# Осенняя Осанна

Евгений Александрович Козлов

Девственная романтика, возвышенные чувства, страдальческие переживания, в этой книге непридуманные истории, искренность аллегорической поэмы, правдивость автобиографичной прозы. Для написания данных произведений потребовались мгновения любви и годы одиночества. Книга начинается с судьбоносного взгляда, сама книга это взгляд в прошлое. Всего один взгляд, и в мире стало на одного романтика больше. Один взгляд в прошлое, наполняет романтика воспоминаниями о былой безответной любви.

Гайдуковой Арине


Романтические произведения сборника написаны в 2009-2015 годах.

Незначительно отреставрированы и опубликованы автором в 2021 году с целью сохранения своего раннего творчества, которое интересно исключительно самому автору и потому не претендует на какое-либо одобрение и читательское внимание.

## Великая история девственной любви


Сентябрь 2005 г. – первый любовный взор, первое видение Любимой, зачатие любви в сердце юном. Обучение в лицее в одной группе художников. О том повествует “Осенняя осанна”.


Осень 2005 г. – обожанье кроткое любви, знакомство мимолетное и благодатное, любовь обретает бессмертие, ибо Любимая одарила меня вниманием, приглашаю на празднование своего дня рождения (она не является), отказываю знакомой девушке в близости отношений, т.к. люблю Арину, робкие потуги заговорить, приятное сиденье за одной партой и одиножды в концертном зале,


2005-2006 гг. – мечтанья умозрительные и написание первых бессвязных текстов романтического содержания, телефонное сообщение с нотками восхищения ее красотой, дарую ей несколько дисков с музыкой, неотрывный взор мой всюду сопровождает Любимую, она садится рядом со мною, невзирая на свободу иных мест, отчего я различаю в том взаимность чувств.


2006-2007 гг. – незаметное отчисление Арины из лицея, в то время как я борюсь со страстями, учусь трезвости, отчего не замечаю многие перемены, затем она в последний раз приходит, дабы забрать документы, и исчезает из моей жизни, насколько мне казалось, навсегда. Страданья и боль душевная, унынье смертное, создание скорбных набросков. Клятва вечной любви и обет непреложной верности.


2008 г. – чудесный звонок девушки с домашнего номера телефона, она ошиблась номером, однако во мне зажглось желание узнать правду, проверив по телефонному справочнику, понимаю, что я слышал голос Арины, отныне мне стал известен адрес ее места жительства.


2009 г. – написание трех анонимных рукописных романтических писем Арине, отправленных посредством почтового ящика, затем три открытки с поздравлениями.


26 сен. 2010 г. – замыслил прийти к Любимой, ибо я возымел некоторую уверенность в жизни, и осознание что любовь моя бездеятельна. Явился к ее дому, проник в подъезд, минуя домофон, но никто не открывал, вышел, но не ушел, т.к. мне позвонил начальник, который ошибся номером, тем самым задержал меня, не дав мне уйти. В ту самую минуту к дому подъезжает машина, из которой выходит женщина, я спрашиваю у нее о жильцах нужной мне квартиры. Это была мама Арины, чудесным провидением, появившаяся в нужную минуту, в определенный день приехавшая. Затем расспросы различного толка, я у Арины в квартире, узнаю ее номер сотового телефона. Возвышенность, благодарность, предвкушение.


4 окт. 2010г. – наша первая встреча после стольких лет разлуки, которая продлилась примерно полтора часа. Вечером звонок Арины, она приглашает меня встретиться, я, безусловно, не отказываю, приезжаю к кинотеатру, стою возле столетней ивы, является Арина, меня прельщают ее естественные белокурые волосы. Затем прогулка по городу, по центру, разговоры, комплименты, обещания, и так и до поздних часов, при расставании я различаю в ее очах вечность, время останавливается, я блаженствую. Приезжаю домой, долго не могу заснуть, меня переполняют эмоции и чувства, в душе повторяю наши диалоги, а перед глазами ее вечные чистые очи.


26 ноя. 2010г. – вторая встреча, которая продлилась примерно полчаса или сорок минут. Около ее подъезда происходит наша встреча, небольшая прогулка, затем мы присели на лавочку, много разговаривали, я даровал ей мп3 плеер, она рада, мы расстаемся, я слышу ее благодарения.


30 августа 2011г. – третья встреча, дарование своей книги под названием “Платоника и Плутос”. Встреча продлилась примерно десять минут. Приезжаю со Славой в Москву, затем добираюсь до места работы Арины, она удивленно встречает меня, разговариваем, я дарю книгу, она в знак благодарности поднимается на носочки и целует меня в щеку, неожиданно, благодатно. Вечером возвращаюсь, но ее настроение крайне ухудшилось, и встреча в итоге не удалась.


14 июля 2012г. – четвертая встреча, которая продлилась примерно пятнадцать минут. Божественная встреча, подробно описанная в творении “Святая аллегория”.


(Вспоминая наши четыре встречи, я жалею лишь о трех не свершенных поступков. В первую встречу я не проводил тебя до дома, во вторую не утешил и не предложил быть официально парой, быть вместе.)


16 апреля 2013г. – я узнал, что у Арины есть избранник. Я ощутил одиночество, она покинула меня.


25 сентября 2013г. – Арина открыто письменно призналась в любви к своему избраннику, он ответил ей взаимностью. Отныне на Любимой возложено бремя сердечной клятвы, которую не расторгнуть, что означает невозможность наших любовных отношений. Если я буду и дальше просить ее внимания, если я буду посылать ей любовные послания, то тем самым я буду принуждать ее к измене, но непозволительно желать чужую жену, также не желаю чтобы она стала клятвопреступницей. Посему да будет счастливо и чисто ее любящее сердце. Лишь в своих бесславных творениях я продолжу любить и чествовать святой образ Любимой Музы.


## Воспоминания


Сентябрь 2005 года. Помнишь, наше осеннее знакомство, те несколько минут, впоследствии ставшие для меня дороже и ярче чем несколько десятилетий моей жизни. Ты была прекрасна, именно тогда я смог рассмотреть зримый шедевр истинной красоты. Нет не искусственная пародия, а настоящим ангелом была ты и остаешься и по сей день. Я даже не мог представить, что существует в этом мире более идеальное создание. Я и точно недостоин, быть в одном мире с тобой. Вспомни, как смотрели мы друг на друга, это было удивительно. Я чувствовал, как наши души соприкасаются, такие разные, уникальные, противоположные и в то же время такие родные. Всего несколько минут, разве возможно что-либо вспомнить. Несомненно, я помню, ведь эти сокровища спрятаны в самом личном и неприкосновенном месте – в моем сердце. Помнишь, когда твои подруги ушли, мы остались вдвоем, но и нам тоже нужно было спешить. Я никогда не испытывал таких чувств и в общем, в моей жизни не происходило ничего подобного. И поэтому со всей уверенностью могу сказать, что в тот момент я выглядел глупо и растерянно, думаю, что ты это поняла; думаю только ты, поняла бы меня и приняла таким, каков я есть. Что ты и делала, была искренна и проста. К сожалению, я уже не могу вспомнить наш разговор, но мне запомнилась одна фраза, сказанная твоей подругой: “Она опять влюбилась” или “Смотри не влюбись”, на самом же деле полюбил я, и точно на всю свою оставшуюся жизнь. Жаль, что речь плохо запоминается, но помню погоду: было довольно тепло, сентябрь и лишь легкий ветерок прикасался к твоим волосам, которые были окрашены на тот момент в черный оттенок. Затем ты перекрасилась в рыжеватый, а затем в более мягкий тон. Хотя ты часто говорила, что тебе не нравятся твои волосы, ты просто недооценивала себя, твоя красота не подвластна времени, старости, как и в моих коротких воспоминаниях. Тогда мы обменялись своими вещами на время. И в прошествии двух недель, я попросил тебя вернуть мне эту вещь; я забрал ее, но оставил у тебя свое сердце. Оно невинно и чисто, ведь до тебя и после у меня никого не было. Но оно так же, как и я, ничего не стоит. Я был глуп, и после твоего минутного внимания, надеялся на продолжение, но этого не произошло. Ты словно забыла о моем существовании, а я себе настроил слишком много воздушных замков. Думаю, в твоей жизни аналогичных знакомств было предостаточно, и поэтому ты не предала особого значения нашему знакомству. А я в свое время, был одурманен новым чувством, которое как впоследствии я понял, способно лечить и ранить. Я тебя ни в чем не виню, ведь я слишком многого желал, я слишком много мечтал.

Помнишь, как смотрел я на тебя, каждый раз, когда ты входила в помещение класса. Это выглядело безумно, я не мог оторвать от тебя свой взгляд. Ведь я полюбил тебя с первого взгляда. Не знаю, судьба ли это, или мы и без нее рано или поздно бы встретились, не знаю. Хотя думаю, все же судьба, ведь я тогда отказался от различных путей и пошел лишь одним, где ты меня ждала; думаю, ты поймешь меня. Я ничего не умел и не знал, что мне делать, отчего безрассудно пошел в наступление. Но неудачно, тебе не нравились мои звонки. Затем в ноябре я пригласил тебя и твоих подруг на свой день рождения, но к моему несчастью ты не приехала и на следующий день ничего не сказала об этом. Мы вовсе не соприкасались.

Помнишь, мои безуспешные попытки начать разговор, беседу и один раз все-таки удалось. Но мои слова были пусты, а фразы бессмысленны. Тогда ты ясно показала своим поведением и впоследствии и словами, что нет, нет. Ты стала другой, после нашей первой встречи, знакомства, тогда всё было светло и радостно, но потом перед нами воздвиглась глухая ледяная стена, и мы могли лишь слышать отголоски. Конечно, ты не сказала прямым текстом, но я всё понял и поэтому отчаялся; больше не пытался, а главное не мешал.

Я не буду здесь писать о том, что было дальше, потому что всё это ты найдешь в моих грустных меланхоличных письмах. Воспоминаний мало, очень мало. Надеюсь, я прикоснусь к твоей душе, через эти бездарно написанные произведения. Надеюсь, будет именно так. Всё это прошлое, но лишь любовь не склонится перед временем. Она может жить в сердцах, в душе, на бумаге, на холсте. Не печалься и не плачь, я уже за нас двоих всё выстрадал.

Я помню, что я тебя люблю, и более мне ничего ненужно.

Я знаю, что тот день был самым счастливым в моей жизни.

Май 2009г.


Любовь – извечна многолика,

В ней трепетный шепот и боли крика.

Любовь – закрытая навеки книга,

Раскрытая лишь в продолжение краткого мига.


Кроткая гладь воды и бушующие ураганы,

Человеческие слезы небесной манны.

Сердца влюбленных молоды и стары,

Познав истину счастливой кары


Жизни длинной в мгновения

И любви эликсира забвения.


– Вы воистину прекрасны. – хотел сказать я, но промолчал. Вместо этого безмолвно смотрел в ее глаза, удивительно чарующие, завораживающие, не мог оторваться. Можно ли передать словами ту красоту, что видел я, чувствуя свою недостойность, зная как велик и неповторим замысел Творца, забыв о себе, невольно утопал в эфирах ее очей. Возможно ли предугадать следующий шаг судьбы, бесполезно, сотни сюжетов возникают в душе, в итоге всего один, лучший, неожидаемый. Она спросила почему неотрывно, пристально гляжу я на нее, на что ответил.

– Для того чтобы запомнить образ, со временем он пропадет. – на что она ненавязчиво запротестовала, указав на то, что вид у нее сейчас не самый лучший. Жаль не может она созерцать моими глазами, прочитать мои мысли. Не знает что она самое прекрасное Божье творение, которое мне доводилось видеть. Жаль уста молчат, нескромны взгляды, жаль придется вновь расстаться.


Должно быть, твой лик подобен ангельскому лику.


Почему Господь сотворил так, что мы встретились, наши судьбы сплелись, и я полюбил тебя – иногда я вопрошаю у Него, прибывая в счастье или в печали. Должно быть, ради жизни.


2011г.

## Осенняя Осанна


Божественною дланью повелевая,

Воскрешу в памяти воспоминанья.

Любимой те виденья посвящая,


Слог в муках восторганья,

Твореньем унынье освещая,

Зачну поэму со слов высоких:


“Божественна ли трагедия моя?”

Иль быть ей средь романов одиноких.

Но книга взор пленяет, пением зовя


Вереницу нимф стыдливо-кротких.

Сплетают музы космы старика,

Седеющие пряди омывают.


Тоскует сердце в личине уголька.

Греют чувства, но тут же остывают,

Пламенеют дыханьем нежным ветерка.


Души убогой зазеркалье

Обетом заключил я благовидность.

Долженствующее засыпанье.


Отсек очей беспутных плодовитость,

Явив душе сердца состраданье.

Обет – не виденья наготы девичьей,


Никогда, на картине то, иль наяву.

Девство звучит гораздо зычней.

В чистоте очей ангелов зову:


“Молю прикройте веки мне десницей”.

А вы духи почитатели порока гордецы

Образов прескверных в скверном обнаженье


Казнь готовите моей душе, наточены резцы

Взоров слабых в страстном предвкушенье

Тьмы неугасимой пламень всех грехов концы.


Ныне созерцайте облик девы видный.

Вот вратницы вам отворяет ритор,

Этюд рисуя благоязычный дальновидный.


Многообразность великих митр

Любви катехизис неисповедимый.

Ибо красота есть невыразимая услада.


Покаянных слез пришествие благое.

Внемли читатель в рукопись, что громада

Рукоделий души моей златое.


Согреется тою шалью узник ада,

В узилище хладной скорби кров

Дев осквернителей, блудница будет рада


Узнать, что жива непорочность вне веков.

Та невинная любовь в белизне наряда

Целомудрия, это изобилье девственных даров.


Не умирай за минуту плотского злодейства.

О миге том кто на смертном одре не сожалел?

Когда старость задула пламень блудодейства.


Девственник о том зле не помышлял.

Созидая в себе целомудрия блаженства.

Но современность заблуждениями полна.


Воспейте ныне девства почитанье.

Романтичная любовь мечтой восхищена.

На страницах сих пусть обрящет почитанье.


Но суетливая толпа, возмущена:

“Как может быть любовь одна” – глаголют.

Отвечаю сердцем им – “Дева мне мила.


Она любовь моя” – и духи сонмом веют:

“У мужа верного лишь одна жена”.

В той правде сомненья отступают.


Одинок пророк – “Я верность возвещаю,

А вы ложью оправдываете тленность,

Сердца леность, я возмущаю


Вас, ибо явственна вам моя бездетность,

Но вразумленье ваше на совесть возлагаю”.

Видно гений – всегда изгнан должен быть.


Отринут всеми, завистливой толпой

Осмеян, цензурой решили погубить

Творенья гения, насыщенного чистотой.


Пыл остуди творец, не смей судить.

Ибо тем судом тебя однажды покарают.

Когда первые станут последними,


Униженные возвысятся, уже взлетают

Отроки нареченные малейшими.

Пред старцами главы не приклоняют.


Забвенью старость да предастся ныне,

Не убийцы, но мирные зло победили,

Помня заповедь Божьего Сына.


Плоть блудом не осквернили.

Подобные ангелам души серафимы.

Славьте девственное семя, внимайте


Стихам девственно блаженным.

Пускай изгой я, но не отлучайте

От любви моей себя, слог степенный


Мой не превзойден, ропот свой стихайте.

Я выше ваших суетных стенаний.

Я творец бесславный с лирой бесталанной.


Ангельской красы скульптор изваяний.

Чаруют они прелестью невероятной,

В теплоте душевных неосязаемых лобзаний


Осенью единым кротким взглядом

Неиссякаемо в доброте любовь зачлась

В сердце моем таинственным обрядом.


Сверхновая звезда маяком зажглась

И чувства двинувшись радостным парадом

Нас захватили чувственной тоской.


Раньше как смели мы жить в разлуке?

Пустоту смиряя театральною игрой,

Мгновенье, и мы в райской муке


Блаженствовали страдая ревущей мглой,

Что даром готова преобразиться.

Так единым взором я полюбил Арину.


Сердце мое посмело воспламениться.

Оно вопило: “Отныне тебя я не покину!”

Той благодати я решился покориться.


Не ведал деву я, даже нежным словом.

Ибо невинность всякой юности удел.

Сей ангел виделся мне чем-то новым.


Божество по красоте, которую узрел,

И плотью онемел освященный словом.

Вдоль вен сочится луч сердечного фонтана.


Запечатлевая образ возлюбленной души.

Люби сердце честно без расчета, плана.

О как переживанья в пылу тревоги хороши.


Заключен обет любви приливом океана

Мыслей, слов, волнистым провиденьем.

Любовь вечностью горит на алтаре небесном.


Свечой бессмертной, сердечным повеленьем,

Милосердного Творца венцом чудесным

На главе моей звучащим песнопеньем


В Арине любовь зажглась светилом.

Расправив крылья белые, любимая, она

Спешила сердце отворить чернилам.


Грустя и одеваясь в мрачные тона,

Гнушаясь сумасбродным илом,

В груди моей свет сердца моего узрела.


Но в ней не возгорелась пламенно любовь.

В столь юные лета в ней сердце огрубело.

Судьба пророчила – обитель чувств готовь,


Дабы отчаянье безнадежно оскудело.

Доселе я не знал любви, и выразить не мог

Словами той вечной благости законы.


Небеса не видел я, но знает Бог,

Я чувствовал душой мирозданья кроны

Любовь познав, я сам себе помог.


Коронованный слуга младого сердца.

Та осень, последним летним дуновеньем.

(Словно в Эдем отворена дверца)


Зовет солнцем и манит увеселеньем.

Природа льстится пестротой индейца.

Прозрачно небо, покуда зеленеют травы


Опыляя почву семенами и цветами

Душистыми матронами танцуют павы

Стебельки, раскачиваясь лепестками.


Приближают старость их озорные нравы.

Шумят деревья ко сну готовясь рано.

Дубравы шепчут: “Осень нынче милосердна”.


Листья желтые томятся рьяно.

Оголяет веточки тоскующая верба

Роняя жемчуга-медали непрестанно.


Покраснел смущенно клен – кроток он.

Гербарий ароматами чадит кадилом

Осенних запахов со всех сторон.


Златой ларец мир схож с камином,

Неистово горит, стая чернеющих ворон

И та пылает свежестью сухих листов.


Будто писатель рукопись сжигает.

Бросает в жар недремлющих костров.

И с кустов на деревья ветер краски орошает.


Настанут времена хранителей зонтов

От плача осени застигнутой в молитве.

Ее смертный одр покоится добром.


Влага побеждает в неравной битве,

Мокнут листья под проливным дождем.

Запах угасанья всюду – реквием сюите.


В угасанье утешенья встреча родилась.

Земная небесной стала, ею позабыта,

Но рекою Леты память унеслась


В постели забытья, где вуалями покрыта

Арина на перине вознеслась

И колыбельную ей спела осень.


Влажно умиленным моим очам.

О дева, сколько прошло, семь, восемь…

Вся жизнь прошла, безумье перстам


Моим, безумное у Бога просим.

Тебя я оставляю, дарю надежду тем мирам,

Где не будет ни страданий, ни боли.


Я пожертвую любовью, для счастья твоего.

Ибо я мудрец безумный, вестник воли

И на том пути окромя себя не вижу никого.


Творю в уединенье, пасмурные долы,

Бременем неизъяснимо тлеют в пене моего

Мирозданья всё предрешено, но не позабыть


Принцессу мрачную с власами черными как смоль.

Плоть бела ее, почти бесцветна, не скрыть

Ту красоту, что по естеству скромна.


Юбка в узорах странных, прельстить

Посмела, ее не вкушала моль.

О как она в изяществе стройна!


Идеал моих мечтаний, о чем я не мечтал.

Ручек нежные изгибы, талия ее тонка.

Всякий художник нынче горевал,


Не ведая доселе деву, что столь хороша.

Слыхал я, как музыканты рвали струны,

Поэты кусали перья, чернила залпом осушая.


Завидуя взору моему, кровоточили губы

Творцов радующихся счастью моему, рыдая.

Я был тогда любимцем чести и фортуны.


Музыка ее пленяла тихими басами.

В наушниках ей пел лирично Вилле Вало.

В такт гитаре она кивала длинными власами.


Читала книги, прочла томов немало.

Шекспир озвучивал ей роли всеми голосами:

Гамлета, Офелии и Лира короля.


Арины жизнь непрестанно песнями звучала.

Мелодия нарастала от “си” до “ля”.

Милен Фармер пела ей и она внимала,


Арина слушала и будто начинала жизнь с нуля.

Чутким слухом с малых лет одарена,

Уста ее могли издать восхитительное пенье.


Гений Божий, она талантами одарена,

Устремлялась к Тому, Кто дарует нам спасенье.

Я славлю день, когда она была рождена.


Наши имена не сотрутся сквозь века,

Ибо в письменах сокрыто былое воспоминанье.

До встречи, никогда не произноси – Пока.


Надеждой пусть живет любое восклицанье.

Пусть никто не умирает, покуда живет строка.

Покуда я живу тобою, и воздухом едва ли.


Любовью плоть жива, жива любовь душою.

Ибо забвенья нет, но мы призывали

Сердца к мимолетному покою.


Выбирая путь по мазку картину собирали.

Рисовали жизнь, отпуская замыслы на волю.

В лицей седьмой мы устремили наши знанья.


Учились на художников, творческую долю

Мы познавали, вкладывая в кисть свои старанья.

Группа наша называлась ХК-105, не скрою


Дев было много там, но лишь одна меня пленила,

Сказочная нимфа, роза черная среди бутонов белых.

Словно мотылька меня светом своим опалила.


Кометой млечной средь стен каменных и серых.

В класс входя на себя мою сущность устремляла.

Увлажнялись мои глаза, немели руки, дрожали щеки


Волненьем сокрушенные всечасно.

Забывались мои прошлые пьяные пороки.

Ведь сердце трепыхалось в груди опасно.


А на бумаге разливались чернильные подтеки.

Творенья дар я ощутил – она меня озарила

Желаньем сохранить ее образ ясный.


Обликом своим ненастным одарила,

Что божественно прекрасный.

Девственность мою навеки сохранила.


Ангел Божий без сомнений.

Слов возвышенных не ведал я, но внутри

Ощущал, что Небо дом ее вблизи созвездий.


Творец сотворил ее, Бог души.

И я в тусклой ауре своих воззрений

Понимал, велик тот мир, в коем есть она.


Господь всесилен создавший сей шедевр,

Неповторимы краски, тени, полутона.

Формы, линии, каждый сантиметр.


Непревзойденная девичья красота.

Царица грации в остроте ума.

Словно из цветов сотворена.


И тогда (Господь ведает весьма)

Я замыслил стать подобным Богу, наивна

Влюбленного душа – свободная тюрьма.


Вот живу и вижу – они не веруют

В тебя, когда моя любовь невинна.

На слабости свои пеняют.


Жизнь проносится, она беспечна,

Когда любящие надежду наследуют

И я глупец, надеялся взаимность обрести.


Могущество любви двояко:

Спасенье и сокрушенье – попробуй, избери.

Какой исход любви тебе принять отрадно?


Известно всем – без весел тяжело грести.

Однако ж юность моя жила безвинно.

Не помышлял я о горестях разлук.


В клубах тумана будущего не видно

Путь и каждый встречный будто лучший друг.

Раны младые заживают скоро, и не обидно


И незачем прощать, кого-то осуждать

Желанья нет, мир жадно познаем,

Но зренье, слух и вкус нам спешат солгать.


Осязанье гибельно предает.

Теряя невозможно девство обрести.

Многие не соблюли тот вековой закон


О драгоценном девстве – нужно нести

Ту добродетель, но не сумели, притом

Что разумом были наделены, не все верны.


Заблуждений круговерть – не юность.

Любовь не порочна – враг ей плоть,

Тупые игры в зрелость, лихая буйность


Нрава, и ума лишь малая горсть.

Властвует в умах крайность иль ярость.

Я же будучи поэтом, покоем одухотворенный.


Полюбил раз и навсегда, во все века

Не сыщется достойной затмить отрешенный

Образ девы, от которой я жду лишь звонка.


Как призрак в тайну посвященный

О сердца робости, о неуверенном стесненье,

Которое влекло к недосягаемой мечте.


Охватывало мою душу отчаянье и остервененье,

Воздавая дань осенней пасмурной поре.

День счастливейший настал и потепленье.


Последний вздох – он самый теплый.

Суетно желанный в череде светлых дней.

Манил и будоражил девы силуэт томный.


И сердце мне шептало: “К ней иди, беги скорей.

Покуда время есть, покуда пряный терпкий

Вкус осени сеет семя искренней любви.


Наступят холода и оно не прорастет.

Истлеет в сердце, мгновения лови.

Пусть знакомство ваше произойдет”.


Осень листвой шуршала: “Люби поэт, люби”.

Исход приняв однажды, я увижу рай,

Блаженство душ в эмпирии совершенства.


Подобно осени будет тот чудесный край,

Где стихнут слезы и пропадут злодейства.

Любимая, ты будешь там, верь и знай.


И встреча наша будет той подобной,

Которая произошла в миру земном.

Но вот урок отложен и юностью вольной


На улицу к солнцу мы понеслись, оставив на потом

Дела и в окружении твоих подруг, достойной

Почитанья ты одна была всем девам в назиданье.


Они ушли, а мы вдвоем остались.

Сердца застыли возмущая трепетанье.

Я млел и возносился, мысли окрылялись.


Боготворил, словно родился в обожанье.

Глаза Арины изумруды бирюзовые ундины.

Утонуть в них просили, меня заворожили.


Нет прекрасней замысла картины,

Как и божественней поэмы нет, так и стихиры.

Как жаль, что все мои описанья слабы и мнимы.


Она часть недостающая меня, будто вырванные

Страницы книги и смысл потому во мне далек.

Благоденствие чувствуя всестороннее


Уселись на выступ каменный, взор ее пророк

Спешил излечить раны матерью истерзанные.

Это истинная жизнь вблизи родного человека.


За жизнь ее готов я был жить и умереть.

В ней вся вселенная, вся библиотека

В молекуле одной, которой суждено стареть,


Меняться, однажды истлеть минуя тяжбы века.

Но душу девы я успел душой запечатлеть

На кадрах памяти своей, на сердце фотоаппарате.


И снимки те жизнь мою счастьем обогащают.

Листья под ножками девы купаются в злате.

Мир остановился, ветер, птицы затихают.


Как утомленная зимой природа оживает в марте.

Планета вращенье замедляет, время пространств

В любви вечное воссоединенье.


Вечность должно быть такова, красота убранств,

Рожденье в возрожденье.

Мир без нищеты, лжи, коварств.


Бессмертный брак, нерушимый святости венец.

Когда секунды словно тысячелетья.

Только мы вдвоем и всюду Святой Отец.


Позабыли кольца мы и платья подвенечные.

Радужки очей – нет прекраснее колец.

Весь воздух был тобой напоен.


Мир преисполнен богоравною стезей.

Владычиц небесных гор с ангелами вровень

Воспели наш сердечный стук трепещущей слезой.


Восстали духи, их гимн весне подобен.

О тебе они слагали благую песнь.

Крылья пламенели, светились нимбы.


Осанна – пели, приветственную весть.

О любви нашей слагали вышние молитвы

Вечной юности – целомудренная честь.


Я помню каждый жест, взгляд, ресницу,

Век опущенных в прозорливости томленья.

Я предложил: “Торбу мою возьми, эту вещицу,


С которой я не расстаюсь в дни ученья.

Я обрадовал тебя, ведь душа – рая птица,

Возносилась высоко, сколь дивно, чудно


Мы едины и в то же время раздельно мы.

Даже поверить в это чудо трудно.

Словами любви, но мы вольны


Жизнь принижать явью будто.

Куда подевались все, лишь мы остались на земле.

Невинные сердца будьте благословлены


Радующиеся девственной юности поре.

Любовью, тою царицей мы освящены.

Горим в неопалимой купине.


Мы шли обратно, занятия по литературе,

Вместе, рядом, толкуя о музыке и певце.

Впервые я с девой в вестибюле.


По лестнице мы поднимались, в окне

Нам солнышко мерцало поминая всуе

О Творце, о провиденье милосердном.


Мы говорили о моей сестре, живущей в Москве.

А Арина смиряла меня ликом миловидным,

И пространным всё казалось, в новизне.


Я ей приятен был, голосом милым

Наивно речи источал, о как же я был пленен.

Дева красотою и умом, чувством, отношеньем


Восхищенным, ее голос непревзойден,

Околдовал то сладостью, то огорченьем.

Наш диалог стался краток, но одарен


Был добротой, не отличался чистым произношеньем.

Буква “р” и ныне звук невоспроизводимый.

Но мы не замечали те мелкие изъяны.


Путь любовный вечен – закон исповедимый.

Нас сегодня разлучили другие миры, страны,

Общественные саны, море, мыс непокоримый.


Однако в классе мы за парту вместе сели.

“Разлучить, да как они посмели” – душа стенала.

Я не знал, что так минуют дни, недели.


Месяцы и годы, душа охрипла и боле не кричала

О несправедливости одиночества канители.

Я надеялся, я верил – вот закончится урок,


И мы взгляды вновь соединим, любовь воспалим.

Вот уже прозвенел ликующий звонок.

В гардероб все ринулись и мы бежим.


Я хватаю куртку, бросая номерок.

Но как случилось так, что любимой рядом нет.

Но вот же она, у зеркала стоит прическу поправляя.


Весь на ангеле сошелся клином свет.

Улетает ангел прочь крылья расправляя.

Я рядом с нею встал, предвосхищая тот момент,


Когда мы парой, когда до подъезда провожу…

Я улыбался радостью чудаковато.

Но она не замечая (ее я не сужу),


Покинула стены лицея витиевато.

Я счастливый, иду следом, нисколько не грущу.

На ее плечике торба моя висит мешком.


Я позади нее влачусь, ожидая взгляда.

О день самый счастливый будь костром,

Гори, питай любовь мою, что небом взята,


Она исчезла, согретая чудодейственным теплом.

И я домой вернулся, улыбкой озаряясь ежесекундно.

Заново родился будто, весь мир преобразился.


Семя возросло любви, различить нетрудно

Явленье той божественной искры, манился

Восторг будущих свиданий, покуда


Живы мы, не прекратятся взоры, речи.

Произошедшим я упивался, мечтал и грезил

Обольщеньем, о сколько в сердечной сечи


Событий будет, сколько радости, может слезы.

Ее я утром встречу, днем, вечером или во сне ночи.

Ради нас алеют рассветы и закаты.


Мы обнимемся когда-нибудь, будет поцелуй…

Нет, о том тогда я даже не помышлял.

Я загадал желанье, вот свечи грез, задуй.


И я вздохнул, напор влюбленности унял.

Любовь мне Бог даровал, так Бог покой даруй.

В том наслажденье дня склонила в сон меня заря.


Густеют облака, ночь ненастна.

Луна загадочная фея, сновидения даря

В звездном ореоле чуть тускнела, злосчастна,


Но прекрасна, размыты ее острые края.

Деревья сумрачно околесицу шипят.

В окно стучатся извилистые ветви-змеи.


Бессонницы духи никогда не спят.

К сердцу юному тянут сновиденья шеи,

А он блаженный спит, пускай завидуют, сопят.


Вечна любовь моя, но словно весь мир

Решил со мною спорить.

Сердце мое мишень, а город тир.


Из зависти спешат настроение мое испортить.

Стреляйте! – я бессмертен, я непобедим,

Мое бремя тяжкое – любить с малых лет.


Арина домой вернулась, день казался странным.

Читает книгу, ножки укрывает плед.

Но сердце содрогается биеньем троекратным.


Она не знала, что в ту ночь родился один поэт.

Знакомств у нее, о сколько было их.

Неисчислимо много, сколько друзей, подруг.


Однако я казался ей другим, я спокоен, тих,

Не льстил, в глазах моих решительный испуг.

Пред девами краснею я, будто верлибр стих.


Потею, дрожу, словно вор, иль плут.

Но честен юный страх, пред нею я был спокоен.

Я любил, потому проходил и всякий страх.


Желудок мой не урчал, не раздувалось вширь

Стесненье, на первых порах,

С Ариной я решил не спешить.


Словно мы живем в разных городах,

Наш аэроплан просторы неба простирает.

Забери, прошу, позволь покинуть суету.


Но проснувшись, ученик, вновь тетради собирает,

Приобщая руки к живописному труду.

Сердце маленькое мое от любви будто умирает.


Мимолетное желание, иль вечный зов,

Лишь светлую имеет ипостась любовь.

В печали не хватит дров


Скорбей для помраченья разума, приготовь

К неизбежному концу внимания даров.

Девы вы ли истинные божества?


Вы немыслимы, непостижимы.

И не существует прекрасней естества.

Всякие сравненья грубы и непосильны.


В ней столько кроткого озорства.

Немыслима она для неокрепшего ума,

Что не постичь, не умолить.


Болит разлукой юная душа.

В страданьях можно умертвить

Грустные напевы, что живы чуть дыша.


Сколь немощны наши разговоры,

Арина холодна в словах и я,

Немею языком, крадут завистливые воры


Комплименты, говорю серьезно, не шутя,

Мои уста глаголют вздоры.

Отчего себя я начинаю ненавидеть.


Я ничтожен, жалок, одинок и слаб.

Я таков, но желал взаимности (не обидеть),

Сердце слушал, я не был стереотипов раб.


Актером не был, ложью не хотел усилить

Воздействие на деву, я не был лицедеем.

Грустно, ужель стенать и плакать?


Радостной улыбкой воздушным змеем,

Сопровожу, но лестью отношенья пачкать,

Для угожденья, быть заштатным иереем?


Никогда!

Оставлю разум, лишь сердце правдиво и верно.

Да ведет оно меня по пути любви, всегда!


Кривляться же пред девой грешно.

Я честен, и сейчас и тогда

Угодничать не собираюсь.


Мои слова и впредь будут таковы,

Как пожелаю я того, не сомневаюсь

Изгоем стану я, но виновны в том я, не вы.


Ибо я сам себя творю, и себе же каюсь.

Вот сердце мое, что молчишь, бери!

Для чего тебе цветы, подарки, комплименты.


Вот любовь, что пугаешься, люби!

Сожжены все мосты, улицы, проспекты.

Поэт несчастный, обречен, один гори.


Арину привлекала жизнь шальная.

А я любил ее каждым днем всё сильней.

Печалилась моя любовь больная.


Ибо редко говорили мы, всё трудней

Разговоры затевались между нами, остальная

Жизнь меркла для меня, она нелепа.


Месяцы летели стаей перелетных птиц.

Отдалялась дева, но куда?

Я познавал всю остроту любовных спиц.


Жизнь моя – не только я творец полотна

Сего, мы вдвоем творили, я и ты одна

Кисть брала и рисовала слезы


На щеках моих, а в душе холодная война.

Всё грудой свалено, ничто не сменит позы

И манит свобода смертная высота окна.


Ты была юна, но кто состарил твои мысли?

Не содрать ту корку черствую сомнений,

Словно старуха, разочаровавшаяся в жизни.


Какой лжец лукавый, создатель ложных мнений,

Лжепророк тебя испортил, кто? – были

У меня вопросы, и я преподал тому урок


Морали, речью бы отсек его пороки

Кои породили книги сумасбродные, порок

В злобе их неправедных трудов истоки.


Их читатели жестоки, взводят критики курок.


И люди молодые обманом тем живут.

Не хорошо судить, в них пониманье есть

Где плохо, а где хорошо, но ныне лишь жуют


Коровай, что им на блюде подают, теряя честь.

Вериги с возрастом себе куют.

Но раньше, где было ваше разуменье?


Мой мир, ты вне пространств времен.

Для созерцанья душа моя ищет возвышенье.

В себе я от мира освобожден.


И в творенье я обрел высвобожденье.

О чем ангелы, вы поете?

Какова станется любовь, взаимной, безответной?


Какую весть вы гонцами мне несете?

Реальностью обрадуете или сказкой несусветной.

На чьих крылах меня вы унесете


Для высот или падений.

Этот дар словесный хуже словоблудства

Для судеб разрешений.


Начертанное имя, эти постоянные безумства,

Орудья пыток для ушедших поколений.

Я пишу


Книгу, но для чего эта великая словесность?

Ибо этим игом буквенным я жизнь свою крушу.

Горе поэта его свобода, честность.


Я от правды умираю, я от нее умру.

Слабеет вера, нет желания творить,

Когда талант использован не в меру.


Безумьем любви душу я стал травить.

Пусть так, не познать чужую веру.

И чашу чужого безумства не испить.


Слова всего лишь, письма, что терзают

Мои чернила или то дурман осенний.

Но иногда и строчки благость излучают.


Сколь и души, сколько слов, столько мнений.

Однако чувства всегда возвышены, свергают

Гнев, ибо любовь всесильна.


Ласка нежности сильна, лед отчаянья могуч.

Стихии не стихают, бедствие всемирно.

Но сердце, куда направишь ты скопленья туч?


Творец наблюдал за выбором нашим неотрывно.

Судьбу слагая из мыслей наших, дел,

В сокрушенье наших тел и душ.


Но я гордец, мирозданье менять посмел.

Орудиями преобразованья мне стали перо, тушь.

Я с неба твоего свержен был, вниз летел


Всё растратил из-за сомнений и гордыни.

Поверженный лежу в прахе своих творений.

Картины гниль, а бумага подобна тине.


Словно в могиле грешных дерзновений.

Арина, я для тебя одной творил, а ныне?

Лишь пепел, укрывающий меня от света.


Реквием я слышу, вот о чем поете вы.

Собрались на похоронах поэта?

Или то будет сооружение новой мечты.


Тогда вернись душа в пустоты моего скелета.

Выплыви китом из моря слез.

Оживи цветком осенью увядшей,


Посреди вечно юных белых роз.

Стань деревом, а я листок упавший

В моих прожилках буйства крови гроз.


Легко писать, ничего в мире легче нет,

Чем слова слагать душой сердечной.

Любовь я помню, не вспомнить тот сонет


Трогательный, с глубиной невольной.

Писать я начал в пятнадцать лет.

Я смерть призывал, отказ терпеть


Ее всегдашний, многие боролись с нею,

Те подвиги до меня успев воспеть

Печалью, и будто бумага я бледнею.


Дописать бы, мне бы успеть.

Предо мною грозные часы

Возвещают о кончине срока.


Жнец поодаль сверкает лезвием косы.

На что я вам, во мне жизни кроха.

Я ничтожен, худ, взгляните на весы.


Осень хмурится предвещая холода.

Любовь – эфир души и плоти кровь.

Днем одним живем, невзирая на года.


Эта безответная любовь

Пасет чувств моих стада.

Сновидение нагрянуло внезапно.


В том сне я Арину несу на руках,

Словно невесту нежно, плавно.

Вверх по лестнице, но в трех шагах


Черный силуэт предстал наглядно.

И на краю, тень слегка меня толкнула,

Отчего отступился я, извергся вниз.


О нет! Любимая со мною потонула

Во тьме, пропал убийственный карниз.

Виденье мою надежду покачнуло.


У нее есть видно кто-то, она…

Кто не позволит мне объять всецело

Любимую мою, закрыты для меня врата.


Но я желал ее покорить поэзией, смело.

До изнеможенья,… но обрывается строка.

Мне бы робость преодолеть и подойти,


Заговорить еще, я ревновал не напрасно.

Когда она, пожелав в здание учебное войти,

С другим беседовать начала всевластно.


Когда со мною говорила минуты три, кради

Ее вниманье, ты, недостойный столь великих благ.

Однажды она мне подарит час виденья красоты.


Он дерзок, когда в руках моих белый флаг.

Я вручаю тебе Арина свою душу, свои персты.

Мною твори, повелевай, но знай, что я нищ и наг


В любви нетленной и по естеству.

Я тот, кто зажигает свечи,

Но вы их тушите, что подобно воровству.


Пусть мы останемся одни, минуя сечи

Завистливой толпы, тому существу

Мы не вредим, мы одни в мире этом.


Нет больше печали.

Я стану ветром

Ласкающим тебя, мы зачали


Любовь, следом

За надеждой в эти дни

Верни вниманье, взор свой нежный,


Неустанный, за кротость не кори.

Ты одна, мой причал прибрежный.

Стань гаванью моей, живи.


Сидели в зале вместе мы, не говоря ни слова.

Диски с музыкой я подарил тебе, минуя робость.

Я звонил, письма писал, история не нова.


Я возвращаюсь в комнату свою, забывая гордость.

Пишу, уже не помню что, каковы покрова

Сочиненья те, мудрость или глупость.


Я рифмую неумело, не читая,

Сколько писем я сочинил, как встарь.

Времена изменчивы, но не отлагая


Зачинаем чувственный безудержный мистраль.

Мечта же скорбный червь,

Стать бабочкой желая, точит древо молодое.


Радость сменит грустный мой порыв.

Рай бы обрести, и ничто иное.

Но пустует моей любви смирительная верфь.


Сонмы душ слиты воедино

В Творце, все Его творенья.

И будто бы только меня пронзило


Мечтанье зыбкое, меркнут свадебные украшенья,

Когда вижу образ любимой, той невесты зримо.

Что этот мир по сравнению с ней одной!


Я столь юн, многого не видел, но уже готов

Отвергнуть всё, за шанс стать ее душой.

Мне пятнадцать минуло годов.


Но жизнь немыслима без нее родной.

Жизнь жертвуешь, смерть призываешь,

Принимаешь доброе, вкушаешь зло.


Будущее мечтательно сочиняешь.

Для чего?

Не живешь, но проживаешь.


Страдаешь, но усмири поэт свой пыл.

Раскаленное перо пускай чуточку остынет.

Я мало время наше чтил.


Но когда плоть мою душа покинет,

Арина, ты будешь знать, что я любил,

Ты запомнишь мой вдох, мое движенье, взор.


Покинет душа моя затвор.

Но вот страницы отворены, развеян ваш укор.

Вкусите горечь пчелиных сот.


И помните, сердце истинно, всё остальное вздор.

Бронзовый отлив чернеет медью,

Осень сбросила все платья кружевные.


Питаясь влагой дождя и снега снедью.

Стонут деревья растрепанные, нагие.

Смертный одр станет последнюю постелью.


Осень вечная прими меня в объятья.

Успокой поэта вечным сном.

Вышивай узорами листвы платья


Музе моей, укрепи обетом

И смой дождем любовные ненастья

Злосчастных предубеждений.


Алый цвет покрыл прелесть ее волос.

Осенний мягкий тон свершений.

Глаза морские, а губы цвет плодов.


В танец соблазнений

Поэта не влекут, не вдохновляют.

Юность пора безумств.


Шрамы имя милой обозначают.

Дабы помнить, и иных беспутств

Хватало, критики их обозревают.


Сердце ныло напрасно.

Тоску навевал прозорливый дождь.

Со мною плакал он злосчастно.


Осени он наместник и вождь.

Я вопрошал у него: “Ужели всё напрасно?”

Солнце скрылось за облаками, но лик


Арины светел для меня, как и прежде.

Ее хранитель лучезарный архистратиг

Преграждает мне путь в Эдем, невежде.


Но в Арине я разглядел того рая блик.

Любовь лишь миг, когда сражен мгновенно.

Я жизнь познал в ее очах, Бога в ее душе.


Сонмы духов ликующих победно

Невиновного судят в любовной ворожбе.

Но их пенье не враждебно.


Жизнь новая для поэта началась.

Я обрел любовь и творческие муки.

История, которая трагедией звалась


С рожденья, отныне в красках мои руки.

За перо моя десница встревоженно бралась,

Пытаясь описать, что описать нельзя.


Особенно словами столь малого юнца.

Бессмертье коего стезя

Бесславного творца.


Тогда как Арина покой нежданно обретя.

Нежнейшее невинное созиданье.

Томила ожиданием меня, сидела иногда


Рядом, а вокруг одногруппников собранье.

И ворон Эдгара словно кличет мне – никогда.

Тебе не быть кумиром ее сознанья.


Оставь надежду – для меня Данте начертал.

Но я мечтал, созерцая изгибы губ ее.

Будто при разговоре кто-то разделеньем покарал.


Расходились, сжимались, будто свое

Отраженье лучшее видел в милой, взирал

На красоту, которой и я наделен с рожденья.


Образ всемогущий позвольте запечатлеть.

Волос локонов ее чудное сплетенье,

Заставляло сердце замереть.


Раскинулись по спине они без разоренья.

Творец, не уступают ангелам они Твоим.

Но превосходит всякое творенье.


Величьем превосходным я судим,

Создавая достойнейшее моленье.

Вся Вселенная лишь нам двоим.


Созвездья и планеты, солнце, шар земной.

Воздух для дыханья, вода и пища для питанья.

Всё без тебя умрет, поэтому вечно будь со мной.


Оживай на страницах этого писанья.

Осень засыпая, посыпь белою золой

Наше прошлое, что давно ушло.


Мудрецы поют – живи сегодняшним днем.

Но я живу днем прошлым, всё прошло.

Мне радостно, мне бы стать резцом.


Дабы память высечь, что сердце жгло

Воспоминанье – взор девы, великий взор!

Которого я недостоин был.


Вышвырнула меня словно ненужный сор.

Чем больше нелюбви, тем горячее пыл

Поэта, там, где была росинка, ныне вырос бор.


Она миру явленье божества,

Что нужно вам еще, какие вам еще знаменья?

Но каюсь я в злодействе воровства.


Ибо я взор ее посмел украсть, миг ее зренья.

Насладился светом глаз ее, она не черства.

Выразить я не могу, то святое восхищенье.


Смерть принять я был готов тогда.

Ибо судьба кляла воспрещенье.

Арина – вот имя древа, запретного плода.


Последствия я ведал, уповал на всепрощенье.

Просил у Бога я – для чего дарован мне девы взгляд?

Одобрительные слова, она сидела со мною рядом.


Дабы насладиться раем, и низвергнуться в ад

Жестокости несправедливости, я изгнан ее взглядом.

Им всё началось, им и окончится, унынья ядом.


Потерял я смысл жить, учеба и служенье – пусты.

Общество – толпа, земля лишь прах.

Только сердца воистину честны.


Дева – моей жизни крах.

Искривлены мои персты.

Я мчусь к ней на всех порах.


К Арине, девственнице своей.

Любовью осенней, но она

Сделала меня сильней.


Затем силу отобрала.

Весь умер мир, он остался в ней.

Душа моя в ней, тело мое ей безразлично.


Ибо оно слабостью безгранично, но

Дух взывал ко мне, балладу зычно

Я звал его – мое оно.


Непривычно.

Рождение поэта, осенью крещенный,

Бремя тяжкое его – любить, не быть любимым.


Изгнанный людьми, духами плененный.

Я слабости выучился, стал всесильным.

Гений кротостью стесненный.


Вырывается из груди безумие любви.

Чернильница наполняется сердечной влагой.

И пишу в тысячный раз – полюби…


Арине те листки бросаю усталой лапой.

А та не замечает, как стихи, омытые в крови

Валяются в пыли, перешагивает, далее ступает.


Поэт их с пола поднимает и, увы

Саму жизнь его она должно быть презирает.

И гаснет сердце, поэт либо живи, либо умри.


Пусть в старости своей дева о тебе вспоминает.

Когда поздно будет и сожаленья будут горьки.

Ведь сердце, на самом деле ты не бессмертно.


Как те на полуночном небе огоньки.

Что ж, лети, люби всем вопреки безмерно.

Ведь в полете гибнут мотыльки.


Осенью мы встретимся однажды.

Знакомство наше – счастливей не будет дня.

И жаль не быть счастливым дважды.


О как бы я хотел жить лишь тем днем, живя

Наслаждаясь секундной каждой, без жажды

Будущего, без прошлого, жить одним днем.


Да исполнится моя мечта, да сбудутся мои надежды.

Вот окончу о той осенней встрече песнь

И вернут меня мечты словно невинные невесты


И расчешут моей косы плетень.

О как бы хорошо остаться в блаженстве

Твоей души, мой порыв нескромен.


Таков мой рай, истоки благоденства.

Сегодня не умер я, но навеки сломлен.

Сердце обрело мытарство раболепства.


Я памятью возвращаюсь в тот день прекрасный.

Словно наяву созерцаю то, что осень заперла навеки

В замке сумрачном, где живет принц всевластный.


Сажусь на трон трухлявый, смежаю веки.

Слезы льются или то дождь страстный?

Я заклинанием запер все ворота, двери.


Принцесса с именем Арина.

Нарушь мое уединенье в вере.

В твоей слабости вся моя сила.


Вокруг так холодно, одиноко всюду люди.

Но тот осенний день балует страдальца теплотой.

Я буду жить лишь им (где судьи?)


Осанна! – я пою душой.

Осанна! – торжественно гремят орудья.

Осанна! – я с песнью этой


Воскресаю, шепча сердцем – Осанна…

Лирой играю скрипичной отогретой.

Пускай, она ничтожна, бесталанна.


Я ею заворожу весь мир, тою поэмой.

Ибо девы взор так еще никто не воспевал.

Все фотографии ее словно огарки тлеют.


Ты к Богу отойдешь, ведь Он тебя создал.

А я, любящий тебя, чьи глаза тускнеют.

Создам память вечную, я о том мечтал.


Господь прославляет тебя на небесах, мне позволь

На земле твой силуэт рифмами прославить.

Я принц всего лишь, поэзии я не король.


Вот памятник нерукотворный, не нужно ставить,

Не страшны ему время, пыль, иль моль.

Мои книги сохранят твой лик.


Ангельский извечный милый образ.

Я его воочию созерцал, а вам дарую блик

Той красоты, вам дарован лишь остов.


Дни слагают вашу жизнь, мою лишь миг

Взгляда ее вселенских глаз.

Не сомневайтесь, я помню их и ныне.


Правдив моей души рассказ.

В ваших руках книга подобная дочери, иль сыне,

Она дитя любви моей, серенада лиричных фраз.


Я их писал осыпаемый златой осени листвой.

В комнате стеная хворая болезнью лютой.

Осень замирала, ветром остужая хладною волной


Мои любовные порывы, я любовался музой,

Предо мною расступаются деревья, вот тропа.

Всё остается и всё куда-то исчезает.


Любовь ты феникс, так возрождайся из пепла.

Она оживает, порхает, вновь в пламени сгорает.

И всё по кругу, когда чуть окрепла


Купина пылает

Рождая Дух Святой

Властный над свершеньем.


Я благословлен стезей

Писанья, самоотреченьем.

От дев других я заслонен стеной.


Сверху лист осенний на меня упал.

Я сохраню его, он засохнет скоро.

Подобно мне, он жил, лежал.


Парил, порхал, высоко и невесомо.

На длань мою он упал.

И листку осеннему подобно я


На длани Господа прилягу, такой усталый.

В себе память и любовь храня,

Не избранный, не званный,


Но любящий, тебя любя.


2013г.

## Трагедия любви нетленной


Люблю тебя я так сердечно.

Те чувства, та жизнь, длятся бесконечно.

Я знаю, вечно.


Прочтите сей упоительные вздохи сердца моего, если вознамерите нечаянно познать любовь мою, но если отлучены вы от чувств сердечных, то не изведать вам пространных путей любви моей.


I.


Знаменье утренней звезды – души величье,

Могущество любви, о духи, это снова вы

Омрачаете зрачки и внушаете Ее обличье,

В просторах дальней вышней вышины.


Начертав надгробно сию малую канцону на сердце своем, Созерцатель кроткий не опустошил кубок дум трепещущих, но более наполнился исполненными смущенного восторга образами. Облики священные являли собою достоверное великодушное блаженство, благое созерцание искр вращения планет любви праведной, не обличающей, но облекающей в достопочтенный силуэт благородный, но сопровождающий надеждой спасения и озарения спасительной благостью совершенного бытия Небесного.

Возвышен платонический любовник, обращенный сердцем к Деве обожествленной, невозможно сему мученику сердца предавать любовь на воплощение заботы, бескорыстного дозволения, деяния приличествующего счастью, ибо ведомо ему о Провиденье, как не внемлет оное мольбам сомневающимся, но пребудет с верующими, порою карает оных по нужде их, дабы приготовить место для больших достойнейших дарований. Посему Созерцатель кроткий отринут идеалом, поскольку многое он вознамерился постигнуть, ощутить недозволенное и восполнить неизгладимое, вспоминая незаслуженное соизволение. Сущность его, предвидя одр смертный, предвкушает благостное соитье с духовною любовью. Мир горний владеет разумом его, жадно поглощая нестерпимые потуги души мятежного духа. Вознамерился он припомнить многое дарование немыслимое, ниспосланное милостью Девы Любимой. Она, несведущая в трепете его, в его поклонении воздержанном, да ощутит те судороги естества от пыла любовного неприкосновенного, но невинным сердцем зримого.

Осмыслив, притяну волею невольную силы неизъяснимые, приму подобие поэтическое для восстановления памяти чувственной, прибегая к стихотворному изложению не ведая глубинных способностей рифм, но ведая о математическом построении слов и окончаний их, о напевности слога, не соблюдая табу потаенной откровенности чувств, начну ныне сначала. Однако уточню о достойности восприятия сего неизъяснимого вдоха жизнеподательной любви, в сих всплесках видений безвременных заключено земное мироощущение, порою чересчур чувственное, порою облаченное в священное таинство богопризванного священства, ибо любовь обновляет очи, ускоряет сердце и освещает душу. И ты Дева смиренная поминай не свои движенья, речи, но гласам воздыханий моих внимай. Внемли в музыку любви моей, молю, внемли.


II.


В рожденье осени под вихрем ветра зноя солнечной тоски

По лету, блажен тот день, блаженно первое виденье

Взгляда нареченного судьбой. Разрывая сердце на куски,

Я позади нее сидел, но любострастное стремленье

Лишь Деве было предано. Иные девы столь прелестны,

Не восхищали сердце, помимо той царицы духа.

Велено любовью – будьте честны.

В трепете седеющего пуха

Я блек в ее сиянье, стан изящный завораживал мое сознанье.

Талия ее словно создана для обхвата рук – запретный миг.

Длани стройны ее, волосы распущено являли очарованье

Ночи темной, но светел белизной Девы лик,

Как сей ангела зовут созданья Божьи? – сего не ведая, я полюбил

Всею сердца чистотой, всею юностью, всей душой.

Восхищенную любовь единым чувством пригласил.

Навечно – как живет душа, но вот погладила она себя рукой.

И благочестье сокрушило естество и саму сущность поколебало.

Верность во мне целомудрие зачало, Боже, как мала в изяществе ее десница,

Весь мир растворился чудотворно, всё будто исчезало.

Лишь образ девы завораживал меня, книги первая страница,

Она молчанием меня звала и движеньем каждым покоряла.

Вещаньем тайны оживляла, ослепленьем верила безмолвью.

Мне сердце жалобно, с блаженной болью простонало –

“Сломай ребро, дозволь любви приволью

Лишь раз увидеть образ милый, родись поэт бессонный и гонимый,

Люби или умри – у тебя отныне два пути!”

И выбрал путь я исповедимый.

Ведь семя той любви невинной вскорости должно взойти.

Но разум вторил мне – “Прекрасное потребует заслуг великих,

Репризы великих сочинений, о прекрасном сотни песнопений.

Не быть тебе в рядах безликих.

Но хватит ли у тебя смиренности терпений?

Страданья ждут тебя…мученья…”

Не смущали предсказанья те, внимая сердцу, той здравой мышце,

О, чудо благодатное, свершилось, имя Девы известно стало мне,

Вдохновенные черты ее лица, озарены в алмазном ситце.

Благословенный лик ее смирен и кроток словно Дух.

С замиранием восторга, чувства бередя

Смирись с любовью вечной возмущенья дух.

Твори – твоей жизни великая стезя.


Таков форзац истории жизни нашей, ибо мы вместе были свидетелями сего возмездия над жизнью младостной. Таким ясновидением виделось мне явления Девы, чье шествие сопровождалось как бы песнью ангелов, ибо силы небесные всюду сопровождали ее, окрылено вознося над землею. И поныне неподвластно слову то созерцание, величавость та несоразмерна слогу, а язык сердца сложен слишком, малопонятен для смертного. Удостоившись великой чести, склонился я духом пред Творцом и как бы пред Его творением прекрасным. Любовь в ту пору зажглась во мне подобно солнцу восходящему, после долгой зимы. Да не усомнитесь вы внимающие в историю любви моей, ибо она истинна, Дева жива, жить вечно будет – так Бог благоволил, я не перечу воле Его праведной, ибо более благ желаю ей. В сей прозаичной стихире (да будет вам известно, что поэзия не есть такт чувственный, но чувства, облаченные в образы) запечатлено видение, узнание имени Девы, там семечко любви посажено в сердце моем, а в конце повествуется о том, как обрел я тягу к восхвалению и сохранению чувств своих, ибо не смел публично огласить ей свои притязания душевные. (Не корите меня за частое обращение к верности моей, ибо пишу о ней не ради похвалы самому себе, а ради обращения к Любимой, дабы она обратила внимания свое на верного ей поклонника, но сама верность сопричастна любви, неотделима от нее, посему недостойна отдельного упоминания).

Сейчас, когда любовь моя к Деве сильна подобно гению, тем менее внимания она удостаивает меня, встреча в год, или и того меньше, то много по недостойности моей, мало по любви жаждущей излиться, любовь моя желает чувств любовной взаимности. Не выразить словами страдание мое, но попытаюсь я благонравно излиться словесами возвышенными.


III.


Здесь ожидание приговора сердца ее, сильно изнуряет меня притворным молчанием.


“Ответь – кто создал твое сердце? Кто?”

Поэт – ужель ты чересчур велик для сего царства,

Дева – твои мытарства,

Страданьем изнуряет ум твой, что есть чело.


Ей безразличен ты, вся жизнь твоя, твои творенья.

“Ее я возвеличу выше Неба, выше, выше!” –

Ты кричишь, окончив сотворенье.

Но достойна ли она сего – “Достойна, слышишь!”


Дивятся духи поэта долготерпенью.

Они занятые ленью шепчут – “Ты мученик любви безгрешной”.

А он подобно землетрясенью,

Гневно думает о Деве столь в выборе неспешной.


IV.


Не корите меня понапрасну, ибо отчаяние моё настолько велико и смерть столь близка, что духи злые неистово шепчут мне осужденья, оттого я, отчаявшись, прошу у Девы отказать мне, дабы разрешить мой спор внутренний, то будет как бы освобождение не от любви, но от бремени желаний неисполнимых.

Я, описывая наши отношения, ведаю – мы вместе будем на Небесах, а земное сей непонимание, земная разлука, будто испытание нам, преодолев которые, обрящем мы блаженство.

Но не ведаю, каким образом распорядится Бог нашими судьбами.

Гнев мой направлен на самого себя, потому что я не могу понравиться ей, хотя бы немного, не могу быть достойным хотя бы одного ее нежного дружеского слова.


V.


Во мне настолько величава любовь непреклонная, что воздержание моё весьма укрепляет дух, во мне нет мужской страсти, оттого отношения моё к девам возвышенно, как к созданиям непостижимым в красоте и в самом существовании их. Любое видение плоти девы в одеждах призывает меня в восторг душевный, волосы то, плечики, голос, движения, я испытываю радость мук, ибо восхищенье отвергает касанье, ведь каждодневно нахожусь средь дев и годами не прикасаюсь к ним, вот уже год четвертый. Целомудренно, ибо и помыслы мои чисты, но и не помыслить злое о красоте такой, ведь истинная красота всегда невинна. Для юности то весьма жестоко, плоть не требует услад телесных, кои она не знает, но требует созерцанье, не секундное как по обыкновению, но более продолжительное, к примеру, не одна, но три секунды взора. Девы те не подозревают о чувствах моих, о том, как я безмолвно славлю Творца создавшего их, о том, как ласкаю их словами красивыми, о том, как начинает болеть сердце мое, после воздыханий трепетных о недостижимом.

Я ведаю, что вы не только смотрите на деву, но и прикасаетесь к ней, посему не поймете жизнь мою скромную, но ты, чей путь столь же кроток, прими от меня поклон, ибо ты есть истинный творец благостный созерцатель.

Частица образа Любимой заключена в каждой деве, цвет волос то или прическа в целостности, фигура или цвет глаз похожий, многое может стать предметом соотношений. Потому не корите меня строго, за чрезмерную привязанность к девам в строках сих. Любовь созерцательная к Деве зачастую распространяется и на других, ибо я видел в них Ее некоторые черты и посему воспевал их нежно.

Притом ведаю я о тонкой грани между восхищением безвинным и нравом похотливым, сей желание зрительное может стать привычным, а впоследствии может перерасти в страсть, посему лучше помалу довольствоваться прекрасным, как бы крупицами золота, дабы не прельщаться.


VI.


Любимая Дева поцеловала меня в щеку при окончании нашей третьей встречи, когда она ушла дальше служить на своем поприще, я остался один, плакал много, то стался плач радости великой, и от сокрушения неприкосновенности нашей.


В кротости она уста прижала на мгновенье

К щеке нецелованной моей – любви крещенье нежных губ.

Блаженство обрело моё сознанье, как древо сокрушает лесоруб.

Замерло мое дыханье, райское души стремленье.


Покой, умиротворенье, слезный плач, на щеке свеченье,

Тепло, сухая влага, девичья покорность пред судьбой.

И там где поседел лес волосяной

Невиданно губ благодарное сеченье.


Неощутимо чувственно касанье то, монарший поцелуй,

Ибо Она превыше всех, в Деве жизнь моя, мое рожденье.

Вечно вдохновенье, но жизнь земная яко трава растенье.

Напоследок загадай желанье и на свечи дыханием подуй.


О поцелуе я и не мечтал, о том мгновенье.

Бог мне даровал мечты невольной исполненье.

Ощущаю я и ныне на щеке касанье губ невинных.

Слезами робости любви моей омытых.


Она поцеловала щеку мою. Но что касается щеки моей, что течет по ней, лишь слезы, значит, вкусила Дева плач мой, все рыдания мои о ней.


VII.


Дева Любимая, не понимаешь ты – любовь мою, семь лет тому назад я полюбил тебя сердечно всею вечностью души своей, влекся к тебе насколько позволяла мне кротость, какие еще нужны изъяснения тебе. Как ты могла все эти семь лет жить без меня, не думать обо мне, не помнить обо мне. Ужель любовь моя столь слаба? Да познает мир – как ты терзала меня, но оправдает тебя мир, ибо не приемлет сей мир меня, я враг для него, да сокрушу я мир осветив живой образ твой глубинно незабвенный, подобно скульптуру отсеку всё лишнее суетное, и явлю миру сему святость твою непорочную, ибо Господь создал тебя оным образом пресветлым. Склонится мир перед величием твоим, возблагодарит мир Творца создавшего тебя и ниспровергнет прославившего тебя. В том выразится любовь моя во всем могуществе ее. Да познает Дева насколько мало сердце мое, и насколько велико в биении любовном.


VIII.


Я не желал прикасаться к тебе, но ты поцеловала меня, будто сей деяние не есть таинство, но действо обыденное. Печально мне осознавать, что не вернуть ту неприкосновенность, когда я не ведал какова плоть твоя на ощупь, а ты не знала меня, мы были будто духи бестелесные в эфире сотворенные. Дева украла у меня благодатное состояние плоти. Святой образ обрел плоть, когда Дева коснулась меня, отныне я как бы чувствую запредельную вину, ощущаю предательство своего идеала. Я незаслуженно получивший сей многозначительное касание, ощущаю себя недостойным той награды. Как мне быть теперь? Думала ли ты о том, прежде чем коснуться меня? Как мне жить теперь? Ужели ты возжелала разрушить платоническое соитье душ наших? Я много страдаю оттого, ибо я не в силах вернуть обратно то духовное созерцание тебя, ибо ведомо мне ныне губ твоих касанье, оно является предметом дара, на который не могу ответить я, не смею совершить нечто подобное величественное. Лишь шедевр души моей и рук моих, возможно покроет тенью позор ничтожности моей, пред сим актом высшей физической добродетели.


Я четыре года с девятнадцати годов не прикасаюсь к девам, поэтому твой Дева поцелуй единственное девичье касание до меня на сей день, вот какова моя верность тебе, неоценимая и смиренная.


IX.


Много сокрушения сердечного она явила мне. Вот малый облик страданий сих.


Господь, за что Ты наказал меня сим бременем любви.

Люблю я Деву ту, которая обо мне не мыслит.

Мои творенья ей чужды, мои слезы словно звонари

Стонут от тоски, тот ад внутри немыслим.


Безразличны ей мои восторги, алчные тревоги.

Даруй мне смерть, исход души или смиренье.

Изыдьте в погибель вы гордыни боги.

Я жажду исцеленье.


Господь за что ты даровал мне Деву как мученье.

Уходит юность и меркнет очей моих свеченье.

Я мог бы полюбить другую, кроткую, доброю, и по духу мне родную.

С нею счастье я б обрел, а не печаль дурную.


Разбито сердце, не собрать, угасло солнце, не воссиять.

Но любви безумство не унять, себя любовью не распять.

Не повернуть утраченное время вспять.

Прекрасный мир бы мне создать, тебя иную воссоздать.


Здесь я уже иначе мыслю, оставляю мирское страдание свое, думаю о ней, о мнимой порочности ее, о невозможных недостатках ее, но более размышляю о небесном происхождении Девы.


Ужель она грешна, ужель вы духи были правы,

Она девства лишена, поцелуй познали ее уста?

Ужель она вместилище отравы, ужель душа ее пуста,

И ей приятны разврата гниенья нравы?


О, мне бы Ангела лик покойный лицезреть.

Исход из плоти вестник мне дарует, мне бы умереть,

Не ведая сей правды лжи и Деву видеть лишь святой.

Она воображение моё, её мира я изгой.


Я безумец, а жизни срок столь долог,

И как мне жить с такой отверженной любовью.

На развалинах Мечты истекая кровью, с сердечной болью.

Но мне тот ветхий остов дорог.


О, это вы, духи злые, демоны порока мне твердите о ее грехе.

Вы падшие пророки, но моя она, в моих устах ее спасенье.

Очищенье ей пред Господом моленье.

Ибо первым спасен разбойник, распятый на кресте.


Ужель жива моя Мечта, ужель бессмертна та Любовь.

Я верю – мне она верна, на Небесах она чиста.


Сомнения, насылаемые обильно Врагом мутят помышление мое глаголом о порочности Девы, якобы она лишена благодати, будто бесполезны учительские увещевания мои. Воздействие сил злых сильно сокрушает естество мое, потому что лживо и лукаво по сути своей. И о внешнем толкует зло, подтверждая пороки ее очерствелости, она якобы отклоняет нравственность как суть человеческую, и мне больно от сего, внешний идеал ее красоты омрачен грехом, и лишь в духе Девы я различаю совершенство наивысшего порядка добродетели. Словесами пытаюсь я развеять страсти ее, но действенны ли слова мои, внешне бессильны, но надеюсь, поселятся они в ее сердце, дабы однажды восстать пред нею, как подмога совести, пред непотребствами злыми. Я страдаю много, ибо не могу исправить ее, принудить ее к Истине, по причине разлуки. Я жажду спасенье Деве, но ощущая бесчувствие ее, понимаю, как тяжек путь мой, насколько велик груз, который влачить мне до Врат Райских. Жива любовь моя, ибо я вижу святость в душе ее, глубинное свечение, но духи злые должно быть твердят ей о материальном благополучии тленном, о суетном веселье юности, и о мнимой порочности рода человеческого. По слабости я много гневаюсь. Сожалею о любви своей, столь несчастной, столь одинокой, столь жертвенной. Но ведаю – если не я учитель ее, наставник в добре, то кто тогда? Я показал ей путь узкий, указал на житие верного выбора. И мне нести ответственность за нее, мне быть судимым за нее.


X.


Мечтательный очерк сей есть прошенье о встречи Небесной.


Обещай, что мы будем вместе на Небесах,

Обещай, что ты явишься ко мне во снах,

Пообещай, что ты примешь любое мое творенье,

Пообещай, что сей мечту, постигнет исполненье.


Я так много думаю, о спасении души ее, что забываю о себе, я так поглощен всецело Девой, что отрекаюсь от самого себя ради нее.

Я ненавижу себя, потому желаю отвергнуть себя и раствориться в Деве, объять заботой ее, но любит она себя, потому довольствуется собою лишь, посему отвергает меня.


Дева, велика ее власть над судьбой моей, велика ответственность на ней, ибо всякое касание ее, это первое касание девы ко мне, и должно быть последнее, если не соизволит она повторить те деяния беспорочные, она гуляет со мной и то также впервые. Вот посмотри, все воспоминания мои связанные с женским вниманием связаны лишь с ней одной, она выбирает, сколько их будет в моей жизни, богата будет моя жизнь или бедна оными событиями, каков буду я, счастливым или унылым, буду ли я творить радостные сочиненья или трагические. Вот сколь велика важность Девы в жизни моей, посему пусть распоряжается взвешено и разумно со мною.


XI.


Отныне явственно ведаю я, ради чего любовь во мне зиждется светочем, для созидания целомудрия. Любя Деву я не знаю других дев, посему девство сохранено в плоти моей и в душе моей. Любовь есть целомудрие. Воистину прекрасно возрастание ее, преображение из семени малого юного в великое древо любви нетленной.


Дева сохраняет меня девственным, оберегает девственность мою, яко Ангел Целомудрия.


Ты Дева нецелованная и невинная, верю я в это, ибо тому должно быть, неоспоримо такова, несравненна по чистоте, чья девственность превосходит мое девство подобно лучине пред солнцем, сохраняя уста свои непорочными, верю я, так будет и впредь.


XII.


Далее рождены малые сонеты.


“Некогда я созерцал любовь вне себя, затем в себе и ныне над собою.

Плоть, душа и дух – строенье человека. Божества осененные искрою”.


“Нежнейшее созданье Неба покоряет робкий взор.

Простор надежд в устах младых шепнет – Во всем мире ты один.

Изъясните мне виденье – проникновенный путь годин.

Прямо в сердце, где детский лепет, мудрый вздор”.


XIII.


Сей образ, словно мечтание ставшее явью:


Смирит усталость, поэт, родившись вновь

Познает тайную любовь, кров сфер Небесных.

Где Дева в ореолах правды честных, святые души

Встречает лаврами венца, ласкает уши, длани

Обожает пеньем и касаньем исцеляет раны, ей

Радостно те души величать, гостей с земли

Новоприбывших посланцев кои ничего не унесли, их сумы

Небесными сокровищами полны, и я издали взираю.

Любовью Небо содрогаю, но с чем прийти к тебе?

И что оставить мне себе? За вдохновенье вот тебе творенья,

Оно не ведает смущенья, но я смущен перед тобою,

Словно создал я прах душою, словно ты не Муза,

Нет, ты больше, сердца ты обуза, но волненье,

Океана неугасимо бурное стремленье, в потоках заточить

Попробуй, ту воду не испить, слезы – вода святая

Очистит прегрешения мои, будто нага душа моя пред людьми.

Мир кличет мне – возьми, но мир внутри меня богаче.

В свирепом плаче оплакивает ушедшую Мечту.

Позволь сначала я начну – спрошу у Провиденья.

Но мне укажут на творенье, глася – готов ли ты их сжечь.

Вновь слезами робкими истечь над образом Любимой.

О, я жил надеждой мнимой, иль я родился без надежды,

Как впрочем, и без одежды, сотворенный Богом, матерью рожденный,

Ради спасенья собственной души, то смысл жизни непреложный, отнюдь

Несложный, если свечи веры не задуть, не уснуть забвеньем

Плоти, с юным рвеньем на свиданье к смерти не прийти.

О, я не гений, на престол мне славы не взойти. Я созерцатель

Гения влекущей красоты, словно Создатель я творю,

Но тебя не сотворить, лиру на выручку зову, но неподвластно

Девы сотворенье, полновластно Богу лишь, Художник Он, Ваятель

Тел младых, Вдохновитель душ, Ему я искуситель кроткий,

“Создатель, что делать будешь с нею” – возглас краткий возвещает мне.

И вправду, в моей судьбе, о Искупитель, лишь образ мне отверст,

Нет более блаженных мест, чем души созданье,

Когда листаешь книг собственных собранье, что полнеют словно павы,

“Безумцем тебя звали, что ж, и люди правы, жизнь в книги заключил,

Деву платонически любил, для вас безумство лишь,

я же нарекаю это – жизнью”.


Тебя я буду ждать на Небесах, иль ты меня однажды повстречаешь.

Я не ведаю, как будет, и ты не знаешь, но лучше вместе, в единый час.

В воспоминаньях о друг друге услышать глас зовущий

К Свету, глас любви последний рвущий, остановит сердце мне.

И в Новой Жизни, в вечном цветении я рад весне, пламя белое

Там вдалеке и чувство поманит меня к Любимой.

Неудержимой, как и прежде упрямой силой,

там ангел белокурый меня в объятья заключит,

Впервые нежно огласит – “Улеглось твое страданье,

От земли отдаляй вниманье, твое девство нас уберегло

От мытарств гонимых зол, спасло нас Божье произволенье,

По милости великой спасенья сотворенье, позволь мне ныне

Струи слез утереть твои в помине, обрети меня

Ибо на земле не ведал ты любви моей огня, вот мои глаза,

Смотри, в них ожесточается гроза, не холода, восторга,

Нет в сердце торга, лишь ты избранник мой, древо крон моих ”.

“Мне не снятся сны, но это будто сон, Творец создал тебя,

Но как бы я хотел Его опередить, творя, мне не избавиться от мысли –

Ты Его, ты не моя, очисти от зависти мой дух

Надменный, прах презренный твоей любви не стоит.

Кто желанья в сторону уводит, сомненье может быть.

Позволь искренно раскрыть мои смешенья,

Треволненья, мне непривычно слышать от тебя слова любви”.

“Закрой глаза” – и я прикрыл свои очи. – “Теперь вдохни” – и я вдохнул.

Ощутил блаженство я – “Любимая, ты где?”

“Внутри твоей души, я везде, где душою ты творишь,

Когда ты спишь, я колыбельную тебе пою,

Где ты стоишь, там я стою”. “Вот где оказывается ты,

В пределах темноты ты свет моей души”.


XIV.


Поначалу замыслил я начертать трагедию, облик тени, в которой есть счастье первого взгляда, рождение любви, создание идеала живущего внутри и вне меня, в Деве заключенного и ею являющего по рождению ее. Затем плавно текут болезненно любовные страдания, ибо Дева не любит меня, либо запрещает сердцу своему любить. Кульминация наступает, минуя многие лета, когда я в открытую трублю громогласно ей о чувствах своих великих, но она отвергает меня, она являет свои мерзостные взгляды на жизнь, чужие воззрения – потому что ее личностный светлый дух не способен создать нечестивое, жалостливо мне тогда, невозможно дышать от боли в сердце неспокойном. Так остается любящий человек в одиночестве с желаньем умереть, более не мучиться желаниями воспламенить в Деве взаимность, которая видится невозможной в сем мире. В одиноком унынье проистекают лениво дни жизни его, в то время как Дева счастлива без него, жадно пьет жизнь в веселой юности, и теми радостями ложными покрывает морщинами порока чело свое некогда гладкое и невинное. Так виделось мне сей повествование скорбное о реальных событиях. Но не призван я служить тьме, посему пришло мне откровение, Провидение явило милость мне, глас вышний изрек внутренне мне – “Девство охраняй свое, будь мудр, ибо ты есть познавший любовь – твои творения есть плоды ее, так пиши, пусть люди учатся терпенью и неосужденью, ибо, сколько ты мог бы хулить Деву, обличать ее, в разочаровании и огорчении составил бы славу ей дурную, но вместо сего ты Благородной нарек ее, ты учил ее Истине, словно позабытой ею, освяти память ее любовью своею. Сохраняй девство свое целомудренно, и то сокровище спасет ее, девство есть символ любви истинно нетленной, будь достойным любви своей. Надежду сохраняй о единенье вашем Небесном”. “Девство – ныне моя любовь и поклоненье. Но видно буду я судим жестоко, раз Дева не внемлет словам моим, не могу я проповедовать должно учение Твое, однако верю я не напрасно я творил так много, в ней семечко добра я посадил, кое взойдет однажды, расточится всяко зло тогда, праведницей нарекут ее, и я ослепну в свете святости ее”. “Ведаю я, ее развратили люди грешные, оправдывающие беззакония свои, но чиста она, да покается она, тогда будет чистой, в чем мне укорять ее тогда, Дева будет обличать меня” – так глаголал я в душе Провидению, созерцал жизнь свою в целомудрии – о мученическое бремя.

Ибо пламень юности возгорается с каждым годом все сильнее, много воды слезной приходится лить на то пепелище. Но любовь убережет меня. Девы сторонятся меня – и то есть благо, ибо ощущаю я, если хотя бы одна пожелает прельстить меня, то либо паду я низко, покорюсь ею, либо в кротости отрину все потуги ее прельстительные. Настолько сильно во мне желанье заговорить с девой, коснуться ее, принять обращение ее ласковое, что Господь даровал мне Деву, как образ девственный, очищающий все иные образы.


XV.


Помнится памятной памятью сердца, как Дева одухотворенно садилась возле меня во время учебных занятий, то совместное нахождение за одной партой, как бы являлось тогда единением нашим содружественным, она столь трепетно близка, так приятно сей внимание оказанное.

О сколько секунд, сколько мгновений помнит взор мой, как Дева входила в помещение, явление то будоражило сердце мое, как утренний светоч бороздит темные пространства, так она освещала собою всё сущее, сколь утопично было слышать голос ее несравненный, и я с жадностью поклонника впитывал каждое слово ее, каждый кусочек жизни ее.

Дева сложная натура, может быть, поэтому временами непредсказуема, на вопрос она способна ответить да, или же нет, но чаще изъясняет третий вариант, например молчание, отвержение самого вопроса или смена темы, или устранение самой ценности вопроса. И сей третий ответ, всегда неприятен мне, ведь корень его есть безразличие.


XVI.


Отсутствие в Деве чувств ко мне доказывает отсутствие такта в речи ее разговорной. Она ведает о моей величественности изъяснения при серьезных темах, но не желает остудить меня, охладить словом нежным. Вместо того, она говорит со мною словно с вещью бессердечной. Она не проявляет женскую снисходительность или покорность, а пишет свои краткие мысли, состоящие из двух трех слов, навеянные чужими заблуждениями, и я тогда крушу их, воспаляясь. Она, под действием силы моей становится податливой. Однако желаю я быть кротким, быть восхищенным в речах, а не властным. Если бы были в ней чувства, то оны бы думала, прежде чем писать что-либо, прежде чем молчать, она бы сканировала мое душевное состояние, мое настроение, и говорила посему в меру положения вещей сердечных. Но бесчувственно пишет она мне, нисколько не задумываясь о последствиях слов своих. Подозреваю я тогда, что если оставлю я ее, перестану писать, то Дева вовсе не вспомнит обо мне, как о случайном прошлом. Потому стремлюсь я к ней, и она обращается ко мне, покуда я стремлюсь. Покуда Провидение не оставило нас.


XVII.


Укорите меня глаголя – что ты поучаешь Любимую Деву свою, призываешь ее к добродетели, пытаешься изменить ее, воззрись лучше на самого себя. Отвечу вам – я так и поступаю, ибо она есть я, мы единое целое, и если меня мучает страсть, я борюсь с нею, призывая Господа на помощь, также и страсть Любимой – моя страсть, я борюсь с нею словом. Я не смею осуждать вас, но смею осуждать пороки ваши, но себя я осуждаю, ее понуждаю отвергнуть всё злое. Мы есть едины, посему не разделяйте нас, посему не могу я со спокойствием взирать на ее страдания, кои пытаюсь я облегчить словом и обликом жизни своей.


XVIII.


После сего бурного выплеска безразличия ее ко мне, страшусь я сильно искушения, ибо обида велика моя, если подойдет ко мне дева с предложением общения или более того предложит погулять, то смогу ли я отказать ей, устоять пред сим искусом, смогу ли поведать ей о наличии у меня Любимой Девы, для которой я ничего не значу. Ибо силен во мне голод, женское тепло слова, касанья, успокаивают, но и воспаляют, должно быть, но я возбужденно холоден всегда пред ними. Смогу ли я устоять пред искушением? Я страшусь измены, ибо как начертал Данте в одиннадцатой песне Ада:


“Есть грех еще – ужасен и жесток, –

Он – смерть любви: его зовут изменой.”


Однако благостен Господь, ибо девы не проявляют внимания ко мне, страх тот есть фантазия моя. Но может, сыщется одна безумная, непохожая на других, которая различит во мне нечто человеческое. Но нет, они одинаковы, ибо запрещено им Провидением поступаться ко мне, по слабости моей. Верность моя оттого будет непоколебима, даже когда для Любимой верность моя безразлична.

Убереги меня Господи от искушений сих.


Я плачу, источаю горесть, осознавая – она не желает встретиться со мной, пребудет ли ко мне. Но верю, встреча наша состоится на Небесах. Сколько мне ожидать сего свершенья, сколько: день, год, десятки лет. Я ведаю, что не должно торопить жизнь, не должно просить у Бога исход, но в разлуке быть, значит иметь желания. О, эта трагедия жизни моей, когда же окончишься ты, когда перестану я слезы источать впустую, оные жгут мне очи и сердце содрогают.


XIX.


Величаю Любимую Девой, по любовному искреннему видению ее, ибо верю я, она невинна в девственности, нецелованны ее уста, и никто не надругался над нею. По чистоте своей кротка она, посему страшится выказать мне чувства свои, отчего воображается мне, будто холодна она, но верю я, однажды Дева отворит мне сердце свое. И сей книга станет ключом к сердцу ее.


XX.


Творческим чувствованием ощущаю я, что сие есть стоны сердца, фрагменты мыслей, кои не обладают полноценностью творения, посему вынужден я начертать наглядное сочинение аллегорическое, сердечное песнопение, дабы в очередной раз запечатлеть слепок души своей на страницах сих, на суд ваш. Многое предрекаю, станется невнятным вам, как впрочем, так и должно произойти, ибо любовь не поддается разумению, язык сердца безмолвен, а безумное сердце еще вдобавок и слепо. На сей раз не жажду я понимания, но слушания сострадательно страдательного.


2012г.

## Муки гения


Терзание души моей и сердца,

кое позволительно читать лишь мне одному.

Я помещаю в книгу свои горестные мысли и чувства,

дабы они заключились здесь навечно

и более не посещали меня.


I.


При наших восхитительных встречах я, блаженствуя, чувствую, что так будет на протяжении всей нашей жизни, ибо мы никогда не расстанемся, и я самонадеянно забываю упиваться тем ускользающим моментом, потому что настолько безмерно счастлив, что и помыслить о предстоящей разлуке не смею.


II.


Я ощущаю убивающее разочарование, я разочарован не тобой, а собой. Оказывается, мои творения не столь гениальны и божественны, чтобы создать в тебе животворящую любовь, мои творческие деяния не могут почитаться подвигами, ибо ты отвечаешь на них безразличием, мои слова бессовестно пусты, раз ты не желаешь ответить мне взаимностью.

(Я частично не прав, ведь мои творения невольно почти незаметно благотворно воздействуют на тебя, заглядывают в твою измученную душу, а мои романтические поступки всегда обретают благодарность твою, внимание очей и даже поцелуй за посвященье. Словеса мои истинны, искренны, всегда правдивы, поэтому весьма жестоки по заключенному в них смыслу и невоздержанью чувств, порою небесно величавы. Ты не желаешь огорчать меня роковым словом, огорчительным ответом, ведь вопросы мои и так чересчур печальны. Воистину всё имеет смысл, каждое наше действие содрогает жизнь. Я есть в твоей жизни, и ты в моей и это не бессмысленно, это очень важно)


III.


Ты либо сломала мою жизнь, либо спасла.

(Спасла сломав)


IV.


Ты обрекла меня на одиночество, неужели тебе приятно видеть меня несчастным, неужели тебе доставляет удовольствие разрушать мою жизнь, убивая меня, терзая мою душу.

(Сей мысленные строфы признак остывания сердца, кое всегда необходимо перебарывать любовью и состраданием)


V.


Творя свою первую целомудренную книгу, я с нескрываемой уверенностью предполагал, что весь суетный мир не примет меня и творение мое отвергнет, я думал – пускай, пускай люди презирают меня и изгоняют из стадного общества своего. Ты одна меня поймешь, ты примешь мои помыслы высокие, мое державное восхваление девственности, протесты против насилия и о том, что любовь одна и на всю жизнь, так надеялся я безмерно. Как я мог ошибаться? Ты также как и другие отвергла меня, отвергла мои мысли непостижимые, даже ответила мне, используя доктрины современного цинизма, непотребной по смыслу низостью, тем богопротивным мировидением против коего я творчески выступаю. О, тебе не представить, не ощутить как было больно мне, когда самый близкий и дорогой мне человек, вот так легко лишает меня последней надежды на понимание того чистого добра, которое я столь истово проповедую.

(В тебе также и как в любом другом человеке происходит внутренняя борьба добра со злом, потому, когда врожденное добро омрачается пагубными прилепившимися явлениями сего мира, тебя мучают омрачающие душу сомнения, ибо протестная юность еще не миновала, поэтому любое вмешательство в твою личную жизнь, ты воспринимаешь в штыки. Но со временем ты осознаешь, сколь верны мои писания, ты примешь мои истины, ведь я даровал ту книгу тебе, ты первая кто ее читала, значит, для тебя я создал ее, для тебя меня вели и вдохновляли, ради тебя я испытывал несоразмерные с моею ничтожностью муки творческие. Сейчас ты не можешь в полную меру оценить мой романтический поступок, но надеюсь, со временем ты поймешь всю ценность моего подвига ради твоего вразумления. Ты, должно быть, видишь в моих творениях только неукоснительную мораль, старческие поучения, но ты отыщи мои сердечные признания в любви, комплименты, романтические чувства к твоему образу, запечатленному в моей душе, мне думается, они согреют тебя остатками моего сокровенного тепла)


VI.


Верна ли ты мне, с того дня как повстречались мы? Верна ли ты мне, как я тебе верен?

(Безусловно, верна, иначе я не буду мыслить)


VII.


Кто виновна в моей нескончаемой печали, в моих горестных слезах, кто виновна в том, что у меня не было отношений с любимой девушкой, кто похоронил мою юность, по чьей вине я отверг учение и сжег свой аттестат и диплом, кто изменяла мне, и я чувствовал те предательские мысли и касания, о как мне больно было, и вся книга лишь малый отсвет той уничтожающей боли, тебе бы вкусить хотя бы каплю того обжигающего яда, которым ты наполняла меня, кто виновна в том что я столь одинок, отчужден, кто виновна в том что я гуляю один, и мне не с кем пойти в кинотеатр, кто виновна в том что я ненавижу себя, презираю, уничижаю, кто виновна, ответь, ну-ну, подумай, ты ее хорошо знаешь, даже очень, вот-вот, тепло, почти догадалась, всего одно слово, о я часто взываю к тебе, я часто мучаю тебя, и ты терзаешь меня, ибо мы одно целое, ну что готова огласить мне ответ, стесняешься, или тебя злит правда, я мешаю тебе жить, о как ты уродуешь мою жизнь, но не будем более томить, давай, отвечай милая, не можешь кричать, так прошепчи, тихо-тихо, ответь – кто виновна?!

(Ты, моя безумная душа)


VIII.


Ты не любишь меня, поэтому я ненавижу себя, поэтому не ценю жизнь свою. Всё могло бы быть иначе, тебе бы только тогда в начале юности ответить мне взаимностью.

(Это мое личное отношение к самому себе, однако, я не часто характеризую себя подобной правдой, обычно я спокоен, я погружаюсь в творение, и полностью забываю о себе. Пускай уродство творит красоту, может быть так и должно быть, лишенный обаяния, я четко вижу красоту людей, красоту окружающего мира, меня не гложет самолюбие, а гордыня моя цепляется не за мою личность, а за мои идеи. В творении моем пропадает и ненависть, и неприязнь)


IX.


Ответь, почему ты такая бесчувственная, ведь ты видишь мои слезы, читаешь мои страдания, но не жалеешь меня, не поддерживаешь, когда меня осуждают? Жаль, что наши отношения держатся на плаву только благодаря моим чувствам, мне приходится вымаливать у тебя встречу, просить о письме, вот перестану я вопрошать твое внимание, и ты позабудешь обо мне. Точно также после того как я даровал тебе свою первую книгу, ты бросила меня, когда я так нуждался в дружеском одобрении, в поощрении. Девять месяцев я писал тебе письма, на которые ты не отвечала, и как это понимать, и как это принять. Я терпел, я не срывался, ведь в сентябре 2011 года пообещал, дал клятву, что пусть первая книга не влюбила тебя в меня, я создам вторую, второй том за один год. И вот, сегодня конец августа 2012 года, я сотворил замысел, но не ведаю как именно, тогда мне казалось это безумием, как впрочем, и сейчас, я не из тех творцов, которые могут дословно представить их план творения, мое творение это духовный порыв, словно я черкаю ручкой, а слова сплетаются по воле Ангела моего хранителя. Я ответственен за сей новосозданные творения, но горделиво сказать и расписать процесс творения я не могу, ведь это таинство непостижимое, особенно когда творю я – бесталанное ничтожество. Картины и книги видятся мне пространными, я смотрю на свои кривые пальцы, и не могу смириться с тем, что это написал я. И вот, рукопись предо мною, сотни листов, исписанные ручкой, осталось только перепечатать текст, что дается мне нелегко.

(Я недостоин и одного твоего слова или взгляда, но ненасытная юность твердит – мало, хочу больше девичьего внимания, и поэтому во мне возникают подобные мысли, кто я в твоей жизни, лишь мотылек, летящий на свет. Мне ли роптать на свою участь, мне стоит только радоваться, что девушка обратила на меня внимание, одарила тремя встречами, даже благословила поцелуем в щеку, но как я ненасытен, а моя книга, это бумага, главное в жизни – наши отношения, они важны, а не похвалы и дифирамбы, поклоны или лесть. Главное дарить друг другу добро)


X.


Я на протяжении семи лет добиваюсь любви Любимой, а мне за семь секунд говорят – ты не так всё делаешь. Как легко люди расправляются с моею жизнью, как легко ее переворачивают, рушат. Видимо жизнь моя не имеет какой-либо ценности.

(Люди просто видят жизнь иначе, чем я, они привыкли видеть полноценные пары, отношения которых завязываются легко и непринужденно, но у нас другая жизнь, другие отношения, и чтобы вам судить о нас, вам придется постичь все наши мысли, чувства, речи, переживания, поступки, познать наши слезы и улыбки, и постичь замысел Божий, и только после этой малости, вы станете достойными говорить о нас. Но вы словно психологи дрейфуете по поверхности, говоря стереотипные аксиомы о ветреной молодости, якобы я также как другие должен постигать женщин. Но я у меня есть любовь, которая высоко высится над всеми вашими суждениями, которая гениальна, и как всякий гений, она непостижима)


XI.


Когда я встречаюсь с Любимой, из-за моих признаний, восхищений ее красотою, моих сердечных воздыханий, встреча походит на романтическое свидание, но в Арине будто появляется некое отторжение, потому что в ней нет любви ко мне, потому что не я ее возлюбленный, я как бы некая пародия. Может быть, она даже считает, что я играю, поэтому она так спешит со мною расстаться, поэтому так не торопится вновь встретиться.

(Я пробуждаю в ней сокрытые чувствования, которые мне прекрасно видны, она стесняется их или даже страшится тех странных душевных ощущений)


XII.


Если бы я тогда прошел мимо тебя, не заметив, ты бы окликнула меня, погналась бы за мною?

(Наша божественная четвертая встреча состоялась. И этот вопрос уже не имеет какого-либо значения)


При наших встречах ты просишь меня не молчать, однако сама не торопишься отвечать на мои признания и пропускаешь мои письма, будто они пусты, неужели я изливаю душу зря.

(Я выплескиваюсь в малую меру своих чувств, но и это оказывается слишком тяжелым для твоего восприятия, таково мое бремя – пространно изъясняться, но я жалею тебя, пишу весьма нежно, усмиряю слог, и ты читаешь, чего же еще мне надобно, ты ведаешь, и это главное)


XIII.


Сегодня я посетил ту остановку, где мы повстречались этим летом, я сидел и плакал, мне было радостно и одновременно грустно. Тогда я осознал, что буду часто сюда приходить. Оказывается, я живу прошлым, ведь настоящее ты мне не хочешь даровать. Я вижу, как мимо меня проходят пары влюбленных, а я сижу на скамейке и разговариваю с призрачным видением. Они улыбаются, а я плачу. Они хотят жить, а я хочу умереть.

12.08.2012г.

(Одиноко мне порою бывает, но во мне нет той уничтожающей зависти, ведь и у меня имеются радости воспоминаний, я навещаю места, где они явились мне во всем своем великолепии. Твой облик благословленный согревает меня несоразмерно заботливо)


XIV.


Места наших встреч мои любимые, я гуляю как всегда один и посещаю их, те памятные мгновенья счастья хранят память о нас. Путь от кинотеатра до центра города, скамейка возле подъезда твоего дома, место твоей работы в Москве, и остановка возле театра. Вот четыре облика моих скромных радостей.

(Здесь можно поставить многоточие, о, сколько их еще будет…. Все достойны упоминания и восхваления)


XV.


Вот вторая книга сотворена мною, ради создания любви в тебе, Арина. Ради воспламенения любви ко мне, те нежные чувства, дабы мы полноценно обрели друг друга в таинстве венца. Но если и в этот раз ты отнесешься к книге посвященной тебе с безразличием, то такого удара я уже не вынесу. Если гений не смог оживить тебя, то никому из смертных то неподвластно. Значит я еще один год или более года, думал о тебе, писал о тебе никчемно, страдал, о как я мучился, я грелся тем огоньком, что ты мне даровала последней встречей, я обманывал себя, будто им можно согреться, его можно назвать обычными отношениями любовной пары, но дрожал от холода и любовного голода, писал неустанно, надеясь совершить вторую попытку покорить твое сердце. Я отдал на это годы юности, вот уже четвертый, вот уже на подходе пятый. Видимо для тебя я никто, ведь ты не желаешь хвалить или осуждать мои творения. Кто тебе будет посвящать книги и картины, кто? Только я один. Но ты не ценишь то, что даруется тебе. О если бы ты любила меня, вдохновляла каждодневно, а не раз в год, то и предоставить невозможно насколько велики были бы мои произведения. Но ты видишь меня ничтожным и слабым, и тебе нравится видеть меня таковым, ибо ты ничего тогда не теряешь, и ты желаешь видеть мои творения ничтожными, дабы они не создали славу тебе как о деве, не позволившей гению воспарить в полную мощь таланта своего, как о деве жестокой и бессердечной. Но иная слава достойна тебя, и те помыслы отчаяния сокрушают душу мою, они лукавы, ибо они содрогают меня утробно, приводя в отчаяние с одной единственной целью – погубить меня, они призывают меня к самоубийству, и как видишь, я попускаю их, но вовремя останавливаю. Оттого я много страдаю. Надежда подкрепляет силы мои, ибо вот вторая книга создана, и, познав ее, ты, Арина, полюбишь меня, обратишься ко мне, и более не расстанемся мы. Для этого я творил, для этого я жил. Но если откажешь ты словам книги сей, то ты лишишь меня и творения, и жизни.


XVI.


(Немыслимая глупость. Ты вольна поступать, как велит твое сердце, как подсказывает тебе твоя совесть. Я не имею никакого права тебе приказывать, осуждать тебя или поучать тебя, более чем ты можешь принять. Помни что в твоих руках всего лишь мое бесславное творение, не надо вешать на меня всевозможные ярлыки, не надо думать о моем будущем, не надо завидовать мне, ибо я творец создавший сей книгу, который любит тебя, и не более того. Я обращаюсь к тебе, к живому человеку, столь дорогому мне, открываю для тебя душу, чтобы ты помнила меня и любила, как заповедовал Спаситель.

Вот мои безумные страдания, вот и мои здравые рассуждения, когда стихает тот мученический штиль. Прошу, не огорчай меня больше, дабы я не портил бумагу столь неуместными мыслями. Я люблю тебя, вот что всегда должно жить во мне, вот что должно будоражить душу мою. Я видимо чудовище с человеческим сердцем. Я видимо в очередной раз огорчил тебя, но не надо хмуриться, улыбнись, и я, минуя расстояния и миры, улыбнусь вместе с тобой)

2012 г.


Прощаю тебя, Арина, отныне и навсегда.

12.01.2013г.

## Нецелованный девственник


Ваш род на мне пресечется, но многочисленное духовное потомство моё не исчезнет с лица мироздания, ибо, где душа – там и бессмертие. Отныне нисколько не ожидая земных почестей, людской славы, поощрений чужих умов, приложу руку творческую свою к бумаге не ради начертания умозрительного воспоминания облаченного в словесный образ, но любо мне в нынешние свои лета, осмотреть жизнь свою, дабы отыскать в самом себе одно ярчайшее богатство, достойное более восхваления, чем мои художественные и автобиагрофические произведения. В свои двадцать четыре года поразмыслю о девственности своей и подобной ей добродетели – нецелованности. Потому-то и зовется сей произведение – нецелованный девственник, ибо я оным и являюсь.

Вот двадцать пятый год живу, я отвергнут всеми девами, коих я нарек музами, ни одна дева не полюбила меня даже не выказала малейшую симпатию, посему я смею лишь мечтать о свидании, тем паче о супружестве. Но помимо сих горестных размышлений и радости посещают меня, я преисполнен ярчайшими мимолетными воспоминаниями и непокорными мечтаниями, мне дарован земной живой образ целомудрия, она кротостью и силой духа призывает быть стойким в девстве, быть достойным и невинным. Она учит не словом, но собственным образом. Внешняя чистота покоит душу, а внутреннее убранство облагораживает телесную красоту, ибо девственность всему предает истинность, изначальную власть совершенного облика несет в себе оная добродетель, посему дева явленная мне наяву, словно Ангел Господень научающий не растрачивать помыслы свои и словеса на пустое и греховное, плотское. Она истина в простоте, она велика и только я осведомлен об ее величье. Также всечасно напоминает – кто я есть, кем мне суждено быть во веки вечные.

Мне радостно примечать свое сходство с ребенком, я подобен ему, за некоторыми исключениями, я подобно отроку любуюсь миром невинными очами, не видевшими наяву женскую наготу, нецелованными устами произношу имена миров, бесстрастно наблюдать за течением жизни и должно быть сие есть райское блаженство. Сколь блаженно не ведать искушения порока, сколь велико благо видения непорочной девы. Но я не могу сравнивать себя с девушкой, ибо ее чистота куда более моей, так свет разнится по яркости, силой освещения.

Сколь радостно в девстве чувствовать и осознавать себя готовым к таинству венчания, к бракосочетанию, ибо только девственник может создать семью, только девственный юноша и девственная девица могут обвенчаться, только такой союз является верным и праведным. Девственность это прежде всего уважение и самоуважение, забота о теле и душе, посему потеря невинности это надругательство над плотью и душой, нарушение целостности, отвержение чистоты, это истязание и сравнимо с убийством, только в законном браке сие происходит ради благонравной цели – деторождения, что в некоторой степени оправдывает соитие супругов, ибо они одна плоть по слову Божьему. Но не о том хотел бы я поведать вам, а о радости обладания девством, когда душа лишена порочных помыслов и мечтаний, когда тело трудится в мире, не возбуждаясь и не страшась физического соблазна, прибывает в истине жития, сие есть радость безупречности, спокойности, благости. Сравнение с другими доказует исключительность мою, ибо девственность признак гениальности, впрочем, сам гений дитя девства, красота лишь там, где невинность, а где порок там нет красоты и таланта, таковыми бесхитростными формулами обусловлено мое мироздание, которое подвергается частым нападкам со стороны соблазна обольстительных видений и картин, оные химеры рассеиваются образами святыми и светлыми, один облик целомудренной девы способен победить сотни бесстыжих пародий на красоту.

Я нецелованный девственник и тем горжусь. Столь красноречиво оповестил я миру об истине в добродетели.

В оные лета тяжело душевно и телесно переносить страсть сию вожделения, она мешает мыслить здраво и творить запрещает, как бы обращая всё внимание на красоту женскую, отчего забываешь о предназначении своем, не ощущаешь в себе сил творческих, ослабеваешь и каешься ежеминутно в постыдных фантазиях. Однако не скрою, что мне довелось касаться до рук музы, должно быть более десятка раз неловко задевал поверхность кожи, отчего испытывал удовольствие, но не страстное, скорее умиленно-нежное, безусловно столкнувшись с женщиной, можно вообразить и более обширную ласку, вот почему добрачные прикосновения нежелательны, ибо дразнят плоть, порою стремление сочетаться законным браком может быть обусловлено скорым желанием постичь деву, что неприемлемо. Здесь же стоит напомнить, о том, сколь радостно быть с девой и знать что мы девственно чисты, наша дружба не омрачается страстями и похотью не искажается, даже могу высказать такой вывод, что венчание позволительно только такому девственнику и такой девственнице, дружба считается правильной лишь между девственником и девственницей, оные видения есть мой естественный закон мироздания и миропонимание мое в оной сфере взаимоотношений. Безусловно, и с другими людьми общаешься и взаимодействуешь в различных поприщах, однако всегда чувствуешь и осознаешь себя среди них чужим, доподлинно зная, что они лишены добродетели девства, они не борются со страстью, а потакают ей, нередко хвалятся ею, я же, напротив, осуждаю оные злодейства, отсюда возникает постоянная невидимая конфронтация, заканчивающаяся моим уходом из подобной среды.

Мне доподлинно известно вся благость девства и мученичество, ибо я не нахожусь в заточении или же в пустыне, живу среди дев и несколько раз они бесстыдно предлагали себя словом и взором, но я отказывал им, нисколько не жалея о своем решении, судьбоносном подвиге во имя добродетели.

Девственность украшает, когда видишь деву, то естественным образом величаешь ее невинной, ибо ей должно таковой быть до замужества, но если узнаешь об ее нечистоте, то несомненно улетучивается всё очарование девушки и даже девой ее с трудом можно назвать, сама красота есть безгрешность души и тела, а всё пошлое и скверное от помрачения очей. Но я счастливец, которому Господь даровал музу, показал истинную красоту девичью, сия девственница возродила во мне умиление и сентиментальность, она вернула моим глазам эстетическое зрение, а душе надежду на спасение. Ведь я отныне не один.

“Помни муза, что твоя красота в твоей невинности, миловидность в неиспорченности, мудрость в девстве, характер в кротости и смирении, и если ты однажды потеряешь девственность свою, если ты познаешь все пороки мира сего, то ты утратишь себя, ты станешь безынтересной для меня, ты станешь частью толпы в которой меня нет. Для чего ты живешь, ради счастья близкого человека или для своего? Что изберешь ты, божественное предназначение или мирскую суету нацеленную на обогащение?” – так думал, так я вопрошал в душе своей и был, безусловно, прав, ведь такой выбор ей предстоит совершить, быть странным изгоем, либо быть как все, я лично избрал быть собой, а она, пока доподлинно неясно, но время покажет, останусь ли я в мире один или буду с нею во тьме зажигать светильники добродетели юности проповедовать не оными словами, но самой жизнью благочестивой.

Этот отрывок из моих воспоминаний весьма примечателен, в нем зиждется не опасение и не предостережение, но чистая светлая забота.

Сегодня на календаре 23 июля, ночью мне во сне предстало ужасающее видение, кошмарное сновидение было явлено мне, настолько реалистичное, что я чувствовал всё по-настоящему, тот страх, то раскаяние, то уныние и ощущение погибели после свершения блуда. Во сне я переспал с незнакомой мне девушкой, по нашему обоюдному согласию то злодейство произошло, и после греха я не знал, как жить дальше, вся моя жизнь словно была уничтожена за несколько минут, все мои творения разом были уничтожены, моя репутация испорчена, мой характер стерт и запятнан, я пал и то падение казалось смертью. Во сне моя девственность умерла. Не передать словами насколько я был счастлив проснуться и понять, что это всего лишь сновидение, которое только укрепило мое целомудрие, ведь оно и есть жизнь. Однако ныне настороженно отношусь к девушкам, зная к какому падению они способны меня сподвигнуть, они опасны и непредсказуемы в поведении, хитры и коварны когда желают приобрести что-либо или кого-либо, не избегать их стоит, но крепостью моральной отвечать на ухищрения соблазнов девушек. Настороженность и прямота жизненных взглядов – вот защита девственника перед блудницами.

Безусловно, все мои писания на оную важную тему, предназначены для тех, кто еще не утратил величайшую добродетель, для тех, кто сохранил девство свое во всю жизнь, либо до честного брака, либо в целомудренном браке не посмел нарушить обет данный Богу, именно для них мои рассуждения и наказ собственной жизни, ибо блудники не поймут меня, не примут, не смогут сопереживать сему. Но напомню о той правде, что я являюсь примером слабым, ведь девственность святых людей куда ближе к народу, знатней и выше по духу, отчего я меркну в свете их славы, и вижу себя черным от сажи грехов своих в сравнении с их благочестием, а сравнивать себя, как и полагается мудрому человеку, нужно только с великими. Но это не значит, что мои литературные труды напрасны, отнюдь очень даже необходимы нынешнему поколению, которое в большинстве впало в заблуждение, которое говорит о якобы естественности сего акта, о свободном выборе человека и равенстве выбора, которые малодушны и глупы, слабы по духу, раз объединяют добро и зло в единое целое, несовместимое совмещают и оттого их взгляды на жизнь уродливы, ибо всякому человеку должно знать и помнить о естественности добра, а точнее о сохранении девственности и об отказе от всяческого прелюбодейства, и противоположность зла, такого как блуда, извращений всяческих, потворство злу уже есть непотребство, вот картина истинной жизни, и каждому молодому человеку то стоит принять, и, помня об этом, не совершать злодейства против своей души и своего тела. Девственность есть дар мужу, девственность есть дар жене. Иные усмотрения бесправны и должны быть искоренены, чему я всячески творчески способствую. Я задумывал здесь писать лишь о себе, но просматривая разных экранных учителей отношений между мужчиной и женщиной, наткнулся на нежелательные для прослушивания рассуждения юной особы, которая очень похожа на многих тех, кто заблуждается, говоря об изменении времен в нравственной стороне жизни, поэтому комментарий для подобного гнусного заявления стал моим долгом, ведь читатель не только желает познать мои философствования, но и ответ на возгласы оппонентов. Насчет равноправия полов я отвечу так: равны в величии девственность мужская и девственность женская, сие добродетель величественна в любом возрасте и в любой жизни, посему оный дар Божий, уникален и неповторим, притом дан всем людям как образ ангельский.

Сколь радостно прибывать в обществе целомудренной девы, сей времяпровождение тренирует самообладание, решительность в вопросах веры, и уважение столь любимого мною существа. Велико в те мгновения желание прикоснуться к ее рукам, либо волосам, коснуться не грубо, но нежно, облобызать как супругу, но нельзя, но запрещено, ибо она не является таковой. Необходимо с изрядным постоянством помнить о целомудрии, что означает – не помышлять о страстном и греховном, взгляни и ты поймешь, она не заслуживает дурного обращения даже в помыслах. Ее уста прельстительны, но чисты, ибо нецелованны, сколь и мои губы незнающие поцелуй девы. И сия добродетель велика и почтительна мною, мне радостно величать ее истинной девой.

Однако что видим мы повсюду? Добрачные поцелуи почитают обыденностью, пропагандируются с древнейших времен, особенно в нынешнее время, отчего молодые люди в большинстве своем разнузданно развращены. Само слово “единственная” утрачено из сердец и лексикона, теперь многие уверены в том, что всё можно заменить, и с таким лукавым подходом они относятся к отношениям между юношей и девушкой, любовь у них многолика и без уникальности любовь перестает быть чем-то великозначимым, и становится ничем, но чаще телесной страстью. Посему всякому здравомыслящему человеку должно напомнить об изначальной добродетельности любви, посему непотребства ваши не являются проявлением чувств, но грехопадение в вас укореняется. Храните тело в чистоте девственной и всем напоминайте о правиле целомудренной жизни.

В супружестве венчанном девственность, безусловно, утрачивается, впрочем и уста становятся целованными, ибо до брака те были таковыми, и в том нет греха, но и добродетели также нет, ведь соитие для зачатия и последующего деторождения и то по сути естественно для мужа и жены, ибо они благословлены Богом. Супружество разрешает соитие, но только для девственных людей, иные без разрешения законного лобызаются и потому лишенные благословления, не познают радость супружества, ибо союз скрепленный грехом обречен на расторжение и несчастье. Только целомудренное венчание приближает людей к счастью, основой коего будет целомудренная любовь.

Доподлинно неведомо что уготовано мне судьбой, буду ли я нецелованным девственником во все дни жизни своей, либо скреплюсь таинством венчания с музой, неведомо каков мой путь, но ныне я пишу сие писание стоя на перепутье, ибо многое зависит от решения девы, однако и я также наделен выбором. Практически целый год я записывал сюда свои мнения и жизненные усмотрения, вот приблизился двадцать пятый год моей земной жизни, и я с непоколебимой гордостью могу величать себя нецелованным девственником, в этом году я повстречал удивительную уникальную девственную девушку, ту, которую я нарек в помысле своем Ангелом Целомудрия, и она хранила меня, не покушалась на мою честь, потому что чиста телесно и душевно. Не каждому посчастливиться встретить на своем жизненном пути подобное благочестивое создание, но я надеюсь каждый прочтет сие девственное творение пера, которое держит рука не касавшаяся страстно до тела женского, на оные строки взирали очи не видевшие воочию обнаженное женское тело, а значит, сим словам можно довериться, ведь они жизненно правдивы.


2014 г.

## Случайный знакомый


К сожалению, я не обладаю даром вразумления

и ты тому доказательство.


Ведь мы несем ответственность не только за тех,

кого любим, но и за тех, кто любит нас.


Обрывком дневниковых тайн станется сей творение, которое схоже с письмом, может быть, потому что оно и является таковым. Сложение слов, художественное преобразование мыслей начнется с того, как я утратил надежду отыскать в Любимой нечто вразумительное. Многие месяцы во мне жила вера в ее сердце, которое пускай тайно, но всё же любит меня и однажды, пускай и в старости, но отзовется на мои искренние чувства, однако всё рухнуло после нашей непродолжительной переписки. После которой выяснилось, сколь холодна и бесчувственна она, сколь я противен ей и не нужен ей, она не любит меня и никогда не любила. Мне невыносимо больно принимать оную правду, труднее только писать о том злоключении.

Оные горести сердечные сподвигли душу мою вспомнить об обещании моем – быть всю жизнь верным единственной Любимой. Словно в забытье находясь, позабыл о верности, о долготерпимости, о снисхождении, и о милосердии. Ведь если я отрекусь от слов своих, то стану лжецом и обманщиком, пускай она меня отвергла, главное мне не отказаться от нее, не сочинительно, но правдиво. Воистину скажут о том, что я заложник писания, и будут предельно правы, ибо я, сколь письма скрепляют печатью, так и я затворяю уста свои и говорю письменностью, которая не угаснет звуком, сохранится на многие лета. Я не вынужденно так поступаю, наоборот, весьма решительно и осознанно, мои дела верностью подкрепляются обещаниями словесными, подобно и словеса защищены поступками любви творческой.

Верность для меня, это прежде всего хранение девственности моей, нецелованности моей, избегание картин и женщин прельстительных, ожидание возвращения Любимой, невзирая на теченье лет, постоянная память о ней единственной, написание портретов и разглядывание фотографий, впрочем, с сожалением, ведь снимки сделаны не мною, и меня нет на них, я не был в те мгновения ее жизни, и о том стоит горько плакать в одиночестве маленькой комнаты. От горьких слез не скрыться, я верен им, по-прежнему непрестанно жалею себя, мне жалко, что она обозвала меня случайным знакомым в ее жизни. Несомненно, она верна своему сердечному избраннику, они помолвлены (хотя длительность помолвки явственно указывает на лживость либо безответственность тех заверений), потому храня ему верность, всячески гнушается моего внимания, избегает меня, не разговаривает, в письмах слабоумна и цинична, тем самым принижая мое достоинство и мою человеческую значимость, отвергает меня, дабы я перестал быть соперником ее жениху. Предельно ясно можно объяснить поведение Музы, однако последствия она не сумела предугадать, скорей всего она жестокосердно желала разбить мое слабое сердце вдребезги, до этого умело заморозив, лишь поэтического сердца возжелала, однако закрывая глаза на правду, именно ее одну и стоит любить, ибо она меньше всех этого заслуживает. Изменить в сторону добродетели возможно только любя, охладить свою любовь означало бы разувериться в Божьем промысле, означало бы бросить ее на растерзание циничного расчета и лживого рационализма, означало бы потерять человечность. Не желая стать предателем, я сколь и всегда буду любить сей вольную и невольную предательницу.

Лучше быть одиночкой в любви, чем ненавистником любви. Временами горестно осознавать, что я не буду любим ею, вся моя внешность одряхлеет, так и не став чьим-то любимым образом, ее не очарует добрая усталость цвета моих глаз, длина моих волос, худоба телосложения, она мною не восхитится, она не полюбит мою грешную душу, мои книги и картины ее не вдохновят, не полюбуется моими естественными добродетелями, не укорит меня за скверные мысли или глупые поступки. Она назвала меня случайным знакомым, чья внешность размыта, мимолетна, малозначительна, чьи слова неразборчивы, чья душа потемки. Впрочем, в сей отчужденности имеются достойные похвалы невольные нравственные замыслы, достойные благодарности поступки, ведь она могла бы коварным образом лишить меня девственности и нецелованности, будучи моей единственной любовью. Любимая в ранние наши года располагала властью надо мной, я мечтал стать с нею одной плотью, но Муза (сама того из-за развращенности не понимая) поступила благородно, не прикоснулась ко мне, не осквернила меня, ибо мы не были женаты, не венчаны в церкви. Впрочем, я бы и не смог лишить ее сокровища девственности, на то способен лишь человек безнравственный и испорченный. Ныне я говорю Любимой о невинности, о чистоте телесной и душевной, и сие странно выглядит, ибо я всегда считал, что целомудрие положено девам проповедовать, девство защищать, но будучи в обществе, нередко вижу сколь утрачена меж ними ценность непорочности, из чего напрашивается вывод – проповедь и учение удел мужчин, исполнять обещание мужское бремя. Потому я проживу свою земную жизнь, любя лишь одну деву, измеряя жизнь не земными мерами, но небесной вечностью заключая свои слова любви в сердце своем, таким обликом исторгну из своего мышления тление, из чувств уберу всё страстное и проходящее, а из воспоминаний постараюсь убрать всё злое, и самое главное, мне необходимо простить.

Некоторые люди могут разговаривать на многих языках, но думают при этом на одном. Подобно и я могу беседовать со многими девами, но размышляю любовно только об одной единственной. В сей цитате нет разжигающего блуд подтекста, имеется ввиду исключительность Любимой и возвышение оной над всеми прочими.

Встречались ли мы, любили ли мы, насколько были целомудренны, Господь рассудит. Я останусь при своей исключительной правде, она же со временем образумится. Однако время ранней поры упущено, когда должно создавать семью, и обзаводится наследниками, и на примере моей возлюбленной деве, каждый сможет узнать сколь судьбоносен выбор человеческий, сколь важен каждый поступок, одним отказом можно пресечь весь род, одним капризом изменить всю жизнь человека. Живой пример куда более вразумителен, нежели вымышленный, однако лучше бы не было дурных примеров. И надеюсь, я не стану одним из них, я исполню обещанное с должным усердием и прилежанием.

Ныне мне вспоминается таинственное мгновение рождения любви во мне, когда я увидел затылок ее прелестной головки, плечики, спинку, она сидела напротив меня, и я не видел каково лицо Арины, вдруг она не отличается от прочих красотой и невинностью – сейчас я мог бы вложить в свои тогдашние помыслы сей глупость, но почему-то я не сомневался в ее уникальной созданной лишь для меня красоте. Я влюбился с первого взгляда и все мои последующие взоры лишь множили растили любовь к ней, единственной и неповторимой. Более прочего восхищения, сердцем почувствовал что я буду любить ее всю жизнь, в пятнадцать лет никто так не помышлял, но я знал наверняка, что сие неизбежно, эта обреченность не пугала, наоборот воодушевляла, стала радостью, я предвидел сколь трудно мне будет поступиться к ней, и скорей всего мы никогда не будем вместе, одно ясно точно – я ее не оставлю никогда, пускай меня нарекут безумцем, любовь всегда безумна, для тех, кто никогда не любил истинно, иным словом целомудренно. Пускай она назовет меня случайным знакомым, я буду звать ее Любимой.

Она обрекла меня на внешнее одиночество, когда я нахожусь посреди пар влюбленных, ощущаю себя лишним, конечно, я могу представить Любимую рядом с собой, могу высказать ей все свои мысли, но окружающие меня люди узрят в том признаки сумасшествия, вот, она еще сделала меня безумцем в глазах людских. Мы не были похожи на те пары, которые я знаю, мы были бы целомудренны, мы бы не касались до друг друга, не целовались, не обнимались, лишь с невинной нежностью во взорах любили, мы не были блудниками, да, мы бы походили на других, но отличались в то же время. Мне остается только грезить о невозможном, в том виновна только она, ибо она так решила. Я непрестанно верен Музе, потому сторонюсь каждого задевания, невольного касания дев, я отхожу в сторону, отпрыгиваю, убираю руки за спину, ухожу, отказываю, сторонюсь, сжимаюсь и защищаюсь, безмолвствую, и всё сие ради исполнения обещанных слов. В то время как я весьма чувствителен к каждому прикосновению, потому осторожен до предела, пусть знает ныне сколь мне нелегко, сколь горестно быть в любви одиноким, без Любимой девы жить, видя лишь чужое счастье. Неужели они более гениальны, нежели я, ужели их книги романтичней и божественней моих, неужели их картины живей и краше моих? За что им такая милость, а мне такое наказание? Но верно сказано – кого более люблю, того более наказую. И в том она изрядно преуспела.

Она отыскала своего любимого, мне что с того, мне одиноким быть всю жизнь, справедливо ли, воистину справедливо, если вспомнить насколько жалок и ничтожен я, сколь уродлив и глуп, не мне мечтать о счастье, того я недостоин, но забываю, и вновь грешу сердце мучая мольбами.

Смею писать о верности, но если не взаимна она, то по естеству слаба, подобно и любовь неразделенная немощна. Мне известно сколь она неверна и стоит ли мне быть послушным той, чья красота и ум преданы другому, не будет ли сие преступным посягательством на брачное житие? На оные вопросы придется ответить, разумея прежде всего о высоком, а не о низменном. Итак, верность тогда благородна, когда добродетельна, если поставлена задача исправить блудницу верностью, это хорошо, если ради будущего семейного счастья, тоже хорошо, но если она уже обручена, то кому буду верен я, чужой жене, и это плохо, в том нет благого усмотрения, то бесцельно. Сие не означает, что мне положено и разрешено немедленно обращать внимание на других дев, сие разрешает быть мудрым в выборе, безусловно, я не могу представить себя с другой, наедине, либо в обществе, но и ту единственную представлять грешно, ибо она чужая жена. Так заповедует Господь, нельзя желать чужую жену, заповедь запрещает сладострастно помышлять, посему да буду я всегда короток и девственен.

Надо также помнить, что мое слово обещания верности было дано деве свободной, оными словами я указывал ей на свою искреннюю серьезность намерений, но ныне, когда она несвободна, слова мои утратили силу, ибо той девы уже нет, но есть другая, чужая, ее жених произносит словеса верности, мне ли уподобляться ему, мне ли заключать обет на пустом месте, не мне, но ему следует быть верным.

Той девы уже не существует, она осталась в моих воспоминаниях, и я храню их как зеницу ока. Вот расписал я себе сколь необходимо глубинно взирать на повседневные дела, на помышления речи, сегодня поступаешь так, завтра иначе, ибо трезвеешь, вразумляешься, прозреваешь. Вчера был безоговорочно верен, завтра задаешься вопросом – кому верен, и вчерашнее стремление обрывается, пускай она однажды придет ко мне, но постыдится тогда, не моею верностью, но своею неверностью. И чтобы многие не посмели бросить в меня осуждения, я продолжу жить одиноко.

Одиночество мимолетно. Достоверно знаю, что в этом мире нет ни случайностей, ни знакомых, но есть провидение, соединяющее людей незримой нерасторжимой верностью судеб, есть любовь, которая сокрытое делает явным, земное делает вечным, простое мудрым, любовь преображает всякий дорогой сердцу образ.


2015г.

## Письма безвременной памяти


После многих попыток застать Любимую дома, я, отчаявшись, принялся поздно вечером сочинять четвертое рукописное письмо Арине, ибо до этого отправил по почте три любовных письма, думая, что на этом остановлюсь. Но вот я вновь черкаю на бумаге излияния очей и сердца, однако донесся звонок. Я ответил, и то была Арина, она остановила мое писание, ведь отныне возможно говорить напрямую, а не посредством рукописей. Затем она обращалась ко мне с помощью смс сообщений, кои я дословно приведу здесь, лишь с незначительным редактированием. Свои же строфы мне видятся неуместными, ибо удалены мною с мобильного телефона, к тому же они были напечатаны латинскими знаками, поэтому весьма неудобочитаемы и не столь важны. Впервые девушка общалась со мной, и я сохранил ее письма, зная, что технике свойственно ломаться, посему позволю себе дерзость сберечь осколки незабвенного прошлого в сей книге.


Письма Арины:


03.10.2010 20:19


Так себе, ничего хорошего, я немного простыла очень устала, сейчас еду во Владимир на выходные.

__________


03.10.2010 20:56


Привет, как дела?

__________


03.10.2010 21:17


Мне нравится твой подход, очень вдохновляет)… извини, если я тебя отвлекаю… но мне ехать еще два часа и книжку читать надоело, вот я и подумала что ты со мной пообщаешься по смс…

__________


03.10.2010 21:21


И кстати, что у тебя такого плохого случилось недавно, что ты в унынии?

__________


03.10.2010 21:38


Э. Ч. французский философ, всю свою жизнь писал о самоубийстве, но умер своей смертью в возрасте восьмидесяти лет) один из моих любимых писателей. А ты любишь литературу? Если да, то какую?

__________


04.10.2010 11:27


Спасибо на добром слове) я, кстати, разочарована изначально во всем и вся и не строю иллюзий в принципе) а состояние когда не можешь связать и двух слов мне знакомо, так же как неприязнь к себе, я не люблю когда люди говорят слишком много, когда ждут какой-то реакции, у меня слишком мало сил и желания внимать в тупую болтовню, я бы с радостью ограничила свою жизнь затяжным молчанием, как-то так)

__________


04.10.2010 11:33


Слушай, а что связывает твою любовь к классической литературе и меня??! Книги занимают большую часть моей жизни, но разве это как-то бросается в глаза??

__________


05.10.2010 10:34


У меня аналогично болит голова благодарить меня не зачем и не за что, лучше скажи, как ты добрался до дома?

__________

12.10.2010 08:10


Привет! У меня всё хорошо, просто деньги на телефоне закончились, и я не могла сразу ответить. Как твои дела?

__________


12.10.2010 21:31


Извини, что пишу так поздно, у меня был очень тяжелый день и я бы тоже не отказалась бы от отпуска, жаль он мне светит только весной( нервы сдают. Чем планируешь заниматься в отпуске?

__________


12.10.2010 21:58


Очень даже возможно. Всё зависит от моего рабочего графика, только я его не знаю, но если ты меня приглашаешь, я постараюсь приехать. Что тебе подарить?

__________


12.10.2010 22:46


Когда именно у тебя День Рождения?

__________


12.10.2010 23:20


Может, есть книга, которую ты давно хотел?

__________


14.10.2010 20:55


Я только вот с работы еду. Скучный день. Ломаю голову, что делать на 30-31 октября. С одной стороны хочется хорошенько повеселиться, с другой стороны лишних денег нет. Короче не знаю.

__________


14.10.2010 21:28


Привет, как твои дела? Чем занимаешься?

__________


03.11.2010 13:30


Привет, извини что я не написала и не позвонила. Спасибо за денежку. С прошедшим! Мне правда очень неудобно, я не смогла приехать и вряд ли смогу в этом месяце. У меня началась черная полоса ( у меня украли плеер и фотоаппарат, кроме всего прочего я заболела. 11-го числа мне будут делать операцию, и я после нее вряд ли смогу приехать. Сейчас вот по больницам хожу, и я даже не знаю какое сегодня число.

__________


03.11.2010 13:32


Мне правда очень неудобно, обещаю что как только разберусь со всеми проблемами, обязательно приеду и мы погуляем. В конце концов лучше поздно чем никогда. С меня подарок. Еще раз прости.

__________


13.12.2010 18:00


Привет, всё хорошо. Как сам? Глазки нормуль) весь день сегодня в монитор пялюсь как дура. А ты чем занимаешься?

__________


09.04.2011 20:44


Привет) Извини, что сразу не ответила. Я болею. А у тебя как дела?

__________


09.04.2011 20:54


С легкими фигня. Пока не знаю, в понедельник снимок делать надо.

__________


13.05.2011 02:27


Привет) Извини, что в такое время, и что долго не писала, у меня в жизни какой-то разлом. Совсем сил нет и жить не хочется…. Как твои дела?

__________


26.05.2011 18:36


Спасибо большое)

__________


Наши письма:


Евгений


Привет Арина. Надеюсь у тебя всё хорошо? Помнишь, при нашей первой встрече я обещал тебе, что когда напишу книгу, вручу ее тебе, подарю. Так вот, она создана, поэтому я желаю встретиться с тобой, дабы исполнить обещанное, если конечно ты не против, если это возможно. Сообщи когда будешь во Владимире, я только хотел бы преподнести тебе свое творение, не более того. Номер сотового ***. Для меня это очень важно.

30.07.11

__________


Евгений


Фотографии отображают мгновения жизни, вот только ты по-прежнему прекрасна. Ранее я и мечтать бы не посмел о стольких образах, жаль я не в силах достойно описать виденное мною, ту непревзойденную красоту, которую ты олицетворяешь.

06.08.11

__________


Евгений


После прочтения собственной книги, ощутил некое двойственное отношение, с одной стороны это всё ничтожно и бездарно, с иной стороны это связано с моей жизнью. Поэтому, безусловно, понимаю, что желаю подарить тебе не столь значимое творение, но и важное в то же время. В общем, я разрываюсь, и успокоюсь лишь тогда, когда твои руки возьмут ее и твои очи скользнут по строкам. На сим замысел окончится, и я приступлю к новому, или нет. А пока мне не видать и тени покоя.

06.08.11

__________


Арина


МОЙ ТЕЛЕФОН ***

ПОЗВОНИ МНЕ

06.08.11

__________


Евгений


Извини, но я не могу дозвониться, и ко всему прочему меня трясет словно в страхе и в чувстве вины.

07.08.11

__________


Арина


Привет)

26.08.11

__________


Евгений


Привет. Неожиданно, но очень приятно получить от тебя весточку. В общем, и я сам сегодня хотел сообщить об одном обстоятельстве, об одном желание своем, жаль только желаю то, что не в силах выполнить. Итак, каждый год мои два друга в сентябре едут в Москву за покупками, за некоторой одеждой, обувью и тому подобным, и у меня есть лишь один смысл отправиться с ними, дабы встретиться с тобой. В выходные, может быть в следующие, если это возможно, то сообщи координаты, они поедут в 4 часа, значит, в 8 уже будут в городе, значит времени на всё предостаточно. Хотя я не особо люблю путешествия, потому даже и не знаю, что движет мною. А если нет, то не решусь осмыслить, как бы было бы лучше…

26.08.11

__________


Арина


Я буду очень рада) только нам надо созвониться перед этим т.к. я не уверенна в своем графике работы

26.08.11

__________


Евгений


Как только всё устроится и разпланируется, я сообщу тебе.

26.08.11

__________


Евгений


Во вторник на следующей неделе мы сможем встретиться? Конечно, загадывать не стоит, всё же это оптимальный день. Или нет?

27.08.11

__________


Евгений


Если ты свободна во вторник, то мы поедем на ВДНХ, а если работаешь то пришли адрес. Несколько минут, более я не отниму.

28.08.11

__________


Арина


Я завтра работаю( адрес ***.

29.08.11


__________


Евгений


Я прошу у тебя прощения в который раз, я, высвобождая душу свою, запечатлевая жизнь, эгоистично не заметил, как затронул твою личность, составил некое мнение о тебе, которое местами неверно, это касается “Воспоминания”, это отрывок из памяти, написанный в 2009 году, тогда когда я еще не встретил тебя, видел всё довольно плоско и не пытался вникнуть, почему ты поступала так, а не иначе, хотя с первой частью я полностью согласен. Сейчас я представляю то важное событие в других красках, ты всегда была добра ко мне, а я не удостоил внимая сей действительность. Потому очень необходимо смотреть на время написания. И я просто никому не позволю читать книгу, никому не дам ее, ведь это наше личное.


Я больше не знаю что писать. Рассказывать о смысле того или иного рассказа, не посмею, потому что не знаю, как сильно всё это тебе не нравится.

__________


Думаю, стоит поведать, почему книга (дневник) называется так странно и непонятно.


“Платоника и Плутос” – это две противоположности, два вида отношения человека к чему либо, это крайности добра и зла. Платоника проповедует неприкосновенность к святому и отвращение от греховного, также подразумевает веяние платонической любви, образ высшей первородной любви, другими словами ангельская любовь, ведь ангелы витают вокруг Божьего престола, но прикоснуться не смеют, не видят, как впрочем, и мы, лишь душой. Плутос на греческом означает “богатство” (если я не ошибаюсь, память у меня плохая), раз Платоника это неимение земных благ, то Плутос наоборот – достаток, корень слова “плут”, что означает лукавство, богатство есть груз непосильный, бремя которое не позволяет двигаться в верном направлении, богатство грехов тянет к земле, а богатство добродетелей делает человека гордым, посему следует очищаться от злого посредством покаяния, и забывать добрые дела свои, и совершать добро с трепетом, словно в первый раз. В любви Плутос тянет к имению, к познанию, к страсти, и любовью обычно величают обладание. И между ними человек, она должна выбрать, однако человек есть венец творения, посему ему (ей) дана свобода, она в силах сотворить иной выбор, который не подвластен разумению, как добру, так и злу. Ангелам и демонам непонятны человеческие чувства. (это не звучит против Бога, потому что Он выше всего, Творец, потому олицетворять Его как добро слишком малозначительно).

А может быть всё куда проще, эта книга ознаменует период моей жизни, наполненный платоническими грезами, и борьбой с лукавством своим.

Или еще проще, это ты и я.


И замысел окончен, эпитафией стался твой кроткий поцелуй, неожиданный для меня, приятный, я ощутил тебя, ты не видение, и это противоречит Платонике, она считает что это ведет к страсти, и это противоречит Плутосу, ведь во мне не возникли страстные желания и прикосновение не возбудило во мне темные стороны души. Но в жизни иногда происходят события, для описания которых еще не придумали слов.


Замысел окончен и Платоника с Плутосом отправляются на полку.


Благодаря тебе, Арина.

03.09.11

__________


Евгений


С надеждой уповаю, что мое безумие или чрезмерная глупость не повредят нашей дружбе. Ты знаешь, какой я вне творения.

10.09.11


__________


Евгений


Помню, ты пожелала увидеть работы, в коих я принимал незначительное участие, не знаю, будет ли тебе интересно… Но посмотри на сайте ***, как пишут современные художники, стилизация и прикладное искусство, всё же довольно красиво. Сайт новый, потому там мало икон, зато есть росписи. Загляни, если будет время.

06.12.11

__________


Евгений


Как удивительно странно. Ты причисляешь меня в друзья, и я радуюсь тому, ты изгоняешь, и я печалюсь. Но не понимаю, для чего. Если я никто так для чего столько усилий. И почему желаю получить ответ, не задав вопрос. Может потому что молчание красноречивей слов.

18.12.11

__________


Арина


)))

18.12.11

__________


Евгений


Так может, пришло время сесть, подумать. Представь, что во всем мире есть только ты, а всё остальное лишь декорация. Какова твоя роль? От твоего выбора зависит будущее всех, всего. Мне это помогает отыскать дверь в темной комнате своей души.

14.01.12

__________


Евгений


Знаю, я порою создаю пародии на литературу, но в этом послании только реальность и простота.


Арина, прости, сейчас я могу показаться крайне глупым и наивным, но мне нужно высказаться. Ведь я раскрыл тебе свои чувства, ожидая того же и от тебя. Но в тебе, по-видимому, нет слов и нет чувств ко мне, но это лишь мои догадки, которые могут оказаться неверными. Я мучаюсь сомнениями. Мне просто необходимо знать твое отношение ко мне, ненависть то, любовь или безразличие. Хотя думаю, ответ очевиден, всё же я мечтаю и грежу о наших отношениях, мы вместе, мы пара, но это весьма мечтательно, ведь я не знаю, что это такое быть в паре, кому-то нравится, быть кому-то симпатичным. А отношения в моих рассказах есть сказки, я много пишу и рассуждаю о том, потому что интересуюсь в силу своего юного возраста или мне просто приятно создавать иллюзию того, чего не будет. Я вижу, как друзья состоят в парах, встречаются парами, у них всё так просто и свободно, а я даже не знаю, как ты ко мне относишься. Если ты согласишься быть со мной, то, что мне делать в такой ситуации мне неведомо, я не знаю. Ведь один должен будет пожертвовать всем: убеждениями, службой, домом, друзьями. Но ответь, прошу. Предрекаю, ответ будет – нет, ведь столько минусов. Я устал гадать и молю о честности, развей мои грезы, будь честной. Напиши ответ.


И после ответа, если ты пожелаешь облегчить мой ум, мои чувства к тебе не изменятся. Просто я перестану думать о том, что не познать. Многое я хочу услышать или прочесть от тебя, а не постоянно слушать свои суждения или заблуждения на этот счет. Скажешь что для согласия или для отказа нужно признание, но мне кажется, что девушка с первого взгляда видит перспективу, есть ли будущее и тому подобное.


У меня к тебе куча вопросов, например: почему ты садилась со мной за одну парту, когда у тебя был явный выбор куда сесть, почему позвала на вторую встречу, если после первой уже было ясно, что я полный неудачник, и думаю, найдутся еще вопросы. Мы можем поговорить спокойно и тихо, чтобы разобраться во всём раз и навсегда, хотя и по электронной почте. Мне необходима определенность, думаю и тебе надоели мои выпады. Видимо многие другие будут просить твоего согласия, и только я прошу отказ, может, потому что желаю тебе счастья. Хотя ты можешь пойти мне наперекор.


Ты моя единственная, это значит – только с тобой я гуляю, пишу, посвящаю, смотрю только в твои глаза, ты единственная, которая обратила на меня столько внимания, только ты меня слушаешь, при этом не осуждаешь, ведь любая другая не обладает таким смирением.


В общем, напиши всё, что ты о нас думаешь. Можешь ответить одним словом – нет, или несколькими, или как пожелаешь. Либо не обрати особого внимания, но я всё равно буду томиться ожиданием.


P.S. Я смотрю в зеркало и понимаю, что меня всё это не должно волновать, и касаться, но внутри, в душе меня это мучает, эти постоянные мысли. Мне недавно приснился сон, в котором мы были вместе, утром сон оборвался, и я бы хотел остаться в нем, но, увы, не возвратиться.

21.01.12

__________


Евгений


Любимая ты мое счастье и сколько ты была в моей жизни, столько и счастья было в ней. Но почему ты не хочешь ответить мне взаимностью, почему столь холодна и надменна. Неужели семь лет верности не доказывают мою любовь к тебе, тогда сколько, сколько мне еще ждать твой ответ. Ведь я романтик, я желаю банальные для других свидания, в кино, в кафе, я хочу провожать с тобой закат и встречать рассвет, хочу быть с тобой и не смотреть на часы, говорить и слушать тебя, ведь у нас были встречи, почему же ты не хочешь всю жизнь быть в той радости. Моя юность проходит и еще несколько лет и мне вовсе не будут нужны те грезы, которые ты не желаешь воплотить в жизнь, я не буду мечтать о тех отношениях с девушкой. Почему мы не можем быть в таких отношениях. Неужели тебе не жалко мою юность, мои романтические не осуществляющиеся порывы, я желаю не писать, а быть вместе с тобой. Неужели тебе не жаль меня? Я раскрыл тебе душу, не сомневаясь, что в ответ, ты также откроешься мне, полюбишь меня сильнее, и мы станем неразлучны. Но вышло иначе. Почему твой выбор таков? Я не слежу за своей внешностью, потому что смысла нет в этом, раз тебя рядом нет. Конечно, я могу явиться к тебе, но я чувствую, что ты не желаешь видеть меня. Может, ты думаешь, что время упущено. Но это не так. Мы сейчас можем быть вместе, словно впервые познакомились. Ведь быть парой – это так чудесно, так приятно, наверное, я не могу знать. Ты можешь всё изменить, исправить мою жизнь, согласившись на любовные отношения. Подумай и прояви сострадание.


И помни, Арина, я вечно буду любить тебя одну.

12.05.12

__________


Евгений


Вновь не хочешь отвечать. Тогда напиши хотя бы как у тебя дела.

15.05.12

__________


Евгений


Что тебе подарить на День Рождения?

22.05.12

__________


Евгений


Люблю тебя мой невинный ангел.

22.05.12

__________


Евгений


Привет.

24.05.12

__________


Арина


Привет

24.05.12

__________


Евгений


Как у тебя настроение, ведь скоро твое День Рождения, должно быть чего-то ждешь, или ты особо не празднуешь.

24.05.12

__________


Арина


Я вообще не праздную. Настроение не очень, на работе завал. А ты как?

24.05.12

__________


Евгений


Я, устало, хотя лето немного бодрит, не событиями, а скорее светом.

24.05.12

__________


Арина


Это хорошо))))))

24.05.12

__________


Евгений


Но отпуска не будет, ОЧЕНЬ серьезный заказ, и нужно сделать в срок. А на тебя как воздействуют времена года?

24.05.12

__________


Арина


В последний год никак, солнце это конечно хорошо, но всё же я предпочитаю зиму, у меня так резко жизнь сменилась, что мне как-то не до времен года было, мне даже не верится, что весна почти прошла)

24.05.12

__________


Евгений


Сменилась – это должно быть что-то личное. Если не хочешь, можешь не писать, хотя интересно.

24.05.12

__________


Арина


Ну как личное: квартира, работа)))

24.05.12

__________


Евгений


Переезды мне знакомы, я сам менял место жительства 3 раза, жил в четырех квартирах, и кажется, придется еще раз. А сейчас живу один, родители живут в деревне. И быт как-то особо не напрягает.

Тебе разонравилась прежняя работа?

24.05.12

__________


Арина


Это хорошо) я редко бываю дома, и меня вообще ничего не напрягает))))


Просто немного повысили, добавилось ответственности, но это не плохой опыт))) вот пытаюсь постигнуть премудрости новой сферы деятельности, пока тяжеловато)))

24.05.12

__________


Евгений


Я когда увидел, как ты работаешь, испытал некоторую гордость что ли, ты трудишься, опрятна и миловидна. Посмотрите, какая она – вырывалось из моей груди, в общем, было очень приятно. Значит, ты теперь руководишь или что-то вроде того.


Вот только в службе художника повышение исключено.


24.05.12

__________


Арина


Ну так художник это и так отлично))))

24.05.12

__________


Евгений


Должно быть так. Неужели никто из твоих родственников или знакомых не просит от тебя праздника, ведь кто-нибудь желает сделать тебя счастливой хотя бы в этот день.

24.05.12

__________


Арина


У меня почти нет знакомых и уж тем более друзей, я жуткий социофоб))

24.05.12

__________


Евгений


Или социум боится тебя – это звучит лучше.

24.05.12

__________


Арина


Я не думаю, что он меня боится))) Просто он мне не очень нужен))) Хотя это у нас взаимное.

24.05.12

__________


Евгений


Я конечно хотел бы написать нечто оптимистичное и жизнеутверждающее, но явно не мне искрить солнцем жизни, всё же ты мне небезразлична, поэтому хочу, чтобы ты улыбалась, а я видел твою улыбку. Может и вправду жизнь полосатая и черно белый фильм вскоре окрасится цветами.

24.05.12

__________

Арина


Я на жизнь не жалуюсь, не подумай)) И мне вполне хватает одного цвета)))

24.05.12

__________


Евгений


Мне нужно ехать домой, уже поздно. Извини за комментарии на стене, я больше так не буду. Обещаю. И спасибо за диалог, ты живешь, значит, живу и я.

24.05.12

__________


Арина


удачи)

24.05.12

__________


Евгений


Все те предыдущие письма несут в себе одно простое желание, одну просьбу – чтобы ты написала, нет, что мы не будем вместе по причине отсутствия чувств у тебя. И тогда я обрету покой, я не подросток, чтобы сильно убиваться, я уже смирился, осталось только дождаться твоего ответа. Это уберет между нами неловкость, ведь я точно буду знать свое место. Прошу ответь коротко и ясно, и я обрету свободу от многих пустых размышлений.

25.05.12

__________


Евгений


С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ АРИНА, ВСЕГО ТЕБЕ САМОГО ДОБРОГО!

26.05.12

__________


Арина


Спасибо!

26.05.12

__________


Евгений


Вдохновленный твоим поцелуем и сокрушенный твоим поведением, я тогда в сентябре решил, что напишу книгу за один год, запечатлею всю любовь к тебе. Осталось всего немного и столько же сил. Посвящается, безусловно, тебе. Я хочу, чтобы ты это знала, теперь это уже не тайна. Люблю тебя.

30.05.12

__________


Евгений


“На всех путях, какими ходят люди в мире, не находят они мира, пока не приблизятся к надежде на Бога и уверенности в Нем едином”. (прп. Исаак Сирин).

03.06.12

__________


Евгений


Я ведаю, что выставленное на твоей стене есть мерзость, то есть пустое. Прекрати. Ибо то вредит душе твоей и меня обижает. Будь кроткой и доброй. Сейчас духи злые нашлют на тебя возмущения, но помни, то от лукавого. Не засоряй себя лживыми знаниями и непотребными взглядами на жизнь. Будь девой чистой, мудрой. А возмущения оставь.

04.06.12

__________


Арина


Что именно тебя так задевает?

04.06.12

__________


Евгений


Меня задевает всё то, что льстит и потворствует злу и страстям. Я тебя не укоряю, а желаю добра, но все рекламы блуда, пьянства, и т.д. негативно воздействуют на тебя, пускай слабо, но из тех капель может произойти оправдание.

07.06.12

__________


Арина


Страсти людям свойственны, а я просто человек, я не люблю недоговаривать, и несу полную ответственность за все антисоциальные и антирелигиозные материалы в своем паблике.


Не думаю что в этом больше зла, чем в любом другом проявлении человечности.

07.06.12

__________


Евгений


Пример недавний. Ты выставила мысль, что тот, кто не курит и не пьет вино тот сволочь, и это явно указывает на меня. Если ты так считаешь, то сообщи мне в открытую. Тебе осталось только написать что нецелованные девственники дураки, затем задеть тему религии, что и было на Пасху. И это покажет, как ты ненавидишь меня. Почему просто не выставлять такие хуления на образ правильной жизни всякого человека.

07.06.12

__________


Арина


На счет не курит и не пьет это слова Чехова.


А что было в Пасху?


Я ничего против нецелованных девственников не имею.

И против религии тоже.

07.06.12

__________


Евгений


Так борись со страстями с Божьей помощью. Я даровал тебе книгу с добродетелью, как ты можешь отвергать ее.

07.06.12

__________


Арина


Я ничего не отвергаю.


И всё же, что было в Пасху?


07.06.12

__________


Евгений


Не в том суть кого эти слова. Я желаю на правах любящего тебя человека, чтобы ты позабыла эти страсти, их нет, все люди святы, думай только о доброте.

07.06.12

__________


Арина


В моей странице вовсе нет никакой пропаганды, я прекрасно вижу, как разлагается человеческое общество, и это не может меня не огорчать, тем не менее, я такой же полусгнивший труп, как и все они…

Тем не менее, понимание этого пока не смогло сподвигнуть меня бить челом в церкви.


Увы, я думаю о хорошем.

У меня в душе совсем всё плохо.

07.06.12

__________


Евгений

Я не могу спокойно видеть всё это и читать твои сообщения полные холода и отчаяния. Страсть означает страдание, и ты страдаешь, я это чувствую.

07.06.12

__________


Арина


Я просто болею.

07.06.12

__________


Евгений


Ты и мои друзья смотрите на общество, а хотя бы раз взгляните на меня, я стою рядом, но вы закрываете глаза, я предлагаю тебе чистую невинную любовь, а ты говоришь, так не бывает. Ты просто не хочешь принять добро.

07.06.12

__________


Арина


Почему же не бывает?! Бывает.


Разве я в чем-то тебя обвинила? Или задела преднамеренно?


Если так, извини.

07.06.12

__________


Евгений


Тогда почему не хочешь ответить мне взаимностью.

07.06.12

__________


Арина


Я если честно не понимаю, какой взаимности тебе от меня хотелось бы…


Я вообще не понимаю, что я могу кому-то дать.


07.06.12

__________


Евгений


Не мне тебе напоминать о женских качествах. Взаимность это единение в паре, в браке, чувства, эмоции, помощь, поддержка, разве всё напишешь. Быть вместе это счастье. Я предлагаю тебе разделить всё это вместе со мной, и тебе нужно выбрать. Да или нет.

07.06.12

__________


Арина


Меня не интересует брак совсем, и никогда не будет интересовать.


И ты совсем ведь меня не знаешь, и даже то, что ты обо мне узнаешь, тебя только расстраивает…

07.06.12

__________


Евгений


И это твой ответ? Ты явно написала не от сердца. А быть в паре, встречаться ты тоже не хочешь?


Всё это поверхностное, в душе твоей я видел доброе существо. Так позволь нам лучше узнать друг друга.

07.06.12

__________


Арина


Я не против узнать друг друга лучше, но мое общение с противоположным полом исключительно дружеское. Я не встречаюсь с мужчинами.


Я не против общения абсолютно.

07.06.12

__________


Евгений


Если ты не видишь меня своим избранником, так скажи прямо, без НО и недосказанности.

07.06.12

__________


Арина


Просто у меня нет желания быть в паре с каким-либо мужчиной.


Я не знаю тебя, поэтому и не могу видеть тебя своим избранником.

07.06.12

__________


Евгений


Тогда мы можем встретиться и поговорить, а не жать безумно на клавиши телефона.

07.06.12

__________

Арина


Можно встретиться как-нибудь.


Только я очень редко бываю во Владимире.

07.06.12

__________


Евгений


Что нужно тебе для познания?

07.06.12

__________


Арина


Понятия не имею)

07.06.12

__________


Евгений


Ты сейчас не в Африке, и я думаю смогу приехать к тебе. Встретимся на нейтральной местности.

07.06.12

__________


Арина


Я не против.

07.06.12

__________


Евгений


В субботу и воскресенье я свободен, если ты работаешь, тогда вечером.

07.06.12

__________


Арина


Я пока не знаю что буду делать в эти выходные. В субботу точно работаю. В понедельник иду на Максидром. Так что возможно в следующие.

07.06.12

__________


Евгений


Договорились, я буду рассчитывать на следующие выходные, ближе к тому времени спишемся. Ты все-таки не ставь глухие стены решений или установок созданные обидами или разочарованиями. Подумай. Смотри не только в общем, но и в частном. Спасибо за открытость. И спокойной ночи.

07.06.12

__________


Евгений


Как нам быть, я мечтаю быть с тобой, а ты пока не хочешь ни с кем быть. Кто бы ответил. Хотя я знаю, что мне посоветуют, найти сердцем другую, но мне нужна только ты, и никто тебя не заменит.

07.06.12

__________


Евгений


Прости, но мне надо высказаться. Я так устал от оправданий, ты не знаешь меня, хотя моя книга это моя душа в чистом виде, значит, ты знаешь меня почти как Бог, а я зрением любви вижу тебя как никто другой. Любовь это не знание, это чувство, и если она не родилась в тебе с первого взгляда, то тут уже всё бесполезно, только почему-то не хочешь признаться в том. Почему? И ты не встречаешься с мужчинами, значит ты нецелованная девственница, но я же не буду посягать на твою честь, тебе нечего бояться.


Нам обязательно нужно встретиться, дабы наладить человеческие отношения. Чтобы мне избавиться от страха потерять тебя.

10.06.12

__________


Евгений


Достаточно времени ты думала. Ныне огласи, согласна ли ты быть со мной в любви, в горе и в радости, на земле и на Небесах, каков твой приговор – блаженство или страданье. Я так мучаюсь, молю тебя, освободи меня от сего бремени.


В творениях своих я прославлю тебя на века, и тебя будут почитать так, как я опишу.

13.06.12

__________


Евгений


У отца завтра День Рождения, поэтому мы не сможем встретиться. Но в воскресенье возможно, назначь место и время. Я знаю лишь одно – ВДНХ большой такой памятник-ракета.

15.06.12

__________


Евгений


Видимо встреча не состоится. Но обязательно произойдет, я надеюсь. Если что у тебя есть номер моего телефона, если будет одиноко или будет нужна помощь, приходи ко мне по этому адресу… ***, я всегда буду рад тебе. Хотя может быть я скоро перееду, но пока я живу именно здесь.

17.06.12

__________


Евгений


Привет. Та встреча была словно сон… Я хотел бы попросить у тебя номер сотового телефона, чтобы наладить связь между нами. Обещаю, я не буду беспокоить тебя по пустякам, не буду звонить без веской причины. Мое отношение изменилось, я обрел некую смиренность, и мои чувства теперь выражаются только в слезах.

16.07.12

__________


Арина


Номер – ***

Я не стою твоих слез....

16.07.12

__________


Евгений


Спасибо. Ты для меня очень много значишь, но, к сожалению, я не могу проявить по отношению к тебе должную заботу, поэтому мои чувства без дел кажутся мечтательными. Но единение в паре происходит по обоюдному согласию сердец, и если в тебе нет чувств, то я больше не буду настаивать, но любить тебя не перестану. Ты временами считаешь себя бесполезной, но я был в трауре, а ты осветила меня, теперь я радуюсь, ты сохраняешь мою невинность. Вот насколько велика твоя важность в моей жизни.

21.07.12

__________


Евгений


Еще если я создам свое второе творение, прими, пожалуйста, та книга будет о любви, сентиментальная, нежная, временами печальная. Если я не успею окончить ее, то ты закончи за меня, какой она должна быть все подсказки есть. И не пугайся, тот страх мучает всех творцов.

21.07.12

__________


Евгений


У меня скоро отпуск и тетя предложила мне погостить у нее в Москве, и я поеду, если ты согласишься гулять со мной, может быть, тогда произойдет наше первое свидание, первое в моей жизни. Прости меня за то, что я не могу написать тебе нечто романтическое, любовное, все мои чувства ушли в книгу, и более во мне не осталось творческих сил. Я видимо всю жизнь буду винить себя за то, что говорил всем – вот моя любимая единственная девушка, вот мои отношения, но где забота моя о тебе. Я верю, я надеюсь, скоро мы будем вместе, у нас состоятся свидания, свадьба, венчание. Мы обретем счастье.

11.08.12

__________


Евгений


Извини, меня просто ломают, давят, только недавно после нашей встречи всё было спокойно, но вот открылся, и меня как всегда не поняли. Говорят, что эти семь лет я всё делал не так, вот так легко они могут перечеркнуть годы моей жизни. Поддержи меня, хотя бы ты, одна.

12.08.12

__________


Арина


Можно встретиться.

13.08.12

__________


Евгений


Тогда я сообщу тебе, когда поеду в Москву, если будет возможность, а то я как бы отдыхаю, но меня могут в любое время вызвать на работу, поэтому, не могу отлучаться надолго. Но скоро надеюсь, иконостас будет готов. Это меня сестра (кузина) пригласила погостить у нее, однако что я буду там делать, я не представляю, единственный резон это встретиться с тобой.

15.08.12

__________


Евгений


Ответь, почему ты так поступаешь со мной?


Вот уже семь лет минуло со дня нашей встречи, а ты даже не поздравила меня, почему ты так бесчувственна?


Желаешь от меня подвигов? И я совершил один, вызвавший в тебе приступ безразличия и цинизма, который не стихает и до сих пор.


Как вообще можешь без меня жить?


Думаешь, я мечтатель, а что мне остается, когда ты не хочешь мне всё разъяснить.


Почему выбирая между мною и пустым весельем, ты избрала их?


Хотя бы раз в жизни обратись к моим чувствам и поведай свои.

07.09.12

__________


Евгений


Сегодня был концерт в парке, а я тебя не пригласил, я сглупил, прости меня. Прости. Я видел столько пар, о как бы я хотел, чтобы и мы были столь же счастливы вместе. Чтобы мы стояли, обнимаясь, слушали музыку… Извини, я вновь упустил свой шанс обрести те простые радости.

08.09.12

__________


Евгений


Ты обиделась на меня, поэтому не хочешь отвечать?

11.09.12

__________


Евгений


Не дуйся, Любимая. Я скоро приеду к тебе, как только Слава соберется.

12.09.12

__________


Евгений


Сегодня ездил в деревню, в саду распустились дивные белые и желтые розы. А ты, какие цветы любишь? Какие радуют твои очи, волнуют твое сердечко.

12.09.12

__________


Евгений


Любимая, пойми, я не представляю свою жизнь без тебя. Что у меня останется, ничего, для кого я буду творить, о ком буду думать, кто везде со мной и при гулянии, в кинотеатре, на концерте, лишь ты одна, всегда. Оказывается, вся моя жизнь проникнута тобой, и я рад тому.

12.09.12

__________


Евгений


Почему мне так не нравится твоя любимая певица, может быть, потому что она аморальна и бесталанна, лишена невинности, и способна увлечь тебя своим дурным примером. Нет, во мне говорит ревность, ведь ты уделяешь ей столько внимания.

13.09.12

__________


Евгений


Вот думаю пойти сегодня в кинотеатр, как всегда один, но может, ты со мной пойдешь. Какой жанр фильмов тебе нравится? Девушка Славы предпочитает ужасы, но думаю вдвоем лучше посмотреть нечто романтическое. Надеюсь, сегодня рядом со мной не сядет девушка, а то будет приятно и в то же время как-то неправильно.

13.09.12

__________


Евгений


И на концерте рядом со мной стояла девушка, я понимал, насколько я слаб, вот если коснется она меня, смогу ли я не поддаться ее очарованию. Но к нашему счастью я им безразличен и меня не проверяют на прочность. Я думаю о тебе, и то всегда спасает меня.

13.09.12

__________


Евгений


Какой же я урод! Я хамлю твои интересы. И за это я себя ненавижу! Это видимо скрытое отчаяние, пытаюсь вызвать у тебя эмоции. Нет, хватит думать о плохом, впредь буду писать лишь о добром. Прости меня.


Ты пойдешь на день города?

13.09.12

__________


Евгений


Сегодня ездил к матери, она живет в ивановской области. Я долгое время не мог до нее дозвониться, она сменила симку, а мне не позвонила. К сожалению, вы очень похожи, я вам совсем не нужен. Или ваша любовь ко мне весьма странна.

14.09.12

__________


Евгений


Хотя нет, ты хотя бы слушаешь меня. Но важна и ценна для меня только ты. Родители отстоят отдельно далеко. А ты часть меня и нет для меня никого ближе.

14.09.12

__________


Евгений


Может быть, мы когда-нибудь приедем к ней в гости, как молодожены. Думаю, мама обрадуется, тому, что я наконец-то проявил себя как мужчина.

14.09.12

__________


Евгений


При нашей последней встрече ты заключила меня в объятья, и знаешь, это было впервые, впервые девушка обняла меня, была столь близка. Ты единственная коснувшаяся до меня дева. Теперь ты чувствуешь, какая на тебе ответственность.


День города уже завтра, поэтому не затягивай с ответом. Мы пойдем на празднество или же нет?

14.09.12

__________


Евгений


Арина, пиши мне личные сообщения, чтобы я не гадал и не думал лишнее.

14.09.12

__________


Евгений


Спросишь, для чего я рассказываю тебе всё это. Но ты сама хотела познать каков я, какова моя жизнь. Или мне просто одиноко. Но на самом деле я просто общаюсь со своей любимой девушкой, которую зовут Арина.

14.09.12

__________


Евгений


Я устал жить в ожидании, поэтому если ты не хочешь ответить, я решу за нас обоих. Отныне мы официально пара, во всей откровенности и чувственности, и это непреложно вечно. И ты как кроткая дева промолчишь в знак согласия.


Скажи, ты любишь меня?

15.09.12

__________


Евгений


Вот мои друзья с их девушками идут на праздник, а не могу пойти с ними, потому что ты, моя любимая девушка, не хочешь идти со мной, даже не говоря причину, ты меня вводишь в уныние.


Ты строишь мою жизнь, обыкновенным безразличием постоянно всё рушишь, и одним нежным словом всё ремонтируешь.

15.09.12

__________


Евгений


Давно хотел у тебя спросить, как так вышло что вот уже минул год с того момента когда я тебе посвятил и даровал свою книгу, а ты ни слова не сказала мне о ней, каково твое отношение. Ты поступаешь чудовищно, как я только вынес эту душевную боль, немыслимо.


Но ныне я понимаю, что это просто вещь. Главное чтобы мы любили друг друга и были счастливы вместе.

15.09.12

__________


Евгений


Не смущайся, обращайся ко мне как к своему молодому человеку.


А давай сходим в кино, посмотрим новый фильм.

15.09.12

__________


Евгений


Ты видимо полноценный Ангел и в тебе нет ничего человеческого, твое поведение нельзя осмыслить, твои чувства не понять.

16.09.12

__________


Евгений


Если бы ты ненавидела меня, то послала бы куда подальше, если бы ты любила меня, то я бы получал десятки ласковых писем, но твое отношение самое болезненное и уничтожающее для меня.

16.09.12

__________


Евгений


Я ожидал что угодно, но только не безразличие. Ты хочешь, чтобы я отстал от тебя, но я люблю тебя и это уже не исправить. Я буду стучаться в закрытую дверь, покуда ты мне не отворишь.

16.09.12


Евгений


У меня отпуск, вот придумываю себе досуг, пока ничего не придумал. Могу, конечно, к тебе приехать в любой день. А пока лишь творение, от которого я задыхаюсь.


Так, когда к тебе можно приехать?

17.09.12

__________


Евгений


Ты слушала новую композицию HIM?

17.09.12

__________


Евгений


Раньше писала, что мы можем встретиться, а сейчас что изменилось, ты обижена на меня?

17.09.12

__________


Евгений


Привет. Даже и не знаю, что тебе сказать. Может, ты мне напишешь, как живешь, почему игнорируешь меня.


Я вот только сейчас украсил обложку Платоники, красиво вышло, тебе прислать фотку?

18.09.12

__________


Евгений


Знаешь, а я пишу картину с твоим ликом. Фотографии пропадут, а картина будет передаваться из поколения в поколение, люди будут созерцать твой светлый образ. В то время как ты словно неразумный подросток тянешься ко всякой пакости и дурным стихам.

18.09.12

__________


Евгений


Но этот образ лишь запечатленный малый лучик твоей прекрасной души.


Я не могу осознать истинную причину твоего молчания.


В том виновен, конечно, я. Но как мне загладить свою вину?


Что я делаю не так? Или что мне делать, а чего не совершать?


Эти вопросы я задаю тебе, Любимая, это не монолог, и я жду от тебя ответ.

18.09.12

__________


Евгений


Видимо я люблю твой неприступный нрав, с тобой сердцу некогда затихать, а у глаз нет времени просохнуть.


Жаль я не могу отправить тебе свои слезы, они бы убедили тебя в моей искренности.


Но не буду о грустном, ты просто смущена моими чувствами и еще не решила в какой день нам встретиться.

18.09.12

__________


Евгений


Осень должно быть так на тебя влияет. Но ты мое солнышко, не грусти, посмотри, как красива листва.


Прекрасная пора для свиданий, признаний и теплых чувств.

18.09.12

__________


Евгений


Сейчас я тоскую по тебе, ворочаю прошлое, жадно вкушаю частицы твоих проявлений, укоряю или хвалю, но когда мы вместе я наслаждаюсь нынешним мигом, и ту гармонию я не могу ощутить в разлуке с тобой.

18.09.12

__________


Евгений


Видимо тот покой и есть счастье. Неужели ты не хочешь осчастливить меня. Ты властна надо мною, одно твое письмо и я успокоюсь. Или тебе нравятся мои письма?

18.09.12

__________


Евгений


Люблю тебя, невзирая ни на что, вопреки всему.

18.09.12

__________


Евгений


Видимо я совсем не умею разговаривать с девушкой, и это факт. Ну и пускай. С тобой, Любимая, приятен диалог, как и молчание. Моя любовь многословна, твоя любовь безмолвна, и вместе мы дополняем друг друга.

18.09.12

__________


Евгений


Сейчас читаю книгу Святителя Игнатия Брянчанинова "Слово о смерти", очень поучительное писание, советую тебе прочесть, тебе необходима духовная пища.

20.09.12

__________


Евгений


Ты ощущаешь сердцем, как вся та злая информация омрачает твою душу, навевает дурные мысли, ты отдаляешься от добра, разве не видишь что это черное – пусто, если хочешь протестовать, то борись со злом и грехом, самовыражайся в добродетели, и твоя жизнь обретет свет.

20.09.12

__________


Евгений


В эти выходные ты встретишь меня в Москве? Если конечно поеду, я спрашиваю заранее, чтобы мне знать твое отношение.

20.09.12

__________


Евгений


У меня отпуск, а я даже с другом не могу встретиться, потому что по вечерам он гуляет с девушкой. А моя любимая девушка не желает видеть меня, даже разговаривать не хочет. Но я не одинок ведь ты незримо всегда рядом со мной, словно ангел.

20.09.12

__________


Евгений


Я так невыносимо устал от твоей лжи. Я знаю, что ты вчера вечером гуляла по Владимиру, находилась в обществе недостойных людей. И у меня только один вопрос – Почему…


Почему ты не пожелала встретиться со мной? Я писал тебе, что намереваюсь ехать в Москву, а ты трусливо сбежала. Почему ты так жестоко со мной поступила?


Я всё опишу в книге, дабы ты ничего не забыла, дабы сожалела и сокрушалась, дабы возлюбила меня столь терпеливого к тебе.

23.09.12

__________


Евгений


Напишу хотя бы одну достойную причину, почему ты так поступаешь. Хочешь отвергнуть, так отвергни. Прошу, прекрати мучить меня. Откажи мне лично, мне не нужны твои речевые заготовки на все случаи жизни.

23.09.12

__________


Евгений


Семь лет я страдаю, хороня молодость, и к чему я призываю тебя, к отказу. Потому что уже нет никакой надежды. Ты сидишь и насмехаешься надо мною. Ты не творец, ибо художник дорожит каждым мазком, каждой душой, а ты так легко предаешь меня слезам.

23.09.12

__________


Евгений


Те черные люди настраивают тебя против меня, ибо я укоряю их, бужу их совесть, и им это не нравится, они не желают внимать Истине, ибо они свыклись с ложью и пороком, но ты не слушай их.


Обратись ко мне сердцем и душой, к тому, кто любит тебя, но если ты отказываешься от любви, то, что в тебе останется.


Я подобно Творцу люблю тебя первозданною, и лишь я один вижу тебя истинной, того зрения ты меня не лишишь.

23.09.12

__________


Евгений


Любовь вечна и никто не воспротивится сердцу моему. Я вечно буду любить тебя, Арина, и стерплю все душевные пытки. Смирение мое однажды смирит тебя.

23.09.12

__________


Евгений


О сколько мне еще изливать на тебя свои чувства. Когда я услышу биение твоего сердца, тогда и придет время остановиться на мгновение. А пока, я пишу, и мои творения сохранят историю нашей любви. И выбирать тебе каково будет то писание.


Избери любовь и люби так, как я тебя люблю.

23.09.12

__________


(Арина удаляет Евгения из числа друзей, а затем и вовсе отправляет в черный список, чтобы он более не докучал ей своими письмами)

__________


Евгений


Это и есть твой выбор? Значит, ты не любишь меня, раз так легко отказываешься от меня, а ведь когда-то питала надеждами. Но я по-прежнему люблю, и буду любить тебя одну, плача каждый прожитый день.

25.09.12

__________


Евгений


Прости, что я такое чудовище. Молю, прости меня.

25.09.12

__________


Евгений


Привет. Я, честно говоря, более не хотел тебе писать. Потому что больше года жил с лютой обидой в душе. Но недавно простил тебя, не словами, а самим сердцем. Во мне остались о тебе лишь теплые светлые воспоминания. Вот и всё что я хотел до тебя донести, покуда есть такая возможность.

21.01.13

__________


Евгений


Знаю, писал, что мне нечего сказать, но это не так. У меня к тебе предложение, которое, по-видимому, тебя не заинтересует, однако чувствую, что должен спросить, ведь ты навсегда останешься дорогим для меня человеком.

24.01.13

__________


Евгений


Я буду приобретать билеты на Максидром, и, зная, как ты любишь HIM, могу и купить тебе, если хочешь как подарок на День Рождения. Долго думать времени нет, так что молчание я приму за отказ.

24.01.13

__________


Арина


Мне неудобно соглашаться на это предложение.

24.01.13

__________


Евгений


Знаю, что понаписал холодно, но на самом деле у меня дружеские намерения, вот, к примеру, Славу я уговорил, хотя ему больше по вкусу другая музыка. Но ты, по-видимому, хочешь самолично приобрести билет, тогда конечно мое предложение смотрится чуждым.

25.01.13

__________


Евгений


(Поздравительная открытка.)

14.02.13

__________


Евгений


Привет. Я в эти выходные буду в Москве, иду на концерт The 69eyes. Хочешь, можем встретиться)

26.02.13

__________


Евгений


(Поздравительная открытка.)

08.03.13

__________


Евгений


Ответь, почему в один миг я стал для тебя никем? В чем моя вина? В любви?

10.04.13

__________


Евгений


Будь счастлива с ним. Сквозь болезненную потерю понимаю – ваша любовь взаимна и это благо да не покинет вас никогда. Но позволь мне быть твоим воспоминанием, мимолетным образом, малым светлячком, освящающим твою душу.

17.04.13

__________


Евгений


(Поздравительная открытка.)


С Днем Рождения! Улыбнись!)))

26.05.13

__________


…Арина была в сети час назад.


Письмо любимой Арине:


Люблю тебя, так я желаю начать это письмо. Не плачь – ты упрашивала меня сердечно, но теперь я прошу – Любимая не плачь. А если слезы проистекут целебно, окропи ими память нашу, вспомни о нас, как я помню о тебе. Арина, ты Божий дар мне в утешенье, ты боль сердца моего и сердцу исцеленье. Всю земную жизнь мы едины были, две части одной великой любви. О как бы я хотел печалиться сейчас, но счастлив я вопреки невзгодам, разлуке, осуждению. Без тебя не было бы в моей жизни счастья, тех радостных мгновений, того созерцанья Небесной красоты твоей, тепла твоих прикосновений, ты слушала меня, ты невольная муза моих творений. Без тебя я бы не ведал что такое жизнь. Ну вот, я вновь тебя не послушал, я плачу от счастья, тогда и ты слез не сдерживай. О как я люблю тебя не описать, не вымолвить, не изобразить. Вспомни те чудеса встреч, вспомни свое смущение и мою кротость. Ты прекрасна и сравненья тебе по-прежнему нет, ты совершенна в любви моей, да возлюбит тебя каждое творенье, как я люблю, моя любовь подобна любви Творца сотворившего тебя. Плоть твоя мною любима, любима и душа. Я чувствую, что этот лист твоими слезами покрыт, но я не завидую ему, хотя он и благословлен.

В начале юности я вступил на путь паденья, потому вскоре заболел, меня остановили, Провиденье мне выбор указало: свобода волеизволения, но смерть; либо жизнь, но должен внимать воле Провиденья. Я жизнь избрал и потому вся история наша является милостью Небес, потому так неслучайно переплетены жизни наши, я был нужен тебе, а ты мне. Вот я жил, вот я принимаю исход со знанием того, что люблю тебя, Арина, и сей добродетель велика и незабвенна. Мы были вместе и вместе будем.

В конце этой книги я делаю тебе предложение, но не нужен мне ответ, ибо мы повенчаны Небесами, и наши жизни неоспоримые доказательства тому. В конце каждой нашей встречи мы произносим – До встречи, и потому мы не расстанемся никогда.

В храме Божьем я видел Свет Небесный. Свет подобный в твоей душе я различил, блик блаженства и покоя, которое примет тебя однажды. Я молю Бога, чтобы ты жила в земном мире дольше меня, более даря добро людям. Всю жизнь я ожидал тебя, и ожиданье то лишь счастье умножало. Я буду ждать тебя, твой дух я в объятья заключу, прошепчу – Люблю. Мой ангел, ты святая, потому что, созерцая, во мне не было страсти, ты хранила мое целомудрие, ибо зачем мне девы мира, когда у меня есть ты. Вот как ты вознесла меня. Вот как ты любишь меня. Мне кажется, что письмо я пишу не чернилами, а слезами, так много их. Пусть тогда эти строфы, последними не будут, я одарю тебя иными словами вышними, кои Ангел мне подскажет.

Сколь благостно мне обращаться к тебе, Любимая, радостно понимать, что ты читаешь сей письмо. Но улыбнись, уж слезы высохли на твоих губах. Улыбнись, меня порадуй. Не стыдись сердца излияний, пускай потомки почитают нас и помнят о вечности истинной любви нашей. Да преисполнят твою душу воспоминанья добрые, да обретет покой моя душа в вечной любви.


Люблю тебя, Арина, люблю всегда.


2012г.


Книга “Осенняя Осанна”, автор Евгений Козлов.

Года написания 2009-2015.

Сборник произведений составлен автором в 2021 году.

Иллюстрации из личного архива автора.