Сергей Тарасов
звездная печка

Грибов было уйма. Я шел по осеннему тихому лесу и смотрел на папоротник, под которым прятались грузди, красноголовики и волнушки. На склоне Осиновой горы с берез и осин ветер срывал желтые и красные листья. Их еще было мало, но скоро они полетят и покроют весь лес и шляпки грибов. Мое ведро с белыми грибами уже было почти полное, я шел по лесной тропинке, и скорее по привычке заглядывал под папоротник и ворошил осенние листья носком коротких сапог.

Впереди был подъем, а на гребне возвышенности располагалась старые карьеры, в которых сто лет назад добывали железную руду. В самом глубоком и длинном карьере сохранился мощный пласт лимонита, который постепенно разрушался, а дно карьера было усыпано глыбами железной руды. Рядом с карьером были отвалы, и в них, среди глины было много черных, тяжелых кусков руды. Однажды, когда я в прошлом году собирал грибы, случайно нашел целую кучу не вывезенной железной руды. В радиусе пятьдесят метров было навалено, столько больших кусков и мелких глыб руды, что было удивительно, что ее не успели, а может, не захотели, вывезти.

Вот бы эту железную руду переплавить в какой-нибудь маленькой домне, и тогда получилась бы целая куча железа, из которой можно понаделать всяких изделий для хозяйства – гвозди, арматуру, листовое железо, шурупы и так далее. Но печки такой у меня не было, и я смотрел на это фирменное безобразие с глубокой печалью – чтобы выплавить железо из этой бесплатной руды, надо было потратить уйму энергии или массу дров. Тогда бы железо просто стало золотым. Но я мечтал, что можно было найти какую-то маленькую печку, которую забыли инопланетяне, когда им надо было изготовить вышедшую из строя деталь своего звездолета. Они сделали эту деталь из этой железной руды, поставили на свой звездолет и улетели домой.

Весь в мечтах я спустился на дно карьера и стал, в который раз, осматривать пласт железной руды. Она не вся состояла из гидроокислов железа, лимонита – было много охры желтого и красного цвета. Ее можно было использовать как краску – красить картины, полы и ворота. Охра в руде встречалась небольшими участками, и в одном таком участке ее было особенно много. У меня намечался ремонт, надо было выкрасить ворота и железные листы, которыми были они покрыты. Я взял какой-то сучок и ковырнул эту охру,– просто из любопытства – узнать, много ее здесь или нет.

Сучок неожиданно провалился в какую-то полость, и я его выпустил от удивления – там, в лимоните, была какое-то свободное пространство. Ведро с грибами я поставил подальше, нашел сук побольше , и стал им разрыхлять охру, в которую провалился сучок. Она подавалась легко, и вскоре я расчистил от нее большое отверстие, метра полтора в диаметре. Оно шло вглубь пласта лимонита на несколько метров, и в глубине этой маленькой пещерки стояло какое-то прямоугольное сооружение, напоминавшее письменный стол, или станок.

Я протиснулся в это отверстие, согнулся, и подобрался к этому предмету поближе. Это был действительно какой-то непонятное устройство, покрытый металлом со всех сторон, а на верхней части его было отверстие четырехугольной формы с невысокими бортиками. Это устройство напоминало стол, обитое со всех сторон металлом, стояло на пласте железной руды, и когда я оперся на него, то оно покачнулось. Мне надо было его вытащить на дневной свет и там разобраться, что это такое.

В течение пяти минут я его тащил по железному пласту, а затем вытащил его из этой небольшой пещеры, и поставил на дно карьера, Потом сел на глыбу железной руды, достал сигареты с зажигалкой и уставился на непонятный предмет. На одной его боку было две кнопки – желтая и красная. Я закурил и попробовал нажать красную кнопку. В ответ раздалось жужжание и на столешнице открылось отверстие, вокруг которого горели красные стрелки, которые указывали на отверстие.

Я подобрал несколько камней и один за другим кинул внутрь этого ящика. Через несколько секунд внизу открылся люк и из него выпал железный слиток. Чтобы удостовериться, что глаза мне не врут, я пнул его, и чуть не сломал свою ногу – таким тяжелым он оказался. Я нагнулся и взял его в руки, этот небольшой кирпичик. Он весил несколько килограммов и выглядел очень солидно – как я понял, он был целиком из железа.

Чтобы удостовериться, я бросил еще несколько кусков руды и получил еще такой же железный кирпич. Сигарета у меня стала обжигать губы, а я так увлекся, что забыл, что она у меня в зубах. Этот станок все также негромко жужжал, и я нажал желтую кнопку. Жужжание сразу прекратилось, и стрелки на столешнице погасли.

Теперь я понял, что в мои руки попала печка, которая каким-то образом плавила железную руду и выдавала слитки железа в виде небольших кирпичей. Откуда берется у этой маленькой домны энергия, способная из железной руды выплавить чистое железо, мне было совсем непонятно. И я не собирался этого узнать – пока. Надо было пользоваться этой звездной печкой, пока это было возможно.

Я собрал побольше кусков железной руды и за несколько минут у моих ног выстроился небольшая стопка железных кирпичей. Один я собирался забрать с собой домой, потом посмотрел на пласт лимонита в карьере и понял, что могу всю железную руду в карьере этим инопланетным агрегатом переплавить. Впереди у меня было много работы, а я даже еще не обедал. Мне следовало пообедать, покурить и приняться за работу. Надо было ковать, пока горячо. Я отправился домой, не забыв спрятать до вечера эту чудо-печку.