Африка

1

– Ты не прав, Гномм. Когда у меня была жена, я всё равно интересовался другими женщинами.

– Может, тебе просто не повезло?

– Она, конечно, не была ангелом, но и до ведьмы ей далеко! Обычная жена, каких много… Наверное, не нужно жениться на обычной – скука смертная.

– Ты ей изменял?

– Конечно! Хоть и считал, что люблю! Но тебе, старому холостяку, этого не понять!

– Я не «старый» холостяк, а «мудрый» холостяк.

– Клюёт, Гномм! Клюёт! Доставай!

– Рано, Бургер! Рано! Ещё не заглотила!

– Доставай, говорю! Ну, вот! Говорил – доставай!

– Съела таки, рыбья морда! Дай-ка банку!

– Вот так и с женщинами… Иной раз видишь, что клюёт, замешкаешься, засомневаешься – и рыбка сорвалась! А твой счёт уже изрядно облегчился… Стал таким лёгким и незаметным… Вот как этот крючок! Скажу тебе так, Гномм: женщин нужно или сразу подсекать, или вообще не забрасывать своё удило!

– Эх, Бургер, кабы знать заранее, куда можно забрасывать удило, а куда не нужно… Вот Дидро, например…

– А вот он звонит – лёгок на помине! Да, мистер Дидро! Рыбку с Гноммом удим – ушицы захотелось! Да что Вы говорите?! Это… Это… Это замечательно! Конечно! А когда мы Вас подводили?! Будем через полчаса!

– Что это у тебя выпало?

– Ох! Хорошо, что не в воду!

– Всё таскаешь этот антиквариат в кармане? А мне про машину ещё что-то говоришь!

– Так ведь гнилая она у тебя уже!

– Так ведь я на ней до сих пор езжу! А ты когда ты последний раз этой хреновиной пользовался?

– Всё равно… Хорошая вещь, Гномм. Пригодится.

– Не пригодится! Сдай его старьёвщику! На пачку сигарет легко обменять можно!

– Пачку сигарет? Двадцать лет со мной, а всё ещё работает!

– Да и пёс с ним! Я так думаю, что если забивать карманы всяким ненужным хламом, который ещё кое-как работает, то карманов не хватит! А что Дидро? У нас новое дело?

– Оно! Ты был в Африке, Гномм?

– В Африке?

– В Африке. Говорят, жарковато там!

– И мухи цеце!

– Греби к берегу! Дидро нас ждёт!

– Отлично! А то я уже заскучал с этой рыбой – за полдня ни одной не поймали!

– И не говори! Скучная рыба пошла! Вялая!

2

– Привет, Хлоя!

– Здорово!

– Нас твой дядя вызвал! Когда он закончит? – спросил Бургер.

– Это последняя партия! Минуты через две-три, – сказала девушка и надула пузырь из жвачки.

Из-за стены слышались барабанные звуки.

– Мы подождём. Садись, Гномм!

Детективы сели на мягкий диван.

– Классно выглядишь, Хлоя! Отличная идея перекраситься в зелёный!

– Угу! Это не зелёный, а фисташковый, – ответила девица, но от монитора отрываться не стала.

– Мда… Молодёжь – она совсем другая, – сказал Бургер Гномму.

– А ты чего от неё хочешь? На то она и молодёжь, чтобы быть другой!

– Даже на комплименты не реагирует!

– А кого она перед собой видит?

– Двух лучших детективов полушария?

– Нет! Двух старых ослов! А вот если бы было тебе лет двадцать, мы бы уже пили кофе с коньяком и мило беседовали бы с красивой девушкой, и восхищались бы её ногами…

– И задницей…

Барабанный бой прекратился.

– Чёрт! Долбаный пластик! – послышался голос мистера Дидро.

Открылась дверь и он появился – в неизменной белой сорочке с полотенцем в руках.

– Вы уже здесь?! Привет, парни! – сказал он.

– Что случилось, мистер Дидро? – спросил Бургер.

– Пластик опять порвался! Только на прошлой неделе заменил! Совсем разучились делать! Куда катится мир?!

– В бездну! – сказал Гномм.

Мистер Дидро посмотрел на Гномма, а потом и на Бургера.

– А почему без кофе? Хлоя, почему на угощаешь двух лучших детективов полушария кофе?

– С коньяком, – сказал Бургер.

– Да! С коньяком!

– Счас…, – сказала девица.

Она встала, поправила свою короткую юбку и принялась с недовольной гримасой готовить кофе.

– И надевай юбки подлиннее! Тут офис, а не… А не…, – сказал Дидро и махнул рукой. – Пойдёмте в кабинет!

– Мне коньяка – три капли! Больше не надо! – сказал Гномм.

– А мне можно и побольше! – сказал Бургер.

– Да! Три и побольше! – сказал Хлое Дидро.

Они втроём вошли в кабинет, а мистер Дидро закрыл дверь.

– Садитесь, джентльмены!

Бургер с Гноммом сели на диван, а мистер Дидро сел в своё директорское кресло из крокодильей кожи.

– Ну-с… Теперь о деле!

– Мы внимательно слушаем, мистер Дидро! – сказал Бургер.

– Дело интересное! Давно таких не было! Ко мне обратился один важный африканец. В Африке он очень известен, благодаря своему… как бы это сказать… крутому нраву и…

– Сахара нада? – послышался голос Хлои из-за двери.

– Да! – крикнул Бургер.

– Нет! – воскликнул Гномм.

– И неразборчивостью в средствах, – продолжил мистер Дидро.

– Позволите угадать? – спросил Бургер.

– Сделайте одолжение! – сказал Дидро.

– Патрис Мгабанга. Президент небольшой страны и по совместительству – кровавый диктатор.

Гномм посмотрел на Бургера с восхищением.

– Точно! Как ты догадался, Бургер? – спросил мистер Дидро.

– Я увлекаюсь психологией, и он мне интересен. Ну кто ещё может собственноручно казнить своего родного отца и ввести налог на зубы? Такие персонажи заслуживают внимательного изучения!

– Налог на зубы? Такого я не слышал, – сказал мистер Дидро.

– Да. Граждане платят этот налог по количеству зубов в их ртах. Каждые полгода проводится подсчёт зубов у каждого жителя страны. Так что зубы в той стране – это почти роскошь. Они не каждому по карману!

– Во даёт! – воскликнул Гномм.

В кабинет вошла Хлоя с подносом и поставила чашки с кофе на столик перед диваном.

– Что-нибудь ещё? – спросила она у мистера Дидро мерзким голосом.

– Я сегодня же поговорю с твоей матерью! Пускай купит тебе деловой костюм! Я ещё могу терпеть разноцветные причёски, но…

Хлоя посмотрела на своего дядю как на врага.

– А в какой сахар? – спросил Гномм.

– И в какой много коньяка? – спросил Бургер.

– В этой!

Хлоя показала на одну из чашек, но даже не посмотрела на них. А потом девушка гордой походкой вышла из кабинета, и мужчинам не оставалось иного, кроме как проводить её взглядом.

– Простите, джентльмены. С молодёжью непросто! – сказал мистер Дидро.

– Пустяки! Мы сами попробуем! На, Гномм! Пробуй!

Гномм сделал глоток из чашки.

– Здесь нету сахара, но коньяка она не пожалела, – сказал он и скривился.

Бургер сделал глоток из другой чашки.

– А в этой коньяка и вовсе нет, по-моему, – сказал он.

– Ох…, – сказал мистер Дидро. – Будем пить коньяк без кофе! Вы не против?

– Нет! Мы – за! – сказал Бургер.

– А я воздержусь! – сказал Гномм.

– Брось, Гномм! Мы же в Африку едем! Там много паразитов – нам нужно хорошенько проспиртоваться! Я прав, мистер Дидро?

– Да. Пожалуй. Тем более, что коньяк у меня сегодня отменный!

Он достал из своего стола три стакана и бутылку с французским коньяком, открыл её и разлил коньяк по стаканам.

– Замечательный коньяк! – сказал Бургер, когда сделал глоток.

– А что там про зубы? – спросил Гномм.

– Да, Бургер. Зачем Мгабанге беззубое население? – спросил мистер Дидро.

– Он справедливо рассудил, что тем, у кого нет зубов, не нужно мясо, хлеб и прочие продукты, которые рекомендуется жевать. Диктаторы и пожизненные президенты вообще не любят заниматься экономикой – их больше интересует роскошь их дворцов! Так что бОльшая часть граждан сидит на дешёвом курином бульоне, который Мгабанга выменивает на свои алмазы.

– Алмазы?

– Да, Гномм. У Мгабанги – крупное месторождение алмазов. Он очень богатый человек! Хотя страна у него отсталая! Там даже нет сотовой связи и интернета! – сказал Дидро. – Он хорошо заплатит нам!

– Так чего же мы тут сидим?! – сказал Гномм и вскочил на ноги.

– Спокойно, Гномм. Давай допьём коньяк! Никуда его алмазы не денутся! – сказал Бургер.

– А если денутся?

– Пейте, Гномм. Тем более, что самолёт только завтра, – сказал мистер Дидро.

Расстроенный Гномм сел на диван.

– А что же могло случиться у этого успешного президента? – спросил Бургер. – Вероятно, что-то совсем из ряда вон выходящее, раз он решил нанять лучших детективов полушария и готов не скупиться?

– Ну, как тебе сказать, Бургер… У него начали умирать жёны.

– Жёны? У него их много? – спросил Гномм.

– Ха-ха! Гномм, а ты как думал? Конечно, у него гарем, как у каждого уважающего себя деспота. Может себе позволить! Наверное, если бы я был кровавым диктатором, у меня тоже был бы гарем! Самый лучший в мире!

– Не сомневаюсь! – сказал Гномм. – И много жён… покинули любимого супруга?

– Четыре. Это данные на вчерашний день.

– А сколько их всего?

– Больше сотни.

– Ого!

– Что-то он рано спохватился! – сказал Бургер. – А что говорят доктора?

– Они молчат – не знают, что сказать! Следов насилия не обнаруживают – и всё! И поэтому своих придворных врачей президент казнил! – сказал Дидро. – Так что завтра – в путь, джентльмены. Билеты у Хлои! И постарайтесь меня не подвести! Я обещал этому Мега.. как его?

– Мгабанга, – сказал Бургер.

– Я дал слово президенту, что вы не уедете из Африки, пока не сможете пролить свет на этот странный мор.

Гномм подавился коньяком.

– Как не уедем? А если дело глухое? Мы же не доктора! А если это неизвестная ещё эпидемия? Вирус!

– Который убивает только президентских жён? Чем же ему не нравятся жёны булочников или фермеров? Я не слышал, чтобы сейчас в Африке была эпидемия. Так что твоё предположение маловероятно, дорогой Гном. Хотя ничего исключать пока что нельзя! – сказал Бургер. – Дело интересное.

– А главное – доходное. Я верю в вас, джентльмены! – сказал мистер Дидро и встал.

Бургер и Гномм тоже встали.

– Вы правильно делаете, мистер Дидро! Мы не покинем Африку, пока не выведем кого-нибудь на чистую воду! – сказал Бургер.

– Да уж, – сказал Гномм.

3

На следующий день Бургер и Гномм летели в Африку.

– Будьте любезны, коньяк! И рыбу в соусе! – сказал Бургер бортпроводнице.

– А мне всё равно что, только порцию побольше! И кофе! – сказал Гномм.

– У нас порции стандартные! – сказала девушка и улыбнулась.

– Но ведь можно же что-нибудь придумать?! Я не наедаюсь воздушными порциями – всегда приземляюсь голодным!

– Перестань, Гномм! Хочешь я отдам тебе свою?

– К чему эти жертвы?!

– Ну, почему «жертвы»? Я и коньяком могу пообедать! Если он приличный, конечно. У вас какой?

– Мартелл.

– Сойдёт! Только несите сразу три!

Девушка кивнула, улыбнулась ещё раз и ушла.

– Какая красивая задница! Ты только посмотри!

– Пёс с ней!

– Гномм, почему ты всегда недоволен? Пару часов потерпеть не можешь!

– А почему я должен терпеть? Ещё неизвестно, чем нас будет кормить этот африканский диктатор! Может, он питается личинками и змеями… А если мы начнём вертеть нашими носами, предложит куриный бульон на завтрак, обед и ужин! Это будет катастрофа!

– Хе-хе! Не беспокойся, Гномм! Мгабанга учился в Европе. Это образованный кровавый диктатор, а не дикарь какой-нибудь! И толк в кухне, я уверен, знает.

Стюардесса привезла на тележке еду и коньяк.

– На, Гномм! Только не ворчи больше!

– Не надо! Обойдусь одной! Раз учился в Европе…

– Сразу бы так! – сказал Бургер и принялся за рыбу.

4

В африканском аэропорту их встретили жара и военный оркестр.

– Это они нас встречают? – спросил Гномм.

– Похоже на то.

– А это что за клоун в пляжных трусах и в смокинге? И почему он дирижирует оркестром?

– А это и есть президент Мгабанга!

От неожиданности Гномм остановился.

– Пошли, Гномм! Он уже машет нам! Чего встал? Старайся быть вежливым!

Они подошли к президенту – он был небольшого роста, но с красивыми зубами, которые могли ослепить своей белизной.

– Приветствую вас, джентльмены! Решил сам вас встретить – у меня новый оркестр – хотел проверить его в деле! Как долетели? – спросил президент и пожал детективам руки.

– Прекрасно, господин президент! – сказал Бургер.

– Кормили плохо! – сказал Гномм.

– А чего вы хотели от этих авиакомпаний? Я бы выслал за вами свой личный самолёт, но его никуда не пускают – в мире меня считают кровопийцей и людоедом! Ну, посмотрите на меня! Разве я похож на кровавого тирана?!

– Ну, что Вы! Вы…

– Вы похожи на дирижёра! – сказал Гномм.

Президент с удивлением посмотрел на него.

– Он шутит! У Гномма – своеобразное чувство юмора! Прошу Вас не обращать внимания, господин президент!

– Гнома? Это гном? – спросил Мгабанга и указал на рослого гостя.

– С двумя «м», господин президент! – сказал Гномм. – Я – Гномм.

Мгабанга улыбнулся и махнул рукой.

К самолёту подъехал большой белый лимузин с изображениями чёрных бананов на капоте и дверях.

Бургер и Гномм переглянулись, а водитель погрузил их чемоданы в багажник.

– Садитесь, джентльмены! Я отдам распоряжения, и поедем!

Слуга открыл двери, и Бургер с Гноммом залезли в лимузин.

– А он без комплексов! – сказал Бургер.

– Да уж.

К президенту подбежал какой-то генерал.

Мгабанга что-то сказал военному человеку и наградил его пощёчиной. Генерал вытянулся струной и смотрел на президента так, будто просил ещё раз дать ему по морде.

Президент махнул рукой, а военный подбежал к испуганному солдату с трубой, выхватил у него инструмент и швырнул его на асфальт, а потом схватил неудачливого оркестранта за ухо и куда-то потащил.

Послышался выстрел.

– Чёрт возьми! – простонал Гномм.

– Повежливее, Гномм! – сказал ему Бургер тихим голосом. – Сфальшивил, видать, солдатик.

– А вот и я! – сказал Мгабанга и залез в автомобиль.

Он сел напротив детективов, достал сигары и предложил их детективам. Они поблагодарили президента и закурили, а лимузин помчался по взлётной полосе.

– Вас не удивляет вкус сигар? – спросил Мгабанга.

– Это лучшие сигары, какие я когда-либо пробовал! – поспешил ответить Гномм.

– Да… Но, честно сказать, вкус у них, и правда, необычный, – сказал Бургер.

– Ха-ха! Конечно, необычный! Потому, что это не табак!

– А что же это?

– Это листья бу… Но я не буду раскрывать своего маленького секрета! Это листья одного чудесного растения, которое растёт только здесь! Улучшает настроение! Чувствуете?

Бургер и Гномм почувствовали тошноту.

– Да, – сказал Бургер и улыбнулся. – С каждой секундой моё настроение улучшается!

– У Вас хорошие зубы! Мистер Бургер? Я правильно запомнил Ваше имя?

– Да. Моё имя запомнить не сложно! – сказал Бургер, улыбнулся и насторожился.

– Я не поклонник junk-food. В юности один раз попробовал и тут же выплюнул! Тут же! Как вы вообще это едите?

– Наступаем себе на горло! – сказал Гномм.

– Да! – сказал Бургер.

– А нас считаете дикарями! Запад всегда был лицемерным!

– Точно! – сказал Гномм.

– Ну, ничего! Скоро вы увидите, что едят в «банановых республиках» уважающие себя люди! Начнёте завидовать «банановым» президентам!

У Гномма началось обильное слюноотделение и он принялся причмокивать.

Бургер пнул его ногой.

– И поэтому бананы на лимузине? – спросил он президента.

– Да! Вы правильно заметили! Банан – как символ истинного вкуса и достоинства! – сказал Мгабанга, улыбнулся и с гордостью откинулся на спинку дивана. – Вы же считаете, что чёрные – люди без вкуса, и им не знакомо эстетическое восприятие?!

– Мы так не считаем! – сказал Бургер.

– Наоборот! – сказал Гномм.

5

Лимузин подъехал к огромному и богатому дворцу со статуями, широкими лестницами и фонтанами.

– Дворец отделан итальянским мрамором! – сказал Мгабанга, когда все трое вышли из машины. – Статуй тоже макаронники ваяли!

– Роскошно! – сказал Гномм.

– Шикарно! – сказал Бургер.

– Сейчас вас проводят в ваши комнаты. Это Сукул – он единственный из слуг, кто говорит здесь на английском.

Подбежал малюсенький человечек и улыбнулся – половины зубов у него не было.

– Он не карлик, он – пигмей. Беззубый, скотина, – экономит на налогах. Но понять его можно! Я запретил ему лишаться последних зубов! Но и жалованья не прибавил! Хе-хе! Он может быть вашим переводчиком, если будет нужно.

– Сфрава, сефлмена! – сказал пигмей. – Хофи мна!

Он жестом пригласил детективов пройти с ним.

– С этим переводчиком можно попасть в переплёт! – шепнул Гномм Бургеру.

– Встретимся на обеде! – сказал Мгабанга и ушёл в сторону парка в сопровождении полусотни ласковых чернокожих женщин в откровенных нарядах.

Появился проворный и тоже беззубый слуга и потащил чемоданы детективов во дворец.

– А что это за номера выбриты на висках женщин? – спросил Гномм переводчика.

– Эфи жёньки кыспфин Мхапанка.

– Он пронумеровал жён, Бургер!

– Конечно! А как иначе? Сотню имён заучивать наизусть? Представляешь, какие это имена?! Ты и трёх не запомнишь! А тут всё просто – один, два, три…! Логичный подход! Рациональный!

Комнаты, в которых поселили Бургера и Гномма, тоже удивили их своей роскошью: лепнина на потолке и стенах, широкие перинные кровати, дорогие зеркала радовали глаз.

– Ты посмотри, какой вид, Бургер! Фонтаны посреди саванны!

– Тут и унитазы золотые! Никогда не думал, что мне посчастливится ср…

– А это что? Это львы? Бургер, там львы!

– А кому там быть?! Белым медведям? Это же Африка, Гномм!

– Да… Африка…

6

– Только душновато здесь! Даже в одной сорочке потею! – сказал Гномм, когда они с Бургером собирались на обед.

– Да. Но придётся попотеть.

– Может, шорты надеть? Чтобы яй…

– Гномм, ты же приглашён на обед к Президенту! К президенту! Пусть маленькой, пусть «банановой», но всё же страны. Давай соблюдать этикет! Натягивай брюки и не рассуждай! Не зря же мы тащили эти чёртовы чемоданы!

Стол накрыли под огромным навесом в дворцовом парке.

– Смотри-ка, сколько фруктов! – сказал Гномм.

– Да. Похоже на фруктовую лавку в каком-нибудь чайнатауне, – сказал Бургер.

Беззубые слуги в белых ливреях в белых париках стояли у стола, а президент появился в белом военном мундире с огромными золотыми звёздами на погонах, с аксельбантами и орденами, но пляжные шорты он не сменил.

– Садитесь, джентльмены! Справа от меня! Слева сядут мои родственнички! А вот и они!

Он крикнул что-то на местном языке.

Со стороны дворца шла пожилая негритянка в роскошном платье, какие носили в девятнадцатом веке – она была увешана бриллиантами. Старушку сопровождала важная служанка с зонтом.

– Это мать президента! – сказал Мгабанга.

Угрюмая женщина села рядом с сыном. Они перекинулись парой фраз на незнакомом языке и президентская мать заулыбалась.

– Я сказал ей, что вы скоро уедете! – сказал Мгабанга.

Бургер и Гномм улыбнулись старушке в ответ с такой вежливостью, на какую они были способны.

– Накук, почему тебя всегда нужно ждать?! – крикнул президент чёрному мужчине лет тридцати пяти с обесцвеченными волосами и золотым кольцом в носу, который подъехал к столу на белом коне и с ружьём в руке. – У нас гости! Я же предупреждал! Ты ставишь меня в неловкое положение!

Мужчина слез с лошади и что-то сказал президенту, но Бургер и Гномм его не поняли.

– Говори по-английски! – сказал президент. – Это мой брат Накук.

Брат президента кивнул детективам и сел за стол.

– А где Жан-Жак? Ты не видел его?

– Опять, наверно, шкуры с обезьян сдирает!

– Я же запретил ему! Дикарь! У него через месяц экзамены! О чём он думает?!

Президент что-то написал на салфетке, отдал её слуге, и тот куда-то умчался.

– Начнём без него! Джентльмены, прошу вас не стесняться! Вы – мои гости! А для гостей – только самое лучшее!

Бургер и Гномм переглянулись.

– Попробуйте мозг молодой гориллы под банановым соусом! Только что достали! Свежайшие! – сказал президент и сделал знак слугам.

Слуги положили каждому по мозгу и полили деликатес жёлтым соусом.

Детективы замешкались.

Мать президента и Накук принялись уплетать блюдо с нескрываемым удовольствием – они чавкали и постанывали. Если брат президента кое-как использовал приборы, то старушка ела руками, и соус капал на её благородное платье.

Бургер толкнул Гномма локтём, отрезал себе кусочек мозга и отправил его в свой рот. Гномм вздохнул и сделал то же самое.

– М-м-м! Какой нежный! Прямо-таки тает во рту! – сказал Бургер.

– Да! Именно тает! – сказал Гномм и скривился.

– Оригинальный вкус! – сказал Бургер, улыбнулся и взял бокал с вином.

– Да! Давайте выпьем! Это лучшее французское вино! Я покупаю его в Лондоне у одного русского! Не скуплюсь, а он присылает мне поздравительные открытки по праздникам!

– Вино прекрасно! – сказал Бургер, после того, как сделал глоток.

Гномм же осушил бокал сразу.

– Оно изумительное! – сказал он.

– Хочу свои виноградники разбить, да руки не доходят! Очень много дел! – сказал Мгабанга.

Президент сиял белоснежной улыбкой, а внимательный слуга тут же наполнил его бокал снова.

– Блюдо номер два! Хрустящие змеи-бубанги! Это мамино любимое! – сказал Мгабанга и сделал знак слугам.

Слуги в париках принесли змей. Змеи застыли в неестественной для пресмыкающихся позе – как будто были завязаны в петлю, и глаза их были выпучены.

– Их специально высушивают, чтобы хрустели! Тут главное – не пожалеть пряностей! Я их не жалею! Я вообще не привык что-либо жалеть! – сказал президент с гордостью.

– Мы это заметили! – сказал Бургер.

Всем положили по змее, и семья президента тут же принялась хрустеть. Старушка хрустела за троих, и Гномм заметил, что её зубы были на редкость ровными и полупрозрачными.

Мгабанга заметил, что Гномм с удивлением смотрит как хрустит пожилая уже женщина.

– Они алмазные! Не удивляйтесь! Мама может кость слона перекусить! Так принято в нашей семье – на 50-летний юбилей все зубы заменяются на алмазные! – сказал он.

– Недурно! – сказал Гномм.

Бургер взял змею и повертел её в руках, а Гномм снова осушил свой бокал.

– А это что? – спросил Бургер и показал на золотое блюдо, в котором лежало что-то синее.

– Это так… гарниры. Жуки, жареные в кокосовом масле. Здесь – личинки слоёные с малиновым сиропом, а там – бабочки в собственном соку. Они без крыльев – не подавитесь! – сказал президент и знаком приказал слугам действовать.

Те с огромной скоростью наполнили большие тарелки Бургера и Гномма гарнирами.

Бургер посмотрел на свою тарелку и допил вино из бокала.

– Ну, что, Гномм, похрустим? – сказал он и надкусил змею.

– Я съём её всю, пожалуй! – сказал Гномм и принялся за дело.

Послышался звук мотора, и к столу подъехал дорогой блестящий мотоцикл. За рулём сидел паренёк лет пятнадцати в драных шортах, а за ним сидел белокожий молодой человек лет тридцати.

Президент накричал на подростка и поприветствовал белого мужчину рукой.

– Простите, господин президент, что мы задержались! – сказал мужчина с акцентом.

– Познакомьтесь! Это месье Дантон. Готовит Жан-Жака к учёбе в Европе – он будет учиться в Сорбонне. Люблю Францию! Чего греха таить, подражаю французам во всём! Даже в кухне! Ну, вы заметили!

– Да. Вам это удаётся! – сказал Бургер.

– Мистер Бургер и мистер Гномм – лучшие детективы полушария! – сказал Мгабанга.

– Гном? – спросил Дантон. – В английском это значит…

– С двумя «м», – сказал Гномм и улыбнулся.

– Ясно, – сказал месье Дантон и улыбнулся в ответ.

Мужчины пожали друг другу руки.

– А этот… оборванец – мой сын и наследник президентского кресла Жан-Жак.

– Я не знал, что у президентское кресло наследуют! – сказал Гномм.

– Да. Я тоже потомственный президент, – сказал Мгабанга. – Мой отец правил этой страной без малого сорок лет!

– Здесь президенты наследуют не только кресло, но и огромные состояния, – сказал Дантон Бургеру вполголоса.

– Садитесь! Сейчас третье блюдо прикажу нести! – сказал президент и махнул рукой.

Дантон сел рядом с Гноммом , а сын президента уселся рядом с отцом.

Президент что-то сказал сыну и дал ему подзатыльник.

– Что это он? – спросил Гномм Дантона.

– Ругает за немытые руки.

На тёмной коже кровь не так заметна, как на белой, и Гномм только теперь заметил, что руки у парня были по локоть в крови.

– Это кровь?

– Да.

– Но почему?

– Обезьяны.

Гномм с пониманием кивнул.

К Жан-Жаку подошёл слуга с серебряным тазом и вымыл ему руки.

– А теперь главное блюдо сегодняшнего дня – подкопчённый хобот слона под соусом бланш!

Слуги принесли хобот, который был порезан на аккуратные порции и полит соусом.

– Пахнет недурно! Похоже, сегодня я всё-таки поем! А что это за соус бланш? – спросил Гномм у Дантона.

– Вам лучше не знать.

Гномм посмотрел на француза.

– И Вы это едите?

– Я здесь уже третий год. Привык ко всему! И к «французской» кухне тоже!

– Скажите, Дантон, а можно ли здесь… где-нибудь… купить что-нибудь попроще… привычное для нас? Бургеры, картошку? – спросил Гномм шёпотом.

– Да, конечно… В городе можно купить всё! И всех! – сказал француз заговорщицким тоном и поднял указательный палец.

– Я вижу, месье Дантон хочет сказать тост! – сказал Мгабанга.

– Да, господин президент! – сказал француз и встал. – У меня есть, что сказать!

– Прошу Вас, господин учитель! Говорите! И не стесняйтесь!

Месье Дантон поднял бокал с вином.

– Господин президент! Есть ли на свете человек, который разбирался бы в искусстве, как Вы? Я имею честь знать Вас уже три года, и со всей ответственностью утверждаю – такого человека нет!

Мгабанга с гордостью посмотрел на Бургера с Гноммом. Они заметили, что сын президента улыбался и смотрел на своего учителя с восторгом.

– А в понимании тонкостей французской кухни равных Вам, за пределами Франции, нет! Это я говорю как француз! – продолжал Дантон. – Я мог бы много говорить о Ваших достижениях в государственном управлении, но их так много, что… что я не закончу свой тост до завтрашнего утра!

Все, кроме старушки, которая засыпала за столом, посмеялись.

– Вашим подданным завидует весь мир – всё цивилизованное человечество! Если позволите, я скромно выпью за Ваш талант, за Ваш вклад в мировую культуру, и попрошу присоединиться ко мне Вас, Вашу семью и Ваших гостей!

– Прекрасный тост! – сказал Мгабанга. – Мне всегда нравилась Ваша искренность, месье Дантон!

Все выпили вина, даже наследнику президентского кресла было позволено опрокинуть бокал за дорогого родителя.

– Как Вы красиво сказали! – сказал Гномм Дантону. – У меня бы так не получилось!

– Не сомневаюсь! – ответил учитель.

7

К президенту подошёл какой-то высокий военный чин в смешной попугайской форме и что-то нашептал ему на ухо.

– Прошу прощения, но у меня появилось срочное дело! Без меня здесь ничего не решается! – сказал Мгабанга. – Закончите обед без меня! Мистер Бургер, вечером я жду вас с мистером Гномом в своём кабинете – обсудим суть дела!

Президент встал и быстрым шагом удалился вместе с военным человеком.

Брат президента вскочил на своего коня, схватил винтовку и ускакал. А старушка-мать без спешки доела порцию хобота под соусом и ушла во дворец в сопровождении служанки.

– Ну, что ж, господа, теперь мы можем говорить то, что думаем, и не думать о том, что говорим! – сказал учитель и рассмеялся.

– А они не…? – сказал Бургер и показал на слуг в белых ливреях.

– Не беспокойтесь! Они ни слова не понимают по-английски! И по-французски тоже! Я уже молчу про немецкий! Хе-хе! К тому же, они все глухонемые!

– Глухонемые? А как же…?

– Да! Мгабанга набирает только глухонемых слуг во дворец! Считает, что так надёжнее и безопаснее! Лишнего не взболтнут и правды не услышат! Он бы их ещё и ослепил, но тогда толку от них совсем не будет!

– Но Жан-Жак…

– Он не станет трепаться! Я прав, Жан-Жак?

Парень улыбнулся и кивнул головой.

– Так что давайте ещё выпьем!

– Но я хочу есть! – сказал Гномм.

– А я курить! – сказал Бургер. – Курить-то здесь можно?

– Курите и ешьте сколько влезет!

– Есть? Это? Я не… Вы говорили, что можно разжиться бургерами!

– Можно. Через Сукула! Этот пройдоха достанет всё, что хотите!

– Я бы выпил коньяка! Вино-вином, но надо знать меру! – сказал Бургер и закурил.

– А где он?

– Жан-Жак, позови нам Сукула, будь так любезен!

Наследник улыбнулся, кивнул, вскочил на мотоцикл и умчался по пыльной дороге в сторону парка.

– Славный паренёк! Способный! – сказал француз.

– Он тоже немой? – спросил Гномм.

– Нет. Но говорит он мало, Вы правы. Тяжёлое детство, знаете ли…

– Это у него-то?! Хе! – сказал Гномм.

– А Вы думаете легко быть наследником президента в «банановой республике» с алмазными залежами? У него много обязанностей, которые ему не нравятся. Скажу Вам по секрету, они с папой совсем разные.

– А где его мать? – спросил Бургер.

– Она умерла при странных обстоятельствах. Через месяц после моего приезда сюда. Красивая была женщина, даже по европейским меркам! И самая умная из жён! Мгабанга уважал её и слушался во всём! А может, даже любил.

– Что Вы говорите! – сказал Гномм.

– Да. Такая вероятность есть. Так мы выпьем или нет?

– Конечно! – сказал Гномм. – За знакомство!

– Пойдёт! – сказал француз.

А Бургер промолчал и выпил бокал вина одним глотком. Потом он закурил.

– Дай-ка и мне сигаретку! – сказал Гномм.

Бургер с недовольством посмотрел на Гномма, потом он посмотрел на Дантона и протянул своему приятелю сигарету.

– Надеюсь, зажигалка у тебя есть, Гномм.

– Я забыл её в номере.

Учитель достал из кармана зажигалку и дал Гномму прикурить.

– Дать Вам сигарету?

– Спасибо, но я не курю.

– Хорошая привычка, – сказал Бургер.

– Давайте пересядем на диваны, – сказал француз и показал на два мягких дивана, которые были цепями подвешены к дереву.

– Взять вино? – спросил Бургер.

– Не нужно, нам принесут. Сервис тут на высшем уровне, мистер Бургер.

Они пересели на диваны, а заботливые глухонемые слуги в белых ливреях налили им вина.

– А всё-таки хорошо здесь! – сказал Гномм и затянулся сигаретой. – Посмотри, Бургер, какой вид! А что это шумит?

– Здесь водопад недалеко. Очень красивый, – сказал учитель.

– Надо будет сходить. А, Бургер? Сходим?

Гномм поднял бокал с вином.

– Я хочу выпить за Африку! – сказал он.

– Гномм, сбавь обороты! Нам ещё с президентом дела обсуждать!

– Да ладно, Бургер! Хорошо ведь сидим!

Послышалась длинная пулемётная очередь.

Детективы насторожились и дослушали её до конца. Француз посмотрел на них и улыбнулся.

– Что это? Война? – спросил Гномм месье Дантона.

– Нет, что Вы! Господин президент решает кадровые вопросы.

Бургер с Гноммом переглянулись.

– Не берите в голову! Пустяки!

– Вы находите? Честно говоря, я испугался, – сказал Бургер.

– И я! – сказал Гномм.

– Это с непривычки! – сказал Дантон.

Бургер с Гноммом выпили по бокалу вина и знаком попросили слуг налить им ещё.

Послышались пистолетные выстрелы.

– Это тоже? Кадровые вопросы? – спросил Гномм.

– Да. Мистер Мгабанга ставит жирные точки.

– Чёрт! А что вы думаете про смерти его жён, месье Дантон? – спросил Бургер.

– Очень странная история. Жёны президента умирают, но никто не знает отчего.

– Они ведь пронумерованы! Они умирают по порядку? – спросил Гномм.

– Нет, они оставляют этот мир хаотично.

– И у Вас нету никаких мыслей по этому поводу? Вы – человек умный – это сразу видно. У Вас должны быть догадки, или подозрения. Мы будем благодарны, если Вы поделитесь своими мыслями с нами.

– Эх, мистер Бургер… Я, конечно, думал об этом, но…

Послышался звук мотора и к беседующим джентльменам подъехал мотоцикл наследника – он привёз пигмея Сукула.

Маленький африканец слез с мотоцикла и улыбнулся.

– Сукул, нам нужна еда. Бургеры с картошкой. Принесёшь? – спросил Дантон.

– Сефлмена буту ешь фтра?

– Да. Три порции.

– И коньяк! – сказал Бургер.

– Не нужно, мистер Бургер. Коньяк у них… как это по-английски… палёный?

Бургер кивнул.

– Да. Палёный. Мне присылают из Франции – я Вас угощу.

– Картошки можно побольше! – сказал Гномм.

– Фта бакфа!

Учитель достал из кармана бумажник и протянул Сукулу стодолларовую купюру.

Африканец взял деньги, вскочил на мотоцикл, и они с наследником уехали.

– Сто долларов за обед из трёх бургеров? Это Африка или Монако? – воскликнул Гномм.

– Он берёт за конспирацию – президент не терпит junk-food и не позволяет проносить её во дворец. Так что это контрабанда, в некотором смысле. Сукул рискует жизнью – не будем судить его строго, джентльмены.

– Да, пожалуй, – согласился Гномм.

– Следующий обед за счёт Гномма! Но как Вы понимаете этого Сукула? На каком языке он говорил? – спросил Бургер.

– На английском. Произношение не идеальное, но вы привыкнете… Вы же видели, что у него нету зубов. Здесь это нормально.

– Да. У одних зубы алмазные, которыми можно перекусывать кости, а у других зубов нету совсем…, – сказал Гномм и вздохнул.

– Чем меньше зубов, тем меньше налоги, – сказал Дантон.

– Да. Мы знаем, – сказал Бургер. – Кстати, об алмазных зубах… А мать президента… Она общается с его жёнами?

– Ни разу не видел. По моему, у неё нет доступа в их флигель. Да она на них даже не смотрит. По-моему, ей до них нету никакого дела.

– А Вам? Вам есть дело? У Вас есть доступ в гаремный флигель?

– Нет, конечно. Но я могу общаться с ними в других местах.

– И общаетесь?

– Я говорю им «патаку».

– Что это значит?

– «Привет»!

– А они?

– И они говорят мне «патаку». Дальше этого дело не заходит – они не понимают европейских языков, а я не владею местным.

– Ну, ради такого дела, Вы могли бы…

– Ради такого дела, я хожу в город! И меня это устраивает! Там есть отличные бордели! Могу порекомендовать парочку!

– Спасибо, но пока что не нужно, – сказал Бургер.

– И я бы не советовал вам подкатывать к президентским жёнам.

– Почему?

– Вряд ли Мгабанге это понравится. И вы случайно упадёте в водопад, как мать Жан-Жака.

– Она упала в водопад? – спросил Гномм.

– Да.

– Хотите сказать, что президент…

– Я ничего не хочу сказать! Давайте лучше выпьем ещё вина!

8

Когда Бургер с Гноммом вернулись во дворец, то нашли в своих комнатах бургеры с картошкой фри и бутылку коньяка.

– Во! Молодец Сукул! И картошки много! – сказал Гномм, сел и принялся за еду.

– Поедим и пойдём к президенту.

Бургер откусил от бургера и принялся жевать булку с жирной котлетой.

– Что думаешь про учителя? – спросил он Гномма.

– Говорит разумные вещи. А неужели ты мог бы покуситься на президентский гарем?

– Скажу честно – такие мысли были, Гномм. Там есть несколько красоток, но после пулемётной стрельбы…

– Хе-хе… Да, выстрелы отрезвляют! Я помню, когда в меня пальнул тот чудила из монгольской мафии, я тут же протрезвел, мгновенно, и даже не стал доедать свой обед! А он в тот день был прекрасен – Дидро тогда заплатил нам! Устрицы, фаршированный поросёнок…

– Ты имеешь в виду дело о краже золотой статуи Будды из коллекции мистера…? Не помню его имени. Когда я спас тебя от расправы монгольскими головорезами?

– Да. Ты тогда уложил троих одним выстрелом.

– Четверых. Это мне повезло.

– Да. Хорошо, что я упросил тебя взять с собой пистолет. Твоя неприязнь к оружию могла стоить мне жизни!

– Ты – хорошая мишень, Гномм! В тебя палить – одно удовольствие! Я понимаю тех парней! И вообще, купи себе пистолет!

– Не могу! Они всё время выпадают из моих рук! И из кобуры тоже! Ты же знаешь, что меня сглазили, когда я насолил одной ведьме!

– По-моему, ты уже родился… сглаженным!

В дверь постучали.

– Кто? – спросил Бургер.

За дверью молчали.

– Тебя не услышали, – сказал Гномм.

– Что вам нужно? – крикнул Бургер.

– Они же тут все глухонемые, Бургер! – сказал Гномм и направился к двери.

– Да. Я забыл. Непривычно всё это!

Гномм открыл дверь, а слуга отдал ему записку.

– Это от президента. Он ждёт нас, Бургер. Нужно идти.

– Сейчас. Глотну коньяка, и пойдём!

9

Мгабанга сидел в дорогом кресле и курил сигару. Он был в белом халате, на котором золотыми нитками было вышито «Президент любит тебя».

– Заходите, джентльмены! Садитесь в кресла! Я только что из сауны, поэтому в халате.

– Сауны, Вы сказали?

– Да. Не удивляйтесь! Это меня финны научили получать удовольствие от сауны!

– Сауна в Африке – это оригинально, – сказал Бургер. – Но откуда здесь финны?

Мгабанга засмеялся.

– Финнов здесь отродясь не было! Они тут тают! Ха-ха! Я учился с ними в Европе. Славные ребята! Только очень серьёзные. Выпьете вина?

– Да! – сказал Гномм.

Мгабанга пнул ногой столик, и из-под него вылез маленький слуга в белом парике.

Он открыл бутылку с вином, наполнил бокалы и залез под стол.

– Сигары?

– Спасибо, но мы лучше сигареты… Если Вы не против, конечно!

Президент махнул рукой.

Бургер достал пачку сигарет.

Гномм протянул к ней свою руку.

Бургер дал одну сигарету Гномму, другую сунул в свой рот и пошарил по карманам.

– Кажется, зажигалку потерял!

Президент снова пнул столик, слуга вылез, дал детективам прикурить и залез обратно.

– Удобно! – сказал Гномм.

– Да. Я люблю комфорт! – сказал президент.

– Господин президент, расскажите нам всё, что Вы знаете о смерти своих жён, – сказал Бургер.

Мгабанга затянулся сигарой и сделал глоток вина.

– Это странная история. Мрут и мрут. Уже четыре штуки потерял. Не знаю, что и делать. Я не хочу лишиться всех! Я подбирал их с особой тщательностью! Проделана большая работа! Вы знаете, какие у них зубы? Лучшие зубы в Африке!

– А Вы помните под какими они номерами? Эти четыре… Это может быть важно!

– Тринадцатая, восемнадцатая, сорок шестая и… и… Простите – вылетело из головы!

Мгабанга пнул столик, слуга вылез, а президент достал из кармана ливреи блокнот.

– Тридцать третья! – сказал он, сунул блокнот в карман, и слуга снова спрятался под стол.

– Гномм, запиши!

– Я запомнил! Тридцать три, сорок шесть, восемнадцать, тринадцать!

– У Гномма феноменальная память! – сказал Бургер.

– Да! Когда мне было тринадцать, меня укусила соседская собака, в восемнадцать я пошёл в армию, в тридцать три…

– Ясно, Гномм! Господин президент, а кто осматривал тела?

– Мои придворные доктора.

– А их квалификация…

– Обижаете! Они учились в лучших университетах! На докторах я не экономлю!

– Мы можем пригласить их сюда?

– К сожалению, нет. Они не могут прийти по уважительной причине.

– Они ничего не нашли?

– Нет. Ничего, что могло бы стать причиной смерти. Говорили, что сердце остановилось. А с чего ему останавливаться? У меня все жёны не старше тридцати! Я хорошо их кормлю, они много гуляют, их ежедневно осматривает доктор! Живи, да радуйся! Зачем умирать?

– А почему Вы не обратитесь к европейским докторам? Почему тела осматривали только придворные врачи? – спросил Гномм.

– Последнюю смотрела синьора Гольдони. Она из Красного Креста.

– Надеюсь, она…

– Она в порядке! Я с Крестом не ссорюсь! Они бесплатно лечат моих подданных! Святые люди!

– А где они располагаются?

– В городе! Где же ещё?!

– А все тела уже захоронили?

– Сожгли. На всякий случай. Так доктора советовали. А вдруг неизвестная зараза? Но я в это не верю!

– А почему Вы не пригласили эту синьору для осмотра первого тела, а только лишь четвёртого?

– Да это не я пригласил! Это месье Дантон придумал! Сказал, что она круче моих придворных «докторишек». Он так и сказал! Гольдони – его подружка!

– Подружка?

– Да! А что такого? Надо же ему как-то… У меня хоть гарем и большой, но я им не делюсь даже с братом!

– Нам нужно увидеться с синьорой Гольдони. Завтра же отправимся к ней, Гномм!

– Обязательно! – сказал Гномм и затушил сигарету. – А Ваша мать? Она общается с Вашими жёнами? Она бывает в их флигеле?

– Моей матери плевать на всё и на всех! Всё, что её интересует – это её алмазные зубы! Уже двадцать лет целыми днями орехи на балконе грызёт!

– Очень интересно! – сказал Гномм. – К чему бы это?

– Любит орехи, я полагаю! – сказал Бургер. – А Ваш брат? Чем он занимается целыми днями?

– Накук охотится. То слона притащит, то льва. Истребил мне всю фауну! Приходится животных в соседних странах за алмазы покупать! По завышенным ценам! Мама просит не обижать любимого сыночка! Накук – её любимчик!

– А как погибла мать Жан-Жака?

Мгабанга вздохнул и выпил вина.

– Вам уже рассказали. Мне тяжело вспоминать… Она пошла гулять к водопаду, оступилась и… погибла. Все считают, что это я её… Но я не убивал! Я любил её! Это была моя любимая жена! Она – мать наследника! Зачем убивать?

– А ещё наследники есть?

– Нету. Детей от остальных жён я отдаю в мою гвардию или отправляю беженцами в Европу. Пускай европейцы их содержат, раз санкции мне ввели! Хе-хе!

– Она жила отдельно от других жён?

– Конечно! Табу считала остальных глупыми клушами! С ней можно согласиться, пожалуй.

– А свидетели её смерти есть?

– Да. Служанка была с ней.

– Глухонемая?

– Конечно!

– Где она?

– Она умерла. Не пережила утраты! Она любила Табу так же, как и мы с Жан-Жаком.

– Умерла от печали? – спросил Гномм.

– Да. Удивляюсь, что я ещё жив. Вспоминаю о Табу каждый день!

– Тело служанки вскрывали?

– Нет. Зачем? Слуг сжигаем без лишних формальностей…

– А что у Вас с камерами, господин президент? – спросил Бургер.

– В подвале есть четыре. Но они заняты. Вы уже кого-нибудь подозреваете?

– Нет-нет… Я имею в виду видеокамеры… Для наблюдения.

– Ах, эти. Они мне не нужны! До недавнего времени мой дворец был самым безопасным местом на планете! Мои подданные меня любят, а враги боятся! И, честно говоря, я не любитель всех этих современных технологий. Но теперь…

– Вы полагаете, что Вам что-то угрожает?

– Нет! Я никого и ничего не боюсь! Но жёны… Их смерти – удар по престижу государства! Да и по моей репутации тоже! Вы меня понимаете?

– Ещё как! – сказал Гномм.

– Я очень надеюсь на вас, господа!

– Мы не подведём Вас, господин Мгабанга. У Вас ведь есть служба безопасности? Или Вы считаете, что и…

В дверь постучали. Президент пнул столик ногой, и когда из-под него вылез слуга, он пнул его под зад в сторону двери.

Слуга открыл дверь, и в комнату вошёл генерал в попугайской форме.

– А вот и её начальник! Но он Вам не поможет – глуп, скотина! Но зато верен мне и беспощаден к моим врагам! А эти качества я ценю в подданных больше всего!

Генерал подошёл к президенту и что-то шепнул ему на ухо.

Мгабанга бросил бокал на пол и затушил сигару о ладонь генерала.

– Джентльмены, мне только что сообщили, что скончалась ещё одна жена! Пятая!

– А какой номер? – спросил Гномм?

Президент спросил у генерала. Тот снова шепнул Мгабанге на ухо.

– Восемьдесят девять! С самой большой грудью! – сказал президент.

– Да, но мне ещё… Я не запомню, Бургер!

– Вы позовёте синьору Гольдони? – спросил Бургер президента.

– Если Вы настаиваете.

– Отлично! Мы тоже хотели бы присутствовать на осмотре тела! И место, где её нашли, тоже нужно посмотреть!

– Тело уже принесли в дворцовый морг. А к месту вас проводят!

Президент вышел с генералом, а слуга проводил детективов к месту смерти восемьдесят девятой жены Мгабанги.

– Никогда бы не подумал, что морг можно устроить прямо во дворце! – сказал Гномм.

– А камеры? Да. Этот Мгабанга – большой оригинал! Надо отдать ему должное!

– Что ты хочешь найти, Бургер? Если её не убивали, то и следов нет!

– Так положено, Гномм! Ты же знаешь! А вдруг что-нибудь, да отыщется!

Но Бургер с Гноммом ничего под огненным деревом не нашли.

– Какое красивое дерево! Под таким умирать не страшно! Почему у нас такие не растут, Бургер?

Бургер промолчал.

Их проводили во дворцовый морг, который располагался в подвале и имел отдельный вход. Он был выложен мрамором, как и весь дворец, но только чёрного цвета.

– Как здесь мрачно! – сказал Гномм. – Всё чёрное и унылое.

– Это же морг, а не цирк!

– А я читал, что когда-то на вскрытие человека продавали билеты!

– Я и бесплатно на это смотреть не хочу!

– Я тоже!

Тело умершей жены лежало на специальном столе и было накрыто покрывалом.

Рядом с телом стоял темнокожий человек в белом халате и в медицинской маске.

– Вы – придворный врач? – спросил Бургер.

– К сожалению, да, – сказал доктор и вздохнул.

– Сочувствуем Вам!

– Спасибо!

Вдруг доктор упал на колени.

– Господа, помогите мне! У меня четверо детей! Никто не знает отчего они мрут! Суки! А президент не верит – думает, что мы намеренно скрываем причину! Господа, помогите мне!

– Но как мы можем помочь Вам? И встаньте! Сейчас же! – сказал Бургер.

– Скажите президенту, что я здесь не при чём! Он послушает вас!

– Хорошо! Только встаньте! Вы слышите?

В этот момент в морг влетела красивая белая женщина в шортах и с длинными светлыми волосами.

– Ещё одна? Доктор, что Вы делаете? – спросила она.

Темнокожий врач встал с колен.

– Ничего. Я… уронил ручку.

– Вы же знаете, что он никого не слушает! Зачем унижаетесь? Кто это такие? Врачи?

– Нет. Я – Бургер, а это – Гномм. Мы расследуем это дело!

– По просьбе президента! – добавил Гномм.

– Хотите присутствовать на вскрытии? Здесь не театр!

– А Вы будете вскрывать? Мы думали…

– А что мне с ней делать? Доктор, давайте передник и перчатки!

– Мы хотим поговорить с Вами. Но смотреть не будем!

– Тогда не мешайте, и хотите снаружи! Освобожусь – поговорим, так и быть! Но предупреждаю: мне нечего вам сказать! – сказала итальянка и сорвала покрывало с тела.

– Бургер, пойдём скорее! – сказал Гномм.

10

Они вышли из морга и пошли в парк. Стемнело, но в парке горели фонари и детективы решили прогуляться по аккуратным дорожкам.

– Ах, какой воздух! И не душно! Прекрасный вечер! – сказал Гномм и вдохнул.

Бургер достал сигарету.

– И мне дай!

– Ты воздухом дыши!

– Тебе жалко сигарету для друга?

– А, чёрт возьми! Зажигалки-то нет!

– Надо у какого-нибудь слуги попросить! Только… что-то не видать никого! У солдат на воротах наверняка есть!

– Это где?

– Не знаю.

Они увидели, что кто-то идёт по соседней дорожке от дворца.

– Месье Дантон, это Вы? – крикнул Бургер.

– Да! Это Вы, Бургер?

– И Гномм! – крикнул Гномм.

– Подождите нас!

Бургер с Гноммом подошли к французу.

– Хотели покурить, а зажигалки-то нет! Не выручите? – спросил Бургер.

Дантон достал зажигалку и протянул её Бургеру.

– Дарю! – сказал он.

Бургер взял зажигалку.

– Благодарю! И спасибо за коньяк!

– Пустяки! Мне пора! Извините! – сказал учитель и пошёл.

– Куда-то торопитесь? – спросил Бургер.

– Да! Есть кое-какие дела!

– А мы только что познакомились с синьорой Гольдони!

Месье Дантон остановился и повернулся к детективам.

– Она здесь?

– Да. Она в морге.

– Опять?

– Да. Опять. Пятая.

– Чёрт возьми!

– Вы ведь знакомы с синьорой? Полагаю, Вы к ней торопились…

– А это не ваше дело!

– Говорят, Вы с ней дружите! – сказал Гномм.

– И что с того? Все с кем-нибудь да дружат! Я дружу с итальянкой, Вы – с мистером Бургером!

Бургер закурил и дал сигарету Гномму.

– Давайте поговорим, месье Дантон! Всё равно синьора ещё долго будет занята – ей сейчас не до Вас. Давайте прогуляемся!

– О чём Вы хотите побеседовать?

– Всё о том же… Вы же знаете, для чего мы здесь!

– Что Вас ещё интересует? Я Вам уже всё рассказал!

– Да. А про синьору Гольдони умолчали! Почему?

– Сказали, что ходите в бордель, и нас туда послали! – сказал Гномм.

– Наши отношения с синьорой – дело сугубо личное! Я не люблю рассказывать о личной жизни!

– Вы давно знакомы? Поймите нас правильно: мы не хотим вмешиваться в Ваши дела, нам просто нужна информация, чтобы составить картину. Тем более, если Вы не замешаны в этом деле, то зачем Вам что-то скрывать? А если Вы не будете с нами откровенничать, нам придётся доложить президенту, что вы вставляете нам палки в колёса! И тогда Ваша карьера может…

– Вы меня в чём-то подозреваете?

– Мы подозреваем всех! – сказал Гномм.

Француз ухмыльнулся.

– Мы познакомились сразу, как только я приехал сюда.

– Синьора Гольдони работает здесь уже больше трёх лет?

– Она здесь уже пятый год!

– О ваших отношениях знают все?

– Да. Мы не скрываемся.

– Только нам не сказали! – сказал Гномм.

– Подожди, Гномм! А где Вы встречаетесь?

– Что за вопрос?

– Простите, но я обязан его задать!

– У неё. Обычно.

– А какие отношения у Жан-Жака с отцом?

– Они… не понимают друг друга. Жан-Жак не разделяет взглядов отца. Кроме того, он считает, что отец виновен в гибели его матери.

– Вот как?

– Да. Жан-Жак почти не разговаривает с президентом.

– Он сдирает с обезьян шкуры? – спросил Гномм.

– Да. Он ведь подросток. Все его негативные переживания проявляются в чрезмерной жестокости.

– А как он относится к Вам?

– Уважает. И слушает. Я прививаю ему европейские ценности. Ему ведь придётся учиться в Европе.

– Да-да… В Европе… Мне кажется, он восторгается Вами!

– И не он один! – сказал француз.

Бургер с Дантоном посмеялись.

– Может, выпьем коньяка? – предложил Бургер.

– Где?

– У морга!

– Прекрасное место!

– Пойдёмте?

– Пойдёмте!

11

Бургер сходил за коньяком и они сели втроем на скамейке у отдельного входа в морг.

– Гномм, я на тебя бокал тоже взял.

– Я не буду!

– Как хочешь! – сказал Бургер и налил коньяк в два бокала.

Бургер с Дантоном пили коньяк и молчали, а Гномм прогуливался вокруг дворца и любовался яркой подсветкой.

Наконец, из морга вышла синьора Гольдони. Гномм заметил её и поспешил вернуться.

– Привет, Пьер!

– Привет!

– Пятая, Пьер!

– Да! Опять без следов?

– Опять!

– Эти господа знают о нашей дружбе.

– Меня ждёт Мгабанга! Спрашивайте быстрее! – сказала итальянка Бургеру с Гноммом.

– Вы работаете в Красном Кресте уже четыре года?

– Да!

– А были ли случаи таких странных смертей до того, как умерла первая жена президента?

– В городе были… пару раз скончались какие-то торговцы… И в деревнях умирали без причины. Но не часто. Обычно всё-таки причина находится. Пулевое отверстие… или след от верёвки…

– Вы были знакомы с Табу?

Итальянка посмотрела на Дантона.

– Я видела её.

– И всё? Вы не общались с ней?

– А о чём мне с ней общаться?! Наглая баба, возомнившая себя английской королевой!

– Мистер Бургер… и мистер Гномм, прошу вас не цитировать эти слова синьоры президенту!

Бургер улыбнулся.

– Конечно! Это информация для внутреннего пользования, так сказать… Пожалуй, не будем Вас более задерживать, синьора.

– Вот и прекрасно! Я зайду за тобой Пьер! – сказала женщина и ушла.

– Я пойду к себе, господа! – сказал учитель и оставил Бургера с Гноммом.

Бургер взял бутылку с коньяком, и детективы поднялись в свои апартаменты.

Они сели в кресла.

– Как тебе эта синьора Гольдони, Гномм? Будешь курить?

– Буду!

Они закурили.

– Та ещё штучка! Палец в рот не клади!

– Да. И похоже, у неё была неприязнь к любимой жене президента. Интересно, почему?

– А пёс её знает! У женщин вообще странные отношения. Я никогда не мог их понять!

– В нашей профессии понимать отношения – важное умение!

– Ты прав, Бургер. Но не всегда же удаётся, чёрт побери!

– Женщины начинают конфликтовать, когда между ними появляется мужчина. Так часто бывает. А что думаешь о французе?

– Ничего не думаю!

– Напрасно! Ты заметил, как он разговорился, после того, как я сказал про карьеру? Он боится потерять это место! Почему?

– Вероятно, президент ему хорошо платит.

– Может быть. А может, и нет.

– Французы – они как женщины! Тоже можно долго в них разбираться.

– Думаю, мы раскроем это дело! Я чувствую это!

– А я думаю, что это бабкиных рук дело!

Бургер посмотрел на Гномма.

– Ты серьёзно? Думаешь, что бабка мочит жён своего сына?

Гномм посмотрел на Бургера.

– Да!

– Но зачем?

– А я почём знаю? Я всегда подозреваю тех, кто как бы не при делах! Эти – самые опасные! Помнишь дело о пищащей старушке?

– Опять ты про неё?!

– Конечно! Как долго мы не могли его раскрыть – не могли поверить в то, что «божий одуванчик», к тому же без зубов, может убивать и есть людей!

– Это не самый удачный пример! Должен быть мотив!

– Ревнует сына! Чем не мотив?

– У неё любимчик – Накук! И как она, по-твоему, расправляется с гаремом? Она же сидит целыми днями и грызёт орехи!

– А почём мне знать? Как-то умудряется! Бабуля бодрая! Видел, какой у неё аппетит?

– Давай-ка доедим нашу картошку! А то с этими трупами…

Гномм обрадовался.

– Я про неё совсем забыл! Хотя, надо признать, на жаре есть хочется меньше. Я уже чувствую, что худею.

– Куда тебе худеть, Гномм? Ты и так…

– Но я же чувствую!

12

Завтрак детективам принесли в апартаменты.

– Вставай, Гномм! Еду принесли!

– Тут так хорошо спится, Бургер, что… А что на завтрак?

– Яйца. Правда, чьи они, я не знаю… Но большие!

– А мне уже всё равно! Я по утрам голоден! Даже если это яйца какого-нибудь питона, я всё равно их съем!

Гномм оделся, детективы сели за стол и вскрыли по яйцу. Внутри оказался червяк в желе.

– Тьфу! Бургер!

– Ты угадал, дружище. Похоже, это и есть питон.

– Это невыносимо! Я до последнего надеялся!

– Отказываешься?

– А ты съешь?

– А у меня ещё коньяк остался! Правда, совсем немного… Надо будет попросить Дантона подарить мне ещё бутылочку.

– Как ты можешь говорить о коньяке, когда есть нечего!

– Почему нечего? Вон какие яйца большие! Ешь на здоровье! А мне бокальчика коньяка до обеда хватит.

– Я считаю, что мы должны поговорить с президентом! Пускай нас кормят привычной для нас едой!

– Гномм, ты хочешь испортить отношения с Мгабангой? Хочешь обидеть его? Мы должны вести себя как можно деликатнее… Пока не получим деньги.

– Мы можем деликатно попросить!

– Перестань, Гномм! В обед отправим Сукула за бургерами! Готовь сотню!

– Сотню за обед – это дорого!

– Гномм, не перестаю тебе удивляться! Скоро мы раскроем дело и каждый день сможем по сотне за обед отдавать! А то и по две!

– А зачем? И почему ты уверен, что раскроем дело? Я…

– Мне было видение!

– Ну, если видение…

– Кофе хоть выпей с булками!

– Выпью! А что мне остаётся?

Содержимое яиц Бургер отправил в золотой унитаз, а скорлупу разложил по тарелкам.

Они вышли из дворца и встретили президента – он делал зарядку.

– Как выспались?

– Спасибо, хорошо, господин президент!

– Я распорядился, чтобы завтрак вам принесли в апартаменты!

– Да. Он был прекрасен! Гномм до сих пор под сильным впечатлением! Мне пришлось даже поделиться – с ним лучше не спорить!

Бургер улыбнулся, а Гномм засмущался.

– Завтра вам принесут двойные порции! Какие планы на сегодня?

– Мы хотели бы поговорить с Жан-Жаком и Накуком.

– Без проблем! Жан-Жак сейчас занимается с месье Дантоном. А Накук на охоте. Я пошлю за ним!

– Благодарю. Мы тогда сначала наведаемся к Жан-Жаку.

– Как вам угодно! Делайте, всё, что посчитаете нужным! Но остановите мор!

– Остановим! Скажите, господин президент, а придворный врач… Тот, что присутствовал вчера на вскрытии…

– А что с ним?

– Он… он… Ему…

– Жив ли он? – спросил Гномм.

– Не знаю! А что? Я могу узнать!

– Нет-нет, не нужно. Мы хотели просить Вас, чтобы Вы его не наказывали, – сказал Бургер.

– Строго, – добавил Гномм.

– Синьора Гольдони уговорила меня поберечь его! Сказала, что такого профессионала у меня еще не было! Я ей поверил! Посмотрим!

– Вот и славно! – сказал Бургер.

– Спасибо! – сказал Гномм.

Детективы отправились к наследнику президентского кресла. Он занимался с учителем в уютной беседке в парке. На столе были разложены книги.

– Доброе утро, господа! – сказал Бургер. Месье Дантон, Вы не будете против, если мы отвлечём вас и побеседуем с Жан-Жаком?

– Извольте! Мы как раз закончили урок.

– Что проходите? – спросил Гномм.

– Теорию эволюции. Жан-Жак увлекается биологией.

– Да уж, – сказал Гномм.

– Присаживайтесь, господа! – сказал Дантон.

– Спасибо. Но не могли бы Вы оставить нас? Ненадолго, – сказал Бургер.

Месье Дантон изменился в лице и захлопнул книгу.

– Я хочу, чтобы месье Дантон остался! – сказал Жан-Жак и посмотрел на учителя.

Дантон кивнул головой.

– Но…

– Мистер Бургер, Вы забыли, что Жан-Жак – наследник и любимый сын. Его воля – это воля господина президента.

– Благодарю, месье Дантон, что напомнили. Но дело настолько…

Жан-Жак посмотрел на учителя и ударил кулаком по столу.

– Я не буду с тобой говорить! – сказал он.

– Хорошо. Пускай месье Дантон останется, – сказал Бургер.

Учитель улыбнулся.

– Жан-Жак, Вам известно, что жёны вашего отца… умирают?

– Подыхают! – сказал наследник и ухмыльнулся.

– Жан-Жак! – сказал учитель. – Он до сих пор переживает смерть матери. Его можно понять.

– А с отцом Вы общаетесь?

– С отцом они общаются редко, – сказал учитель.

Бургер вздохнул.

– Я закурю! Вы не против? – спросил он.

– Курите! – сказал месье Дантон. – У вас есть зажигалка?

– А Вы же мне и подарили!

Бургер и Дантон улыбнулись друг другу.

– Только вот с коньяком… – сказал Бургер.

– А что такое с коньяком?

– Кончился! – сказал Гномм. – Дай и мне сигаретку!

– Сочувствую. К сожалению, и у меня тоже! – сказал месье Дантон.

Бургер и Гномм закурили.

– Жан-Жак, скажите, а Вы знаете как погибла Ваша мать? – спросил Бургер.

Наследник занервничал.

– Она… упала в водопад…

– Сама?

Жан-Жак посмотрел на учителя. Месье Дантон достал из кармана перьевую ручку и принялся открывать и закрывать колпачок.

– Её убил мой отец! – сказал Жан-Жак.

Учитель отвернулся и принялся рассматривать разноцветных птиц, которые сидели на ветках деревьев.

– Почему Вы так уверены? – спросил Бургер.

На глазах Жан-Жака появились слёзы.

– Я знаю! Я знаю! – крикнул наследник, вскочил и побежал в парк.

Бургер и Гномм проводили его взглядом.

– Бедный ребёнок! – сказал учитель.

– Да уж! – сказал Гномм. – Куда это он?

– К Сукулу. Они дружат.

– Вот как?

– А что такого? Или вы считаете, что наследник президентского кресла не может дружить с пигмеем?

– Мы, пожалуй, пойдём! – сказал Бургер. – Пойдём, Гномм!

Детективы затушили сигареты, встали и пошли по дорожке в сторону дворца, а месье Дантон собрал учебники.

– Месье Дантон сегодня не так любезен! – сказал Гномм.

– Ты тоже заметил?! Гномм, ты делаешь успехи! С этим Дантоном ещё придётся повозиться!

– Что ты имеешь в виду?

Бургер остановился, остановился и Гномм.

– Этот учитель для наследника….! Пойдём к брату! – сказал он и зашагал дальше.

Гномм поспешил за ним.

13

Они встретили Накука у дворца – он сидел на скамейке и чистил винтовку.

– А мы как раз Вас ищем, Накук!

– Да, брат мне сказал, что Вы хотите поговорить со мной. Только я не знаю, чем могу вам помочь.

– Пойдёмте на висячие скамейки – там нам никто не помешает!

Они пришли к скамейкам и сели. Подошёл слуга.

– Вина, господа? – спросил брат президента.

– Да. Не откажемся, – сказал Гномм.

Детективам принесли вина, а Накуку бутылку воды.

– Не любите вино? – спросил Бургер.

– Я пью только воду. Охота и алкоголь несовместимы.

– Понимаю, – сказал Бургер и глотнул вина.

– Я тоже! – сказал Гномм.

– Накук, скажите, что Вы знаете о смерти жён Вашего брата?

– Ничего.

– Ничего?

– Ничего, что могло бы помочь выяснить причину. Честно говоря, меня это мало интересует. Сколько их там уже? Пять? Шесть?

– Пять! – сказал Гномм.

– Ничего! Новых найдёт! Нас ждёт очередная экспедиция по деревням!

– И Вам не интересно от чего они умирают?

– Нет.

– А Табу? Вы её помните?

– Конечно! Единственная из жён брата, с которой можно было поговорить.

– Поговорить?

– Да. Она была образованной – её отец работал врачом в Красном Кресте. У него был бельгийский паспорт – уехал после её смерти в Европу. Да и умна была Табу. К чему теперь скрывать – она мне нравилась. Но я не пытался понравиться ей. Вы меня понимаете?

– Да. А остальные…

– Мне не нравятся глупые женщины, мистер Бургер. Брат считает, что ум для жён не обязателен. Его больше зубы интересуют… У меня другое мнение.

– А как погибла Табу?

– А Вы не знаете?

– Говорят, она оступилась и упала в водопад.

– Значит, так оно и есть.

– А ей могли помочь? – спросил Гномм.

– Ходят слухи, что Ваш брат…

– Я в это не верю! Он любил её! А она положила глаз на этого французика!

– Какого французика?

– Который обучает Жан-Жака.

– Месье Дантона? – спросил Бургер.

– Его зовут Дантон?

– Бургер, ты слышал? – воскликнул Гномм.

– Успокойся, дружище! Очень интересно! Скажите, Накук, а во сколько лет Жан-Жак сможет унаследовать президентское кресло?

– В восемнадцать!

– А сейчас ему…?

– Шестнадцать отметили.

– Президент в восемнадцать лет? Вот это да! – сказал Гномм.

– Это возможно лишь в случае смерти действующего президента. Мой брат умирать не собирается! Хе-хе.

– А Вы не наследуете кресло?

– Нет! Даже если бы мне предложили, я бы не согласился! Всё время я провожу в саванне. И мне это нравится! Это моя жизнь!

– Замечательно! – сказал Бургер.

– Да. Природа у вас красивая! Звери…, – сказал Гномм. – А закат просто великолепен! Я вчера на него…

– Гномм, у меня есть ещё несколько вопросов, – сказал Бургер.

Гномм кивнул, а Бургер глотнул вина.

– А зачем во дворце Сукул?

– Этот пигмейчик?

– Да, пигмейчик.

– Его брат держит для острастки.

– Поясните, пожалуйста!

– Народ здесь тёмный живёт. А отец Сукула – лучший колдун в округе. Так они считают! Он даже свою религию придумал. А людишки верят в его необычные способности.

– А Вы не верите?

– А разве я похож на долб…ба?

– Хе-хе! – сказал Гномм.

– Нет, что Вы! Я не хотел Вас обидеть! А брат?

– А брат пользуется невежеством подданных в своих интересах. Впрочем, как и все остальные правители. Это же удобно, не так ли?

– Да-да… Наверное.

Бургер задумался, а Гномм смотрел на него и ждал.

Вдруг Накук упал на колени и прильнул ухом к земле.

– Слоны! – сказал он.

Бургер и Гномм встали. Накук тоже поднялся.

– Мне пора! – сказал он. – Господа, если у вас нет больше вопросов, я пойду. У меня сегодня большая охота!

– Да, конечно! Спасибо, Накук!

– Спасибо! – сказал Гномм.

Они пожали друг другу руки.

– До жён брата мне дела нет, но если вы узнаете что-нибудь о смерти Табу, сообщите мне! Можете на меня рассчитывать! – сказал Накук и ушёл.

– Гномм, картина вырисовывается, наконец. Картина маслом…

– Накук – отличный парень! А какой у него слух! Потрясающе! Я ему верю!

– Я тоже! Но не пора ли нам позаботиться об обеде? Я проголодался! Гони сотню, Гномм! Пойдём искать Сукула!

14

Они пошли к президентскому дворцу, чтобы узнать, где можно найти Сукула, но встретили месье Дантона.

– Господа, я приглашаю вас пообедать!

– Бургер! Это кстати! – сказал Гномм и потёр ладони.

– А президент нас не приглашает? – спросил Бургер.

– Он уехал!

– Куда?

Дантон улыбнулся.

– К сожалению, мне он не докладывает!

– Ну, полагаю, это дело времени, – сказал Бургер и тоже улыбнулся. – Через пару лет, я думаю, у Вас с этим проблем не будет .

– Вы полагаете? У меня есть четыре порции бургеров и картошки! Пойдёмте в беседку – там очень уютно! Я уже отнёс всё туда!

– А почему четыре порции? – спросил Гномм.

– Для Вас я заказал две. Вы же не будете возражать?

– Ну что Вы! Это очень любезно с Вашей стороны!

– Может, дождёмся президента? – спросил Бургер.

– Мистер Бургер, у меня случайно нашлась и бутылочка коньяка!

– Что Вы говорите! Это меняет дело! Пойдёмте! Только я кое-что захвачу в апартаментах! Не ждите, я скоро приду!

– Пойдёмте, Гном! Вы ведь Гном?

– Я – Гномм! С двумя…

– С двумя «м»! Я помню!

– А вино у Вас есть?

– Конечно! Плох тот француз, у которого не найдётся вина!

– Прекрасно!

Гномм с учителем дошли до беседки, а потом к ним присоединился и Бургер.

– Бургер, почему так долго? Я так голоден, что не могу терпеть! Сегодня прохладнее, чем было вчера! – сказал Гномм.

– Возникло неожиданное препятствие! Да! Давайте поедим, я тоже голоден! Готов проглотить крокодила!

– Думаешь, крокодилы вкуснее бургеров с картошкой? Что-то я сомневаюсь! – сказал Гномм и отправил картофель в рот.

– Напрасно! – сказал месье Дантон. – Мы как-то с Жан-Жаком поймали и зажарили крокодила на углях – его вкус даже француза впечатлит! Мясо твёрдое, но в его вкусе есть своя неповторимая нотка! Даже не знаю, с чем можно сравнить!

– Уж точно не с бургерами! – сказал Гномм и откусил половину бутерброда.

– Вы говорили, что есть коньяк, – сказал Бургер.

– Да. Сейчас налью! Мистер Гномм, Вам налью вина!

– Сделайте одолжение!

– Ну, что Вы! Мне не сложно!

– А здесь и правда хорошо обедать! – сказал Бургер. – Уютно! А Вы нашли Жан-Жака, месье Дантон?

– Да. С ним всё хорошо. Вспылил мальчонка – ничего страшного.

– А если всё же президент не имеет отношения к смерти его матери? – спросил Бургер и сделал глоток коньяка.

– Ну и что? Что это меняет? – сказал учитель и тоже выпил коньяка.

– А то, что он уверен в причастности отца! Уверен! И я подозреваю, эта уверенность у него появилась не просто так!

– К чему Вы клоните, мистер Бургер?

– К тому, что дело это запутанное.

– А кто с этим спорит, Бургер? – сказал Гномм. – Конечно, запутанное!

– Мистер Гномм, почему Вы не пьёте вино? Это бургундское! С лучших виноградников! Вы ещё такого не пили!

– Да-да! Спасибо! Сейчас попробую! – сказал Гномм и сделал глоток.

– Скажите, месье Дантон, а синьора Гольдони была знакома с отцом Табу?

Француз перестал жевать.

– Мистер Бургер, он уехал три года назад!

– Я знаю. Значит, была.

Месье Дантон посмотрел на часы.

– Хотите, я покажу вам водопад? Вы же хотели увидеть его, не так ли?!

– Да, но я ещё не доел…

– А Вы возьмите с собой! У меня скоро урок с Жан-Жаком – я должен успеть!

– Но…

– Уверяю Вас – красота неземная! Пойдёмте, господа! Не пожалеете!

– Пойдём, Гномм! Насладимся неземной красотой! – сказал Бургер и подмигнул.

– Да, конечно! Идём, Бургер!

Они прошли через парк и вышли к саванне.

– А охраны тут нет? – спросил Бургер. – Где забор и солдаты?

– Они дальше. Президент посчитал, что водопад должен быть на территории его резиденции. Чтобы подданные его не загадили!

– Каков молодец,! Не так ли Гномм? Гномм, что с тобой? Ты побелел!

Гномм остановился.

– Бургер, мне нужно вернуться!

– Что случилось?

– Мне.. У меня… Живот!

– Какая неприятность! – сказал учитель.

– Да уж! Я во дворец! – сказал Гномм и поспешил в обратную сторону.

– Там и встретимся, Гномм! – крикнул Бургер.

– В Африке – это обычное дело, – сказал месье Дантон. – Я тоже долго привыкал.

– Охотно верю! Но где же водопад? Я слышу шум.

– А мы почти пришли. Вон за теми деревьями!

Они вышли к водопаду. На огромном плоском камне были установлены хлипкие деревянные перила.

– Да. Здесь высоко! Вы были правы – красота неземная! А что там внизу?

– Река. А вниз по течению – столица! Видите памятник?

– Я думал, это самое высокое здание!

– Нет, это прижизненный памятник президенту Мгабанге!

– А мы его не заметили, когда ехали из аэропорта!

– Аэропорт за этой горой!

Бургер кивнул и улыбнулся, а месье Дантон подошёл к перилам.

– Идите сюда, мистер Бургер! Отсюда лучше видно!

– Говорите громче! Плохо слышно!

– Сюда идите! Здесь вид лучше!

– Боюсь высоты! Ещё с детства!

Учитель подошёл к Бургеру.

– А как упала Табу? Тут же перила!

– Здесь всё на соплях! Вы разве не видите? Если на них опереться, то они вряд ли выдержат. Особенно Вас, мистер Бургер!

Бургер ухмыльнулся.

– Полагаю, сейчас должна появиться синьора Гольдони?

Учитель улыбнулся.

– Вы правы! Вон она! – сказал он и показал рукой за спину Бургера.

Бургер сжал кулаки, развернулся и сделал несколько шагов назад, чтобы видеть обоих собеседников. Сеньора Гольдони стояла в десятке шагов от него.

– Случайно проходили мимо?

Женщина не ответила, а достала шприц и сделала несколько шагов к Бургеру.

Месье Дантон достал пистолет.

– Вы обо всём догадались, не так ли, мистер Бургер?

– Говорите громче! Уши заложило!

– Сам шагнёшь, или помочь? – крикнула женщина.

– Вы о чём?

– Видите ли, нам нужно, чтобы Вы оступились сегодня, – сказал месье Дантон. – Сделайте такое одолжение!

– Вы с ума сошли! Я ещё не раскрыл дело, из-за которого приехал! Вы не могли бы немного подождать со своей инициативой? А потом поговорим! Я обещаю!

– Ты думаешь, мы шутим, жирная скотина?! – сказала женщина-врач. – Шагай! Всё равно у тебя нет шансов! Тебе отсюда не уйти!

– Табу вы так же уговорили покончить с собой?

– Нет! Она сама виновата! Выследила нас и напала на Патрицию – хотела её убить!

– Ревновала! Дура! – сказала синьора Гольдони.

– Мы три раза просили её папашу урезонить дорогую дочь! А он отшучивался, подлец! Вот и получил! Она мне прохода не давала, мистер Бургер! Следила за мной!

– Дура!

– И вы её столкнули?

– Мы защищались! – сказал учитель. – У неё был нож!

– Но это же убийство!

– Самооборона! – сказала синьора Гольдони.

– Здесь нет судов, мистер Бургер! Судья здесь – Мгабанга!

– Но она была с глухонемой служанкой! Она всё видела! Почему она не выдала вас?

– Потому, что доллар творит чудеса! – сказал учитель и улыбнулся.

– Но Вы же убили потом и её! Отравили, надо полагать!

– Её погубила жадность! Ей дали тысячу! По местным меркам – это состояние! Но нет! Уже через неделю она заявилась к Патриции и потребовала ещё столько же! Сука! Ненавижу таких!

– Да. Она могла поломать Вашу карьеру! Ведь Вы здесь не только для того, чтобы преподавать теорию эволюции!

– Удивлён Вашей проницательности!

– Это опыт! И наблюдательность! Алмазы?

– Хватит болтать, Пьер! Времени нет! У меня сегодня ещё две операции! – сказала синьора Гольдони и сделала шаг.

– Я буду защищаться! – сказал Бургер и встал в позу боксёра.

– Напрасно. Патриция – чемпионка Европы по айкидо! – сказал месье Дантон. – А Вы, судя по всему, тренировались в барах!

– Эй, белобрысая, отойди от него! И ты, француз, бросай пистолет! – крикнул голос из кустов.

Все посмотрели в ту сторону и увидели Накука с винтовкой – он направил её на учителя.

– Что у вас со слухом? Бросайте оружие! Что это у тебя? Шприц? Бросай! Стреляю я хорошо – в змею попадаю с трёхсот шагов!

Месье Дантон и синьора Гольдони посмотрели друг на друга.

Учитель кивнул и бросил пистолет в водопад. Его подруга выдавила из шприца жидкость и тоже швырнула его в воду, но не добросила – он упал у деревянных перил.

Накук подошёл к Бургеру.

– Вы вовремя, Накук!

– Да. Слуга принёс записку, когда я уже был в седле – собрался в погоню за слонами! Целое стадо! Голов тридцать! Вам повезло!

– Я везучий! Ну, что? Пора встретиться с президентом! – сказал Бургер и поднял шприц.

– Чего вылупились? Идите! А то приложусь ружьишком – мало не покажется! – сказал Накук и толкнул Дантона.

15

Вскоре все сидели в гостевом зале дворца и ждали возвращения Мгабанги. Дантон с подругой выглядели подавленными и молчали, а Бургер улыбался.

– Как себя чувствуешь, Гномм? – спросил он.

– Как тебе сказать…

– Ничего страшного. Пройдёт! Что вы подсыпали ему в вино, месье Дантон?

– Слабительное. Это была шутка, мистер Гномм, не обижайтесь!

– Я так и думал. Но почему Вы не захотели избавиться и от Гномма?

– А зачем? Возни больше – двоих уговаривать!

– А если бы он раскрыл вас?

Дантон ухмыльнулся.

– Шутите?

– Нисколько. Полагаю, Вы недооцениваете старину Гномма.

– Да уж! – сказал Гномм и убежал в апартаменты.

Президент пулей влетел в зал.

– Мне уже доложили! Месье Дантон! Объяснитесь!

– Ваш брат под дулом винтовки привёл нас с синьорой Гольдони сюда. Я не знаю, что на него нашло! Перегрелся на солнце, видать.

– Вы забыли сказать, месье Дантон, что перед этим вы с синьорой хотели утопить меня в водопаде!

– Утопить? Зачем?

– А пистолет и шприц?

– Какой пистолет? Я стрелять не умею!

– Вот шприц! А что в нём? Думаю, то же, чем отравили глухонемую служанку госпожи Табу. Не так ли, синьора Гольдони?

Женщина-врач ухмыльнулась.

– Она умерла сама. Кровоизлияние в мозг. Можете почитать заключение.

– Это заключение Вы сами и написали.

– На чём строятся Ваши обвинения, любезный мистер Бургер? На Ваших же предположениях? – сказал учитель. – Я уверен, что господин президент не станет принимать Ваши бредни за чистую монету. Вы невысокого мнения о главе государства, как я погляжу! Это не делает Вам чести!

– Не путайте меня! – сказал президент. – Накук, ты видел у месье Дантона пистолет?

– Я не слепой! Он угрожал им Бургеру!

– Это был муляж! Игрушка! Я у Жан-Жака одолжил! Ну откуда у меня пистолет?!

– У Жан-Жака все пистолеты настоящие! – сказал Накук.

– Да? А я не знал! Выглядят как игрушечные!

– А зачем же Вы угрожали игрушечным пистолетом мистеру Бургеру? – спросил президент.

– Это была шутка! Хотелось повеселить гостей!

– А шприц? – спросил президент. – Синьора! Зачем вам шприц?

– Я врач. Шприц для меня то же, что для Вашего брата ружьё.

– Им Вы убиваете? Вас надо так понимать? – спросил Бургер.

– Что Вы несёте, мистер Бургер?! – сказал месье Дантон. – Хватит! Господин президент, у Жан-Жана скоро экзамены! Позвольте нам заниматься! Иначе – катастрофа! В Сорбонне самая суровая приёмная комиссия в мире! Спуску не даст! Даже не посмотрят на то, что Жан-Жак – сын президента!

– А я полагаю, что Жан-Жаку будет интересно узнать, кто виноват в смерти его матери! – сказал Бургер.

– Господин президент, у мистера Бургера разыгралось воображение…

– Мистер Бургер, продолжайте!

– Господин президент, я знаю, что Вы с недоверием относитесь к современным средствам, но хочу сделать Вам подарок.

– Сейчас не время!

– Нет. Сейчас самое время! – сказал Бургер и достал из кармана небольшой аппарат.

– Что это?

– Диктофон. Купил, когда был студентом! Сейчас таких не делают! Всегда ношу его с собой! Привычка! Давайте послушаем!

– Жирная свинья! – воскликнула синьора Гольдони и кинулась на Бургера.

Накук успел достать до неё своей винтовкой, и она не добежала до детектива, а свалилась без сознания на пол.

– Нервишки шалят. Как она работает врачом?! – сказал Бургер и включил диктофон.

Месье Дантон наклонился и обхватил голову руками.

Запись прослушали от начала и до конца.

– Да. Я сам расскажу Жан-Жаку, – сказал президент. – Жаль, месье Дантон, что я не могу Вас казнить. Не хочу ссориться с Европой – мои алмазы там пользуются большим спросом. Но Вам придётся покинуть Африку! Вместе с Вашей подругой! Вы разочаровали меня!

– Мы не хотели её смерти!

– Но Вы решили скрыть от меня правду! Из-за Вас мой собственный сын меня ненавидит! Убирайтесь! Даю Вам два часа на сборы!

– Я уйду, но на моё место придёт другой! – сказал месье Дантон.

– Учителя найти не проблема! – сказал Президент.

Месье Дантон ухмыльнулся, в Мгабанга сделал знак генералу в попугайской форме. Тот позвал солдат, и они увели учителя. Потом вернулись и унесли синьору Гольдони.

– Ну, мистер Бургер, отлично сработали! Восхищаюсь Вами! Только как быть с моими жёнами?

– Мы уже близки к разгадке!

– Рад это слышать! Прошу Вас, продолжайте! У Вас хорошо получается! А почему я не вижу мистера Гнома? Не случилось ли с ним чего?

– Случилось. Но жизни его ничего не угрожает, – сказал Бургер и улыбнулся.

Президент улыбнулся в ответ, похлопал Бургера по плечу и пошёл по направлению к выходу.

– Я к Жан-Жаку! Буду нужен – пошлите записку! – бросил он напоследок.

16

Бургер поднялся в апартаменты.

Гномм как раз выходил из уборной.

– Бургер, всё уже закончилось?

– С этим делом разобрались. А ты как?

– Знаешь, всё-таки золотые унитазы нервы успокаивают! На них как-то чувствуешь себя иначе! Здоровее, что ли. Хочется жить!

– Я тебя понимаю.

– Скоплю деньжат, куплю себе домой!

– Долго копить придётся!

– Если мы раскроем это дело, то не долго.

– Дело мы раскроем, не сомневайся! Будешь коньяк?

– Нет, спасибо. Ты так и таскал бутылку в кармане?

– Ну, не выбрасывать же! Коньяк – отличный!

Бургер наполнил бокал и сел в кресло.

– Отдохнём и пойдём ставить точку!

– Уже?

– Ну, если ты в состоянии…

– На меня можешь всегда рассчитывать!

Бургер достал сигареты.

– Будешь?

– Да. От сигареты не откажусь!

Они закурили.

– Может, расскажешь?

– О чём?

– Обо всём. Ты забыл, что я отсутствовал на вашем собрании.

– Они пытались отпираться, а я дал им послушать запись нашей милой беседы у водопада. Они там разоткровенничались. Мгабанга их выслал.

– А ведь мог и… Да… Пригодился твой старинный диктофон?

– Да. Хорошо, что я тебя не послушал и не продал его антиквару.

– Кто же знал, что на планете ещё есть страны, в которых нет мобильных телефонов… И эти страны торгуют алмазами! Парадокс!

– Кстати, из-за алмазов вся эта история и случилась.

– Разве? Мне казалось, что это обычный любовный треугольник. Жене президента понравился учитель…

– Она влюбилась в него!

– Ну, пускай, влюбилась! Хотя разницы я не вижу!

– А она есть, дружище! Она преследовала Дантона! Чем, собственно, и мешала ему выполнять его работу. Любовь – это страсть. А страстишки нужно уметь подавлять. Тем более жёнам государственных деятелей.

– Мешала выполнять работу? Но как? Срывала уроки? Хе-хе…

Бургер посмотрел на Гномма.

– Я начинаю думать, что Дантон был прав относительно тебя!

– А что он говорил про меня?

– Не важно! Дантону необходимо было во что бы то ни стало остаться при Жан-Жаке. А Табу могла погубить его карьеру своим глупым поведением! Я удивляюсь, что президент ничего не знал! Видимо, эта Табу и правда была умна! А Дантону, чтобы отвязаться от неё пришлось даже подружиться с синьорой Гольдони.

– Думаешь, он сошёлся с ней, только для того, чтобы повлиять на Табу через её отца?

– Гномм, всё-таки Дантон ошибался. Беру свои слова обратно! Соображаешь!

– Но почему ты не допускаешь, что учитель и врач могли понравиться друг другу без задней мысли? Такое тоже бывает! Она красивая, он – француз!

– Ну, может, ты и прав! Но это ничего не меняет! Отец на дочь влиять не захотел, или не смог, что и привело к трагическому концу. Но Дантон не потерял место учителя.

– Это прекрасно! Но при чём здесь алмазы?

– Дантон – не просто учитель. Ты заметил, какое влияние он имеет на Жан-Жака?

– Это трудно не заметить.

– За три года Дантон подчинил себе Жан-Жака полностью!

– А зачем ему это?

– Подумай, Гномм!

– Понятия не имею! Я оставлю тебя на пару минут, но ты продолжай – здесь тонкие стены – в уборной всё слышно!

Гномм затушил сигарету, встал и ушёл в уборную.

– Похоже, Дантон подсыпал тебе лошадиную дозу!

– Да уж! Но это не так уж и плохо – я всякий раз радуюсь, как ребёнок, когда вижу золотой унитаз! – послышалось из-за стены.

Бургер глотнул коньяка.

– Когда Дантона уводили, он сказал, что на его место придёт другой! И тогда мои сомнения развеялись!

– Почему?

– Потому что их цель – алмазные рудники! Они хотят контролировать их!

– Кто?

– Какая-нибудь крупная корпорация! Это не важно – их как грязи! А что для этого нужно?

– Что?

– Ручной правитель! А раз Мгабанга отличается строптивостью, то решили вылепить марионетку из наследника!

Вода в уборной спустилась, и через минуту Гномм уже сидел в кресле рядом с Бургером.

– Всё. Больше не пойду!

– Это хорошая новость!

– Вылепить из Жан-Жака?

– Да. И смерть его матери сыграла Дантону на руку! Кроме прививки всякими там европейскими ценностями, Дантон внушил парню, что в смерти его матери виноват отец!

– И что?

– А то, что Жан-Жак стал ненавидеть родного отца!

– Понимаю. И что?

– Президентом здесь можно стать в восемнадцать лет! Жан-Жаку шестнадцать, если я не путаю. Осталось два года.

– А куда девать Мгабангу?

– Мгабанга сам казнил своего отца! Как-нибудь и его бы устранили! Разве это проблема для наследника?

– Отличный план!

– Согласен! И всё бы у них получилось, если бы Жан-Жак не принялся мстить. Дантон перестарался! С молодёжью нужно быть аккуратнее, старина Гномм! Она может быть непредсказуемой! Нужно уметь найти правильный подход!

– Это ты мне говоришь?

– Тебе! Кому же ещё!

– Налей-ка мне коньяка! А как Жан-Жак начал мстить? Хочешь сказать, что…

– Слышишь шаги? Это за нами! Пора заканчивать это дело!

В дверь постучали.

Гномм открыл её и принял у слуги записку.

– Президент зовёт нас! Ты как хочешь, а я надену шорты!

– Отлично! Надевай, Гномм! Жаль, что Дантона выслали! Кто теперь подарит мне бутылочку хорошего коньяка?!

17

Президент сидел в гостевом зале.

– Садитесь, джентльмены! – сказал он.

Бургер и Гномм сели в кресла.

– Жан-Жак потрясён! А я благодарен вам, господа! Думаю, теперь у нас всё наладится! Найду ему порядочного учителя. И будем вместе ездить в Накуком на охоту!

Мгабанга прослезился и вытер глаза рукой.

– А почему Вы не отправите наследника в какую-нибудь европейскую частную школу? – спросил Гномм.

– Честно говоря, опасаюсь! Что они там с ним сделают? Какими идеями заразят? Подростки легко поддаются внушению! Вы же прекрасно знаете! Пусть хоть до университета побудет здесь, со мной!

– Да. Вы правы! Хе-хе… Мне в школе внушили, что я…

– Подожди, Гномм! А Жан-Жак ничего Вам не рассказал?

– Нет. А что он должен был рассказать?

– Так даже лучше! Нам нужно увидеться с ним, и тогда мы поставим точку в этом деле!

– Да? Тогда пойдёмте к нему!

– Если позволите, мы поговорим с ним без Вас. А завтра с Вами посмотрим смертельное шоу, и разгадаем загадку!

– Хорошо! Как скажете!

Бургера с Гноммом проводили к дому наследника президентского кресла.

Жан-Жак кидал баскетбольный мяч в корзину.

– Привет, Жан-Жак! – сказал Бургер.

Подросток не ответил и продолжил свою игру.

– Привет! – сказал Бургер ещё раз.

Но парень игнорировал его.

– Дай-ка, я! – сказал Гномм.

Он выскочил на площадку, отобрал мяч у наследника и забросил его в корзину.

– Ну, что стоишь?! Играй! – сказал Гномм.

Бургер наблюдал, как Гномм с лёгкостью обыгрывал Жан-Жака и отправлял мяч в корзину с любого расстояния.

– Круто! Гномм, с твоим ростом и талантом нужно было делать карьеру в баскетболе! – сказал Бургер.

Гномм подошёл к нему.

– Дай отдышаться! – сказал он. – Я же говорю, мне в школе внушили, что я баскетболист, а я до сих пор в это верю!

– Но почему я не вижу тебя на чемпионатах?

– Быть детективом интереснее! Ну что, Жан-Жак, уделишь нам пару минут?

Подросток улыбнулся и кивнул.

– Учись, Бургер! Пока я живой!

– Что бы я без тебя делал?!

Они сели на скамейку у дома.

– Скажи, Жан-Жак, а почему ты не рассказал отцу?

– О чём?

– Мы всё знаем. О Сукуле и его шалостях! Ведь это ты его просил?

Парень опустил глаза.

– Я больше не буду, – сказал он.

– Один раз, – сказал Бургер.

Жан-Жак посмотрел на него.

– Что один раз?

– Попроси его сделать это ещё один раз – мы хотим посмотреть, как это… работает.

– Зачем?

– Чтобы твой отец узнал правду! Он должен с этим что-то сделать! Может, начнёт школы строить! Ты же не хочешь, чтобы в твоей стране такое было бы возможно?

– А Вы не расскажете ему, что это я…? Я не хочу, чтобы он злился! Он обещал взять меня на охоту с Накуком!

– Мы не расскажем! – сказал Бургер. – Просто попроси Сукула сделать это ещё раз завтра утром. Перед завтраком.

– Хорошо.

– С тобой приятно иметь дело! А ну-ка, Гномм, закинь трёхочковый! – сказал Бургер и кинул Гномму мяч.

18

– Ну, как поговорили? – спросил президент.

– В баскетбол играли! – сказал Гномм.

– Всё хорошо! Завтра утром наденьте что-нибудь неприметное! И захватите три бинокля!– сказал Бургер.

– Если это нужно для дела, переоденусь солдатом.

– Отличная идея! Скажите, а Сукул имеет доступ в женскую часть?

– Да. Он везде болтается. Ему запрещено во дворец заходить, да в женский флигель!А Вы хотите сказать, что…

– Дождёмся завтра! Сами всё увидите!

– Как скажете! Я Вам доверяю!

– Господин президент, я понимаю, что не вовремя… Что… Раз уж… Дело в том…

– Говорите прямо! Чего Вы хотите?

– Нельзя ли, в порядке исключения, конечно, доставить из города бургеры и картошку. У Вас прекрасное меню, но я скучаю по бургерам! Страдаю!

Президент вздохнул.

– Вы обидели меня, мистер Гном.

– Вы не так его поняли! Он не то имел в виду! – поспешил заступиться Бургер. – У него такое чувство юмора!

– Ну, хорошо! Только в виде исключения! В знак благодарности за вашу работу! Вам доставят! Только чтобы никто не видел! Я не хочу, чтобы подданные заподозрили меня в беспринципности! С этого начинаются революции!

– Мы съедим у себя в номере! Простите! В апартаментах! И если уж бургеры привезут, то, пожалуйста, пускай захватят бутылочку французского коньяка!

– Хорошо! – сказал президент и ушёл.

– Ты его расстроил, Гномм! Сотню сэкономил? Как бы он не урезал нам гонорар!

– А зачем ты влез со своим коньяком?! Ещё неизвестно, что его больше расстроило: мои бургеры или твой коньяк!

– Посмотрим!

Когда стемнело, они сидели на балконе и пили французский коньяк.

– Вот ты, Гномм, беспринципный человек! То ты коньяк не переносишь – у тебя от него несварение, то тебя от коньяка не оторвать! Учись у президента Мгабанги! Он словами не бросается!

– А я разве бросаюсь?

– Ты не просто бросаешься, ты ими разбрасываешься!

– Перестань, Бургер! Давай-ка уже допьём этот чёртов коньяк и пойдём спать, а то завтра президент нас не дождётся!

– Хочешь спать – иди! Разве я тебя держу?

– Тогда ты допьёшь коньяк один!

– Ты же его не покупал! Зачем переживаешь?

– А затем, что если сам всё выпьешь, то наше завтрашнее шоу точно накроется! И тогда президент нам гонорары подрежет!

– Плохо ты меня знаешь, Гномм! Бургера голыми руками не возьмёшь!

– У меня идея, Бургер!

– Какая?

– А давай не будем его допивать! Сегодня…

– Оставим?

– Оставим! Завтра допьём!

– Гномм! Неплохо придумано! Почему мне такие идеи не приходят?

– Ты закрыт для них! У тебя.. как это.. блок!

– Блок?

– Блок!

– Чёрт возьми!

– Не переживай! Сходишь к психологу, он тебе его снимет!

– Может, к местному колдуну сходить? Хе-хе… Может, он снимет?

– Хе-хе! Он тебе не блок снимет, он тебе крышу снесёт!

– Хе-хе! Это точно!

– Хорошо сидим! Посмотри, какие звёзды! Африка!

19

Утром Бургер с Гноммом ждали президента в гостевом зале.

– Выпил три чашки кофе, а всё равно спать хочу! – сказал Гномм.

– Надо было спать вчера идти, а не звёзды до рассвета считать!

– Что это за военный сюда идёт? С двумя звёздами!

– Доброе утро, джентльмены!

Детективы встали.

– Доброе утро, господин президент! Вас в каске не узнать! – сказал Бургер.

– Это хорошо, не так ли?

– Это прекрасно! Пойдёмте! Надеюсь, мы не опоздали!

Они вышли из дворца и направились к женскому флигелю.

– Проведите нас! И давайте где-нибудь спрячемся так, чтобы иметь хороший обзор.

Они прошли на территорию президентского гарема и залегли в траве.

– В бинокль хорошо видно! – сказал Гномм. – Женщины вышли! Куда это они?

– Они идут на завтрак, – сказал Мгабанга. – Столовая отдельно.

– Как в армии! – сказал Гномм.

– А вот и он! – сказал Бургер.

– А чего он такой весёлый? – спросил Гномм.

– Он всегда такой! – сказал Мгабанга.

Сукул шёл и подпрыгивал, как ребёнок.

Он подошёл к одной из женщин, которая отбилась от толпы, показал ей на кусты и что-то сказал.

– Что он задумал? Я не позволю! – сказал президент.

– Не вставайте! Смотрите!

Женщина зашла с пигмеем за кусты.

И тут Сукул что-то крикнул и плюнул ей в лицо! Женщина принялась вытирать лицо, а Сукул плюнул в него ещё раз, рассмеялся и пошёл прочь.

Женщина стояла и вытирала лицо, а пигмей подпрыгивал и что-то насвистывал.

Президент вскочил.

– Сукул, иди сюда, засранец! – крикнул президент и махнул рукой.

Пигмей заметил Мгабангу, перестал подпрыгивать, опустил голову и зашагал к президенту.

Детективы заметили, что женщина свалилась с ног.

– Что с ней? – спросил Гномм.

– Она в обмороке, – сказал Бургер.

Они встали, а Сукул подошёл к президенту. Он стоял перед ним, как школьник, который приготовился к неотвратимому наказанию.

Мгабанга принялся кричать на пигмея на местном языке, и Бургер с Гноммом могли только догадываться, о чём шла речь.

Потом президент развернул Сукула и пнул его под зад. Тот побежал по направлению к парку.

– Скотина! Я доверял ему! Скотина!

– Вы накажите его? – спросил Гномм.

– А я не могу его наказать! Пигмеев нельзя наказывать!

– Почему?

– Они у нас священны, как коровы в Индии, – сказал Мгабанга, плюнул и пошёл к дворцу.

Бургер с Гноммом переглянулись.

– А что с женщиной? Ей нужно помочь! – крикнул Гномм.

– Не нужно! Всё равно сдохнет! Гонорар переведут на ваш счёт! – бросил президент.

20

Бургер с Гноммом сидели в самолёте и с удовольствием ели рыбу и тефтели.

Бургер пил коньяк, а Гномм заказал себе коктейль.

– Как вкусно! А? Бургер! Я просто счастлив!

– Да. Ты прав, дружище! После африканских угощений – это просто праздник какой-то!

– И всё-таки я не понимаю, зачем ему столько жён. Что он сними делает?

– Ну как тебе сказать, старина Гномм…

– Это я понимаю! Но зачем целая сотня? Сотню дорого содержать! Можно обойтись десятком! Ну, или дюжиной, на худой конец!

– Попробуй сказочную тефтельку! Они особенно удачны! А десяток, и даже дюжина, через месяц наскучит. Ну, ты представь: каждый день перед глазами дюжина жён… Туда-сюда, туда-сюда… Скука смертная!

– Мне бы десяток не наскучил.

– Не забивай голову чужими жёнами, Гномм!

– Не буду! А Сукул так и и не выдал Жан-Жака!

– Да. Не выдал. Я читал, что пигмеи – самые верные друзья.

– А думаешь, Мгабанга не догадался, что его сын решил отомстить ему?

– Если и догадался, то не признается.

– Но почему он не наказал Сукула? Неужели пигмеи настолько…

– Боится.

– Колдуна?

– Народного гнева. А может, и колдуна тоже. Этот колдун там так всех запугал, что… Девушка, ещё коньяка! Вот она сила невежества!

– Никогда бы не подумал, что от страха перед пигмейским плевком можно помереть…

– Перед проклятием! Они все до смерти боятся пигмейского проклятия! Их с детства этому учат!

– Да уж…

– Ты веришь в то, что ты баскетболист, а они в то, что колдун может убить их плевком своего родственника. Забавно, не правда ли? Людям всегда нужно во что-то верить. Такова природа! Поэтому и придумываются божества, талисманы, гороскопы, проклятия и много всего. А вот те, кто придумывают, получают ценный инструмент! Быть может, он ценнее любого инструмента на свете!

– А ты во что веришь, Бургер?

– В то, что мы с тобой – лучшие детективы полушария!

– Как это верно, Бургер! Дай-ка мне ещё одну тефтельку!