, – мне некуда спешить.

Но я всё равно спешила, потому что заметила, как Галина Михайловна украдкой наблюдает за мной, стоя у входа на кухню. Я взяла круглый поднос и поставила его на прилавок. Затем быстро извлекла из шкафа за стойкой чистую белую тарелку и, продолжая держать её в левой руке, правой схватила металлические щипцы и потянулась к блюду с булочками и замерла, как вкопанная, вспоминая, какую именно булочку заказал завсегдатай кафе. «Чёрт, надо было записать!» – в панике подумала я, но тут же услышала тихий спасительный шёпот Ирины за спиной:

– Он всегда заказывает с корицей.

– Спасибо, – также тихо ответила я и положила ароматную булочку на тарелку.

Поставив тарелку на поднос, я уже через секунду направлялась к кофеварочной машине. Про двойной эспрессо я помнила хорошо, поэтому на этом этапе прохождения дистанции «мой первый клиент» преград у меня не возникло. Бросив благодарный взгляд на мою спасительницу и коллегу в одном лице, я взяла поднос и, стараясь не споткнуться, неуверенной походкой направилась к выходу.

Свежий воздух остудил мои пылающие щеки, и я спокойно завершила свою миссию по доставке питания своему первому клиенту. Видимо, моя неуклюжесть и неуверенность движений умилили посетителя, потому что он даже оставил мне чаевые. На моё счастье, этот мужчина был единственным моим клиентом в этот день, поэтому оставшуюся часть рабочего дня я помогала Ирине в зале.

– Ну что ж, первый блин почти не комом, – подытожила хозяйка, когда мы протирали столы и расставляли на них стулья, чтобы было удобнее мыть полы. В таком маленьком кафе технический персонал не входил в бюджет, поэтому в то время, как наша хозяйка убирала на кухне, мы с Ириной мыли посуду и полы в зале. – Твой испытательный срок окончен, завтра уже работаешь в полную силу и за полный оклад плюс чаевые.

Я заулыбалась во всё лицо и от нахлынувшей радости чуть было не бросилась обнимать свою хозяйку, но вовремя опомнилась. Ирина же похлопала меня по спине и весело и торжественно произнесла:

– Добро пожаловать в команду!

С этого самого момента моя жизнь в Бору завертелась, словно привычный, но такой смертоносный и пугающий смерч в штате Флорида из сказки "Волнебник Изумрудного города". Утром я бегом отводила Катю в садик, затем торопилась на работу и весь день вертелась как белка в колесе, обслуживая посетителей кафе, после работы снова бежала в садик, чтобы забрать дочь и отвести её на танцы. Помимо всего прочего, с недавних пор у меня всегда с собой был рюкзак, заполненный учебниками и лекциями, чтобы каждую свободную минутку я могла уделить учёбе, поэтому весь тот час, пока Катя танцевала в классе, я ожидала её в коридоре, повторяя уже давно пройденные материалы по истории искусств.

Вечером я была настолько вымотана, что у меня едва хватало сил, чтобы выпить уже ставшую традиционной чашку кофе с Серёжей и обменяться с ним впечатлениями или новостями, полученными за день. Даже свой единственный выходной – воскресенье – я почти весь уделяла чтению книг, изредка выкраивая несколько часов на уборку дома и игру с дочерью. Признаюсь, я стала буквально одержима идеей восстановиться в университете, и эта одержимость придавала мне сил и уверенности в себе. Сергей и папа мне очень помогали, развлекая Катю, пока я загружала свой мозг датами рождения знаменитых художников и музыкантов различных эпох. Волков иногда даже готовил для нас воскресный обед, в то время пока я пропадала в библиотеке или погружалась в изучение материалов на диване гостиной.

Это было так необычно видеть на своей кухне мужчину с закатанными по локоть рукавами, нарезающего мясо или овощи. Марк никогда и близко не приближался к кухне, максимум, на что он был способен, – это вытереть тарелки и сложить их в шкаф. Всю домашнюю работу всегда выполняла я, а мой бывший муж считал, что это чисто женская обязанность, потому что мужчина должен приносить в дом деньги, а не мыть посуду.

Иногда я отрывалась от чтения и украдкой наблюдала за уверенными движениями Сергея, господствующего за разделочным кухонным столом. Он не догадывался, что является объектом моей слежки, и был полностью погружён в свои действия. Лицо его в такие моменты было сосредоточенным, серьёзным, будто бы он не кухонным ножом орудует, а снайперской винтовкой, что заставляло меня улыбаться от умиления. Мускулы на его сильных длинных руках напрягались от прилагаемых усилий, натягивая тонкую ткань повседневной рубашки, пальцы слажено работали, а я не могла оторвать взгляд от этого действа.

 

Мой рабочий день по субботам начинался на час позже, но вставать мне приходилось также рано, чтобы успеть отвезти Катюшу в дом Власовых, где её с распростёртыми объятьями встречала бабушка и где она могла позже увидеться с Марком, которого я продолжала старательно избегать, дабы ненароком не растормошить почти затянувшуюся рану в груди. Надо отдать ему должное, он каждую субботу ни свет ни заря приезжал в Бор, чтобы провести с дочерью целый день. Периодически Марк даже пытался забрать её на ночь в Питер, но Катя не настолько доверяла ему, чтобы уехать так далеко от меня. Я знала, что малышка до сих пор не чувствует себя в полной безопасности с отцом из-за нашего развода и ей спокойней, когда она находится в Сосновом Бору, зная, что я смогу забрать её в любую минуту. Однако, несмотря на это, дочка каждый раз с нетерпением ждала встречи с отцом и всегда возвращалась домой с отличным настроением.

Судя по её рассказам, Марк буквально завалил свою бывшую спальню игрушками так, что теперь она стала игровой комнатой для Катюши. Я догадывалась, что в доме Власовых моей дочери позволяли всё, что только она могла захотеть. Мне это не нравилось, я считала, что ребёнок должен знать меру и понимать, где проложены границы дозволенного, но запретить родителям Марка баловать их единственную внучку я не могла да и не имела права. Кто как ни бабушки с дедушками должны баловать детей?

Вот и сегодня я снова везла дочь по знакомой дороге к Власовым, любуясь так быстро позеленевшим после зимы лесом. Бросив мимолётный взгляд на экран телефона, я с некоторым удивлением отметила, что апрель уже перевалил за середину. Как же быстро бежит время, когда каждая минута твоей жизни расписана и тебе необходимо сделать кучу дел за день. Надо признать, мне нравилась моя активная жизнь, я ощущала себя настоящей, нужной и живой. Мне некогда было думать о прошлом, некогда было вспоминать случившееся, некогда было жалеть себя. В связи с такой загруженностью я практически забыла о своём разводе, забыла о прошлой жизни, которая теперь казалась мне такой далёкой и нереальной, словно с тех пор прошло не четыре месяца, а четыре года.

Только иногда ночью, когда я не могла долго уснуть из-за барабанящего по крыше и подоконнику дождя, воспоминания накатывали на меня, причиняя боль и бередя слегка зажившую рану. Может быть, поэтому я так старалась вымотаться за день, отдать все силы работе, учёбе, дочери и дому, чтобы вечером рухнуть в пустую постель и провалиться в глубокий сон до того, как хотя бы одна мерзкая мыслишка о Марке Власове соизволит вклиниться в мою уставшую голову.

Передав дочь в руки Натальи Леонидовны, я, не выходя из машины, повернула руль на сто восемьдесят градусов и направила свой автомобиль в обратную сторону.

С каждым днём на улице становилось всё теплее, а посетителей кафе – всё больше и каждый норовил устроиться на веранде, даже если моросил дождь. Мне нравилось работать в «Лилии», я привыкла к Ирине и мы с ней даже можно сказать подружились. Я уже знала всех завсегдатаев кафе в лицо, была на «ты» с кофеварочной машиной и без труда могла нести в одной руке заставленный чашками и заварочным чайником поднос, не разлив ни капли. Я даже могла похвастаться, что умудрилась не разбить ни одного предмета посуды, что с присущей мне неуклюжестью можно было бы отнести скорее к подвигу, чем к обычному делу.

Но сегодня это моё достижение обнулилось, потому что произошла неприятная и совсем неожиданная для меня вещь. Я обслуживала третий столик на веранде, за которым сидели две девушки и двое молодых людей. Мне подумалось, что это скорее всего двойное свидание и я, расставляя перед ними чашки с кофе и тарелки с пирожными, прикидывала, кто кому пара. На автомате собрав со стола опустевшие стаканы из-под напитков, я всё ещё была погружена в свои размышления, перебегая глазами с девушек на парней, поэтому только боковым зрением уловила новоприбывших посетителей, усаживающихся за соседний столик.

Я развернулась с целью передать папку с меню новым гостям и в ту же секунду поднос с грязными стаканами выпал из моих рук, оповестив оглушающим лязгом о пол всех присутствующих в радиусе десятков метров о моей неуклюжести. Передо мной собственной персоной сидел Марк Власов, неотразимый в своей красоте, а рядом с ним моя дочь.

– Мамочка, привет! Ты здесь работаешь? Здорово! – радостно защебетала Катя, а я почувствовала, как заливаюсь краской до самых кончиков ушей.

– Да, детка, – ответила я, пытаясь избавиться от улик совершённого мной преступления, разлетевшихся крупными и мелкими осколками по всей площадке веранды. Для этого пришлось сходить за шваброй и совком и попасться на глаза Галине Михайловне.

Я мягко отклонила поползновения моей доброй дочери помочь мне и чётко ощущала, что все посетители уставились на меня и наблюдают за моими попытками собрать всё до последнего осколка. Я готова была сквозь землю провалиться в этот момент, но причиной таких ощущений были далеко не посторонние глаза – больше всего меня сейчас смущали глаза цвета изумруда, сверлящие мою спину. Не знаю, за что мне было стыдно больше – за то, что я уронила поднос перед его носом, или за то, что вообще работаю официанткой, но в ту минуту я думала, что ещё никогда в жизни мне не было так противно.

– Ты что, работаешь здесь официанткой и уборщицей в одном лице? – брезгливо спросил Власов, когда я закончила уборку, поставила реквизит на место и вернулась к столику. Я невольно отметила, что идеально сидящий на Марке тонкий бежевый свитер с треугольным горловым вырезом и тёмно-синие потёртые джинсы знаменитого дизайнера стоят раза в три дороже, чем мой месячный заработок.

– Да, – сухо ответила я, стараясь принять невозмутимое выражение лица и не смотреть на него. – Что будете заказывать?

– Мамочка, а ты посидишь с нами? – воодушевлённо спросила Катюша. Она одна из нас троих искренне радовалась этой нечаянной встрече.

– Нет, детка, я не могу, я на работе, – ответила я. – Что тебе принести?

– Клубничное мороженое! – воскликнула дочь.

– Хорошо, – ласково ответила я и нехотя повернула голову в сторону бывшего мужа. – А тебе?

– Капучино, – процедил Власов.

Я быстро принесла им всё, что требовалось, и продолжила свою работу, бегая от столика к столику, убирая опустевшую посуду, разнося новые заказы и вытирая столы, пытаясь не обращать внимания на мелкую дрожь в теле и спазмы желудка на нервной почве. Ну надо же было им прийти именно сюда!

Когда Катя прикончила мороженое, я снова подошла к их столику, хотя мой организм противился перспективе приближаться к Власову на расстояние ближе, чем десять метров, и, как оказалось, не зря.

– Ты для этого уехала из Санкт-Петербурга, Вероника? – проговорил Марк сквозь зубы, чтобы никто больше не услышал его слов. – Чтобы обслуживать посетителей этого захудалого кафе, мыть за всеми грязную посуду и полы?

Я моментально закипела от гнева и у меня возникло непреодолимое желание съездить этому упырю по его наглой красивой морде. Меня остановило лишь то, что я на работе и что рядом сидит моя дочь.

– Детка, увидимся вечером, – обратилась я к Катюше, а затем бросила в сторону Власова, глядя поверх его головы: – Угощение – за счёт заведения, – и резко развернувшись, зашагала прочь.

Вбежав в зал, я прямиком направилась в комнату для персонала, опасаясь разрыдаться на глазах у посетителей. Закрыв за собой дверь, я опустилась на унитаз и дала волю душившим меня слезам. Я чувствовала себя униженной и оскорблённой. Ну как я могла любить этого мерзкого человека? Когда он успел превратиться в подобного монстра, признающего только деньги и власть? Когда он провёл ту невидимую для меня черту социального неравенства, разделяющую нас? Я представила, насколько жалкой выгляжу сейчас в его глазах и зарыдала ещё громче. А ведь когда-то мы были равны, оба учились в университете и строили планы. Только моим планам не суждено было сбыться в тот момент. Я чувствовала, что боль в груди вновь даёт о себе знать. Мне казалось, что все мои старания забыть прошлое и начать радоваться жизни катятся коту под хвост. Ну почему стоит этому засранцу появиться на моём пути, сказать пару слов в мой адрес, и огромная рана на моём разбитом сердце снова начинала кровоточить, у меня всё валилось из рук и я вновь становилась до ужаса неуверенной в себе женщиной?

Неожиданно я разозлилась на саму себя за такое поведение и резко перестала плакать. Какого чёрта я переживаю из-за того, что обо мне думает этот подонок? Я-то никогда не считала работу официанткой зазорной или унизительной, хоть и надеялась, что это моё временное рабочее пристанище. Но от его слов мне вдруг ещё сильнее захотелось добиться чего-то большего в жизни. Не важно, что будет мотивировать меня: желание доказать что-то Власову, моё собственное стремление к успеху или советы и лёгкие пинки Серёжи – я доберусь до этой далёкой вершины под названием «мечта». Пусть этот путь займёт у меня год или два – не важно! Теперь у меня есть реальный шанс добиться своей цели, которую я ставила перед собой ещё до окончания школы: получить диплом «Специалиста истории искусств» и заняться не таким прибыльным, но зато любимым делом. Я чувствовала в себе силы и жгучее желание утвердиться в жизни, доказать самой себе, что я в первую очередь личность. Только так я снова стану уверенной в себе женщиной, способной противостоять глумливым насмешкам бывшего мужа. Нет, я не стремлюсь добиться его уважения, мне это не нужно, я только хочу стать состоявшимся человеком, хочу, чтобы моя дочь могла мной гордиться, чтобы я сама могла собой гордиться.

В дверь неуверенно постучали и я услышала голос хозяйки:

– Вероника, у тебя всё в порядке? Можешь выйти?

Я стёрла ладонями слёзы, катившиеся по щекам, и, вложив в свой голос как можно больше уверенности, ответила:

– Уже выхожу.

Глава 14

Мою новую жизнь в Бору в последнее время можно было оценить как стабильную, ровную, без потрясений и неожиданностей, что могло лишь успокаивать меня, в какой-то степени радовать и вселять уверенность в завтрашнем дне. Волна сплетен и пересудов за моей спиной давно успокоилась и сошла на нет, и мне даже стало казаться, что я никогда не уезжала из Соснового Бора, настолько я свыклась с его привычками и устоями, настолько срослась с его тоскливой природой, неспешностью и размеренным течением жизни.

Единственное, что напоминало мне о прошлом и наводило на меня тревожные переживания, – это необходимость каждую субботу отвозить Катю в дом Власовых на свидание с Марком. Наталья Леонидовна и Виктор Павлович не оставляли попыток пригласить меня на чашку чая, но я каждый раз отказывалась, ссылаясь на занятость и нехватку времени. На самом же деле я даже думать боялась о том, чтобы войти в этот большой красивый дом, слишком многое было с ним связано. Я боялась, что воспоминания разбередят покрывшуюся коркой рану на сердце, которую я так старательно пыталась залечить.

Мою же сегодняшнюю жизнь в родном городе с натяжкой можно было назвать размеренной, я постоянно куда-то спешила, мне катастрофически не хватало времени. Работа, воспитание дочери, ведение хозяйства и чтение литературы по пройденным предметам оставляли мне на сон лишь несколько ночных часов. Но я не жаловалась, напротив, я ощущала невероятный духовный подъём и прилив энергии. Эта суета помогала мне забыться, а цель, которую я себе поставила и которая маячила передо мной желанным призом, придавала мне сил.

Начало лета обозначилось для меня значительным увеличением клиентов в маленьком кафе «Лилия». Хозяйке даже пришлось приобрести и выставить на веранде ещё несколько дополнительных столиков, чтобы вместить всех желающих подкрепиться на свежем воздухе. В связи с этим мне приходилось работать ещё усердней и производительней, но я справлялась, хоть и уставала до такой степени, что буквально валилась с ног в конце рабочего дня. Однако особенно сокрушаться по этому поводу не приходилось, потому как с увеличением числа посетителей увеличились и мои чаевые.

– Слушай, Вероника, а как у тебя на работе обстоят дела с праздничными выходными? – вдруг спросил Серёжа воскресным майским днём. Мы втроём прогуливались вдоль озера и наслаждались редкими лучами солнца, проглядывающими сквозь тугую пелену облаков. Лёгкий морской бриз с залива приятно обдувал лицо, освежая кожу своим солёным дыханием и даря невероятные ароматы природы. Катя немного забежала вперёд, радостно и энергично размахивая детским совком и пытаясь изловить и посадить в своё пластмассовое ведёрко как можно больше жуков.

– Я пока не интересовалась, – ответила я, – почему ты спрашиваешь?

– Я знаю, ещё целых три недели до Дня России, но потом уже не останется свободных мест… – парень запнулся, будто подбирая слова и копя решительность. – В общем мне захотелось сделать вам сюрприз и я взял на себя смелость оплатить путёвку на троих в Карелию в Горный парк Рускеала на три дня, – выпалил Серёжа и с надеждой посмотрел на меня, ожидая моей реакции.

 

– Серёжа, это так неожиданно… – от смущения я начала говорить приевшимися фразами, собираясь с мыслями и не зная, как на это реагировать: радоваться или огорчаться. – Не стоило так тратиться!

– Вероника, я бы очень хотел провести этот праздник вместе с вами, будет весело, Кате понравится, я уверен, – проговорил парень.

– Но, Серёж, ты поторопился, двеннадцатое июля будет в субботу, я работаю по субботам… – опомнилась я. Желание Волкова сделать нам с дочерью приятный сюрприз и вывезти нас на природу показалось мне очень милым и трогательным.

– Ты уже три месяца работаешь в этом кафе, неужели хозяйка не позволит тебе взять несколько выходных в праздничный день? По-моему, ты заслуживаешь отдыха…

В этом Сергей был прав, я и правда так выматывалась на работе, что пара выходных не была бы лишней.

– Я попробую отпроситься… – я всё ещё не понимала, как относиться к предложению друга. – Но ведь это база для любителей экстримального отдыха! Что мы будем там делать?

– Там невероятно красивая природа, один Мраморный каньон чего стоит! – оживился парень, воодушевлённый моим ответом. – Будем кататься на лошадях! Ты не представляешь, какой открывается вид с канатной дороги! Вся неописуемая красота природы Карелии как на ладони. Я снял уютный домик с двумя маленькими спальнями для вас с Катей, и небольшой гостиной на первом этаже с диваном – для меня. На территории базы несколько великолепных ресторанов, где подают отменные блюда, можно будет заказать экскурсию да и просто подышать свежим лесным воздухом.

Серёжа говорил с таким энтузиазмом, вкладывая в свои слова столько вдохновения и страсти, яростно жестикулируя руками и сверкая возбуждёнными глазами, что я безумно захотела поехать в это местечко. Мне действительно необходимо сменить обстановку, развеяться, набраться сил и энергии, да и просто перевести дух и порадовать себя слиянием с природой.

– Серёжа, но это ведь дорого, позволь мне оплатить хотя бы половину? – попросила я, уже предвкушая приятную поездку и отдых.

– Так ты согласна? – воскликнул парень. – Я так рад! Но нет, не унижай меня своей просьбой! Считай это дружеским подарком на полугодие твоего возвращения в Бор!

– Ладно, узурпатор, умеешь ты убеждать, – развеселилась я, сдаваясь на милость этого деревенского парня и мысленно поднимая белый флаг.

Серёжа слегка потрепал меня за щёку, удовлетворённый моим ответом, и побежал догонять Катюшку, а я плелась позади, любуясь их игрой и весельем и недоумевая, за какие заслуги Бог послал мне такого друга, как Волков. Не иначе в прошлой жизни я была сестрой милосердия и дежурила день и ночь в госпитале, без устали перевязывая кровоточащие раны солдат почти проигравшей Белой армии.

***

– Вероника, я хотел с тобой поговорить, – произнёс Марк Власов в трубку мобильного телефона. От звука его голоса я поежилась и по позвоночнику пробежала толпа мурашек, заставляя меня повести плечами и тряхнуть головой. Рана в груди предательски заныла. Я уже несколько месяцев с той самой встречи в кафе не разговаривала с бывшим мужем, ещё старательней избегая встречи с ним. К моему счастью, Марк тоже не искал возможности увидеться со мной, поэтому сегодняшний его звонок сбил меня с толку, я абсолютно не знала, чего мне ожидать.

– О чём? – переспросила я слегка грубовато, боясь услышать что-то совсем ненужное мне в данный момент.

– О Катюше, – ответил тот, а я облегчённо выдохнула, стряхивая с себя дымку напряжённости. – Я немного освободился на работе и хотел бы свозить дочь в Диснейленд в Париж на два дня. Ты отпустишь Катю со мной?

Мне стоило догадаться, что его спокойный тон и вежливое обращение, которого я не слышала из его уст со дня моего побега из Питера, говорят лишь о том, что ему от меня что-то нужно.

– Ты её отец, – ответила я, – если она согласится, я не буду против этой поездки.

– Спасибо, – коротко пролепетал Власов и отключился.

Я опустила руку с телефоном вдоль тела, переваривая случившееся и стараясь утихомирить ноющую боль в груди. Наверное, мне никогда не избавиться от призрака прошлого по имени Марк Власов. Когда я не вижу его, не слышу и старательно делаю вид, что его в моей жизни не было, я практически счастлива. Но стоит появиться на горизонте хотя бы намёку на его существование – противное сердце даёт о себе знать щемящей болью.

Вдруг меня осенило! Я ведь обещала Серёже, что мы все вместе на День России поедем в Кристал в Карелию! Чёрт, у меня это совсем вылетело из головы! Да что там, у меня вообще ни одной мысли не осталось, когда я на определители увидела фамилию бывшего мужа. И что теперь делать, перезванивать Марку и говорить, что всё отменяется, или отказать Серёже? Сложный выбор… Катя безусловно хотела бы поехать с отцом в Диснейленд, тем более она там никогда не была, но я уже обещала Волкову, да и сама уже ждала этой поездки. Естественно, чаша весов склонилась в пользу моей дочери и я с тоской набрала номер Сергея.

– Привет, Вероника! – в своей жизнерадостной манере поздоровался Серёжа.

– Привет, – ответила я тоскливым голосом. – Слушай, мне жаль, но у нас не получится вместе съездить в Карелию. Прости.

На том конце провода воцарилось гробовое молчание и в моём воображении тут же нарисовалось поникшее лицо друга с потухшими разочарованными глазами.

– Что-то случилось? – обречённо переспросил парень. – Тебя не отпустили с работы?

– Нет, Галина Михайловна напротив спокойно дала мне два дня на отдых, дело в другом… – я втянула воздух. – Марк хочет свозить Катю в Диснейленд в праздники, – с грустью ответила я.

Серёжа шумно выдохнул, и следующие несколько секунд я слышала его прерывистое дыхание. Видимо, он собирался с мыслями.

– Ты поедешь с ними?

Мне показалось, что этот простой вопрос дался Сергею с трудом, настолько медленно и глухо он его задал.

– Нет конечно! Они поедут вдвоём. Мне там не место.

Послышался новый выдох и парень уже веселее проговорил:

– Ну, это меняет дело! Значит, поедем без Катюши. Мне, конечно, будет скучно без неё, но не пропадать же путёвкам!

Я застыла с открытым ртом. Такого варианта развития событий я никак не ожидала. А действительно, что мне мешает насладиться отдыхом в компании друга? Тем более уже всё оплачено, да и я настроилась на эту поездку, так ждала её, предвкушая лицезрение красоты матушки-природы из фуникулёра.

– Вероника, ты здесь? – голос Сергея вывел меня из размышлений. – Так всё в силе? Мы едем?

– Да, – коротко ответила я.

– Отлично! Тогда я заеду за тобой в пятницу вечером.

***

Пятница перед праздником оказалась для меня сумасшедшим днём. Несмотря на то, что я заблаговременно собрала вещи Катюши для поездки в Диснейленд и покидала всё необходимое для себя в свою спортивную сумку, я всё равно после окончания короткого рабочего дня суетилась, бегая по дому в поисках разных необходимых мелочей, типа зарядки для своего телефона или любимой заколки дочери.

Катя пропустила занятия танцами в классе, потому что Марк должен был заехать за ней с минуты на минуту, а я жутко нервничала по этому поводу. Дочь добавляла масла в огонь моего взбудораженного состояния, ежеминутно спрашивая меня «Когда же приедет папа?». Ей не терпелось отправиться в волшебную страну сказок Уолта Диснея, и даже тот факт, что это путешествие пройдёт без моего участия, её практически не огорчал.

С Серёжей мы договорились, что он заедет за мной примерно через час после того, как я провожу Катю, но из-за того, что Власов опаздывал, существовала вероятность их столкновения, что ещё больше заставляло меня нервничать и дёргаться.


Издательство:
Автор
Поделиться: