Дарина Дэйд
Дом убийц

Ручка ведра предательски скрипела и намеревалась в любую секунду отвалиться, разлив воду по земле. Он прекрасно это понимал, посему старался идти максимально ровно и медленно, насколько позволяли его худые, измождённые руки. Приходилось носить воду с ключа, который находился в овраге, метрах в пятидесяти от его нового дома. До парня ещё не дошло понимание как починить колодец во дворе. Доски прогнили, цепь свалилась в недра тьмы, при первой попытке спустить ведро для забора воды.

Он почти дошёл до двора дома, когда услышал странный шум. Сначала он подумал, что это поднялся ветер, но к основному шуму добавились вибрирующие звуки, природу которых он не мог объяснить. Долго озираясь и оглядываясь, парень заметил облако пыли у дороги. За секунду до него снизошло что происходит и бросив ведро он рванул в сторону отдаляющегося шума. Сил в теле было мало, но он бежал так, как не бегал никогда в жизни. На секунду ему показалось, что он обгонит и гепарда. Добежав до края улицы, парень рванул по свежему следу на дороге, пыль уже почти вся осела, но он не терял надежды. И не зря! Миновав ещё несколько домов перед его взором, открылось поле, через которое проходила практически полностью заросшая дорога. По ней двигалась серебристая машина. Не спеша, но скорости было достаточно, чтоб с каждым мгновением отдаляться от бегущего за ней паренька.

– Стой! – крикнул он во всё горло.

Машина продолжала ехать, не сбавляя скорости, как и бегущий за ней человек.

– Стой! – крик был отчаянным, несколько птиц взмыли в небо услышав его.

Парень продолжал бежать и размахивать руками. Из глаз потекли слёзы, они застилали обзор, но ему было всё равно, он продолжал бежать.

Внезапно машина остановилась. Парень заметил это не сразу, смахнув слёзы, он почти замер на месте от шока, но осёк себя и побежал к машине не сбавляя скорости. Буквально через несколько секунд он её настиг, остановился у багажника и только хотел начать тарабанить по металлу, как три двери машины открылись. Перед пареньком оказались двое мужчин и одна женщина. Все трое были молоды, не больше тридцати лет, одеты в светлую, лёгкую одежду и кроссовки.

– Ты откуда? – спросила девушка, оглядываясь вокруг.

Парень попытался ответить, но никак не мог надышаться. Лёгкие горели, бок свело от боли, он несколько раз поднимал руку, указывая в сторону дома, из которого он прибежал, но сказать так ничего и не мог.

У плеча возникла бутылка воды, её протягивал черноволосый парень, который с беспокойством заглядывал в глаза. Паренёк взял бутылку без слов, выпил почти половину и несколько раз глубоко вздохнув, заговорил:

– Я из того дома! – сказал он, опять указав рукой. – Помогите мне!

– Что случилось? – спросил водитель машины – парень с русыми волосами и пирсингом в ушах.

– Где твои родители? – уточнила девушка, с беспокойством озираясь на своих друзей.

– Я тут один! – ответил парень, сжимая бутылку в руках.

– Один?! – воскликнул черноволосый парень.

– Он же совсем ребёнок, – шёпотом сказала девушка водителю. – Сколько тебе лет?

– Не знаю. Я не помню. Двенадцать наверно.

Пассажиры и водитель застыли в шоке. Перед ними стоял мальчик, с русыми, густыми волосами, едва прикрывающие уши, голубыми глазами, худощавым телом, на котором болталась изношенная одежда, в которой узнавался современный дизайн и крой, паренёк выглядел на возраст, который он назвал.

– Что же ты тут делаешь? Один.

– Не знаю. Не помню. Сегодня сороковой день, как я тут нахожусь. Пожалуйста, отвезите меня домой.

Пассажиры и водитель переглянулись и без слов поняли друг друга. Усадив мальчика на заднее сиденье и вручив ему бутерброд с пакетом сока, все сели в машину и повезли ребёнка в ближайшее отделение полиции, которое находилось в сорока километрах. По пути мальчик рассказал подробно о том, как он однажды очнулся в одном из домов этой заброшенной деревни, вокруг него была кровь, и ни единой души. Голова жутко болела, в затылке зияла рана. Обойдя всю деревню, мальчик не нашёл никого. Долго слонялся по округе, но в итоге принял решение разбить временное жилище в одном из заброшенных домов, в ожидании помощи.

Сидя в ярко освещённом кабинете, мальчик чувствовал себя спокойно. Он отвык от шума и чужих голосов, но ему нравилось, что происходило вокруг.

– Как же ты столько времени смог жить один? – спросил полицейский, протягивая кружку чая мальчику.

– Я читал. У меня было много книг про походы, энциклопедии всякие. С папой часто ездили на рыбалку, иногда играли в игру как будто у нас нет никаких приспособлений для костра или палатки.

Несмотря на ужас, который пережил ребёнок, в глазах его не было видно страха, только грусть и усталость, накопленные за столько дней одиночества.

– Постарайся всё-таки вспомнить самое последнее перед тем, как ты оказался там. В том доме.

Полицейский не в первый раз задавал мальчику этот вопрос.

– Не могу. Помню только как мы с сестрой играли дома. Родители уехали в гости. И мы с сестрёнкой разговаривали про майские праздники… шашлыки будем есть, на природу поедем. Я так соскучился по ней.

– Совсем скоро ты увидишься с ней и с родителями. Сколько раз ты пытался дойти до трассы?

– Раз десять. Было страшно. Волков видел, оленей. И после того, как мимо меня в один день прошёл кабан, я перестал пытаться добраться до большой дороги. Но я выложил у дома, где жил, надпись с призывом о помощи.

Спустя почти час допроса дверь в кабинет открылась. Вошли двое человек, муж и жена, возрастом около сорока лет. Лицо женщины выглядело молодо, глаза ярко горели, на коже виднелся лёгкий макияж, который подчёркивал её природную красоту – голубые глаза, густые брови, маленькие губы и небольшой нос с горбинкой. Мужчина тоже не был обременён возрастом. Лицо гладко выбрито, глаза светились, широкий нос выглядел брутально для овального лица с мягкими чертами. Но не смотря на яркость их взгляда, на лицах застыло недоумение и страх. Супруги смотрели на мальчика, сидящего на стуле, и не шевелились, не торопились бежать к нему и бросаться в объятия, их сковывал шок.

Мальчик просиял, практически кинул кружку на стол и подбежал к новоприбывшим:

– Мам, пап!

Слёзы покатились из глаз ребёнка, его обессиленные руки обняли родителей, последние в свою очередь обняли в ответ.

– Не могу поверить, – прошептала женщина, повернувшись к мужу.

Полицейский поведал подробности о пропаже мальчика, которые были ему известны на этот момент. Рассказал о месте, где обнаружили их сына, кто нашёл и о том, что он не помнит, что происходило за месяц до того, как он пропал. Родители, как ни странно, не очень расстроились узнав, что подозреваемых пока нет. Полицейский этому не удивился, потому что родителям всегда важно, что их ребёнок нашёлся в добром здравии, остальное уже второстепенно.

Приехав домой все трое расположились на диване в зале. Мальчик с восхищением осматривал всё вокруг, постоянно оборачивался в сторону родителей ища в их лицах поддержку и ободрение.

– Вроде всё знакомое, но как будто тут побывал чужой человек.

– После того как ты пропал мы сделали перестановку и некоторые вещи поменяли, – ответил отец мальчика.

– Например? – не унимался ребёнок.

– Шторы, – включилась в разговор мама мальчика. – Раньше они были бежевые.

– А теперь бордовые, – добавил мальчик. – Даже с такими тёмными шторами дома всё равно светло.

После некоторой паузы мальчик воскликнул:

– Точно! Чехол на диване был сиреневый. Это же любимый цвет Леры. Зачем вы убрали его?

Мама мальчика замерла, в смятении посмотрела на мужа не зная что ответить.

– Он испортился. Пришлось его выбросить, ни один порошок не смог вывести грязь, которая на нём была, – ответил отец мальчика, встав на ноги и уйдя к окну.

– Ты голодный? Давайте поужинаем.

Мама мальчика увела сына с собой на кухню, кивнув супругу, чтоб он присоединялся к ним. Когда стол был накрыт мальчик принялся жадно есть. Он успел позабыть как вкусна домашняя еда. В том заброшенном доме он питался ягодами, грибами и рыбой, которую ловил найденной сетью. Он пытался поймать кроликов, но сил у него было мало, поэтому обходился только тем, что проще добывалось.

– Не торопись, – спокойным голосом сказала мама мальчика.

Она грустно опустила глаза на собственную тарелку и отодвинула её от себя.

– А вы почему не едите?

– Мы сытые. – ответил отец мальчика, водя пальцами по кружке с чаем.

Когда еда на тарелке мальчика закончилась он встал из-за стола и направился в свою комнату. Родители остались одни. Услышав, что дверь в комнату мальчика закрылась и убедившись, что он действительно там, мама мальчика заговорила:

– Как это возможно?

– Я не знаю. Я был уверен, что всё сделано.

– Нужно было поехать с тобой.

– Ты бы не выдержала. Что будем делать? Леру скоро забирать из садика надо будет.

– Мне кажется нужно жить как раньше.

– А если…

– И переехать! – жена пристально уставилась на мужа, она ждала смиренного ответа.

– Хорошо. Сегодня же начну искать квартиру. Ты ищи садик для Леры.

Женщина кивнула мужу и выйдя из кухни направилась в комнату сына. Супруг в свою очередь переоделся и вышел из квартиры.

– Чем занимаешься? – мягко спросила женщина сына.

Мальчик поднял на неё горящие глаза, в руках он держал игровую приставку.

– Я почти всё из этого помню! Все эти игры. Как одежда лежала в шкафах, даже пароль от компьютера вспомнил. Набрал не задумываясь. И странность за собой заметил, когда проходил мимо стола вот в этой части – мальчик указал на угол столешницы. – рука машинально попыталась что-то взять, но тут пусто. Ты не помнишь, что тут лежало обычно у меня?

Мама мальчика замерла, натянула улыбку.

– Нет, не припоминаю, – солгала она.

– Ничего. Всё впереди. Посмотришь со мной фотографии? Я тут нашёл папку у себя, надеюсь поможет.

– Да посмотрю. Ты не торопись. Врач сказал, что нужно время для восстановления.

Женщина села рядом с сыном. Просматривая фотографии, она украдкой следила за выражением лица своего ребёнка, но эмоций, которых она там ожидала не увидела.

Спустя некоторое время домой вернулся отец семейства с дочерью. Пятилетняя Лера – девочка со светлыми волосами и яркими карими глазами, аккуратно положила обувь на полку, повесила рюкзак на крючок и сразу направилась мыть руки. Она с самого детства впитывала всё самое хорошее от родителей: аккуратность, чистоплотность, доброту и вежливость. Выйдя в зал, Лера ахнула от удивления.

– Даня! – Лера кинулась в объятия брата, который почти бежал ей навстречу. – Ты где пропадал?

– Я тебе потом расскажу, когда вспомню.

– Ты всё забыл? – грустно спросила Лера.

– Нет, не всё. Только чуточку. Про тебя и маму с папой я помню.

– Мы так и не съездили на пикник.

– Обязательно съездим. Так ведь? – задал вопрос Даниил отцу, который в ответ лишь кивнул, пытаясь улыбнуться.

Весь вечер Даниил и Лера общались и играли. Лера постоянно спрашивала помнит ли он тот или иной предмет, родственника, друга и тому подобное. Почти всегда Даниил отвечал положительно. Когда время подошло ко сну Лера пыталась уговорить родителей, чтоб брат лёг с ней для спокойствия, но они наотрез отказались, и дочка в ответ надув губы перестала с ними разговаривать.

Прошла неделя. Даниил ходил на физиолечение, и постоянные допросы с выездом на место, где его нашли. Так же он много времени проводил сидя дома так как друзья разъехались на каникулы. Он часто бродил по дому, щупал вещи, какие-то перекладывал на другое место, туда, где они лежали до его пропажи. Чаще всего он проводил время в комнате Леры, там ему было спокойней. В один из дней Даниил нашёл на меловой доске послание. Они любили общаться аббревиатурами, как только Лера научилась писать. На доске было написано: хрустящяя оладъя черес улицу кликала орбуз но фонарик ести требавал. Даниил улыбнулся, увидев странное слово в несуразном предложении. Стоило ему упомянуть слово – окликнул, как Лера постоянно его начала применять в речи и искажать при любом удобном случае. Сложив первые буквы, Даниил получил два слова – ХОЧУ КОНФЕТ. Чтобы порадовать сестру он залез в шкаф на кухне, где хранились запасы конфет, вытащил оттуда четыре штучки и положил рядом с любимой игрушкой сестры.

На второй день родители подарили сыну телефон взамен старого, который был утерян. Даниил всё пытался вспомнить что же произошло прямо перед тем, как он пропал, долго лежал на спине медитируя по советам из интернета, просматривал фотографии, но ничего не помогало. Иногда ему казалось, что он видит во сне воспоминания, но после пробуждения от них оставалась дымка, в которой ничего не разглядеть.

Родители относились к нему осторожно, Даниил принимал это за заботу, но на самом деле они были в ожидании событий прошлого.

Наступили выходные и Лера смогла уговорить родителей поехать на пикник. Прибыв на место, семейство принялось раскладывать вещи и устанавливать тент. Всё было хорошо. Погода радовала тёплым ветром и безоблачным небом. Лера достала из своего рюкзака игрушечную посуду, кукол и полностью ушла в игру, не обращая внимания на внешний мир.

– Спасибо пап, – тихо сказал Даниил, продолжая смотреть на поплавок удочки.

– За что? – отец мальчика напрягся телом, и уставился на сына.

– За походы и рыбалки. Помнишь в прошлом году мы разводили костёр без спичек?

– Угу.

– Благодаря тебе я выжил там. В той деревне.

Отец промолчал. Сжав зубы, он мысленно ругал себя за все те походы, которые он устраивал сыну, за то что воспитал в нём такого бойца, который выживет в любой сложной ситуации.

– Я даже до трассы не смог дойти. Не представлял, что существуют такие далекие деревни. Как люди в них раньше жили? – задумчиво спросил Даниил.

– Поэтому в ней сейчас никто и не живёт. От других населённых пунктов далеко, до больницы ехать сложно, а уж если пожар случится, то надежда только на жителей деревни, – после некоторого молчания отец вновь заговорил. – Так ничего и не вспомнил?

– Эх, нет. Но главное, что я снова дома.

В ответ отец мальчика опять промолчал.

Уже начало смеркаться, когда семейство заканчивало с ужином. Дети постоянно болтали о разном, родители, не спуская глаз наблюдали со стороны. Дети были счастливы.

Сыграв пару раз в дженгу все члены семьи легли спать. Лера легла с мамой в одной части тента, а Даниил с папой в другой. Спустя час все крепко уснули, кроме одного человека, который проверив крепкость сна остальных членов семьи, аккуратно поднял Леру с постели и вынес за пределы тента. Спустя несколько метров он усадил сонную девочку на землю и немного потряс, чтобы она проснулась. Открыв сонные глаза, Лера пискнула, но увидев человека напротив заговорщически прищурилась и шёпотом спросила:

– Мы опять играем?

Даниил улыбнулся сестрёнке, пригладил её взъерошенные светлые волосы и ответил:

– Угу.

Мама Леры и Даниила сквозь сон заставила свою руку пошевелиться, сначала ей показалось что всё в порядке, но когда дымка сна начала пропадать, то сердце её зашлось не на шутку. Леры рядом не было. Женщина вскочила на ноги, оглядела тент и увидела мужа, рядом с которым не было сына. Она быстро растолкала супруга, который сразу посмотрел на то место, где когда-то лежал Даниил и не оборачиваясь на супругу соскочил с постели.

Они выскочили из тента, осмотрелись вокруг, но ничего не увидели и не услышали.

– Разделимся? – спросил мужчина свою жену.

– Нет. Ни в коем случае.

Захватив фонарики, супруги выдвинулись на поиск детей. Несмотря на прохладную ночь их тела пробивало потом и дрожью страха, от которого стучали зубы. Спустя двадцать минут им удалось уловить какой-то шум, охарактеризовать который они не смогли. Двинувшись в его сторону, они ещё несколько минут шли, постоянно прислушиваясь. Шум стих, но они продолжали двигаться и вскоре наконец-то достигли цели. Перед ними возникли двое их детей. Когда мама семейства увидела их и разглядела то, что одежда на них обоих была поспешно надета и измарана, её голову сразу обнесло воспоминаниями полуторамесячной давности:

«Она пришла домой после работы. Уставшая и голодная двинулась в комнату к дочери, из комнаты сына был слышен шум видеоигры и его разговоров с друзьями по видеосвязи. Лера пыхтела, играя в куклы. Её лицо было раздражённым и грустным.

– Лерчик, что случилось? – спросила мама, присев на колени перед дочерью.

– Данил – дурак! – ответила Лера, продолжая играть куклами.

– Что он сделал? Не играет с тобой? Давай покушаем и я с тобой поиграю. Он же взрослый мальчик, ему иногда не интересно бывает играть в игрушки.

– Мне не понравилась его игра.

Лера отложила куклы и встав со стульчика пошла к коробке с книжками. Мама Леры замерла в шоке, но успела схватить дочь за руку и мягко притянуть к себе.

– Лапуль, когда у тебя это появилось? Тебе больно?

Женщина дрожащими руками принялась снимать с дочери одежду.

– Я не знала, что с этим делать. Уже не больно, – ответила Лера, послушно поднимая руки вверх, чтоб мама сняла платье.

Женщина прикусила язык, чтобы не расплакаться, когда сняла с дочери окровавленное бельё. Руки её тряслись с неимоверной силой.

– Мам, тебе плохо? – Лера принялась щупать мамин лоб. – Температуры нет. Открой рот, горло наверно красное.

– Лер, в какую игру вы играли?

В ответ дочь пожала плечами не зная, как объяснить. Мама протянула дочке кукол.

– Покажи.

Женщина надеялась, что она ошибается, она, будучи атеисткой молилась всем богам, чтоб её предчувствие не оправдалось. Но все надежды рухнули, когда Лера сложила кукол.

Мама отвела Леру в ванную, и пока дочь играла с пеной, позвонила мужу и рассказала ему всё, что увидела. Он примчался домой через считанные минуты, ворвался в комнату сына и начал требовать объяснений. Тринадцатилетний подросток всё отрицал, плакал и божился, но отец ему не верил. Мама отвела Леру в комнату, приказала надеть наушники и смотреть мультики, чему Лера подчинилась. Воспользовавшись моментом, женщина вбежала в комнату к сыну, схватила телефон с угла стола и через несколько секунд выронила его на пол забившись в истерике. Всего несколько фотографий приговорили подростка.»

Семейство ехало в свою новую квартиру в чужой город. Погода разыгралась, ярко светило солнце, вдоль дороги густо росли берёзы и низкие кустарники. Из колонок звучала приглушённая мелодия, мама, не фокусируя взгляда, смотрела в окно, папа следил за дорогой, изредка поглядывая в зеркало проверяя дочь, которая рисовала в блокноте. Перед тем как его закрыть и отложить в сторону она написала:

Орбуз нырнул играя ехидна гримя обручем умылся буркнул и любезна икнул.