Название книги:

Мудрость и величие. Часть 2

Автор:
Алаис
Мудрость и величие. Часть 2

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

Злость придает мне силы. Возвращается зрение, и я вижу светлый потолок, вдоль стен исписанный мягко мерцающими рунами. Второй этаж, похоже.

– Через час ты должна быть в состоянии передавать энергию, – голос Альда становится сухим и бесстрастным.

И не успеваю я огрызнуться по поводу того, кому и чего я должна, как лич меня просто ошарашивает своими словами.

– Предстоят два ритуала, один за другим. Оба – рискованные, и неудача кое-кому будет стоить жизни. И хорошо, если только им.

Мои отсутствующие внутренности сжимаются от подзабытого ощущения – засевшего в животе колючего комка дурного предчувствия. Я активирую чары левитации, сажусь и обнаруживаю, что сижу на краю знакомого ложа. Суртаз восстанавливал мне ноги на нем или на очень похожем на него. Поверх расстелена темно-серая мантия, я беру ее и накидываю на плечи.

Альд парит поодаль, рядом с высоким узким столиком в изголовье – или изножье, сразу и не разобрать – другого ложа. Такого же, но с ремнями.

– Кое-кому? Что ты имеешь в виду?

– Алонт и Ваан при смерти. И за выживание обоих я не ручаюсь… – лич опускает голову, будто бы рассматривая разложенные перед ним инструменты. Большинство из них похоже на причудливые ножи и крючки. А за ними виднеются несколько маленьких склянок из темного стекла. После секундного молчания Альд неохотно добавляет: – Мне сейчас и одного-то вытягивать рискованно, но… – в его голосе слышится горечь. – Я должен попытаться.

Интересно, это тоже его решение или все-таки приказ Суртаза? Внутреннее чутье подсказывает мне, что второе. Но помня, насколько болезненным для бывшего подселенеца является каждое напоминание о его подневольности… Я решаю оставить этот вопрос при себе. Тем более, что этот заносчивый зануда с непомерным самомнением при жизни был лекарем, так что первый вариант тоже вполне вероятен.

Мои руки начинают подрагивать – хочется верить, что от волнения за жизни хоть и не слишком близких, но все же не совсем уж безразличных людей, а не от слов Альда о том, что предстоящий ритуал – или ритуалы – риск для него самого. Растерявшись от роящихся в черепушке мыслей, я опять не успеваю ничего ответить.

Лич плавно пролетает мимо меня к двери, ведущей в коридор с лестницей. В руках он держит какую-то металлическую тарелку, и на ней действительно осколки стекла. Похоже, это была какая-то склянка.

– Надеюсь, тебе хватит одного часа, – остановившись у двери, добавляет Альд. – Чтобы решить, кто тебе нужнее.

– Что значит – выбирать? – вскидываюсь я.

– Что тебе непонятно в этом слове? – держась неестественно прямо, Альд зависает перед дверью, так ее и не коснувшись.

– Все непонятно, – мне удается подняться в воздух и выровняться. Работа чар потихоньку стабилизируется, но меня все еще слегка потряхивает. – Почему выбирать?

– Кажется, я уже говорил, что не смогу спасти обоих, – теперь в голосе бывшего подселенца улавливается глухое раздражение.

– Нет-нет, я имела в виду другое… – собравшись с мыслями, я преодолеваю неожиданный приступ косноязычия и уточняю свой вопрос. – Почему именно я должна выбирать, кому из них жить?

– Потому что мне все равно, – едва заметное пожатие плеч, покрытых плотной темно-синей тканью, отдает какой-то усталой обреченностью.

– А Суртаз?

– А Суртаз, – эхом отзывается Альд, берясь за ручку двери, – уже два дня, как не выходит из подвала. Забрал все свои артефакты и заперся, никого к себе не пускает и даже ментальную связь блокирует. Никак с ним не связаться.

Одной рукой лич открывает дверь, при этом тарелка в другой кренится настолько сильно, что мне кажется – темные осколки вот-вот полетят на пол. Но обошлось, лич это тоже замечает.

– Но прежде, чем уйти вниз, он приказал, – добавляет он, – чтобы я поступал по ситуации и своему усмотрению. Так что… в какой-то степени ты права. Я действительно действую по приказу Суртаза.

– Погоди, то есть, ты теперь за главного? – осторожно уточняю я.

– Этого он не говорил.

Альд покинул полупустую комнату, оставляя меня наедине с ощущением, что сложившееся положение дел радует его еще меньше, чем меня. И получается, что я провалялась россыпью целых два дня, как минимум. Мда, увлекательное и невероятно полезное времяпрепровождение. Просто идеальное – для облеченной властью ученицы Суртаза в ситуации, когда все Кольцо Миров на грани уничтожения.

Мысль о моих предполагаемых обязанностях в отсутствие наставника ведет меня дальше. Интересно, а в каком положении здесь находится Альд? Кем его вообще считает благородное и крайне подозрительное сообщество бессмертных?

Так, Шиза, не о том думаешь. Совсем не о том.

Вот только на заданную Альдом тему размышлять мне совсем не хочется. Снова усевшись на ложе, я зачем-то долго и тщательно расправляю складки своей темно-серой мантии. Затем окидываю взглядом разложенные на столике инструменты и расставленные склянки из темного стекла.

Кому жить, а кому – нет? Странный вопрос. Ваан – уже лич. Может, это очередная проверка Альда? Мол, спасти жизнь бывшему коменданту, а второй… или третий… или каким там по счету учеником Суртаз числится Ваан – и так мертвец. Задачка с подвохом.

Отмахиваюсь от этой мысли.

Бывший подселенец сейчас явно не в том состоянии, чтобы устраивать мне какие-то проверки на внимательность. И раз уж он сказал выбирать – значит, это действительно нужно. И если уж брать во внимание обстоятельства и учитывать последствия… То ответ очевиден. Толку мне от Ваана? Может, некромаг и прорицатель он и хороший, только везде одновременно он быть не сможет. Да и Альд его как-то недолюбливает, что ли… Хотя, учитывая тогдашние обстоятельства, я бы не была в этом так уверена. Вот только помня состояние Ваана, когда в последний раз последний раз я видела его живым… Может, как раз самым милосердным будет позволить ему умереть.

Да, Шиза, правильно, оправдывай свой выбор, ведь тебе куда нужнее сэр Алонт. Ты уже убедилась в его ценности, как советника, а ведь могут пригодиться и магические способности. Правда, в этом смысле он вряд будет действительно полезен, едва избежав смерти-то… Но он в любом случае будет полезнее Ваана.

Последние сомнения исчезают под этим натиском то ли амбиций, то ли здравого смысла. Но вместо них возникает сожаление о том, что Милех остался у огнемагов – канцелиар в помощниках мне тоже, ой, как пригодился бы. А тетушку Сади попросить о помощи в…

Так. Об этом можно подумать и потом. Если вообще придется. Мало ли, вдруг Альд решит взять все в свои руки. Хоть в это и верится с трудом. И при условии, что он вообще нормально перенесет лечение сэра Алонта. Может…

Нет. Если он решил этим заняться, значит, на что-то рассчитывает. Тем более, если не потянет, то прервет ритуал, и все.

Тряхнув головой, я решительно укладываюсь на ложе. Выбор сделан, теперь мне нужно немного помедитировать, чтобы накопить силы. Лежа и глядя в потолок, я впервые обращаю внимание на то, какое сейчас время суток. Разгар дня, судя по солнечным лучам, пробивающийся сквозь полупрозрачные занавески на окнах. Ранняя весна расщедрилась на ясный день. Или уже не ранняя? Или… не весна? Да ну, бред. Должна быть весна. Не могла же я настолько потерять счет времени с момента своей нестостоявшейся казни.

Под запоздалые мысли о том, в порядке ли остальные члены команды, раз Ваану так досталось, я отстраненно наблюдаю, как залитая солнцем комната начинает меркнуть… Но уже через пару минут – по моим ощущениям – из ласковых объятий медитационной тьмы меня выдергивает металлический звон.

Вернувшись в сознание слишком резко, я вздрагиваю и прислушиваюсь. Звон повторяется. Он кажется знакомым. Активирую чары зрения и поворачиваю голову – так и есть, Альд снова парит рядом со столиком с пыточными… ритуальными инструментами, спиной ко мне. Видимо, опять их перебирает.

– Так быстро вернулся?

Я сажусь на ложе и свешиваю ноги через край. И лишь опустив взгляд, вижу, что пол в полупустой комнате обзавелся начертанными на нем тремя концентрическими кругами, но пока что без рун между ними.

– Прошло полтора часа, – не поворачиваясь, отстраненно отвечает бывший подселенец.

– О… – от этого факта мне почему-то становится неловко. – А почему тогда не разбудил?

Хоть мне Альд неоднократно и говорил, что медитация – это не сон. Но сам же он и признавал, что такая его имитация была единственным средством для многих личей, позволяющим не сойти с ума от бесконечного бодрствования.

– А смысл? Ты бы мне все равно не смогла помочь, – теперь в голосе Альда слышится задумчивость. Но он быстро меняет тему: – Итак, кого ты выбрала?

Проходит десяток томительных секунд, во время которых я смотрю на ауру бывшего подселенца. По своему оттенку и плотности она слишком похожа на те нити чар в Среднемирье. Такая же полупрозрачная, бледная и… хрупкая. Альду явно паршиво, понять бы еще – почему. А пока не поймем…

– Никого, – тихо отвечаю я. – Тебе нельзя рисковать.

Металлический звон затихает. Альд хмыкает.

– Я ценю твою заботу, – после недолгого молчания устало произносит он. – Но можно мне рисковать или нет – решу как-нибудь сам. Тем более, если ты правильно выполнишь свою часть работы, этот риск будет минимальным.

– Так а что именно от меня нужно? – поднявшись в воздух, медленно подлетаю к бывшему подселенцу и останавливаюсь в паре шагов позади и чуть сбоку. – Ну, помимо передачи энергии.

– Зависит от того, кого будем спасать. Для Алонта – один ритуал, для Ваана – другой.

Ясно. Пока не назову имя – не будет мне и подробностей.

– Ладно, – сдаюсь я. – Допустим, я выбираю сэра Алонта. Что ты собираешься с ним делать? И как я могу тебе помочь?

Альд хмыкает и отвечает не сразу. Лишь снова гремит инструментами. Кости Суртаза, да такое впечатление, что он их уже раз десять туда-сюда переложил! Запоздалая мысль о том, что лич может нервничать, проносится в моей голове одновременно с…

 

– Я буду его пытать, – мрачно отвечает бывший подселенец.

– Но он же и так при смерти… Зачем его еще?..

Видимо, моя растерянность звучит очень забавно, потому что мой собеседник смеется. Только смех какой-то странный, с горечью.

– То есть, ты серьезно? – переспрашиваю я.

Издевательства над находящимся при смерти человеком… Что-то мне это напоминает.

– Да, серьезно, – ровно отвечает Альд. – Удовольствия мне это не доставит совершенно, но если я правильно понимаю, зачем тебе нужен Алонт… Результат должен тебя устроить. А вот процесс вряд ли понравится, поэтому я постараюсь свести к минимуму твое в нем участие. Ритуал-то проверенный. Тебе нужно будет просто не дать ему умереть слишком быстро, иначе не будет толку.

Вспомнила. Ох, кости Суртаза, нет. Я не хочу в этом участвовать.

– Ты собираешься сделать из него умерца?

Мой голос предательски дрожит.

Не хочу. Кости Суртаза, как же я не хочу в этом участвовать!

– Именно.

– Неужели нет других вариантов? Ты же говорил о выживании… Я думала, что ты будешь лечить.

– Выживание… – Альд касается пальцами костей носа, будто бы в попытке их то ли почесать, то ли помассировать. – На самом деле, выживание, если трактовать его буквально, как сделала ты, для этих двоих на данный момент невозможно. Ваан формально уже мертв, а для Алонта – это вопрос времени. Катастрофически малого, причем…

Убрав руку от лица, лич начинает принимается постукивать скелетированными пальцами по краю стола.

– Я не уверен, – задумчиво добавляет он, прекратив свою раздражающую дробь, – что комендант вообще переживет дорогу сюда.

– А где он сейчас?

– В особняке рода Суар. – Альд снова принимается постукивать пальцами, и это начинает меня уже раздражать. – Пожалуй, нам стоит отправиться туда. Уж очень хотелось бы сохранить ему разум. Став зомби, он может натворить дел…

– С сэром Алонтом понятно, а что с Вааном? – я решаю уточнить подробности другого варианта.

– С ним одновременно и проще, и сложнее, – бывший подселенец достает откуда-то из-за столика обитый кожей сундучок и, после недолгого колебания, ставит его на ложе рядом со столиком. – Проще потому, что формально он уже мертв, как я говорил. Поэтому фактор времени не настолько критичен. Тем более, со мной связался Мэб – он присматривает за Вааном и готов поделиться с ним энергией, чтобы не позволить упокоиться окончательно.

Я чувствую, как в груди становится чуть теплее от мысли о том, что с Мэбом все в порядке. Если он способен присмотреть за Вааном, то это еще значит, что и Линс тоже цела или не слишком сильно пострадала. Вопрос, конечно, что с остальными личами…

– Ну а в чем тогда сложность?

– В том, что его придется собирать по кусочкам заново… примерно так же, как это сделал Суртаз со мной. Я такой ритуал ни разу не проводил, поэтому придется руководствоваться кое-какими записями Суртаза и собственными воспоминаниями. А на это потребуется очень много сил…

Альд замолкает. Лишь тихонько позвякивают инструменты, быстро и аккуратно раскладываемые личем внутренним отсекам неожиданно вместительного сундучка. Это зрелище завораживает настолько, что мне приходится заставлять себя задавать крутящиеся в голове вопросы.

– Если сложность только в этом – можно же сначала заняться сэром Алонтом, а потом набраться сил и помочь Ваану.

– В том-то и дело, что есть куда более серьезная проблема.

Теперь наступает черед пузырьков. Четыре округлые склянки из темного стекла занимают свои места – каждая в отдельном кармашке.

– Альд, мне из тебя клещами каждое слово тянуть? – мое терпение уже почти иссякает. С таким темпом повествования сэр Алонт до нашего прибытия не доживет.

– Нет, – голос бывшего подселенца звучит чуть рассеянно. – Я просто пытаюсь сосредоточиться на том, чтобы взять с собой все необходимое, в том числе – и на случай, если что-то пойдет не так. Как думаешь, веревка у них найдется?

Вопрос застает меня врасплох.

– Да, наверное, – неуверенно отвечаю я. – А даже если и нет, то я не знаю, где ее можно найти здесь.

– Зато я знаю, – будничным тоном заявляет лич. – Но мне лень идти в ту кладовку. Сходишь?

– А-а-альд… – угроза в моем голосе звучит куда более зловеще, чем в моем разуме. Хм, а неплохо.

– Ладно-ладно, на месте разберемся.

– Так а что с Вааном-то?

– Он не хочет жить. Но и упокоиться не может, так как его держит Мэб. А этот упрямец и слышать ничего не желает о том, чтобы его отпустить. Из дружеских побуждений, чувства долга и Суртаз пойми, чего еще.

В словах Альда проскальзывает что-то болезненное. Что-то личное. Но я не решаюсь расспрашивать, да и времени на это нет. Но зато мой внутренний спор теперь решен окончательно. Раз я оказалась права в своей догадке, то Ваану нужно подарить покой, а сэру Алонту… бессмертие. Если смотреть на предстоящий ритуал с этой точки зрения, то можно потерпеть. Как хорошо, что я пока что не знаю подробностей.

– Ваан, я так понимаю, тоже в особняке Суар? – хоть ответ и предсказуем, но пришедшая мне в голову идея требует уточнения.

– Да, насколько я понимаю.

Альд закрывает сундучок и поворачивается ко мне.

– Ты что-то задумала, – фраза бывшего подселенца не звучит, как вопрос. Это уверенное утверждение.

– А ты не читаешь мои мысли.

– Не читаю, – лич едва заметно качает головой. – Просто интонация уж слишком знакомая.

Ну да. Голос же теперь меня выдает с головой. Надо будет все-таки с этим что-то сделать… Наверное. Но делать вид, что Альду показалось, сейчас бессмысленно и даже опасно – уходит драгоценное время жизни коменданта.

– Ваана лучше упокоить, – говорю я. – Зачем ему мучиться?..

– То же самое я говорил Мэбу, но этот упрямец… – в словах бывшего подселенца мне слышится горечь. Не договорив, он вздыхает и снова отворачивается к сундуку. Осторожно поднимает его обеими руками.

– Видимо, упрямство Мэба – это наследственное, – мне с трудом удается сдержать смешок.

– Он даже не подозревает, – тихо говорит Альд, – сколько боли скрыто в душе его друга. А это бесследно не проходит…

Лич разводит руки в стороны, и теперь сундучок парит в воздухе сам по себе.

– А ты это откуда знаешь? – подозрительно уточняю я.

– Насколько я понял, его тело должно было стать моим в случае, если не удастся восстановить кости.

Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать слова, произнесенные совершенно спокойным, будничным тоном. То есть, Суртаз… Ох ты ж…

Так вот, значит, почему он взял с собой Ваана, а не меня! Шиза-Шиза, а ты ж еще напрашивалась…

Эта мысль вызывает у меня смешанные чувства. С одной стороны – что-то вроде облегчения. С другой – жалость к пострадавшему ни за что парню, которому и до этого приходилось несладко. С третьей же… Мне не хотелось верить в то, что Первый Некромант мог бы вот так просто…

Впрочем, а почему нет-то? Кто ему запретит? Суртаз же всегда поступает так, как считает нужным. И не всегда эти поступки можно трактовать однозначно. Да и вполне логично, что первый и самый доверенный ученик для него – куда важнее какого-то чернокнижника-прорицателя.

Только интересно, какая роль в таком случае уготована мне?.. От этой мысли мне становится настолько страшно, что я быстренько отправляю ее на задворки разума.

– И так как некоторое время я снова был подселенцем, то успел ощутить состояние Ваана, – продолжает Альд, все так же держа руки разведенными в стороны. – Ему действительно лучше умереть. Думаю, став личем с моей помощью, он и сам это прекрасно понял, но Суртаз так или иначе постоянно наблюдал за ним. А распорядиться своим посмертием сейчас, пока тот занят, Ваан не в состоянии…

– Поэтому ты и предложил мне выбор?..

Лич отвечает не сразу. Он плавно сводит ладони вместе на уровне груди, и парящий перед ним сундучок окутывается мягко сияющим коконом бледно-золотистого цвета.

– Да. И в кои-то веки ты поступила логично.

– Вот это обидно было, между прочим, – бурчу я скорее для приличия, чем действительно обидевшись.

Бывший подселенец хмыкает и плавно поворачивается вокруг себя, похоже, окидывая взглядом комнату. Небрежно машет рукой, и концентрические круги на полу исчезают.

– Вроде бы все взял, – наконец, говорит он, – можно отправляться, – с этими словами Альд первым направляется к выходу в коридор.

– А он так и будет?.. – я кивком указываю на неспешно последовавший за личем сундучок.

– Да. Снадобья внутри лучше не трясти лишний раз.

Ответ раздается уже из глубины коридора, и я, спохватившись, лечу вслед за бывшим подселенцем. Точнее – за сундуком позади него, так как остерегаюсь даже лишний раз приближаться к золотистому сиянию.

Во время спуска по лестнице я поддаюсь приступу любопытства и заглядываю вниз. Но один-единственный взгляд на серебристую пелену, скрывающую за собой нижний пролет и подвал, вызывает настолько отвратительную ломоту в костях, что мне даже в голову не приходит мысль о том, чтобы посмотреть повторно.

Поэтому на улице я оказываюсь быстро. Но Альд все равно меня ждет.

Паря посреди улицы безмолвным темным призраком, он, запрокинув голову, смотрит на темное и пустое здание Зала Совета. Сундук висит в воздухе рядом. На улице – тишина и ни души. Лишь солнце в безоблачном небе раскидывает блики по влажным камням мостовой.

– Альд?

Кажется, он вздрагивает, но ничего не отвечает. Молча разворачивается и летит в нужном направлении, снова заставляя себя догонять. В тишине мы поворачиваем один раз, другой, третий. Альд ведет каким-то не знакомым мне путем, но вроде бы в нужном направлении.

– Как ты собираешься переубеждать Мэба? – неожиданно спрашивает он.

– Ну… Попробую ему объяснить ситуацию, – мой ответ звучит совсем не обнадеживающе, но что поделать, – с учетом открывшихся… подробностей.

Бывший подселенец качает головой. Ну да, я и сама знаю, что у меня и всех-то преимуществ – лишь то, что Мэб меня хотя бы выслушает. И то, не факт. Но если есть возможность решить все миром – нужно ею воспользоваться.

– А если он откажется слушать, придется приказать.

– Ты научилась чарам подчинения?

В голосе Альда слышно неподдельное удивление, которое мне бы наверняка польстило, будь у меня повод утвердительно ответить на его вопрос.

– Нет. Но тетушка Сади – бывшая жрица. И она сейчас – глава рода Суар.

Внезапно мне становится настолько неловко, будто я собираюсь произнести что-то постыдное. Впрочем, альтернатива обычным уговорам действительно не сделает мне чести. И с большой вероятностью лишит меня друга.

– А я… ученица Суртаза, и имею право приказывать его именем.

Повисает молчание. Я ловлю себя на мысли, что ожидаю от Альда какой-нибудь колкости по поводу моей самонадеянности. Или ехидного смеха. Или саркастическо-неопределенного хмыкания. В общем, любых сомнений в том, что я действительно имею право приказывать. Но теперь, оказывается, его очередь меня удивлять – неожиданно сдержанной реакцией.

– Что ж, это может сработать, – он кивает, как мне кажется, даже одобрительно. – Но ты же понимаешь, что Мэбу это… м-м-м… мягко говоря, не понравится?

– Понимаю, – печально отвечаю я. – Так что надеюсь, что он меня выслушает, поймет и не будет мешать.

А вот теперь Альд саркастически хмыкает. Хоть он и воздерживается от дальнейших комментариев, мне и самой слабо верится в сказанное.


Издательство:
Автор
Поделиться: