Название книги:

Сочинения. Книга 3. Вспоминая Маргариту Константиновну

Автор:
Маргарита Агашина
Сочинения. Книга 3. Вспоминая Маргариту Константиновну

000

ОтложитьЧитал

Шрифт:
-100%+

© Е. В. Агашина, текст, 2010

© Е. В. Агашина, составление, подготовка текста, послесловие, 2010

© ГУ «Издатель», 2010

«Бывают в жизни глупые обиды…»

 
Бывают в жизни глупые обиды:
не спишь из-за какой-то чепухи.
Ко мне пришёл довольно скромный с виду
парнишка, сочиняющий стихи.
 
 
Он мне сказал, должно быть, для порядка,
что глубока поэзия моя.
И сразу, с лёту, вытащил тетрадку —
свои стихи о сути бытия.
 
 
Его рука рубила воздух резко,
дрожал басок, срываясь на верхах.
Но, кроме расторопности и треска,
я ничего не видела в стихах.
 
 
В ответ парнишка, позабыв при этом,
как «глубока» поэзия моя,
сказал, что много развелось поэтов,
и настоящих, и таких, как я.
 
 
Он мне сказал, —
               хоть верьте, хоть не верьте, —
что весь мой труд —
артель «Напрасный труд»,
а строчки не дотянут до бессмертья,
на полпути к бессмертию умрут.
 
 
…Мы все бываем в юности жестоки,
изруганные кем-то в первый раз.
Но пусть неумирающие строки
большое Время выберет без нас.
 
 
А для меня гораздо больше значит,
когда, над строчкой голову склоня,
хоть кто-то вздрогнет,
кто-нибудь заплачет
и кто-то скажет:
– Это про меня.
 

Из почты Маргариты Агашиной

Письма читателей[1]

18 октября 1956

Москва, Ленинградское шоссе, 65-1-21

Дорогая Маргарита Агашина!

Сегодня, зайдя в читалку для работы над проектами, мы, по привычке, перелистали литературный журнал «Нева». На этот раз нам повезло, потому что мы напали на Ваши стихи «Юрка» и «Актриса».

Они нас очень взволновали своей простотой и искренностью, тем, что здесь затронуты будничные, жизненные темы без всяких нравоучений и пояснений, как будто вырваны кусочки из жизни.

Мы очень хотели бы, чтобы Вы написали поэму; нам кажется, она у Вас очень хорошо получится. Раньше, к сожалению, мы не читали Ваших произведений и очень хотели бы познакомиться с ними.

С глубоким уважением к Вам, студентки 5-го курса электромеханического факультета Энергетического института им. В. М. Молотова – Зоя Евсеева и

Тамара Кирилина*.

9 апреля 1968

Киевская обл., ст. Мотовиловка, ул. Кирова, 10

Глубокоуважаемая Маргарита Константиновна!

Радости моей не было конца, когда я получила от Вас дорогой подарок – Ваш стихотворный сборник. Ваша поэма «Моё слово» и все стихотворения отражают беззаветную любовь к нашей Родине, к нашему народу, к русской природе, к родному городу. С особенной теплотой Вы пишете о защитниках нашей Родины – живущих и ушедших навсегда, о героях нашей страны («Валентине Терешковой»). Ваши стихотворения «Растёт в Волгограде берёзка», «На Аллее Героев», «На Мамаевом кургане», «Рыбаки», «За окошком лес мохнатый, древний» и другие – и волнуют, и подбадривают, и отвлекают от переживаемого горя, и призывают к миру, труду. Они много говорят уму и сердцу.

Мне 74-й год. Прочитав Ваши стихи, я не хочу думать о конце жизни; я хочу жить и любить всех хороших людей, любить всю красоту мира. Очень благодарна Вам за трогательную, благородную, замечательную надпись на книжке. Для меня это высокая честь.

Извините, что сразу не ответила. Утром 28 марта собралась Вам писать, но услышала по радио сообщение о трагической гибели наших дорогих космонавтов Юрия Гагарина и Владимира Серёгина. Поспешила в сад к мужу… Моё сердце разрывалось, а ведь оно у меня послеинфарктное. Я так кричала и плакала, плакала… Начались сердечные спазмы, и я заболела, должна была лечиться. Вместе со всем советским народом несём траур по погибшим героям…

Для нас с мужем это двойное горе. Во внешности Юрия Алексеевича было сходство с нашим сыночком (походка, улыбка, поворот головы и др.). Когда после полёта в космос мы впервые увидели Гагарина по телевизору, нам показалось, что идёт наш сыночек, наше земное солнышко, которое закатилось в 1942 году. И потом всегда, когда Юрия Алексеевича показывали по телевизору, мы как будто виделись со своим сыночком. И вот больше не увидим ни того, ни другого. Великая печаль вновь упала на сердце…

Очень благодарна за Вашу заботу о нашем сыночке. Конечно, материнскому сердцу было бы отрадно, если бы рядом с берёзками в память защитников Сталинграда росла и его берёзка с надписью на табличке: «Дорогому сыночку Виталию Тычине от отца и матери». Я бы выслала деньги для этого. Но мне совестно отнимать у Вас дорогое время. Да, возможно, и разрешения не дадут, так как нет официального сообщения, где погиб наш Виталичек.

Прекрасная Вы, чуткая женщина. Человек с большой буквы. Примите привет от моего мужа Тычины Сергея Львовича. Он был очень хорошим преподавателем математики в школе. Но подкрались болезни – теперь он плохо слышит, неразборчиво говорит. Но читает газеты, книги, копается в саду. Мы оба уже слабые, и моя мечта – побывать в Волгограде – видимо, не осуществится. Пусть весенние ветры несут мой поклон героям, которые непробудным сном спят в этой земле.

Желаю Вам самого большого счастья и процветания Вашего таланта на долгие-долгие годы.

С глубоким уважением, пенсионерка Тычина Нонна Николаевна

2 февраля 1969

Липецк-17, ул. М. Расковой, 2 б-14

Уважаемая т. Агашина!

К Вам обращается из города Липецка Комаев Василий Алексеевич, работник городской санэпидстанции. Хотел бы называть Вас, как положено в таких случаях, по имени-отчеству, да жаль, их не знаю. Мне хочется с Вами поделиться кое-чем.

…Волгоград – один из немногих городов, который называешь с величайшим уважением и благоговением. Побывать в Волгограде – была моя давняя мечта. Я с мурашками на коже всегда слушаю Вашу песню «Растёт в Волгограде берёзка», хотелось посмотреть на эту берёзку… И вот в октябре прошлого года из Липецка уходил туристский поезд, увозивший меня… в Волгоград!

Хотелось – в буквальном смысле слова – встать на колени и низко поклониться легендарному городу, когда я вышел из вагона и впервые ступил на его священную землю, – да постеснялся своих коллег. Я это сделал лишь мысленно. С каким трепетом я подходил к братской могиле, дому Павлова. И особенно меня потрясли те минуты, когда я восходил на Мамаев курган, мысленно повторяя слова Вашей песни…

Экскурсоводом нашей группы был очень грамотный товарищ по имени Александр, отчество забыл. И когда мы взошли на курган, я спросил у него об этой берёзке: реальная она, действительно растущая на кургане, или символическая?

Он, улыбнувшись, ответил, что это так, мол, плод фантазии поэта, и что такой берёзки на кургане нет и не было.

Мне сделалось неловко. Мне хотелось видеть эту берёзку, я верил в её реальность. Мне хотелось в Волгограде услышать песню о ней… Я побывал в универмаге с надеждой купить пластинку с этой песней, был в книготорге, где хотел купить книжку Ваших стихов, но нигде ничего не нашел. Мое огорчение усилилось вечером в кинотеатре (возле цирка). Перед сеансом пела молоденькая светловолосая девушка. Волнуясь, я подошел к эстраде и передал записку с просьбой исполнить эту песню. Но она не исполнила. Мне было просто обидно, ах, как мне не хватало в Волгограде этой песни! Приходилось бывать в Москве и Ленинграде, Севастополе и Киеве, так они всегда встречают гостей песнями о себе. В Волгограде должна звучать песня о берёзке, но этого нет. А жаль!

Вчера был «Голубой огонёк» из Волгограда. Я все домашние дела оставил и посмотрел его. Видел и Вас, дорогая моя, уважаемая Маргарита! Извините, что так назвал Вас, мы с Вами, может быть, даже ровесники. На «огоньке» певица пела песню о волгоградской берёзке. Поверьте, я слушал её стоя… Спасибо, сердечное спасибо Вам, подарившей народу потрясающую песню.

И в заключение у меня к Вам, милая товарищ Агашина, просьба: напишите мне, пожалуйста, историю создания этой песни. Где она, эта волгоградская берёзка? Растет ли сейчас, или нет её? Ну и ещё просьба. Может, есть у Вас сборник стихов – пришлите, пожалуйста, мне. И, если можно, напишите хоть чуточку о себе.

Вот и всё.

Прошу прощения за беспокойство и за, возможно, допущенные стилистические ошибки.

С глубоким уважением и низким поклоном, Василий Комаев

15 марта 1971

Челябинская обл., г. Троицк, ул. Фрунзе, 2 а-44

Дорогая Маргарита Константиновна!

Прошу извинить меня за обращение к Вам. Дело в том, что Ваша внешность, фамилия и имя напомнили мне одного школьного товарища, который учился классом младше меня в средней школе № 4 г. Тейкова Ивановской области в 1938–1942 годах. Это была Рита Агашина, исключительно скромная девочка с русой косой. Училась на «отлично», участвовала в драмкружке, которым руководила её мама Елизавета Ивановна Агашина, учительница немецкого языка. Сестра Риты Калерия училась в одном классе со мной. Их отец работал в горбольнице врачом.

 

Я, Липин Герман Васильевич, окончил Ивановский сельскохозяйственный институт, а затем педфак при Тимирязевской сельхозакадемии в Москве, сейчас преподаю в техникуме. 8 марта смотрел передачу с участием поэтессы М. Агашиной, её лицо показалось знакомым. Если Вы именно та Рита Агашина, которую я очень хорошо помню, прошу Вас откликнуться. А если я ошибся, прошу великодушно извинить. У меня плохое зрение, а Ваш голос эфир мог исказить.

Заранее признателен.

Жду Вашего ответа. Г. Липин

20 марта 1971

Кзыл-Ордынская обл., г. Ленинск, ул. Набережная, 17-1

Маргарита Константиновна!

Вы и не подозреваете, что остались у меня в памяти с детства как сказка, как недосягаемая мечта. Я помнила Вас всю жизнь, где-то в уголке памяти Вы жили.

Может быть, Вы помните – г. Тейково, 1941 год, июнь, пионерский лагерь в Вантино? Вы были у нас пионервожатой. Ещё тогда мы знали, что Вы пишете стихи, а я даже думала, что песенку на слова С. Михалкова «тра-та-та, тра-та-та, мы везем с собой кота…», которую Вы с нами пели, написали Вы, – ведь мне тогда не было и 10 лет. Я помню Вас весёлой, энергичной, жизнерадостной. Помню, как на вечере в тейковской школе № 4 Вы читали свои стихи. Но внешний облик совершенно не остался в памяти…

Когда Вы выступали по телевидению 8 марта, я буквально впилась в экран, надеясь, что воскреснут знакомые черты, но – тщетно… Потом я всё время думала о Вас, рассказывала близким и знакомым. В каком-то журнале наткнулась на Ваше стихотворение и была счастлива и горда, что знаю Вас. Случайно узнала, что Вы живёте в Волгограде. От передачи по телевидению мы ждали большего, хотелось узнать о вашей жизни. Мы сетуем на то, что о Вас нет ничего в печати для широкой публики. Мне бы очень хотелось иметь сборник Ваших стихов.

Два слова о себе. Я окончила Ленинградский университет, физический факультет. Имею двоих детей – дочери 15 лет, сыну 13.

Корешкова Тамара Николаевна.

С глубоким уважением.

Извините за длинное письмо.

5 мая 1971

Ленинград, Васильевский остров, 13-я линия, 46–17

Уважаемая Маргарита Константиновна!

Простите меня за это письмо. Вот уже два раза я видела и слышала Вас в телевизионной передаче «Музыкальные встречи». Какая Вы счастливая, какой у Вас чудесный дар – приносить людям радость!

Вашу последнюю, совместную с композитором Г. Пономаренко, песню «Подари мне платок», да ещё в исполнении Л. Зыкиной, до сих пор не могу забыть!

Война мне, как и многим, принесла много горя. Я с мужем жила в Бресте, когда фашисты напали на нашу Родину. Мужа немцы расстреляли, а меня спасла одна женщина, по национальности – полька.

И вот с тех пор я осталась одна. И хотя мне уже 59 лет, прошло столько времени, я не могу забыть всех ужасов войны, выпавших нам на долю. Слушая Ваши песни, я всегда плачу, – и как будто становится легче на душе… Большое, большое спасибо Вам и композитору Пономаренко за ваши «целебные» произведения.

Простите меня за моё бестолковое письмо, но я не могу остаться равнодушной. Желаю Вам ещё много, много хороших песен.

С уважением, К. Д. Яковлева

7 мая 1971

Ленинград, ул. Лёни Голикова, 31–82

Дорогая Маргарита Агашина!

Ваши стихи мне очень по душе. Я их читаю сама, они нравятся моим друзьям. Желаю Вам творческого успеха.

Прошу Вас, если когда-либо будете в Ленинграде, считать мой дом – своим домом. Приезжайте, гостите у меня, я буду очень рада.

Адреса Вашего не знаю – пишу, как Ванька Жуков: «Волгоград. Поэту Маргарите Агашиной».

А. Таниева*

1 августа 1971

Мурманская обл., г. Апатиты, ул. Западная, 3-54

Маргарита Константиновна, здравствуйте!

Я неоднократно встречал Ваши стихотворения и песни. Сегодня, по просьбе телезрителей, повторили встречу с Вами. И мне очень захотелось Вам написать.

Дело в том, что когда я читаю Ваши стихи и слушаю песни, а они мне нравятся, – всегда вспоминаю Московский институт цветных металлов и золота им. М. И. Калинина, знаменитое общежитие Дом Коммуны и нашу поэтессу Агашину и её сестру, которые в 1944—45 годах (точно не знаю) учились в этом институте и жили в Доме Коммуны.

Мы собирались вместе, разговаривали, спорили, иногда замерзали, иногда думали, как разделить 400-грам-мовую хлебную пайку – и страстно ждали Дня Победы. Много говорили о литературе, читали стихи и мечтали о том, чтобы наша «горняцкая», «цветметовская» Агашина пошла учиться в литературный, и что у неё есть все возможности (мы были в этом уверены) стать настоящей поэтессой.

Если это были Вы, то я вдвойне рад: во-первых, предсказание сбылось, и, во-вторых, приятно встретить, хоть и заочно, товарища, с которым учились вместе, жили в одном общежитии, часто встречались.

Пишет Вам Володя Румянцев, который (в те времена) прибыл после фронта для продолжения учёбы; был одет в шинель и гимнастёрку.

Если это были Вы, то очень хотелось бы получить от Вас весточку. Если нет, то прошу извинить, но песни Ваши мне всё равно будут нравиться.

Желаю Вам дальнейших творческих успехов!

С искренним уважением,

В. Г. Румянцев

22 ноября 1971

Ивано-Франковск, ул. Галицкая, 109-12

Уважаемая Маргарита Константиновна!

Я сделала перевод нескольких Ваших стихотворений на украинский язык. Посылаю их Вам вместе с благодарностью за созвучие наших душ.

В вашем городе я была в дни Сталинградской битвы. Наша батарея стояла на Краснопитерской улице.

Низкий мой поклон сталинградской земле!

Ольга Стрелец

(Стрельцова Ольга Александровна)*

4 марта 1972

Новосибирск, ул. Народная, 16–81

Глубокоуважаемая Маргарита Константиновна!

Понимаю, что Вы – занятой человек, но простите меня, ради бога, и не удивляйтесь моей просьбе.

Ваши стихи как-то уж очень вплотную переплелись с моей судьбой, с моим настроением. Ваши стихи – мои большие друзья. Но вот недавно кто-то попросил у меня ваш сборник, и вот теперь сборник не возвратился. Можете понять моё состояние?!

В наших магазинах трудно застать Ваши стихи, вот поэтому и прошу Вас, пожалуйста, помогите мне.

Умоляю Вас – не обижайтесь!

Я прожила интересную жизнь, очень люблю стихи.

Мне 47 лет, а в 17 защищала Сталинград, в 1945-м месте со всеми сталинградцами армии Чуйкова брала Берлин.

Сейчас работаю в автомобильном тресте. Работа очень интересная.

Прошу Вас ещё раз – извинить меня и помочь.

С уважением, К. Л. Турская

16 апреля 1972

Дорогая Маргарита Константиновна!

Вы даже не представляете, сколько радости мне доставили. Я и наплакалась вволю, и сижу, и хожу по земле счастливая. Стихи Ваши проглотила сразу, в один присест. А поэму оставила на вечер.

Бесконечное Вам спасибо!

Простите, что повторяюсь: я счастлива – у меня теперь, кроме медали «За оборону Сталинграда», есть ещё и стихи сталинградского человека…

С уважением и благодарностью, К. Турская

31 марта 1972

Харьков-2, ул. Артёма, 6–3

Глубокоуважаемая Маргарита Константиновна!

Это письмо вызвано многими раздумьями о Вашем стихотворении «А где мне взять такую песню…»

В судьбе песни принимают участие четверо – поэт, композитор, исполнитель и слушатель. Так вот, если как слушатель я скажу, что это стихотворение мне нравится, Вы, конечно, не удивитесь. Оно всем нравится – я с большим удовлетворением читал недавно в «Известиях» тёплый и вполне заслуженный отзыв об этой песне.

На мой взгляд, это большая творческая удача. Иногда мне кажется, что Вы написали его сразу, на одном дыхании: если не знать, что есть авторы, песню можно принять за народную. Но и чёрканная-перечёрканная рукопись показалась бы мне правомерной, ибо результат достоин творческих мук.

«Кого-то в рощу заманила, кого-то в поле увела…» – до чего же прекрасно и точно сказано! В голову не придёт поменять местами глаголы, ведь роща – своей тенью, шёпотом листвы, таинственностью – именно заманивает, а поле – широкое, неоглядное – уводит… Да и само слово «за-ма-ни-ла», если в него вслушаться, – как эхо в роще. Эта фраза, как и всё второе четверостишие, – такое глубокое, лиричное, распевное, – часто звучит у меня в ушах.

И потом – этот замечательный поворот: «И чтобы он её дождался, прижался к трепетным плечам.

Да чтоб никто не догадался, о чём я плачу по ночам…»

Вот это «да» всё увязывает в крепкий узел, говорит о глубинном «подводном течении» стихотворения – подтексте. Для меня истоком этой прекрасной песни является другое Ваше стихотворение:

 
Так что гадать – что не было, что было,
надеяться: мол, было – так пройдёт,
когда о том, что я тебя любила,
на всю Россию Зыкина поёт!
 

После всего сказанного можете представить, как мне хотелось посмотреть передачу из Волгограда «А где мне взять такую песню…» Но посмотрел – и остался не удовлетворён. Следовало бы песню сделать центром передачи, «гвоздём программы»! А она прошла как-то незаметно, за кадром.

И под конец. Моя внучка, ученица 4-го класса, имеет тетрадь, куда переписывает песни. На первой странице – Ваша, хотя я никогда об этой песне с ней не разговаривал. И потом:

– Ирочка! Какая песня тебе больше всего нравится?

– «А где мне взять такую песню»!

Ваше творчество знаю только по маленькой книжке библиотеки избранной лирики (1969). Нельзя ли через волгоградскую «Книга – почтой» получить что-либо из Ваших произведений? Если Вы найдёте возможным, напишите (тысячу раз извиняюсь за нескромность!), сразу вылилось у Вас это стихотворение или подвергалось большой предварительной обработке?

Автор этого письма – невропатолог, отметивший уже своё 70-летие и имеющий много десятилетий стажа по неврологии. Когда беседуешь с больным, – а приходят они только из тех семей, из которых каждая «несчастна по-своему», – тоже стараешься осторожно прикоснуться к глубинным «подводным течениям» его личности. Ведь она, как и стихи, рождается в муках…

Прошу меня извинить, что отнял у Вас столько времени. Хочу только сказать, что это письмо написано не от праздности, а от глубокой потребности сказать Вам то, что я сказал. Желаю Вам больших творческих радостей.

С уважением, А. Френкель

P. S. Музыка к Вашей песне – прекрасна.

14 апреля 1972

Воронеж, главпочтамт, до востребования

Милая Маргарита Константиновна!

От всего сердца благодарю Вас за Ваши стихотворения, положенные на музыку, и просто «стихотворения в прозе». Не могу без слёз слушать Ваши стихи и песни. Они ранят сердце, вызывают боль об утраченном, не свершившемся, несбыточном.

Я так тяжело переживаю это, потому что в жизни встретил много подлостей и гадостей в лице тех, кому были вручены судьбы людей. Не мог проходить мимо – боролся, писал, но остался побеждённым, ибо всюду они получали поддержку, а мне доставались гонения. Ваше творчество – боль за Правду, за Человека – великое творчество.

Мне 72.

Любящий Вас от всего сердца бывший

главный агроном совхоза «Хопёрский»

Сталинградской области

Аксинин Яков Степанович

4 мая 1972

Ярославская обл., Некрасовский р-н, пос. Некрасовское

Простите, пожалуйста, но я ещё раз удостою себя чести сказать Вам – здравствуйте! Моя дорогая женщина, вселившая в меня доброе, простое, душевное.

Извините, что отвлекаю Вас, возможно, от срочной работы. Но я не могу молчать. Не могу потому, что обязана Вам многим. Да! Именно Вы научили меня любить поэзию. Почему же поздно я узнала о труде Вашем?

Поверьте, я полюбила Вас, как мать. У меня есть мама, ей так же, как и Вам, выпала тяжёлая участь жизни. У неё в 41-м погиб муж. Только один год жили вместе, разумеется, любили друг друга.

 

Из поэмы «Мое слово» я узнала о Вас многое, но не всё. А очень хотелось бы знать, как сложилась Ваша жизнь. Вот Вы пишете:

 
…так уйти, чтоб, даже замерзая,
хоть кому-то душу согревать…
 

Боже мой! Читая Ваши стихи, чувствуешь, что в них вложено собственное переживание, близкое каждому человеку, живущему на нашей земле. Поэтому Вас очень хорошо понимают.

Хочу высказать глубокую признательность за внимание, оказанное Вами, и сказать: любовь к Вашим стихам я пронесу через всю жизнь. И ещё, Маргарита Константиновна, поверьте, я от всей души пишу Вам. Вы мой друг навсегда.

С уважением, А. Боброва

18 марта 1973

Ворошиловградская обл., Троицкий р-н, с. Лантратовка

Привет из Лантратовки!

Здравствуйте, уважаемая Маргарита Константиновна!

Пишут Вам мальчики 6-го класса лантратовской средней школы.

Мы вместе с девочками прочитали и обсудили Вашу книгу «Огонёшка». И возник у нас спор. Одни мальчики такого мнения, что шестиклассники в конце концов остались дружными, что «воспитание» девочек оказалось положительным, всё-таки они, девочки, «перевоспитали» ребят. Но часть мальчиков нашего класса пришла к мнению, что ребята остались не совсем дружны (помните случай, когда в классе зашёл «скандал» мальчиков и девочек после опубликования в газете статьи о мальчиках ихнего класса?). Долго мы спорили; девочки, конечно, остались того мнения, что в конце концов класс стал дружным.

Так вот, мы обращаемся к Вам с просьбой: напишите, чем кончилось «воспитание» мальчиков девочками из «Огонёшки»? Все ли они закончили десять классов? Нас очень интересует судьба героев «Огонёшки» – Суханова (любимца нашего – Суханчика), Инны Востриковой, Бобочки Орловского, Талы Стрепетовой, Кати Саранской, Саши Антошина, Мишки Букина, Наташи Парфёновой.

1Знаком * здесь и далее помечены тексты, к которым имеются примечания составителя, расположенные в конце тома, на с. 273–281.
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Издательство:
Центр информационного и материально-технического обеспечения
Поделиться: