Группа людей в оранжевых спасательных скафандрах собралась возле контейнеров с аварийным запасом, установленных в центре временного лагеря. Около двухсот мужчин и женщин угрюмо молчали, напряженно внимая негромкой речи капитана. Холодный пронизывающий ветер заставлял вчерашних покорителей космоса невольно жаться поближе друг к другу. Срывающиеся снежинки падали внутрь открытых скафандров и таяли на мокрых лицах. На импровизированном помосте из ящиков стоял старый человек, который после небольшой паузы устало продолжил свою речь:

– Мы находимся почти на окраине галактики вдали от всех существующих трасс. Искать нас будут совершенно в другой звёздной системе. Надеяться на то, что кто-то случайно окажется рядом с нами я бы не стал: в этот район крайне редко заглядывают, здесь просто нечего делать… – капитан задрал голову и как-то с упрёком посмотрел на едва проглядывающее сквозь облака желтоватое солнце.

– При аварии наш корабль успел автоматически передать сигнал бедствия в направлении ближайшего межзвёздного маяка. Энергии для аварийного передатчика больше нет. Если нам повезет, то за нами прилетят через тридцать пять лет, так что надеяться мы можем теперь только на самих себя, – произнёс капитан, медленно оглядывая всех собравшихся тяжёлым взглядом.

После этих слов откуда-то сбоку послышались тихие женские всхлипывания. Для многих членов команды слова капитана стали оглашённым вслух приговором и крахом всех надежд на спасение. Толпа съёжилась и хмуро молчала.

– Буду предельно краток. Мы не в состоянии построить новый корабль. Для этого у нас недостаточно ни знаний, ни ресурсов, ни энергии. Всё, на что мы способны в сложившейся ситуации, это адаптироваться к местным условиям, научиться жить на этой планете и сделать её нашим новым домом. В каком-то смысле нам невероятно повезло: мы можем существовать здесь без скафандров. Имеющихся у нас аварийных запасов хватит максимум на три стандартных года или и того меньше. Поэтому я не вижу другого выхода кроме как… – капитан внезапно замолк и после затянувшейся паузы продолжил, – Доктор объяснит вам всё лучше меня. Док, прошу, слово за вами!

На ящик взобрался невысокий мужчина в скафандре, и мучительно откашлявшись начал свою речь:

– С точки зрения медицины все условия на этой планете, включая климатические, по удивительному стечению обстоятельств практически идеально подходят для нашего биологического существования, – начал было корабельный врач и осёкся. Из толпы донеслись недовольные реплики, а кто-то несколько раз подряд чихнул и громко высморкался.

– Тем не менее, большинство из нас, включая меня, – доктор кашлянул, – испытывают сильнейший физический дискомфорт от холода, недоедания, недосыпания и различных бытовых неудобств. Мы просто не привыкли жить в дикой природе и оказались к этому совершенно не подготовлены. Но, насколько нам всем известно, наши далёкие предки успешно выживали в подобных условиях, и все мы с вами тому подтверждение. Всё что нам нужно, это суметь адаптироваться!

Люди начинали закипать от злости. Несмотря на гневные выкрики, доктор продолжил заметно повысив голос:

– Да, нам нужно всего лишь немного адаптироваться к климату! Вы сами видите, что местная флора и фауна процветают! К нашему счастью, мы не вызываем у эндемиков особого гастрономического интереса, а местные бактерии и вирусы совершенно безопасны для нас, по крайней мере пока. Конечно же, мы попытаемся культивировать здесь привычные нам съедобные растения. В аварийном запасе предусмотрен запас семян, но до получения первого урожая уйдут годы. Хорошая же новость заключается в том, что многие виды грибов, растений, насекомых, пауков и ракообразных вполне пригодны в пищу варёными, а некоторые из них можно без последствий для здоровья есть даже в сыром виде!

После этого крайне сомнительного утверждения толпа начала закипать и ситуация грозила выйти из-под контроля. Люди совершенно не понимали цели собрания, а хотели лишь поесть и поспать в тепле. Но доктор упрямо гнул свою линию, не обращая внимания на хамские выкрики:

– Ладно, перехожу к существу вопроса! Как вам всем известно, один из членов нашего экипажа пятнадцать суток назад пытался покончить с собой, вколов себе из аварийной аптечки одноразовый инъектор красного цвета с изображением скелета. У каждого из вас в аптечке есть точно такой же. На самом деле это никакой не яд, а сильнейший искусственный адаптогенный вирус, который встраивается в структуру ДНК и позволяет организму сравнительно быстро и незаметно адаптироваться к самым различным условиям внешней среды. Например, под действием вируса, за пару месяцев постоянного лазания по деревьям сильно удлинятся руки и укрепится мускулатура. В более экстремальных случаях, через несколько лет лёгкие могут превратиться в плавательный пузырь, а на шее вырастут жабры. Последствия употребления препарата полностью необратимы и сугубо индивидуальны, всё зависит только от повседневного образа жизни и внешних условий. Кроме того, сохраняется возможность размножения, причем жизнеспособные потомки унаследуют все вновь приобретённые адаптационные свойства своих родителей. Но, у этого адаптогена есть очень сильный побочный эффект: он также воздействует на способность индивида критически мыслить. Дело в том, что наш головной мозг потребляет до четверти энергии всего организма, поэтому в условиях пассивного выживания разумная деятельность оказывается энергетически невыгодной. В отдельных случаях действие адаптогена способно привести к полной или частичной деградация как личности, так и различных систем организма. Впрочем, сам индивид при этом может ощущать себя вполне комфортно и даже счастливым, – задумчиво добавил доктор и сделал небольшую паузу, – Старпом, будьте добры, пригласите сюда нашего неудавшегося самоубийцу, уже испытавшего на себе действие препарата.

Старпом, одетый почему-то не как все собравшиеся, а в более лёгкий комбинезон, молча кивнул головой и пошёл к стоявшему у ворот лагеря вездеходу.

– Почему на инъекторе изображен скелет? – раздался вопрос из толпы.

– Как правило, все аварии в космосе сопровождаются холодом, недостатком воздуха, воды и пищи. В такой ситуации лучшей тактикой выживания является снижение до минимума потребляемых ресурсов и ожидание спасателей. Человек впадает в анабиоз или спячку, называйте это как хотите. Если тело не оледенеет от холода, то со временем организм начинает пожирать сам себя и наступает крайняя степень истощения. Мы же с вами находимся на пригодной для жизни планете, так что умереть от голода здесь не грозит. Просто создатели упаковки не могли даже предположить, что этот препарат понадобится кому-то для выживания в дикой природе! – объяснил доктор собравшимся.

– В первые часы после введения в организм действие адаптогена вызывает сильную лихорадку, так как это всё же настоящий вирус. Поэтому многие из вас действительно подумали, что самоубийца принял яд, – снова откашлявшись продолжил доктор, – Этот искусственный вирус очень медленно размножается и быстро погибает вне организма, а в малых дозах он приводит лишь к общеукрепляющему эффекту. Заразиться адаптогеном невозможно. Как видите, со мной ничего страшного не произошло. Парень же ввёл себе полную дозу, поэтому вернуть всё назад как было я уже не мог при всём желании. Мы с капитаном взяли на себя ответственность и решили дать возможность испытавшему на себе препарат пациенту пожить подальше от лагеря, чтобы он пришёл в себя после случившегося и побыл наедине с природой. У молодого человека не было близких друзей среди нашего экипажа, поэтому после неудавшейся попытки суицида он сам попросил оставить его в одиночестве. Я был вынужден солгать вам насчёт его похорон в закрытом мешке…

Доктор немного помолчал и продолжил:

– Нам с кэпом и старпомом пришлось честно объяснить бедолаге механизм действия вируса и возможные побочные эффекты. Мы предоставили ему видеосвязь и стандартный, как у всех нас, набор продуктов питания, одежды и медикаментов. Последние две недели парень жил один в вездеходе, стоявшем всего в двух километрах от лагеря. Всё это время наш подопечный делал всё, что ему заблагорассудится. Сегодня воскресший коллега сам решил вернуться обратно к нам в лагерь. Прошу вас всех вести себя очень… – доктор запнулся подбирая нужное слово, – деликатно! И не задавайте ему глупых вопросов. А вот и наш отшельник!

Толпа резко обернулась назад. По снежной позёмке к ним шли двое: старпом в оранжевом комбинезоне, и немного позади него обнажённый по пояс программист-механик, известный всем как Сисадмин. Собравшиеся завороженно смотрели на развивающуюся на ветру густую рыжую бороду и шевелюру сутулого молодого человека лет двадцати пяти от роду, а также на его абсолютно босые стопы, оставляющие на тонком снегу контрастную вереницу чёрных следов. Сисадмин шёл за старпомом ступая осторожно, как слепой, практически не глядя перед собой и не обращая на собравшихся никакого внимания, устремив немигающий напряжённый взгляд в экран своего планшетного компьютера, который он держал перед собой в грязных руках. Непропорционально оттопыренные, длинные и гибкие большие пальцы его рук с фантастической скоростью бегали по сенсорному экрану, словно живя собственной жизнью. Люди настороженно расступалась перед несостоявшимся покойником, боясь нечаянно проронить хоть малейший звук. Дойдя до центра лагеря, старпом плавно повернулся назад и положил руку на плечо косматого дикаря, от чего тот неожиданно молодым голосом, резко и громко произнёс:

– Сейчас, подожди! Дай сохраниться!

Толпа вздрогнула от неожиданности. Сисадмин тем временем поднял голову и как ни в чём не бывало, будто отлучался на десять минут перекусить, небрежно произнёс:

– Всем привет!

После этого полуголый человек быстро сунул планшет подмышку и с удивлением осмотрел стоящих вокруг него людей в скафандрах, как будто те пришли летом на пляж в зимней одежде. Затем Сисадмин полез рукой в оттопыренный набедренный карман своих грязных и протёртых на коленях до дыр штанов, и извлёк оттуда три самых обычных сменных энергомодуля для портативного компьютера.

– Можно я воткну на зарядку топливные элементы? – с надеждой в голосе спросил парень, – А то вездеход уже почти на нуле, я едва дотянул обратно!

– Конечно, давай я отнесу их на зарядку, – утвердительно сказал старпом и взял протянутые ему энергомодули.

– Спасибо! Супер! – радостно произнёс Сисадмин в ответ.

– Тебе принести новый комбинезон, как у меня? – быстро спросил старпом.

– Найдите мне лучше мою старую монтажную жилетку, – мгновенно ответил стоящий на снегу босой человек с голым торсом.

– Зачем она тебе? – ошарашенно произнёс одетый в тёплый комбинезон старпом.

– Так в ней много карманов. Плюс жилетка, в отличие от комбинезона, при наклонах не выдёргивает волосы на спине! – ответил парень таким тоном, будто объяснял несмышлёному ребёнку очевидную прописную истину. Только после этих слов все заметили, что спина и руки отшельника были покрыты коротким густым мехом телесного цвета.

– Хорошо, мы поищем твою любимую жилетку, – заверил его старпом, и поморщившись от холода добавил, – Может тебе новую обувь подобрать? Какой у тебя размер?

– Не надо, ботинки быстро промокают, и за ночь они так дубеют от мороза, что утром их вообще не надеть. Я уже босиком привык! – с нескрываемой гордостью заявил Сисадмин, рассматривая на снегу свои следы, на которых можно было без труда пересчитать все пальцы босых ног.

– Пойдем в пищеблок, накормим тебя с дороги, обогреем, отпразднуем твоё возвращение! – тихо и как-то нерешительно предложил старпом.

– Неохота, мне бы топливные элементы побыстрее заправить, а то ещё до темноты нужно добраться обратно к землянке, которую я себе вырыл для ночёвки, – уверенным спокойным голосом ответил парень, рассматривая свои драные штаны.

– Ночуй здесь, завтра к себе вернешься, если захочешь! – не сдавался старпом.

– Не могу, я обязательно должен дров в костёр подбросить, иначе за ночь все мои саженцы папоротника помёрзнут! И на вечер ещё дел по горло: нужно в третьем Старкрафте на двенадцатом уровне достроить каменную стену от кентавров и отыскать в Авалоне волшебный меч, а то обнаглевшие драконы сожгут все оставшиеся деревни и моё войско разбежится без снабжения, тогда вообще хана! – после этих слов бывший программист-механик опустился на колени и не обращая никакого внимания на онемевших людей принялся руками расчищать мокрый снег и выдёргивать из лиловой промерзшей травы самые сочные молодые побеги сиреневого цвета.

Толпа вокруг стояла неподвижно, с опаской и брезгливостью наблюдая за происходящим. Когда Сисадмин с явным удовольствием неспешно прожевал и проглотил горстку чего-то грязно-инопланетного, тишину нарушил капитан:

– Оставайся и живи здесь, зачем тебе уходить от нас в лес?

– Нет, я уже пробовал, – упрямо произнёс Сисадмин, – Одному мне лучше! Ведь здесь даже моего настоящего имени никто не знает, а я постоянно только и слышал от всех: почини то, настрой это… Сейчас я впервые стал ощущать себя по-настоящему счастливым и свободным!

– Зачем же ты вернулся в лагерь, не за батареями же для компьютера? – задал прямой вопрос капитан.

– Именно за ними! Доктор вроде уже объяснил популярно, что без сложных задачек я быстро деградирую и превращусь в глупое животное, и хорошо если в травоядное, а не в хищника, – дерзко и многозначительно ответил бывший программист-механик, после чего открыл свой рот и театрально потрогал грязным пальцем верхние зубы, будто проверяя их остроту. Последовала напряженная тишина.

– У тебя есть идеи, как жить дальше? – спросил капитан.

– Я предлагаю, чтобы адаптоген принимали не всей толпой сразу, а по одному, чтобы адаптация к внешним условиям шла под присмотром разумного большинства. Иначе мы запросто превратимся в стадо животных, – объяснил Сисадмин.

– И как ты планируешь не дать людям поглупеть? – вмешался изумлённый доктор.

– Очень просто: постоянная внешняя угроза! Мы разделимся на кланы и будем воевать друг с другом нелетальным оружием. Суть в том, что войны будут вестись не ради уничтожения противника и нанесения физического ущерба, а с целью овладения некими сакральными артефактами, не имеющими большой фактической ценности, например, священным огнём, флагом или храмом. Я уже разработал рыцарский кодекс чести и правила ведения боевых действий, – объяснил бородатый стратег-любитель, выросший на межзвёздном транспортном корабле и имевший представление о войнах исключительно по компьютерным играм и художественным фильмам, весьма далёким от безжалостной реальности.

– Как нам заставить умных людей воевать друг с другом при отсутствии на то веских причин и избытке природных ресурсов на планете? – задумчиво поинтересовался капитан.

– Условно поделим всю планету на независимые государства. Придумаем несколько разных языков и религий. Возродим товарно-денежные отношения и введём налоги. Как только люди начнут глупеть, политики быстро найдут причины для войн! – серьёзно ответил Сисадмин и замолчал.

– Допустим, но с войнами мы пока повременим! У наших физиков есть идея получше, – сказал более опытный капитан. – Мы начнём возводить по всей планете пассивные отражатели квазиволн в виде гигантских четырёхгранных каменных пирамид, которые будут создавать мерцающие помехи для межзвёздной навигации. Чем больше таких антенн мы построим, тем быстрее нас заметят и возвратят домой.

– Боюсь, что у людей будут серьёзные проблемы с мотивацией. Вряд ли все захотят работать, когда можно спокойно бездельничать в комфорте, – задумчиво заметил старпом, – Кроме того, далеко не все успешно адаптировавшиеся к этой планете захотят вернуться на родину и жить в зоопарке…

После длительного молчания капитан внезапно побледнел, поманил к себе пальцем доктора и старпома, и очень тихо, чтобы их никто больше не услышал, произнёс:

– Доктор, старпом прав, я ошибался! Приказываю вам прямо сейчас изъять из аптечек команды все до единой дозы адаптогена и запереть их в оружейный ящик, на который повесить три замка. Один ключ будет у вас, второй отдадите мне, а третий – у старпома. Все остальные дубликаты ключей мы уничтожим! – троица еще плотнее заговорщически склонилась друг к другу. – Если кто-то не захочет отдавать свой инъектор, то вам старпом я разрешаю применять оружие! Это всё! Выполняйте! Немедленно!

Старпом и доктор резко развернулись с намерением незамедлительно приступить к конфискации инъекторов у членов команды, но как вкопанные замерли от увиденного. Толпа людей вокруг них заметно поредела: почти треть всего экипажа лежала прямо на заснеженной земле, а рядом с ними валялись уже использованные красные инъекторы.

***

– Удивительно, как много биологических видов произошло на этой планете всего лишь из одного разумного прототипа, практически никак не видоизменившегося за миллионы поколений. Кстати, этот доминирующий биологический вид под названием человек практически всеяден: они с удовольствием и не задумываясь пожирают своих далеких сородичей, причём как травоядных, так и хищников. Руководствуясь своими биологическими инстинктами люди предпочитают не замечать, что все остальные млекопитающие являются лишь более примитивными деградантами, которых можно вывести путем адаптационных преобразований организма человека к внешним условиям окружающей среды. Даже несмотря на то, что люди уже освоили атомную энергию, большинство их учёных уверены, что всё живое произошло из простейших форм бактерий путем длительного естественного отбора, как будто методом выбраковки слепая природа может случайно создать более сложный организм. Пусть их учёные попробуют насыпать в пробирку кремния и дождаться, когда песчинки сами соберутся в суперкомпьютер, – при этой мысли шарообразное эфирное тело межзвёздного странника покрылось серией ярких разноцветных искр, что свидетельствовало о редком проявлении юмора.

– Как же тогда возникло человечество? Кто создал людей или их создателей? Откуда вообще взялись углеродные формы жизни, – поинтересовался у странника его симбионт-навигатор, представляющий собой внешнюю плазменную оболочку.

– Это длинная история. Тебе известно, что если из любой точки вселенной начать двигаться по прямой в любом направлении, то в итоге, пройдя вполне определённое конечное расстояние, мы вернемся в эту же самую точку, только с обратной стороны? – ответил вопросом на вопрос странник.

– Ещё бы! Этот опыт мы выполняли ещё на начальном цикле обучения навигации, очень нудный и скучный эксперимент, – заверил странника его симбионт, – Не понимаю, зачем самому проверять на себе всё то, что раньше до тебя проделывали уже тысячи раз? И так всем давно уже известно, что наша вселенная замкнутая, но не бесконечная, хотя она очень большая и не имеет границ.

– Правильно, время тоже замкнуто само на себя, и однажды очень далёкое будущее вселенной превратится в её отдалённое прошлое. То есть, вселенная развивается во времени по очень продолжительному циклу, который отнюдь не бесконечен. Всё, что имеет начало, однажды прекратит своё существование. Процесс рождения и смерти сопровождается трансформацией материи и энергии из одного состояния в другое, но разум способен сохранить и повторно использовать накопленную информацию с предыдущих стадий своего развития, – попытался объяснить свою идею странник и добавил, – Люди изображают эту концепцию при помощи свернувшейся в кольцо длинной рептилии, пожирающей собственный хвост. Они давно заметили, что время развивается циклично.

– Не понимаю, а причём здесь люди? – возмутился симбионт, – Их жизнь крайне коротка даже по масштабам звёзд, не говоря уже о галактиках или всей вселенной!

– Чем разумнее биологический вид, тем сильнее он стремится познать и подчинить себе окружающий его мир. В конечном итоге, в очень далёком будущем одна из жизненных форм рано или поздно превратится в Высший Разум, который, в свою очередь, после длинной череды метаморфоз станет Творцом Вселенной и первопричиной всего сущего в начале времён… – объяснил странник и продолжил, – Я уверен, что создавая нашу вселенную Творец заранее знал, что, как, кого и в каком облике ему нужно было реализовать. То есть, у него уже был предшествующий опыт. Мне думается, что вселенная спроектирована в целом безошибочно, но весьма далёкой от идеала. Надеюсь, что в следующий цикл творения наш мир станет более совершенным…

– Странник, я так и не понял, причём же здесь люди? – поинтересовался симбионт.

– Из всех известных мне жизненных форм только человечество почему-то издревле уверено, что в начале всего было Слово. Впрочем, это вполне может оказаться случайным совпадением. Как говорят люди: поживём – увидим! Нужно просто набраться немного терпения…

Константин Евченко

Москва, 2020

evchenko@gmail.com

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.