Даниэль Агрон
Три плюс один

«Помилостивей к слабостям пера:

Грехи поэта выправит игра».

Уильям Шекспир. «Ромео и Джульетта»

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ПАОЛО (в смысле, ПАВЕЛ) – артист оперного театра, вальяжный парень средних лет; ироничный, но добрый. Старается показать свою принадлежность к высоким искусствам, и значимость. В силу этого велеречив.

СЕРГЕЙ – артист драматического театра, простоватый и деловой парень средних лет. Наиболее успешен среди друзей, так как снимается в сериалах поочерёдно в ролях полицейских и бандитов.

ОЛЕГ – артист кукольного театра, скромный и даже застенчивый парень средних лет. В силу изложенного наименее успешен. И очень трогателен.

ЭЛИНА (впоследствии не Элина) – стеснительная и чудаковатая, скромно одетая девушка, мечтающая стать актрисой.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Холостяцкая квартира с признаками вчерашнего веселья. Очевидно, что до апокалипсиса не дошло по чистой случайности. На диване в причудливой позе беспробудно отдыхает СЕРГЕЙ.

Звонок мобильного телефона. СЕРГЕЙ подаёт (к облегчению зрителей) признаки жизни и в конце концов нащупывает телефон.

СЕРГЕЙ: – Кто это? Ты чего так рано звонишь?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – В смысле – рано? Двенадцать часов. Полдень. Так что, рано – это смотря для чего…

СЕРГЕЙ: – Ой… Доброе утро…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Пока говорили, стал добрый день! Отвечаю на Ваш вопрос «чего звонишь?». По объявлению звоню!

В комнату, шатаясь, входит ПАОЛО. Сказать, что его состояние лучше состояния СЕРГЕЯ, хотелось бы, но никак невозможно.

СЕРГЕЙ: – По какому, на хрен, объявлению?

ПАОЛО начинает делать отчаянные жесты СЕРГЕЮ.

СЕРГЕЙ: – Вы чего-то путаете…

ПАОЛО картинно и даже театрально (что не удивительно) показывает СЕРГЕЮ всё, что думает о его, СЕРГЕЯ, умственных способностях. Вероятно, он не очень высокого мнения об этих способностях…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – То есть, как – путаю? Вы же давали объявление о наборе. Вот я и звоню…

СЕРГЕЙ: – Чё за…

ПАОЛО вырывает телефон из рук СЕРГЕЯ и пытается продолжить разговор. Сперва он издаёт звук фальцетом, но, овладев собой, продолжает звучным бас-баритоном.

ПАОЛО: – Художественный руководитель школы актёрского мастерства Паоло Сердини слушает!

СЕРГЕЙ глядит на друга и предполагает, что у того, скорее всего, белая горячка.

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Слава Богу! А то у вас тут какой-то странный человек отвечает. Даже говорить по-человечески не умеет.

ПАОЛО: – А, этот-то? (машет непроизвольно рукой на СЕРГЕЯ) Не обращайте внимания. Он у нас это… техничка… то есть, грузчик.

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Серьезная у вас организация! Даже грузчики свои есть.

ПАОЛО: – Да… Мы хоть и недавно открылись, но студентов, знаете, просто толпы… Несмотря на конкурентов. Ажиотаж! (Хватается за голову, накрытый спазмом «послевчерашнего» синдрома) Учебных материалов требуется очень… очень много…

Прикрыв телефон рукой, СЕРГЕЮ шепотом: – Пива дай, придурок!..

Возвращается к разговору с незнакомцем: – … Вот и приходится нанимать грузчиков, понимаете. чтобы эти учебные материалы возить… возить…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Серьёзные вы ребята! Уважаю! Кроме грузчика. Странный он у вас.

ПАОЛО: – Да. он у нас такой. Иногда слишком грузит… Ну, мы его жалеем. Опекаем… Что делать – дебил! Но грузит хорошо. (показывает СЕРГЕЮ, что, если бутылка с пивом не появится, ему конец). А какой у вас вопрос? Чем мы обязаны счастью Вашего звонка?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – А я насчёт дочки.

ПАОЛО: – Да? А что у Вас с дочкой?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Ну, как что! Дочурка моя прочитала ваше объявление – и как пристанет! «Хочу, говорит, папа, на актрису учиться!» Так что, если вы ещё принимаете…

ПАОЛО: – А, понятно! Даже не знаю… Столько студентов, столько абитуриентов… Просто никаких грузчиков не хватает! Ну, мы, пожалуй, готовы рассмотреть кандидатуру девочки.

СЕРГЕЙ в результате ожесточённых поисков находит полбутылки пива. ПАОЛО вырывает у него пиво и делает пару мощных глотков. СЕРГЕЙ выхватывает у него бутылку назад и пытается сделать такие же глотки, но безуспешно: пива почти не осталось.

ПАОЛО (демонстрируя преображение в самочувствии): – Да, кстати, а сколько лет ребёнку?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Тридцать два.

ПАОЛО: – Э… Большая девочка уже.

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – … И очень перспективная! Знаете, какая умная! Всегда стихи читает! «Давай – говорит, – папа, я тебе стишок почитаю! «Птичка божия не знает ни заботы, ни труда…».

ПАОЛО: – Да, да… Очень мило! Только знаете, что? Пусть ваша… девочка… приедет к нам непосредственно в школу. По адресу, указанному в объявлении. Мы понимаем, конечно, Ваши отцовские чувства, но актёрская профессия – это дар! И мы в первую очередь обязаны проверить способности Вашей многоуважаемой дочурки. Так что, собеседование, показ этого… как его… этюда, песня, танец…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – И стишок, наверное?

ПАОЛО: – Ну, конечно, стишок! А как же без него, без стишка-то? Короче, передаю трубку декану актёрского факультета! (вручает телефон СЕРГЕЮ; тот машинально берёт)

СЕРГЕЙ (зажимая микрофон): – Что я с ним буду делать, идиот?!

ПАОЛО: – С телефоном? Говорить. По телефону обычно говорят. А насчёт идиота – сейчас вернусь, скажу тебе пару слов! (Демонстрирует все признаки плохого самочувствия и исчезает).

СЕРГЕЙ: – Слушаю Вас…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Это я Вас слушаю…

СЕРГЕЙ: – И что Вы от меня хотите услышать?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Товарищ декан, ну – куда нам приходить? Кому имя-фамилию дать? Вам можно?

СЕРГЕЙ: – Да у меня, вроде есть имя-фамилия…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Товарищ декан, ой Вы шутник! Оценил, оценил! Так запишете? Девочки имя-фамилию?

СЕРГЕЙ: – Давайте! (Панически ищет бумагу; не найдя, пишет на руке)

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Имя-отчество – Элина Фёдоровна. Фамилия – Шаляпина.

СЕРГЕЙ: – А Вы родитель, в смысле… А к вам как обращаться?

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Фёдор, конечно! Раз она Фёдоровна.

СЕРГЕЙ (оторопело): – Фёдор Иванович Шаляпин?!..

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Прямо почти точно! И как Вы догадались?! Только Эдуардович я… Ладно, когда девочка может прийти?

СЕРГЕЙ (озирая бардак в комнате): – Не знаю даже, когда мы будем готовы…

Начинает шарить в кармане. Карман пуст.

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Товарищ декан, я что хотел сказать… Если что, мы готовы внести аванс за обучение.

СЕРГЕЙ (неуверенно): – Пятьсот…

ГОЛОС В ТРУБКЕ: – Пять тысяч! Не вопрос. Так когда ей прийти?

СЕРГЕЙ: – Как можно скорее! В смысле, утром у нас как раз свободно более-менее. А… можно уточнить, чем мы можем помочь Вашей дочери? Ну, в смысле… зачем она придёт?

Пауза

ГОЛОС В ТРУБКЕ (хохочет): – Ой, Вы шутник, товарищ декан! Оценил юмор, оценил! В общем, рад, что мы с вами договорились. Ожидайте, скоро будет доченька моя!

Даёт отбой.

Входит ПАОЛО

       СЕРГЕЙ: – Какого… на хрен… хрена?!

ПАОЛО: – Хрен-хрена… Какое прекрасное созвучие! (напевает на известный оперный мотив) «Хрен-хрена!.. Хрен-хрена…» А теперь объясняю, уважаемый господин декан. Вчера вечером, наша дружная холостяцкая актёрская компания отмечала, стало быть, гонорар нашего друга и коллеги Сергея!.. Аплодисменты! Который снялся в очередном шедевре, в девяносто шестой серии сериала – «Забойные менты – 4». В эпохальной роли сержанта, провозглашающего: «Подследственный прибыл!» …

СЕРГЕЙ: – Ага. Зато деньги есть. Много ты получаешь в своём оперном театре?

ПАОЛО: – Да, я служу высокому искусству, не размениваясь на низкие жанры. И это требует жертв.

СЕРГЕЙ: – Ну да. И поэтому ты пропиваешь вместе со мной мой гонорар. За низкий жанр, бляха. в котором я снимаюсь.

ПАОЛО: – Вот же стыдуха!.. Ты кого куском хлеба… то бишь, бутылкой водки попрекаешь? Своего отца? В смысле, духовного.

СЕРГЕЙ: – Не, ты чё! Я просто беспокоюсь, чтобы ты белочку не схватил… И тоже начал бы зарабатывать по-человечески. Папа!

ПАОЛО: – У меня настоящая школа и настоящие учителя, малец! Это пока не востребовано. Ладно, хватит лирики! Пора приступать к делам в школе актёрского мастерства, которую мы открыли. Вернее, ты открыл. Вчера.

СЕРГЕЙ: – Я?!

ПАОЛО: – Ого! Это же надо было столько бухать!

СЕРГЕЙ: – А сам что, не со мной квасил?

ПАОЛО: – Вот! Вот! Заметьте разницу! О себе ты говоришь исчерпывающе и ёмко: «бухал». А Паша Сердюков… то есть, Паоло Сердини, по твоим же словам, просто «квасил». И поэтому я помню хоть что-то. В частности, то, что звезда нашего кино Серёжа громко возмущалась – в смысле, возмущался, что, мол: сколько можно так жить! Что мы, лохи, что ли, какие? И твёрдой рукой указал нам наше будущее. А именно, бизнес. И – да, мы его решили открыть, этот бизнес. А именно – школу актёрского мастерства. И ты, о, вождь, сказал: если не сейчас – то никогда. И чего-то там пошел за компьютер неуверенной походкой. А когда вернулся, сказал, что, мол, всё! Свершилось! А мы говорим: а что свершилось-то, Серёга? А Серёга такой, гордо: я, мол, подал объявление о наборе в школу актёрского мастерства. Нашу школу! А мы ему сказали, такие: ты что, с ума сошёл, придурок?! Мы об этом раньше даже ни думали! У нас ни бизнес-плана, ни программы обучения, не говоря уже о том, что… ни хрена… нет! Кроме этой съёмной хаты! И ты сказал «Блин-блин-блин!!!», и мы побежали удалять это объявление к одной матери! И…

СЕРГЕЙ: – Что?!..

ПАОЛО: – И ничего, на фиг! Ни-че-го! Потому что Серёга, по своей идиотской привычке, отправил что-то там куда-то там, позакрывал все вкладки и выключил компьютер! Он аккуратный, понимаете? Его так мама учила. Он даже в дрезину пьяный – аккуратный. И вкладочки-то он все закрывает… И компьютер за собой выключает… И историю чистит! Всё хорошо – ты историю-то зачем почистил? Думаешь, нас интересует, какую ты там порнуху смотрел? Хотя… конечно, интересные вещи встречаются… И вот – мы не смогли найти, куда же ты дал это объявление! И теперь мы ждём учеников. Вернее, вот – дождались!

Пауза

СЕРГЕЙ: – … Я?..

ПАОЛО: – Ага.

СЕРГЕЙ: – … Реально?..

ПАОЛО: – Господи! Надо же было столько бухать!..

СЕРГЕЙ: – Пипец…

ПАОЛО: – Да, Станиславский предложил именно этот термин для подобного рода ситуаций… Помнишь, у Гоголя? «К нам едет ревизор! – Пипе-ец…». Или у Чехова в «Чайке»: «Константин Аркадьевич застрелился! – Пи-ипе-е-ец!..»…

СЕРГЕЙ: – Слышь… Хорош стебаться! Мало того, что почти весь гонорар пробухали, он ещё и издевается. Блин… что же делать?

ПАОЛО: – Как что? Обратиться в соседнюю комнату.

СЕРГЕЙ: – Это к кому? К Олежке, что ли? Что он может сделать, несчастный?.. Вчера раньше всех вырубился.

ПАОЛО: – Зато не успел – или не додумался – дать объявление о наборе в школу актёрского мастерства, которой нет – в замызганной бабушкиной съёмной квартире.

СЕРГЕЙ: – И чем он нам поможет? Пусть спит уже.

ПАОЛО: – Во-первых, хватит ему спать, когда коллеги уже в похмелье… в смысле, бодрствуют. Во-вторых, ты сильно недооцениваешь нашего Младшего друга и брата. Да, случилось несчастье у человека. Он – артист кукольного театра. Но!

СЕРГЕЙ: – Но?..

ПАОЛО: – Но за пивом-то он может сходить?!

СЕРГЕЙ вскакивает. Оба подбегают к двери в комнату Олега. Стучат поочерёдно.

ПАОЛО: – Сова, открывай! Медведь пришёл! И ему, между прочим, после вчерашнего плохо!

СЕРГЕЙ: – Открывай, Сова!.. Крошка Ру и его мама Кенга хочут пить! И вода из-под крана в этой ситуации не подходит!

Пауза. Из-за двери раздаётся слабый голос Олега.

ОЛЕГ: – Друзья, это вы?..

ПАОЛО: – Конечно, Олежек! А кто же ещё? Мы тебя не бросаем!

ОЛЕГ: – А можно вас попросить об одном одолжении?

СЕРГЕЙ: – Олежек! Всё для тебя, брат! Чем мы можем тебе помочь?

ОЛЕГ: – Идите в жопу! Пожалуйста!..

Пауза

СЕРГЕЙ: – Паша… Я даже не знаю, что на это сказать!..

ПАОЛО: – Сергей! Если честно, это для меня удар! Я потрясён вульгарностью данного высказывания!

СЕРГЕЙ: – Олежек! Я… это… понимаю. У тебя, наверное, душевный кризис. Но ты знаешь, каково нам?

ОЛЕГ: – Вам как обычно. Вы оба пьянь!

ПАОЛО отыгрывает просто-таки натуральный шок и страдание

СЕРГЕЙ: – Что?! Нет, вы слышали?!

ПАОЛО: – Олег! Как ты мог?! Твои слова ранят в самое сердце!.. (в сторону) И, если я не похмелюсь, я сдохну! (оборачиваясь к двери Олега, театрально, прямо, как в опере) Моя гибель будет на твоей совести, жестокий предатель!

ОЛЕГ: – Ну и хрен с вами! Не надо было столько пить!

СЕРГЕЙ: – И это говоришь нам ты? Да мы, может, из-за тебя так и набухались! Можно сказать, споил нас – и теперь бросает! На произвол судьбы!

Дверь открывается и вылезает ОЛЕГ. Выглядит он хуже обоих своих друзей, вместе взятых

ОЛЕГ: – Я – вас? Споил?!..

ПАОЛО: – Да! Ты толкнул нас на роковой шаг, когда ничто не предвещало беды. Мы сидели за мирной беседой, всего лишь за второй бутылкой водки…

ОЛЕГ: – Какого чёрта… За третьей!

СЕРГЕЙ: – Ну, допустим, за третьей!

ПАОЛО: – Да с каких пор это для нас имело значение – со второй или с третьей бутылкой мы сидели!

ОЛЕГ: – Вот именно, алконавты хреновы! И как же я вас споил? Это вы меня…

СЕРГЕЙ (перебивает): – О, нет, дружище, ты неправ! Вспомни: мы уже практически всё закончили. Мы собирались спать ложиться, потому что ни одна наша ба… подружка не оказалась свободна в этот долгий зимний вечер…

ОЛЕГ: – В середине июня…

СЕРГЕЙ: – Неважно! И что тут вдруг делает наш друг Олег? Какую бомбу он подкладывает под наш скромный, понимаете, мирный выпивончик? Он берёт и под самый конец третьей бутылки предлагает тост за матерей! И как нам было отказаться?!

ПАОЛО: – Ведь мать – это святое! Могли ли мы не исполнить сыновний долг?

ОЛЕГ: – Ребята… вы что, серьёзно?

СЕРГЕЙ: – Да куда уже серьёзнее! Когда единственное, что нашлось после третьего пузыря, была эта проклятая «Бехеровка»!

ПАОЛО: – О, роковая блажь! О, дьявольский напиток! Лишь только смерти ангел… ну и ты, Олег, разумеется… мог подсунуть нам его после водки. чистой, как слеза ребёнка! И вот, мы пред тобой повержены стоим, и просим лишь – спаси!

ОЛЕГ: – Ребята!..

СЕРГЕЙ: – Короче, пошёл за пивом!

ОЛЕГ: – На какие шиши, вы что…

СЕРГЕЙ: – На те двести рублей, которые у тебя в левом заднем кармане. Я вчера видел.

ПАОЛО: – Олег! Олежек! Я не поверю, что ты решил нас почти что убить по злому умыслу! Равно как и тому, что тебе после содеянного тобою с нами тебе безразличны наши жизни… нет, наши судьбы! Вот…

ОЛЕГ (удручённо): – Ладно, чёрт с вами… Иду. Ну, почему у вас всегда получается меня использовать?..

Заходит назад в комнату. ПАОЛО и СЕРГЕЙ исполняют нечто вроде ритуального танца радости.

Олег выходит

ОЛЕГ: – Иду.

СЕРГЕЙ: – Иди!

ПАОЛО: – Наши мысли с тобой, брат! Ты же понимаешь…

Пауза

ОЛЕГ: – Знаете… Вы мои друзья и я вас люблю, конечно… Но всё же, вы немного упыри иногда…

СЕРГЕЙ (ласково): – Бутылочное не бери, как в прошлый раз! Сильно дороже, а внутри тоже самое…

ПАОЛО: – И поскорее дружище! Надеюсь, ты не оставишь друзей в беде надолго.

ОЛЕГ: – Пошел ты!

ПАОЛО: – Да… я знаю, что у тебя доброе сердце…

Олег уходит

СЕРГЕЙ: – Знаешь, Паша, теперь я, наконец, начинаю понимать, для чего нужны артисты кукольного театра.

ПАОЛО: – Сережа, боже, как ты можешь! Я поражаюсь твоему цинизму!

СЕРГЕЙ: – Ну да, я циничен, признаюсь. Хотя, чего я такого сказал? Посмотрим правде в глаза: не удалась жизнь у человека! Никому не нужен, бедняга.

ПАОЛО: – Неправда, он нужен нам. Для того чтоб с ним дружить…

CЕРГЕЙ: – Для того, чтоб он ходил за пивом…

ПАОЛО: – Для того, чтоб помогать ему, и о нем заботиться…

СЕРГЕЙ: – И для того, чтобы он вносил свою долю за съемную квартиру, потому что без него мы эту хату не потянем.

ПАОЛО: – Нет, ты все-таки непроходимо циничен. Это ужасно!

СЕРГЕЙ: – Да ладно! Это просто правда жизни. И то, что сейчас придет Олежка, принесет пиво –тоже правда! И жизнь вернется к нам окончательно. А потом мы приведем себя в порядок, и пойдём…

ПАОЛО: – Дорогой Сергей! Напоминаю тебе, что жизнь наша – и твоя – теперь в корне изменилась. И до конца рабочего дня мы из офиса никуда не уйдем.

СЕРГЕЙ: – Из какого, на хрен, офиса?

ПАОЛО: – Из офиса школы актерского мастерства. Которую мы с тобой, вернее, ты нам, открыл. Кстати, в качестве художественного руководителя школы поздравляю с назначением, господин декан актерского факультета!

СЕРГЕЙ: – Слушай, а что это за бред? Что это ты выдумал? Какие-то худруки, деканы…

ПАОЛО: – Детка, я давно уже понял, что это мой крест по жизни: учить тебя не только хорошим манерам – что практически бесполезно – но и элементарной адекватности. Вот скажи, если это актерская школа, то что у нее должно быть?..

СЕРГЕЙ: – Ну, помещение!

ПАОЛО: – Которого – что?..

СЕРГЕЙ: – Нету…

ПАОЛО: – Золотые слова! Нет ни помещения, ни денег, ни плана действий. А там, где ничего в реальности нет, должно быть – что? Руководство! Так что, за работу, товарищ декан!

СЕРГЕЙ: – Блин да почему декан? И почему актерского факультета? И почему я?!

ПАОЛО: – Сережа, декан – потому что факультет.       Актерский – потому что школа актёрского мастерства! Я, конечно, понимаю, что ты играешь несколько специфические роли, но включи уже хоть немного мозгов… пожалуйста! А почему ты? Сережа, ну это очевидно – кто ещё в России может быть деканом актерского факультета в частном учебном заведении, кроме как среднего уровня актёр, играющий в говёных сериалах? Ты меня удивляешь честное слово.

СЕРГЕЙ: – Слышь, ты! Не наглей, а?! Тоже мне, Паваротти с зарплатой двадцать тысяч! Я хотя бы семью кормлю. Вот! (поднимает две пустые бутылки от водки)

ПАОЛО: – Да, такова теперь доля высокого искусства. Корпоративов, где ты поёшь для поддатых тёток дурным голосом песни Магомаева, сейчас меньше, чем ментовских сериалов. Экономика падает. И культура – тоже! (завершает тираду картинным жестом)

СЕРГЕЙ: – Ладно, высокая культура… Пойду хоть, переоденусь.

Уходят, каждый к себе

Раздается звонок в дверь

СЕРГЕЙ: – (кричит из своей комнаты) Паша, открой дверь! Этот придурок опять ключи забыл.

ПАОЛО: – Серж, я не могу! Я нахожусь в деликатном моменте переодевания.

СЕРГЕЙ: – (появляется из комнаты в трусах) А я в каком моменте? Аристократ хренов…

Звонок раздаётся снова

СЕРГЕЙ (пытаясь открыть дверь, кричит): – Да хорош звонить, задрал уже! Сейчас уже открою этот дебильный замок!

Рывком открывает дверь. На пороге стоит ЭЛИНА.

ЭЛИНА: – Здравствуйте! Ой!.. Меня зовут Элина. Я в школу актерского мастерства пришла записываться…

Из своей комнаты появляется ПАОЛО, одетый местами даже элегантно.

ЭЛИНА – Я, наверное, не вовремя?..

ПАОЛО – Нет-нет! Вы, конечно, вовремя! Проходите, располагайтесь! Мы с радостью прослушаем вашу, так сказать, актерскую заявку.

Элина робко входит и останавливается

ПАОЛО- Разрешите представиться: Паоло Сердини, художественный руководитель школы актерского мастерства! А это тот, кто будет руководить непосредственно вашим учебным процессом. Декан актерского факультета Сергей Алмазов!

Пауза. ЭЛИНА стоит, жутко стесняясь и стараясь не глядеть в сторону СЕРГЕЯ

ПАОЛО: – А, понял! Не обращайте внимания… это мы отрабатываем этюд на тему «Провинциальный актер-неудачник с похмелья». Сергей Александрович, я думаю, что здесь мы можем остановиться, и продолжить потом. Что-то мне подсказывает, что к этому этюду мы вернёмся ещё не раз… Пройдите, переоденьтесь пожалуйста! А я пока начну собеседование с абитуриенткой.

ЭЛИНА: – Ой, ужас! Собеседование!

ПАОЛО: – Что такое, не понял?..

ЭЛИНА: – Я же никогда не проходила собеседование в творческие инстанции! Я так волнуюсь!..

ПАОЛО (в сторону): – Боже мой, какие слова девочка знает… Инстанции!

ЭЛИНА: – Ну, понимаете, я очень стеснительная по натуре… Я только один раз в жизни проходила собеседование. В папину компанию.

ПАОЛО: – В папину компанию? О, как интересно. То-есть, у вас это… Богатенький папа? В смысле, я имел виду, он у вас занимается бизнесом?

ЭЛИНА: – Ой ну что вы, он не считает себя богатым человеком! Он говорит, что он просто бизнесмен, как многие другие. У него холдинг… а в нем два бизнес центра, несколько магазинов, ну и разные там турагентства… А, забыла: у папы ещё два ресторана – один в Будапеште, а в другой в Лондоне.

Пауза

ПАОЛО: – М-да… Ну, ничего так, скромный бизнесмен. Скажите, уважаемая…

ЭЛИНА: – Элина Федоровна. Шаляпина. Ой, да можно просто Элина. Не надо так формально.

ПАОЛО: – Как мило! А скажите, неформальная наша, а чем занимается Ваша матушка? И кстати, как Вы до нас добрались? Не общественным транспортом, надеюсь? Я уже не спрашиваю, где мордовороты-охранники с квадратными затылками и проводами в ушах…

ЭЛИНА: – Можно на оба вопроса отвечать? Мама у нас домохозяйка. Папа говорит, что нечего ей работать, у нее и так много работы по дому. А охранников и шофера я отпустила. Зачем они тут нужны? Я подумала, что они могут вам помешать, а если вы захотите, чтобы я стишок прочитала или песенку спела, то я тогда буду при них стесняться.

ПАОЛО: – Прелесть! И что за такая стеснительная девочка у таких. э-э… реализованных родителей! Понимаете, Элина, суть актерской профессии в том, чтобы на внутреннем, глубинном уровне отключить всякое так называемое стеснение. Иначе оно Вам никогда не даст самовыразиться! А ведь именно самовыражение является, в концепции современного искусства, конечной целью художника… Итак, Вы нам, чего-то там, стишок хотели почитать?

Из своей двери за спиной Элины появляется Сергей, Паоло делает ему знаки, чтобы он убрался поскорее.

ЭЛИНА: – Ой, а что это вы показываете?

Сергей, крадучись, пробирается в ванную комнату

ПАОЛО: – А это я призываю вас сконцентрироваться, чтоб вы не отвлекались и не обращали внимание ни на что постороннее.

Раздается шум воды в умывальнике

ПАОЛО: – Итак, стишок, то есть стихотворение. Слушаю!

ЭЛИНА: – «Птичка божия не знает

Ни заботы, ни труда;

Хлопотливо не свивает

Долговечного гнезда;

В долгу ночь на ветке дремлет;

Солнце красное взойдет:

Птичка гласу бога внемлет,

Встрепенется и поет.

За весной, красой природы,

Лето знойное пройдет —

И туман, и непогоды

Осень поздняя несет:

Людям скучно, людям горе;

Птичка в дальные страны,

В теплый край, за сине море

Улетает до весны»…

ПАОЛО оторопело смотрит на ЭЛИНУ, и затем спохватывается.

ПАОЛО: – Э-э-э-э… Да, любопытно. Впечатляюще… и выбор-то какой – Пушкин! Наше все! Но понимаете, какое дело: вот, ваше исполнение, как у всякого непрофессионала – оно, конечно, искреннее. Я бы сказал даже – задорное! Но у вас, в силу нетренированности, есть то, что у нас, в актерской сфере, называется зажимом.

ЭЛИНА: – У меня зажим?! Какой ужас! Где?!

ПАОЛО: – Хороший вопрос! Зажимы дорогая моя, бывают двух видов. Психологические и телесные. Психологическими зажимами мы с вами позанимаемся…

Раздается звук воды, сливаемой в унитазе.

ПАОЛО: – В ходе обучения…

ЭЛИНА: – Ой, уже обучение?!

ПАОЛО: – Если вы пройдёте собеседование, конечно. А телесные зажимы – их можно показать хоть сейчас. Итак, показываю зажимы, как у нас говорят, «на физике»…

Встает, подходит к Элине и начинает показывать на ней.

ПАОЛО: – Итак, очевидный зажим я наблюдаю здесь… здесь… и здесь…

Отворачивается и говорит в сторону

ПАОЛО: – Блин, да у нее физика очень даже ничего!.. Прямо даже жалко: такая физика – и зажимы. Надо бы этим заняться! Тем более, с таким папой…

Поворачивается к Элине.

ПАОЛО: – Ну а теперь – песня! Только пожалуйста, современную, ибо классика уже прозвучала. И не забываем: полная внутренняя раскрепощенность!

ЭЛИНА: – А можно мою любимую?

ПАОЛО: – Ну да, конечно. На полном вдохновении! Вперед!

ЭЛИНА: – Хорошо. Я тогда раскрепощённо… (поёт)

«Легче, проще. Уже не кажется, так бесконечно без тебя

Ночи, хочешь? Мне наплевать, чего теперь ты хочешь без меня

Во Вселенной ты был господин и никого вокруг, только ты один

Но оказалось, что ты не незаменим

Я открываю мир других мужчин!

Мало половин, мало, мало половин

Мало половин, мало, мало половин

Мало половин, мало, мало половин

Я открываю мир других мужчин!»…

Из ванной комнаты выходит Сергей и застывает в изумлении.

ЭЛИНА: – Ой!.. Ну, я это… раскрепощённо постаралась. Как-то…

ПАОЛО: – Присоединяйтесь, Сергей Александрович! Наша абитуриентка тут показывает потрясающие способности, и незаурядные вокальные задатки.

СЕРГЕЙ: – Да я как бы, вижу…

ПАОЛО: – Ну что, товарищ декан, хотите послушать еще что-нибудь?

СЕРГЕЙ: – Нет-нет, спасибо! Я уже достаточно наслушался! В смысле, послушал.

ЭЛИНА: – Правда? А как, Вас же не было…

СЕРГЕЙ: – Поверьте, это было очень хорошо слышно. И очень убедительно.

ЭЛИНА (радостно): – Да! Мама всегда говорит мне, что я очень громкая!

СЕРГЕЙ: – Ну что, господин Паоло, какого будет Ваше решение?

ПАОЛО: – А ваше, товарищ декан?

СЕРГЕЙ: – Ну, я считаю, что наша абитуриентка показала себя вполне достойно. И я за то, чтобы зачислить ее в нашу школу. И принять (с нажимом) предоплату.

ПАОЛО: – Ну что ж, Элина Федоровна, мы рады сообщить вам, что решением приёмной комиссии вы зачислены…

СЕРГЕЙ: – В школу…

Распахивается дверь. Врывается Олег, держа в руках две огромные бутылки

ОЛЕГ: – Радуйтесь алкаши! Взял я вам ваше пиво! Две, бляха, по цене одной! По акции.

Пауза. ОЛЕГ поворачивается и видит ЭЛИНУ.

СЕРГЕЙ: – Чего ты творишь? Вот дебил!

ПАОЛО: – А вот сейчас, Элина вы наблюдаете другой этюд. На сей раз в исполнении нашего аспиранта. Этюд называется «Долго искал, но нашёл!».

ОЛЕГ стоит с бутылками в руках и смотрит на ЭЛИНУ

СЕРГЕЙ (делая отчаянные знаки Олегу): – Кстати, Элина. а как Вам этюд?

ЭЛИНА: – Вы знаете, по-моему, очень достоверно. Мне это папиного садовника напомнило. Он себя так же ведёт. (Поворачивается к Паоло) А, можно вопрос?

ПАОЛО: – Да, конечно! Мы поощряем любые вопросы.

СЕРГЕЙ за спиной у ЭЛИНЫ подходит к ОЛЕГУ, выхватывает у него бутылки и ставит за диван.

ЭЛИНА: – Вы, это… Меня извините, может быть я не права, но мне показалось что этюды. которые я видела, очень, какие-то, однотипные. Все насчет, ну… как бы это сказать…

ПАОЛО: – Пьянства, возможно алкоголизма, и общей человеческой деградации? Да, конечно. Но понимаете, какое дело… Мы поддерживаем современный театр, который смело говорит о самых больных темах нашего общества. Нам близки такие драматурги как Вырыпаев и Сигарев! Нам близка режиссура таких художников как, извините, Богомолов и даже, не побоюсь этого слова, Серебреников!

ЭЛИНА (радостно): – Ой, а я их знаю!

ПАОЛО, СЕРГЕЙ, И ОЛЕГ: – Да-а-а-а-а?!

ЭЛИНА: – Ну, в смысле, мы с мамой ходили на спектакли и того, и другого. Мама сказала, что это издевательство над искусством, и что это непрофессионально и отвратительно. А один раз мы взяли папу. Так он сказал: «Что за хрень, куда вы меня привели за шесть тысяч!». А еще он сказал, что голых мужиков он может увидеть и в сауне, для этого ему не надо ходить в театр. Вот…

Пауза

ПАОЛО: – Вашему папе жалко шесть тысяч на искусство?

ЭЛИНА: – Нет он говорит, что для хорошего дела никакие деньги не жалко… Ой, я же забыла! Вот, предоплата! (вытаскивает из кошелька пятитысячную купюру) А, кому отдать?

СЕРГЕЙ: – Мне, мне! (подбегает к Элине) Вот… пожалуйста… (выхватывает у нее купюру) спасибо! С вашего позволения, я пошел приходовать сумму (размахивая купюрой, кидается за диван).

ПАОЛО: – Стоять!

СЕРГЕЙ (вылезает из дивана, вытирая губы): – Как скажете, господин худрук!

ЭЛИНА: – А за такую фигню, на которую мы ходили даже два рубля отдавать западло. Ну, это папа так говорит.

СЕРГЕЙ (торжествующе): – Вот! Голос народа – голос здравого смысла!

ОЛЕГ: – Полностью поддерживаю! Знаете, уже так хочется увидеть на сцене что-то настоящее – не вот эти извращения на тему классики, и не эти низкопробные перформансы о том, как плохо жить, а что-то настоящее, искреннее, реалистичное… Доброе, в конце концов!

ПАОЛО: – Ну, вот и делай это у себя в кукольном театре! Что ты там играешь, «Три поросенка»? (поворачивается к Сергею) Или ты в своих реалистичных сериалах про больничку и ментов? Реализм ваш – это для спальных районов. Так же, как и всякие гастрольные комедии с участием знаменитостей из телевизора. А настоящий театр – это, знаете ли, дерзко, нестандартно!..

СЕРГЕЙ: – Нестандартно… Колбасу, небось, хочешь есть стандартную. И водяру тоже стандартную, а не палёную.

ПАОЛО: – Вот оно, сериальное мышление! Мы реформируем театр и изменяем мир…

СЕРГЕЙ: – Махая писькой на сцене…

ПАОЛО: – Если это единственное, что ты заметил в современном театре…

ОЛЕГ: – Так больше же ничего и не видно…

ПАОЛО: – То вы оба придурки… Элина, не обращайте внимания, эти споры – обычное дело в творческой среде. Кстати, позвольте представить: Олег, наш аспирант – в чем ему, несомненно, повезло…

Сергей снова пытается залезть за диван

ПАОЛО: – Стоять, декан!

СЕРГЕЙ: – Я весь внимание, товарищ художественный руководитель!

ПАОЛО: – Так вот, Олег – наш аспирант, актёр – увы! – кукольного театра… Да, Элина, такова жизнь: у каждого – свои несчастья!

ОЛЕГ: – Ничего себе! А у тебя, интересно, какое несчастье?

ПАОЛО: – Вы оба… Так что, Элиночка, Олег будет заниматься с Вами основами кукольного театра.

ЭЛИНА: – Да-а-а-а-а-а?!

ОЛЕГ: – Да-а-а-а-а-а-а?!

ПАОЛО: – Ну конечно! Ведь мир театра велик. В нем есть и великое музыкальное искусство, которым с Вами буду заниматься я – и актерское мастерство, которым с Вами будет заниматься лично декан актерского факультета, Сергей Александрович Алмазов.

ЭЛИНА: – Ой, правда!? Это такая честь!..

ПАОЛО: – Ну, да. У Вас же явно повышенные способности…

СЕРГЕЙ (радостно размахивая за спиной у Элины пятитысячной купюрой): – Очень повышенные!

ПАОЛО: – А наш юный коллега и аспирант будет заниматься с Вами кукольным театром.

СЕРГЕЙ: – Для того, чтоб вы знали, куда не надо идти работать…

ОЛЕГ: – Что?! Вот Вы…

ПАОЛО: – Господин декан, ну что за отношение! Дети же это всё-таки смотрят… иногда. А в нашей системе наш аспирант, кроме того, что мы его обсуждаем, должен нести полезную педагогическую нагрузку.

СЕРГЕЙ: – Ясен пень! Кроме того, как за пивом ходить.

Пауза

ПАОЛО (рассмеявшись): – Шутник Вы, декан, однако! Ну что же, давайте начнем наше первое занятие…

СЕРГЕЙ: – И начнем его с этюда.

ОЛЕГ: – Какого еще этюда? Господи!

ПАОЛО: – А правда, вы про какой этюд говорите?

СЕРГЕЙ: – Ну как? Этюд называется «Прийти в себя сегодня после тяжёлого рабочего вечера вчера».

ЭЛИНА: – Ужасно интересные названия этюдов!

ОЛЕГ: – Да, у нас тут вся жизнь интересная.

СЕРГЕЙ: – Итак, показываю этюд. Посмотрите на мои руки: ничего нет, правда?

Ныряет за диван и показывается снова с бутылкой пива.

ЭЛИНА (хлопает в ладоши): – Ой, я узнала – это пиво!

СЕРГЕЙ: – Нет Элиночка Вы не правы. Это не пиво.

ОЛЕГ: – А, значит, как по акции и недорогое – так уже и не пиво? Аристократы хреновы!

ПАОЛО: – Вот видите, Элиночка – Олег так вошёл в роль, что даже и не выходит… Да, это действительно не пиво.

ОЛЕГ И ЭЛИНА (вместе): – А что же это?

СЕРГЕЙ: – Это реквизит!

ПАОЛО: – А если посмотреть с точки зрения системы Станиславского – предлагаемые обстоятельства. А теперь мы берем предлагаемые обстоятельства и помещаем их, например, за Сергея Александровича. Демонстрирую!

Подводит Сергея ставит его перед Олегом и Элиной заводит его руку с бутылкой за спину.

ПАОЛО (стоя за Сергеем): – А сейчас обратите внимания. Вот предлагаемые обстоятельства, в которых я нахожусь сейчас. Предположим, мне плохо…

ОЛЕГ (с иронией): – Что, очень плохо?

ПАОЛО: – Не отвлекайтесь, аспирант! Итак, мне плохо – но сейчас мне станет хорошо. Прямо у вас на глазах! Средство, которое я демонстрирую, называется – «пристройка»!

СЕРГЕЙ: – Я только прошу Вас, товарищ худрук, не очень там пристраиваться…

Паоло заходит за спину Сергея.

ПАОЛО: – Коллега, я бы попросил бы посерьезней!

СЕРГЕЙ: – Слушаюсь товарищ художественный руководитель.

ОЛЕГ: – Кто?! Что за бред…

ПАОЛО: – Олег Анатольевич, что с Вами? Вы что-то с утра не очень адекватно себя ведете. Перед вами художественный руководитель школы актерского мастерства, профессор Паоло Сердини. Алё? Мне кажется, Вы слишком много пьёте в этом вашем кукольном театре. Вы еще молоды, поберегите свое здоровье!.. Итак, мне плохо… Будем считать, что я зашел за кулисы… Вышел… Выполняю пристройку… (отыгрывает ощущения, присаживается за СЕРГЕЕМ и отвинчивает пробку с бутылки) Пока еще очень плохо… (широко выставляет руки в стороны и делает несколько глотков из бутылки, которую СЕРГЕЙ держит за спиной). И вот, я выхожу (встает из-за спины СЕРГЕЯ)… И мне хорошо!

ЭЛИНА: – Ой! Как вы это сделали?

ПАОЛО: – Путем внутреннего преображения, моя дорогая! А теперь, коллеги, каждый из Вас повторит этот этюд. Чтобы абитуриентка убедилась в том, насколько по-разному можно воплотить один и тот же творческий замысел. Итак, Сергей Александрович, прошу Вас…

Меняются с СЕРГЕЕМ местами. СЕРГЕЙ повторяет то же самое, что сделал ПАОЛО.

СЕРГЕЙ (поднимаясь из-за спины Паоло): – Вот это, понимаете, жизнь!

Начинает петь «Я люблю тебя, жизнь!..»

ОЛЕГ: – Сережа, умоляю, только не это! В музыкальном театре у нас работаешь явно не ты. И вообще, я тоже хочу исполнить этюд!

СЕРГЕЙ (с издевкой): – Может, какой-нибудь другой?

ЭЛИНА: – Ой, а еще другие этюды есть?

ПАОЛО (глядя на СЕРГЕЯ): – Вечером явно будут…

СЕРГЕЙ: – Ну, короче! Сворачиваемся!

ОЛЕГ: – Нет уж! Как все – так этот этюд, а как мне – так другой? Как на мне – так сворачиваемся? Может, вы забыли кто вообще за этими этюдами ходил?

ПАОЛО (ледяным тоном): – Действительно, Сергей Александрович, Вы допускаете огромную несправедливость. Олег Анатольевич имеет полное право исполнить тот же этюд, что и мы с Вами. И не в меньшем количестве!

СЕРГЕЙ: – Да ладно, я что, против, что ли? Мне же не жалко. Тем более, там еще есть… (показывает на диван)

ПАОЛО (в сторону): – Господи! Я его, конечно, люблю… но какой же он идиот иногда!

ОЛЕГ занимает позицию за СЕРГЕЕМ и допивает пиво. Выходит из-за СЕРГЕЯ, совершенно счастливый.

ОЛЕГ: – Так! Ну, с кем там надо было кукольным театром позаниматься?

ЭЛИНА: – Со мной, со мной!

ПАОЛО: – Знаете, у меня такое ощущение, что это надо сделать после некоторого перерыва… Давайте запланируем занятия на завтра. А то сегодня ещё (глядя на виски) столько работы…

СЕРГЕЙ: – А пока наш уважаемый художественный руководитель нам споет!

ПАОЛО: – Что?! Ах ты…

ОЛЕГ: – Маэстро, просим!

ПАОЛО: – Ах вы…

ЭЛИНА (подходит к ПАОЛО): – Маэстро… Пожалуйста! Я прошу Вас.

ПАОЛО: – Ну, что ж… Раз коллеги настаивают, и широкие массы студентов тоже, придется пойти навстречу. (Поворачиваясь к СЕРГЕЮ и ОЛЕГУ) Я вам это припомню, гады… Итак, встали все на изготовку!..

ОЛЕГ: – А мы-то при чём?!

ПАОЛО: – Однако! Вы думали я тут буду въё… трудиться, а вы будете сидеть и прикалываться? Я пою – вы танцуете! (Поворачиваясь к СЕРГЕЮ и ОЛЕГУ) – Подстава – так подстава! (поворачиваясь к ЭЛИНЕ) Так, я не понял: а что стоим в сторонке?

ЭЛИНА: – Ой, что, я тоже?!

СЕРГЕЙ (подходя к ЭЛИНЕ): – А как же!

ЭЛИНА: – Но я же ничего не умею!

ОЛЕГ: – Ну надо же когда-то начинать. Прошу… Пожалуйста!

ПАОЛО: – Следим за мной. Три… Два… Один… И – поехали!

ПАОЛО поет песню. Остальные начинают подтанцовывать. Постепенно вся компания втягивается в безудержный, сумасшедший, танец.

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА

ВТОРОЙ АКТ

Та же квартира, несколько облагороженная, с отдельными признаками наведенного порядка.

ПАОЛО и ОЛЕГ

ПАОЛО: – Значит так: сейчас она придёт, и мы начнем занятие… C ума сойти! В жизни не думал, что буду преподавать театральное дело, тем более оперное искусство, прибабахнутым девицам.

ОЛЕГ: – Она не прибабахнутая! Ну, как ты можешь…

ПАОЛО: – Олежек, мне понятен твой подход. Один прибабахнутый вступается за другую…

ОЛЕГ: – Знаешь, что!.. Если ты так будешь говорить о ней…

ПАОЛО: – То – что?

ОЛЕГ: – То я…

ПАОЛО: – То – что?

ОЛЕГ: – То я за пивом больше не пойду!

ПАОЛО: – Погоди, Олег… ты что? Ты, по-моему, слишком серьезно все это воспринял. Ну, нельзя же так критически реагировать на шутливое замечание!..

ОЛЕГ: – Ну и хорошо. Больше не шути так.

ПАОЛО: – Как скажете, сэр… О, погоди! Это то, что я думаю?!.. Ты что, в эту девочку влюбился?

ОЛЕГ: – Что? Иди к чёрту!

ПАОЛО: – Да что ты! Я же не против. Вполне себе… симпатичная девочка. По-моему, чем-то даже напоминает такую кинозвезду, как Оксана Маевская… чем-то.

ОЛЕГ: – Фу!..

ПАОЛО: – Что такое, малыш?

ОЛЕГ: – Нет, ну… актриса, конечно, хорошая, но в каком же говне она снимается…

ПАОЛО (погрустнев): – Ой, Олежек… Ты, конечно, правильный человек. А я оперный. Пожалуйста – мы, такие прекрасные… не снимаемся, как ты говоришь, в говне. И кто из нас имеет деньги? Серёжа, который в этом говне снимается время от времени, имеет деньги, на которые мы пьём… а Оксана Маевская, которая снимается в говне, вообще не вылезая, имеет большие деньги и популярность! Вот она, наша жизнь! Вот они, вкусы уважаемой публики! Рынок, будь он неладен! Вернее, не рынок, а базар…

ОЛЕГ: – Ага… А твои кумиры из прогрессивного искусства, значит, страдают за идею и догрызают последнюю корочку хлеба? И запивают водой из-под крана? Настолько обеднели, что даже на собственную свадьбу не в чем было приехать, кроме машины для покойников?

ПАОЛО: – Ирония, конечно, грубая. И неуместная. Как и все твои с Серёгой нападки. Впрочем, что с вас взять. Особенно с тебя. Так что, давай вернёмся к личной жизни… Я желаю тебе с этой девушкой успеха! Правда! Может, если не в профессии, то хотя бы в личной жизни ты найдёшь самореализацию и успокоение. Семья… Её критические дни… Орущие и срущие младенцы… Какая прелесть! Только – умоляю, когда у вас пойдут эти самые детки, пусть будут прибабахнуты… оригинальными, как вы, пусть продают БАДы, пусть будут членами мафии, извращенцами… Пусть будут даже депутатами!.. Но, заклинаю – только не артистами кукольного театра!

Появляется СЕРГЕЙ. Он несколько прилично одет, и даже неплохо выглядит.

ОЛЕГ (кротко): – За пивом не пойду!..

ПАОЛО: – Да хватит уже шантажировать! Ты вводишь в этом доме цензуру! Не даёшь свободно выражать мысли!.. Ты…

ОБА: – (Увидев Сергея) – О-о-о!..

ПАОЛО: – Господи! Сережа что такое? Я тебя просто не узнаю. Что случилось?

ОЛЕГ: – Предоплата подействовала.

СЕРГЕЙ: – Допустим! И что? Между прочим, я слышал эти ваши наезды… Могу возразить. Хоть я и не всегда снимаюсь в главных ролях…

ПАОЛО: – … Это так теперь называется «никогда»?

СЕРГЕЙ: – Слышь! Хорош стебать, а? Да, я берусь за любую работу! Потому что – работа лучше, чем не работа…

ОЛЕГ: – Деньги лучше, чем не деньги…

СЕРГЕЙ: – Вот именно! И я берусь за всё. Играю то ментов, то бандитов…

ОЛЕГ: – Дураков-мужей…

ПАОЛО: – Пьяных соседей…

ОЛЕГ: – В общем, весь основной набор ролей современного российского кино.

ПАОЛО: – Нет! Ты недооцениваешь российский кинематограф! Есть ещё роль тупого друга жениха. Который тоже тупой…

СЕРГЕЙ: – Зато это ра-бо-та!!! Если у меня, блин, свободный день, я готов даже пойти дублёром известного актёра. Даже за мизерный гонорар! В пятницу мы на что бухали?

ПАОЛО: – «Отдыхали», я попросил бы…

ОЛЕГ: – А мы что, ещё и отдыхали? По-моему, столько вылакать – это каторжный труд…

СЕРГЕЙ: – Не переводите разговор! Так какие деньги были проедены-пропиты? Правильно! Гонорар за то, что Серёжа дублировал в сценах падения …………… (далее имя и фамилия актёра, играющего роль Сергея в данном показе – прим. авт.).

ПАОЛО: – А ну-ка, поворотись-ка, сынку…

СЕРГЕЙ поворачивается

ОЛЕГ: – Интересно. А со спины он даже похож на него.

СЕРГЕЙ (поворачивается): – Так вот. Как декан актерского факультета, напоминаю вам, что сегодня первый учебный день в школе актерского мастерства и скоро появятся студенты…

ОЛЕГ: – Ага! Целая одна.

ПАОЛО: Зато – Шаляпина.

ОЛЕГ: – Шаляпина?..

СЕРГЕЙ: – Элина Фёдоровна. Чтобы опередить твои дурацкие вопросы, сразу говорю: папу зовут Фёдор Шаляпин.

ОЛЕГ: – Сережа, как это так получается, что у тебя каждый день шутки всё дебильнее и дебильнее? Поделишься секретом?

ПАОЛО: – Олеженька… Наш собрат по цивилизации, конечно, отличается немного странным чувством юмора, но в том-то и дело, что в данном случае не до шуток. Серёжа прав. У нас теперь занимается Элина, дочь Шаляпина. У современного Фёдора Шаляпина – Эдуардовича – холдинг из двух бизнес-центров и нескольких ресторанов. А, да – ещё и пара-тройка турагентств завалялась. Поэтому, детка, будь к девочке внимательнее.

ОЛЕГ: – Ребя… вы это всё реально?! Вы и правда решили сделать бизнес в этой… (обводит рукой) в этом вот, всём?.. Это же обман!

ПАОЛО: – Олежек, а вот это как раз не важно!

СЕРГЕЙ: – Театр – вообще обман!

ОЛЕГ: – Ваш – да!

ПАОЛО: – Не надо клеветать! Все великие дела начинались с малого. Например, современный русский театр начинался всего с двух людей Станиславского и Немировича-Данченко.

ОЛЕГ: – Интересно кто же из вас Станиславский и кто Немирович-Данченко. И вопрос: кто тогда я?

ПАОЛО: – Немирович -Данченко – это Сережа, так как они одинакового роста. Да и вообще, он привык к вторым ролям… На роль Станиславского, так уж и быть соглашусь я – потому что кому же еще взять на себя эту ношу… А ты Олежка – ты наша муза!

СЕРГЕЙ: – Приносящая пиво!

ПАОЛО: – Фу, Сережа! Я хотел сказать – приносящая вдохновение.

ОЛЕГ: – Вы злые. Я от вас уйду. (поворачивается)

ПАОЛО: – Нет, Олежек, ты не можешь!

СЕРГЕЙ: – Товарищ преподаватель, остановитесь! У вас сегодня занятие.

ОЛЕГ: – Я не участвую в ваших аферах!

Звонок в дверь. ПАОЛО идёт открывать

ОЛЕГ (Сергею): – Это гнусно и отвратительно. Пошли вы! Оба!..

ПАОЛО на этих словах распахивает входную дверь; на пороге стоит ЭЛИНА

ОЛЕГ: – Ой, ради Бога, извините!

ЭЛИНА: – Нет ничего, что вы! Я же понимаю: это современный театр. Там же всё, что угодно, можно говорить! Тем более, Вы не успели сказать – куда…

Заходит

ПАОЛО (встает): – Ну что, встречаем студентку!.. Дорогая Элина!

СЕРГЕЙ: – Фёдоровна Шаляпина…

Олег хватается за голову

ПАОЛО: – От лица руководства и преподавательского состава разрешите поздравить вас с началом обучения школы актерского мастерства и пожелать Вам…

ЭЛИНА: – Ой да, спасибо! Вы меня извините, я перебью… я очень рассеянная и могу иногда всё забыть!

СЕРГЕЙ: – Настоящая девушка!

ПАОЛО: – Настоящая актриса!

ЭЛИНА: – Спасибо… пока я не забыла – папа просил передать подарок. Вот!

Открывает пакет и достает большую бутылку виски. СЕРГЕЙ делает восхищенный жест.

ПАОЛО: – Ну что Вы! Зачем это?

ЭЛИНА: – Папа сказал, что это очень малая доля благодарности за то, что я буду занята делом, что, мол, за дела, за что базар… Какой-то вискарик вонючий… Ой, нет, он сказал: «несчастный»…

ПАОЛО: – Право, ну что вы! Мы бы это сделали и так…

СЕРГЕЙ: – За установленную плату.

ПАОЛО: – Декан шутит!..

ОЛЕГ: – Как обычно в своем духе.

ЭЛИНА: – А еще папа говорит, что сто грамм этого подарка помогают справиться с таким подарком как я, и с современным, бляха, театром… И что если дело пойдёт, короче, он будет вас как учебное заведение спонсировать время от времени… что, мол, жалко, что ли, ради такого дела…

СЕРГЕЙ: – Какой правильный папа…

ОЛЕГ (в сторону): – Кранты… Мы сбухаемся. Прости, мама… я знаю, что ты на меня надеялась…

ЭЛИНА: – А кому мне передать подарок?

СЕРГЕЙ: – Мне, мне!

Подбегает к Элине принимает у нее бутылку и направляется за диван.

ПАОЛО: – Сергей Александрович, будьте добры, поставьте, пожалуйста, подарок – вот туда. (показывает на тумбочку)

СЕРГЕЙ: – Но зачем?

ОЛЕГ: – А целее будет. Чтобы мышки не вылакали.

ЭЛИНА: – Ой, ужас! Мышки?!

ПАОЛО: – Аспирант шутит. Нет, мне просто кажется, что так мы воздадим должное подарку.

СЕРГЕЙ: – Но как-то неудобно, господин худрук. Это, все так, алкоголь.

ОЛЕГ: – Вернее сказать, бухло.

ПАОЛО: – Нет! Это не алкоголь! Аспирант, что за выражения! Бухло… Это воплощенное добро. Это отцовская любовь. Это уважение к труду артиста, в конце концов. Я придумал! Давайте сделаем по-творчески! (Поворачивается к ЭЛИНЕ) Элина Федоровна, будьте добры вручите нам подарок торжественно! Сергей Александрович, передайте пожалуйста подарок Элине Федоровне для торжественного вручения!

СЕРГЕЙ нехотя передает бутылку обратно ЭЛИНЕ

ПАОЛО: – Элина Федоровна, Вам слово!

ОЛЕГ: – Паша, что за цирк?

ПАОЛО: – Олег Анатольевич, вы, конечно, аспирант способный, но при таком поведении Вы будете наказаны.

СЕРГЕЙ: – Пять походов в «Пятерочку» вне очереди!

ПАОЛО: – Молчать! Итак, слушаем речь!

Раздаются позывные с церемонии вручения премии «Оскар».

ЭЛИНА (держит бутылку в правой руке; волнуясь и невольно пародируя кинозвезду на церемонии вручения «Оскара»): – Дорогие друзья, сегодня наверно, самый потрясающий день в моей жизни! (Аплодисменты) Еще когда я была маленькой девочкой, я мечтала об этом дне…

ОЛЕГ ставит перед ЭЛИНОЙ воображаемый микрофон.

ЭЛИНА: – И вот, наконец, я стою перед вами, в этом прекрасном месте. Здесь, на этом месте, до меня стояли большие мастера…

ОЛЕГ: – Чего, правда?

ЭЛИНА: – Я безмерно счастлива! (прижимает бутылку к груди) Я в восторге от нашей с вами работы! Я благодарю всех, находящихся здесь: актеров, режиссеров, преподавателей. Спасибо вам!

Широко расставляет руки и чуть не падает, потому что бутылка начинает ее перетягивать. СЕРГЕЙ пытается перехватить бутылку, но промахивается. ОЛЕГ подхватывает бутылку уносит ее и ставит на указанное ПАОЛО место. ПАОЛО аплодирует. На фоне продолжают звучать позывные и овации с церемонии вручения премии «Оскар».

ПАОЛО: – Блестяще дорогая! Надеюсь, в скором времени, уже через ближайшие годи или десятилетие… Мы увидим Вас там… в той самой обстановке… Будем сидеть в зале, радуясь вашим успехам (утирает слезу) и, чтобы достичь этого – мы делаем первый шаг – и начинаем учебу! Первое занятие по расписанию – собственно актерское мастерство. которое ведет господин декан актёрского факультета! А мы скромно удаляемся… Рождение таланта. Как это трогательно!.. (Утирает, типа, слезу; направляется вместе с ОЛЕГОМ на выход)

СЕРГЕЙ: – А чего сразу я-то?

ОЛЕГ: – … А кто же ещё, родоначальник Вы наш? Ваша же инициатива.

ПАОЛО: – Успехов, коллеги! (Элине) Начинающие… (Сергею) …и заканчивающие… Ах, нет, не могу! Как волнительно! (Вытираясь и обмахиваясь платком, уходит; ОЛЕГ вслед за ним)

СЕРГЕЙ (глядя им вслед): – Вот гады!

ЭЛИНА: – А это откуда?

СЕРГЕЙ: – Что откуда?

ЭЛИНА (изображает): – «Вот, гады!»… Из сериала, где Вы играли, да? «Убойные менты-5», да?

СЕРГЕЙ: – Э… Вы меня там видели?..

ЭЛИНА: – Да! Вся наша семья!

СЕРГЕЙ (в сторону): – Трендец!

ЭЛИНА: – А это из какого сезона? (снова изображает) «Вот гады!..».

СЕРГЕЙ: – А, это… Это из… Да из любого, если честно.

ЭЛИНА: – Честно говоря, я, как Вас увидела, так обрадовалась! Прямо вдохновилась! И папа тоже. Он такой, мол, говорит: «Если этот парень из кино у тебя будет преподавать – ничего не жалко!». «Скажи, мол, если ребятам чё надо – не вопрос!».

СЕРГЕЙ: – Это… это хорошо! Скажем. Конечно, скажем… Привет ему передавайте!

ЭЛИНА: – Обязательно! Если честно, я ещё прошлый раз передала, на всякий случай… Ой, мне просто всё так интересно! Никогда не общалась раньше с такими артистами.

СЕРГЕЙ: – С какими?

ЭЛИНА: – Ну, с такими… как вы.

СЕРГЕЙ (мрачно): – А… ну да. С такими уж точно.

ЭЛИНА: – А что мы делаем?

СЕРГЕЙ: – Да кто его знает, что мы делаем… и на хрена. Ой, извините. Насчёт занятия-то?

ЭЛИНА: – Ага!

СЕРГЕЙ: – Я сейчас!

Кидается в комнату и возвращается оттуда с тетрадкой.

СЕРГЕЙ: – Да… Итак, мы начинаем наше занятие по актёрскому мастерству.

ЭЛИНА: – Ура-а!..

СЕРГЕЙ: – Значит, изучаем основы. И первый вопрос: кто у нас заложил основы?

ЭЛИНА (кокетливо): – Ну, не знаю… У меня – вы заложите.

СЕРГЕЙ: – Э… Странно звучит как-то. Ну ладно… Но я про весь современный театр.

ЭЛИНА: – А! Поняла! Этот… Безруков!

СЕРГЕЙ (оторопевши): – Почему?..

ЭЛИНА: – Ну, он же это… всех изображает! И Высоцкого, и Пушкина, и Есенина. Папа говорит, что если он бабулю убьёт когда-нибудь – в смысле, мамину маму… ну, она его тёща, получается – то он отвалит бабла Безрукову, чтобы он для мамы бабулю играл… иногда.

СЕРГЕЙ (в сторону): – Блин, ну и юмор… Как в антрепризном спектакле каком-то. Папа, видать, из девяностых. А в общем, что изменилось-то?.. (ЭЛИНЕ) – Пусть мне отвалит, я сыграю!.. Шучу. Я не об этом. Значит так… Основы современного театра заложил Станиславский.

ЭЛИНА: – Он, в смысле, министр культуры?

СЕРГЕЙ (в сторону): – Так, Серёжа… спокойно. Сейчас есть и студенты театральных вузов, которые этого не знают… Она не обязана! Научим её!

ЭЛИНА: – Я не угадала?

СЕРГЕЙ (Элине; бодро): – Почти угадали! Станиславский создал новый театр и… типа, это… основы актёрского мастерства. И мы сейчас это будем разбирать. По пунктам.

ЭЛИНА: – А, давайте! Мне уже так интересно! Я даже подумала, что он, этот…

СЕРГЕЙ: – Станиславский…

ЭЛИНА: – Он вроде как Абрамович.

СЕРГЕЙ: – Кто?..

ЭЛИНА: – Абрамович, Роман Аркадьевич. Ну, папин знакомый. Они иногда созваниваются, и вроде у них дела какие-то.

Пауза.

ЭЛИНА: – Мы к ним один раз в гости ездили. Ой, он такой хороший человек! Такой добрый…

СЕРГЕЙ: – Элина! Фёдоровна!

ЭЛИНА: – Ой, ну зачем так официально!..

СЕРГЕЙ: – Даю слово Вам и Вашему папе, что мы научим Вас наилучшим образом! (Переведя дух). Итак, начнём.

ЭЛИНА: – Я готова!

СЕРГЕЙ: – По великому Станиславскому, первая из основ актёрского мастерства – восприятие. Актёр должен не только играть свою роль, но и воспринимать других партнёров… в смысле, актёров. Э-м-м… Вот, как Вы меня воспринимаете?

ЭЛИНА: – Я?

СЕРГЕЙ: – Да.

ЭЛИНА: – Вас-то?

СЕРГЕЙ: – Да!

ЭЛИНА: – Ну… Вы известный…

СЕРГЕЙ: – Да?..

ЭЛИНА: – Талантливый…

СЕРГЕЙ: – Да-а?!..

ЭЛИНА: – И это… красивый. (Засмущавшись) Ну, это Вы и сами знаете… Извините, это не очень скромно… Не подумайте чего…

СЕРГЕЙ: – Что, правда?.. Красивый?.. (пауза) – То есть, у меня есть шанс?..

ЭЛИНА: – У Вас-то?! Да конечно! С Вами любая-то будет счастлива пойти, хоть замуж, хоть куда… Ой, да ладно! Я поняла. Это Вы кокетничаете. За Вами, наверное, толпы этих… фанаток бегают. Трудно, наверное, да?

СЕРГЕЙ: – Да что Вы, откуда… Ну да, конечно!.. (Опомнившись) Слушайте, я же не о том! Итак, восприятие! Итак, я – маньяк! (показывает)

ЭЛИНА: – А-а-а! Ужас!

СЕРГЕЙ: – Вот! Вот! Я всегда говорил это!

ЭЛИНА: – Что?!

СЕРГЕЙ: – Вы меня восприняли, как персонажа! А не как актёра Сергея. У Вас есть артистические данные.

ЭЛИНА: – Правда? Говорите мне это почаще. А то бабушка говорит, что никаких данных у меня нет, и я себе это в голову вбила, что мне надо артисткой быть, и что мне надо уже в конце концов замуж выйти, потому что я здоровая дура…

СЕРГЕЙ: – Она неправа…

ЭЛИНА: – Вот видишь, бабуля! Ты неправа! Сама ты дура!

СЕРГЕЙ: – Не надо о грустном!

ЭЛИНА: – Не надо! Давайте о весёлом!

СЕРГЕЙ: – Переходим к расслаблению мышц.

ЭЛИНА: – Как интересно! …Ой, а это прилично?..

СЕРГЕЙ: – Ну конечно! Мы же в рамках профессии, что Вы!

ЭЛИНА: – А что делать-то будем?

СЕРГЕЙ: – Надо научиться расслабляться. Чтобы почувствовать полную свободу.

ЭЛИНА: – Это как будто тебе бабуля не звонит каждый день, и папа со своими телохранителями тебя не пасёт?

СЕРГЕЙ: – Э… Примерно. В общем, короче. Упражнение первое. Падаем.

ЭЛИНА: – Куда?!

СЕРГЕЙ (протягивает руки): – На меня!

ЭЛИНА: – А точно прилично?..

СЕРГЕЙ: – Как в монастыре!

ЭЛИНА: – Ага! Слышала я, как там прилично… (Апарт) Я про католиков, если чё, не про наших!..

СЕРГЕЙ: – Не отвлекаемся! Приготовились… Раз!.. Два!..

Появляется ПАОЛО

ПАОЛО: – Благодарю вас за блестящее занятие Сергей Александрович.

СЕГЕЙ: – Да пожалуйста. Только мы, это… Еще не совсем закончили.

ПАОЛО: – А мне кажется, вполне достаточно.

СЕРГЕЙ: – Да нет, мы вроде пока вошли во вкус.

ПАОЛО: – (в сторону): – Вот это меня и настораживает. (Элине) Элина Федоровна, сейчас к вам придет следующий преподаватель. (Сергею) Ты ещё здесь?

СЕРГЕЙ: – Я… считай, что уже нет.

ПАОЛО: – Итак, следующее занятие и следующий преподаватель! Как я и обещал.

ЭЛИНА: – И кто это? Где он?

ПАОЛО: – Он перед Вами.

ЭЛИНА: – О, музыка!

ПАОЛО: – Вернее музыкальный театр, Сергей Александрович вы можете быть свободны.

СЕРГЕЙ: – А может…

ПАОЛО: – Свободен, я сказал.

СЕРГЕЙ уходит.

ЭЛИНА: – И что мы изучаем на уроке? Всякие основы? Этот… Станиславский?

ПАОЛО: – Основы? Станиславский?!.. Дорогая, это же современный театр! Просто врубаемся в оперу, и проигрываем куски.

ЭЛИНА: – Это как? Ничего не понимая?

ПАОЛО: – Сейчас все так делают.

ЭЛИНА: – Очень странно.

ПАОЛО: – Элиночка… Фёдоровна, понимаете, если раньше доминировала такая… старая система – ну, там, текст сперва за столом читать, пьесу разбирать, а с оперой ещё и партитуры всякие, либретто – то сейчас мы просто сразу живём. Так что, сегодня – любовный дуэт. В смысле – разбираем.

ЭЛИНА всплескивает руками

ПАОЛО: – Что такое?

ЭЛИНА: – Любовный?! Ой ужас, мне так неловко…

ПАОЛО: – А что такого? Это же игра. Иметь какие-то отношения в театре, кроме профессиональных – это… это непрофессионально! (в сторону) Как бы это рассказать худрукам театров?.. (ЭЛИНЕ) В том-то и дело что мы можем играть самую настоящую любовь (приобнимает ЭЛИНУ), самую пылкую страсть (изображает) – и при этом оставаться полностью нейтральными… Половина режиссёров так и работают…

ЭЛИНА: – А вторая половина?

ПАОЛО: – А для второй половины это не актуально.

ЭЛИНА: – А, поняла… Они – вторая половина – женаты?

ПАОЛО: – Нет, они геи.

ЭЛИНА: – Какой ужас!.. В театрах есть геи?

ПАОЛО (доверительно): – Элиночка, я Вам больше скажу… Они даже в кино есть. И – может, Вы такое не можете себе представить – даже в модельном бизнесе! И в поп-музыке… в попсе, то есть.

ЭЛИНА: – Правда?!.. Ой… а как же быть?

ПАОЛО: – Дорогая моя, а что Вы так волнуетесь? Уж кому-кому, а Вам-то они точно не угрожают…

ЭЛИНА: – Вы правы! И чего это я?.. Скажите, а как я это буду петь из оперы? Я же в ней ничего не понимаю!..

ПАОЛО: – Ещё раз! Не надо ничего понимать! Это же современный театр.

ЭЛИНА: – А как можно чему-нибудь тогда научиться?..

За говорящими появляется и проходит с посудным полотенцем через плечо Олег. Останавливается и прислушивается.

ПАОЛО: – Боже мой! Вы ещё так молоды… Лидеры современного театра пришли, наконец, к истине: артисту вредно много понимать! Как говорили мои учителя, «Артист должен работать чем угодно, кроме мозгов». Передовые современные режиссёры! Когда Вы смотрите их спектакли, разве кто-нибудь что-нибудь там понимает? Нет! Мы только догадываемся о том, что имел в виду художник. Восхищаемся тем, как он видит! Дерзко, ново, необычно! А современная опера? «Севильский цирюльник»: Фигаро – международный аферист-наркоторговец; Розина – стареющая толстая целлюлитная шлюха!..

ОЛЕГ горестно кивает

ЭЛИНА: – Ну, прямо уж… А Бартоло?

ПАОЛО: – Доктор-маньяк-психопат, бредящий лаврами Фрейда!

ОЛЕГ делает жест «Пытаюсь застрелиться»

ЭЛИНА: – А… а сам граф Альмавива, в конце концов?..

ПАОЛО: – Маньяк-импотент, пытающийся стать президентом!

ОЛЕГ изображает рвоту

ЭЛИНА: – Чего-то маньяков много в наших занятиях… Может, я чего-то, это… не понимаю… Только как он мог стать президентом? Тогда же ещё короли были.

ПАОЛО: – Детка, Вы просто застыли в консервативной модели. Действие всех этих старинных опер переносится в наши дни!

ОЛЕГ активно пародирует жестикуляцию и раж ПАОЛО. ЭЛИНА улыбается.

ПАОЛО: – … В современной интерпретации… (резко поворачивается к Элине; ОЛЕГ отскакивает так, чтобы быть невидимым для ПАОЛО) Погодите, а Вы что, знаете оперу «Севильский цирюльник»?

ЭЛИНА: – Мама водила, когда я ещё в школе училась.

ПАОЛО: – Небось, в какой-нибудь жалкий провинциальный театришко?..

ЭЛИНА (скромно): – Да… В Большой.

ПАОЛО: – Ах, я забыл… реализованный папа… (в зал, вдохновенно) Слушайте, ну, тогда Большой театр был другим – совковым, старомодным. Вы явно не видели, что там сейчас происходит!

ОЛЕГ (в сторону): – Слава Богу! (Вдруг, очень достоверно пародируя ЭЛИНУ, из-за спины ПАОЛО) – А я чего хотела спросить… А если граф импотент, на хрена ему Розину в постель затаскивать тогда?

ЭЛИНА поражённо смотрит на ОЛЕГА, давится от смеха и грозит ему кулачком.

ПАОЛО: – Он хочет опробовать на ней свою последнюю коллекцию фаллоимитаторов! Именно так он самоутверждается. И хочет отомстить женскому полу!

ОЛЕГ активно показывает, что говорящий и думающий подобное психически не совсем здоров

ЭЛИНА: – Ужас какой! Разве драматург об этом писал? Что-то я такого не заметила…

ПАОЛО: – Детка! Какая разница, что писал драматург? Какая разница, что вообще там у этого автора написано? Главное – что придумал режиссёр! Вот суть современного театра! Великие режиссёры современности Саранчаев и Золотников – им что, важны эти авторы? Нет! Нет и нет!

ЭЛИНА: – Ой… А чем же они тогда в театре занимаются?

ПАОЛО: – Они делают новое искусство!..

ОЛЕГ: – … и бабки…

ПАОЛО: – … и бабки… (опомнившись) Олег Анатольевич, что Вы себе позволяете? И что Вы здесь делаете вообще?!

ОЛЕГ: – Отрабатываю этюд «Безропотный придурок, который моет за всеми посуду и делает по дому всё – без признаков малейшей благодарности»!

ПАОЛО: – Это очень мило, но идите к себе и отрабатывайте там! Вы мешаете занятию!

ОЛЕГ (куда-то вверх): – Пошёл ты!..

ПАОЛО: – Что-о?!..

ОЛЕГ: – Это реплика. В рамках этюда…

ПАОЛО: – К себе! Срочно!

Олег уходит

ПАОЛО: – Простите… Молодой ещё и неопытен. Но, ладно… вернёмся к классике, раз Вам пока современность непривычна. Чего попроще. Сегодня мы с Вами разбираем дуэт «О, ночь любви, приди на землю» из оперы Гектора Берлиоза «Троянцы». Этот дуэт знаменит тем, что его исполнял Пласидо Доминго, и певица (забывает имя) … которая исполняла с ним этот дуэт. Это будете, как бы, Вы. Ну а Пласидо Доминго, разумеется – я!

ЭЛИНА: – Ой!

ПАОЛО: – Что случилось?

ЭЛИНА: – Ну, у него же там… я слышала… с женщинами всякие… (прикрывает рот рукой) неправильные отношения!

ПАОЛО: – Элина! Ну, как Вы можете! Забудьте в Доминго всё, кроме его пения!

ЭЛИНА: – А в вас всех тут?

ПАОЛО: – В нас?! Да мы… кастраты! Евнухи! Профессиональные евнухи!

ЭЛИНА: – Бедняжки!..

ПАОЛО (после паузы; в сторону): – Женщины когда-нибудь сведут меня с ума своей логикой!.. (Элине) В рамках профессии, разумеется! Давайте петь! Доминго нам в помощь!

Вручает ЭЛИНЕ текст. Включает запись. Звучит дуэт. ПАОЛО и ЭЛИНА подпевают. Дуэт заканчивается под овации на записи.

ПАОЛО и ЭЛИНА раскланиваются.

ПАОЛО: – На сегодня у нас по музыкальному театру всё. Вот видите, как, оказывается, можно прекрасно вжиться в образ, в роль – даже если вы только начали обучение… Знаете, что я вам скажу, Элиночка?

ЭЛИНА: – Что?

ПАОЛО: – Вы фантастически способная.

ЭЛИНА: – Что вы говорите?! Ой, зачем Вы так? Вы, наверное, хотите меня, бедную девушку, просто поддержать.

ПАОЛО: – Нет-нет, это нисколько не комплимент! У вас действительно выдающиеся способности и их надо очень активно развивать (в сторону) с таким-то папой! Да не только папа, и сама-то хороша! (Элине) Я принял для себя твёрдое решение: такой талант не должен пропасть. И я буду заниматься вашим талантом. А если Вам повезет – и Вашей карьерой.

ЭЛИНА: – Какой ужас…То есть, я так волнуюсь! Ой, а можно я… это… отойду? У меня всегда, знаете, от волнения…

ПАОЛО: – Я подожду Вас. Это нормальная творческая реакция.

ЭЛИНА (уходя, вполоборота): – Слышь, бабуля? Ты – дура!

Уходит

Выходит Сергей

СЕРГЕЙ: – Так! И что это было?

ПАОЛО: – В смысле? Что ты здесь делаешь? Разве у тебя нет своих… деканских дел?

СЕРГЕЙ: – Во-первых уважаемый художественный руководитель профессор Паша Сердюков только что объявил, что занятие окончено…

ПАОЛО: – Я? И не думал такого объявлять.

СЕРГЕЙ: – Во-вторых, ваше занятие, как я погляжу, начало выходить далеко за учебные рамки.

ПАОЛО: – Ты на что это намекаешь?

СЕРГЕЙ: – Паш, ты что – решил на моих, пусть даже и пьяных идеях, строить свою личную жизнь? А заодно и карьеру продвинуть за папины денежки?

Пауза

ПАОЛО: – Слушай, ты не имеешь права так говорить… так думать.

СЕРГЕЙ: – Паша у тебя с ней ничего не получится.

ПАОЛО: – С чего это ты решил?

СЕРГЕЙ (смеется): – Йес! Я так и знал, что ты расколешься.

ПАОЛО: – Да пошел ты вон!

СЕРГЕЙ: – Паша, ты среди нас самый старый и толстый. Найди себе пожилую спокойную билетёршу или костюмершу из своего оперного театра. Ну, реально! Она будет тебя всю жизнь боготворить, кормить супчиком и стирать трусы и майки. У тебя же там половина театра одиноких… Всегда можно найти такую… ну, без других шансов.

ПАОЛО: – Вот ты свинья!.. Погоди, погоди! Я, кажется понял откуда эти наезды!

СЕРГЕЙ: – Ты это о чём?

ПАОЛО: – Я окончательно понял, что означало расслабление мышц, которое ты предложил бедной девушке.

СЕРГЕЙ: – Ничего себе бедной! Два бизнес-центра, три ресторана и еще туристическое агентство…

ПАОЛО: – Йес! (смеется) Я так и знал, что ты расколешься. Значит, папино богатство не дает покоя да? Кто-то, кажется, без конца парит нам мозги насчет того, что мечтает продюсировать фильмы? А денежек нету, правда, Сережа? И вдруг – богатая наследница. Квартира, тачка…

СЕРГЕЙ: – Что?! Да как ты можешь такое говорить.

ПАОЛО: – Да и девочка очень даже ничего правда? А то, что мозгов немножко не хватает – ну, женщинам это особо и не нужно. Прямо удивляюсь как они без мозгов обходятся, когда мы без этого не можем. За исключением тебя.

СЕРГЕЙ: – Слышь? Пошел ты…

ПАОЛО: – Сережа, ты, конечно, немного моложе меня, но проблема в том, что на этом твои достоинства заканчиваются. У тебя нету внешности героя – любовника. Ты тоже уже не так молод, не занимаешься спортом, и перегаром пахнешь чаще, нежели чем-либо другим. А насчёт того, что у тебя и в мыслях нет за ней приударить… Сережа, я тебе много раз говорил, что съёмки в твоих сериальных шедеврах влияют на твое мастерство. Ты скоро так разучишься не только играть, но и врать. Ну, кому ты втираешь? Я что не вижу, что ты тут решил – ай-яй-яй, Сергей Александрович!.. – приударить за богатенькой студенткой с использованием служебного положения? Кто-то, кажется, говорил, что хочет быть продюсером?

СЕРГЕЙ: – Ну ты и козел!

ПАОЛО: – Не злись, Сережа! Иногда приходится смотреть в лицо суровой правде!

СЕРГЕЙ: – Той, что ты старый козёл?

ПАОЛО показывает козла и блеет.

Пауза

СЕРГЕЙ: – Значит, война?

ПАОЛО: – Если вам угодно, сударь.

Входит Олег

ОЛЕГ: – Ну что, упыри, пришли в себя?

ПАОЛО: – Не только пришли в себя, но и провели два занятия, в отличие от тех, кто…

ОЛЕГ: – Вымыл за вами посуду. И вообще, убрал квартиру перед вашими так называемыми уроками. Упыри.

ПАОЛО (Сергею): – Погоди, как он нас назвал?

СЕРГЕЙ: – Упырями.

ОЛЕГ: – Надо смотреть в лицо суровой правде жизни!

СЕРГЕЙ (машинально показывая на Паоло): – Это его реплика.

ОЛЕГ: – Ну, чего бы не процитировать нашего классика… (ПАОЛО) А по какому поводу ты эту реплику выдал?

ПАОЛО: – Подслушивать – нехорошо!

ОЛЕГ: – Я не виноват, что ваши комплименты друг другу слышно через стенку. А что это вы вообще так разошлись, можно узнать?

Появляется Элина

СЕРГЕЙ: – А вот и наша ученица! Итак, Элина Федоровна, третье и на сегодня заключительное занятие!

ПАОЛО: – Что?

СЕРГЕЙ (наклоняясь к Паоло): – Что слышал, придурок. Война, так война! (Выпрямляясь) Да, Элина Федоровна – пришла пора заниматься волшебным миром кукольного театра!

ЭЛИНА: – Я так об этом мечтала!

ОЛЕГ: – Что, правда?!

ПАОЛО: – И кто это решил?

СЕРГЕЙ: – А я. Как декан актёрского факультета. Вы же меня назначили? Вот я и составляю расписание занятий, как декан. Надеюсь, Вы, господин худрук, не против?

ОЛЕГ: – Ой… Элина, и вы, упы… То есть, товарищи худрук и декан, подождите меня. Я сейчас сбегаю за ними…

ПАОЛО, СЕРГЕЙ: – За кем?

ОЛЕГ (недоуменно): – Как за кем? За куклами.

Элина подпрыгивает от восторга и хлопает в ладоши

ЭЛИНА: – Ура, возвращаемся в детство!

Олег убегает.

Паоло отводит Сергея в сторону

ПАОЛО: – И что, сержант Пупкин из сериала, ты серьезно решил сражаться за сердце и руку красавицы?

СЕРГЕЙ: – Знаешь, против такого противника как ты, у меня абсолютно все шансы!

ПАОЛО: – Какие шансы против мудрости, опыта и интеллекта? Боже, какой придурок!

СЕРГЕЙ: – У придурка в этом году еще сьемки в двух сериалах. А тебя ждет пенсия. И даже с повышенным пенсионным возрастом – она уже не так далеко. Пора пить валокордин, дядя.

ПАОЛО: – Это мы еще посмотрим.

Уходят

Входит Олег, неся куклы юноши и девушки в старинных костюмах

ЭЛИНА: – Ого! Какая красота! Кто это?

ОЛЕГ (волнуясь): – Это они… Два моих любимых героя.

ЭЛИНА: – Какие красивые! И как их зовут?

ОЛЕГ (растерянно): – А вы не узнали? Это Ромео и Джульетта!

ЭЛИНА: – Да?! Теперь узнала. Ой, а мы будем играть эту грустную историю? Я ее люблю только в конце всё время плачу – они же там умирают… (начинает хлюпать носом)

ОЛЕГ: – Элина… Элиночка…

ЭЛИНА: – Федоровна…

ОЛЕГ: – Умоляю Вас… Фёдоровна… не плачьте. Все хорошо! У нас они не умрут.

ЭЛИНА: – Правда? Интересно… Это же «Ромео и Джульетта»? Или Вам тоже плевать на автора…как в современном театре? Вон, ваш худрук говорит…

ОЛЕГ: – Нет, ни в коем случае! Я, конечно, признаю, что это гениальная история. Но Вы знаете, чего мне не хватает в ней? Счастья.

ЭЛИНА: – Счастье? У Шекспира?

ОЛЕГ: – Конечно! Трагедии и без нас поставят. Их вообще в жизни слишком много. Так что, сюжет менять не будем – мы же не саму пьесу ставим. Не будем, как современные режиссёры. Честно скажем, что это не постановка Шекспира, а наша история. Просто поимпровизируем на тему.

ЭЛИНА: – Ну, допустим. А какая у нас сверхзадача?

ОЛЕГ: – Ого… Это наши мудрецы Вам успели объяснить? Насчёт сверхзадачи.

ЭЛИНА: – А… Да нет. Это папа иногда говорит, когда у него совещания… Иногда у нас дома. Они собираются… виски там, сигары, то-сё… И он, такой: «Ну, – говорит – какая у нас сверхзадача?»…

ОЛЕГ: – Очень простая. Мы ведь живём ради счастья.

ЭЛИНА: – … Как Вы сказали?

ОЛЕГ: – Мы живём ради счастья.

ЭЛИНА: – Вы серьёзно?

ОЛЕГ: – Ну… посмотрите на меня.

ЭЛИНА: – Смотрю?

ОЛЕГ: – И что Вы видите?

ЭЛИНА: – Ну… Вы добрый. И симпатичный. Ой, извините…

ОЛЕГ (смутившись): – Спасибо, конечно. Даже не знаю, что сказать… Я, правда, не о том хотел. Вы же видите, что мне уже немало лет.

ЭЛИНА: – Ой, ну прям!

ОЛЕГ: – Нет-нет… Это так. И мне уже много лет говорят, что я такой дурак. Занимаюсь не тем, думаю не о том… А я живу ради счастья. И не только своего. Ради счастья людей.

ЭЛИНА: – А почему кукольный театр?

ОЛЕГ: – А потому что дети. Взрослые же не хотят быть счастливыми… Слушайте, у нас занятие! Ну – раз уж эти упы… коллеги меня уговорили его провести – почему бы и нет? Давайте попробуем!

ЭЛИНА (зачарованно): – Давайте…

ОЛЕГ: – Они Вам, кстати, насчёт импровизации что-нибудь говорили? На своих занятиях?

ЭЛИНА: – Чего-то там говорили, вроде.

ОЛЕГ: – «Чего-то там». Придур… Интересные преподаватели. Смотрите: главное умение артиста – это фантазировать.

ЭЛИНА: – Да ладно! А меня с детства ругают, что я фантазёрка.

ОЛЕГ: – Будущих артистов часто ругают за то, что они фантазёры. (погрустнев) И теперешних тоже. Но неважно…

ЭЛИНА: – Бабуля! Какая же ты …

ОЛЕГ: – Что?

ЭЛИНА: – Неважно.

ОЛЕГ: – Поэтому – импровизируем. Вот наши два героя. Ромео и Джульетта. Вы – Джульетта.

ЭЛИНА: – Да…

ОЛЕГ: – Я – Ромео. (надевает на руку куклу)

ЭЛИНА: – Да…

Элина протягивает руку; Олег надевает куклу Джульетты на руку Элине.

ОЛЕГ: – Пошевелите пальчиками… Чувствуете?

ЭЛИНА: – Да…

ОЛЕГ: – Джульетта!..

ЭЛИНА: – Да… Ромео.

ОЛЕГ: – Скажи, тебе нравится то, что с нами происходит в пьесе?

ЭЛИНА: – Нет. Совсем нет. Так не должно было произойти.

ОЛЕГ: – А как бы ты хотела?

ЭЛИНА (после паузы): – Я хотела бы, чтобы все остались живы. И чтобы мы были вместе.

ОЛЕГ: – И я хотел…

Пауза

ЭЛИНА: – Тогда почему ты полез в эту драку?

Пауза

ОЛЕГ: – Я не мог иначе… Понимаешь?

ЭЛИНА: – Всегда так говорят… А потом люди остаются одинокими. Или умирают. Вот знаешь… нельзя, чтобы было так. Ну… нельзя, чтобы было, как раньше.

ОЛЕГ: – Да, нельзя. Больше нельзя.

ЭЛИНА: – Мой брат дурак, понимаешь? Ну… таким его Шекспир написал. Он на тебя, как это… наехал – ну, и надо было повернуться, и уйти. Зато мы были бы вместе!..

Пауза

ОЛЕГ: – Может, ты и права… Нет. Ты точно права. Проклятые правила. Гонор, идиотские традиции. Вот, нас и не стало… И кому от этого лучше?

ЭЛИНА: – Тогда сыграем эту историю по-другому?

Пауза

ОЛЕГ: – Тебе… Вам стоит попробовать. В смысле, стать актрисой.

ЭЛИНА: – Правда?!.. Это так прекрасно! Нет, ваши худрук и декан мне тоже говорили. Только от Вас это так здорово слышать…

ОЛЕГ: – Но это же правда! Слушайте… А Вам не говорили? Вы даже похожи на знаменитую актрису. И даже не на одну.

ЭЛИНА (испуганно): – Да-а?.. На кого это?

ОЛЕГ: – Из американских – на Киру Найтли… наверное. А из наших – на Оксану Маевскую.

ЭЛИНА: – Да ну, на фиг!.. Она же это… реальная звезда!

ОЛЕГ: – Да, она талантливая. Только жаль, что в такой дряни играет. В отличие от Киры Найтли.

ЭЛИНА (грустно): – Вы правда так считаете?

ОЛЕГ: – Господи, да неужели Вы не видите?! Это же кошмар. В чём у нас приходится сниматься, чтобы стать звездой! Как жаль, что вот такая, как она – и пропадает в этих идиотских сериалах.

ЭЛИНА (ещё грустнее): – Да, она мне тоже нравится… иногда. А сериалы и правда – не того… А мы историю Ромео и Джульетты точно по-другому сыграем?

ОЛЕГ: – Я так хотел бы! Но где?..

ЭЛИНА: – Мы придумаем что-нибудь! Кажется, у меня есть план.

ОЛЕГ (грустно улыбнувшись): – Да. У меня тоже был план. И у моих друзей тоже были планы. Но они никому не нужны. И работаем мы в чужих театрах, и делаем то, что нам скажут.

ЭЛИНА: – Мы сделаем нашу историю!

ОЛЕГ: – Спасибо на добром слове! Я сейчас… мне геро… кукол отнести надо. Наверное, на сегодня закончим.

Уходит

ЭЛИНА: – Спасибо Вам! Вы открыли мне…

Входит Паоло

ПАОЛО: – Ну, как проходят наши занятия?

ЭЛИНА (после паузы): – Гениально!

ПАОЛО: – Правда? Вы даже стали употреблять мои определения! О, я так рад! Значит, Вы продолжаете заниматься?

ЭЛИНА: – Вы чего? Конечно!

ПАОЛО: – Прекрасно! Прекрасно! … Я только должен предупредить Вас… У нас иногда бывают замены преподавателей, что естественно. Актёры – люди нервные, с тонкой психикой и… иногда она подводит. Короче говоря, иногда Сергей Александрович не сможет преподавать Вам.

ЭЛИНА (рассеянно): – Да? Жаль… (Очнувшись) А что случилось?..

ПАОЛО: – Видите ли, Элиночка… Актёрская профессия сродни подвигу. Ведь мы, актёры, жертвуем собой практически повседневно…

ЭЛИНА: – Да ты чо?!.. Ой, в смысле неужели?

ПАОЛО: – Конечно! И вот, в процессе съёмок своего последне… крайнего сериала – никогда не говорите «последнего»!.. – Сергей Александрович получил травму головы, что привело к постоянным, увы, нервным расстройствам…

ЭЛИНА: – Ужас какой! А…

ПАОЛО: – Нет, до психических не дошло… пока. Мы наблюдаем за ним. И врачи наблюдают. В общем, мы его будем заменять…иногда. Когда у него срывы, депрессии. Ну, запирается человек с бутылкой-другой… третьей… десятой виски. И ему надо прийти в себя. Но я верю, что это временно. Что это пройдёт. Когда-нибудь.

ЭЛИНА: – Так жалко… Он такой талантливый!

ПАОЛО: – Правда?.. А, ну да. Конечно. Только не жалейте его. Он этого не любит. Даже агрессивный становится. Лучше ему ничего не говорить, а то можно и… в дыню схлопотать. В общем, Вам, конечно, повезло, что Вы оказались у нас. Мастера такого уровня так просто на учёбу к себе не берут. Но – как и везде, бывают временные небольшие трудности… А что Вы здесь одна?

ЭЛИНА: – Олег Анатольевич закончил занятие и понёс кукол укладывать.

ПАОЛО: – Какой молодец! Способный. И главное – трудолюбивый. Ну, прекрасно! Я пойду по делам. Надеюсь, увидимся?

ЭЛИНА: – Да, конечно.

ПАОЛО: – Надеюсь…

Уходит

Входит СЕРГЕЙ

СЕРГЕЙ: – Ну, как?

ЭЛИНА (испуганно): – Ой… здравствуйте! (Отходит подальше)

СЕРГЕЙ: – А мы, вроде, не прощались! Как декан актёрского факультета, не могу не спросить: как Вам занятия?

ЭЛИНА: – Прекрасно, спасибо! Позанимались музыкальным театром и кукольным.

СЕРГЕЙ: – Кукольным… Приколь… очень мило. А как музыкальный театр?

ЭЛИНА: – А, ну… Очень интересно. Не представляла, что могу петь классику. Ну, не так, как господин Сердини, конечно. Ещё он много про современный театр рассказывал…

СЕРГЕЙ: – Ага. Что текст пьесы и идеи автора уже не имеют значения, и что над ролями больше работать не надо?

ЭЛИНА: – Ага… Что их не надо понимать, роли. И ничего не надо понимать. Современный театр, типа.

СЕРГЕЙ: – Кто бы сомневался. Да… Категоричен становится на старости лет…

ЭЛИНА: – А какие его годы-то? Разве он такой старый? Вроде молодо смотрится. Более-менее…

СЕРГЕЙ: – Ну, сейчас пластические операции – вещь обычная. Даже если приходится квартиру продать – единственную после того, как предыдущие жёны всё отобрали – и в кредиты залезть…

ЭЛИНА: – Такие жертвы ради внешности?

СЕРГЕЙ: – Видите ли, Элиночка… Актёрская профессия сродни подвигу.

ЭЛИНА: – Ведь они, актёры, жертвуют собой практически повседневно?..

СЕРГЕЙ: – Именно! Как Вы точно подметили! У Вас правильное отношение к профессии. А Паш… Паоло – тоже жертвовал собой. Отдавал, понимаете, себя без остатка. И вот – годы прошли. Ну, конечно, профессионализм не пропьё… не теряется, но – ни здоровья, ни хрена…

ЭЛИНА: – Как грустно. Ни хрена…

СЕРГЕЙ: – Да. Даже женщины уже не привлекают. Ну, по понятным причинам… Возраст, болезни. Особенно одна. Неизлечимая… (всхлипывает) Как мне его жаль… Такой человек, такой артист… Господи, я Вам что-то лишнее сказал. Надеюсь на Вашу порядочность…

ЭЛИНА: – Ну, что Вы! Ни слова никому. Чтоб я сдохла!..

СЕРГЕЙ: – Спасибо! А что Вы здесь одна?

ЭЛИНА: – Олег Анатольевич закончил занятие и пошёл кукол укладывать.

СЕРГЕЙ: – Да, молодец он! Способный…

ЭЛИНА: – И главное – трудолюбивый…

Сергей непонимающе смотрит на Элину

ЭЛИНА: – В смысле, мне бы так.

СЕРГЕЙ: – И прекрасно! Я пойду по делам. Надеюсь, увидимся?

ЭЛИНА: – Да, конечно!

ОБА ХОРОМ: – Надеюсь…

Смотрят друг на друга. Элина смущённо смеётся. Сергей улыбается и собирается уйти.

Входит Паоло.

ПАОЛО: – О! Какой сюрприз! Увидеть Вас здесь!..

СЕРГЕЙ: – А какой, собственно, сюрприз? Я в качестве декана проверяю результаты учебного процесса.

ПАОЛО: – Какая забота! Надо же… Самого худрука мечтаете переплюнуть?

ЭЛИНА: – Ой, вы меня простите!.. Мне надо отойти.

ПАОЛО (не глядя на Элину): – Да пожалуйста!

СЕРГЕЙ (не глядя на Элину): – Не вопрос!

ЭЛИНА: – Ну… я пошла.

Паоло и Сергей молчат. Элина уходит в ванную комнату.

ПАОЛО: – Каковы успехи, декан Серёжа? Охмурили невинную студентку своими сериальными чарами?

СЕРГЕЙ: – Учебные успехи нормально, худрук Паша. Охмурить, вообще – это Ваша цель, правда? Кстати, а Вам-то что-нибудь удалось на этой почве? Заливали в ушки девочке свои бредни высокопарные?

ПАОЛО: – Рассказывал о театральном искусстве и занимался делом, в отличие от некоторых. «Ложитесь ко мне на ручки… расслабьтесь…». Что за дешёвые приёмчики, Серёга? Ты уже который год в Москве. Хоть бы чему научился!

СЕРГЕЙ: – Да уж чему-то научился, в отличие от некоторых! «Если я Вас лапаю за задницу, не подумайте, это просто профессия!». Вот это дешёвые приёмчики! Тебе уже скоро шестьдесят, Паша!..

ПАОЛО: – … Пятьдесят семь, допустим!..

СЕРГЕЙ: – … Хоть бы чему-то научился!

Появляется Олег. Видит сцену и застывает в растерянности.

ПАОЛО: – Да откуда ты это взял, козёл?! Ты что, был на моём занятии?

СЕРГЕЙ: – А ты откуда взял?!

Кричат одновременно

ПАОЛО: – Потому что стены тонкие, дурак! Слышно всё!

СЕРГЕЙ: – Потому что стены тонкие, дурак! Слышно всё!

Смотрят друг на друга яростно.

ПАОЛО: – Так значит, я старый пердун и смертельно болен?!

СЕРГЕЙ: – Так значит, я опасный алкаш и псих-одиночка?!

ПАОЛО и СЕРГЕЙ (одновременно): – Ах ты, козёл!

Кидаются друг на друга. Олег бросается их разнимать.

ОЛЕГ: – Прекратите! Вы что, сдурели?!

Растаскивает Паоло и Сергея. Заставляет обоих сесть.

ОЛЕГ: – Что вы творите, дебилы?!.. Что случилось?!

Паоло и Сергей начинают одновременно что-то горячо объяснять. Олег перебивает их.

ОЛЕГ: – Стоп! Хватит! Не хочу ничего слышать!

Пауза

ОЛЕГ: – Ребята! Я не знаю, что случилось. И не хочу ничего знать! Но нельзя так! Что с вами происходит?..

Из ванной комнаты появляется преобразившаяся Элина. В руке у неё парик – собственно, волосы Элины. Останавливается и слушает.

ОЛЕГ: – Слушайте… я с самого начала знал, что не надо было устраивать спектакль с этой дурацкой, типа, школой. Ну, хорошо – попалась добрая, наивная девчонка. Да, делать ей по жизни нечего; парня нет, видать, не везёт с этим делом. Ну, папа богатый. Но это же не причина её обманывать! Она же на самом деле человечек такой хороший… А с нами что случилось? Как мы… вы могли до этого дойти? Всё у нас бывало, только драк не было… Как же так, ребята? Я же вас люблю. Хоть вы и упыри… иногда. Вы же у меня одни. У меня же больше никого нет…

ПРЕОБРАЗИВШАЯСЯ ЭЛИНА: – Неправда. Есть.

Паоло, Сергей и Олег поворачиваются и одновременно кричат.

ПАОЛО: – Оксана?!

СЕРГЕЙ: – Маевская?!

ОКСАНА МАЕВСКАЯ (потому что это она и есть): – Да. (выходит вперёд) Ребята… вы простите меня, пожалуйста. Наверное, я не должна была… Просто вы же знаете о моей школе актёрского мастерства…

ПАОЛО: – Кто же её не знает… (в сторону) Господи, какой позор!

СЕРГЕЙ: – Да… легендарная школа… ( в сторону) Всё, нам капец!

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Ну, и вот – встаю я вчера утром, завтракаю – и вдруг смотрю в интернете: новая школа актёрского мастерства. Какое-то очень необычное объявление…

ОЛЕГ (ошеломлённо): – Да уж… надо полагать.

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – И такого там в этом объявлении наобещали…

ПАОЛО (Сергею, вполголоса): – Что ты там наобещал, идиот?

СЕРГЕЙ (Паоло, вполголоса): – Откуда я помню, придурок?

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Я сперва думала послать кого-то из своих работников посмотреть на конкурентов. А потом решила: пойду сама, узнаю, что за чудотворцы такие. Дёрнул чёрт. И что на меня нашло… В общем, придумала себе образ «я у папы дурочка» – ну, первое, что в голову пришло. А дальше сами знаете.

ОЛЕГ: – Но… Это же прекрасная работа! Как Вы придумали всё это?!

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Не знаю… импровизировала. Мой мастер всегда говорил, что это моя сильная сторона. Ну – вам судить. А потом… А потом она мне понравилась, моя Элина. Мы такие разные и такие близкие. Даже расставаться не хочется. Хорошая получилась роль. Может быть, кто-нибудь когда-нибудь с этой героиней пьесу и напишет… Ну, ладно. Извините, что навела у вас шорох. Надеюсь, вы не сильно потеряли время и не сильно пострадали.

ПАОЛО И СЕРГЕЙ (поочередно): – Нет-нет, что Вы!

ОЛЕГ: – Вы нас обогатили…

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Ребята… Если честно, Вы меня тоже. И вот, что я хочу сказать. Я за эти пару дней подумала и поняла: вы классные. И, поскольку школа моя расширяется, а вам, наверное, хочется этим заниматься – я приглашаю вас вести занятия. В нашей школе актёрского мастерства. Что скажете?

ПАОЛО И СЕРГЕЙ (хором): – Охренеть!..

ОКСАНА МАЕВСКАЯ (улыбаясь): – Разрешите принять это, как согласие. (подходит к Олегу) А Вы, Олег Анатольевич? Вы придёте ко мне?

ОЛЕГ: – Приду…

Пауза

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – А в гости придёте?

ОЛЕГ: – Зачем это?.. Вы звезда… А я? Это же…

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Ладно. Поскольку Вы, как честный человек, будете сомневаться, пока опять всё не потеряете, скажу Вам конкретно…

ОЛЕГ: – Зачем я Вам?

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Вы были правы, когда сказали: «парня нет, видать, не везёт девчонке с этим делом». Единственное, что не угадали – то, что по жизни нечем заняться.

ОЛЕГ: – Простите меня, я не должен был…

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Нет-нет, всё правильно. Олег… я понимаю, что времена изменились и многое сейчас по-другому… но мы так одиноки… так что, давайте сразу, а то я тоже никогда не решусь. Я прошу Вашей руки.

ОЛЕГ: – А… как это?

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Второго такого, как Вы, не бывает. Будьте моим мужем!

ОЛЕГ: – Но я…

ПАОЛО И СЕРГЕЙ (хором): – Соглашайся, идиот!

ОЛЕГ (ошеломлённо улыбаясь): – Я не знаю, что это… но… я согласен. Давайте попробуем…

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Главное – не робеть и пробовать.

Подходит к Паоло.

ОКСАНА МАЕВСКАЯ (улыбаясь): – Мастер, я только прошу Вас: в нашей школе мы учимся понимать то, что играем на сцене и разбираем роли…

ПАОЛО (улыбаясь): – Ладно, пойдём по классике.

Оксана Маевская подходит к Сергею.

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Мастер, я рада, что Вы цените Станиславского! Только его систему надо заново…

СЕРГЕЙ: – Пройти, освежить и повторить. Не вопрос!

ОЛЕГ (улыбаясь): – А мне что порекомендуете?

ОКСАНА МАЕВСКАЯ: – Быть собой. У Вас … у тебя такая прекрасная цель в жизни – делать людей счастливыми. И никогда не забывать об этом. Я не дам тебе забыть.

ОЛЕГ: – Тогда давайте всем пожелаем?

ПАОЛО: – Давайте!

СЕРГЕЙ: – Давайте!

ВСЕ ВМЕСТЕ (залу): – Будьте все счастливы!

КОНЕЦ

Все права зарезервированы. Любое воспроизведение текста

или части его возможны только с письменного разрешения автора.

All rights reserved. Any reproduction of the text or parts of it

are possible on the written permission of the author only.

Автор: © Даниэль Агрон, 2019

© Daniel Agron, 2019

Идея: Сергей Хрусталёв agron6000@inbox.ru