Влада Иванц
предмеТЫ обожаниЯ

В оформлении обложки использован фрагмент картины

художника Артуро Риччи (1854 – 1919)

Герои:

Елизавета – молодая дворянка 16 лет отроду. Светлоглазая. Светловолосая.

Отец – отец Елизаветы, который хочет выдать её замуж.

Анна – подруга Елизаветы, молодая вдова. Женщина заурядной внешности, но при этом довольно привлекательная.

Кадитта – ведьма. Неизменный атрибут – гаснущие, коптящиеся свечи.

Gâteau Sucré¹ – молодой человек, первый жених.

Montre En Or² – молодой человек, второй жених.

Revolver Rouillé³ – молодой человек, третий жених.

Лицемерский – жених, предложенный сватьей.

Арии:

1. Ария дворовых крестьян (бас, баритон, тенор)

2. Ария Анны (меццо-сопрано)

3. Ария ведьмы Кадитты (контральто)

4. Ария Елизаветы «Ваше Величество, Любовь!» (сопрано)

5. Ария Gâteau Sucré (тенор)

6. Ария Елизаветы «Amour et santé» (сопрано)

7. Ария Montre En Or «(баритон)

8. Ария Елизаветы и Анны «Ах, дружба, ты невечна» (сопрано и меццо-сопрано)

9. Ария Елизаветы «Если верить сердцу…»

10. Ария Revolver Rouillé (бас/баритон)

11. Ария Елизаветы «Вальс» (сопрано)

12. Ария отца (бас)

13. Ария Елизаветы и Revolver Rouillé «L'amour» (сопрано и бас/баритон)

14. Ария Елизаветы «Душа»

15. Ария дворовых крестьянок (сопрано, меццо-сопрано, контральто)

ГЛАВА 1

Ария дворовых крестьян.

Бас, баритон и тенор.

Бас

Есть на свете бедный двор,

Там хозяйство скудно,

Там дом старый и сухой,

Душно и нелюдно.

И цветы там не растут,

Только лишь ромашки

На пороге зацветут

Под ногами Машки.

Баритон

Есть на свете средний двор,

Там хозяйство строго.

Там бывал когда-то вор,

Утащил немного.

Всего хватает им для жизни,

Лишнего там нет.

Огороды не холмисты,

Растёт укропчик на обед.

Тенор

Где-то есть богатый двор,

Там хозяйство жирно!

Есть при нём ручей и бор,

Всё растёт обильно!

Мясо много, много ягод

И во всем достаток.

А после всех весёлых грядок,

Велик цветов посадок.

Все вместе

Сколько б не было дворов

Везде найдётся лавка.

Сколько б не было даров,

Везде растёт, эх, травка…

Сколько б не было дворов

Везде найдётся лавка.

Сколько б не было даров,

Везде растёт, эх, травка…

Вдруг крестьяне разбежались – барыня идёт.

С ней подруги попрощались, её семейство ждёт.

Стол, накрытый на обед, там же мать, отец и дочь.

Поток обыденных бесед, а ей сидеть невмочь.

Вдруг отец к ней обратился: «Лизонька, скажи,

Кто бы на тебе женился, давай, предположи?»

А Лиза молча поглядела, подумала чуть-чуть.

Потом сказала ему смело: «Папа́, не обессудь.

Нет на целом белом свете молодца достойного,

При земельке, при бюджете и при этом стройного!»

Стал на мгновение тих зал, отец подумал и сказал:

«Тебе пора бы замуж. Засиделась ведь ты тут».

А мать сказала: «Да уж… Неужто не зовут?»

Не в силах Лиза их терпеть: «Ну, нет же тех, кто нравится

И кто богатством славится. За них ли мне краснеть?»

Отец тогда ответил, спокойно и нежнейше:

«Богатств моих все меньше, мужей я тут приметил…

Любимого пора найти, а ты ему детей роди.

Будешь с ним ты жить, его всегда любить».

А Лиза, недовольство всё свое объясняя в криках,

Твердит: «Так я не хочу! Любовь хочу, как в книгах!»

Когда закончился обед, отец её к себе позвал.

В тёмный пыльный кабинет и честно всё ей рассказал.

Нашёл ей партию в мужья, до свадьбы, мол, недалеко.

Через три дня придёт сватья, а Лиза бежит вон.

В комнате она закрылась, сидит и проклинает свет.

Так девушка одна сердилась, но слез всё нет и нет.

Говорила в пустоту, как будто заклиная:

«Нет, замуж не пойду, пусть даже умирая!

Ах, его строгие глаза, нет чувств, добра нет в них.

Будто добрым быть нельзя, а мир суров и лих.

Вечный бой, туман и смрад – его враги, друзья…

Ах, коль он был немного рад, что есть на свете я!»

– Где ты, Елизавета?

– Ах, папà, я здесь!..

– Помнишь про запреты?

– Ах папà, так есть!..

– Что ж, твоя душа чиста,

Как и намерения мои.

Выдам я тебя тогда

Замуж по любви.

– Ах, папà, я не готова!

Нет кавалера у меня.

– Что ж, даю тогда я слово,

Коль не найдётся он в три дня.

То выйдешь ты за богатея.

– Но как же я найду любовь?

– Сейчас расчёт куда важнее!

– Ах, стынет в жилах кровь!

Мне страшно нелюбимой быть,

Терпеть потом измены.

И я сама хочу любить,

Не быть предметом мены…

– Ты на балах была, смеялась,

Кокетничала до светла.

– Но я ведь… я там развлекалась,

И с ними я совсем одна.

Ведь им нужна лишь только малость,

Чтоб я богатая была.

– То есть нет совсем того,

Кто б достойным был, любил?

Тогда я выдам за того,

Кто бы сам богатым был!

– Нет! Постой! Я соглашаюсь,

Кое-кто меня пленил…

– Что ж, тогда дня три осталось

Иль я решаю всё один.

***

Осталась Лизонька одна и думает: «О, боже!

Не знаю я, кто б за меня пошёл в мужья. Как сложно!»

Зовёт она свою подружку, по совместительству вдову.

Анну, девку-хохотушку, разбогатевшую ханжу.

Ума, красы хоть не имея, Аннушка была мечтой

Каждого, кто победнее, кто даже не был холостой!

Пришла она с мужчиной, что был в неё влюблен,

Сильвестр был махиной, но был слегка дурён.

Сказала та: «Ты не мешай, вот денежки, давай гуляй!»

Сильвестр нехотя ушёл. Уселись девоньки за стол,

Не слыша мысли и молву, спела песню та свою.

Ария Анны.

Меццо-сопрано.

Когда я молодой была в 15 эдак лет,

Я любила очень сильно танцевать балет.

А ещё любила отдыхать и кушать,

И никого никогда нисколечко не слушать.

Я любила отдыхать и кушать,

И никого никогда нисколечко не слушать.

Когда я стала взрослой, (пошло уж восемь лет)

Доктор выписал загадочный рецепт.

«Ешь поменьше душенька и начни учиться,

Чтобы с головой своей хотя бы подружиться!»

«Ешь поменьше душенька и начни учиться,

Чтобы с головой своей хотя бы подружиться!»

И я с ним не согласна, пожалуй, на все сто…

Но, душенька моя! ЭТО ЕЩЁ ЧТО!

На балу вчера обсуждали моду,

Платья новые опять скупили сходу!

На балу вчера обсуждали моду,

Платья новые опять скупили сходу!

Когда я овдовела, то было меньше года,

Тогда была вот не то слово мода.

А я, пожалуй, хочу чуть-чуть покушать,

И никого никогда нисколечко слушать,

А я, пожалуй, хочу чуть-чуть покушать,

И никого никогда нисколечко слушать!

Лиза все послушала и в ответ сказала:

«Анночка, долго я тебя здесь не видала,

А, кстати, милая моя, как с твоей работой?»

– С чем? Ай, точно, я кончила с заботой.

«Почему ж? Ты разве не хотела шить?»

–Милая моя, Сильвестру надо жить!

Всё, что я не шью ему, всегда не по размеру,

Эх, придётся мне забыть про свою карьеру.

Тут Лиза рассказала ей о своём несчастье.

И подруженька её, поддержав отчасти,

Рассказала, что есть, мол, какой-то там обряд,

Можно вызвать ведьму. Поможет, говорят.

Лиза вдруг решила всё же попытаться,

Чтобы было чем ей вечером заняться.

ГЛАВА 2

Читает Анна, что будет им нужно:

Доска для гадания, чтоб в помещении душно.

Свеча без огня, слова для заклятия,

Везде темнота. А кого звать, без понятия.

Решали беспечно, имя чьё прозвучит,

Решили, конечно. У Кадитты проси!

Древняя ведьма, царица любви,

Она может всё, только лишь позови.

Вот дамы сидят. Везде темнота,

Куда-то глядят. На столе же доска.

Тьма страхи наводит, свеча не горит…

Рукой Лиза водит и вдруг говорит:

«Ах, тьмы здесь царица, дрожу вся теперь.

Должна появиться, приди же, sorcière!» ⁴

Огонь разгорелся, тут Анна кричит.

Глаз Лизы всмотрелся: у окна гостья стоит.

Она необычно темна, не пуглива,

Тиха её поступь, велик её стан.

Синее пламя её осветило,

Вокруг неё странный, зловещий туман.

Вдруг поплыла, не касаясь земли,

Ведьма Кадитта и на Лизу глядит,

Глаза её смотрят, черны, как угли,

Зло посмеявшись, ведьма ей говорит:

«Что пожелаешь, коль к тьме ты взываешь?

Ты ведьм не страшишься ив жертвы годишься.

Ах, дева, зачем тебе меня звать?

Что ты, прекрасная, хочешь узнать?»

Без страха, сомнений ей Лиза твердит:

«Ты знаешь, Кадитат, выбор мой не велик,

Отец мой грозит, что наследства лишит,

Коль не найдётся жених. Ах, старик!

Хочу я веселья, свободы вдвойне,

И сделать самой, кого хочется мне!»

Тут ведьма задумалась, молча стоит.

Глаз её зоркий хитрее горит:

«Скажи мне, зачем тебе эти страсти?

Ты расплатишься, и эта сумма лишит

Совсем ни богатств, ни славы, ни власти,

Или другое вас, дев, не страшит?»

«Коль ты сама была девой, поймёшь,

А коль же нет, то навеки уйдёшь.

Помоги мне, слышишь, прошу я тебя,

Сама не смогу тут справится я!»

«Ладно, – ей ведьма сказала, -

Послушай меня ты теперь.

Исполню я то, о чем ты мечтала,

Но впредь жизнь мне свою ты доверь.

Что ты киваешь? Не боишься последствий?

Думаешь, что в жизни всё так легко?

Что же, глупышка, ради наследства,

Ты душу отдашь, зато получишь свое?

Ах, люди… Что вас страшнее на свете?

Глупее и злее, смешнее и хуже…

Вам за себя нелегко быть в ответе,

От глупости утонете вы даже в луже!»

Ария ведьмы Кадитты.

Контральто.

Здесь все во тьме давно живут,

Любовь и счастье вечно ждут.

Сидят, скулят, богатство чтят,

И вечных сладостей хотят.

Но бедны здесь все вокруг,

И душой черны, мой друг,

А дары услуг ничтожных

Исчезают столь роскошно.

Надежды тут ты не храни,

Не поддавайся хитрой лжи,

Сожгут здесь все твои мечты,

Недолго жить людской любви.

Здесь всё убито в тёмном мраке,

И оно убито страхом

В беспощадно злобной драке

И в обманной той отваге.

И теперь тот страх во тьме

Горестно поёт тебе,

Песнь о тёмном счастье,

Где миллион напастей

В голодной зверской страсти.

Там жадность победить сумеет,

Пока никто тебе не верит.

И гордость лидера убьёт,

Все страхи заново вернёт.

И будет гнёт, и будет страх,

Погрязнет гордый мир в грехах,

Что людям души тихо режут,

В них свет уже совсем не брезжит.

А в мир пробьётся та война

Что так дурманила тебя

Убийством худшего врага.

Вот так в сердцах-то злость сильна.

Тебе б сломать ее оковы,

Иль придут все страхи снова,

Пока мечты твои бредовы,

А жизнь наивно бестолкова.

И теперь тот страх во тьме

Горестно поёт тебе,

Песнь о тёмном счастье,

Где миллион напастей

В голодной зверской страсти.

И без бед прожить так долго

Невозможно, денег сколько?

Укажите свой ответ,

Захотели жить без бед!

И в глухом отрывке слова,

«Нет» звучит, и вновь оковы…

И под бойней под жестокой,

Где тебе наврали много,

Где мы жили, жили плохо,

Но среди переполоха,

Войн, ненависти, власти,

Как сказали, в зверской страсти

Средь бед и всех напастей

Живёт то самое тёмное счастье…

И теперь тот страх во тьме

Горестно поёт тебе,

Песнь о тёмном счастье,

Где миллион напастей.

И теперь тот страх во тьме

Горестно поёт тебе,

Песнь о тёмном счастье,

Где миллион напастей

В голодной зверской страсти!

Ведьма, песнь свою пропев, к Лизе снова обратилась:

«Скажешь строчки на распев, чтобы колдовство случилось:

Будь ты сделан из металла,

Из железа, из бревна,

Хоть из теста, хоть из сплава,

Стань мужчиной навсегда.

Даже вещь, предмет любой станет тем, кого ты хочешь,

Только помни, что порой и проблемы ты схлопочешь.

У тебя есть лишь три шанса превратить себе любовь.

Ну и после всех романсов, я найду тебя здесь вновь!»

Вдруг все резко изменилось. Появился дневной свет.

Утро снова наступило, ну а ведьмы уже нет.

Анна спит на стуле рядом, свечи вовсе не горят.

Будто не было обряда, мир спокойствием объят.

Ария Елизаветы «Ваше Величество Любовь!»

Сопрано.

О вас слагают сказки,

О вас твердят легенды,

Намёки и подсказки,

И взгляды, комплименты.

В вас верят безответно,

И дышат, и живут.

Нуждаются несметно,

О вас пишут и поют…

Но вы совсем не мерзость,

И вы не просто дерзость,

И вы не просто смелость,

И не порок, не бренность,

Вы смерть переживёте

И ложь не признаете.

Вы возвратитесь вновь и вновь,

Ваше Величество Любовь…

Но вы не односторонни,

Да, вас не разгадать,

Вы так сильны и вольны,

Вас правде не догнать.

Любить мы все умели

Так дорого, так нежно,

Но раз сердца взлетели,

Падение неизбежно.

Но вы совсем не горе,

И вы не просто страсть,

По вам скучает море,

И к вам стремится власть,

Порой вы злы, порочны,

Порою очень точны,

Вы возвратитесь вновь и вновь,

Ваше Величество Любовь…

L'éternité est à l'intérieur.

Elle est dans le cœur.

Rêvez de ce qui est libre.

D'être heureux et de vivre… ⁵

Но вы совсем не глупость,

Не месть, не бред, не скупость

В вас смысл, жизнь и вечность

В вас мир и бесконечность,

О вас твердят легенды,

И шлют вам комплименты,

Вы возвратитесь вновь и вновь,

Ваше Величество Любовь…

ГЛАВА 3

Словно вдумчивый вельможа, стала девушка ходить

И смотрела, что бы можно было дома оживить.

Вдруг зашла она на кухню. Там уж вовсе никого.

На столах стоят закуски, и десерты, и вино.

И вдруг взору милой дамы как попался аппетитный торт.

Натюрморт, снискавший славы, просто высший сорт.

И тут дева, есть желая, посмотрев на сладкий торт,

Заклинание прочитала, чтобы стал он женихом:

Будь ты сделан из металла,

Из железа, из бревна,

Хоть из теста, хоть из сплава,

Стань мужчиной навсегда.

Вдруг в глаза ей брызнул свет, и очи девичьи закрылись,

Смотрит: торта тоже нет. Только крошки все скатились.

И вдруг слышит она голос. Кто-то что-то говорит.

Смотрит, а пред ней, как стройный ко́лос,

Младой юноша стоит. Он весь белый, бел костюм,

Бел парик, бело лицо. На нем приторный парфюм,

Всё как надо в рококо. Так и слышится слащавость,

Шарм, игривость и веселье, как изюминка, картавость

И вездесущее безделье.

Ария Gâteau Sucré.

Тенор.

«Comme on dit, rien n'est gratuit dans la vie,

Pas de gaufres à Bruxelles, pas de croissants à Paris!» ⁶

Ах, что за прекрасный десерт,

А на завтрак был чудный омлет!

И говядина на скорый обед,

А на ужин вафель брикет!

Не правда ли нам хорошо?

Я свеж a-la корнишон!

Как хочешь, друг мой, кисни,

А у меня появился вкус к жизни!

Какой праздник без конфет?

Рад любой: мальчишка, дед!

Здесь любой сорвал джекпот,

Если пробовал он торт!

Какой праздник без конфет?

Рад любой: мальчишка, дед!

Здесь любой сорвал джекпот,

Если пробовал он торт!

Зефир, он и бог, он и сладость.

Кефир, он и польза, и радость.

Шоколадные здесь курорты!

Вафли, бисквитные торты.

Наполеон, безе, медовик!

Варенье, карамель, ассорти!

Ах, ей богу, сладкая жизнь

Приготовит любой ваш каприз!

Какой праздник без конфет?

Рад любой: мальчишка, дед!

Здесь любой сорвал джекпот,

Если пробовал он торт!

Какой праздник без конфет?

Рад любой: мальчишка, дед!

Здесь любой сорвал джекпот,

Если пробовал он торт!

И вот уж с первым женихом на ужине Елизавета.

Запивая яства отборным вином, следуя правилам этикета,

Представила кавалера семье, поддельное сделав досье.

Мол, он здесь нездешний, какой-то там граф.

Он мило прилежный, хорош его нрав.

А он уж хрустит о своём. Речь его лишь об одном,

Мол, какие яства в Париже, и что едят там нувориши.

Семья ее слушает это, заедая холодным обедом.

Промелькнув под речами эксперта,

Время пришло для десерта.

Пришла служанка, мол, где торт?

Нигде его нет. Должно быть, съел кот…

Наконец-то обед был закончен. Тарелки убраны. Покой.

Уйти Елизавета хочет. Отец сказал же ей: «Постой,

Пока твой друг тут удалился, мы здесь можем обсудить.

Кто он такой, чтобы женился? Нам надо все обговорить».

Спустя часы, от разговоров у Лизы голова болит.

Отец доволен-недоволен, немного слушает – сулит.

А ей выдумать уж сложно, уже устала говорить

О том, какой её возможный сладкий кавалер-жених.

В итоге приговор не сделан. Он вроде ясен, вроде нет.

Голодная неимоверно Лиза проклинала свет.

Ушла она в свои покои. Жених исчез, все нет его.

Лиза думает: «Достоин он любви, добра, всего?

Должно быть, да, но это странно. Со всей моей любви к еде,

Он уж больно нереальный и неприятный мне вдвойне.»

Пошла искать его в гостиной, прошла весь сад, и пруд, и дом

И так до песни петушиной, а он на кухоньке тайком

Пряники крал со стола. Везде намусорил, всё съел.

За пазуху грильяж совал и в углу сидел и ел.

И выглядит он как-то плохо, и непонятно говорит.

Исчез куда-то прежний хохот, он белым светом не горит.

Как будто постарел он резко, исчезла яркость, красота.

И на него глядеть прям мерзко, в лохмотьях он, как сирота.

Вонью весь исходит он, какой-то старый и сухой,

Елизавета не подходит, лишь взглядом с ужасом обводит.

Он к ней прильнул, упал на пол, она кричит ему: «Фу! Вон!»

Он пошатнулся и упал, уполз под стол и вдруг пропал.

Елизавета и не ищет, хотя ей точно ещё взыщут.

А на столе она нашла обёртку и на ней прочла:

«Изделие годно до числа, такого часа, года, дня.»

То было в точности вчера, испортился он до утра.

Ария Елизаветы «Amour et santé».

Сопрано.

Amour et santé,

Comme sain et salé,

Aussi doux et amer,

Agréable et non cher.

Je vais en prendre une,

Pas besoin de deux.

Le chemin vers un cœur pur,

Pas la nourriture.⁷

Я очень люблю сладкое

С рождения! Всегда.

Да, я, наверное, падкая,

Но это ерунда!

И словно бы меня

Готов ты съесть живьём,

Ты любишь лишь себя,

Ты вовсе не влюблен…

Красивы аллегории,

Как кремовый десерт,

Одни лишь в нем калории,

А пользы вовсе нет.

Там молоко уж скисло,

А тесто убежало.

Все вышло как-то кисло,

А удовольствий мало.

Я очень люблю сладкое

С рождения! Всегда.

Да, я, наверное, падкая,

Но это ерунда!

И словно бы меня

Готов ты съесть живьём,

Ты любишь лишь себя,

Ты вовсе не влюблен…

ГЛАВА 4

Вот заметили пропажу и спросили: «Где ж жених?»

Сказала та: «А он к мамаше уехал, след уже простыл.

Однако будет вам другой, мужчина очень деловой!»

Елизавета знает точно: он из Москвы приедет срочно.

Сама же думает: как быть? Кого теперь ей оживить?

Нужно, чтоб был долговечен, мудр, тих и человечен.

Вдруг смотрит – на столе часы. Ой, как блестят, горят они.

Из золота, как будто солнце, подарок дяди-полководца.

Звучит из уст её заклятье – пред ней стоит он в лучшем платье.

Да как причесан, как одет… Богатый, видно, человек.

Ария Montre En Or.

Баритон.

Ах, как!

Вот так!

Часики идут!

И в такт,

Вот так!

Стрелки время бьют.

Ах, как!

Вот так!

Золото блестит!

Ах как,

Вот так!

Время не спешит.

Год за годом, ржавеет металл,

А человечек вдруг стариться стал.

Золото блекнет, уже не блестит,

А время быстрее, быстрее бежит.

А время летит, а время несется

И никогда-никогда не вернётся,

Часы так идут, как будто бегут,

А времени будто и не было тут…

Ах, как!

Вот так!

Часики идут!

И в такт,

Вот так!

Стрелки время бьют.

Ах, как!

Вот так!

Золото блестит!

Ах как,

Вот так!

Время не стоит!

И станцевав подвижный танец, весь день на радость променяв,

Не потеряв с лица румянец, она представила: «Вот граф!»

Ужин громкий прозвенел, все оторвались от срочных дел.

Приехали все их друзья, в сборе вся её семья.

Глядят на графа, он высок. В одеждах точно знает толк.

Золотом он весь блестит, а за столом, как царь, сидит.

Понравился мужчина всем без исключения, но чем?

Он будто бы богат и славен, умен, хорош и благонравен.

Но смотрит на него сильней, разом всех забыв мужей,

Вдовица Анна, что заметила в нем богача и благодетеля.

Спросив Лизу, мол, кто он, удостоверившись во всем,

Вдова нашла момент, в который один он будет без надзора.

И раз подруга отошла, схватила графа и ушла.

Прыгнула она в карету, уехала с ним до рассвета.

Обыскав всех и везде, не найдя его нигде,

Лиза поняла, что Анна его у девушки украла.

Как ворона на колечко, смотрела на него весь вечер.

След простыл их наконец, а дружбе девушек конец.

Ария Елизаветы и Анны «Ах, дружба, ты невечна…».

Сопрано и меццо-сопрано.

Елизавета

Моя лучшая подруга

И детства, и юности…

За что мне эта мука?

Ведь по моей дурости,

Я верила в нашу дружбу,

Я думала, что все хорошо,

А ей это было не нужно.

Ей было просто смешно…

Анна

Моя лучшая подруга,

Она была так хороша.

А я крива, близорука,

С детства глупа и страшна.

Я завидую ей, признаю́сь,

Но как же это возможно?

Я с этим не примирюсь,

Дружить с ней противно и сложно…

Вместе

Ах, дружба, ты невечна,

Ты обманчива, глупа.

Ты хитра и зла, беспечна.

Либо власть, либо раба.

Дружба милая, скажи,

Есть ли ты на свете этом?

Если да, то как найти?

Обойти ли мне планету?

Елизавета

Но она лишь заблуждение,

Что в могилу нас сведёт.

Как мираж иль как видение,

Что в пустыне нас зовёт.

Я помню это счастье,

И помню я, как есть.

Я помню и ненастье,

Но где же твоя честь?

Анна

Я украла твою игрушку,

Зачем мне это скрывать?

Но все свои безделушки

Ты можешь всегда потерять.

А мне оно, знаешь, дороже,

Мне оно, слышишь, нужнее.

Или же, что, мне негоже

Быть, как ты, лучше, милее?

Вместе

Ах, дружба, ты невечна,

Ты обманчива, глупа.

Ты хитра и зла, беспечна.

Либо власть, либо раба.

Ах дружба, коль ты есть,

И есть в тебе добро и честь,

То если кто тебя найдёт,

Пусть эту радость сбережёт…

ГЛАВА 5

Опять Лиза осталась одна, опять она не спокойна.

Злиться, волнуется снова она. Ей страшно, обидно и больно.

Попытка последняя ждёт, последний шанс на спасение,

Она не хочет, помощи ждёт. Ах, было бы с нею везенье!

Злиться все чаще стала, ей неприятно совсем.

Кого б она не создавала, все оказались ничем.

Ария Елизаветы «Если верить сердцу…» 

Сопрано.

Опасна игра, в которую я играю,

Опасна она, и я это знаю.

Я точно проиграю,

Ведь ничего не знаю

И в облаках витаю.

Но что бы не случилось,

Судьба не омрачилась,

А зло не притаилось,

Я не могу рискнуть…

Никак, ничем, ничуть.

Если верить сердцу,

То надо найти дверцу,

К ней дорога вечно нелегка,

А ключ потерян мной наверняка.

Дорога цена, которую заплачу.

Глупа та награда, что я получу.

И будет не то, чего я век хочу.

Куда бы легче мне мечтать…

Куда бы реальнее летать…

К чему вся эта суматоха?

Следует признать, я та ещё дурёха.

Искусственный отбор – это тоже плохо,

Коль не умеешь отбирать….

Ведь надо что-то знать…

Если верить сердцу,

То надо найти дверцу,

К ней дорога вечно нелегка,

А ключ потерян мной наверняка.

Если верить сердцу,

То надо найти дверцу,

Для этого понадобятся века,

А ключ потерян мной наверняка…

Через час пришёл отец. Он не довольствует, гордец.

Сказал ей много слов обидных, немного резких и обидных.

Остался ей последний вечер, а утром к ним сватья приедет.

И кавалер коль пропадёт, то в жены тот её возьмёт.

Вот и все, что ей осталось? Нужно сделать только малость,

Сделать лучше и надежнее, навечно, но слегка возможнее.

Лиза злая, что ей делать? Кого живым ей надо сделать

И в человека обратить, чтоб верить, жаждать и любить?

Ненависть в ней все сильнее, она её гасить не смеет.

Ей хочется всем отомстить и всех на свете поразить.

Она искала и искала, что ещё не оживляла.

Нашла на полке револьвер, что подарил им офицер.

Он излучал ужасный свет, чернее ночи, страшный цвет.

После слов тех в тишине, пред ней предстал он как во сне.

Ария Revolver Rouillé.

Бас / баритон.

Люди порой создают идеалы,

Любовь и душу изливая

В простых вещах или в предметах,

В одеждах разных и в портретах.

И это всё так дорого, прекрасно,

Но порою столь жестоко и опасно!

Убить, разбить и уничтожить.

Власть захватить и преумножить,

Исконно правило людское,

Дурацкое и воровское,

Но раз был создан револьвер,

То значит нет теперь проблем.

Люди порой убивают друг друга

То ради денег, то для досуга.

Оружие для них – простая игрушка,

А эгоизм, по правде, ловушка.

Так рождаются на свет мерзавцы, уроды,

А мне приятно их видеть невзгоды.

Убить, разбить и уничтожить.

Власть захватить и преумножить,

Исконно правило людское,

Дурацкое и воровское,

Но раз был создан револьвер,

Убийц на свете не в пример.

Но раз был создан револьвер,

То время смерти и проблем!

ГЛАВА 6

А счастью Лизы нет границ: пред ней стоит прекрасный принц.

Весь в чёрном он, чудесен глас, излучал могущую власть.

Платье новое надев, она идёт с ним на обед

Где семья её вся ждёт. Она же песнь свою поёт.

Ария Елизаветы «Вальс».

Сопрано.

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!⁸

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз…

В Садах Семирамиды 

Бывала я не раз,

Я видела и пирамиды,

И множество прикрас.

Но это все лишь прошлое,

Сейчас что сниться мне?

Что где-то я, роскошная,

С тобой наедине…

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз…

Под музыку Бетховена

Писала я стихи,

Смотря, как ты, столь скованно,

Мечтал услышать их.

Но это все лишь прошлое,

А мы танцуем вальс,

Как что-то невозможное,

Поёт твой дивный глас:

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз…

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз…

В Садах Семирамиды

Бывала я не раз,

И словно персеиды

Огни тех синих глаз,

Что на меня смотрели,

Как будто бы во сне,

И эти песни пели

Ночами только мне:

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз…

О! Мой быстрый вальс!

О! La renaissance!

О! Мы входим в транс,

Не спуская друг от друга глаз!

На ужине все как-то странно, Елизавета странна уж подавно.

Она с новым с кавалером, кто кажется революционером.

Отец её вновь недоволен, ему казалось, тот был фриволен,

Хотя жених помалкивал, сидел. На него лишь пристально глядел.

Позвал отец к себе Елизавету. Пытаясь следовать твёрдому обету,

Сказал, мол, её выбор мужа неправильным он ныне обнаружил.

Тут Лиза словно взорвалась. От слов отца она серьёзно завелась.

Сказала громко: «Беру в мужья я оттого, что беременна я нынче от него!»

Ария отца. 

Бас.

Я разве мог такое допустить,

И разве мог её я не любить,

Оберегать и в жизни помогать,

Быть добрым и к себе располагать?

Я разве мог, живя, её так бросить?

И мог ли я её любовь отбросить?

Я разве мог её не воспитать?

Я разве мог свою же дочь продать?

Отчего же, отчего же, отчего?

Родителей не уважают?

Не от того ли, не от того ли, не от того,

Что детей они не воспитают?

Но негоже, но негоже, но негоже,

Детям не любить матерей, отцов,

Ведь дороже, ведь дороже, ведь дороже,

Родителей нет никого.

Разве она совсем не понимает,

Что этим свою семью марает?

Где же её совесть, честь и уважение?

О, что за неблагодарное поколение!

Чужой любимей, чем родной отец.

Ужель нашей семьи пришёл конец?

И не связывает нас кровное родство?

Но, оказывается, не нужно ней оно…

Отчего же, отчего же, отчего?

Родителей они не уважают?

Не от того ли, не от того ли, не от того,

Что детей они не воспитают?

Но негоже, но негоже, но негоже,

Детям не любить матерей, отцов,

Ведь дороже, ведь дороже, ведь дороже,

Родителей нет никого!

Родителей нет ничего!

Отец вдруг пошатнулся и упал.

Тих стал весь их полный зал.

Ведь Лизе лишь пятнадцать лет!

Таким вот странным выдался обед!

Она к отцу родному и не подошла.

Как птица гордая, к себе опять ушла.

Ее зовут, она все не идёт.

И тут известие: отец вот-вот умрёт.

Она бежит к нему, как быстрая стрела.

Не выдержало сердце старика.

Пришла к нему и слезы проронила,

И долго-долго прощения просила.

Её простил, ведь, как быть, он отец.

Он должен быть родным ей наконец.

И умер благодетельный старик,

Оставив дочь и матушку одних.

А Лиза вспомнила, кто в этом виноват.

Как выстрел точен был, впопад!

Она боялась его даже там найти,

Надеялась, что он уже в пути.

ГЛАВА 7

Но он остался. Ждал, сидел.

Оружием убийства на нее смотрел.

И Лиза думает, что надо бы избавиться,

Иначе он и с ней тогда расправиться.

Он не хочет – ему здесь хорошо.

Он пригодиться девушке ещё.

Она боится, говорит, что он её не любит,

А их обоих скоро так погубит.

Он отвечает ей: «О нет, совсем не так.

Оружие стреляет только на руках.

Не револьвер кого-то убивает,

А человек, что им же управляет.»

Ария Елизаветы и Revolver Rouillé «L'amour».

Сопрано и бас/баритон.

Вместе

Mesdames et messieurs, bonjour.

Laissez-vous chanter sur l'amour.

C'est doux, ça fait mal, c'est dur.

C'est tout, mon cher, l'amour…⁹

Елизавета

Не бойся, не бойся, не бойся.

От смерти не убежишь.

Успокойся, мой друг, успокойся.

Останься там, где стоишь.

Revolver Rouillé

I'm begging you, begging you, begging you.

Please, don't let me down.

I’m crying too, lying too, dying too,

Tryna snatch your crown.¹⁰

Поочерёдно и вместе

Yes!

My heart jumped out of my chest.¹¹

Да!

Любовь для нас война!

Oui!

Mon cher, c'est la vie.

L'amour, c'est la guerre, mon ami…¹²

Yes!

My heart jumped out of my chest.

Да!

Любовь – это война!

Oui!

Mon cher, c'est la vie.

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

Елизавета

Побойся любви, ты побойся.

От правды не убежишь,

Скройся чудовище, скройся.

Раз любовью не дорожишь.

Revolver Rouillé

I love you, I love you, I love you,

I only hate myself.

I lied to you, lied to you, lied to you,

Just to get to your wealth.¹³

Поочерёдно и вместе

Yes!

My heart jumped out of my chest.

Да!

Любовь для нас война!

Oui!

Mon cher, c'est la vie.

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

Yes!

My heart jumped out of my chest.

Да!

Любовь – это война!

Oui!

Mon cher, c'est la vie.

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

L'amour, c'est la guerre, mon ami…

Вместе

Dieu merci et l'amour!

Guerre est de détruire la mur.

C'est doux, ça fait mal, c'est dur.

C'est tout, mon cher, l'amour!¹⁴

И в толпах людей далече от дома,

Она его бросила, словно и незнакома.

Он мог к ней, конечно, метнуться,

Но вскоре исчез, чтобы снова вернуться.

Говорят, где-то есть молодой человек,

Жестокий, как хищник, холодный, как снег.

Сущий убийца, ходит, ищет чего-то,

Но не найдёт никак это что-то.

Елизавета с мамой похоронила отца.

Она ненавидит того подлеца,

Ненавидит ведьму, подругу, себя.

Но вот к ним приехала наконец-то сватья.

Не долго думали, не долго решали,

Наследство её, наследство его.

Выгодным брак люди назвали.

Но никто ничего не сказал про любовь.

А ей безразлично, кто её муж.

Сколько денег, сколько там душ,

Она все тоскует, на помощь зовёт,

Ведь знает, что скоро расплата придёт…

Ария Елизаветы «Душа».

Сопрано.

Сколько песен, ещё не спетых,

Я могла бы спеть в сердцах?

Но есть ли смысл в незаметных

И не родившихся строках?

И звезда, чьё имя солнце

Пусть и дальше нам горит,

Хоть и свет в моё оконце

Вместе с ветром не стучит.

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя болящая душа,

Как глупо человеку жить,

Как глупо верить и любить.

Сколько мест, ещё невиданных,

Мне никак не повидать?

Сколько слёз, ещё невыплаканных,

Мне придётся потерять?

Если страх душою правит,

Есть ли смысл мне любить?

Если нет богатств и славы,

Если ли смысл дальше жить?

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя болящая душа,

Как глупо человеку жить,

Как глупо верить и любить.

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя болящая душа,

Ах, знаю что, я не права,

Но это все моя судьба…

Моя судьба…

Да будет мир, добро и вечность,

Будет в нем все хорошо,

Спасибо, друг, но человечность

Людей больше не спасёт.

Пусти меня на покаяние.

Пусти меня, пусти, родной.

Не могу я жить в незнании,

Пусти меня, пусти домой.

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя болящая душа,

Как глупо человеку жить,

Как глупо верить и любить.

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя болящая душа,

Ах, знаю, что я не права,

Но это все моя судьба…

Лети же ввысь иль вниз моя,

Моя скорбящая душа…

ГЛАВА 8

Была ли это правда, о, был ли это сон?

Карет приезд парадный стучал, как в унисон.

Пел скворец, лесной колдун, август провожая.

Юность, как зимой июль, Лиза вспоминала,

Сердце девичье своё в траур облачив.

Оно осталась бы ничьё, но вот её жених.

Он высок и светлоглаз, отец в мужья желал его,

Богатств привёз он напоказ огромное число.

Его все звали Лицемерским, он был ей весь под стать,

Такой же умный, хитрый, дерзкий, такого надо брать.

Уехала Елизавета вперёд, к своей судьбе,

Закончилось уже и лето, не время ли беде?

Но нет. Она жить будет долго, пока в иной мир не уйдёт.

Она успеет сделать много, но что же после всех их ждёт?

Что будет с Анной? Есть ли счастье в новой золотой семье?

Однако странно и несчастно она живёт с ним вся в себе.

Он, ненаглядный муж её, теперь миллионер.

Состояние своё и тысячи проблем.

Не любит Аннушка его и ждёт, когда умрёт.

Он Анне не отдаст своё, он всё живёт, живёт…

Она уж думала убить. Три раза. Но не вышло.

Она пыталась отравить, а он здоровым вышел.

Поэтому сама же Анна, когда, Бог её знает,

От отчаяния и зла до мужа умирает.

Елизавета с Лицемерским жила вполне прилично.

И деньги были, было место, жизнь была отличной.

Она с борзыми в лес ходила, охотясь на лисиц.

Также поиграть любила, была красивей всех девиц.

Забыла про семью и папу, забыла про обряд.

Забыла, что пообещала ведьме в качестве наград.

Забыла заклинание, забыла Анну, всё.

Но Кадитта помнила и ждала её.

И когда Елизавета достигла сотни лет,

Не раскрыв того секрета, попала на тот свет.

Её там встретила Кадитта и, смеясь, сказала:

«Здравствуй, милая, иди со мной. Иль хочешь рая?»

На это Лиза ей сказала: «Конечно в рай хочу!»

Вдруг Кадитта рассмеялась, потушив свечу.

И вот пред Лизой тёмный край, все адские круги.

«Вот твой персональный рай!» – Кадитта ей твердит.

ЭПИЛОГ

Mes amis¹⁵, закончим ж эту песню,

Пойдём вперёд, осилив бездну,

Словами честными закончим этот путь

И поймём же поэмы нашей суть.

De gens parfaits¹⁶ сделать нам невозможно,

Хоть это не дорого да и не сложно.

Но человек вовсе не вещь и не декор,

Не товар, не любимец, не слово, не сор.

Как бы вы не желали, невозможно создать

Идеал, что можно купить иль продать.

Ведь это не жизнь, а лишь подражания,

Как и предметы нашего обожания.

Ария дворовых крестьянок.

Сопрано, меццо-сопрано, контральто.

Все вместе

Ой, моя красна матрёшка,

А твоя лиха гармошка,

Так и тянет танцевать

Да под вечерок гулять!

0й!

Сопрано

Принесу ка я с дорожки

Лесных ягодок в лукошке,

Положу их у окошка.

Ну а ты мне что? Картошку!

Ой!

Меццо-сопрано

Расплелись русые косы,

Аки солнце, рыжеволосы.

Ай, ребятушки курносы,

Трудятся на сенокосах!

Ой!

Контральто

Как их тянет танцевать,

А кого-то уж дремать.

Ну ка, пой же, пой, гармошка!

Играет мой дурак Алёшка!

Ой!

Все вместе

Ой, моя красна матрёшка,

А твоя лиха гармошка,

Так и тянет танцевать

Да под вечерок гулять!

0й!

ПРИМЕЧАНИЯ

¹ Сладкий Торт (фр.)

² Золотые Часы (фр.)

³ Ржавый Револьвер (фр.)

⁴ ведьма (фр.)

⁵ У нас внутри есть вечность

В самом сердце она,

О свободе грезит

О жизни и о счастье… (фр.)

⁶ Как говорится, в жизни нет ничего бесплатного,

Ни вафель в Брюсселе, ни круассанов в Париже! (фр.)

⁷ Любовь и здоровье,

Полезное и соленое

Как сладкое и горькое,

Как приятное и дорогое.

Мне хватит одного

Не нужно лишнего.

Путь к любви идёт через сердце,

А не через желудок.*

*Дословно: «Путь к чистому сердцу, а не к еде». (фр.)

⁸ Ренессанс! (фр.)

⁹ Дамы и господа, здравствуйте!

Позвольте себе петь о любви.

Она нежна, ранима, тяжела,

Но это всё, мои дорогие, она… (фр.)

¹⁰ Я умоляю тебя, умоляю, умоляю.

Пожалуйста, не подведи меня.

Я тоже ломаюсь, тоже схожу с ума, тоже притворяюсь,

Пытаясь отобрать власть у тебя. (англ.)

¹¹ Да!

Мое сердце выпрыгнуло из груди. (англ.)

¹² Да!

Дорогой мой, такова жизнь.

Любовь – это война, мой друг… (фр.)

¹³ Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя,

Я ненавижу только себя.

Я лгал тебе, лгал тебе, лгал тебе,

Только для того, чтобы добраться до твоего богатства. (англ.)

¹⁴ Слава Богу и любви!

Такая война разрушает стены,

Она нежна, ранима, тяжела.

И это всё, дорогие, она! (фр.)

¹⁵ Мои друзья (фр.)

¹⁶ Людей идеальных (фр.)