Алекс Югэн
Товарищ Лис

Эта сказка началась в самый дождливый день сентября, когда солнце стояло в зените, мокрое до нитки. Именно тогда в отель «Ятаган и варган», не доезжая ста вёрст до столицы Выжатого Мира, заселился ничем не примечательный путник. Он носил армейские берцы, свободные холщовые штаны со множеством карманов и непромокаемый плащ цвета хаки. Его лицо скрывал монашеский капюшон, и он не стал предъявлять документ, заплатив лишний золотой за возможность остаться инкогнито. Впрочем таких скрытных здесь было большинство. Хозяин Стардаст, крепко сбитый орк с намётанным глазом, скорее удивился бы, услышав какую-то правдоподобную ложь. Но всё же он спросил ещё раз, постаравшись сделать это со всей орочьей вежливостью:

– Так как же мне называть вас, господин хороший?

– Товарищ, – поправил его путник.

– Что?

– В моих краях говорят «товарищ», а не «господин».

– Никогда не слышал о таких краях.

– На это я и рассчитывал. Запишите «Товарищ Лис», – предложил он, обшаривая цепким взглядом главную залу гостиницы и запоминая всё в мельчайших подробностях.

Зала была просторной и порядком прокуренной. Клубы разноцветного дыма обнимали постояльцев, вышедших выпить кружечку горячего орочьего грога, так хорошо сочетающегося с проливным дождём на дворе. В углу за дальним столиком сидел седобородый цыган в широкополой шляпе с павлиньим пером и бархатной тройке цвета индиго. В правой руке он держал длинную трубку с чашей в виде головы чёрта. С каждой затяжкой резная фигурка оживала, сверкая по сторонам злющими красными глазками. Рядом с цыганом расположился снежно-белый кот, при шпаге и щегольских сафьяновых сапожках. Ростом он не уступал своему соседу. Оба – цыган и кот – не мигая следили за Лисом, и кажется, ловили каждое его слово. Кот поднял лапу и довольно-таки бестактными щелчками меховых пальцев подозвал служанку, тоже засмотревшуюся на нового гостя. Определённо, прибытие Товарища Лиса привлекло больше внимания, чем ему хотелось бы.

– Звучит как каламбур, – выдернул его из размышлений голос Стардаста. – Как будто вы дружите с лисами. Или хотите дать знать какой-то здешней лисе, что прибыл её товарищ. У меня есть знакомый головорез Серый Лис, а в городе заправляет шайка Старой-Лисы-О-Трёх-Глаз. А ещё…

– Мне нужна комната с крепкими засовами на дверях и окнах и с потайным ходом в камине, – прервал его Лис.

– Откуда вы знаете, что здесь есть такая комната?

– Хм. Мне говорили, что такая комната есть во всех приличных отелях вашего мира…

– И вас не обманули! Только за это надо будет доплатить.

Лис расстегнул плащ и достал серебряный портсигар с откровенной гравировкой – обнажённой девицей верхом на диковинном железном коне.

– Какая конфетка! – стрельнул отельер правым, карим, глазом. – Орчанка? А почему без клыков?

Стоит сказать, что орки Выжатого мира несильно отличались от людей, живущих на Земле, хоть оба вида и считали друг друга вымыслом и суеверием. Так же, как видно, не все орки были грубы и несдержанны, а некоторые даже могли похвастаться изысканной речью. Как, например, Стардаст, полагавший, что вежливое обращение добавит лишнюю звезду в рейтинг его гостиницы.

– Орчанка? – повторил он свой вопрос, масляно кося уже левым, голубым, глазом.

– Хм, – уклончиво ответил путник. Он не спеша извлёк из портсигара два золотых и протянул хозяину. Тот совершил над собой видимое усилие, чтобы отвести взгляд от портсигара, а потом – от рук Лиса, покрытых зелёными чешуйками. Такие чешуйки могли в равной мере означать две вещи: либо их носитель – ящер, либо он перенёс активную форму ящеровой чумы. На секунду повисло неловкое молчание, и орк решил разрядить атмосферу – в его понимании:

– Носите злато в портсигаре?

– И храню зубной порошок в носках. А вы нет?

– Боюсь, я не понял вашу шутку…

– Разумеется. Ведь она будет только в следующей книге.

– Прошу прощения?

– Я собиратель фольклора. Путешествую по разным странам и мирам, слушаю истории в трактирах и кабаках, записываю шутки, басни и сказки. Вы читали «Легенды и мифы Древней Перс’Шиа»? Этот труд будет намного объёмней, он охватит все миры, большие и малые.

Орк выпучил глаза:

– Так, значит, вы…

– Конечно, я не сам Летописец, а лишь один из его многочисленных помощников. Господин сидит в своей башне из слоновой кости, а мы делаем за него всю чёрную работу. И отчитываемся каждый вечер. Возблагодарим же Создателя за хрустальные шары! – добавил он с каким-то ехидным выражением.

– Здесь так не говорят. Хрустальные шары давно вне закона. Как и вся активная магия.

– Должно быть, вы шутите?

– Должно быть, вы не в курсе, – в тон ему ответил Стардаст, – почему этот мир называется Выжатым?

– О, эту историю господин велел узнать в первую очередь, – Лис достал из портсигара ещё одну монету и протянул отельеру.

– Разбрасываетесь деньгами так, как будто ваша коробочка бездонная, – заметил тот.

– Открою вам секрет, – путник поманил его пальцем и шепнул на ухо. – Это не мои деньги. Я мог бы торговаться с вами, как паршивый гном, но только зачем? Лучше я быстренько получу нужные сведения и буду покуривать драконью дурь весь оставшийся вечер. Я дал Клятву, что не буду воровать деньги господина. Про счёт и сбережение там ни слова. Итак?

Хозяин заговорщически подмигнул, словно у них теперь был общий секрет. И начал свою историю:

– Мы называемся Выжатым Миром совсем недавно. Новый правитель Арг-Кхан – великий шаман. Он улавливает флюиды любой творящейся волшбы и высасывает творящих её – до дна…

– Любой волшбы? – с некоторым опозданием переспросил Лис. Он засмотрелся на служанку, легко лавирующую в клубах дыма с двумя огромными кружками пенного. Она бу́хнула кружки-бочки на стол Цыгану-с-Котом и обернулась, словно почувствовала, что за ней наблюдают. Впрочем капюшон, как верный сообщник, полностью скрывал направление лисьего взгляда, и он продолжил любоваться на ладную фигуру девушки. Под её свободной холщовой рубахой угадывались ножны с небольшим ножом. Лис отметил это обстоятельство и продолжил:

– Мне казалось, вы говорили лишь про активную волшбу. Это, знаете ли, две больших разницы.

– Да-да, конечно. Взору Правителя недоступны волшебные артефакты и носители Повышающих Заклятий. Если вас заколдовали на постоянную сверхсилу или дьявольскую хитрость, это уже ваша сущность. Такую волшбу распознать очень трудно, да и носителей таких заклятий раз два и обчёлся. Вот например, новая Великая Герцогиня Перс’Шиа с её заклятьем «хрен-убьёшь»… – перешёл он на «низкий» орочий.

Лис вздрогнул и поспешно прервал собеседника:

– Это не моя тема. Про Герцогиню Демонов и её стремительный взлёт¹ пишет Шакал, а я не хочу помогать ему.

– Кажется, вы не очень-то любите вашего коллегу.

– Он отбил у меня эту тему! Это я должен был писать про Герцогиню. Она же настоящая рок-звезда!

– Кто-кто?

– Я хочу сказать, она сумела подчинить порох и динамит в мире, где они сходят с ума! Я столько узнал про неё, а подхалим Шакал просто вылизывал господину его фалды и целовал его афедроны! И кому же отдали интересное задание?

– Считаете наш мир неинтересным?

– Со всем уважением… пока я не услышал ни одной стоящей истории, – так его и учили выпытывать информацию. И этот метод сработал в очередной раз. Орк испытал неконтролируемый прилив патриотизма и с жаром заверил:

– О! Я расскажу вам кучу интересных историй! Это вопрос престижа! Ваш том будет даже интересней перс’шианского!

– Может, нам стоит подняться в номер и продолжить без посторонних ушей? – предложил Лис, снова покосившись на служанку, гревшую уши невдалеке. – Позволите угостить вас бутылочкой вашего лучшего вина? За счёт моего господина, разумеется.

Стардаст не заставил упрашивать себя. Он сбегал в погреб и вернулся с парой определённо древних бутылок, а потом немедля повёл гостя в его номер. Они поднялись по четырнадцати дубовым ступеням, крепким и основательным, как и весь отель, прошли коридор, достаточно широкий, чтобы могли разминуться два огра, и упёрлись в дверь с гордой надписью «Суперлюкс». «Суперлюкс» мог похвастать довольно ограниченным набором удобств, в число коих входили: исполинская кровать с балдахином, два огромных кресла, укрытые медвежьими шкурами, трёхногий стол и камин во всю южную стену.

– А потайной ход? – спросил новый постоялец, осмотрев комнату.

– Извольте убедиться, – отельер нажал рычаг, и камин бесшумно отъехал в сторону, обнажив чёрную пустоту подземного хода. – Ведёт в конюшни, где всегда наготове комплект быстрых копыт.

– Копыт так копыт, – недовольно пробурчал Лис, не уточнив впрочем, что именно его не устраивает в лошадях. – Так что с историей?

Стардаст открыл вино. Он хотел разлить его в два кубка, но гость покачал головой:

– Нет, спасибо, пейте сами. Я больше по драконьей траве.

– Кстати, про драконов! Этой весной у нас произошла одна пре-ин-те-рес-ней-шая история с падшей драконихой. Алиса, бывшая рабыня и лучший воин Графа Армэля, бывшего Кошачьего Короля… впрочем, возможно, вам это неинтересно?

– Ну почему же? Песец как раз пишет про кошачье королевство. Ему я не против помочь. Итак?

– Я думаю, эта история может войти и в ваш том, и в том вашего коллеги. Алиса была первой, кому удалось сбросить рабские браслеты и не быть испепелённой ответным заклятьем хозяина. Говорят, ради этого она соблазнила величайшего волшебника. Некоего Менестреля…

– Никогда о таком не слышал.

– А ведь именно он освободил Герцогиню из плена Сосуда Души!

– Вы меня не поняли. Я никогда не слышал о факте соблазнения. Менестрель помог Алисе бескорыстно. Впрочем это не так уж важно. Продолжайте, – попросил Лис и нырнул в свои мысли. Время от времени он кивал, как делал всегда, когда слушал вполуха. Наконец, рассказ подошёл к интересующей его части:

– …Алиса думала отсидеться в нашем мире, потому что магия здесь под запретом. Только она не учла то, что драконы сами по себе – магия.

– Что вы говорите?!..

– Она думала, что ей достаточно лишь не использовать заклятий, чтобы спрятаться в нашем мире. Но, повторюсь, драконы – суть магия! Поэтому наш повелитель Арг-Кхан Великий легко вычислил её и поймал в свои сети. Потом он выкачал всю её магию. И даже засёк все её попытки связаться с друзьями посредством телепатической связи.

– А вы настоящий кладезь! – подбодрил гость.

– Ну дык! Имеющий уши… – Стардаст уставился в окно, вспоминая окончание крылатой фразы, – или не уши… м-м-м… ну вы меня поняли… Вот только её так называемые друзья были слишком заняты друг другом. Волшебник Менестрель и Герцогиня Демонов устроили себе медовый месяц после захвата власти в Перс’Шиа, – и он замолчал, деятельно занявшись уже второй бутылкой.

– Ну что же вы? Продолжайте.

– А что тут продолжать? Теперь Алиса содержится в самой высокой башне самой неприступной магической тюрьмы.

– Так-таки неприступной?

– Да-да! Меры безопасности в Игральной Тюрьме на высшем уровне. Помимо рамок-волшбоискателей…

– Я слышал, эти рамки не работают. Там, вроде, была какая-то некрасивая история с растратой выделенного злата. Говорят, вместо рамок поставили муляжи.

– Что?! Кто вам наплёл такие гнусности?!

– Какая-то гоблинша.

– Ах, го-о-облинша! Понасыпались к нам, мигранты зеленорожие! Отбирают нашу работу, плодятся бесконтрольно, а теперь и ещё и выдумывают всякое! Работают волшбоискатели, хоть и капризятся иногда. Вот, например, часа за три до вашего прихода, – пьяно подмигнул Стардаст, указывая то ли на гостя, то ли на его самокрутку, – сработала рамка на входе в отель. Как будто прошёл кто-то с неплохи-и-ими такими запасами волшбы. Конечно, тут же прискакали полицаи, проверили у всех документы и уровень магии в крови…

– Зачем же у всех? Разве вы не запомнили того парня, на которого сработало?

– Так не было никакого парня! Один утренний пьяница болтал, мол змейка какая-то проползала… Да разве ж кто доверит змее безмозглой свои запасы магии?

– Не верите в змеиный интеллект?

– Как-как? Змеиный интеллект? – орк заржал, словно услышал отличную шутку. – То есть мой змеятник на заднем дворе – навроде как дом советов? ХА-ХА-ХА! Кстати, змеиная колбаса в этом месяце просто отменная. Да и жарко́е… буду рад угостить вас.

– Гм. Так что же, эта тюрьма неприступная только из-за кривых волшбоискателей?

– Не забывайте, что она находится на отвесной скале. Забраться на неё можно лишь одним способом – по верёвочной лестнице, которую вам спустят сверху.

– А если её сообщник – опытный альпинист? Или если он умеет летать?

– Дык… Собьют на подлёте! Капитан Зорркай-Глаз не просто так получил своё прозвище, – он икнул и гордо добавил. – Орочья артиллерия – лучшая в мире!

– А если… а если Алиса соблазнит тюремщиков?

– Исключено! Они даже не видят её. Алиса замурована. Раз в день в её башню поднимают ведро с едой, но сами тюремщики при этом находятся снизу, под башней. Тянут за верёвку.

– То есть она без надзора может просто накопить волшбу, снести яйцо и переселиться в новое тело?

– Накопить волшбу? Хотел бы я посмотреть, как она накопит эту свою волшбу с удалёнными драконьими железами.

– Хм… Как я посмотрю, вы и впрямь неплохо осведомлены.

– Так ведь мой троюродный братишка Рарр работает там месяц через два. На треть ставки. Говорит, чаще не может: ветра там жуткие, да и скучно, как в дальнем плавании. Так-то!

– Да уж… А всё же маловато для истории. Вот если бы Алиса сбежала, да ещё из такой тюрьмы…

– Ну, всё может быть. Говорят, недавно Менестрель разругался со своей Герцогиней и отправился в наш мир спасать Алису. И теперь здесь выставлены усиленные блокпосты, чтобы его поймать и выкачать его волшбу.

– А вот это уже интересно!

– Да-да! Честно говоря, я вначале и вас заподозрил. Пока вы не прошли через рамку.

– Смотрю, у вас тут настоящая охота на ведьм! Надо будет попросить у моего господина охранный паспорт.

– Да уж, попросите. До вас уже четверых схватили по подозрению в пособничестве Алисе.

– И что же, это вся история?

– Ну вы же журналист! Остальное додумаете сами.

– Хм… В конце концов, моему господину нужны сказочки, а не правда. Пф-ф-ф! – выдохнул он густой драконий дым. – Значит, сделаю, как в прошлый раз.

– Как?

– Найму всяких цыган да бродяжек разносить выдуманные слухи. Технически это тоже будет местная легенда.

– Техни-чески, – повторил орк. – Забавные у вас… методы.

– Да методы как методы. Между прочим, в моём мире владельцы отелей так оживляют свой бизнес. Выдумывают какое-то озёрное чудовище, делают пару мгновенных картин… а потом толпы простаков осаждают никому не нужную лужу с биноклями и подзорными трубами, пытаясь разглядеть это чудовище. Может, и вам попробовать?

Хозяин, уже порядком хмельной, не сразу сообразил, о чём идёт речь.

– Чё попробовать? Выдумать чу-дище? ИК?

– Ну да. Скажем, вон в том озере, не доезжая вёрсты до вашего отеля… Не обитает ли там какой-то жутко редкий волшебный зверь? Например, легендарный Лазурный Виверн?

– Никогда не слыхал о таком… – тут зубчатые колёса завертелись в голове Стардаста, и он хитро прищурился. – Так вот почему вы – Лис! А и живёт! Лазурный Виверн – приносящий богатство и выгоду…

– …владельцам ближайших отелей. Грубовато, но может сработать. Кстати, та ваша чернявая служка на первом этаже – кто она?

– А шут её знает! Скрытная, но поведения примерного. Назвалась Ночью. Пришла с год назад и работает за еду и кров. Наверное, какая-то преступница. Дождётся, когда её перестанут искать, да и свинтит. Вы в смысле развлечься спрашиваете или как?

– Или как. Ладно, с легендой мы, вроде, определились. Теперь самое важное. Купите у цыган какую-то одежду понарядней, фальшивую золотую цепь, перстни – в общем, создайте видимость успеха. А когда посетители будут спрашивать, не от Виверна ли ваше богатство…

– Да! От него!

– Нет. Хитро улыбайтесь и отрицайте. Это же секрет! Зачем вам делиться богатством с разными простаками? Пусть цыганята разносят слухи, а вы хлопайте глазками и готовьтесь поднимать цены. Когда повалят охотники за Виверном, спрос на ваши комнаты резко вырастет.

– А вам какая выгода? – внезапно насторожился Стардаст. —Может, вы сами в сговоре с цыганами?

– Хм. А мне казалось, это вы предложили заткнуть за пояс Шакала. Прошу извинить, если я неправильно вас понял. Предложу в соседнем отеле.

– Да что вы, что вы… Я только так, уточнить…

– В любом случае, спасибо за интересный разговор, – и Лис вежливо, но настойчиво извлёк орка из уютного кресла. – Хорошего вам дня!

Стардаст и сам не заметил, как оказался за дверью, продолжая:

– …так-то я согласен. Не извольте сумлеваться!

Он уже было вконец разругал себя за срыв прибыльной операции, как вдруг понял:

– Ну конечно! Я и без него справлюсь!.. – орк икнул и пьяно улыбнулся. – А про этого… товарища вообще надо бы доложить, куда положено. Там его живо разъяснят!

***

Где-то внизу клубились дымные кроны леса, намертво вцепившегося корнями в твердую горную породу. Отвесная скала, по форме своей идеальный куб, возвышалась на добрую сотню метров даже над самыми высокими деревьями, и оттого выглядела игральной костью из мира гигантов. Местные легенды утверждали, что во время апокалипсиса гигант вернётся за своим «кубиком» и будет кидать его до тех пор, пока не уничтожит весь мир. Впрочем ещё в незапамятные времена светлые головы предложили не ждать конца света и устроить наверху скалы неприступную крепость. Игральная Крепость сыграла ключевую роль в войне с ограми, сначала, как опорный пункт, потом – как наблюдательный пост. Со временем, когда границы орочьего ханства отодвинулись далеко за горизонт, отпала надобность и в наблюдательном посту. Игральная Крепость стала Игральной Тюрьмой. Из части старых казарм были устроены темницы, а бойницы в башнях теперь были направлены и наружу, и внутрь – на случай побега заключённых. Наверху каждой из угловых башен несли вахту бойцы капитана Зорркай-Глаза, в свободное время развлекающиеся стрельбой по птицам и летучим собакам. Зорркай-Глаз поощрял такой досуг. Он рассудил, что это поспособствует как повышению меткости, так и экономии средств, выделенных на пропитание гарнизона. На середине внутреннего двора возвышалась ещё одна башня – тюремная. Все камеры были заняты преступниками, заживо замурованными за тяжкие преступления перед новым вождём.

***

Лис выдохнул струю сладкого дыма и достроил пару этажей к тюремной башне. Ещё одна затяжка, аккуратный выдох – и на самом верху сидела пленница – дракониха с лицом поразительной красоты. Теперь можно было осмотреть макет-из-дыма повнимательней и придумать, как её освободить…

– Значит, слухи не врут? – произнёс вкрадчивый голос у него за спиной. – Товарищ Лис изволили вступить в Игру?

В кресле, которое совсем недавно занимал Стардаст, по-хозяйски развалился Белый Кот. В когтистых лапах он держал взведённый арбалет, направленный прямёхонько на Лиса. Тот ругнулся и слегка махнул рукой, словно отпуская кого-то. Игральная Тюрьма расползлась по углам комнаты терпкими серыми призраками.

– Господин Кот, какая честь! – он издевательски поклонился. – И о какой-такой игре вы ведёте речь?

– Ты знаешь, о какой, коль объявил себя под этим именем. И твои воздушные замки…

– Моё имя дала мне Матушка-Лисица, – перебил Лис, – и я решительно не понимаю о чём вы.

– Твоё тщеславие не знает границ, юнец. Главный приз получу я. Точка.

– А что считает Господин Цыган? Он все ещё принимает ставки?

– Барон считает, что у тебя нет никаких шансов передо мной. Ставки 40 к 1 в мою пользу.

– То есть, – Лис ненадолго замолчал, поджигая потухшую самокрутку, – мне ещё не поздно поставить на себя?

– …но ты ему нравишься, – продолжал Кот, пропустив слова собеседника мимо ушей. – Как и всё бракованное, – добавил он, указав на обезображенные руки собеседника.

– Я всем нравлюсь. Даже ящеркам милосердия.

– Кстати, как ты пережил чуму?

– А я вообще везучий лисий сын, – усмехнулся он из-под капюшона. – Советую помнить это, если решишься стрелять.

– Не подначивай меня. Ты прекрасно знаешь, насколько расстроится Цыган, если придётся возвращать ставки. Мой арбалет не для нападения. Он для того, чтобы ты не наделал глупостей.

– Глупостей какого рода?

– Мне кое-что известно о твоих демонах, Лис. И я дал им знать о твоём теперешнем местонахождении. Советую бежать, – промурлыкал Кот.

Он встал с кресла и неторопливо направился к выходу, все ещё держа Лиса на прицеле.

– Ах да, ты же не сможешь бежать из этого мира без согласия Цыгана.

***

Лишь только за Белым Котом закрылась дверь, за спиной у Лиса раздалось деликатное покашливание. Тотчас запахло серой и изысканным парфюмом.

– Ну что, старина? – Чёрт, в расшитом жилете на голое мохнатое тело, уселся верхом на кресло и по-приятельски подмигнул. – Снова попал в перёплет?

– А, сила нечистая… Вы поиздеваться или по делу?

– Я – как обычно, – Чёрт поймал свой хвост и зазубренным его кончиком подпилил ноготь. – Совмещаю приятное с полезным. Как говорится, Сатана sum et nihil humanum… Краем уха слышал оба разговора…

– Тогда давайте скорей, если слышали.

– Боишься своих демонов? – подначил Чёрт. – Правильно делаешь. Я, собственно, по какому вопросу, – он вынул из жилетного кармана громоздкий перстень с изумрудом и протянул собеседнику. – Вот… носи на здоровье, друг.

– Спасибо, не люблю побрякушки.

– Зря отказываешься. Перстенёк этот достался мне от батюшки, самого Князя Тьмы. Артефакт сей старинный, силы немалой. Надевший его становится неподвластен демонской магии. Тебе сейчас в самый раз.

– У вас всё?

– Не веришь мне?

– Как вам сказать… я уважаю ваше желание поквитаться с демонами, но не хочу быть пешкой в чужой игре. Особенно в вашей. Наверняка в этом перстне не только защитные чары.

Чёрт задумчиво потрогал косматую бровь.

– Экий ты догадливый! Там чары Развоплощения. Любой демон, который приблизится к тебе, лишится своей физической формы и будет заключён в этот камешек, – он дыхнул на изумруд и любовно протёр его краем жилета. – Собственно, это и не камень вовсе, а Сосуд Души, только очень компактный. Вот мои условия, – он извлёк из воздуха бумагу и перо с чернильницей и принялся писать, – первое: даю тебе этот перстень на время, пока не изловишь всех своих демонов. Второе: после этого – перстёнек мне, вместе с демонами.

– Это всё?

– Да! Никакого мелкого шрифта в договоре!

– Наверное, я неясно выразился. Перефразирую: если у вас всё, то до свидания, – Лис достал из плаща серебряное распятие и показал Чёрту.

– Фу! – скривился тот, исчезая в клубах едкого дыма. – Как невежливо!

***

Лис собирался уже покинуть номер и взялся за ручку двери, как с другой стороны несмело постучали.

– Товарищ Лис?

Чёрт вновь соткался из воздуха и доверительно шепнул ему на ухо:

– Это девка с ножом за пазухой. Не доверяй ей!

Лис потянулся за распятием, и Чёрт исчез, как не бывало. Стук повторился, чуть настойчивей:

– Товарищ Лис?

Он впустил служанку – смазливую орчанку в просторной рубахе и коричневых кожаных штанах. На вид ей было лет двадцать, но морщинки, уже залёгшие в углах глаз, прозрачно намекали на тяжёлую долю.

– Госпожа Ночь?

– Вы знаете моё имя? – напряглась она и спрятала руку за спину.

– У тебя под рубахой нож, – спокойно сообщил Лис.

– Как?!..

– Не дёргайся, и никто не пострадает. Я пришёл не по твою душу и вообще уже ухожу. Впрочем ты мне нравишься. Забудем про правило трёх секунд и представим, что мы – друзья. Что ты хотела? Только быстро.

– М-м-м…

– Давай-ка присядем и выдохнем.

– Ладно, – она плюхнулась в кресло и устремила в постояльца немигающий взгляд своих чёрных глаз. – Ты работаешь с Летописцем.

– Это вопрос или утверждение?

– Тебе нужна секретарша, – с нажимом продолжала орчанка.

– Вот как? А зачем?

– Переместишь меня из этого мира под видом своей секретарши.

– Наглость – второе счастье? – фыркнул Лис. – Зачем мне такая секретарша?

– Затем, что со мной ты будешь вызывать меньше вопросов. Сейчас ты выглядишь, как преступник, задумавший что-то дерзкое и невероятно глупое. Даже для демона.

– С чего ты взяла, что я демон?!

– С того, что ты трепешься, как Стардаст. А он учится красиво говорить по старому перс’шианскому учебнику этикета. Значит ты – демон.

– Ты всегда лепишь первое, что в голову придёт? – вышел из себя Лис. – Какой я тебе, к чёрту, демон?!

– Ха-ха, ещё добавь в конце «Арга-храбадарх!». Поздно! Стардаст проспится и сдаст тебя. Он уже собирался ехать в участок, да только упившись с коня упал, да так и дрыхнет в стойлах. А как отряхнётся от сена с навозом, так сразу. Каюк тебе, Товарищ Лис!

– Ну и зачем тебе такая гиблая карта?

– А затем, что Стардаст с ума напрочь двинулся! Я слышала, как он цыганского барона из второго нумера подговаривал разносить слухи, будто в озере живёт какой-то волшебный зверь. Полицаи тут всё конкретно разнюхают и заодно упакуют мою скромную персону. Я в розыске.

– Ну и шла бы сама к этому барону, – он взял со стола недокуренную самокрутку и поджёг её. – Он тебя переместит с попутным табором хоть на Луну, были бы деньги.

Ночь посмотрела на собеседника, как на ненормального.

– Ты веришь в эти сказки? Цыгане не умеют путешествовать между мирами!

– Пф-ф-ф! Интересно, и как же я тогда к вам попал?

– Интересно то, что я поняла, кто ты такой есть.

– Опять бредить будешь? – подначил Лис.

– Я видела, как ты задёргался, когда Стардаст сказал про Великую Герцогиню. Голос тебя выдал.

Лис поперхнулся дымом и мучительно закашлялся.

– Вот! – Ночь устремила на него палец с обгрызенным ногтем. – Ты боишься Демоницу! Значит, ты один из её родственников, что спаслись во время взрыва. И теперь ты в бегах.

– Про бега – это да, – признал Лис, восстановив дыхание. – Впрочем позитивное мышление подсказывает, что Герцогиня открыла мне целый новый мир. А я до кучи прихватил часть её волшебных цацек, – он достал портсигар и снова закурил. – И самого верного телохранителя. Правда, Кобра?

– На твоём мес-сте, – отозвался бесцветный голос из угла комнаты, – я бы не точила тут ляс-сы. Если гос-спожа теперь знает, где ты…

– Думаешь, она всё ещё злится?

– Думаю, ты сделал вс-сё, чтобы подписать себе смертный приговор, – ответила неприметная оливково-коричневая змея, заползая ему под штанину.

– А ты не боишься волшебника Менестреля? – спросила Ночь, не впечатлённая говорящей рептилией. Лис не удостоил эту реплику ответом.

– Говорят, он вот-вот будет здесь.

– Кстати, раз уж ты такая умненькая…

– Так я угадала?

– Стопроцентное попадание, – заверил он. – Считай, что ты принята в мою банду.

– Ты что творишь?! – возмутилась Кобра откуда-то из недр его штанов. – Она хотела убить тебя!

– Я больше не буду! – пообещала Ночь.

– Вот видишь, она больше не будет. А ещё все орки – отличные следопыты. Правда, Ночь?

***

Светало. Запели первые пташки, приветствуя долгожданное окончание дождя. Чаща крайне неохотно расставалась с ночью, и всё же тьма потихоньку стекала с веток под кочки и мокрые камни.

– Готово, – наконец, сообщила орчанка, запутав их следы так, что и сама Богиня Охоты не вдруг разобралась бы. – Теперь даже с собаками не найдут.

– Точно?

– Клык даю! – впрочем для Ночи это была, скорее, фигура речи. Клыки у неё были достаточно короткие и почти не выдавались наружу.

– Тогда привал. Тут и останемся, – Лис достал из рюкзака сетчатый свёрток и начал аккуратно разворачивать его. – Я покемарю. Потерпишь?

– А?

– Гамак один, – объяснил Лис, обвязывая концы верёвок вокруг стволов. – Первым сплю я.

– А ты не боишься?

– Ну ты же пообещала больше не убивать меня.

Лис отдал ей рюкзак и продолжил:

– Там всякая еда. Но учти, что мы тут минимум на три дня, – с этими словами он забрался в гамак и немедленно захрапел, чтобы увидеть всё тот же набивший оскомину сон.

***

Лис гнал свой гравитационный мотоцикл почти на пределе, но предчувствие говорило, что он опоздал. Беда уже случилась. Жирный копчёный ветер в лицо возвещал о великом пожарище за сотни километров.

Участки света и участки тьмы сменяли друг друга с такой скоростью, будто были не днями и ночами, а лишь секундами. Тик-так, свет-тьма, свет-тьма, тик-так… Тиканье Вселенных Часов на руке, показывающих время и даты – местные и московские. Он пробыл в Москве полтора дня. Судя по часам, здесь за это время прошло больше года. 375 дней, 376, 377… Свет-тьма, свет-тьма… это было похоже на стробоскопы на дискотеке. Наконец, чёрное и белое смешались, дав начало всевозможным оттенкам серого. Где-то сверху, определённо, было солнце, но его лучи тонули в огромной пылевой туче, беззастенчиво оккупировавшей весь небосвод.

Внизу, на холме из расплавленного стекла, он заметил обгоревший билборд «Добро пожаловать в Энтропиум-2. Нас 1414213! (и один человек)» Кто-то зачеркнул все цифры, кроме первой единицы. Лис затормозил и снизился. Он поставил мотоцикл на подножку и сам присел рядом, прислонившись спиной к почерневшему металлическому остову дерева. На голых проволочных ветвях сиротливо висели два листика из закопчёной фольги. Ветер шевелил их, и они еле слышно позвякивали, царапая друг друга своими неровными краями.

– Ну кто бы мог подумать, – послышался у него за спиной голос то ли человека то ли машины. – Всё-таки вернулся.

Лис обернулся, чтобы увидеть двухметрового андроида, состоящего наполовину из плоти, наполовину из шлангов, поршней и моторчиков. Его фигура была лишена каких-либо выпуклостей, позволяющих судить о половой принадлежности, а лицо могло в равной мере принадлежать как мужчине, так и женщине. Андроид был одет в свободный джинсовый комбинезон по колено, а на его шее болтались старомодные очки-консервы. На правом плече красовался блестящий металлический шильдик «174-935. Опасен. Поверка показателей каждые 3 месяца.»

– Любуешься на огни большого города? – спросил 174-935.

Это был риторический вопрос. Огней не было. Как и самого Энтропиума. Прямо за холмом начиналась выжженная пустошь, пепельно-серая и идеально ровная.

– Мехолог предупреждал меня, что если не найти себе пару для воспроизводства, у меня будет сбой системы и вспышки агрессии, – андроид присел рядом, громко скрипнув металлическими сочленениями, и продолжил вполголоса, ни к кому особенно не обращаясь. – Забавно, что эти вспышки спасли меня от смерти. Меня раздражал новый начальник обсерватории, потому что он – дурак и жаба. Я дал ему по лицу, взял две бутылки крепкого машинного масла и ушёл на Дальний Край. Сидел, пил и плевал с обрыва. Я всегда так делаю, когда надо успокоиться. А потом прилетела пятиоктавная ракета и расплавила весь город, – закончил он уже совсем тихо.

– Тридцать Шестая не спаслась? – Лис задавал этот вопрос каждый раз. И каждый раз ответ был одинаковый.

***

Солнце миновало зенит, и день повернул к вечеру. Лесные пташки растратили весь утренний энтузиазм и степенно обсуждали последнюю новость: вернулось почти летнее тепло.

Ночь отошла чуть в сторону, чтобы не тревожить сон Лиса, и кидала нож в ствол векового дерева. Нож был необычный: весь чёрный, словно осколок первородной тьмы, идеально сбалансированный и всегда возвращающийся к своей хозяйке.

Орчанка отработала броски на пять метров и отошла ещё на пять. Она глубоко вдохнула, наметила себе новую цель – крошечный гриб-паразит на стволе, и метнула своё оружие точно в цель. Клинок разрубил гриб пополам и вошёл в ствол дерева почти по самую рукоятку. Ночь довольно кивнула и поманила нож пальцем. В следующий момент тот начал мелко дрожать, потихоньку высвобождаясь из своего деревянного плена. Ещё пара секунд, и нож вернулся к орчанке, аккуратно приземлившись в её раскрытую ладонь.

– Молодец, Мрак, – в который раз похвалила девушка и внезапно напружинилась. – Как? – шёпотом переспросила она. – За спиной?

Стоит сказать, что Мрак имел ещё одну особенность, не раз спасавшую свою хозяйку. Он подавал ей знак при приближении чужаков – даже если те были невидимы или двигались абсолютно бесшумно. Сзади, метрах в трёх, хрустнула ветка. В то же мгновение Ночь резко развернулась и метнула нож.

– Нервишки-с, – прокомментровал Чёрт, поймав нож в считанных сантиметрах от собственной морды. – Не помешал?

Орчанка вперила в незваного гостя свой самый тяжёлый взгляд. В нём явно читался ответ. Впрочем, как мог заметить читатель, Чёрт не очень-то хорошо понимал намёки. Или делал вид, что не понимает.

– Лисёнок такой недоверчивый, – продолжал он, вернув нож девушке. – Предлагал ему охранный перстень, а он ни в какую. Представляешь? Да и с тобой… говорил же: «Не доверяй этой девке!» А он? Как ребёнок – послушал и сделал наоборот. Всегда работает.

Ночь недовольно засопела.

– Я, собственно, только на минутку, – продолжал Чёрт, растворяясь в воздухе. – Забежал убедиться, что ты справляешься на новом месте.

***

Лис проснулся и тут же потянулся за самокруткой.

– Ты не демон! – заявила ему Ночь с обидой в голосе. – Я видела твоё лицо!

– Хм? – уточнил он и снял капюшон. Лицо его было смугло от загара, густая когда-то шевелюра – прорежена залысинами, а оставшиеся волосы выгорели почти добела. Живые серые глаза с интересом следили за собеседницей.

– Ты – орк! Только без клыков.

– Окей. Учту.

– Или цыган?

– Или цыган, – согласился он и достал маленькую подзорную трубу. Та была чем-то похожа на своего хозяина – видавшая виды, потёртая и с выцветшей краской. – Хочешь посмотреть на свою гостиницу?

– Отсюда?! – девушка вновь стала гадать, вменяем ли её спутник. – Мы же в лесу! До гостиницы пятнадцать вёрст, да и то не по прямой.

– Зато у нас есть облака. Они отлично отразят световые волны, – Лис направил трубу в небо и немного покрутил регуляторы, коих было целых четыре. – О! Смотри.

Орчанка приняла из его рук подзорную трубу и уставилась в окуляр. Она и вправду увидела гостиницу – с высоты птичьего полёта.

– Покрути приближение, – посоветовал Лис. Картинка была черно-белая, но достаточно чёткая, чтобы различить Стардаста, что-то униженно объясняющего двум высоченным полицаям.

– Ничего себе!

– «Кошачий взор», экспериментальная модель для боев в городе. Ловит рассеянные световые волны, отражённые от облаков по параболе. Короче, «картинка летит навесиком»…

– По-твоему, орки такие тупые? Объясняешь, как дурочке! Забери свою приблуду! – сунула она ему подзорную трубу.

– …хотя, если подумать, – задумчиво продолжал Лис как ни в чём не бывало, – скорее, она посылает направленные световые волны, а потом ловит их отражение, как летучая мышь – звук. Нда. Судя по всему, твой хозяин уже капнул на меня и теперь оправдывается за ложный вызов.

– Ну и поделом этому скупердяю! Кстати, я его обнесла. Слыхал про амулеты из оникса?

– Защита от колдовского взора? Умно.

– А то ж! Я подложила их в твой плащ, пока ты дрых. И надела перстень на хвост твоей змее, когда она уползала. Кстати, куда она свалила?

– Игральная Тюрьма отсюда тоже видна, – заметил Лис, не отрываясь от подзорной трубы. – Забавно, как магия пасует перед техникой. Магическим взором до неё не дотянуться.

– Ты вообще меня не слушаешь?

– К слову, я могу переместить тебя в мир, где ты сойдёшь за местную.

– А что взамен?

– Пока – информация. Что ты натворила?

– Не твоё дело! – огрызнулась Ночь.

– Боюсь, что как раз моё. Если ты какая-то серийная убийца, то перемещать я тебя не стану.

– Я – шаман-по-крови. И если меня поймают, то убьют.

– Я думал, только сцедят магию…

– Ты что, совсем дремучий? Что такое, по-твоему, шаман-по-крови?

– Понятия не имею.

– Магия высвобождается, когда я приношу жертву своей кровью. Сечёшь? Они сцедят меня досуха, как папу!

– Соболезную.

– Да ладно, проехали. А кто такая Тридцать Шестая?

– Откуда ты знаешь?!

– Ты говорил во сне. Что за Тридцать Шестая?

– 174-936. Моя вторая жена.

– По-моему, лучше начать рассказ с первой, – заявила Ночь таким безапелляционным тоном, словно и не сомневалась, что услышит этот самый рассказ.

– Как скажешь, – усмехнулся Лис. – Помнишь сказку о бедняке, который женился на прекрасной принцессе и переехал во дворец?

– Угу. И жили они долго и счастливо. Конец.

– А моя сказка на этом только началась. Через три месяца сладкой жизни я заскучал. Дождался, пока моя благоверная отойдёт ко сну, и сбежал. Думал сразу попасть в ваш мир, но немножко заблудился по дороге.

– Как это заблудился? Ты не умеешь пользоваться порталами?

– У меня было кое-что получше порталов. Мгновенная перемещалка, не оставляющая никакого магического возмущения. Только она почему-то дала сбой, и вместо вашего мира мы оказались в Единственной Империи, государстве ящеров.

– Мы?

– У меня был компаньон – демон по кличке Чёрный Ворон. Носатый, длинный и тощий, как смерть. Собственно, у него со смертью был давний роман. В одной из прошлых жизней он был наёмным убийцей, потом, уже в другом мире – полицаем-следователем по «мокрым» делам. А потом ненадолго стал моим телохранителем. Тогда было очень неспокойное время, и моих Повышающих Заклятий могло не хватить.

– Тогда – это когда?

– Для меня это было семнадцать лет назад.

– Как это «для тебя»? А для других?

– Потом объясню. А пока представь себе картину…

***

Всё было отвратительно с самого начала.

Во-первых, порталы оставляли магический след, а за ними уже шла охота. Воспользоваться порталом в таком ситуации – всё равно, что красться в шутовском костюме с бубенцами. Во-вторых – погода. В Единственной Империи солнечно круглый год, кроме трёх летних месяцев. Дождь начинает заявлять о своих правах уже в конце мая и потихоньку открывает небесные хляби, достигая полной силы к началу июля. А до него было всего пять дней.

Оба пункта вместе означали лишь одно – долгий путь под дождём, то моросящим, то проливным.

– Не боись, малец, – Чёрный Ворон дружелюбно улыбнулся. Получилось жутковато. – Я захватил с собой пару классных книжек.

Его спутник кивнул и постарался представить, что значит «классная книжка» в понимании такого персонажа.

– Тебе – рассказы Эдгара По, – Ворон повертелся в седле своего мула, устраивая тощий зад поудобнее. – Мне – «Как завоёвывать друзей».

– Ты что, хочешь подружиться со мной?

– С тобой? – Ворон поморгал, как будто этот вопрос привёл его в замешательство. По его лицу было видно, что он хочет ответить, как есть, но он всё же сделал волевое усилие и сверился с книгой. В первой главе настоятельно рекомендовалось проявлять искренний интерес к собеседнику. Что он и сделал – впрочем достаточно неуклюже:

– Расскажи о себе. Зачем ты всё бросил? Ты же был герцог-консорт!

– Может, лучше о тебе? Как ты в прошлый раз умудрился сбежать оттуда?

– Знаешь анекдот про Неуловимого Джо, который никому нафиг не нужен? Вот так же и я. Если бы меня ловили, то хрен бы я куда делся.

– То есть плана отступления у нас нет?

– Скорее, только он и есть, – Ворон поднял костялый палец. – Цыгане!

– А они-то тут при чём?

– Цыгане, как и драконы, владеют самой древней магией во вселенной. И они могут гулять по этой самой вселенной, как им вздумается. Никто не знает, как они это делают, даже они сами. А ещё цыган невозможно отследить никаким магическим взором.

– То есть мы можем по-тихому приехать туда и так же по-тихому свалить. А между этим один большой вопросительный знак.

– Угу. Большой и кривой, как мой… – Ворон добавил скабрезное сравнение, и на этом разговор как-то заглох. Весь оставшийся день они молчали и думали каждый о своём.

На второй день дождь усилился, и дороги размокли ещё больше. Их мулы плелись по колено в вязкой густой грязи, и приходилось подбирать ноги повыше, чтобы сохранить обувь сухой. Всё небо, насколько хватал глаз, было обложено свинцовыми тучами без единого намёка на лучик света. Небо расчертило пополам, и после краткого мгновения озоновой тишины грянул гром. Как раз к этому моменту Ворон дочитал и обдумал третью главу. Автор советовал почаще называть собеседника по имени. Желательно, в конце каждой фразы…

– Не надо! – взмолился его спутник после десятого повторения. – Я уже ненавижу своё имя!

– Ну и как же тебя называть?

– Лисом.

– Не, – покачал демон своей рогатой головой. – У нас уже есть одна Лиса – Алиса.

***

– Алиса? – переспросила Ночь. Она протёрла глаза, словно очнулась от долгого сна. – Та самая дракониха? Соваться в Игральную Тюрьму – большая глупость!

– А я и не собираюсь. Я буду сидеть тут и наблюдать за представлением.

– Как волшебник Менестрель будет спасать свою любимую? – оживилась орчанка. – А ты с ним знаком?

– Можно сказать и так. Я давно и с удовольствием наблюдаю за его похождениями.

– А он знает об этом?

– А вот ты сама его и спроси, как увидишь, – ни с того ни с сего развеселился Лис.

– И в чём хохма?

– Как думаешь, цыгане уже разнесли весть про сказочного зверя? – он достал подзорную трубу и навёл её на озеро с Лазурным Виверном. – Хочешь посмотреть?

Как и предрекал Лис в разговоре со Стардастом, никому не нужная лужа вмиг стала популярной.

При взгляде на озеро, заросшее какой-то фиолетовой гадостью, да ещё и расположенное посреди свалки, орчанке захотелось зажать нос. Судя по кислым минам полицаев, стоявших в оцеплении с ятаганами наголо, они мечтали о том же. Старшие чины щеголяли в респираторах, чем вызывали завистливые взгляды менее удачливых подчинённых. Сразу за живым кордоном собралась небольшая, но крайне разношёрстная толпа.

Пара малолетних гоблинов-ротозеев с бумажными фунтиками лущили тыквенные семена и развлекались, корча обидные рожицы рядовым полицаям. Чуть поодаль на складных пляжных креслах расположились несколько орков в спортивных костюмах и с солидными пивными животами. Они передавали по кругу мощный бинокль и неспешно прихлёбывали из медных фляжек. Перед ними стоял дымящийся мангал, и время от времени один из орков деловито переворачивал шампуры.

Рядом, в обнимку с внушительным бочонком, спал двухголовый огр. Из обоих его ртов на мокрую землю стекали тонкие, но непрерывные струйки слюны, и шашлычники то и дело брезгливо косились на спящего. Тут же крутилась молодая цыганка, с переменным успехом гадающая и заигрывающая с какими-то мелкими начальниками и шаманами-инженерами с измерительной аппаратурой. Те, кажется, единственные осознавали комичность ситуации, но изо всех сил старались сохранить серьёзный вид.

– Операция «Вихрь-Антимагия», – прокомментировал Лис. – Кстати, ваш конкурент из «Бойкой сойки» утверждает, что в пещере рядом с его отелем живёт Золотой Лепрекон. Кажется, он тоже приносит какие-то богатства. А ещё в вашем мире поселились всемирно известные Радужные Пикси и…

– Так это из-за тебя мне пришлось бежать!

– Ещё скажи, что до меня всё было отлично.

– Ну и какой в смысл в этих выдумках? Сейчас полицаи измерят уровень волшбы по местности и поймут, что там нет никаких волшебных тварей. И начнут выяснять, кто пустил все эти слухи. А заодно усилят охрану Игральной Тюрьмы. Это единственный режимный объект поблизости.

– Ты слышала что-то о часовых механизмах?

– Каких механизмах?

Лис посмотрел на старые часы «Слава» у себя на руке и объявил:

– Сейчас у озера будет мощный выброс, – он присоединил к подзорной трубе цветную линзу. – Смотри!

На первый взгляд, картинка не изменилась, разве что подёрнулась лёгкой оранжевой дымкой.

– …три, два, один, – не торопясь отсчитал Лис. – И… поехали!

Шаманы-инженеры засуетились около своих громоздких приборов, внезапно замигавших всеми красными лампочками сразу. Ночь не слышала, что происходит на озере, но догадывалась, что там поднялся небывалый гвалт. Все присутствующие – и гражданские, и при исполнении – мигом подбежали к инженерам, образовав кучу-малу. В следующий момент над озером взошёл ярко-оранжевый гриб выброса чистой волшебной энергии. Инженеры, экипированные очками-консервами с цветными линзами, подтащили к озеру прибор, похожий на старый советский пылесос и принялись собирать драгоценную волшбу.

– Странно, – хмыкнула Ночь, возвращая Лису его подзорную трубу, – и почему мне кажется, что ты и есть волшебник Менестрель?

Лис закурил и пожал плечами.

– Кстати, а что было дальше?

– А на чём мы остановились?

– «Ну и как же тебя называть?», «Лисом.», – напомнила она.

***

– Не. У нас уже есть одна Лиса – Алиса. И кстати, я понял твой намёк. Не выйдет.

– Что не выйдет? – с деланным удивлением поинтересовался Товарищ Лис. – Какой-такой намёк?

– Ты не сможешь отбить у меня мою Алису. Так что если ты попёрся за этим – лучше сразу отойди в сторону. Не забывай, что я – опытный наёмный убийца, а ты – зелёный юнец…

Лис хотел ответить что-то едкое, но потом передумал.

– Вот и помогай теперь всяким… – пробурчал он вполголоса. – Ну нафиг! Вернусь и поменяю всё взад. Может, оно ещё не вылезло…

– Что не вылезло?

– А?.. Да я оставил вместо себя свою точную копию, фантома. Влепил ему свои память и образцы поведения…

Конечно, Лис не сильно надеялся, что уловка с фантомом сработает. В глубине души он понимал, что это только разозлит его царственную супругу ещё больше. И что она, скорее всего, объявит награду за его бедовую голову. Но внутренний бесёнок всю жизнь верховодил им, заботливо ведя за ручку от одной проблемы к другой. Лисья матушка утверждала, что в этом виноваты скверная генетика и венгерская кровь его далёкого предка, какого-то знаменитого авантюриста. Как бы там ни было, все мужчины в их роду вечно во что-то влипали и, даже влипнув по самые уши, не могли долго усидеть на одном месте. Верно, по этой причине они жили ярко, но недолго.

***

– Хреново! – Ворон осадил скакуна. На середине дороги лежал раздутый труп, весь покрытый мелкими зелёными чешуйками.

– Хреново, что рептилоид сдох?

– Это не ящер. Посмотри внимательно, – кивнул демон на покойника. Если не принимать в расчёт чешуйки, тот был похож на человека. С одним-единственным «но»: у него были чересчур развитые нижние клыки – настолько, что они даже выпирали изо рта.

– Орк?

– Он самый. Они, как и ящеры, переносят Зелёную Смерть хуже всех. Хреново, хреново… Значит, у ящеров опять вспышка. Скоро здесь будет куча трупов.

– Что ещё за Зелёная Смерть?

– Чума ящеров. У котов от неё умирает каждый десятый, а у орков и ящеров наоборот – каждый десятый выживает.

– Да мне как-то на всех троих… что по людям?

– По каким-таким людям? – притворно удивился Ворон. – По сказочным видам статистика не ведётся. Хотя, учитывая, как ты похож на орка…

– А что по демонам?

– А что мне сделается? Умрёт это тело, найду себе другое.

Они поворотили мулов назад, но теперь на их пути попадалось всё больше больных, похожих скорее на мёртвых, чем на живых. Заражённые ящеры, не разбирая дороги, брели через поля, залитые водой, через размытую дорогу, все в грязи и с распухшими мордами. Они еле переставляли лапы и не могли сфокусировать взгляд своих уже подёрнутых белёсой плёнкой глаз. Всё это казалось каким-то ирреальным, порождением чьей-то больной фантазии, фильмом про оживших мертвецов… Лис перебирал в голове всё новые определения творящемуся вокруг ползучему кошмару, лишь бы отвлечься и не поддаться панике. Он и сам не заметил, как достал из-за пазухи самокрутку с драконьей травой и закурил.

– Плохая идея, – покачал головой Чёрный Ворон. – Они заметят огонёк.

– И фиг ли?.. – начал было Лис и осёкся. Заражённые, прежде вполне апатичные, как по команде, обернули к нему свои морды.

– Брось бяку, – спокойно посоветовал демон.

Словно в полусне, Лис сделал последнюю затяжку и уже собирался выкинуть самокрутку, как почувствовал прикосновение чьих-то лап к своей ноге. Он резко обернулся и увидел ещё одного ящера, неведомо как оказавшегося рядом. В следующий момент чумной протянул свои грязные лапы к тлеющей самокрутке и завладел ею, слегка царапнув Лиса по подбородку. Одному Богу известно, зачем живому трупу понадобился этот огненный светлячок, но он заботливо укрыл его своими чешуйчатыми лапами, словно пытался продлить его жизнь.

– Он поцарапал меня! – истерично заорал Лис. – ОН ПОЦАРАПАЛ МЕНЯ!!!

– А я предупреждал.

– Я Ж СДОХНУ ТЕПЕРЬ!!!

Чёрный Ворон пожал плечами и направил мула меж двух живых покойников.

Следующие полдня Лис умирал от страха, гадая, заразил его тот чумной или нет. Каждые пять минут он проводил тщательную инспекцию всех своих чувств на предмет первых симптомов.

К ночи все сомнения рассеялись. Сперва на мягких лапах подкралась слабость, пригнувшая его к самой холке Огонька – его рыжего мула. Потом подоспели запыхавшиеся озноб с одышкой. Всё тело казалось лёгким, как пушинка, и хрупким, как рюмка. Лис обхватил Огонька за мощную шею, уткнулся в его мокрую гриву и тихонько заплакал.

– Фигово вам, людям, – сообщил Ворон. – Раз ошибёшься, и кранты. Прости, что втянул тебя во всё это.

На следующий день заболел и он.

Дольше всех держались мулы, но и они вскоре начали запинаться и мелко дрожать от натуги перед тем, как сделать очередной шаг.

Сзади уже с полчаса с противным скрипом ехала широкая телега мортуса, собирающего с дороги трупы. На ко́злах сидели двое дюжих ящеров, развлекающихся ставками: сколько ещё шагов пройдут мулы Ворона и Лиса, перед тем, как пасть, и встанут ли после этого сами наездники. Сами ящеры, кажется, совсем не боялись подхватить заразу, напрочь пренебрегая носатыми масками чумных докторов: те просто висели на бортах телеги наподобие оберегов.

– Они совсем дурные? – кивнул Лис на ящеров.

– Переболели… – из последних сил ответил демон. – На такую работу… и в госпиталь…

– Госпиталь?

Ворон не ответил. Он как-то неловко завалился на бок и выпал из седла в придорожную грязь. Его мул сделал ещё пару шагов, перед тем как опуститься в ту же грязь. Ящеры сзади загомонили: правый проспорил левому и не желал расставаться с деньгами.

– Ты мне и так две монеты должен! Теперь – одну!

– Зато я покупал нам выпивку последние три раза!

Огонёк припал на передние ноги, и Лис сполз через его голову, каким-то чудом умудрившись приземлиться на ноги. Он неловко присел на корточки рядом с мулом и заглянул в его расширенный от страха зрачок. Огонёк умирал и понимал это. Лис запалил самокрутку с драконьей травой и стал выдыхать дым в ноздри своему скакуну.

– Ты что делаеш-шь, дурик? – гаркнул правый ящер (про себя Лис окрестил его Кривым). – Пош-што над коняш-шкой издеваеш-шься?

– Может, ему не так страшно будет…

– Это дело! – одобрил левый, Косой. – А с нами поделиш-шься?

Лис достал портсигар и протянул ящерам по самокрутке. Потом ещё по одной… Через пятнадцать минут Огонька не стало, и все трое почтили его минутой молчания. Кажется, лошадям ящеры сочувствовали больше, чем своим сородичам.

– Ты который день болееш-шь? – поинтересовался Косой.

– Второй.

– О как! Для орка – цельное достижение. Давай, залазь к нам в телегу.

– Я ж ещё не сдох! – попытался протестовать Лис.

– А тебе всё равно одна дорога. Чумной госпиталь рядом с кладбищем. И так и так подвезём.

Лис попытался встать с корточек, но не смог. Ящеры взяли его под руки и усадили между собой, тесно придавив с двух сторон. Впрочем сейчас это было очень кстати. Сидеть самостоятельно становилось всё тяжелее.

– Но, Смертуш-шка! – скомандовали хором Кривой и Косой. Их кляча, кожа да кости, подумала секунд пять и покорно повлекла повозку за собой. Для Лиса так и осталось загадкой, как тщедушная кобыла умудрялась тащить столько груза, но её хозяев волновало не это.

– Чой-то она похудела. Неровён час-с помрёт!

– Да уж похудеешь, таскать этих …, – ящер грязно выругался в адрес умерших сородичей.

– За что вы их так не любите? – удивился Лис.

– А за что их любить? – Кривой ещё раз выругался. – Мы все свои семьи потеряли, а они от нас-с… как от огня!

– И не устроиш-шься никуда, кроме гос-спиталя и мортусов! – пожаловался Косой. – Такая жизнь хуже смерти!

– Так уж хуже?

– Поймёш-шь, коли поправиш-шься! ТПРУ-У-У! – ящеры остановили повозку и спрыгнули на дорогу за очередным покойником. Лис, внезапно оставшийся без поддержки, упал набок, а потом и вовсе на землю. В следующий момент всё поглотила тьма.

***

Тьма начала сгущаться и запахла серой.

– Да-а, вляпался ты… – проговорил расстроенный голос.

Чёрт неторопливо появился посреди чёрного обморочного забытья и критически осмотрел душу Лиса.

– Плохо, очень плохо! Бросил сладкую жизнь, чтобы спасти подругу, лошадку пожалел… Эдаким манером ты прямо в рай попадёшь. А ведь я так расчитывал испортить тебя и заполучить себе!

– Ну так спаси меня…

– На вы, пожалуйста! – оскорбилась нечистая сила.

– Вы спасите меня, а я постараюсь испортиться.

***

Лис лежал на чем-то мягком. Он открыл глаза и понял, на чём… Он бы дёрнулся от отвращения, но сил на это уже не было.

Телега с покойниками стояла на развилке, а ящеры-мортусы, судя по их голосам, были порядком перепуганы.

– Да отвяжис-сь ты от нас-с! – лопотал Кривой. – Какой ему гос-спиталь?

– Мы же не Стикс-с – решать, кому жить! – поддакнул Косой.

– В гос-спиталь! – скомандовал знакомый бесцветный голос. – Обоих покусаю! И кобылу вашу!

Сложно сказать, какая из угроз возымела действие. Видимо, ящеры направили повозку по нужной дороге, потому что Кобра довольно добавила:

– То то же!

Лис снова провалился в забытье, правда, в этот раз совсем ненадолго.

– Вы что, вконец окосели?! – возмутился дребезжащий тенор. – Это гос-спиталь, а не кладбище!

– Будто мы не знаем! – огрызнулся Кривой. – У нас-с тут змея…

– Бешеная! – снова поддакнул Косой.

– Да что вы мне в уши вкручиваете?

– Мой гос-сподин, – вступила Кобра, – должен выжить. Ес-сли вам дорога ваша жизнь, лучше поторопитес-сь!

Тенор булькнул что-то невразумительное и замолчал. Кривой и Косой сняли Лиса с груды трупов и погрузили на носилки.

– Да он и вправду ещё жив!

– Толку-то?

– Куда нести-то?

– К тяжёлым! Видишь, уже отходит?

***

– Какой крас-си-и-ивый! – протянул приятный девичий голос. – Вот бы вс-се орки были такие!

Лис попытался приоткрыть хоть один глаз, но не смог. Теперь и это было слишком трудно.

– Тебе-то откуда знать, что он красивый? – буркнул Кривой. – У него же вся морда рас-спухла!

– Джоана вс-сё знает, – вступил ещё один женский голос, низкий и прокуренный. – У неё глаз того… намётанный. Ха-ха-ха! – впрочем этот смех был такой грубый, что, скорее, звучал, как «ГА-ГА-ГА!»

– Его – ко мне! – скомандовала Джоана, пропустив насмешки мимо ушей.

– У тебя выздоравливающие, а он – тяжёлый! Только живую воду зря потратиш-шь!

– Его – ко мне, – повторила Джоана, и в её голосе послышалась сталь. – А ты давай, чеши к своим трупам! Простынут там без тебя.

***

Через два дня Лис пришёл в себя и смог даже слегка приподняться на локте. В палате (а точнее – шатре) для выздоравливающих было ещё девять коек, две из которых были свободны. На соседней койке дремала миловидная ящерка. На ней были аккуратные туфельки-лодочки и медицинский халат цвета морской волны – в тон её чешуе.

– Джоана, проснись! – позвал один из выздоравливающих. – Твой орчонок очнулся!

Ящерка милосердия приоткрыла один глаз, янтарный с прожилками, и встретилась взглядом с Лисом.

– И правда, очнулся, – она тепло улыбнулась. – Как тебя звать, орчонок?

– Звать Лисом. И я не орк. Я – человек.

– Да, точно, – припомнила Джоана. – Твоя змейка предупреждала, что ты большой фантазёр. А я в детс-стве представляла себя могучей Ультрамариновой Гидрой. Обожаю сказочки!

– Я правда человек!

«Замолчи, Бога ради! – прозвучал в его голове голос Кобры. – В нашем мире сейчас-с только один человек – беглый муж Гос-спожи. Ты же знаешь, что я всё ещё обязана слушаться и защищать её!»

«И меня.»

«И тебя! Никогда не думал, что со мной будет, если она явится сюда и попробует убить тебя? Моя Клятва испепелит меня, как бы я ни пос-ступила!»

Вот так и получилось, что для ящеров Лис стал орком. За то время, пока он лежал без сознания, Кобра успела сочинить целую историю про то, как её хозяин ударился головой и лишился всей памяти, кроме детских фантазий из книжек про людей.

– Хорош-шо, что ты выжил, – сообщил его сосед слева. – Джоана на тебя столько живой воды извела, что и под трибунал попас-сть недолго.

– Что за живая вода?

– Да ты и впрямь стукнутый! Трофейная живая вода! Ус-словие мира с котами! – и ящер рассказал о войне Единственной Империи с Кошачьим Королевством, детально разбирая, где ошибались политики и как надо было сделать по уму. Стоит ли говорить, что большую часть Лис пропустил мимо ушей?

Впрочем тому была и другая причина. Он напрочь пропал и утонул в янтарных глазах Джоаны. Наверное, это была та самая любовь с первого взгляда. И кажется, она была взаимная…

Через день Лис уже мог встать с кровати и почти самостоятельно преодолеть расстояние до госпитального двора. Среди ящеров он сразу стал чем-то вроде знаменитости, скорее всего, из-за волшебного бездонного портсигара. И пациенты и доктора раз за разом спрашивали у него какие-то глупости, лишь бы угоститься самокруткой-другой и тут же вспомнить о неотложных делах на другой стороне двора. Джоана тоже не пренебрегала обществом Лиса. Она выкраивала по десять минут каждый час, лишь бы посидеть и покурить с полюбившимся ей «орчонком».

– Со следующей недели меня снимают с должнос-сти, – сообщила она в один из таких перекуров.

– За что?!

– Я давала тебе дес-сять норм живой воды, а она на вес-с золота. Мои коллеги донес-сли куда надо, и теперь будет служебное рас-с-следование. Тебя тоже будут допрашивать. Но срок за соучастие не дадут. Ты же был без сознания.

– Давай сбежим!

– Куда? И на какие шиши?

– Ну за шиши можешь не беспокоиться, – он поманил её и шепнул на ухо. – С монетами мой портсигар тоже справится. Так что, бежим?

– Ты всерьёз?

– Потому что я тебя люблю, – неожиданно для самого себя сказал Лис.

Ещё в мире людей он применял эту фразу, как последний аргумент в уговорах. Джоана колебалась, и Лис добавил:

– Я бы позвал тебя замуж, но боюсь, что ты откажешься…

– А ты не бойся, парень, – Чёрт без приглашения подсел к ним на лавочку. – Похищай её и делай ноги. Со вторым пунктом могу помочь хорошим советом. Этой ночью в трёх верстах отсюда будет проходить цыганский табор.

***

– Какого чёрта ему от тебя надо? – шёпотом спросила Джоана.

Стояла чёрная безлунная ночь. Они подкрались к ветхому гнилому забору, отодвинули трухлявые доски и в следующий момент были уже на свободе. Лис ещё не вполне пришёл в себя после болезни, и опирался на посох, позаимствованный у привратника.

– Чёрту-то? Хочет сгубить мою бессмертную душу.

– У орков же нет душ-ши?

– Подловила, – усмехнулся Лис. – Чёрт – давний враг моей первой жены-демоницы, – он прощупал посохом глубокую лужу у себя на пути. – Явился в мои покои в первый же месяц моей дольче-вита и говорит: «Жалко мне тебя, прозябаешь в тени своей царственной супруги. Помоги мне свергнуть её, а я тебе – её королевство.»

– А ты?

– А я жене рассказал о нашем разговоре. Лучше бы не рассказывал.

Дорога взбиралась на небольшой холм, и Лис надолго замолчал.

– Она после этого всех подряд подозревать начала. Короче, закрутились жернова репрессий.

– Из-за одного раззговора? Она чокнутая?

– Как сказать… У неё обоих родителей убили в борьбе за трон.

– Погоди-ка! – выпучила глаза Джоана. – Так ты – Волшебник Менес-стрель, муж Великой Герцогини?!

– Ты не первая, кто путает меня с ним, – усмехнулся Лис. – Мы с Менестрелем похожи. Он примерно моего роста, примерно моего возраста…

– …а ваш-ши жены – вообще, как две капли воды, – пробормотала Джоана, подскользнувшись и чуть не упав.

– Нда. Кстати, о жёнах… ты согласна?

Ящерка остановилась и слегка высунула свой раздвоенный язык – как и всегда, когда обдумывала что-то важное.

– Покажеш-шь мне свой сказочный мир, человек?

– А ящеры умеют менять внешность?

– Я могу сбросить шкуру и вырас-стить следующую чешую другого цвета. А что?

– Ничего. Придётся затонировать мою тачку.

– Тачку? – не поняла Джоана.

– Как бы тебе объяснить… В моём мире все передвигаются на механических каретах…

– Без лош-шадей? Ну ты и враль!

Лис пожал плечами, и некоторое время они шли молча.

– Перекрёс-сток трёх дорог, – наконец объявила Джоана. – Табором тут и не пахнет. Разве что вон тот… фургон?! – указала она в сторону чрезвычайно странной конструкции.

Лис ущипнул себя за руку и протёр глаза. Не помогло. Чем дольше он смотрел, тем больше узнавал древний внедорожник «Луаз», старательно замаскированный под цыганскую кибитку – вплоть до оглоблей, уткнувшихся в мокрую землю.

Водитель заметил их и поморгал дальним светом.

– Собственно… – почти смущённо сказал Лис. – Как я и говорил. Механическая карета.

Джоана осмотрела «Луаз» со всех сторон и выдала свой вердикт:

– Без лош-шади не поедет.

– Лошадь издохла, – водитель вылез из салона и скрутил оглобли. – Ну-ка малец, помоги!

Вдвоём с Лисом они закинули фальшивые оглобли на крючья на правом борту и закрепили их верёвкой. Снова начался дождь, и они забрались в салон.

Внутри стоял тяжёлый дух индийских благовоний. Пол кузова устилали старые советские ковры, поеденные молью и явно давно не стиранные. Поверх всего этого были навалены коробки с разнообразным контрафактом, в основном, парфюмом и смартфонами. Хозяин фургона, пожилой цыган с родимым пятном во всю правую щёку, достал трубку и закурил. В клубах разноцветного дыма повисло неловкое молчание.

– А где остальной табор? – наконец, решился Лис.

– Они не приедут. Их менты приняли, теперь мне выкуп собирать.

– А сколько надо?

– Тебе-то что? – внезапно ощетинился цыган. – От тебя мне деньги не нужны. Говори, куда тебя закинуть, и разбегаемся.

– Я вам не нравлюсь?

– Мне хозяин твой не нравится.

– Какой ещё хозяин? – вполне искренне удивился Лис, и в следующий момент всё понял. – Так вас Чёрт прислал?! Он мне не хозяин! Просто пристал, как банный лист к ж…!

Цыган пригвоздил его своим колючим взглядом и некоторое время так и держал.

– И что же ты за птиц такой важный, чтобы к тебе сам Чёрт пристал? – он выпустил ещё три разноцветных колечка дыма: жёлтое, синее и зелёное.

Лис отвёл глаза:

– Вы правы. Он мой хозяин.

– А вот сейчас врёшь!

– Переместите нас в Москву. Поближе к 12-му Обществу Слепых в Ивановском.

У цыгана вытянулось лицо.

– Так вот в чём дело! Мог бы и раньше догадаться! Единственный человек во всём волшебном мире!

– Я не…

– Это было очень благородно, – он протянул руку, всю в перстнях и кольцах. – Уважаю. Барон Аладар – к твоим услугам.

– Что благородно?

– Освободить её из рабства Армэля. Алиса – наша сестра.

Аладар повернул ключ в замке зажигания, с хрустом воткнул первую передачу и тронулся. В салоне запахло выхлопными газами, и они поспешно открыли все форточки. Машина проехала несколько метров, когда снаружи послышалось противное хлюпание. Лис высунулся из окна и выглянул под колёса, да так и остался с открытым ртом. «Луаз» не спеша поднимался в воздух.

– Ни фига ж себе!

Аладар усмехнулся и достал из бардачка кипу хрустящих и пожелтевших от времени географических карт. Те были настолько древние, что по углам каждого листа красовались щекастые ветра с человеческими лицами, а в океанах (обозначенных не иначе как «Море-Акиянъ») резвились разнообразные морские чудища. Цыган нашёл нужную карту и протянул Лису.

– На, держи. Будешь штурманским учеником. Лучшая точка входа в земной мир – над Камчаткой.

– А вы тоже дракон?

– Почти. Цыгане – младшие братья драконов. Поэтому мы и можем путешествовать по всей вселенной.

***

– Вот это уже враки! – не поверила Ночь. – Почему их тогда не ловят полицаи Арг-Кхана?

– Не знаю, – Лис протяжно зевнул. – Аладар как-то объяснял, но я тогда пьяный был. Ты это… Если не собираешься спать, вылазь из гамака. Меня опять вырубает.

– Я могу избавить тебя от кошмаров, – внезапно предложила орчанка. – Как аванс за моё перемещение.

– А твои заклинания не засекут?

– Это не заклинания. Я просто надавлю на пару точек на твоем теле и погружу тебя в транс. Ложись.

Он забрался в гамак.

– Задери футболку и закрой глаза. Теперь расслабься и не сопротивляйся. Мне нужно лишь дотронуться здесь… – Лис ощутил прикосновение на пару сантиметров ниже пупка. Ладонь орчанки, мягкая, как плюш, и холодная, как эксимо, нежно гладила его, потихоньку поднимаясь всё выше.

– …провести на три с половиной пальчика вверх… – продолжала Ночь.

– Три с половиной пальчика? – осоловело спросил он.

– Шаманская мера длины. Хотя нет, у тебя тут целых четыре пальчика, даже с четвертью. Немножко другая анатомия. Теперь поворот налево и вглубь…

Холод медленно растекался по его внутренностям, а всё тело стало абсолютно невесомым.

– Теперь аккуратно по этой вене… м-м-м, нет, лучше вот по этой. И вверх до сердца, – её голос уже доносился, как из глубокого колодца, – а отсюда по спирали в мозг. И не отпускать. Тебе понравится мой бассейн.

– Бассейн? – еле выговорил он.

– Сейчас поймёшь. На счёт три. Раз. Два. Три.

И тут в его сознании словно выключили свет, ранее пробивавшийся сквозь веки. Ушли в отпуск слух, обоняние и почти всё осязание. Вестибулярный аппарат наполнился гелием, отвязал верёвочку и отправился в свободный полёт. Теперь не было верха, и не было низа – что уж говорить о других направлениях. Лис тихо покачивался в какой-то водной толще и уже начинал жалеть, что рано или поздно придётся проснуться. Ни забот, ни тревог, лишь холодные и тёплые потоки, ласкающие его сознание…

– Спокойной ночи, приятных снов, – пожелал он себе и всему миру.

***

Вверх по отвесной скале медленно ползла неприметная змейка. Здесь, на высоте, безраздельно господствовали жестокие, подчас шквальные, ветра. Они уже несколько раз пытались сорвать Кобру со скалы, и всякий раз она замирала и вжималась в крохотные трещины, кляня весь мир и себя саму.

Наверху, под самыми облаками несли свою вахту бойцы капитана Зорркай-Глаза, готовые уничтожить любого, кто попробует проникнуть в крепость. Или почти любого. Даже если кто-то из стражников и заметил бы Кобру, ему и в голову не пришло бы тратить на неё стрелу. Диких змей в округе водилось превеликое множество, и соблазниться ими можно было лишь от большой нужды. В отличие от домашних, они были чёрствыми и жилистыми. А уж заподозрить безмозглую гадину в каком-то злом умысле мог лишь законченный параноик. На это и был расчёт.

Кобра сама придумала этот план и безмерно гордилась им. В их с Лисом команде именно она была мозговым центром и генератором идей, а её человек всего лишь цокал языком и восхищался змеиным интеллектом. Ещё в начале их знакомства он включил на полную свою «сверхспособность» – бессовестный подхалимаж и неприкрытую лесть. Кобра, привыкшая лишь к приказам своих прошлых хозяев, была сражена наповал…

Наконец, она доползла до верха и огляделась.

Замок, когда-то крепкий, уже начинал потихоньку разрушаться. Там и сям стены потрескались и были подмазаны свежим цементом, а угловые башни подпирали толстенные сосновые балки. При главных воротах были установлены рамки волшбоискателей. Рядом скучали караульные. Один из них скользнул взглядом по невзрачной змее и принялся ковырять в зубах. Второй был занят высасыванием мозговой кости. Ворота открылись, и из них вышли ещё четверо орков. Они прошествовади мимо Кобры к краю скалы, на ходу обсуждая свою нелёгкую службу:

– Какой смысл пялиться вниз? Надо привести в порядок аркбалисты! Он нападёт с воздуха!

– Кто – он?

– АРГХ! Дружок этой чокнутой драконихи!

– Ты – параноик, Хоррг! Кому она нужна?

Орки уселись на край скалы, достали бумажные кульки с семенами подсолнечника и продолжили свой спор уже вполголоса. Кобра тихонько проползла к крепостной стене и юркнула в трещину.

***

– Ну вот, – подытожил Лис, отрываясь от подзорной трубы. – Проникновение свершилось. Всё идёт по плану.

– А что за план?

– Простой такой план. Кобра проберётся в башню и передаст Алисе часть моей волшбы. Ровно столько, чтобы она снесла ма-а-аленькое яйцо и перекинулась в какую-нибудь змейку. А дальше они тихо-мирно уползают оттуда. Потом мы идём к Аладару. Он вместе с табором должен стоять на поле у трактира «Бойкая сойка». Получаем выигрыш, и Аладар переправляет нас домой…

– Какой ещё выигрыш?

– Денежный. После трёх месяцев тюрьмы Алиса дошла до такого отчаяния, что объявила Игру. У неё было несколько воздыхателей разной степени паршивости. С каждым из них она связалась посредством телепатической связи и пообещала себя – если он спасёт её раньше других. Аладар узнал об этом состязании и принимает ставки. Если я всё правильно понимаю, из семи претендентов четыре уже схвачены и ещё один под вопросом. Так что остаются двое – я и господин Белый Кот. Он – опытный головорез и подлец, и поэтому все ставят на него, 40 к 1. А я поставил на себя. Собственно, это было уже при тебе, когда мы утекали из гостиницы.

– А что Чёрный Ворон?

– Под вопросом. Я потерял его, когда мы заболели чумой. Его тело умерло, но сам он мог вселиться в кого угодно. Или восстановить старое тело. Скорее всего, он попытается убить меня, – Лис тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. – Давай лучше о приятном. О наших деньгах.

– Ты сказал «наших»?

– Ну да. Тебе полагается треть. Ты тоже внесла свою лепту, наряду с Коброй.

– Какую ещё лепту? Кобра отдувается за нас троих! Ты просто травишь байки и куришь дурь, а я и того не делаю!

– Ну хочешь, тоже покури, – он достал из портсигара очередную самокрутку и протянул орчанке.

– Эту драконью дрянь? – скривилась она. – Ты хоть знаешь, что от неё бывает?

– Ни-че-го. Этот сорт вывели по заказу моей первой жены. Такой подарок на день свадьбы. Подносит мне и говорит: «Кури на здоровьичко. Теперь тут только одна польза и витаминки.»

Сначала Ночь решила, что Лис шутит, но потом взглянула в его глаза и поверила. Был он плут и обманщик, но почему-то вызывал доверие. И симпатию…

– Так будешь или нет? – он присел на поваленное дерево и похлопал рукой рядом, приглашая присоединиться.

Они выкурили по одной самокрутке, потом ещё по одной… Ночь захлестнули ощущение полного, всепоглощающего, счастья и необходимость срочно поделиться этим счастьем со всеми окружающими…

***

Лис смотрел на вечереющее небо и тихонько мурлыкал себе под нос:

– …и ты можешь лгать, и можешь блудить,

И друзей предавать гуртом!

– А пото́м? – спросила орчанка, неторопливо одеваясь.

***

«…а то, что придётся пото́м платить —

Так ведь это ж, пойми, пото́м!»

Аладар выключил магнитолу на середине песни.

– Он всем так говорит. Только платить приходится сразу и много. В его договорах всегда есть мелкий шрифт.

– Вы про Чёрта?

– А про кого ж ещё? Думаешь, что заключаешь выгодную сделку, а в итоге… что он от тебя хотел?

– Помочь свергнуть жену. А потом, когда я набакланил на него, пришёл на следующую ночь и говорит: «Ну и ладно. Всё равно ты не выдержишь с ней долго.» Как он узнал?

Аладар кинул быстрый взгляд на задремавшую Джоану и шёпотом ответил:

– Значит, он тоже увидел.

– Что?

– На тебе драконья метка.

Лис ожидал продолжения, но цыган замолчал и полностью сосредоточился на дороге.

– Что ещё за метка? – наконец, спросил Лис.

Аладар ухмыльнулся и не спеша объяснил:

– Что-то вроде стрелы Купидона. Знак, который драконы неосознанно ставят на своих избранников.

– То есть, по этой логике, я вообще не должен смотреть на других девчонок?

– Всё не так просто. Скорее, ты будешь чувствовать эдакую пустоту в своей жизни и вечно пытаться заполнить её. Будешь вечно искать приключения на свою ж… И приключения будут искать тебя.

– В смысле?

– Какая Алиса? Опиши одним словом.

Лис припомнил свои впечатления об её человеческом обличье. Огнённо-рыжая бестия, бесшабашная и чертовски красивая. Только это было вовсе не главное…

– Одним словом не могу. Помните, в девяностых все кассеты были с дурацким переводом? Я уже забыл, что это за фильм был… там ещё такой бодрый джаз и красивые тачки… и тётка говорит мужику, – он зажал пальцами нос и продолжил нарочито гнусаво, – «Джейн, может, и даст тебе крылья, но я бы дала целую ракету».

– Вот! – Аладар поднял узловатый палец. – Те, кого пометили, начинают посылать такие же сигналы. Ты и сам будешь казаться другим «ракетой». Такая вот драконья метка. То ли дар, то ли проклятие.

Лис кивнул и попытался переварить новую информацию. С полчаса они молчали. Аладар сменил кассету в магнитоле.

«Я рисую на стенах окна и двери,

Я играю на струнах электропроводов.

Полетай со мной, если сможешь поверить…»

Мир за окном начал меняться. Распадались и созидались созвездия, свет сменялся тьмой и наоборот…

Лис протёр глаза.

Всё пространство вокруг стало старинной географической картой. Они плыли на запад по 57-му градусу северной широты, уворачиваясь от выцветших чернильных кракенов. Те тщились ухватить их своими присосками, нарисованными столетия назад острым гусиным пером.

Лис сморгнул, и видение исчезло.

Они вновь летели на старом «Луазе» во вполне реальном мире над каким-то не в меру затянувшимся в пространстве материком.

– Странно, – Аладар прямо на ходу открыл дверь и посмотрел вниз. – Только что над Камчаткой летели, и вдруг – Франция.

– А как вы определили?

– А теперь – Мадагаскар… – пробормотал он, озадаченно наблюдая, как реальность то и дело сменяется географическими картами, а те перелистываются, как доллары в счётчике банкнот.

– И что это значит?

– Ничего хорошего. Мы увязли в Нестабильностях.

– А я читала в сказках, – Джоана потянулась и сладко зевнула. – Это мифическое место-мозаика, иногда даже из разных миров.

– Всё правильно. Только оно не мифическое, а вполне себе настоящее. В иных Нестабильностях время несётся вскачь, а в иных – плетётся, как черепаха. Пробудешь там полдня, а в остальном мире уже прошли годы. Или наоборот…

Цыган нажал пару кнопок на приборной панели, и их необычный транспорт стал ещё необычней. Натужно загудели невидимые сервоприводы, и тент, укрывающий заднюю часть «Луаза», раскрылся и расправил два брезентовых крыла. Те крылья напомнили Лису самолеты-этажерки начала 20-го века, ещё неуклюже копирующие птиц. Крылья затрепетали, ловя воздушные потоки. Захлопала на ветру плотная ткань, шитая и перешитая не один раз…

– А зачем нам крылья? Мы же итак летим!

– Для экономии. Мы летели на волшбе, а её хватает максимум на три часа. А в Нестабильностях можно застрять как следует. И ещё дюже повезёт, если выберешься. В прошлый раз треть табора потерялись по дороге.

– В смысле – потерялись?

– В смысле наглухо. Слыхал про Пожирающих?

– Что ещё за Пожирающие?

– Пираньи Междумирья. Поодиночке почти не страшны, но когда собьются в стаю – пиши пропало. Цыганскую душу обгладывают за пять минут.

– А ящериную? – жалобно спросила Джоана.

Аладар не успел ответить. Слева послышалось низкое голодное рычание. Они резко обернулись.

Парочка тварей, похожих на больших чёрных морских ежей, повисли на крыле в паре метров от них. Можно сказать, что они светились, только это было не совсем то слово. Они темнились, излучали тьму, и слегка мигали, как огонёк свечи, подрагивающий от слабого ветерка. В самом их центре полыхали глаза, похожие на маленькие адские жаровни. Брезентовые крылья задёргались, пытаясь стряхнуть незваных гостей. Одна из тварей издала трубный звук, атональный и режущий слух. В воздухе рядом с ними вмиг появились ещё трое таких же «морских ежей».

Цыган чертыхнулся и достал из-под сиденья дробовик «Моссберг-Круизер».

– Заткните уши, – посоветовал он и тут же, не целясь, выстрелил.

Первый же выстрел проделал в одном из Пожирающих огромную дыру и оглушил его соседа. Тот отцепился от крыла и свалился куда-то вниз, в пасть нарисованного морского чудища. Трое оставшихся «ежей» нырнули под днище машины, прежде чем Аладар успел передёрнуть затвор и выстрелить второй раз. Он перехватил дробовик одной рукой и резко крутанул руль. Машина ушла вправо, снова оставив Пожирающих по левому борту. Следующий выстрел убил ещё одного хищника.

– То-то же, – пробурчал цыган, наблюдая за позорным отступлением выживших. – Это вам за моих братьев и сестёр, – он закурил и надолго замолчал. – Ты кем по жизни будешь? Чем планируешь заниматься?

– А это так важно?

– Ну… теперь ты в конкретном гэ. Твоя бывшая стала могущественной чернокнижницей. И она явно не стерпит твоего бегства. Так что на одном месте тебе лучше не задерживаться. Хочешь в мой табор вписаться?

– А что нужно делать?

– Разводить лохов. Вот, например, – цыган потянулся через весь салон и ухватил коробку со смартфоном. – Эти сейчас самые модные, понял? – словно в подтверждение, он ковырнул ногтем наклейку с надкушенным фруктом. – Хочешь? За полцены отдам, как родному.

– Да ну, – Лис достал из кармана древний мобильный телефон с разбитым экраном. – У меня вот.

– А, Нокия-кирпич! – обрадовался цыган. – У меня такой же. Им в случае чего и убить можно. И заряд неделю держит. Короче схема такая, – продолжил он без переходов, – подходишь к лоху, говоришь: подрезал вот в фирменном магазине, купи, брат, по дешевке.

– А потом? Не найдут?

– А пусть попробуют. Я, знаешь ли, меняю голоса и лица, – он закрыл лицо руками, оставив узкую полоску глаз. – Хорошо запомнил меня? Ну-ка опиши!

– Родимое пятно во всю правую щеку. И невус над левым глазом.

– Уверен? – проскрипел Аладар не своим голосом и убрал руки.

Невус и родимое пятно исчезли. Зато теперь на его лице, прежде чисто выбритом, прописались усы и неопрятная кучерявая бородка, вызывающая одни лишь неприличные ассоциации.

– Это грим, что ли?

– Это цыганская магия, дружок. Или вот ещё один пример благородного кидалова. Устраиваешь тотализатор, и явного фаворита маскируешь под аутсайдера. А потом сам ставишь на него…

– Что-то я не понял эту схему, – перебил Лис.

– На это и расчёт. Все думают, что казино не может играть против себя и получать выгоду. Вообще, схема красивого благородного развода…

– И что же такого благородного в обмане? – встряла Джоана.

– …основывается на примитивных инстинктах лоха. Того самого «доверчивого гражданина» из милицейских сводок, про которого вернее сказать «тупой жлоб». Жлоб, потому что хочет получить дорогую вещь задаром. А тупой – потому что уверен, что у него-то это получится. Ты вот за дорогим телефоном куда пойдёшь?

– Ну в «Евросеть» какую-то.

– А жлоб в переходе возьмёт, без документов и коробки, зато за полцены. То есть явно краденый. И что, таких не надо разводить?

– А от меня-то что нужно?

– Ну-у… например, ты бы изображал русского, который мне верит и готов купить этот хлам даже дороже, потому что остался последний телефон. А ещё иногда мне нужен телохранитель.

– Это я-то – телохранитель?

– Не прибедняйся. Мне один колдун напел, что на тебе куча Повышающих Заклятий, пусть и в спящем режиме. Тебя только тронь и костей не соберёшь.

– Ключевое слово «меня». Заклятья охраняют только меня.

– Я придумаю, как обойти это условие. Ну как, по рукам?

– Я подумаю.

– О! – цыган резко нажал на тормоз, и «Луаз» начал терять высоту. – Повезло! Москва! Вон Третье Транспортное… – указал он пальцем, – вон Шоссе Энтузиастов… странно, где все машины? А это что за?..

На месте Измайловского парка в одно мгновение вырос дивный лес. Стволы деревьев были из чистейшего горного хрусталя, а каждый листок являл собой маленькое зеркальце. Все эти зеркала отбрасывали тысячу и один блик, а хрустальные стволы расщепляли свет заходящего солнца на спектр всех цветов радуги. И всё это буйство красок снова проходило через листы-зеркала, расцвечивающие всё вокруг волшебным калейдоскопом.

Они засмотрелись на причудливую игру света и не заметили, как приземлились. «Луаз» коснулся колёсами дороги и как-то подозрительно быстро затормозил. Шины начали погружаться в асфальт. Аладар чертыхнулся и врубил задний ход. «Луаз» рванулся раз, другой, но всё прочнее завязал в зыбучем асфальте. Колёса погрузились на треть, потом наполовину. В следующий момент внедорожник «сел на брюхо».

– Приехали, – резюмировал цыган. – Станция «Петушки».

Они вылезли из салона на крошечный капот – самую высокую точку машины за исключением тентованной крыши. Сверху послышалось низкое рычание. Метрах в десяти у них над головами кружили семеро Пожирающих. Аладар достал дробовик и вручил его Лису.

– Справишься?

– А вы?

– А я позову на помощь, – он закрыл глаза и застыл в одной позе, беззвучно шевеля губами.

Один из Пожирающих спикировал на Лиса, и он рефлекторно выстрелил. Отдача чуть не сбила его с ног, зато противник был выведен из строя. Окрылённый успехом, Лис выстрелил ещё раз, пытаясь достать остальных врагов, но промазал.

– Готово, – сообщил цыган. – Помощь в пути. Отдавай мою волшебную ружбайку.

Пожирающие заметили, что оружие перешло к опытному стрелку, и резко потеряли интерес к своей добыче. Они поднялись в небо и исчезли за облаками, прорычав напоследок что-то определённо оскорбительное.

– А что за помощь?

– Доживём-увидим, – пожал плечами Аладар. – Может, поблизости есть мои братья, может…

Он замолчал и закурил. Автомобиль погружался всё глубже и глубже. Даже по самым радужным оценкам у них оставалось от силы двадцать минут.

– Как-то дурацко всё вышло, – виновато выговорил Лис. – Извини, Джи.

– Какая разница, – отозвалась ящерка, обнимая его. – Из наших тюрем всё равно не возвращаютс-ся…

Её прервал оглушительный гудок. Заслышав такой, впору было предположить, что сигналит какой-то большой грузовик. Каково же было удивление Лиса, когда он увидел летящую на бреющем полёте «Копейку» цвета песчаной бури! Машина зависла рядом с «Луазом», гостеприимно распахнув двери и почему-то капот.

– Красота, – протянул Лис, очутившись в салоне. Тот был перешит и переделан подчистую. Кресла, дверные карты – всё было покрыто ярко-красной кожей высшего качества. Вместо рычага родной «механики» красовался винтажный рубильник автоматической коробки передач. Шильдик около бардачка недвусмысленно намекал на хозяйку автомобиля.

– «Лада-Алиса Супер Спорт», – прочитал вслух Лис. – Капец! Алиска оживила железяку!

– Поговори мне тут, – раздался чуть хриплый женский голос из динамиков стереосистемы. – Придурок кожаный.

– Ой… Извините!

– Извиняю. На первый раз.

– А как вы летаете?

– Так же, как и все Духи Огненного Ветра.

Должно быть, лицо Лиса вытянулось совсем уж комично. Машина зашлась сочным смехом, похожим на звук мощного мотора, и лишь отсмеявшись, уточнила:

– Как, по-твоему, за кем я прилетела?

– За нами?

– Больно надо! Я выручала своего младшего брата из его драндулета.

Лис кинул взгляд на утопающий «Луаз», и заметил, что у того тоже распахнут капот. В этот же момент в динамиках раздался мужской голос:

– Спасибо, Искра.

– Дурак бедовый, – отозвалась та, разворачиваясь через двойную сплошную. – И почему все мужики такие безалаберные?

– Сама-то! – огрызнулся дух «Луаза». – Забыла, как попала Алисе в услуженье?

– У нас равноправные отношения, – как-то не очень уверенно ответила Искра. – Она даже нашла мне большой просторный мотор.

– Это в «Жиге»-то просторный мотор?

– Эта тачка только с виду, как «Жигули»! Здесь шестилитровый V-8, если ты ещё не заметил!

Духи Огненного Ветра так увлеклись уютным семейным разговором, что не заметили огромную грозовую тучу, сгущающуюся на пути «Копейки». Из тучи хищно тянулись жирные молнии-щупальца, расцвеченные светом из других миров.

– Ты вообще за дорогой не смотришь?! – гаркнул Аладар, изо всех сил давя на педаль тормоза.

«Лада-Алиса» фыркнула что-то неразборчивое, вроде «пристегнись». В следующий момент мотор взревел, словно под капотом проснулись легендарные Птицы Грома. Лис так и не понял, как машина набирает скорость, не касаясь колёсами дороги, но она набирала, и ещё как. Разгон вдавил их в сиденья, а картинка за лобовым стеклом размазалась в разноцветные пятна. «Лада-Алиса» летела прямо в чёрное облако и напевала Вагнера.

– Ты убить нас решила?! – хором заорали они.

До столкновения с адским облаком оставалось всего ничего, как машина резко взяла вверх и заложила мёртвую петлю. На секунду сила тяжести в салоне увеличилась раза в три, и Лис почувствовал, как его спинные позвонки входят друг в друга, складываясь, как походный стаканчик. В глазах поплыло.

***

Машина тихо приземлилась на крышу типовой 12-этажки и заглушила двигатели. Недовольно курлыкнула стая жирных московских голубей, одуревших от зноя полуденного солнца, да ухнул с антенны филин. Он пристально посмотрел на нарушителей спокойствия своими голубыми неоновыми глазами и навострил уши.

– Ну вот и всё, – подмигнул Аладар Лису и Джоане. – Идите, дети мои, и будьте счастливы. Хотя я, конечно, слабо представляю…

– Я тоже, – нахмурилась ящерка. – Вряд ли у нас-с что-то выйдет.

– В смысле? – не понял Лис. – Мы же…

– Я слышала ваш-ш разговор про драконью метку. Получается, я не была в тебя влюблена. Это всё дурацкая волш-шба! К тому же ты всё равно уйдёш-шь от меня… – печально заключила Джоана.

Лишь только она это сказала, Лис понял, что всё так и будет. До последнего, пожалуй, слова.

– Но ты спасла меня! Дай хотя бы вернуть долг!

Ящерка ненадолго задумалась.

– В одной нашей сказке говорится о легендарном Ос-строве Варанов. Может, ты знаеш-шь, где это?

***

– А разве есть такой остров? – удивилась Ночь.

– Не знаю. Я отвёз Джи на Комодо. Кажется, она была довольна.

– Что ещё за Комодо?

Им не дали закончить. Внезапно земля содрогнулась, а небо озарилось огнём. Температура воздуха разом скакнула градусов на десять.

– Что это за?!..

Лис вскочил на ноги и жёстко скомандовал:

– Собирай шмотки! Сваливаем!

– Что случилось?

Он достал подзорную трубу и устремил её в небо.

– Табор Аладара уже на месте, у «Бойкой Сойки». За сколько сможем добраться дотуда?

– Если бегом и по прямой – минимум три часа.

– Тогда ходу! Ходу!!!

– Да ты можешь объяснить, в чём дело? – крикнула Ночь уже на бегу.

– Сама догадайся!

К этому моменту стало жарко, как в пекле. По небу пронеслась огромная крылатая туша, на пару мгновений заслонившая всё и вся. Каждый взмах исполинских крыльев порождал небольшой ураган, и вековые деревья гнулись, как худосочные травинки. И даже несмотря на недавние проливные дожди, многие из них загорелись, словно облитые напалмом.

– Это что, Алиса?!

– Да!!! Кобра не учла, с кем имеет дело! Алиса убила её, выпила всю мою волшбу за раз и переродилась вот в это! Она тут камня на камне не оставит!

– У вас телепатическая связь! Вели ей прекратить!

– Я пытаюсь! – он остановился на краю поляны и судорожно хватал ртом воздух. – Это не так просто, как кажется!

Взмахи огромных крыльев, только-только затихшие в отдалении, вновь возвращались. Дракон на мгновение завис над поляной и камнем спикировал прямо на них. Не успели они оглянуться, как указались в трёхметровых лапищах Алисы. В следующий момент она взмыла в небеса с громоподобным рыком:

– Ты ещё здесь?! Сваливай отсюда, пока цел!

Весь лес внизу уже полыхал. На месте Игральной Крепости теперь была бесформенная оплавленная глыба, ещё не успевшая остыть, и светящаяся, как жаровня с углями.

– Я требую свою награду немедленно! – прокричал Лис.

– Вот прямо сейчас? – рассмеялась дракониха, поднявшись выше облаков и разлёгшись в них, как в пуховой перине. – Может, всё-таки дождёшься моего человеческого обличья?

– Ты обещала мне всё, что я пожелаю? Я не прошу твоего тела. Вынеси нас отсюда!

– Извини, блондинчик, сейчас никак. Мне нужно разобраться с их вождём, пока есть элемент внезапности. Давай, доставлю тебя к цыганам, а встретимся уже на Земле.

– Пожалуйста, не надо! – взмолился Лис. – Я не смогу спасти тебя во второй раз! Ты же убила моего курьера!

– Ой, да ладно тебе… кстати, – подмигнула она изумрудным глазом, – смотрю, ты подготовился ко встрече со своей рогатой половинкой. Растёшь!

– Ты о чём?

Дракониха вскинула брови и уточнила:

– Она же охотится за тобой?

– Да уж будь спокойна! – ни с того ни с сего встряла Ночь. – Ещё как охотится!

– А-а-а, так это твоих рук дело?

Орчанка встретилась взглядом с Алисой и посерела лицом. Некоторое время они играли в гляделки, верно, общаясь телепатически. Наконец, дракониха обернулась к Лису и сказала:

– Значит так, герой-любовник. Дуй на Землю и приляг где-то на дно. И избавься от балласта, – указала она орчанку. – Ещё раз замечу её рядом с тобой – сожгу.

– Не надо! – пискнула Ночь. – Я возьму свою долю и исчезну!

– Дальше. Найди мою тачку. Там в багажнике пятое измерение. Целая квартира. Всяко лучше, чем в избе.

– Знаю, – кивнул Лис. Он хотел сказать что-то ещё, но Алиса перебила:

– Не сейчас. Запомни-ка одно заклинание, – она встретилась с Лисом глазами, и в его голове прозвучали заветные слова. – Это чтобы позвать машину к себе.

«Спасибо», – мысленно поблагодарил он.

«Да на здоровье, – Алиса оскалилась зубами-саблями. – Ну, понеслась!»

Она сложила крылья и провалилась в мягкую вату облаков. На секунду всё вокруг побелело. Потом они вынырнули снизу, и дракониха в три мощных взмаха преодолела расстояние до табора. Алиса приземлилась на поле, аккуратно поставила их на землю и крикнула цыганам Аладара, бросившим сборы, лишь бы поглазеть на неё:

– Ну что, все видели? Главный приз отходит блондинчику! Пока, братишки! – махнула она крылом, исчезая в раскалённом докрасна небе. – КАВА-БАНГА!

***

– Господин Цыган! – издалека салютовал Лис. – И конечно, господин Проигравший Кот, – он слегка наклонил голову.

– Я бы не стал торопиться навешивать ярлыки, – прошипел Белый Кот, красный от ярости. – Не всё так однозначно, знаешь ли.

Цыган же вместо приветствия едва заметно покачал головой. По глазам Аладара было видно, что он хочет о чём-то предостеречь, но боится даже раскрыть рот. Впрочем Лис и сам почувствовал повисшую в воздухе гремучую взвесь опасности. Он сделал несколько пружинистых шагов назад, увлекая за собой орчанку.

– А по-моему, вполне себе однозначно, – продолжал он меж тем свои шпильки. – Даже если я внезапно тяжело и неизлечимо заболею… ты так и останешься Котом-Неудачником. Тебе не достанутся ни Алиса, ни мой баснословный выигрыш.

Белый Кот заскрипел зубами и положил лапу на эфес своей шпаги.

– Смотрю, ты хочешь померяться силами? – Лис отступил ещё на один шаг. Он достал из-за пояса кортик демонской работы. – Учти, у меня есть пара тузов в рукаве.

– Твои тузы не спасут тебя, Менестрель, – произнёс стальной голос Великой Герцогини Демонов. Как и Чёрт, она появилась в нашей сказке вполне театрально. Вокруг Лиса и Ночи вмиг проросла густая и высокая живая изгородь – серебряные розы на чёрных шипастых стволах. Мир сузился до островка в десять метров.

– Спору нет, ты прекрасна в любых обличьях, – признал Лис, пятясь в центр круга. – Но зачем это?

– В первую ночь ты сказал, что хотел бы умереть в моих объятиях, – шипы пододвинулись чуть ближе, и на них заплясали искорки серого пламени.

– Всё так серьёзно? Может, обернёшься человеком?

– Чтобы стать уязвимой для твоего волшебного кортика?

– Да ладно тебе! – он спрятал клинок. – Поглажу тебе спинку, помиримся пару раз…

– Это невозможно, как бы я того ни желала, – вздохнул розовый куст, продолжая сжимать кольцо. Острые шипы Герцогини выросли до размера стилетов и придвинулись ещё ближе. – Ты опозорил меня перед моими подданными. Если я спущу тебе это оскорбление, все решат, что об меня можно вытирать ноги.

Лис пожал плечами и достал портсигар. Краем глаза Ночь заметила, что руки его мелко дрожат.

– Не бойся, – вполголоса сказала она. – Все будет хорошо.

– Знаешь, о чём я сейчас жалею? – его голос сорвался в какое-то писклявое сипение. – Что отказался от чёртова… – Лис осёкся, уткнувшись взглядом в россыпь чёрных стилетов в десяти сантимерах от его глаз.

– Прощай, Менестрель, – в голосе Великой Герцогини послышались слёзы.

– Подожди! Прости! НЕ НАДО!!!

– Гореть вам в аду, – совсем не к месту встряла Ночь, прячась за спину Лиса. Она добавила пару шаманских проклятий на чёрном орочьем диалекте – из тех, что легко наложить, но невозможно снять, будь ты хоть самый искусный колдун.

Шипы-стилеты придвинулись еще на пару сантиметров, потом ещё…

И тут желание орчанки исполнилось. Внезапно розовый куст запылал и вмиг обратился в прах. И явилось видение: серая струйка дыма, почти прозрачная, на мгновение повисла в воздухе на месте того куста и устремилась в карманы лисьего плаща.

– … … …, – медленно выругался он.

– Дай курить, – попросила Ночь.

Словно в трансе, Лис открыл портсигар и протянул ей самокрутку. Минут пятнадцать они сидели на горячей потрескавшейся земле и курили. Вокруг не осталось ни души. Табор уже успел сняться и уйти в небо, подлец Белый Кот тоже куда-то подевался… Лис достал амулеты из фальшивого оникса и задумчиво рассматривал их.

– Почему ты молчишь? – наконец, спросила Ночь.

– А что тут сказать?

– Например, спасибо.

– Что-то твой хозяин не торопится за своей добычей. Он не боится, что моя женушка выберется наружу?

– А тебя не удивило, что она в двух Сосудах? – перед ними повисла полупрозрачная голова Чёрта. Он потянул воздух своим вздёрнутым носом, и, не учуяв демонский дух, появился уже полностью.

– Мне всё равно, – Лис протянул ему амулеты.

– Этот можешь оставить себе, – кивнул Чёрт на правый амулет. – В нём теперь ничего интересного, кроме морской воды. Помнишь, как она действует на демонскую душу?

– Как кислота, – отозвался Лис, глядя прямо перед собой. – А что во втором?

– Дистиллят её памяти. Там нужная мне информации. Ночь, – кивнул он орчанке, – твой долг погашен. Засим прощаюсь, – Чёрт начал бледнеть и растворяться в воздухе.

– И всё? – мрачно поинтересовалась Ночь. – Так и бросишь нас в этом пекле?

Чёрт кивнул и пропал вовсе.

***

– Что ты делаешь?

Лис положил амулет на камень, как на наковальню, взял второй камень и со всей силы ударил. Амулет выдержал.

– Она же хотела тебя убить!

– Ты слышала про дистиллят памяти? В этом сосуде была только её душа. Без памяти.

– Ключевое слово «была». Чёрт не отдал бы тебе живую душу.

– Ну и чего ты тогда дёргаешься? – он снова ударил по амулету, и снова с тем же результатом.

– Перестань! Ты навлечёшь на нас беду!

– Боишься, что она ещё жива?

– Да! Её же хрен убьёшь!

Лис поднял камень над головой и опустил на амулет с такой силой, что треснули оба камня – и камень-молот, и камень-наковальня. Амулет лежал в груде базальтового крошева и усмехался ему в лицо, целёхонький.

– Ну и чёрт с тобой! – крикнул Лис амулету. – Дура!

– Ты любил её?

Он долго молчал и, наконец, спросил:

– Сколько твоей крови нужно на портал?

– Смотря докуда.

– Третья планета четырнадцатого мира, точные координаты…

Ночь дослушала координаты и возвела глаза к небу, что-то подсчитывая.

– Один глубокий разрез по вене, если долгий портал. И три, если по-быстрому, за полчаса.

– Это какой же портал ставится за полчаса? – изумился Лис.

– Орочий. Его ещё называют порталом самоубийц.

– Почему самоубийц?

– Потому что я могу отбросить копыта от такой кровопотери. А ещё потому что этот портал огненный. Можно запросто поджариться во время перемещения.

Лис окинул взглядом поле. Вся трава давно высохла, обуглилась и обратилась в пепел. Раны на потрескавшейся земле углубились настолько, что из них вполне отчетливо проступал багрянец магмы. Дышать становилось всё тяжелее.

– Поджариться так поджариться, – пожал он плечами. – Хуже всё равно не будет. Наверное.

Ночь достала свой чёрный нож и полоснула себя по вене. Из раны закапало жидкое пламя, и она скомандовала:

– Подставь ладони!

– Я ж обожгусь!

– Быстро!!!

На ощупь жидкое пламя оказалось чуть тёплым, и Лис облегчённо вздохнул. Орчанка подождала, пока его ладони заполнятся кровью, оторвала от рубахи лоскут и замотала рану. Потом она окунула свой нож в кровь-пламя и начала рисовать на земле портал. Размашистыми штрихами она очертила его границы – двухметровый круг, потом приступила к деталям. Наконец, всё пламя закончилось, и Лис спросил:

– Опять держать ладони?

– Уже не надо. Герой, блин, – она нанесла себе ещё один порез и позволила крови стекать на портал. Тот получал новую энергию и светился всё ярче и ярче. Когда Ночь рассекла себе руку в третий раз, она уже не смогла стоять на ногах и опустилась на колени.

– Обещай, – попросила орчанка заплетающимся языком.

– Что?

– Если я… отрублюсь… – что она и сделала, так и не договорив. Она уронила голову на грудь и неуклюже кувыркнулась вперёд, прямо в портал. Тот полыхнул до небес, и Ночь пропала, натурально провалившись сквозь землю. Лис перекрестился и шагнул следом за ней.

***

– Где я?!

– Всё хорошо, – успокоил Лис. – Лежи, восстанавливайся.

Ночь попыталась приподняться на локте и тут же свалилась на подушку. В глазах всё ещё плыло.

– Где я? – повторила она. – И где моя одежда?

– Да вон, – указал он в угол комнаты. – Стирается. Та, что не сгорела в портале.

– Стирается? Сама собой?

– Ну да. Мы в багажнике. Тут есть холодильник, кровать, небольшая кухня, стиралка… В общем, необходимый минимум в путешествиях. Алиска знает толк в комфорте.

– Так я на её постели?! Она меня точно поджарит!

– Ой, да ладно тебе, – махнул рукой Лис. – Повоняет немного и успокоится. Она не злая.

– Не злая?! Да она весь мой мир уничтожила!

– Да не, – махнул рукой он. – На весь у неё пороху не хватит. Порешит вашего царька и всё.

– Или он её, – тихонько буркнула орчанка.

– Сгущенку будешь?

Лис не дождался ответа и прошлёпал босыми ногами к холодильнику. Он извлёк оттуда жестяную банку, пробил в ней дырочку и принёс орчанке в постель. – Такая вот непроливайка, – он подложил ей вторую подушку и помог расположиться поудобнее.

– Это так трогательно, – улыбнулась Ночь, ополовинив банку. – Ухаживаешь за мной…

– А ты спасла нас, – внезапно он помрачнел, словно вспомнил что-то неприятное. – Даже два раза. Что он сделал для тебя?

– Он – это Чёрт? Спас год назад от облавы. И полицаям глаза отводил, когда они в «Ятаган» с обыском приходили. А потом явился в мою каморку за час до твоего появления и говорит: «Ну что, дружок, не пора ли вернуть должок?»

– Он рассказал, кто я?

– Нет. Он сказал, что тогда я плохо сыграю свою роль. Велел импровизировать и разговорить тебя. Кстати, что дальше-то было?

– Уже можно расслабиться, – напомнил Лис. – Твоё задание выполнено.

– А если мне правда интересно?

***

У пытливых читателей, должно быть, возник вопрос: как работал волшебный портсигар Лиса? За техническими подробностями лучше обратиться к его первой хозяйке, а внешне всё выглядело следующим образом: портсигар был всегда наполовину полон. Лис клал внутрь 10 штук чего-то (не важно чего), и в дело вступала магия. Лис брал одну штуку, закрывал крышку, открывал – и внутри снова было десять штук.

Лис проделал этот фокус с тысячными купюрами и быстро набрал достаточно денег, чтобы решить проблемы Аладара. В благодарность тот принял Лиса в свой табор. И началась большая цыганская гулянка – с медведем, пением и плясками…

– А почему?..

Цыган поднял хмельную голову от кубка с рубиново-красным вином.

– Опять про волшебный мир?

– Почему все делают вид, что не слышали про людей? Я точно знаю, что у Кошачьего Короля куча агентов в нашем мире…

– Вот ты сам и ответил, – перебил его Аладар. – У Ко-ро-ля. Правительство на то и правительство, чтобы знать больше простого народа. Понял?

Ближе к полуночи цыгане порядком набрались. Выражалось это в том, что они перестали контролировать свои лица. Те стали текучими, как вода: пухлые губы сменялись тонкими, нос картошкой – каким-то орлиным клювом, шрамы и родинки ушли в свободное плавание по щекам, и лишь глаза оставались прежними.

Стоит ли говорить, что в ресторане, который они сняли на вечер, случился переполох? Пара официанток лишились чувств, прибежавший на шум менеджер на всякий случай вызвал милицию… Заслышав сирены, Лис вмиг протрезвел и сбежал в туалет, а оттуда, через окно под потолком – во внутренний двор. Он с грохотом приземлился на крышку мусорного контейнера, неудачно скатился на землю и ударился ещё раз – коленной чашечкой.

– Мать-перемать!

Лис сидел на бордюре и вслушивался в шум, доносящийся с улицы, когда увидел его во второй раз. Филин с неоновыми глазами сидел на облупившемся карнизе напротив и пристально наблюдал за ним.

«Подмани его», – прозвучал в голове голос Кобры.

«Зачем? Он мне не нравится.»

«Мне тоже. Я убью его.»

Лис хотел было возмутиться, но змея продолжала:

«Мы столкнулис-сь с ним на крыше твоего дома. С тех пор он тебя пасёт. Выводы?»

– Цып-цып-цып! – позвал Лис. – Цып…

Глаза Филина вспыхнули ещё ярче, залив неоновым пламенем всю его косматую голову. Лис попытался встать, чтобы подобраться поближе, но с ужасом понял, что конечности его объявили забастовку. Ноги и руки онемели и стали будто тряпичные. Словно в замедленном кино, Лис завалился на правый бок и упал головой в чёрный мусорный мешок. Кобра выползла из лисьего рукава и рванула к Филину. Но он обратил на змею свой неоновый взор, и она замерла на полпути, распластавшись на асфальте безвольным шлангом.

– Отдохните, – молвил Филин человечьим голосом. – Я уже вызвал Герцогиню.

Лис лихорадочно перебирал в голове планы спасения. Все они имели, как минимум, один недостаток: он не мог даже пошевелиться. А Филин так и продолжал сверлить их с Коброй своим парализующим взглядом, не отвлекаясь ни на миг.

Медленно плелись секунды…

– Отпусти меня, – наконец, несмело попросил Лис, – пожалуйста.

Филин заухал – совсем уж похоже на человеческий смех:

– У-ХУ-ХУ! Ты всерьёз?! Чтобы потом самому скрываться от её гнева? – он переступил с лапы на лапу и поинтересовался. – Кстати. Она правда того стоила?

В этот момент Лис почувствовал, что парализующее действие птичьего взгляда слегка ослабло. Когда он падал, правая рука сама собой скользнула в карман, и теперь сжимала его «мгновенную перемещалку» – экспериментальный карманный портал. В прошлом этот приборчик уже не раз выручал Лиса, но в последнее время словно взбесился, доставляя куда угодно, только не по месту назначения.

«Отвлеки его, – попросила Кобра. – Когда он трепетс-ся, его магия слабеет.»

– Она – это Алиса? – переспросил Лис осторожно шевеля пальцами правой руки. Чувствительность понемногу возвращалась – но только к правой руке, скрытой от птичьего взгляда телом Лиса.

– А кто же ещё? Как вообще можно было променять жизнь во дворце на обещание – одно лишь обещание её тела!

Кажется, этот вопрос всерьёз занимал Филина, и Лис решил рискнуть:

– Да, но какого… – он медленно ощупывал выпуклые клавиши приборчика, одновременно гадая, что бы такого рассказать своему тюремщику. – Драконы красивы во всех обличьях, а эта – самая прекрасная из них.

– Что же может быть прекрасного в драконе? Вот если бы она была птицей…

– Она может обратиться в кого угодно! Например, в сизоворонку, в райскую птицу…

– В райскую птицу? – недоверчиво переспросил Филин. – Они, вроде, ничего.

«В филина! – подсказала Кобра. – И побольше подробнос-стей!»

– Или даже в филина! Представь себе фигуристую филиншу с отлично развитыми лапами, мощными крыльями… тугое мускулистое тело…

– Тело… – заворожённо повторил Филин. – А что клюв, глаза?

И тут события понеслись вскачь, не спросив наездника. Судорога свела руку Лиса, и он стиснул карманный портал. Пальцы скользнули по кнопкам и сами нажали нужную – или ненужную – комбинацию. В паре метров от наших героев завибрировал воздух. Открывался портал.

– Вот и поговорили, – разочарованно протянул Филин, решив, что это Герцогиня. Он склонился в почтительном поклоне. – Ваше Величество!

В следующий момент он что-то заподозрил и обернулся к пленникам. И получил тугую струю змеиного яда в свои колдовские глаза. Паралич ещё не прошёл окончательно, а Лис уже выхватил кортик и проткнул Филина насквозь.

Кобра высунула свой раздвоенный язык и повела им из стороны в сторону.

– Я чувс-ствую! – сообщила она. – Герцогиня уже прибывает! Живо в портал!

– Но…

– Живо! Хуже, чем здес-сь, уже не будет!

Лис коротко выругался и шагнул в кроличью нору…

***

С высоты птичьего полёта сочные оранжевые леса выглядели просто потрясающе. С одним большим «но»: они приближались чересчур быстро. Лис падал из-под карамельных облаков в потоках восходящих нот и аккордов. Те ударялись в его тело и обиженно вскрикивали на своей частоте. Получалась какая-то причудливая, абсолютно неземная мелодия, чуть приглушённая ветром, свистящим в его ушах.

– Рас-справь плащ! – крикнула Кобра. – Как белка-летяга!

Как ни удивительно, это помогло. Падение замедлилось, а потом и вовсе прекратилось. С горем пополам Лис приноровился к управлению и полетел в сторону города – если это был он.

Разноцветная громадина, волынка мифических гигантов, находилась в непрерывном движении и звучании. Каждая трубка выпускала непрерывный поток нот. Те разлетались в стороны, словно семянки одуванчика в порывах ветра.

– Странное мес-сто! – сообщила змея очевидный факт. – Интерес-сно, кто здес-сь живёт?

Тут Лис потерял воздушный поток и начал стремительно падать. Он уже почти распрощался с жизнью, как увидел контрабас, летящий ему наперерез. Тот ухватил Лиса своими толстыми струнами и пробасил прямо в лицо:

– Ты кто будешь? Нестовский шпион?

– Ч-что?

Контрабас приземлился на терракотовой поляне и поставил его на землю. Только теперь Лис смог рассмотреть странное существо как следует. Он – или она – действительно чем-то напоминал старый усатый контрабас. Однако, в равной мере он был и валторной, и африканским барабаном джембе. Так он и представился:

– Я Джем-Бэ, ветеран славной Синкоповой армии. Я патрулирую вверенную мне территорию и ловлю мерзких нестов. И ты, – повёл он усами-концами-струн, – похож на одного из них!

– Но я даже не знаю, кто это!

– Вот выпущу из тебя всё моторное масло! – пригрозил Джем-Бэ. Он отсчитал четыре доли «и-раз, и-два, и-три, и-четыре» и задал себе джазовый ритм барабаном и басом. Потом он добавил густых духовых нот, и на этой звуковой тяге слегка поднялся в воздух.

– А ну пошли в участок! – прогудел он в такт музыке. – Посмотрим, как ты запоёшь под пытками!

Подобная перспектива ни капли не обрадовала Лиса. Он ещё раз оглядел своего нового знакомого, пытаясь понять, где у него сердце или хотя бы какой-то жизненно важный орган. Заклятья-телохранители молчали, видимо, тоже сбитые с толку.

«Кобра?»

«А что я? – отозвалась та. – Куда его кусать-то?!»

– Я знаю, о чём ты думаешь, нест, – погрозил струной Джем-Бэ. – Даже не пытайся. Я установил твою частоту!

– Какую ещё частоту?

– Я войду в резонанс с твоими органами и заставлю их взорваться – только дай мне повод! Несты убили обоих моих сыновей.

– Да какие, к чёрту, несты?! Что за дебильное слово?

– Хочешь сказать, ты не знаешь про Нестабильности?

– …с блинским присвистом!.. – вырвалось у Лиса. – Меня там чуть не сожрали!

– А ну-ка разденься! – внезапно скомандовал контрабас, наращивая темп музыки.

– Зачем?

– Посмотрю на твои шланги и сервоприводы.

– Ты в своём уме?!

– Разденься, – повторил Джем-Бэ.

Лис пожал плечами и разделся до нижнего белья.

– Это тоже.

Он снял и трусы.

– Странно, – старый контрабас выглядел озадаченным – настолько, что сбился с ритма. – Ни шлангов, ни сервоприводов. Ну и кто же ты есть?

– Человек, – честно ответил Лис, брезгливо понюхав трусы. Те выглядели и пахли уже просто неприлично. Он выкинул их и принялся рыться в рюкзаке.

– Ах челове-е-ек, – насмешливо протянул Джем-Бэ. – Что же, ваше правительство решило установить контакт с Федерацией Рас?

Лис быстро прикинул, куда заведёт утвердительный ответ, и замотал головой:

– Ещё не решило, – он нашёл свежее белье и поспешно оделся, на ходу продумывая дальнейшее враньё. – Они послали… послали таких, как я. Только это государственная тайна.

– Таких – это каких? Что за тайна?

– Я должен тихонько разведать, как здесь отнесутся к людям.

– Ясно, – кивнул Джем-Бэ усатой головкой грифа. – Смертник.

Ноги у Лиса подогнулись, а во рту появился противный кислый привкус.

– Чего это смертник?

– Того это! – передразнил контрабас. – Если ты не врёшь, то тебя послали на верную смерть. Ты один в один нест. Только они выше и с моторчиками вот здесь, – он ткнул Лиса в сгибы локтей, – и там, пониже выемки.

– Чего? Какой ещё выемки?

– Неважно, – Джем-Бэ снова подхватил Лиса своими струнами. Они поднялись выше крон леса, пылающих всеми оттенками оранжевого, и полетели в сторону исполинской волынки. – Это хорошо, что я не убил тебя сразу же.

– И не поспоришь! – поддакнул Лис.

– Значит, говоришь, человек людский? И как там, в твоём мире?

– По всякому. У вас интересней. Драконихи, ящерки…

– Мясные создания, – скривился контрабас. – Столько времени тратить на то, что и так выйдет снизу! Ещё и в таком виде…

– А у вас не так?

– А мы потребляем гармонию этого мира и производим красивейшую музыку! – похвастался он. – Вся музыка во всех мирах – продукт нашей жизнедеятельности.

– Кру-у-уто! – вполне искренне восхитился Лис. – Я люблю музыку! «Джефферсонов», «Пинк Флойд», «Грейтфул Дэд»… а расскажи ещё о своём мире!

– Тайны выведываешь? – снова насторожился Джем-Бэ.

– Да нет! Просто, может у вас есть какие-то правила – ну там в глаза не смотреть или какие-то жесты не показывать… чтобы не обидеть хороших людей… то есть инструменты, – вконец запутался он.

– Ну что ж… – Джем-Бэ завис в воздухе, не долетев до города какой-то сотни метров.

Отсюда было отчётливо видно, как по поверхности трубок и мехов гигантской волынки деловито сновали разнообразные музыкальные инструменты. Лис разглядел живые рояли с маракасами, мандолины с аккордеонами, электрогитары… Все вместе они производили невообразимый гвалт. От каждого из них поднимался чёрный нотный выхлоп, вполне заметный невооружённому глазу.

– Этот город – А-Фиоб-Хор, или просто Фиоб. Наш народ зовётся ледиджериду, в честь Богини Музыки – Леди-Дже, – начал Джем-Бэ.

– А вроде ещё дудочка такая есть – диджериду? – припомнил Лис.

– Никогда не говори это слово, если не хочешь обидеть ледиджериду. Дудочками нас называют несты. Им кажется это очень остроумным.

– Извини.

– Про войну с нестами тоже лучше не спрашивай. Это больная тема. Многие потеряли своих.

– Понял. Запомню.

– Да уж запомни, – проворчал Джем-Бэ. – С другой стороны, наши комиссары всё равно будут спрашивать, что ты об этом думаешь. Пожалуй, я расскажу, с чего всё началось. В мире есть куча понятий или явлений – например, безумие, добро и зло. Какие-то из этих понятий очень заразны. Скажем, безумие может вмиг охватить огромные толпы. Поэтому его нужно держать под контролем. Для этого ещё очень давно был назначен Спай, Бог Нестабильностей и супруг нашей Леди-Джи. И всё безумие вселенной было помещено в его голову. Но, к сожалению, со временем это подточило его разум.

– Спятил?

– Напрочь, – кивнул контрабас. – Настолько, что убил нашу Леди. И началась война с нестами, жестокая и кровопролитная. Смерть пришла в каждый дом…

– Фигово… – помрачнел Лис. – Так меня и впрямь прибьют – за то, что похож на этих дураков с моторчиками!

– Могут, – Джем-Бэ задумался. – Знаешь, что? Давай-ка забудем о твоей секретности и сделаем вид, что ты послан от людей по-настоящему. Пока наши бюрократы будут сочинять дипломатические симфонии к твоему правительству, пока твои будут их расшифровывать…

Вот так и получилось, что Лис и Кобра целую неделю прожили в музыкальном городе А-Фиоб, став первыми послами земного правительства в волшебном мире. Принимали их вполне гостеприимно и даже наградили орденом Гармонии Третьей Степени. А Лис в свою очередь подписал кучу деклараций о намерениях и обещал сделать всё возможное, чтобы обеспечить взаимовыгодное сотрудничество двух рас…

***

– Вставай! – прогудел Джем-Бэ прямо в лицо Лису. – Сейчас же!

– А? – Лис помотал сонной головой и протёр глаза. Снаружи громыхала канонада взрывов, отчётливо слышная даже в доме-футляре Джем-Бэ. – Что такое?

– Несты, чёрт их дери! Хватай акустические скорострелы и за мной!

К тому времени Лис уже взял себе в привычку спать в одежде. По этой причине его сборы заняли ровно десять секунд. Он сунул ноги в кроссовки и выбежал на улицу вслед за Джем-Бэ.

Город А-Фиоб уже успел ощетиниться крепостными зубцами, выросшими из его тела – огромных мехов.

В воздухе роились тысячи фигур на странных транспортных средствах, похожих на внебрачных детей мотоцикла «Харлей» и истребителя «Миг-15». Сами несты напомнили Лису роботов-андроидов – из тех, что мыслят двоичным кодом и считают на ночь электрических овец.

Лис и Джем-Бэ укрылись за крепостным зубцом. Вражеские мини-ракеты взрывались совсем рядом. Джем-Бэ высунулся из укрытия и выдал оглушительное басовое соло в сторону неприятеля. У одного из мотоциклов взорвался боекомплект, и его наездник отправился в цифровой ад.

– Их слишком много! – заверещала живая скрипка из-за соседнего зубца. И это было правдой. Силы нестов превышали население А-Фиоб минимум в два раза.

– Подпусти их поближе и жми на все курки! – пробасил Джем-Бэ прямо в лицо Лису. – Покажи, чего ты стоишь!

И Лис показал, чего он стоит. Он достал из кармана свой карманный портал и набрал наобум код для перемещения.

***

С высоты птичьего полёта война выглядела почти игрушечной. Вот только умирали там по-настоящему… Музыкальный город был виден как на ладони, и во многих местах он уже пылал. По усмешке судьбы Лис переместился ровно туда же, куда и в прошлый раз – под облака в паре километров от А-Фиоб. По этой же усмешке, или по какой другой, не успел он расправить плащ, как приземлился в седло одного из летающих мотоциклов. И не просто в седло – в чьи-то холодные обьятия.

– Что за?!.. – раздался голос за его спиной. – Ты кто?

Лис обернулся – насколько смог – и увидел идеальное лицо без единой морщинки или изъяна. Голубые волосы-провода были уложены в ассиметричный боб, а выразительные серые глаза – слегка подведены тушью. И глаза эти метали молнии.

– Ты кто, к чёрту, такой?!

– Какая красивая… – протянул Лис вместо ответа. – Как ангел.

– Спасибо, – ангел поправила сбившийся локон и немного смягчилась. – Откуда ты взялся?

– Увидел вашу славную армию и бежал из плена, – указал он в сторону А-Фиоб. – Дудочки хотели расстрелять меня. За то что я похож на вас.

– И вправду похож… – признала его новая знакомая. – Так кто ты?

– Человек. Звать Лисом.

– А меня – 174-936. Для друзей – Тридцать Шестая.

***

Ночь заснула, убаюканная рассказом и мерным шумом стиральной машинки. Лис прикрыл орчанку одеялом и тихонько выбрался из багажника.

Как отличить колдовскую машину от обычной?

Теперь Лис знал ответ. Колдовская машина всегда будет в идеальном состоянии, без единого пятнышка ржачины, сколько бы лет назад она ни сошла с конвейера. Все волшебники предпочитали именно старые машины, и тому была веская причина. Духи Огненного Ветра, селящиеся в моторах, боялись и ненавидели современную электронику. И та отвечала им взаимностью. Сенсоры и контроллеры, отвечающие за стабильную работу двигателя, стабильно выходили из строя, а предохранители плавились, как сыр на пицце.

«Лада-Алиса», разменявшая уже не первый десяток, была образцовым колдовским автомобилем. И даже больше того – она умела самостоятельно путешествовать между мирами. Причиной тому был специальный состав, вытяжка из драконьей чешуи, которой был покрыт её кузов. Верно, по этой же причине, она всегда выглядела неестественно чистой и опрятной: драконьи чешуйки отталкивали грязь.

Вот и сейчас «Лада-Алиса» стояла в лесу, посреди глубокой лужи, и выглядела так, словно не было в мире ни осенней распутицы, ни пыли, ни сухих листьев. Солнце только-только закатилось за высокие деревья, и, как по заказу, начал накрапывать противный докучливый дождь. Через пару минут морось вызвала подкрепление. Вечер озарило молнией, и тут же – на счёт «два» – раздался гром.

– Ненавижу осень, – скривился Лис, подскользнувшись на размокшей грязи.

– Ноги вытри, хозяин, – пробурчала Искра, лишь только он открыл дверь.

– Хозяин? – переспросил он, плюхаясь на водительское сиденье. – С чего ты взяла?

– Твой зов, – объяснила машина. – Это был не обычный зов.

– А какой же?

– Ты назвал моё тайное имя. Кроме нас, духов, его знала только Алиса. Значит, она поведала его тебе.

– Значит, поведала, – не стал спорить Лис, заводя мотор. – Такая вот новая степень близости.

– Вот, значит, как! – донёсся знакомый голос у него за спиной. Чёрный Ворон, прежде притаившийся за спинками сидений, уселся на задний диван и подмигнул ему. – Ну, поздравляю!

– Скучно, – посетовал Лис, включая древнюю автомагнитолу. Через статические помехи пробивалась песенка Верещагина из «Белого солнца пустыни»:

«…ваше благородие, Госпожа Удача,

Для кого ты добрая,

Для кого – иначе…

Девять граммов в сердце,

Постой, не зови!

Не везёт мне в смерти —

Повезёт в любви…»

– Что скучно? – переспросил Ворон, дослушав куплет.

– Да так. Знаешь анекдот про Илью Муромца и китайскую армию? Там, где в конце: «Где ж я вас всех хоронить буду?».

– Ты на что намекаешь?!

– Намекаю, – подтвердил Лис и добавил ни к селу ни к городу. – Есть такое проклятие, очень редкое. Постоянно угадывать сюжетные ходы. Например, сейчас ты полезешь за пушкой.

– И то верно, – согласился демон и достал из кобуры свой «Люгер».

В следующий момент он взял Лиса на мушку и хрипло прокаркал:

– Подними руки так, чтобы я их видел! Я же предупреждал. Алиса – моя. Без обид.

Сверкнула молния. Громыхнуло. Дождь полил с утроенной силой.

– Без обид, – отозвался эхом Лис, следя глазами за смертью, притаившейся в дуле. – Теперь ты скажешь что-то вроде «ничего личного» и спросишь моё последнее желание.

– Продолжай.

– Покурить драконьей дури.

Демон чуть усмехнулся и покачал рогатой головой:

– Глупая уловка.

– Это не уловка! Просто достань у меня из кармана портсигар и запали папироску! – внезапно взмолился Лис. – Можешь даже руки мне связать! У меня сейчас ломка будет!!!

Его и вправду начало трясти, а лоб покрылся испариной.

– Пожалуйста! Всего одну затяжку!

– Тьфу! – плюнул Ворон. – Протяни руки.

Он накрепко связал Лису руки и спросил:

– В каком кармане?

– В левом. В плаще. Скорее!!!

– Ты жалок, – сообщил демон и потянулся в указанный карман.

– Спасибо! Спасибо! – униженно скулил Лис, полностью утративший человеческое достоинство. – Всего одну малюсенькую…

Ворон не успел даже вскрикнуть. Он просто полыхнул чёрным едким пламенем и вмиг обратился в пепел, как и Великая Герцогиня. И вновь серое облачко демонской души устремилось в карман лисьего плаща, в амулет с солёной водой – себе на погибель.

– Демоны самоликвидировались, – прокомментировал Лис, в момент успокоившись. – Искра, выдь из мотора, пережги верёвки!

***

– Что случилось?! – Ночь вылезла из багажника, с ножом в руках. Орчанка еле стояла на ногах, и Лис поспешил подхватить её, пока она не упала.

– Мрак сказал мне, что ты в опасности!

– Было дело, – согласился Лис. Он помог ей сесть на пассажирское сиденье, и включил печку. – Поехали?

– Куда?

– Куда глаза глядят, – Лис поставил коробку передач на «драйв» и тут же забуксовал. – Искра! Помоги!

– Я не люблю кататься в такую погоду, – сообщила та. – Вода в карбюратор заливается. Если выключишь движок, могу полететь. Но низенько-низенько, чтоб конспирацию не нарушать.

Они пролетели над размытыми лесными тропками и выбрались на подобие асфальтовой дороги. Лис откинулся на сиденье и задумчиво проговорил:

– Всё-таки, к этому невозможно привыкнуть.

– К чему?

– Когда тебя вечно пытаются убить. Может, напьёмся?

– Некачественный алкоголь тоже может убить, – наставительно выговорила Искра. – Ты же в провинции!

– Забавно. Раньше обо мне Кобра так же заботилась.

– Как трогательно, – прокомментировала Ночь. – Может, и обо мне позаботимся, для разнообразия? Это тот мир, где я могу сойти за местную?

– Он самый. Хотя я бы на твоём месте не стал. Заскучаешь. Лучше найди цыгана и впишись в его табор. И забери себе весь мой выигрыш.

– Весь?! При ставке 40 к 1 это будет…

– Я умею считать, – перебил он. – Выигрыш – твой.

– А что взамен?

Лис покрутил ручку настройки на магнитоле, и выловил из треска помех «Наше радио».

– …всем телепрограммам приходит однажды конец… — манерно пропел главный «Мумий Тролль». Наверное, он хотел добавить что-то ещё, но в следующий момент предохранитель в магнитоле расплавился, и та замолчала.

– Ничего, – Лис выкинул в окно «Люгер» и амулет Чёрта. – Просто побудь со мной ещё пару дней. Иногда мне так страшно одному…

***

Через неделю бесцельного катания по русской глубинке они натолкнулись на цыганский табор – кажется, где-то под Тулой. Не сказать, чтобы Аладар был так уж рад новой встрече с Лисом, но всё же выплатил весь его выигрыш. Тот составил вполне себе круглую сумму в большущем кожаном кошеле.

– Благодарю, – слегка поклонился Лис, принимая деньги. – Кстати, вам ещё нужен телохранитель?

– Теперь даже нужнее, чем раньше, – ответствовал цыган, набивая трубку. – Но учитывая твой непостоянный нрав, я вынужден отказаться…

– Разве я предлагал себя? – Лис передал кошель орчанке. – Она – ваш новый телохранитель.

– Неужто? И какие же у неё рекомендации?

– Самые лучшие. Она решила проблему с Герцогиней.

– Она?! – от удивления цыган чуть не выронил трубку. – Это шутка?

– Конечно, её услуги стоят дорого… – продолжал Лис, – но они того стоят.

Аладар покачал седой головой и держал совет с другими уважаемыми цыганами. Лис и Ночь отошли в сторонку и наблюдали за пёстрой суетой табора.

– Ты так и не закончил свою историю, – напомнила она.

– Некоторые истории не стоит заканчивать. Лучше я расскажу тебе притчу про красного механизатора и булочки с изюмом.

– С изюмом… – орчанка шумно сглотнула. – Вкуснятина!

– Случилось это в начале прошлого века в уездном городе Галиче. Мой народ только-только сверг своего царя и вовсю пытался строить светлое будущее. И чтобы всем было счастье, новая власть решила закупить целую баржу с изюмом и напечь сладких булок. И раздать народу – просто так.

– Власть – народу? Просто так?! – не поверила Ночь.

– …и узнали они, что на другом конце нашей необъятной Родины, в Астрахани, как раз есть такая баржа с изюмом. И даже сговорились по цене. Оставалось только найти ответственного и честного человека, который доставил бы деньги в Астрахань и привёз бы этот несчастный изюм домой в Галич. Только желающих было маловато.

– Почему?

– Потому что в стране полыхала гражданская война. И путь до Астрахани пролегал и через белых, которые были за старую власть, и через красных, которые были за народ, и даже через территории бандитов, которые были сами за себя. И так получилось, что к этой почётной обязанности припахали моего прадеда по матери – красного механизатора товарища Лисовенко.

– Так ты поэтому товарищ Лис?

Он запалил самокрутку и с аппетитом втянул густой драконий дым.

– Прадед зашил общественные деньги в подкладку пиджака, взял свой верный «Наган» и отправился в путь. Только его поезд заехал на территорию белых – его задержали и мобилизовали воевать с красными. Он и воевал, да так хорошо, что его наградили орденом и произвели в поручики. Потом он улучил момент и сбежал. И попал на территорию красных. И те мобилизовали его воевать с белыми, – Лис задержал дыхание и шумно выдохнул. – Пф-ф-ф! Он и за них повоевал. И тоже сбежал. Как-то раз его окружили бандиты и попытались отобрать деньги. А прадед уже устал от всех этих драчек. У него изюм! Достал он из штанов свой «Наган» и ликвидировал их всех… к чёртовой матери. Местные жители носили его на руках и тоже чем-то наградили. И насильно приняли в почётные милиционеры. Потом как-то выплыло, что он за белых воевал. Его лишили всех наград и посадили в тюрьму. А к этому времени его начальство из Галича уже забеспокоилось – где, мол, наш изюм?

– И? – спросила Ночь, подрезая ножом заусенцы на пальцах.

– А его за три года какие-то местные пекари приспособили. И деньги в подкладке пиджака сто раз обесценились. Такие дела.

– Грустно.

– Зато правда. Вон Аладар идёт. Готовься надувать щёки и изображать из себя крутого телохрана.

Ночь внимательно посмотрела на свой нож и еле слышно шепнула Лису:

– На землю. Сейчас же.

Ей не пришлось повторять дважды. Лис упал ничком. В тот же момент в кустах у них за спиной тихонько щёлкнул спусковой крючок арбалета. Стрела пролетела точнёхонько над лисьей головой. Ночь метнула нож в кусты, и оттуда донёсся предсмертный мяв.

Лис встал и тщательно отряхнулся от грязи.

– КХМ! Полагаю, это был господин Дохлый Кот. Спасибо, Ночь.

– Меня зовут Арр-Аййя, – улыбнулась она.

Примечания

1

Речь идёт о событиях, описанных в «Горном Ирисе».

Вернуться