Марина Цветаева
Ариадна
Трагедия

Лица

ТЕЗЕЙ, сын царя Эгея.

АРИАДНА, дочь царя Миноса.

ЭГЕЙ, царь Афин.

MИHОС, царь Крита.

ПОСЕЙДОН.

ВАКХ.

ЖРЕЦ.

ПРОВИДЕЦ.

ВЕСТНИК.

ВОДОНОС.

ХОР ДЕВУШЕК.

ХОР ЮНОШЕЙ.

ХОР ГРАЖДАН.

НАРОД.

Картина первая
Чужестранец

Дворцовая площадь в Афинах. Ранний рассвет. Проходит Вестник. У водоема, полулежа, Старик чужестранец.

Подходит Водонос.

ВЕСТНИК

Вставай, кто не спал!

Вставай, кто, как дух бродячий,

Очей не смыкал!

Вставайте, настал

День плача!

Семь утренних звйзд,

Спесь прадеда, радость брата,

Вставайте в отъезд,

Которому несть

Возврата!

Семь доблестных львят —

Заглохнет и род и память —

С девицами в ряд

Вставайте. Канат

Натянут.

Встань, матери стон

Над морем! Земля умылась.

Корабль оснащен.

Афинам закон —

Царь Минос!

Вставай, кто не…

(Проходит дальше.)

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Каб от слез смертным очам

Слепнуть – глаз не было б зрячих!

Что за город, где по ночам

Не младенцы – матери плачут!

Старцы плачут! Злое стряслось!

Рокот моря – что рев[1] львиный!

Ты скажи-ка мне, водонос,

Этот город – впрямь ли Афины?

ВОДОНОС

Не иначе.

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Дым очагов

Никнет. С небом огонь дружен!

Верно, плохо чтите богов?

ВОДОНОС

Нет, усердно богам служим.

День и ночь кровь и елей

Льются, щедр жертвенный ладан

В честь седого князя морей

Посейдона, девы Паллады.

Хоть и много, а чтим всех!

Содрогнись, выслушай, старый:

За Эгея-царя грех

Роковой – страшная кара.

Трижды восемь весен тому

Вспять – день в день – Андрогей, критский

Гость, – стрелков равных ему

Не встречал: с языка – птицей

Мысль, что мысль – в птицу – стрела!

Развевался плащ его алый,

На щеках – юность цвела,

На устах – мудрость играла.

Храбр как лев, строен как трость,

Щедр как некто, богам близкий.

Вечно-первым наш критский гость

В беге, в бое, в метанье диска,

В песнях – и в вожделеньях дев… —

О, горстями бы рвал, – знай он! —

Но красы вечный припев —

Смерть – и был Андрогей найден

Мертвым… В роскоши мышц и чар!

От стрелы, пущенной в спину!

И пришлось нам Миносу в дар

Молодого мертвого сына

Отвозить…

Грянул войной

Крит. Страшны беды и многи:

Знобы, зуды, засуху, зной

Ниспослали мстящие боги

На наш град. Засухи бич

Нивы жжет, травы без сока.

Матерь, плач! Первенец, кличь!

Груди, грозди, ручьи – иссохло

Всё в раю сем —

(указывает на глаза)

кроме ям

Сих. Верховный совет созван.

В Дельфы царь – к вещим камням.

Был ответ ясен и грозен:

“Андрогей, радость богов,

Жертвы ждет, кровью не сытый.

От Афин белых брегов

К берегам мощного Крита

Пусть корабль тронется. Груз

Корабля – дважды седьмица

Дев и юношей”.

– Стон уст

Слышишь? Это к брегам критским

В третий раз нынче корабль

Выплывает. В каждые восемь

Весен – раз. Так покарал

Крит – Афины – за всех весен

Наисладостнейшую…

Сын

Всем отцу был. Бед и разрух

День! – Эгея, царя Афин,

Называет убийцей слух.

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Мощен царь ваш.

ВОДОНОС

Косен и дрябл

Царь наш. Сласть же и скорбь – свыше!

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Искупите!

ВОДОНОС

Третий корабль!

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Так восстаньте!

ВОДОНОС

Идут, – слышишь?

Плачут…

ХОР ДЕВУШЕК

О утр румянец!

О девства лен!

Семи избранниц

Услышьте стон!

В тоске и в дрожи

Куда – за вёрсты[2]

Плывем? О нй

К женихам заморским

На ложе, на смерть

Корабль везет!

ХОР ЮНОШЕЙ

(впадая)

Семь звезд угаснет,

Семь роз опадет.

ХОР ДЕВУШЕК

Ни роз, ни лилий,

Аида сень!

Семь струн у лиры —

Нас тоже семь!

Блаженство – лирою

Множить в семьях:

Семь струн у лиры,

И тоже семь нас,

Сестер по сходству,

Сестер в весне…

ХОР ЮНОШЕЙ

(впадая)

Семь струн порвется!

Семь слез на весле…

ХОР ДЕВУШЕК

О, сестры! Спутан

Порядок волн.

Покорно вступим

На пенный холм.

Защитник – кто нам?

Защитник – где нам?

Мы тщетно стонем,

Конец – надеждам…

Семь дев, семь чаек

Над гладью вод…

ХОР ЮНОШЕЙ

(впадая)

Семь дев отчалит,

Семь жертв отплывет.

Хор дев уступает хору юношей.

Рвите ризы и волоса,

Ибо семеро в полном цвете…

Ставьте черные паруса,

Корабельщики, горя дети!

Не к красавицам, в царство нег,

Не к чудовищам, в царство лавра, —

Семь юнцов покидают брег

В жертву красному Минотавру,

Минотавр, небывалый бык,

Мести Миносовой сообщник,

Мозг и печень нам прободит,

Грудь копытами нам затопчет.

Так, все заповеди поправ,

Мстит нам Минос за кровь сыновью.

ХОР ДЕВУШЕК

(впадая)

Семь юнцов упадают в прах,

Семь стволов истекают кровью.

ХОР ЮНОШЕЙ

Ах, когда бы под градом стрел

Пасть – чтоб лаврами кровь бежала б!

Не оставим ни чад, ни дел,

Ничего, кроме женских жалоб,

Лишь утраивающих стыд:

Пасть, ни песни не дав витиям!

ХОР ДЕВУШЕК

(впадая)

Семь бойцов опускают щит,

Семь тельцов подставляют выю.

ХОР ГРАЖДАН

Увы, увы!

Лягут юные львы на знойном

Щебне – ниже травы!

Едут юные львы —

На бойню!

Забудь, забудь,

Матерь, – коих спасти бессильна!

Задуть, задуть,

О ветр, помоги

Светильню

Напрасных дней…

Гоня кормовые струйки,

Буйней, буйней

О ветры, о ветры,

Дуйте!

Чту знатных жен

Стенанья и плач кормилиц?

Корабль оснащен.

Афинам закон —

Царь Минос.

Спрута яростней, язвы злей…

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Минос? Думалось мне, Эгей —

Царь ваш.

НАРОД

Трепетнее тельцб —

Царь наш.

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Думалось мне, сердца

Вы, не слизни!

НАРОД

Упал, – лежи…

Чту уж…

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Думалось мне, мужи —

Вы!

НАРОД

Чуть живы мы, – вот чту[3]. Брось

Поученья. Кость с мясом врозь

Разошлась. Не по силам мзда!

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Значит – Миносовы стада

Вы – не граждане? Не отцы

Вы, а камни? Смирней овцы, —

Вздохи, стоны, а меч-то где ж? —

Ждете казни своих надежд?

Прелесть гибнет, а зрелость спит?

Стыд вам, граждане!

НАРОД

Стыд-то стыд…

Богу – храм,

Рыбе – вода…

А уж нам —

Не до стыда!

Век наш – час, вздох наш – пар…

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Есть же царь!

НАРОД

Царь наш стар.

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Чту до царских седин?

Есть же сын!

НАРОД

Сын один

У царя. Не про нас.

Лоб-то за морем тряс!

Гость в отцовом дому.

Да и сын ли ему —

Не сказать. Ходит слух,

Сам слыхал от старух

Старых да стариков:

Будто и не царёв

Сын, – Атлантики гость,

Посейдонова кость.

Впрочем…

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Темен твой сказ!

ОДИН ИЗ НАРОДА

Впрочем, чту им до нас,

До кротов земляных,

Впрочем, чту нам до них,

До богов, до царей

И до их сыновей…

Ими пламень раздут —

Наши нб смерть пойдут!

НАРОД

Увы, увы!

Лягут юные львы на дольнем

Камне – ниже травы.

Едут юные львы…

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Довольно!

Поворотом руля

Спор решают. Пожарищ кличем

Вызывайте царя!

Будет жребий брошен вторично.

Парус смертной ладьи

Пусть и царскую грудь заденет!

Не бездетен – веди

Сына! Юноша – не младенец!

Отвечает вдвойне

Сын за пепел и пурпур отчий.

Пусть с твоим наравне

Встанет, белого увна кротче.

Многих ставши отцом,

Царь единого блюсть не вправе.

Как волна под веслом,

Под серпом равнодушны – травы,

В час страды и войны

Все равны. И в крови и в хлебе —

Все – Эгею сыны!

Остальное решает жребий.

Царь! – Подхватывайте!

Царь! – Раскатывайте!

Царь! – Три заповеди

Дулжно чтить.

Нет родных тебе,

И нет чужих тебе,

Царь забывчивый!

А третий стих

Этой заповеди… —

Царь! – Расшатывайте

Стены! Ратуйте же!

Бог – и жду?!

Там, где с заповедями

Запаздывают —

Боги ввязываются

В игру.

НАРОД

К царю! К царю!

Во дворец!

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

Наседай! Дружнее!

НАРОД

Отец! Отец

Эгей! Подавай Тезея!

Стрела сорвалась!

Страдай же, как страждем мы!

Явление Эгея.

ЭГЕЙ

Приветствую вас,

Афинские граждбне.

Чту в утренней мглы

Час – в дом мой приводит вас?

НАРОД

Мы ждать не могли,

Царь! Море тревожится!

Волна восстает!

Кровь взмыла и схлынула!

ЭГЕЙ

Каких же щедрот

Здесь ждете?

НАРОД

За сыном мы

Твоим! Если ты

Молчишь – камни ожили!

Мы – тоже отцы!

– И первенцы тоже мы

В домах! – Через край

Беда! Не то вдребезги —

Дворец! Подавай

Тезея для жребия!

Крики.

Тезея! Коль сын

Он царский – не струсит же!

Тезея! Афин

Надежду!

ЭГЕЙ

Так слушайте же:

Согласен!

(Кому-то.)

Ладью

Готовь с черным парусом!

Я вам отдаю

Тезея, столп старости

Моей…

НАРОД

Выводи!

Слов вйдома суетность!

На сей площади

Пусть жребий рассудит нас!

Тезея!

ЭГЕЙ

Очам

Предстанет немедленно.

Души моей храм,

Надежду последнюю

Я вам отдаю,

Афины!

НАРОД

Да здравствует

Царь! Слава царю!

Воистину царь ты наш!

ЭГЕЙ

Если ж жребий, который слеп,

На мой оттиск падет единственный,

Не останетесь вы без скреп,

Золотые врата афинские.

Не страшитесь ни язв, ни зол, —

Царь с народом не зря поладили!

Унаследуют мой престол

Пятьдесят сыновей Палладия,

Брата грозного моего.

Не страшитесь престольной трещины!

Вместо кровного одного

Пятьдесят вам царей обещано:

Мощных, рослых…

НАРОД

Но вступят в спор

Братья! От пирога ни корки нам

Не видать!

ЭГЕЙ

Пятьдесят подпор

Царству!

НАРОД

Не пятьдесят ли коршунов?

ЭГЕЙ

Увозите же за моря

Сына: жизнь и глаза мои!

Не останетесь без царя!

Увозите Тезея зб море,

К Минотавру.

НАРОД

Царь готов.

Только будем ли целей?

Целых пятьдесят отцов?

Целых пятьдесят царей!

Брат на брата: бить и жечь!

Шаром прядающий вихрь!

Брат на брата: бич и меч!

Всй мы пасынки для них!

Вотчимами разгромят

Царство! – Злейшее из рабств!

Зуд пятидесяти язв!

Рев пятидесяти распрь!

О пятидесяти нам

Головах обещан змей!

Шибче, шибче по волнам!

Нам не надобен Тезей!

ЭГЕЙ

Слово сказано. Канат —

Клятва царская, – одна!

НАРОД

Чужестранец виноват!

ЭГЕЙ

Клятва царская – дана.

Не последует канат

Легкой прихоти ветрил.

НАРОД

Чужестранец виноват!

Ты – морочил, ты – мутил,

Ты – натравливал! Вязать

Старца злостного! Верны

Всй Эгею мы! Назад,

Гость Аидовой страны!

Нб головы нам как гром

Рухнул! Наш теперь черед!

Руки с разумом, с царем,

Рознить можно ли народ?

ЭГЕЙ

– Сограждане, прав я?

НАРОД

– Под стражу! – На плаху!

– Жало извлечь!

– Заживо сжечь!

– Истолочь!

– Заковать до пят!

Явление Тезея.

ТЕЗЕЙ

Руки прочь!

Чужестранец свят!

Граждане, чтятся

В этом краю

Гости и старцы.

Не узнаю

В этой борьбе неравной —

Родины моей славной!

Гостю – обида?

НАРОД

Ложь в нем и злость.

ТЕЗЕЙ

Кто бы он ни был —

Старец и гость.

Старцу – отмщенье?

НАРОД

Яд в нем и вред.

ТЕЗЕЙ

Дважды священен:

Странник – и сед.

НАРОД

Против основы

Шел, уличен!

ТЕЗЕЙ

Чтите чужого, —

Вот вам закон!

НАРОД

Нож уготован

Жизни твоей!

ТЕЗЕЙ

Чтите седого, —

Вот вам Тезей!

Старца – под стражу?

Гостя – властям?

ЭГЕЙ

Да на тебя же,

Сын мой, восстал!

ТЕЗЕЙ

Знаю. Бессмертным

Стать не боюсь.

Миносу в жертву

Сам отдаюсь.

На корабле немедленно

С вами плыву – без жребия.

ЭГЕЙ

Сын мой!

ТЕЗЕЙ

Согласья

Царского жду.

ЭГЕЙ

Стар я.

ТЕЗЕЙ

Но страстен

Я – и в ряду

Граждан афинских —

Первый. – Плывем! —

ЭГЕЙ

Слаб я.

ТЕЗЕЙ

Но сын твой —

Дважды силен.

НАРОД

Слава Тезею!

Новый Геракл!

ЭГЕЙ

Сын мой! Добрее

Волки в горах!

Сдайся!

ТЕЗЕЙ

Не сдамся!

Храбрым – венцы!

ЭГЕЙ

Под стражу упрямца!

ТЕЗЕЙ

На весла, гребцы!

Парус,

В море!

НАРОД

Радость!

ЭГЕЙ

Горе!

ТЕЗЕЙ

Вгладь, морская пучина!

НАРОД

Слава царскому сыну!

ЭГЕЙ

Так захлебнись же

В отчей крови,

Отцеубийца!

ЧУЖЕСТРАНЕЦ

(выступая)

Останови

Слово в гортани,

Гнев на устах.

Юн – неустанен, —

Юноша прав.

(К Тезею.)

Сын мой!

Еще нам

Страсти нужны!

Ты Посейдоном

Избран в сыны.

В снах и в обличьях,

Вблизь и далече,

Трижды покличешь —

Трижды отвечу.

Пенная проседь,

Гневные волны.

Трижды попросишь —

Трижды исполню.

Пади ко мне на грудь,

Сын, в славе утвержден!

Объятие.

Вал, долу! Ветры, дуть!

НАРОД

(падая ниц)

Владыка Посейдон!

Картина вторая
Тезей у Миноса

Тронный зал царя Миноса на Крите. Ариадна, одна, играет в мяч.

АРИАДНА

Выше, выше! Пробивши кровлю —

К олимпийцам, в лепнэю синь!

Мой клубок золотой и ровный,

Дар прекраснейшей из богинь!

В нем великие силы скрыты,

Нить устойчива и светла.

Мне владычица Афродита,

Подавая его, рекла:

“Муж, которому вместе с волей,

Вместе с долей его вручишь,

Он и в путах пребудет волен,

Он и в кознях пребудет чист.

Все пороги ему – путями!

Он и в страсти пребудет зряч!..”

Но заветным клубком покамест

Ариадна играет в мяч.

“Золотой невестин

Дар – подальше спрячь!..”

От земли невечной

Выше, выше, мяч!

“Никому не вручай до часа,

Милых много, один – милей!” —

Так учила она, клоняся

Над любимицею своей.

“Никому не вручай без жажды

Услаждать его до седин,

Ибо есть на земле для каждой

Меж единственными – один.

Золотой невестин

Дар – подальше спрячь!”

От земли невечной

Выше, выше, мяч!

Афродитою с самых ранних

Лет обласкана я: что мать —

Над дитятею. “Твой избранник

И моим не преминет стать.

Лишь бы в верности был испытан,

Лишь бы верностью был высок —

Всеми милостями осыплю,

Все дороги его – да в срок!

Чтобы богом земным пронесся,

Лавр и радость на лбу младом…”

Но, увы, золотого лоску

Мяч – по-прежнему мне в ладонь

Возвращается. Дар невестин

Всё – от сэженого, хоть плачь!

От земли невечной

Выше, выше, мяч!

Но меди лязг!

Но лат багрец!

Но светочей кровавых гарь!

Теперь игре моей конец.

Приветствую тебя, отец и царь.

МИНОС

(в окружении факелоносцев)

В наготе тронного зала

Что ты делала, дочь?

АРИАДНА

Играла.

МИНОС

Игры – призрак, и радость – звук.

Чем?

АРИАДНА

Ударами быстрых рук

Мяч испытывала проворный.

МИНОС

В месте скорби моей тлетворной

В день всех горестнее, всех злей?

АРИАДНА

Нет у девушки прошлых дней!

МИНОС

Плач и трепет по всей округе!

АРИАДНА

Мяч подбрасывала упругий,

Чтобы радости мне принес!

Нет у девушки долгих слез!

Вечно плакать – и слез не хватит!

Семя – долго ли в шелухе?

Слаще вздохов о бывшем брате

Вздох о будущем женихе!

МИНОС

Нету сердца в груди!

АРИАДНА

Не знала

Бед.

МИНОС

В канун моего обвала!

Нынче смерти его канун!

АРИАДНА

Но твой первенец, царь, был юн,

Я же – есмь. И тому уж трижды

Восемь весен, отец!

МИНОС

Недвижен

Век. Единожды был мне дан.

АРИАДНА

Нет у девушек старых ран!

Только новые! Дайте ж травкой

Быть, – долга ли ее пора?

Завтра уже – без завтра

Дева, что без вчера

Нынче. – Короток день наш красный!

МИНОС

Дан единожды, взят всечасно,

Всевечерне, всенущно взят.

АРИАДНА

Если ж сыну на смену – зять

Встанет, рощи мужской вершина?

МИНОС

Разве зять заменяет сына?

АРИАДНА

Ну, так я остаюсь, седин

Утешение.

МИНОС

Дочь – не сын.

Дочь – увы! – хороша замена! —

Вместо сына. Оплот – на пену

Променять? В этом море слез

Пена – дева, а сын – утес.

На низверженного не сетуй.

АРИАДНА

Сын – утесом, а дочь утехой

Создана, мотыльком жилья.

МИНОС

Медлит жертвенная ладья!

Обложу их тройною данью!

За мгновение запозданья —

В мясники обращает гнев! —

Рощи храбрых и кущи дев!

Минотавру тройная прибыль.

ВЕСТНИК

Царь, корабль долгожданный прибыл.

Некий юноша по пятам,

Нрава властного.

ТЕЗЕЙ

(входя)

Входит сам

Гость – коль ждан.

(Миносу.)

Здравствуй, жрец

Трижды клятый!

Не певец:

Буду краток.

Посему остроту удвой.

Предводительствую ладьей

Осужденных. Восьмой – не боле.

Не по жребию, а по воле

Здесь, – вечернею жертвой лечь

За Афины,

– Приемли меч!

(Вручает.)

Кровью злых

Щедро смочен.

Не жених:

Буду срочен.

От Эгеевой злой стрелы

Пал твой первенец. – Так орлы

Падают! – За ниспадша в хрипах

Андрогея – Тезей на выкуп!

За Эгея ужасный грех

Сын ответит – один за всех.

МИНОС

Сын?!

ТЕЗЕЙ

Убей,

Царь! Да рдеет

Меч!

МИНОС

(наступая)

ТЕЗЕЙ?

Сын Эгеев?

Поединок взглядов.

…Тбк из вйдомых мне – один

Ты– взглянул бы!

(С новой яростью.)

Убийцы – сын?!

(Страже.)

Увести от меня лукавца!

ТЕЗЕЙ

Царь, еще не докончил сказки!

Этой крови узревши рдянь,

Царь, сними роковую дань

С града грешного…

МИНОС

(страже)

Прочь с безумцем!

ТЕЗЕЙ

Не безумен я, образумься —

Ты! Швыряя тебе сию

Роскошь – мало тебе даю?

Кровь, что вечность бы не иссякла!

Славу будущего Геракла!

Гекатомбы, каких не зрел

Мир – еще! Мириады дел

Несвершенных и несвершимых.

Небожителей на вершинах,

Небожителей в лоне вод

Допроси.

– Водопады од,

Царь, как в пропасть, в тебя швыряю!

Ибо злейшее, что теряю

Днесь – не воздух и не перстов

Ощупь, – эхо в груди певцов!

Царь, безвестным уйду. Искусство,

Что ль, к одру пригвоздить Прокруста?

Кулака молодой размах

На бродягах и кабанах

Испытав, ни одной Химеры

Не сразив…

Но прими на веру,

Царь: единый, а не любой,

Завтра выведен на убой

Будет. Равная кровь прольется

Андрогеевой.

МИНОС

Это сходство!

Ад ли призраку повеле?

Так в немотствующей золе

Пепелища – алмаз неплавкий:

Честь.

ТЕЗЕЙ с Андрогеем, – прав ты!

Горы– равные на весах.

О девицах и о юнцах

Не пекись.

По стезе лазурной

Им – везти доверяю урну

С прахом громким твоим – и весть,

Что на Кретосе сердце – есть.

Вероломной стрелой не платим

Гостю. Праведнее бы зятем,

В дом принять тебя. – Нб! твоя!

Трон отдать тебе! По края

Чаши свадебные наполнив,

Всем назвать тебя!

ТЕЗЕЙ

Царь, опомнись!

МИНОС

Сон и совесть обрел бы вновь…

ТЕЗЕЙ

Но меж мной и тобою – кровь

Андрогеева!

МИНОС

(растерянно)

Кровь, но где же?

ТЕЗЕЙ

Двух враждующих побережий

Башни!

МИНОС

Сон бы обрел и смех…

Но да сбудется воля тех!

ТЕЗЕЙ

Царь, не дулжно такого часу

Длить!

МИНОС

Убоиной! Грудой мяса! —

Судорог, содроганий смесь! —

И не некогда, где-то, – здесь,

Завтра же…

ТЕЗЕЙ

Не крушись! не каюсь.

МИНОС

Но покамест еще, покамест… —

Взгляд, сломивший меня как трость! —

Но покамест еще ты гость

Мой.

В пустыне источник пресный!

Призрак! Первенец! Оттиск перстня

В воске – мрамором мнил его! —

Сердца старого моего.

ТЕЗЕЙ

Царь, не дли рокового часу!

МИНОС

Дщерь, вручи золотую чашу

Гостю. Досыта насласти,

Ибо – слйзная.

– Пей и спи.

Тот же зал. Ночь. Тезей один.

ТЕЗЕЙ

Сердца крылатый взмах,

Вала чреватый стон,

Полночь и кровь в ушах —

Всё отгоняет сон.

Стражи протяжный клич,

Пены пустой припев

Об островах добыч, —

Всё распаляет гнев,

Гнев на тебя, о мощь,

Давшая – овном лечь

Клятву. Рабыней в нощь

Швыр-нувшая меч.

Гнев на тебя, о длань!

(Легче клыки развесть

Вепрю – перстов сих!) – в дань

При-несшая честь.

Гнев на тебя, о мышц

Роскошь! Богам не чужд

Быв, без меча – камыш

Бо-лотный – не муж.

Гнев на тебя, о глас

Древа, травы, ручья:

“Тот, кто Афины спас,

Не – вынув меча!”

Плакальщиком смежу

Очи, – без боя бит!

Имени нет сему

Гневу – иного: стыд.

Плакальщиком сойду

В славы подземный храм.

Имени нет сему

Делу – иного: срам.

Явление Ариадны

АРИАДНА

Будет краткою эта речь:

Принесла тебе нить и меч.

Дабы пережилу века

Критской девы гостеприимство.

Сим мечом поразишь быка,

Нитью – выйдешь из лабиринта.

Всё, и спи.

Невредим и здрав

Возвращайся в родную землю!

ТЕЗЕЙ

За богиню тебя приняв,

Я даров твоих – не приемлю.

АРИАДНА

Гость, очнись!

ТЕЗЕЙ

Не прикрыв лица,

Безоружным предстать клялся

АРИАДНА

Меч твой, коим убит Прокруст!

ТЕЗЕЙ

Меж мечом и рукою – уст

Клятва. Правой моей подъятье!

Меж рукою и рукоятью —

Честь, безжалостнейший канат.

Мною данною клятвой – взят.

АРИАДНА

Не пристало тебе покорство!

ТЕЗЕЙ

Не осиленным распростерся,

Волей Миносу отдался!

АРИАДНА

Вспомяни своего отца!

Ненадежны восьмижды девять!

Дни последни кому ж лелеять,

Как не первенцу?

ТЕЗЕЙ

Отчей есть

Власть безжалостнейшая – честь.

Да свершится ж предначертанье.

АРИАДНА

Андрогеевыми чертами

Обольщенный – простит отец!

ТЕЗЕЙ

Честь – безжалостнейший истец.

АРИАДНА

Злость – нет равныя во вселенной

Минотавровой!

ТЕЗЕЙ

Уязвлйнна

Честь – чудовищнее стократ

Минотавра.

АРИАДНА

Не прав, не свят

Подвиг твой! Уж и так велик ты!

Ради этой моей улыбки

Дрогнувшей – отрекись! срази!

Ради этой моей слезы

Брызнувшей! На весах нельстящих

Разве клятва мужская – тяжче?

ТЕЗЕЙ

Красоты в этой жизни есть

Власть безжалостнейшая – честь.

Даром бьешься и даром тщишься.

АРИАДНА

Просветите же нечестивца,

Боги! Рухай, гордец, с горы!

Афродитины – сй – дары.

Высшей воли ее зерцало,

Только вестницею предстала,

Только волю ее изречь —

Принесла тебе нить и меч.

Но твоих воспаленных бредом

Уст – заране ответ мне ведом:

“Божества над мужами есть

Власть безжалостнейшая”.

ТЕЗЕЙ

(преклоняясь)

Несть.

Картина третья
Лабиринт

Вход в лабиринт. Ариадна.

АРИАДНА

Тщетно над этой прочностью

Бьются и слух и стон.

Громче песок в песочнице

Льется, слышней Харон

Воду веслом задевает Стиксову.

Брат, завершивший день,

Громче над урной твоей ониксовой

Лавр расстилает тень.

Канул – и канул полностью!

Сдайся, мой слух разверст!

Громче на круге солнечном

Тень подымает перст.

С тем суждено ль мне встретиться

Коего богом мню?

Не отзовется Дедбла детище.

Тайны не выдаст дню.

Ожесточенье слабости!

Бог – кто тебя не знал!

Камни так плотно сладивший,

Будь проклят, Дедал!

Свод, ничему не внемлющий!

Мертв – кто в тебя забрел!

Нагроможденье немощей —

Будь проклят, мой пол!

Девичьих наитий

Река глубока.

Не выпусти нити,

Не выронь клубка!

Вслушиваюсь – как в урне

Глухо, как в лоне вдов.

Вслушиваюсь – как в урну,

Вглядываюсь – как в ров…

Громче смола из древа,

Громче роса на куст…

Вглядываюсь – как в зева

Львиного черный спуск.

Что там за поворотом?

Лучше не видь, не слышь!

Весь ли клубок размотан?

Глыб вероломна тишь.

Бык ли в крови и в пене

Пал? Или рогом в лоб?

Глыб немоты – не мене

Чувств ненадежен вопль.

Хвала Афродите

В громах и в тиши!

Не выпусти нити!

Не выронь души!

Афродита!

Мирт и мед!

Вся защита,

Весь оплот

Ревностнейшей из критянок,

В сем чернейшем из капканов

Мужу, светлому лицом,

Афродита, будь лучом!

Афродита!

Путь и цель!

Льном сквозь плиты,

Светом в щель,

Львов связующая нитью

Льна – войти ему дав – выйти

Дай. Открытому душой,

Афродита, будь тропой!

Афродита!

Соль! волна!

Если выкуп

Нужен – нб!

Сохрани для дел великих

Жизнь, – мою возьми на выкуп!

Львом и солнцем да предстал!

Афродита! Дева!..

Пал! – С молотом схожий[4]

Звук, молота зык!

Пал мощный! Но кто же:

Бо-ец или бык?

Не – глыба осела!

Не – с кручи река!

Так падает тело

Бой-ца и быка.

Так – рухают царства!

В прах – брусом на брус!

Не-бесный потрясся

Свод, – реки из русл!

На – лбу крутобровом

Чту: кровь или нимб?

Ве-кам свое слово

Ска-зал лабиринт!

Му-жайся же, сердце

Му-жайся и чай!

Не-бесный разверзся

Свод! В трепете стай,

В ле-печущей свите

Крыл, – розы вослед…

Гря-дет Афродита

Не-бесная…

ТЕЗЕЙ

(на пороге лабиринта)

– Свет!

АРИАДНА

Жив?

ТЕЗЕЙ

Так едем,

Дева!

АРИАДНА

Сон!

Жив?

ТЕЗЕЙ

Победен!

АРИАДНА

Бык?

ТЕЗЕЙ

Сражен!

АРИАДНА

Цел?

ТЕЗЕЙ

Всем сердцем

Смерть приняв!

АРИАДНА

Цел?

ТЕЗЕЙ

Бессмертен.

АРИАДНА

Меч?

ТЕЗЕЙ

Кровав.

Дева, едем!

АРИАДНА

Гость, испей!

Цел, но бледен…

ТЕЗЕЙ

Нет цепей!

Волен град мой!

Ветры, дуть

В путь обратный!

АРИАДНА

Гость, побудь!

ТЕЗЕЙ

Меч окрашен!

Парус полн!

АРИАДНА

Гость, за чашу!

ТЕЗЕЙ

Дева, в челн!

АРИАДНА

Гость, помедли!

Лют вдовы

Хлеб.

ТЕЗЕЙ

Так едем,

Жизнь!

АРИАДНА.

Увы!

(Напевом.)

Гостю – далече плыть!

В баснях и в песнях – слыть.

Деве – забытой быть.

Гостю – забыть.

ТЕЗЕЙ

Темной речи

Уясни

Смысл.

АРИАДНА

Далече

Плыть! Сквозь сны

Дней, вдоль пены кормовой

Проволакивая мой

Лик и след

Белый беден

Свет!

ТЕЗЕЙ

Так едем,

Дева!

АРИАДНА

Нет…

ТЕЗЕЙ

В бурях и в бедах

Лепится дух.

В девах несведущ,

К лепетам глух.

Вправо – иль влево,

В гору – иль с круч!

АРИАДНА

Тайнопись – дева:

Надобен ключ.

ТЕЗЕЙ

Красным гранитом

Взрос и окреп.

В снах неиспытан,

К отсветам слеп.

Угль затверделый —

Муж, а не пух!

АРИАДНА

Умысел – дева:

Надобен слух.

ТЕЗЕЙ

Внял, но не понял.

Брось – соловьем!

К басням не склонен,

В льстях не силен.

Любишь – так следуй

В свет и во мрак!

АРИАДНА

Занавес – дева:

Надобен знак.

ТЕЗЕЙ

Робость девства?

Естества

Крик? Ответствуй,

Жизнь! Отца

Жаль? Печаль твою уважив, —

Жизни не теряют дважды!

С сыном – вся – из жил руда.

Мертв – раз и навсегда.

Всюду мниться

Будет брат?

Пусть убийца —

Кем зачат!

Тени помешаем красться

К ложу! Между тем и страстью

Нашей – меч. Из страстных уз

Вставши – с призраком сражусь!

Кроме добрых

В сердце – несть

Мыслей. – Робость!

Рода честь?

Но – клянусь тебе сугубо —

Не утехою – супругой,

Матерью грядущих чад

В дом войдешь, отныне свят,

Дева! Злится

Вал об снасть!

Дева! Львицей

Стонет страсть!

Накажи меня за дерзкий

Домысел: другому – персей

Дрожь? Иным дерзаньям – край

Пеплума?

АРИАДНА

О, не терзай!

Гостю – далече плыть!

Горстью из Леты пить —

Гостю! в золе сокрыть

Деву, – забыть.

Гость, закончим

Скорбный спор.

Вал – твой кормчий!

ТЕЗЕЙ

Хлябь – наш хор!

АРИАДНА

Уноси мое блаженство,

Юноша!

Не страсти женской

С разумом – постыдный торг.

Не отца седого скорбь

Черная, не крови братней

Ныне выцветшие пятна, —

Пурпурные и поднесь! —

И не приторная смесь

Робости и скудосердья,

Именуемая твердью,

Честью девичьей.

ТЕЗЕЙ

Пресечь

Спор – тогда!

АРИАДНА

(подымет руку)

Возмездья меч!

Просьб – великая тщета!

Афродитою взята

Я в любимицы – владычиц

Сладостнейшею! В добычах —

Ревностнейшею! В любви —

Яростнейшею!

Плыви,

Гость! Покамест только брат мне —

Прочь! Покамест необъятный

Путь – зерцалом из зерцал —

Прочь! Покамест не познал

Уст моих…

Зане: как глыба

Страсть моя! Зане: на гибель

Страсть моя тебе! Зане —

Вещь, обещанная мне,

Взыщется с тебя не дщерью

Смертною, а той, что зверю

Льном повелевает быть.

Гостю – далече плыть!

Новые сети вить —

Гостю! других любить,

Эту – забыть.

Мир не полностью узрев,

Брат, опомнись!

Столько дев

Сладостны! А розы вянут —

Всй.

ТЕЗЕЙ

Обманута!

АРИАДНА

Обманут —

Ты. Над клятвами же бдят

Боги. За единый взгляд

Косвенный – дитя из детищ

Афродитино! – ответишь —

Всем.

ТЕЗЕЙ

Скорее – в море – мыс

Тронется!

АРИАДНА

О, не клянись,

Гость! Судьбы твоей волокна

Ведомы ль тебе? Не токмо

Девами – опасен брег.

Дебри есть, пещеры нет,

Тех– полунощные гроты,

Ведомо ль на повороте

Ждущее? Богинь и нимф

Грудь – не тот же ль лабиринт?

В сокровеннейшем из капищ,

Гость, бессмертие охватишь —

Мышцами. Необорим

Небожителей к земным

Жар. С бессмертными не мерься,

Юноша! Бессмертья – к смерти

Страсть – страшнейшая из кар!

Небожительницы дар,

Уст ее – отвергнуть – прелесть —

Кто б осмелился?

ТЕЗЕЙ

Осмелюсь —

Я! Скорее с места мыс

Сдвинется!

АРИАДНА

О, не клянись,

Юноша!

ТЕЗЕЙ

Пусть свет померкнет

Глаз моих!

АРИАДНА

О том, что смертных

Дев – любили божества,

Ведаешь?

(Касаясь лавра.)

Сия листва

Всё еще трепещет Дафны

Трепетом…

Супругом став мне,

Клятву дав мне – даже в снах

Чтить, осмелишься ли, прах,

С небожителем тягаться?

Пасынка и святотатца

Груз – отважишься ль подъять?

Правую на рукоять —

Встанешь ли с парнасским горцем?

Пасынком и богоборцем,

Муж, отважишься ль прослыть?

Гостю – далече плыть!

Нечеловечью чтить

Волю, – богам служить.

Деву – забыть.

Тбртара ценой – не купишь

Heг. Отступишься! Уступишь —

Высшему!

ТЕЗЕЙ

Одна мне власть —

Страсть моя!

АРИАДНА

Преступишь страсть.

Горлинкой твоей страшуся

Быть. Змеиного укуса

Явственнее, мужем сим

Быть мне брошенною! Дым —

Страсть твоя. Костер из стружек —

Страсть твоя! Двоим не служат,

Муж! Ни доли, ни родства

Мужу, кроме божества!

Прочь, не пастбище, а пустошь —

Страсть! – Отступишься! – Отпустишь!

Выпустишь! Цветком из рук

Выронишь!

ТЕЗЕЙ

Какой недуг

Жжет тебя?

АРИАДНА

Но Пеннородной

Памятлива кость. Запродан

Ей, моих коснувшись уст.

Знаешь ли о том, что пуст —

Зрак ее! И без провеса —

Цепь!

ТЕЗЕЙ

У самого Зевеса

Выхвачу! Из-под зениц —

Выхвачу!

АРИАДНА

О, не клянись,

Гость! Колеблемая ветром

Трость. Лозы моей заветной

Гроздь. Всех жил моих живых —

Гвоздь. Души моей жених… —

Брось! – Как Миносу нарушил

Верность, – ибо всех радуший

Миносовых весче знак

Ока их… о! – так и брак

С дочерью его расторгнешь

Сладостною. Стран просторных

Гость, со мной тебе не лечь

В зарослях…

ТЕЗЕЙ

Тогда – на меч!

Жест, прерываемый появлением девушек и юношей.

ХОР ДЕВУШЕК И ЮНОШЕЙ

Брата узрею!

Матерь узрею!

Жатву узрею!

Слава Тезею!

Меч, что уперся!

Стон, что исторгся!

Ветр семиморский,

Славь быкоборца!

Скорые весла, крутые снасти,

Освободителя родины славьте!

Славь, убегающая корма,

Мужа, не вынесшего ярма!

Ставь ветрила,

Кормчий! К югу!

Грех искуплен!

Камень снят!

Буду милой

И супругой

И баюкать буду чад!

Правь прямее,

Кормчий! Плеском

Вёсл, с волны и до небес:

Честь Тезею,

Нас – невестам,

Нам вернувшего – невест!

Славься, храбрый!

Гору вынес!

Славься, добрый!

Жив Олимп!

С Минотавром

Свержен Mинос!

Расколдован лабиринт!

Правь смелее,

Кормчий! Сломан

Крит! Свободные заснем!

Честь Тезею,

Нас – закону,

Нам вернувшего – закон!

Славься!

ТЕЗЕЙ

Правь!

АРИАДНА

Не оставь!

ТЕЗЕЙ

Ветры, дуть!

АРИАДНА

Верен – будь.

ТЕЗЕЙ

В красоте твоей богоравной.

Дева, имя твое?

АРИАДНА

АРИАДНА.

Картина четвертая
Наксос

Скала со спящей Apиадной.

ТЕЗЕЙ

(над спящей)

Спит, скрытую истину[5]

По-знавшая душ.

Спит, негой насыщенная.

Спи! – Бодрствует муж.

Ветвь, влагой несомая!

Страсть, чти ее – спит!

Лишь тем и бессонен я,

Что негой не сыт.

Не той же ли горечью

Сжат, бдит соловей?

Как будто бы море пью:

Что час – солоней!

Спит, розой осыпалась

В ласк бурный прибой,

Сколь быстро насытилась

Моею алчбой!

В пу-чину хоть жемчугом

Кань, – горстью словлю!

Спи, юная женщина!

Кровь помнит.

АРИАДНА

(во сне)

Люблю!

ТЕЗЕЙ

Сквозь цепкую жимолость

Сна – слушай завет:

Зем-ля утолима в нас,

Бес-смертное – нет.

Без дна наших чаяний

Чан, мысль – выше лба!

Те-ла насыщаемы.

Бес-смертна алчба!

Бой-цом обезжизненным, —

Ни вздоха в груди —

Спит. Знай же, что сызнова

Бой вспыхнет…

АРИАДНА

(во сне)

Люби!

ТЕЗЕЙ

Сквозь затканный занавес

Сна – сердцем пробьюсь.

Ду-ша неустанна в нас,

И мало ей уст,

И мало ей зеркала

Тех игрищ и нег.

Спи, юная смертная,

Смерть минет.

АРИАДНА

(во сне)

Навек.

ТЕЗЕЙ

Цвет выцветет, скрючится

Стан, розы – в отлет!

Oт смерти и участи

И Зевc не оплот.

И – ложа скалистого

Одр – тверже[6] нам взбит.

Но – въявь и воистину —

Знай: страсть устоит.

(Подьемля правую.)

Дева низин и ниш,

В гроте и в чаще

Царствующа, – услышь

Клятву над спящей.

В святости брачных уз

С милою свиться

Жимолостью – клянусь

Водами Стикса.

Влажных чураться уст

Девы и нимфы —

Облачными клянусь

Лбами Олимпа.

Судьбы и рты сдвоив,

Вплоть до укуса

Смертного…

– Чресл твоих

Гневом клянуся:

Страсти моей – сама

Ты не вечнее!

Если же в чувств, ума,

Недр помраченье,

Чудный порву союз, —

Гнев твой порукой! —

Да позабуду ж вкус

Млека и тука!

О, да бежит от вежд

Сон вероломный!

Да вместо лавра – плешь

Метит чело мне!

Медный да в прах шелом!

Трусом да лягу!

Да не коснусь челом

Отчего прага!

Да не коснусь седин

Отческих! Грузной

Да не дождусь родин!

Чад да не эзрю!

О, да познаю клятв

Попранных цену!

Жен да познаю хлад,

Друга – измену!

Лен да понудят прясть

Женские козни!

Да посмеется страсть

Старости поздней!

Да посмеется тесть —

Бывшему зятю!

Слуг да познаю лесть,

Царства разъятье!

Да не бежит вода

В чан водоносов!

Тучные нивы – да

Не плодоносят!

(Склоняясь над спящей.)

Будь то хоть сам Зевес

С Мойрами вкупе —

Сих не сниму желез!

Свет, из света Голос.

ГОЛОС

Вакху – уступишь.

ТЕЗЕЙ

Зачаровывающий сердце

Звук – кифарой в ушах звенит!

Кто ты?

ГОЛОС

Девы и Миродержца

Сын – невесты твоей жених

Предначертанный. Слаще млека

Пить на сладостнейшем из лож —

Предназначена мне от века

Здесь покоящаяся.

ТЕЗЕЙ

Лжешь!

Минотавровой кровью смочен

Меч. Изведаешь, сколь веска

Длань Тезеева!

ГОЛОС

Тсс… Непрочен

Сон в присутствии божества.

ТЕЗЕЙ

Коль не вымысел и не слепок,

Выдь, – спознаемся, суеслов!

ГОЛОС

Заклинаю тебя – некрепок

Сна колеблющийся покров!

Пощади ни отца, ни дома

Не имеющую.

ТЕЗЕЙ

К борьбе,

Дерзкий!

ГОЛОС

Тише же! Чти же дрёму

Девы, грезящей о тебе.

Любят – думаете? Нет, рубят

Так! нет – губят! нет – жилы рвут!

О, как мало и плохо любят!

Любят, рубят – единый звук

Мертвенный! И сие любовью

Величаете? Мышц игра —

И не боле! Бревна дубовей

И топорнее топора.

О, как тупо и неуклюже:

Ложе – узы – подложный жар

Крови… Дева, познавши мужа,

Спит, жаровни твоей угар

Просыпает. От сих позорищ

Долы дыбом и реки вспять!

Как плодом заедают горечь,

Никнет – ласки твои заспать

Дева. Замертво павшей клячи

Кротче! Судорогой вдоль рта —

Ваших браков и новобрачий

Отвращающая тщета.

О, как мало и неумело

Нежите!

ТЕЗЕЙ

Обличитель лбов —

Кту ты?

ГОЛОС

Огненный сын Семелы —

Вдохновения грозный бог.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

Двусердый н двоедонный.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

В утробе мужской догрет.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

Не женщиною рожденный.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

Но дважды узревший свет.

Тот, чьей двойственностью двоится

Взгляд у всякого, кто прозрел.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

Раздвинутая граница.

ТЕЗЕЙ

Вакх!

ГОЛОС

Пределам твоим предел.

Тот, которого душу пьете

В хороводах и на холмах.

С злыми каторжниками плоти

Бог, братающийся в боях.

Верховод громового хора, —

Все возжаждавшие, сюда! —

Одаряющий без разбора

И стирающий без следа.

Лицемеров, стоящих одаль, —

Бич! То вуркот ушам, то рык,

Низшим – оторопь я и одурь,

Высшим – заповеди язык!

О, ни до у меня, ни дальше!

Ни сетей на меня, ни уз!

Ненасытен – и глада алчу:

Только жаждою утолюсь.

Двоедонный, рожденный дважды,

Двоеверный, – и вождь и страж…

И да будет кувшин – по жажде

Сей изжаждавшийся меж чаш

Деве…

Вежд крылатым взмахом —

Эти розы станут прахом.

Выравненные резцом,

Эти брови станут мхом.

Лба доверчивую кротость

Злыми бороздами опыт

Выбороздит. Гладь ланит

Жилами избороздит, —

Вилами! Улыбку рождши —

Плачь! Нет, дли ее, – всё тот же

Червь подтачивает плод:

Горе сушит, нега жжет,

Всё – обмеривает! Дивом

Мнишь? Все сущее червиво,

Муж!

ТЕЗЕЙ

С наглядностями рву!

ВАКХ

(до конца остающийся голосом)

Смерть – название червю.

Не цвести вторично древу!

Юность резвого котурна

Не задерживает. Деву,

Мнишь, отстаиваешь? Урну

С пеплом! С богом в ратоборство

Вставши – призраком влеком!

Тенью! Крохотною горсткой

Праха, бывшего цветком.

Сладостней, скажи, на высях

Гор, в лазоревых приречьях

Цвел ли? От тебя зависит

Срезать – иль увековечить

Цвет сей. Хватче Минотавра,

Злей Зевесовой грозы —

Огнь неистовости тварной,

Страстью названной. – Срази!

Уступи, взлюбивший много,

Деве – богу —

Хмеле-кудро-голувому!

ТЕЗЕЙ

Дева мной завоевана!

И мечом и отдачею…

ВАКХ

Дева – мне предназначена!

За века предугадана!

Без разделу моя!

Что лоза – виноградарю,

То мне – дева сия!

Божеству ли с убожеством

Спорить? Муж скудосерд,

Чту венчальным предложишь ей

Даром? Старость и смерть?

Красота и бессмертие, —

Вот в двудонном ковше

Жениха-виночерпия

Дар невесте: душе.

Дар Тезея и Вакхову

Дань – кладу на весы.

Взвесь. Ужель одинаковый

Вес?

ТЕЗЕЙ

У спящей спроси.

ВАКХ

То ж, что рану закрашивать,

То ж, что море в сетях

Несть – у женщины спрашивать

О правах и путях

ТЕЗЕЙ

Та, что пленника вывела…

ВАКХ

Чувств изведала сеть.

Не смущай ее выбором,

Сам за деву ответь,

ТЕЗЕЙ

Чту Тезеем присвоено…

ВАКХ

Сгибнет, в прахе влачась.

Меж бессрочной красой ее

И цветеньем на час,

Между страстью, калечащей,

И бессмертной мечтой,

Между частью и вечностью

Выбирай, – выбор твой!

Уступи, объявший много,

Деву – богу.

ТЕЗЕЙ

От алчбы моей жадной

Ей вовек не очнуться!

ВАКХ

У моей Ариадны

Будут новые чувства.

ТЕЗЕЙ

Плеск весла безоглядна

Воском чаешь заткнуть?

ВАКХ

У моей Ариадны

Будет новая чуть.

ТЕЗЕЙ

Мужа знавшая рядом

Божества не восхощет!

ВАКХ

У моей Ариадны

Будет новая ощупь.

ТЕЗЕЙ

Я – сквозь жертвенный ладан!

Я – в дурмане ночей!

BAKX

У моей Ариадны

Сих не будет очей.

ТЕЗЕЙ

Иль не знаешь, что вдувы

В час касаний бескостных…

ВАКХ

Новый облик, и новый

Взгляд, и новая поступь…

ТЕЗЕЙ

По тишайшему зову —

В нощь! К былому на грудь!

ВАКХ

Новый образ, и новый

Взгляд, и новая суть…

ТЕЗЕЙ

Каждым ногтем начертан

В сердца девственной глине!

ВАКХ

Чйрт, лелеянных – смертной,

Не узнает – богиней.

ТЕЗЕЙ

Но зачем же, двужалый,

Ночь была нам вдвоем?

ВАКХ

Дабы разницу знала

Между небом и дном.

Бога знавшая рядом

Естества не восхощет,

Нет – твоей Ариадны!

На дворцовую площадь

Выйдя – Фив Семивратных,

Града новой зари,

Ариадне и Вакху

Фимиам воскури!

Уступи, познавший много,

Деву – богу.

ТЕЗЕЙ

Но не Геей, не Гйрой, —

Афродитой клялся!

ВАКХ

К Минотавру в пещеру

Шедший кротче тельца…

Всй величия платны —

Дух! – пока во плоти.

Тяжесть попранной клятвы

Естеством оплати.

Муж, решайся: светает.

Сна и яви – двойной

Свет. В предутренних стаях —

Свод.

– Прощайся с женой!

ТЕЗЕЙ

Но хоть слово промолвить

Дай: не к трусу влеклась!

ВАКХ

Час любовных помолвок

Был. – Отплытия час.

ТЕЗЕЙ

Но в глазах ее – чаны

Слез в двусветную рань! —

Я предателем встану!

ВАКХ

Да. Предателем – кань!

ТЕЗЕЙ

Лишь в одном не солги ей:

Уступил, но любя!

ВАКХ

Чтобы даже богиней

Не забыла тебя?

Тсс… на целую вечность.

ТЕЗЕЙ

Не в пределе мужском!

Выше сил человечьих —

Подвиг!

ВАКХ

Стань божеством.

ТЕЗЕЙ

И мизинцем не двину,

Распростертый на плитах!

ВАКХ

Есть от памяти дивный

У Фиванца напиток:

Здесь меняющий в где-то,

Быть меняющий в плыть…

ТЕЗЕЙ

Ни Аида, ни Леты —

Не хотящим забыть!

(К Ариадне.)

Спит, – хоть жалок, хоть жёсток

Одр, – не хочешь подняться?

Наксос – крыл моих остов!

ВАКХ

Остров жертвенный: Наксос.

Уходи безоглядно:

Чтоб ни шаг и ни вздох…

ТЕЗЕЙ

Нет иной Ариадны,

Кроме Вакховой.

ВАКХ

(вслед)

Бог!

Картина пятая
Парус

Дворцовая площадь в Афинах. Утро. Эгей, Жрец, Провидец.

ЭГЕЙ

Ночь не добрее дня,

День не добрее ночи.

Пытке моей три дня

Нынче, в огне три ночи

Вьюсь, из последних сил

Взор изощряю слабый.

Сын мой, который был. —

Прах твой узреть хотя бы!

Клад мой неотторжим!

Лучше бы вовсе нй дан!

Уж не молю – живым,

Уж не молю – победным:

Так же, как раб к ковшу

Льнет, просмолён до паха, —

Урны его прошу, —

Боги! – щепотки праха,

Пепла… О, тучи крыл,

Стрел над афинским брегом!

Сын мой, который был!

ЖРЕЦ

Сын твой, который пребыл.

Царь! В седине морей,

В россыпях водокрутных,

Жив громовой Нерей,

Кости твоей заступник, —

Жив еще Посейдон!

С рушащейся громады

Вала, со дна из дон

Он – охраняет чадо

Старости твоея!

Недр не страшись гневливых!

Жертвенная ладья

С парусом белым внидет

В гавань. Крыла светлей!

В град, не бывавший пленным!

ЭГЕЙ

Будь на семьсот локтей

Тот лабиринт под пенным

Уровнем – о, смеясь,

Ждал бы. Воды ль страшуся?

Но Океана князь

Не господин над сушей.

“Целым твой сын плывет —

Белый, как вал об скалы —

Парус”. (О первый взлет

Вёсл его в час отчала!)

“Тело мое везут —

Черный, чернее горна

В полночь – в ветрах лоскут”.

Парус провижу – черный.

Черный! Чернее крыл

Вороновых – в проливе!

Сын мой, который был!

Въявь, в естестве в вживе,

Внове! Дурная весть:

Неба тельца кровавей!

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Сын твой, который есть,

Царь! В красоте и в славе!

Жив! Не сожжен, а жгущ,

Бьющ – тако огнь пурпурный

Лемноса. Старец, сущ —

Сын твой! Не горстку в урне… —

Розами оплети

Лоб свой! – Не урну с телом!

В духе и во плоти

Жив и плывет под белым

Парусом.

ЭГЕЙ

Если лжешь,

Лучше бы не родиться

В мир тебе! Псом сгниешь!

ЖРЕЦ

Царь, не гневи провидца.

Легче в своем дому

Скважин не знать и трещин —

Зодчему – чем сему

Старцу солгать по вещим

Внутренностям. Оставь

Гнев и хвали Зевеса.

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Мысленное – вот явь,

Плотское – вот завеса.

Хочешь, чтобы рекла

Вещь, – истончись до пепла…

ЭГЕЙ

Жив – и рука тепла?

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Хлеб из золы – не тйпле.

ЭГЕЙ

Но невредим ли? Но

Здрав ли? Всё так же ль рдея…

ПРОРИЦАТЕЛЬ

В раковине зерно

Жемчуга не целее

Бездны на нижнем дне,

Цел, аки дух бесплотный.

ЭГЕЙ

Не изувечен, не…

Так не иссякнет род мой?

С песней – кого отпел?

В гавань – взамен пещеры!

Но не бесчестьем цел?

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Чарою цел – и верой.

ЭГЕЙ

Чарою?

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Знать не нам:

Знай, что любимым шел он.

Верою – в стан, что прям,

И в небосвод, что полон.

Чарой и верой яр,

Ими же заповедан…

Но, изощрив удар,

Старец, – еще победа!

Пурпуром омрача

Меч – улыбался, аще

Бог. Не подъяв меча,

Старец, победа тяжче.

Изнеможден, но светл

Вышел.

ЭГЕЙ

Хвала! Но что за

Чудище? Змей или вепрь?

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Плотскою страстью прозван

Вепрь тот. Его сразил,

Высшею страстью движим.

ЭГЕЙ

Ветр, не щади ветрил!

Сын вожделенный, мчи же!

(Жрецу и Провидцу.)

Други, навстречу мчим!

Не выдавай, о старость!

Явление Вестника.

ВЕСТНИК

Царь, в седине пучин

Черный отмечен парус.

ЭГЕЙ

Смерть!

(Прорицателю.)

Не земным воздам, —

Лжец! – а иным чеканом!

Жрец, доложи богам:

Сыну навстречу канул

Царь.

Исчезает. Вестник вслед. С другой стороны площади, не встретившись, рядами, граждане.

ХОР ГРАЖДАН

Горе! Горе!

Вострый нож!

Море, море,

Что несешь?

Полным коробом роскошным —

Море, море, что несешь нам?

Розы, розы ли вискам?

Слезы, слезы ли очам?

Горе! Горе!

Лютый змей!

Из лазоревых горстей

Дарственных твоих – чту примем,

Море, море? Было синим,

Вал, как старец, поседел —

Лишь бы парус вышел бел!

Горе! Горе!

Гнутый серп!

Море, море,

Двоесерд

Нрав твой: кабанум трущобным

Выбесившись, белым овном

Ляжешь, кудри раздвоя,

Море: ярая бадья!

Доля, доля,

Крытый чан!

Море, море,

Чту – очам

Выявишь? За белым тыном

Пены – чту? Каков Афинам

Дар? Растерзанная ткань?

Доля: крытая лохань!

Доля, доля,

Тихий ткач!

Море, море,

Выше мачт —

Вал твой! Кулаком сведенным

То по всем своим поддонным

Бьет владыка Посейдон.

Доля: сжатая ладонь!

Доля, доля,

Длить – доколь?

Море, море,

Всю-то соль

Донную и всю-то кипень

Пенную твою мы выпьем,

Выхлебаем: кипень-смоль,

Доля: лютая юдоль!

Доля, доля…

Воля – где?

Море, море,

Что в ладье?

Крит ли первенцев вернул нам,

Или братственная урна:

Семи вёсен пепл – и дым

Семи юношей с восьмым.

Доля, доля,

Скрытый сплав!

Море, море,

Ниже трав —

Вал твой! На ручьи распалось.

Море! Море! Чту за парус

Там, что ворон меж ветрил?

Горе! Горе! Черен!

ВЕСТНИК

Был—

Царь. Переполнен[7]

Чан скорби и мглы.

В ки-пящие волны

Пал царь со скалы.

Бе-ду издалече

Уз-ревши с высот,

Пал – сыну навстречу

С от-весных трехсот.

В пы-лу чадолюбья

И в пепле тщеты,

В че-тыреста глуби —

С трех-сот высоты.

Не орл быстролётен,

Царь крыл и когтей —

То старец с трех сотен

Гра-нитных локтей.

Что яростный кречет —

В волн пенную шерсть —

Взмыл – первым да встретит

Сы-новнюю персть.

Не в яростном споре

Ветров и ветрил —

Не в море, а в горе

Се-бя утопил!

В уст – собственной пене,

Кро-вавой кайме,

В век – собственной тени,

В недр – собственной тьме,

В убийственном слове

Ко-ротком: к чему?

В от-цовской любови

Без-донном чану.

Где пропасти клином,

Где пена ревет —

Ле-тящего принял

В грудь водоворот.

ХОР ГРАЖДАН

Горе! Горе! С красных скал —

Горе! Горе! Камнем пал

Царь наш. Наводняй же площадь,

Бессыновних и безотчих

Стадо – без поводыря!

Горе! Горе! Без царя!

Горе! Горе! Дважды пал!

Старого гремучий вал

Выхватил зеленокудрый.

Юного – слепая удаль.

Чудищу швырнула в пасть.

Горе! Горе! С черным – снасть!

Коршунам – кровавый пир!

Горе! Горе! Дважды сир

Край наш, на куски искрошен.

Вместо пажитей роскошных —

Коршунов кровавый слет…

Горе! Горе! Море слез!

Горе! Горе! Кровных кровь!

Мать бездетная, готовь

Скорби черное убранство!

Явственен – через пространства —

Скорби веющий рукав.

Ах, не черен он – кровав!

Прав – взмывающий с крутизн!

Лучше б вовсе в эту жизнь, —

В коей правды не дождаться, —

Не рождать и не рождаться,

И не знать, как ветер свеж…

Горе! Горе! Горе!

Явление Тезея в сопровождении девушек и юношей.

ТЕЗЕЙ

Где ж

Лавры – победоносцу?

Жив и несокрушим!

Как по коврам пронесся

По валунам морским —

Вождь ваш, с благою вестью:

Вот она! Счетом семь

Дев, с семерыми вместе

Сими – в родную сень.

Целы и без изъяну, —

Что деревб весной!

Чаянных семь и жданных

Семеро, я – восьмой.

Пал Минотавр, и вынес

Вал! Кровяным бугром

Пал! С Минотавром – Минос.

Но – чту за прием?

Что – овцы под крышу! (1

)Что – жены под щит!

При-ветствий не слышу!

Иль море глушит?

Что – рыбины в пену!

Что – ящеры в мох!

От радости немы?

Иль сам я оглох?

От радости слепы?

Ведь вот она, стать,

Кра-са и укрепа

А-фин. Или вспять

Мне? Сызнова море

Тре-вожить кормой?

Лишь сам себе вторю?

В сей предгромовой

Ти-ши. Не привечен

Ни взглядом очес!

Так вот она, встреча,

Так вот она, честь,

Так вот они, горсти

Роз, лавры вершин

Бой-цу-быкоборцу

От вольных Афин!

В час скорби и вздохов

Был скор мой булат.

На дел моих грохот

Не-мотствуешь, град?

На рук моих дело —

Уж весть о быке

Весь мир огремела —

Ни ветви в руке?!

Серд-цб без отзыва!

Те-ла без сердец!

Но – злейшее диво;

Что – даже отец

На-встречу не вышел,

На мышц моих мощь

Скло-нить свою ношу…

Иль впрямь я безотч?

Афиняне, рдею!

Лоб – обручем сперт!

Скажите – Эгею,

Что сын его…

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Мертв

Царь. Не родиться —

Вот, в царстве тщеты —

О-снова.

ТЕЗЕЙ

Убийца

Дер-жавного?

ПРОРИЦАТЕЛЬ

– Ты.

“Бык поражен из двух —

Белый, белее пара —

Парус”. Так в отчий слух

Слово твое упало.

“В пепле себя сокрыл —

Черных, чернее вара

Смольного, жди ветрил”.

Ум твой какою чарой

Заворожен? Каков

Змей у тебя под корнем?

ТЕЗЕЙ

Дивною девой вдов,

Изнеможа от скорби

Плыл. Когда свет немил,

Черное – оку мило.

Вот почему забыл

Переменить ветрило.

ХОР ЮНОШЕЙ

В час осыпавшихся вёсен,

Ран, неведомых врачам,

Черный, черный лишь преносен

Цвет – горюющим очам.

В час раздавшихся расселин —

Ах! – и сдавшихся надежд! —

Черный, черный оку – зелен,

Черный, черный оку – свеж.

Резвым агнцем белорунным

Кто корабль пустить дерзнет,

Коль в груди своей, как в урне,

Вождь покойницу везет?

В час, как всё уже утратил,

В час, как всё похоронил,

Черный, черный оку – красен,

Черный, черный оку – мил.

Мрак – дыхание без вздрога!

Мрак – касание фаты!

Как боец усталый – лога,

Око жаждет черноты.

В час распавшихся объятий, —

Ах, с другим, невеста, ляг! —

Черный, черный оку – внятен,

Черный, черный оку – благ.

В час оставленных прибрежий, —

Ран, не знающих врачей, —

Черный, черный лишь не режет

Цвет – заплаканных очей.

В час, как розы не приметил,

В час, как сердцем поседел,

Черный, черный оку – светел,

Черный, черный оку – бел.

Посему под сим злорадным

Знаком – прибыли пловцы.

Пребелейшей Ариадны

Всй мы – черные вдовцы.

Всй мы – черные нубийцы

Скорби, – сгубленный дубняк!

Всй – Эгея соубийцы,

И на всех проклятья знак —

Черный…

ПРОРИЦАТЕЛЬ

Чарой клянусь полдневной,

Небожителя – се – резец!

Сын мой, кого прогневал

Из роковых божеств?

Муж, и разя, радушен,

Бог ударяет в тыл.

Верность – кому нарушил,

Сын, из бессмертных сил?

Перед какой незримой

Явственностью не прав?

Громы – с какой низринул

Из олимпийских глав?

Сын, неземным законом

Взыскан, – перстом сражен!

Ревность – какой затронул

Из олимпийских жен?

Высушенный опилок —

Муж, за кого взялись!

Мстительней олимпиек

Несть, и не мыслит мысль.

Взыщут, – осколок глинян,

Выплеснутый сосуд!

Сын мой, кому повинен

Из роковых?

ЖРЕЦ

Несут

Тело. Водорослью овито.

ТЕЗЕЙ

Узнаю тебя, Афродита!

Октябрь 1924

Прага

Примечания

1

Слово рев прошу читать через простое “е” (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

2

Слово вёрсты прошу читать через “ё” две точки, слово не – с ударением на “е” (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

3

Ударение на чту (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

4

Между первым и вторым слогом перерыв, т. е. равная ударяемость первого и второго слога. Тире мною проставлено не всюду (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

5

Между первым и вторым слогом перерыв, т. е. равная ударяемость первого и второго слога. Тире мною проставлено не всюду (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

6

Слово твйрже прошу читать через простое “е” (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться

7

Между первым и вторым слогом перерыв, т. е. равная ударяемость первого и второго слога. Тире мною проставлено не всюду (примеч. М. Цветаевой).

Вернуться