Александр Алтунин
Самоотверженность

Многие люди об этой черте характера вообще никогда не слышали, как, собственно, и о многих других классических добродетелях и духовных ценностях жизни. Многие имеют об этом весьма туманное представление. Большинство относится к этому понятно как к чисто теоретическому, которое, если и имеет отношение к их жизни, то весьма и весьма символическое, о котором, по большому счету, особенно заморачиваться не стоит не только по жизни вообще, но даже в какой–либо отдельной ситуации.

Для личности хотя бы с умеренным уровнем одухотворенности акценты в этом плане расставлены уже принципиально иначе. Такой человек уже достаточно ясно понимает то, что во многих случаях и возможно, и необходимо жертвовать чем–то второстепенным ради главного. В соответствии с иерархией вечных классических ценностей. В ряде случаев, это может быть жертва ради здоровья и благополучия родных и близких. Не вызывает сомнения и ситуация, когда выбор стоит между мелким житейским вопросом и большим духовным принципом. Собственно, человек, не зависимо от комплекта способностей и талантов, должен четко понимать то, что при решении сложной задачи и достижении большой цели он будет буквально обязан отказаться от многого привычного и комфортного. Или уменьшить их периодичность и продолжительность присутствия в своей жизни.

Для творческой личности этот момент особенно актуален. Ибо, сосредоточенность на творческом процессе требует от человека значительной отстранённости от многих отвлекающих и дезорганизующих факторов. В том числе, и от того, что большинство людей считает естественной и закономерной, обязательной и необходимой частью своей жизни. В их понимании ее полноценности и насыщенности.

Тут особенно важен момент создания собственных взглядов и представлений, принципов и убеждений, правил и законов и по жизни вообще, и в моментах, связанных прямо или косвенно с творчеством. Ибо, то, как живет большинство, для творческого человека во многих моментах не только не подходит, но, в ряде случаев, является для него категорически противопоказанным, выражаясь медицинским языком. И тут момент одухотворенности и психологической эрудиции выходит на первый план. Чем выше оба эти момента, тем выше возникает вероятность того, что творчество того или иного конкретного человека будет успешным и плодотворным, стабильным и полноценным, с реальной претензией на гармонию и совершенство. Будет приносить ему, в первую очередь, собственное внутреннее удовлетворение. А уже потом, быть может, и вполне определенное общественное признание.

Серьезное творчество требует от человека сознательного и целенаправленного отказа от многих своих принципов и прихотей. Особенно второстепенного характера.

Другой вопрос, что есть вполне определенные психологические особенности его жизни, которые многие обычные люди из его окружения воспринимают как капризы и прихоти. А на самом деле, это моменты жизненно необходимые именно для него. Можно сказать, что многие из них являются для него своего рода элементами научной организации творческого труда. Обеспечивающими регулярность возникновения и стабильность сохранения вдохновения, его наиболее эффективной и полноценной реализации не только в тот или иной конкретный день, а и по жизни вообще. Стандарты и стереотипы обычного человека во многих случаях совершенно не подходят для творческой личности. Но это тема отдельного разговора.

Собственно, творческая личность четко понимает то, что все ее способности и таланты – это всего лишь аванс Высших сил, который необходимо отрабатывать все свою жизнь максимально добросовестным образом. И в этом плане может возникнуть вполне конкретная ситуация, когда человек посвящает всю свою жизнь своему творчеству на благо обществу, гармонии человечества. И тогда Высшие силы и сама Жизнь могут потребовать от человека достаточно высокого уровня самоотверженности.

Понятно, что кроме обычного ритма жизни, могут возникать ситуации, когда достойный человек вынужден жертвовать частью своих интересов, в том числе, жизненно важными ради блага кого–либо из окружающих, родных и близких, общества, государства. Особенно, если речь идет о здоровье или жизни конкретных людей. Для действительно достойного человека элемент самоотверженности является естественным и закономерным, нормальным и правильным. Он не требует от него, в большинстве случаев, особых сомнений и колебаний, долгих и изнурительных размышлений.

Бывают ситуации, когда творческий человек, в порыве своего вдохновения иногда жертвует едой и сном для наиболее успешного воплощения в жизнь (на практике) своей новой идеи творческого характера. Как, впрочем, и многими другими обычными житейскими радостями. Без которых обычный человек считает свою жизнь бессмысленной, проблематичной и даже драматичной. Бальзак, например многие свои произведения писал преимущественно ночью, принимая дополнительный допинг в виде очень больших порций кофе. Чем существенно сократил продолжительность своей жизни. Он, скорее всего, прекрасно знал то, что при таком образе жизни он буквально сгорит, как свеча. Но ему уж очень сильно хотелось рассказать о своих мыслях и чувствах, о своем видении жизни своим читателям. И по возможности, не только своему народу, но и всему остальному человечеству. В результате он стал классиком мировой литературы. Конечно, в нем была не только самоотверженность, но и конкретный большой талант, который он очень старательно развивал в себе.

А уж об его гигантском трудолюбии на творческом поприще вообще слагают легенды. Как, впрочем, и о многих других аристократах ума и души. Которые буквально изнуряли себя предельно интенсивным творчеством не только многие годы, но и десятилетия. Предъявляя к себе уровень требований во много раз больше, чем большинство окружающих. И не ради формального одобрения со стороны кого–либо, а ради получения собственного чувства внутреннего удовлетворения тем, что они делают, и тем, как они это делают. Лев Толстой, например, триста раз переписывал начало романа «Война и мир». И вообще писал его больше двадцати лет. Периодически шлифуя уже написанное в пятый или десятый раз в поисках особой гармонии мысли и чувства, проявления духа. И человеческого, и высшего. А это элементы высшей степени сложности в системе жизненных явлений человечества.

Собственно, служение делу гармонии – это очень сложное и трудное дело. Когда творческий человек перестает принадлежать самому себе. Он становится в определенном смысле рабом своего творчества, неутомимым работником Высших сил, добросовестным и старательным, благодарным за особую ценность возложенной на него миссии, несмотря на все проблемы и неприятности ее выполнения.